Генри Гамильтон Джонстон: Исследователь Африки и колониальный администратор

Введение

Британский исследователь (1858–1927)

Сэр Генри Гамильтон Джонстон (12 июня 1858 – 31 июля 1927) был британским исследователем, ботаником, художником, колониальным администратором и лингвистом, который много путешествовал по Африке, изучая языки, на которых говорили местные жители. Он опубликовал 40 книг, посвященных Африке, и был одним из ключевых участников раздела Африки, произошедшего в конце XIX века.

Ранние годы

Джонстон родился в Кеннингтон-парке, в южной части Лондона, сыном Джона Брукса Джонстона и Эстер Летиции Гамильтон. Он посещал школу-гимназию Стоквелла, затем Королевский колледж Лондона, а после этого четыре года изучал живопись в Королевской академии художеств. В связи с учебой он путешествовал по Европе и Северной Африке, посетив малоизвестный европейцам внутренний регион Туниса.

Исследования в Африке

В 1882 году он посетил южную Анголу с графом Мейо, а в следующем году встретился с Генри Мортоном Стэнли в Конго и стал одним из первых европейцев после Стэнли, увидевших реку выше бассейна Стэнли. Его растущая репутация привела к тому, что Королевское географическое общество и Британская ассоциация назначили его руководителем научной экспедиции к горе Килиманджаро в 1884 году.

Британская колониальная служба и видение от мыса до Каира

В октябре 1886 года британское правительство назначило его вице-консулом в Камеруне и в районе дельты реки Нигер, где в 1885 году был объявлен протекторат, и он стал исполняющим обязанности консула в 1887 году, свергнув и изгнав местного вождя Джаю. Находясь в Западной Африке в 1886 году, Джонстон нарисовал так называемую «фантастическую карту», отражающую его представления о том, как африканский континент мог бы быть разделен между колониальными державами. Эта карта предусматривала два блока британских колоний: один – сплошную территорию в Западной Африке, долине Нила и большей части Восточной Африки, простирающуюся на юг до озера Танганьика и озера Ньяса, другой – в Южной Африке к югу от реки Замбези. Это оставляло непрерывную полосу территорий под португальской оккупацией от Анголы до Мозамбика, а также предоставляло Германии контроль над большей частью восточноафриканского побережья. Первоначальное предложение о строительстве железной дороги из Кейптауна в Каир было выдвинуто в 1874 году Эдвином Арнольдом, тогдашним редактором газеты Daily Telegraph, которая была одним из спонсоров экспедиции Г.М. Стэнли в Африку с целью исследования русла реки Конго. Предлагаемый маршрут предусматривал сочетание железнодорожного и речного транспорта между Элизабетвилем, ныне Любумбаши в Бельгийском Конго, и Сеннаром в Судане, а не полностью железнодорожный путь. Джонстон позже признал свою благодарность Стэнли и Арнольду, и во время отпуска в Англии в 1888 году он вновь поднял вопрос о концепции «От мыса до Каира» – приобретении сплошной полосы британской территории в Африке – в беседе с лордом Солсбери. Затем Джонстон опубликовал статью в поддержку этой идеи в газете Times анонимно, под псевдонимом «Африканский исследователь», а позднее, в 1888 и 1889 годах, опубликовал ряд статей в других газетах и журналах с молчаливого согласия Солсбери.

Побег на Катангу

Берлинская конференция отнесла Катангу к сфере влияния Свободного государства Конго короля Бельгии Леопольда, но в соответствии с принципом эффективности, установленным Берлинской конференцией, это было лишь предварительное решение. В июле 1890 года Леопольд выразил протест лорду Солсбери, заявив, что Джонстон, действуя от имени Сесила Родса, распространяет карты, на которых Катанга не включена в состав Свободного государства Конго. В ответ на запрос Солсбери в августе 1890 года Джонстон представил претензии Родса, содержавшие ложную информацию о том, что Мсири, король Гаранганзе в Катанге, просил британской защиты. В ноябре 1890 года, чтобы обосновать свои притязания, Джонстон направил Альфреда Шарпа (который впоследствии стал его преемником в Ньясаленде) действовать от имени Родса и Британской южноафриканской компании (BSAC) с целью заключения договора с Мсири – шаг, который мог спровоцировать англо-бельгийский кризис. Шарпу не удалось заключить договор с Мсири, однако он заключил соглашения с Муата Казембе, касающиеся восточного берега реки Луапула и озера Мверу, а также с другими вождями, контролировавшими южный берег озера Танганьика. Когда Леопольд вновь выразил протест Солсбери в мае 1891 года, последний был вынужден признать, что Мсири не подписывал договор о предоставлении британской защиты, и Катанга осталась открытой для бельгийской колонизации. В 1891 году Леопольд отправил экспедицию под руководством Штаирса в Катангу. Джонстон отговорил ее от вторжения в Катангу через Ньясаленд, но она прошла через Германскую Восточную Африку и захватила Катангу после убийства Мсири. Окончательно южная граница Свободного государства Конго была установлена Англо-Конголезским соглашением 1894 года.

Ньясаленд (Британский протекторат Центральной Африки)

В 1879 году португальское правительство официально заявило о своих правах на территорию к югу и востоку от реки Руо (в настоящее время юго-восточная граница Малави), а затем, в 1882 году, заняло нижнюю долину реки Шир до реки Руо на севере. Правительство безуспешно пыталось добиться признания этой претензии со стороны Великобритании, а также не смогло добиться признания того, что Ширские нагорья являются частью Португальской Восточной Африки, поскольку они не находились под эффективным контролем. Вплоть до 1888 года британский Форин-офис отказывался нести ответственность за британских миссионеров и поселенцев в Ширских нагорьях после того, как Африканская озёрная корпорация безуспешно пыталась получить статус компании, имеющей хартию, с интересами там и на западном берегу озера Малави. Однако в 1885–1886 годах Александр де Серпа Пинто совершил экспедицию, достигшую Ширских нагорий, но не сумевшую заключить договоры о защите с вождями народа яо к западу от озера Малави. Чтобы предотвратить возможную португальскую оккупацию, в ноябре 1888 года Джонстон был назначен комиссаром и генеральным консулом для Мозамбика и районов Ньяса и прибыл в Блантайр в марте 1889 года. По пути к месту назначения Джонстон провел шесть недель в Лиссабоне, пытаясь договориться о приемлемом соглашении относительно сфер влияния Португалии и Великобритании в юго-восточной Африке. Однако, поскольку проект соглашения не исключал Ширские нагорья из португальской сферы, он был отклонен Форин-офисом. Одной из насущных проблем была война в Каронге – конфликт между суахильскими торговцами рабами и слоновой костью и их союзниками из народа хенга с одной стороны и Африканской озёрной торговой компанией и группировками народа нгонде с другой, вспыхнувший в 1887 году. Поскольку в то время Джонстон не располагал значительными силами, он согласился на перемирие с лидерами суахили в октябре 1889 года, но суахильские торговцы не соблюдали его условия. В конце 1888 и начале 1889 года португальское правительство отправило две экспедиции для заключения договоров о защите с местными вождями: одна под руководством Антониу Кардозу направилась к озеру Малави, а другая под руководством Александра де Серпа Пинто – вверх по долине реки Шир. Вместе они заключили более двадцати договоров с вождями на территории нынешнего Малави. Джонстон встретился с Серпа Пинто в августе 1889 года к востоку от реки Руо и посоветовал ему не переходить реку, но Серпа Пинто проигнорировал это предупреждение и перешел реку в Чиромо, который сейчас находится в Малави. В сентябре, после незначительных столкновений между силами Серпа Пинто и местными жителями, заместитель Джонстона объявил о создании протектората Ширских нагорий, несмотря на противоречащие указания. Провозглашение Джонстоном еще одного протектората к западу от озера Малави, Протектората районов Ньясаленд, было одобрено Форин-офисом в мае 1891 года. Джонстон прибыл в Чиромо, на юге Ньясаленда, 16 июля 1891 года. К тому времени он уже отобрал команду людей, которые должны были помочь в формировании администрации нового протектората. В их числе были Альфред Шарп (заместитель комиссара Джонстона), Бертрам Л. Склейтер (геодезист, строитель дорог и комендант констеблей), Александр Уайт (зоолог, которому предстояло открыть несколько новых видов в Ньясаленде), Сесил Монтгомери Магуайр (военный комендант), Хью Чарли Маршалл (таможенный чиновник, сборщик доходов и почтмейстер района Чиромо), Джон Бьюкенен (агроном, находившийся в Ньясаленде с 1876 года и назначенный Джонстоном вице-консулом) и другие. К 1891 году Джонстон контролировал лишь небольшую часть Ширских нагорий, которые сами по себе были лишь небольшой частью всего протектората. В 1891 году ему был предоставлен небольшой отряд индийских войск, и он начал обучать африканских солдат и полицейских. Сначала Джонстон использовал свои небольшие силы на юге протектората для подавления торговли рабами вождями народа яо, которые установили связи с суахильскими торговцами слоновой костью и рабами с начала XIX века. Поскольку у народа яо не было центральной власти, Джонстон смог побеждать одну группу за раз, хотя это заняло до 1894 года, когда он оставил самого могущественного вождя, Маканджиру, почти на потом, начав амфибийную операцию против него в конце 1893 года. До провозглашения в мае 1891 года Британского протектората Центральной Африки ряд европейских компаний и поселенцев заключили или утверждали, что заключили договоры с местными вождями, в соответствии с которыми земли, принадлежавшие африканским общинам, которые их занимали, передавались европейцам в обмен на защиту и некоторые торговые товары. Африканская озёрная компания претендовала на более чем 2,75 миллиона акров на севере протектората, некоторые из которых были заключены на условиях передачи суверенитета компании, а еще три человека утверждали, что приобрели большие участки земли на юге. Юджин Шаррер заявил о правах на 363 034 акра, Александр Лоу Брюс – на 176 000 акров, а Джон Бьюкенен и его братья – на дополнительные 167 823 акра. Эти земли были приобретены за незначительное количество товаров по соглашениям, подписанным вождями, не понимавшими английских концепций землевладения. Джонстону было поручено рассмотреть эти земельные претензии, и он начал это делать в конце 1892 года, поскольку провозглашение протектората сопровождалось массовым захватом земель, когда огромные площади земли покупались за незначительные суммы, а некоторые претензии пересекались. Он отверг любые предположения о том, что договоры, заключенные до учреждения протектората, могли передать суверенитет отдельным лицам или компаниям, но признал, что они могут служить доказательством продажи земли. Хотя Джонстон признавал, что земля принадлежит африканским общинам, и поэтому их вожди не имели права отчуждать ее, он предположил, что каждая община дала своему вождю такое право. Несмотря на отсутствие юридического образования, он заявил, что как комиссар имеет право расследовать эти сделки с землей и выдавать свидетельства о праве собственности, регистрирующие право собственности на землю европейским претендентам. Он отклонил очень мало претензий, несмотря на сомнительные доказательства по нескольким крупным из них. Существующие африканские деревни и фермы были освобождены от этих продаж, и жителям было сказано, что их дома и поля не отчуждаются. Тем не менее, концентрация большей части наиболее плодородных земель в Ширских нагорьях в руках европейских владельцев имела серьезные экономические последствия, которые сохранялись на протяжении всего колониального периода. В апреле 1894 года Джонстон вернулся в Англию и отсутствовал год. Он поссорился с Сесилом Роудсом, который до сих пор предоставлял большую часть его средств, и в течение первых трех лет администрация накопила дефицит в 20 000 фунтов стерлингов. Во время своего отпуска ему удалось убедить британское правительство согласиться взять на себя финансирование страны. По пути обратно он посетил Египет и Индию с целью набора солдат и, наконец, вернулся в Ньясаленд с флотилией лодок, 202 сикхскими солдатами и более чем 400 другими людьми. В Ширских нагорьях было набрано 4000 носильщиков для перевозки припасов и оборудования. Джонстон прибыл в Зомбу 3 мая 1895 года. В июне 1895 года Джонстон посетил Каронгу, чтобы попытаться достичь соглашения, но лидеры суахили отказались встретиться с ним или прекратить свои набеги, поэтому Джонстон решил применить военную силу. В ноябре 1895 года Джонстон отправился с отрядом из более чем 400 сикхских и африканских стрелков с артиллерией и пулеметами на пароходах в Каронгу и окружил главный укрепленный город торговцев, подвергая его бомбардировке в течение двух дней и, наконец, штурмуя его 4 декабря. Лидер суахили Мложи был схвачен, подвергнут формальному суду и повешен 5 декабря, при этом от 200 до 300 бойцов и несколько сотен гражданских лиц были убиты, многие из них при попытке сдаться. Другие укрепления суахили не оказывали сопротивления и были разрушены.

In 1879, the Portuguese government formally claimed the area south and east of the Ruo River (currently the southeastern border of Malawi) and then, in 1882, occupied the lower Shire River valley as far north as the Ruo. It attempted to gain British acceptance of this claim without success, and also failed in a claim that the Shire Highlands was part of Portuguese East Africa, as it was not under effective occupation As late as 1888, the British Foreign Office would not accept responsibility for British missionaries and settlers in the Shire Highlands after the African Lakes Corporation had tried but failed to become a Chartered company with interests there and around the western shore of Lake Malawi. However, in 1885–86, Alexandre de Serpa Pinto had undertaken an expedition which reached Shire Highlands, which had failed to make any treaties of protection with the Yao chiefs west of Lake Malawi. To prevent possible Portuguese occupation, in November 1888, Johnston was appointed as Commissioner and Consul general for the Mozambique and the Nyasa districts, and arrived in Blantyre in March 1889. On his way to take up his appointment, Johnston spent six weeks in Lisbon attempting to negotiate an acceptable agreement on Portuguese and British spheres of influence in southeastern Africa. However, as the draft agreement did not expressly exclude the Shire Highlands from the Portuguese sphere, it was rejected by the Foreign Office. Among several pressing problems was the Karonga War, a dispute between Swahili traders in slaves and ivory with their Henga allies on one side and the African Lakes Trading Company and factions of the Ngonde people on the other which had broken out in 1887. As Johnston had no significant forces at that time, he agreed to a truce with the Swahili leaders in October 1889, but the Swahili traders did not adhere to its terms. In late 1888 and early 1889, the Portuguese government sent two expeditions to make treaties of protection with local chiefs, one under Antonio Cardoso set off toward Lake Malawi, the other under Alexandre de Serpa Pinto moved up the Shire valley. Between them, they made over twenty treaties with chiefs in what is now Malawi. Johnston met Serpa Pinto in August 1889 east of the Ruo and advised him not to cross the river, but Serpa Pinto disregarded this and crossed the river to Chiromo, now in Malawi. In September, following minor clashes between Serpa Pinto's force and local Africans, Johnston's deputy declared a Shire Highlands Protectorate, despite the contrary instructions. Johnston's proclamation of a further protectorate west of Lake Malawi, the Nyasaland Districts Protectorate, was endorsed by the Foreign Office in May 1891. Johnston arrived in Chiromo, in the south of Nyasaland, on 16 July 1891. By that time he had already selected a team of men who were to assist in forming the administration of the new protectorate. They included Alfred Sharpe (Johnston's Deputy Commissioner), Bertram L. Sclater (Surveyor, Roadmaker, and Commandant of the Constabulary), Alexander Whyte (a zoologist who was to discover several new species in Nyasaland), Cecil Montgomery Maguire (Military Commandant), Hugh Charlie Marshall (Customs Officer, Collector of Revenues and Postmaster for the Chiromo district), John Buchanan (an agriculturalist who had been in Nyasaland since 1876, and was appointed Vice Consul by Johnston), and others. In 1891, Johnston only controlled a fraction of the Shire Highlands, itself a small part of the whole protectorate. He was provided with a small force of Indian troops in 1891, and began to train African soldiers and police. At first, Johnston used his small force in the south of the protectorate to suppress slave trading by Yao chiefs, who had established links with Swahili traders in ivory and slaves from the early 19th century. As the Yao people had no central authority, Johnston was able to defeat one group at a time, although this took until 1894, as he left the most powerful chief, Makanjira, until almost last, starting an amphibious operation against him in late 1893. Before the British Central Africa Protectorate was proclaimed in May 1891, a number of European companies and settlers had made, or claimed to have made, treaties with local chiefs under which the land owned by the African communities that occupied it was transferred to the Europeans in exchange for protection and some trade goods. The African Lakes Company claimed over 2.75 million acres in the north of the protectorate, some under treaties that claimed to transfer sovereignty to the company, and three others individuals claimed to have purchased large areas of land in the south. Eugene Sharrer claimed 363,034 acres, Alexander Low Bruce claimed 176,000 acres, and John Buchanan and his brothers claimed a further 167,823 acres. These lands were purchased for trivial quantities of goods under agreements signed by chiefs with no understanding of English concepts of land tenure. Johnston had the task of reviewing these land claims, and began to do so in late 1892, as the proclamation of the protectorate had been followed by a wholesale land grab, with huge areas of land bought for trivial sums and some claims overlapping. He rejected any suggestion that treaties made before the protectorate was established could transfer sovereignty to individuals or companies, but accept that they could be evidence of land sales. Although Johnston accepted that the land belonged to its African communities, so their chiefs had no right to alienate it, he suggested that each community had given their chief this right. Despite having no legal training, he claimed that, as Commissioner, he was entitled to investigate these land sales and to issue Certificates of Claim registering freehold title to the European claimants. He rejected very few claims, despite the questionable evidence for several major ones. The existing African villages and farms were exempted from these sales, and the villagers were told that their homes and fields were not being alienated. Despite this, the concentration of much of the most fertile land in the Shire Highlands in the hands of European owners had profound economic consequences that lasted throughout the colonial period. In April 1894, Johnston returned to England and was away for a year. He had quarrelled with Cecil Rhodes who had so far provided most of his funds, and during the first three years the administration had run up a deficit of £20,000. During his leave he managed to persuade the British Government to agree to take over the financing of the country. On his way back he visited Egypt and India with a view to recruiting soldiers, and eventually arrived back in Nyasaland with a flotilla of boats, 202 Sikh soldiers, and over 400 other men. 4000 porters were recruited in the Shire Highlands to carry stores and equipment. Johnston reached Zomba on 3 May 1895. Johnston visited Karonga in June 1895 to try to make a settlement but the Swahili leaders refused either to meet him curtail their raiding activities, so Johnston decided on military action. In November 1895, Johnston embarked with a force of over 400 Sikh and African riflemen, with artillery and machine guns on steamers, to Karonga and surrounded the traders' main stockaded town, bombarding it for two days and finally assaulting it on 4 December. The Swahili leader, Mlozi, was captured, given a cursory trial and hanged on 5 December and between 200 and 300 of fighters and several hundred non combatants were killed, many while attempting to surrender. Other Swahili stockades did not resist and were destroyed.

Северо-Восточная Родезия и Ньясаленд

Джонстон осознал стратегическое значение озера Танганьика для британцев, особенно поскольку территория между озером и побережьем стала Германской Восточной Африкой, образовав значительный разрыв в цепи британских колоний на пути к реализации мечты о дороге от Кейптауна до Каира. Однако северная оконечность озера Танганьика находилась всего в нескольких днях пути от контролируемой британцами Уганды, и поэтому установление британского присутствия на южном конце озера являлось приоритетной задачей. Хотя северные границы Северо-Восточной Родезии и Ньясаленда в конечном итоге были определены в результате переговоров между Великобританией, Германией, Португалией и Свободным государством Конго, Джонстон обеспечил строительство британских форпостов (в дополнение к уже существующим в Ньясаленде) к востоку от Луапула-Мверу в Чиенги и на реке Калунгуиши, на южном конце озера Танганьика в Аберкорне, а также в Форте Джеймсон между Мозамбиком и долиной Луангва, чтобы продемонстрировать эффективную оккупацию территории. До 1899 года Джонстон осуществлял административное управление территорией, которая впоследствии стала Северо-Восточной Родезией (северо-восточной половиной современной Замбии), и он способствовал созданию и надзору за администрацией Британской Южноафриканской компании в этом регионе. Северо-Восточная Родезия в этот период была слабо развита и рассматривалась главным образом как резерв рабочей силы, с небольшим количеством администраторов компании. Несмотря на упущенную возможность получить контроль над Катангой, в целом он способствовал консолидации территории площадью почти полмиллиона квадратных километров в составе Британской империи – около 200 000 квадратных миль (517 998 км²) или вдвое больше площади Соединенного Королевства в 2009 году – расположенной между долиной реки Луангва и озерами Ньяса, Танганьика и Мверу.

Поздние годы

В 1896 году в знак признания этого достижения он был назначен рыцарем-командующим Ордена Бани (KCB), но, страдая от тропических лихорадок, был переведен в Тунис в качестве генерального консула. В 1899 году сэр Гарри был направлен в Уганду в качестве специального комиссара для реорганизации администрации этого протектората после подавления мятежа суданских солдат и прекращения продолжавшейся войны с Уньоро. Также в 1901 году Джонстон стал первым обладателем медали Ливингстона Королевского шотландского географического общества, а в следующем году был назначен членом совета Лондонского зоологического общества. Он получил почетную степень доктора наук (D. Sc.) Кембриджского университета в мае 1902 года. Королевское географическое общество наградило его Медалью основателя 1904 года за вклад в исследование Африки. В 1902 году его жена родила близнецов, но оба прожили всего несколько часов, и у них больше не было детей. Его сестра, Мейбл Джонстон, вышла замуж за Арнольда Долметша, мастера по изготовлению инструментов и члена круга Блумсбери, в 1903 году. В 1903 и 1906 годах он баллотировался в парламент от Либеральной партии, но оба раза потерпел неудачу. В 1906 году Джонстоны переехали в хутор Полинг, близ Арундела в Западном Сассексе, где Гарри Джонстон в основном сосредоточился на литературной деятельности. Он занялся написанием романов, которые часто не имели долгого успеха, в то время как его описания собственных путешествий по Центральной Африке оказались более прочными. Гарри Джонстон перенес два инсульта в 1925 году, в результате которых он частично парализовался и больше не оправился, скончавшись два года спустя, в 1927 году, в доме Вудсеттс близ Уоркшопа в Ноттингемшире. Он был похоронен на церковном кладбище Святого Николая в Полинге, Западный Сассекс, где в нефе церкви установлена мемориальная доска, спроектированная и вырезанная скульптором и дизайнером шрифтов Эриком Гиллом, жившим в соседнем Дитчлинге.

Наследие

Гарри Джонстон увековечен в научных названиях окапи (Okapia johnstoni) и двух видов африканских ящериц (Trioceros johnstoni и Latastia johnstoni). Водопад Джонстон на реке Луапула, расположенный у Мамбидимы, был назван британцами в его честь. Его имя также носит начальная школа сэра Гарри Джонстона в Зомбе, Малави. Знаменитый бенгальский писатель Бибхутибхушан Бандхьопадхьяй упоминал о влиянии работ сэра Х. Х. Джонстона, одного из многих факторов, которые помогли ему убедительно описать сцены в его знаменитом бенгальском приключенческом романе "Чандер Пахар".