О.Г.С. Крофорд: Жизнь и вклад в британскую археологию.

Введение

Британский археолог (1886–1957)

Осберт Гай Стэнхоуп Кроуфорд (28 октября 1886 – 28 ноября 1957) – британский археолог, специализировавшийся на археологии доисторической Британии и Судана. Ярый сторонник аэроархеологии, он большую часть своей карьеры провёл в качестве археологического офицера Орданс Сурвей (OS) и также написал ряд книг по археологическим темам. Родился в Бомбее, Британская Индия, в обеспеченной шотландской семье среднего класса, Кроуфорд переехал в Англию в младенчестве и был воспитан своими тетями в Лондоне и Хэмпшире. Он изучал географию в колледже Кебл при Оксфордском университете и некоторое время работал в этой области, прежде чем посвятить себя профессионально археологии. Работая на филантропа Генри Уэлкома, Кроуфорд руководил раскопками Абу-Гейли в Судане, после чего незадолго до Первой мировой войны вернулся в Англию. Во время войны он служил в Лондонском шотландском полку и Королевском лётном корпусе, где участвовал в наземной и воздушной разведке на Западном фронте. После ранения, потребовавшего периода выздоровления в Англии, он вернулся на Западный фронт, где в 1918 году был захвачен в плен немецкой армией и оставался военнопленным до конца войны. В 1920 году Кроуфорд был принят на службу в Орданс Сурвей, совершил турне по Великобритании для картографирования местоположения археологических памятников и в процессе обнаружил несколько ранее неизвестных. Проявляя всё больший интерес к аэроархеологии, он использовал фотографии Королевских ВВС для определения протяжённости Стоунхенджского проспекта и провёл его раскопки в 1923 году. Вместе с археологом Александром Киллером он осуществил аэрофотосъёмку многих графств южной Англии и нашёл средства для приобретения земли вокруг Стоунхенджа для Национального траста. В 1927 году он основал научный журнал Antiquity, в котором публиковались работы многих выдающихся британских археологов, а в 1939 году был избран президентом Общества доисторических исследований. Будучи интернационалистом и социалистом, он испытал влияние марксизма и некоторое время сочувствовал Советскому Союзу. Во время Второй мировой войны он работал с Национальным архивом зданий, фотографически документируя Саутгемптон. После выхода на пенсию в 1946 году он вновь сосредоточился на суданской археологии и написал несколько дополнительных книг перед своей смертью. Друзья и коллеги вспоминали Кроуфорда как сварливого и раздражительного человека. Его вклад в британскую археологию, в том числе в развитие Antiquity и аэроархеологии, получил широкое признание; некоторые считают его одним из великих пионеров в этой области. Его фотоархив оставался полезным для археологов в XXI веке. Биография Кроуфорда, написанная Китти Хаузер, была опубликована в 2008 году.

Osbert Guy Stanhope Crawford (28 October 1886 – 28 November 1957) was a British archaeologist who specialised in the archaeology of prehistoric Britain and Sudan. A keen proponent of aerial archaeology, he spent most of his career as the archaeological officer of the Ordnance Survey (OS) and also wrote a range of books on archaeological subjects. Born in Bombay, British India, to a wealthy middle class Scottish family, Crawford moved to England as an infant and was raised by his aunts in London and Hampshire. He studied geography at Keble College, Oxford, and worked briefly in that field before devoting himself professionally to archaeology. Employed by the philanthropist Henry Wellcome, Crawford oversaw the excavation of Abu Geili in Sudan before returning to England shortly before the First World War. During the conflict he served in both the London Scottish Regiment and the Royal Flying Corps, where he was involved in ground and aerial reconnaissance along the Western Front. After an injury forced a period of convalescence in England, he returned to the Western Front, where he was captured by the German Army in 1918 and held as a prisoner of war until the end of the conflict. In 1920, Crawford was employed by the Ordnance Survey, touring Britain to plot the location of archaeological sites, and in the process identified several that were previously unknown. Increasingly interested in aerial archaeology, he used Royal Air Force photographs to identify the extent of the Stonehenge Avenue, excavating it in 1923. With the archaeologist Alexander Keiller, he conducted an aerial survey of many counties in southern England and raised the finances to secure the land around Stonehenge for The National Trust. In 1927, he established the scholarly journal Antiquity, which contained contributions from many of Britain's most prominent archaeologists, and in 1939 he served as president of The Prehistoric Society. An internationalist and socialist, he came under the influence of Marxism and for a time became a Soviet sympathiser. During the Second World War he worked with the National Buildings Record, photographically documenting Southampton. After retiring in 1946, he refocused his attention on Sudanese archaeology and wrote several further books prior to his death. Friends and colleagues remembered Crawford as a cantankerous and irritable individual. His contributions to British archaeology, including in Antiquity and aerial archaeology, have been widely acclaimed; some have referred to him as one of the great pioneering figures in the field. His photographic archive remained of use to archaeologists into the 21st century. A biography of Crawford by Kitty Hauser was published in 2008.

Детство: 18861904

О. Г. С. Кроуфорд родился 28 октября 1886 года в Бреч-Кэнди, пригороде Бомбея в Британской Индии. Его отец, Чарльз Эдвард Гордон Кроуфорд, был государственным служащим, получившим образование в колледже Марлборо и колледже Уадхэм в Оксфорде, прежде чем переехать в Индию, где он стал судьей Высокого суда в Тане. Семья Кроуфорд происходила из Эйршира в Шотландии, а его прадядей был политик Роберт Виграм Кроуфорд. Мать Кроуфорда, Алиса Лускомб Маккензи, была дочерью шотландского армейского врача и его жены из Девоншира. Алиса умерла через несколько дней после рождения сына, и когда ему было три месяца, Кроуфорд был отправлен в Англию на борту лайнера P&O Bokhara. Во время путешествия он был вверен заботе своей тети по отцу, Элеоноры, англиканской монахини, которая была настоятельницей Пунского монастыря Общины Святой Марии Девы. В Великобритании он провел следующие семь лет с двумя тетями по отцовской линии, жившими вместе недалеко от Портленд-Плейс в районе Мэрилебон центрального Лондона. Как и его отец, они были набожными христианами, будучи детьми шотландского священнослужителя. Под их опекой Кроуфорд мало общался с другими детьми или мужчинами. Он видел своего отца в те редкие случаи, когда тот посещал Англию, до своей смерти в Индии в 1894 году. В 1895 году Кроуфорд и его две тети переехали в сельский дом в Ист-Вудхай, Гэмпшир. Первоначально он учился в школе Парк-Хаус, которая ему нравилась, затем его перевели в колледж Марлборо, альма-матер его отца. Там он был несчастлив, жаловался на издевательства и принудительные занятия спортом, характеризуя колледж как "отвратительный дом пыток". В школе на Кроуфорда повлиял его наставник Ф. Б. Малим, который руководил археологической секцией Общества естественной истории колледжа и поощрял интерес мальчика к этой дисциплине. Возможно, Малим был для молодого Кроуфорда своего рода отцовской фигурой. Вместе с обществом Кроуфорд посетил такие археологические памятники, как Стоунхендж, Вест-Кеннет-Лонг-Бэрроу, Эйвбери и Мартинселл. Также благодаря обществу он получил топографические карты местности, что позволило ему исследовать холмы недалеко от дома своих теток. Он начал раскопки кургана возле Буль-Копса, тем самым привлекая внимание антиквара Гарольда Пика, который в то время участвовал в составлении "Истории округа Виктория" Беркшира. Пик и его жена вели богемный образ жизни, будучи вегетарианцами и социальными реформаторами, и их идеи оказали сильное влияние на Кроуфорда. Под влиянием Пиков Кроуфорд отверг свое религиозное воспитание в пользу рационалистического мировоззрения, основанного на науке. Кроуфорд оценил подход Пика к пониманию прошлых обществ через изучение географического ландшафта, а не только по текстам или артефактам.

O. G. S. Crawford was born on 28 October 1886 at Breach Candy, a suburb of Bombay in British India. His father, Charles Edward Gordon Crawford, was a civil servant who had been educated at Marlborough College and Wadham College, Oxford before moving to India, where he became a High Court judge at Thane. The Crawford family came from Ayrshire in Scotland, and the child's great uncle was the politician Robert Wigram Crawford. Crawford's mother, Alice Luscombe Mackenzie, was the daughter of a Scottish army doctor and his Devonshire wife. Alice died a few days after her son's birth, and so when he was three months old, Crawford was sent to England aboard the P&O liner Bokhara. During the journey he was entrusted to the care of his paternal aunt Eleanor, an Anglican nun who was the head of the Poona Convent of the Community of St Mary the Virgin. In Britain, he spent the next seven years with two paternal aunts who lived together near to Portland Place in the Marylebone district of central London. Like his father, they were devout Christians, having been the children of a Scottish clergyman. Under their guardianship Crawford had little contact with other children or with men. Crawford saw his father on the few occasions that the latter visited England, prior to his death in India in 1894. In 1895, Crawford and his two aunts moved to a rural house in East Woodhay, Hampshire. Initially educated at Park House School, which he enjoyed, he was then moved to Marlborough College, his father's alma mater. He was unhappy there, complaining about bullying and enforced sporting activities, and characterising it as a "detestable house of torture". At the school, Crawford was influenced by his housemaster, F. B. Malim, who presided over the archaeological section of the college's Natural History Society and encouraged the boy's interest in the subject. It is possible that Malim provided something of a father figure for the young Crawford. With the society, Crawford visited such archaeological sites as Stonehenge, West Kennet Long Barrow, Avebury, and Martinsell. It was also through the society that he obtained Ordnance Survey maps of the landscape, allowing him to explore the downs near to his aunts' home. He began excavation of a barrow near to Bull's Copse, thus attracting the attention of the antiquarian Harold Peake, who was then involved in compiling the Victoria County History of Berkshire. Peake and his wife lived a Bohemian lifestyle, being vegetarians and social reformers, and their ideas had a strong impact on Crawford. Under the Peakes' influence, Crawford rejected his religious upbringing in favour of a rationalist world view based in science. Crawford gained an appreciation from Peake for the understanding of past societies through an examination of the geographical landscape rather than simply through texts or artefacts.

Университет и начало карьеры: 19051914

После окончания школы Кроуфорд получил стипендию для обучения в колледже Кебл в Оксфорде. Там он начал изучать literae humaniores в 1905 году, но, получив лишь оценку «третий класс» на экзаменах второго курса, в 1908 году переключился на географию. В 1910 году он получил отличие за дипломную работу, для которой провел исследование ландшафта в окрестностях Андовера. Во время пешего путешествия по Ирландии он также написал статью о географическом распространении бронзовых плоских топоров и кубков на Британских островах. Она была представлена в Антропологическом обществе Оксфордского университета, а затем опубликована в журнале The Geographical Journal. Позднее археолог Грэм Кларк отметил, что эта работа «стала вехой в британской археологии; это была первая реальная попытка реконструировать доисторические события на основе географического распределения археологических находок». Археолог Марк Боуден, коллега Кроуфорда, указал, что хотя карты археологического распространения и создавались ранее, «археологические данные никогда прежде не сочетались с данными об окружающей среде» так, как это сделал Кроуфорд в данной статье. После окончания университета профессор А. Дж. Гербертсон предложил ему должность младшего демонстратора на географическом факультете. Кроуфорд согласился и проработал в этой должности в течение последующего года. Благодаря Гербертсону Кроуфорд познакомился с географом Патриком Геддесом. Кроуфорд решил сосредоточиться на археологии, а не на географии, хотя в то время в Великобритании было мало профессиональных позиций в этой области. В поисках работы он безуспешно подал заявку на стипендию Крейвена и на должность в Музее Бомбея. По рекомендации Гербертсона в 1913 году Кроуфорд получил работу ассистентом в экспедиции Уильяма Скорсби Рутледжа и Кэтрин Рутледж на остров Пасхи. Целью экспедиции было узнать больше о первых обитателях острова и его статуях моаи. После отплытия команды из Британии на шхуне «Мана» Кроуфорд начал ссориться с Рутледжами. Он заявил им, что они проявили «чрезвычайную невежливость» и «вопиющую скупость» по отношению как к нему, так и к другим членам экипажа, после чего покинул корабль в Кабо-Верде и вернулся в Британию. Затем он получил работу от богатого филантропа Генри Уэллкома, который отправил его в Египет для получения дополнительной подготовки в области археологических раскопок под руководством Г. А. Рейснера. Уэллком затем направил его в Судан, где Кроуфорд возглавил раскопки меройского поселения в Абу-Гейли, проработав там с января по июнь 1914 года. По возвращении в Англию, где он планировал разобрать артефакты, найденные в Судане, он и его друг Эрнест Хутон начали раскопки длинного кургана на Уэкскомб Даун в Уилтшире.

Following his schooling, Crawford won a junior scholarship to study at Keble College, Oxford. There he began reading literae humaniores in 1905 but – after gaining only a third class score in his second year exams – he switched courses to study geography in 1908. In 1910 he gained a distinction for his diploma, for which he had conducted a study of the landscape surrounding Andover. Reflecting his interest in the relationship between geography and archaeology, during a walking tour of Ireland he had also written a paper on the geographic distribution of Bronze Age flat bronze axes and beakers in the British Isles. It was presented to the Oxford University Anthropological Society before being published in The Geographical Journal. The archaeologist Grahame Clark later related that the paper "marked a milestone in British Archaeology; it was the first real attempt to deduce prehistoric events from the geographical distribution of archaeological objects". Crawford's fellow archaeologist Mark Bowden stated that while archaeological distribution maps had been previously produced, "archaeological data had never before been married with environmental information" in the way that Crawford did in this article. After Crawford graduated, Professor A. J. Herbertson offered him a job as a junior demonstrator in the university's geography department. Crawford agreed, and served in the teaching position over the ensuing year. Through Herbertson, Crawford was introduced to the geographer Patrick Geddes. Crawford then decided to focus his attentions on archaeology rather than geography even though few professional positions in the field existed in Britain at the time. Looking elsewhere for archaeological employment, he unsuccessfully applied for a Craven Fellowship and for a post at Bombay Museum. At Herbertson's recommendation, in 1913 Crawford gained employment as an assistant on William Scoresby Routledge and Katherine Routledge's expedition to Easter Island. The expedition had the intention of learning more about the island's first inhabitants and its Moai statues. After the team departed from Britain aboard the schooner Mana, Crawford began quarrelling with the Routledges. Informing them that they had demonstrated an "extraordinary lack of courtesy" and "appalling stinginess" toward both him and other crew members, he left the ship at Cape Verde and returned to Britain. He then gained employment from the wealthy philanthropist Henry Wellcome, who sent him to Egypt to gain further training in archaeological excavation from G. A. Reisner. Wellcome then sent him to Sudan, where Crawford was given charge of the excavation of the Meroitic site at Abu Geili, remaining there from January to June 1914. On his return to England—where he was planning on sorting through the artefacts found in Sudan—he and his friend Earnest Hooton began excavation of a long barrow on Wexcombe Down in Wiltshire.

Первая мировая война: 19141918

Именно во время этих раскопок Соединенное Королевство вступило в Первую мировую войну. По настоянию Пика Кроуфорд поступил на службу в британскую армию, присоединившись к Лондонскому шотландскому полку и был отправлен для подкрепления Первого батальона на Западном фронте. Батальон двинулся к Бетюну, чтобы сменить британские войска на передовой, участвуя в боях у Живанши. Кроуфорд заболел гриппом и малярией, и в феврале был отправлен в Англию на лечение, разместившись в Бирмингеме для восстановления. После выздоровления он подал заявление о зачислении в Королевский военно-воздушный корпус (RFC), но был признан слишком тяжелым. В мае 1915 года он получил офицерский чин. В июле 1915 года он присоединился к Королевскому Беркширскому полку в составе Третьей армии, дислоцировавшись в Боваль, а затем в Сент-Поль. Используя свои навыки, он служил картографом полка и отвечал за составление карт местности вокруг линии фронта, включая позиции немецкой армии. Он также делал фотографии, которые использовались в британских пропагандистских целях, а в 1916 году сопровождал писателя Г.Г. Уэллса по окопам во время его визита на фронт. В январе 1917 года Кроуфорд успешно подал заявление о зачислении в RFC в качестве наблюдателя в 23-ю эскадрилью RFC, которая выполняла разведывательные полеты над вражеской территорией и составляла карты. Во время своего первого полета немецкая армия открыла огонь по его самолету, и его правую ногу пронзили пули, причинив серьезные ранения. Для восстановления он провел время в различных госпиталях во Франции и Англии, прежде чем был отправлен во вспомогательный госпиталь RFC в поместье Хелиган в Корнуолле. В это время он провел выходные в доме Уэллса в Данмоу, Эссекс, разделяя его стремление к созданию единого мирового правительства и убеждение, что написание мировой истории является вкладом в это дело. Находясь в Хелигане, Кроуфорд начал работу над книгой «Человек и его прошлое», в которой рассматривал широкий спектр человеческой истории с археологической и географической точек зрения. В сентябре 1917 года Кроуфорд, который был повышен до должности офицера разведки эскадрильи, присоединился к 48-й эскадрилье RFC, где вновь выполнял аэрофотосъемку во время разведывательных миссий. Во время одного из полетов в феврале 1918 года самолет Кроуфорда был подбит и вынужден совершить посадку на территории, контролируемой немцами; он и его пилот были взяты в плен. Первоначально он был заключен в тюрьму в Ландсхуте, Бавария, откуда предпринял попытку побега, поплыв вниз по реке Изар; течение оказалось слишком сильным, и его вскоре перехватили. Затем его перевели в лагерь для военнопленных Хольцминден, где он узнал о плане побега через туннель, но не принял в нем участия. Вместо этого он большую часть времени посвящал работе над книгой «Человек и его прошлое» и чтению произведений Уэллса, Карла Юнга и Сэмюэля Батлера. Кроуфорд оставался в лагере семь месяцев, до объявления перемирия, после чего вернулся в Британию и был демобилизован.

It was while Crawford was engaged in this excavation that the United Kingdom entered the First World War. At Peake's encouragement, Crawford enlisted in the British Army, joining the London Scottish Regiment and was sent to reinforce the First Battalion on the Western Front. The battalion marched to Béthune to relieve the British line, fighting at Givenchy. Crawford was afflicted with influenza and malaria, and in February he was invalided back to England and stationed at Birmingham for his recuperation. After he recovered, he applied to join the Royal Flying Corps (RFC) but was deemed too heavy. He was commissioned in May 1915. In July 1915 he joined the Royal Berkshire Regiment as part of the Third Army, being stationed at Beauval and then St. Pol. Using his existing skills, he served as the regiment's maps officer, and was responsible for mapping the areas around the front line, including German Army positions. He also took photographs which were used for British propaganda purposes, and in 1916 he guided the writer H. G. Wells around the trenches on the latter's visit to the Front. In January 1917, Crawford successfully applied to join the RFC as an observer with 23 Squadron RFC, which flew over enemy lines to make observations and draw maps. On his maiden flight, the German Army opened fire on his aircraft, and his right foot was pierced by bullets and badly injured. To recuperate, he spent time at various hospitals in France and England before being sent to the RFC Auxiliary Hospital at the Heligan estate in Cornwall. During this time in England he spent a weekend at Wells's home in Dunmow, Essex, embracing the latter's desire for a united world government and the idea that writing about global history was a contribution to that cause. While at Heligan, Crawford began work on a book, Man and his Past, in which he examined a broad sweep of human history from an archaeological and geographical perspective. In September 1917, Crawford—who had been promoted to the position of squadron intelligence officer—joined 48 Squadron RFC, for which he again took aerial photographs during reconnaissance missions. While on one flight in February 1918, Crawford's aircraft was shot at and forced to land in German held territory; he and his pilot were taken as prisoners of war. He was initially imprisoned at Landshut in Bavaria, from where he tried to escape by swimming down the River Isar; the river current proved too strong and he was soon recaptured. He was then transferred to Holzminden prisoner of war camp, where he was aware of an escape plan involving tunnelling out of the camp, but did not take part. Instead he spent much of his time working on Man and his Past and reading works by Wells, Carl Jung, and Samuel Butler. Crawford remained in the camp for seven months, until the declaration of armistice, at which he returned to Britain and was demobilised.

Артиллерийский обзор и древность

Вернувшись в Англию, Кроуфорд закончил написание книги «Человек и его прошлое», опубликованной Оксфордским университетом в 1921 году. По словам историка археологии Адама Стаута, книга была «манифестом, призывом к действию для нового поколения археологов, разделявших идеализм и веру в потенциал Прогресса». Боуден предположил, что ее можно рассматривать как «манифест геоархеологии, экологической археологии и экономической археологии. Объединяющей темой является то, что ко всем этим темам следует подходить посредством составления карт». В обсуждении географических методов определения «культур» работа соответствовала теоретическому направлению культурно-исторической археологии, но не предпринимала попыток систематически применить понятие культуры. Кроуфорд также вернулся к полевым работам, проводя археологические раскопки для Кембрийской археологической ассоциации как в Уилтшире, так и в Уэльсе. В середине 1920 года он проводил раскопки в Раундвуде (Гэмпшир) и на острове Уайт для сэра Уильяма Портала. Его опыт привел к тому, что его пригласил Чарльз Клоуз, генеральный директор Орданс Сурвей (OS), присоединиться к организации в качестве первого археологического офицера. Приняв предложение, Кроуфорд переехал в Саутгемптон и начал работу над проектом в октябре 1920 года. Его прибытие в OS вызвало некоторое недовольство, поскольку коллеги часто считали его должность излишней и археологию – неважной. Его работа заключалась в корректировке и обновлении информации об археологических памятниках при пересмотре карт OS, а также в проведении обширных полевых работ, путешествиях по британскому ландшафту для проверки местоположения ранее зарегистрированных объектов и обнаружения новых. Он начал в Глостершире в конце 1920 года, посетив 208 объектов в районе Котсуолдс и добавив на карту 81 ранее неизвестный барроу. Основываясь на своих исследованиях в этом регионе, в 1925 году он опубликовал книгу «Длинные курганы и каменные круги Котсуолдса и Уэльских Марчей». В рамках своей работы он путешествовал по Великобритании, от Шотландии на севере до островов Силли на юге, часто проводя полевые работы на велосипеде. На археологических объектах он делал фотографии и хранил их в своем архиве, а также получал аэрофотоснимки археологических объектов, сделанные Королевскими военно-воздушными силами. В этом ему помогали региональные общества антикваров и его корреспонденты, которых он называл «хорьками». В 1921 году Орданс Сурвей опубликовал работу Кроуфорда «Заметки по археологии для руководства в полевых условиях», в которой он объяснил, как археологи-любители могут идентифицировать следы старых памятников, дорог и сельскохозяйственной деятельности в ландшафте. Он также начал создавать «периодические карты», на которых отмечались археологические объекты; первая из них была посвящена римской Британии и отображала римские дороги и поселения. Впервые опубликованная в 1924 году, она быстро была распродана, что привело к выходу второго издания в 1928 году. Затем в 1930-х годах последовали другие карты: «Англия в XVII веке», «Кельтские земляные сооружения равнины Солсбери», «Неолит Уэссекса» и «Британия в Темные века». Хотя его положение изначально было шатким, в 1926 году оно было закреплено на постоянной основе, несмотря на нежелание Казначейства, финансировавшего OS в то время. К 1938 году он смог убедить OS нанять помощника, У. Ф. Граймса, для помощи в его работе. Кроуфорд особенно заинтересовался новой техникой аэроархеологии, утверждая, что этот новый процесс для археологии является тем же, чем телескоп для астрономии. Его связь с ней была отмечена в романе Уэллса 1939 года «Форма грядущих вещей», в котором разведывательный самолет, обнаруживший древнее археологическое устройство, назван «Кроуфорд». Он выпустил два буклета OS, содержащие различные аэрофотоснимки, опубликованные в 1924 и 1929 годах соответственно. Благодаря этим и другим работам он стремился продвигать аэроархеологию, прочно ассоциируясь с этой техникой. Кроуфорд не делал эти фотографии сам, а собирал их из архивов ВВС и в 1930-х годах от таких пилотов, как Джордж Аллен и Гилберт Инсалл. Используя аэрофотоснимки ВВС, Кроуфорд определил длину Авеню в Стоунхендже, прежде чем приступить к раскопкам на этом месте с А. Д. Пассмором в конце 1923 года. Этот проект привлек внимание прессы, в результате чего Кроуфорд связался с производителем мармелада и археологом Александром Киллером. Киллер пригласил Кроуфорда присоединиться к нему в аэрофотосъемке, финансируемой самим Киллером, в ходе которой они облетели Беркшир, Дорсет, Гэмпшир, Сомерсет и Уилтшир в 1924 году, фотографируя археологические следы в ландшафте. Многие из этих изображений были опубликованы в книге Кроуфорда и Киллера «Уэссекс с воздуха» в 1928 году. В 1927 году Кроуфорд и Киллер помогли собрать средства для покупки земли вокруг Стоунхенджа и передать ее Национальному трасту, чтобы предотвратить ее повреждение в результате дальнейшего сельскохозяйственного или городского развития. Ранее, в 1923 году, Кроуфорд помог Киллеру в кампании против установки радиомачты на археологически значимом холме Виндмилл-Хилл в Уилтшире, после чего Киллер приобрел холм и прилегающую территорию Эйвбери. Несмотря на эти рабочие отношения, они так и не стали друзьями, возможно, из-за их сильно различающихся взглядов и интересов вне археологии. В 1927 году Кроуфорд основал журнал «Antiquity: A Quarterly Review of Archaeology», ежеквартальный журнал, предназначенный для объединения исследований археологов, работающих по всему миру, в дополнение к разнообразию региональных журналов антикваров, существовавших в то время. В частности, Кроуфорд рассматривал «Antiquity» как конкурента журналу «Antiquaries Journal», издаваемому Обществом антикваров. Кроуфорд презирал Общество, не одобряя его пренебрежения к доисторическому периоду и считая, что оно проводит мало ценных исследований. Хотя журнал задумывался как международный, в «Antiquity» прослеживалась явная предвзятость в отношении археологии Великобритании, его выпуск совпал с расцветом британской археологии как области исследований. Он содержал статьи от различных молодых археологов, которые впоследствии стали доминировать в области британской археологии, среди них В. Гордон Чайлд, Грэм Кларк, Сирил Фокс, Кристофер Хоукс, Т. Д. Кендрик, Стюарт Пигготт и Мортимер Уилер. Их объединяло стремление Кроуфорда профессионализировать эту область, тем самым вывести ее из-под контроля любителей-антикваров и направить в более научное русло. Некоторые из этих людей ласково называли Кроуфорда «Огсом» или «Дядей Огсом».

Back in England, Crawford finished writing Man and his Past, which was published by Oxford University Press in 1921. According to the historian of archaeology Adam Stout, the book was "a manifesto, a rallying cry for a new generation of archaeologists who shared in the idealism and the faith in the potential of Progress". Bowden suggested that it could be seen as a "manifesto for geoarchaeology, environmental archaeology and economic archaeology. The unifying theme is that all these topics should be approached through the compilation of maps". In discussing geographical methods for delineating "cultures", the work fit within the theoretical trend of culture historical archaeology, but did not attempt to apply the concept of culture in a systematic fashion. Crawford also returned to field work, carrying out archaeological excavation for the Cambrian Archaeological Association in both Wiltshire and Wales. In mid 1920, he excavated at Roundwood, Hampshire and on the Isle of Wight for Sir William Portal. His expertise resulted in his being invited by Charles Close, the Director General of the Ordnance Survey (OS), to join that organisation as their first archaeological officer. Accepting the position, Crawford moved to Southampton and began work at the project in October 1920. His arrival at the OS generated some resentment, with co workers often seeing his post as superfluous and deeming archaeology to be unimportant. His job entailed correcting and updating information about archaeological monuments as the OS maps were revised, and involved him undertaking much fieldwork, travelling across the British landscape to check the location of previously recorded sites and discover new ones. He began in Gloucestershire in late 1920, visiting 208 sites around the Cotswolds and adding 81 previously unknown barrows to the map. Based on his research in this region, in 1925 he published his book Long Barrows and the Stone Circles of the Cotswolds and the Welsh Marches. As part of his job, he travelled around Britain, from Scotland in the north to the Scilly Isles in the south, often conducting his fieldwork by bicycle. At archaeological sites he took photographs and stored them in his archive, and he also obtained aerial photographs of archaeological sites taken by the Royal Air Force. In this he was aided by regional antiquarian societies and by his correspondents, whom he called his "ferrets". In 1921, the Ordnance Survey published Crawford's work, "Notes on Archaeology for Guidance in the Field", in which he explained how amateur archaeologists could identify traces of old monuments, roads, and agricultural activity in the landscape. He also began producing "period maps" in which archaeological sites were marked; the first of these was on Roman Britain, and featured Roman roads and settlements. First published in 1924, it soon sold out, resulting in a second edition in 1928. He followed this with a range of further maps in the 1930s: "England in the Seventeenth Century", "Celtic Earthworks of Salisbury Plain", "Neolithic Wessex", and "Britain in the Dark Ages". Although his position had initially been precarious, in 1926 it was made permanent, despite the reluctance of the Treasury, which financed the OS at the time. By 1938, he had been able to persuade the OS to employ an assistant, W. F. Grimes, to aid him in his work. Crawford became particularly interested in the new technique of aerial archaeology, claiming that this new process was to archaeology what the telescope was to astronomy. His association with it was honoured in Wells' 1939 novel The Shape of Things to Come, which names a survey aeroplane that discovers an ancient archaeological device "Crawford". He produced two OS leaflets containing various aerial photographs, printed in 1924 and 1929 respectively. Through these and other works he was keen to promote aerial archaeology, coming to be firmly identified with the technique. Crawford did not take these photographs himself, but collected them from RAF files and, in the 1930s, from flyers such as George Allen and Gilbert Insall. Using RAF aerial photographs, Crawford determined the length of the Avenue at Stonehenge before embarking on an excavation of the site with A. D. Passmore in late 1923. This project attracted press attention, resulting in Crawford being contacted by the marmalade magnate and archaeologist Alexander Keiller. Keiller invited Crawford to join him in an aerial survey, financed by Keiller himself, in which they flew over Berkshire, Dorset, Hampshire, Somerset, and Wiltshire in 1924, taking photographs of archaeological traces in the landscape. Many of these images were published in Crawford and Keiller's Wessex from the Air in 1928. In 1927 Crawford and Keiller helped raise the finances to buy the land around Stonehenge and present it to The National Trust to prevent it from being damaged by further agricultural or urban development. Previously, in 1923, Crawford had assisted Keiller in campaigning to prevent a radio mast being erected on the archaeologically significant Windmill Hill in Wiltshire, with Keiller later purchasing the hill and the surrounding Avebury area. Despite this working relationship, the two never became friends, perhaps a result of their highly divergent opinions and interests outside of archaeology. In 1927, Crawford founded Antiquity; A Quarterly Review of Archaeology, a quarterly journal designed to bring together the research of archaeologists working across the world to supplement the variety of regional antiquarian periodicals that were then available. In particular, Crawford saw Antiquity as a rival to the Antiquaries Journal published by the Society of Antiquaries. Crawford was contemptuous of the Society, disliking their neglect of prehistory and believing that they did little valuable research. Although designed to have an international scope, Antiquity exhibited a clear bias towards the archaeology of Britain, with its release coinciding with the blossoming of British archaeology as a field of study. It contained contributions from a variety of young archaeologists who came to dominate the field of British archaeology, among them V. Gordon Childe, Grahame Clark, Cyril Fox, Christopher Hawkes, T. D. Kendrick, Stuart Piggott, and Mortimer Wheeler. They shared Crawford's desire to professionalise the field, thereby taking it away from the domination of antiquarian hobbyists and in a more scientific direction. To some of these individuals, Crawford himself was affectionately known as "Ogs" or "Uncle Ogs"

Журнал сразу же оказался влиятельным. Хотя изначально не использовался процесс рецензирования, Кроуфорд просил своих друзей просмотреть представленные материалы, в которых он не был уверен. Помимо стремления формировать и определять дисциплину, «Antiquity» стремился распространять новости об археологических открытиях среди более широкой общественности, делая его более доступным, чем существующие научные журналы. В результате Кроуфорд получал письма от сторонников различных псевдоархеологических идей, таких как теория лей-линий Альфреда Уоткинса; он хранил эти письма в разделе своего архива под названием «Ереси» и был раздражен тем, что образованные люди верили в такие идеи, которые были явно неверными. Он отказался публиковать рекламу в «Antiquity» для книги Уоткинса «The Old Straight Track», который очень ожесточился против него. В 1938 году Кроуфорд был президентом Преисторического общества; на этом посту он инициировал серию раскопок, пригласив немецкого археолога Герхарда Берсу, преследуемого нацистскими властями в Германии, переехать в Англию для руководства раскопками в Литл-Вудбери.

Зарубежные визиты и марксизм

Кроуфорд любил путешествовать за границу. В 1928 году ОС отправила его на Ближний Восток для сбора аэрофотоснимков, сделанных во время Первой мировой войны и хранившихся в Багдаде, Аммане и Гелиополисе. В середине 1931 года он посетил Германию и Австрию, углубляя свой интерес к фотографии благодаря покупке Voigtländer. Позже он посетил Италию с целью изучения возможности создания карт ОС, указывающих на археологические памятники страны; в ноябре 1932 года он встретился с итальянским лидером Бенито Муссолини, который проявлял интерес к идеям Кроуфорда о создании карты ОС археологических памятников Рима. Это было частью более масштабного проекта по созданию серии карт, охватывающих всю Римскую империю, для чего Кроуфорд посещал различные части Европы в конце 1920-х и 1930-х годов. В качестве мест для отдыха он посещал Германию, Австрию, Румынию, Корсику, Мальту, Алжир и Тунис, а в 1936 году приобрел участок земли на Кипре, где построил дом. Во время этих отпусков он посещал археологические раскопки и встречался с местными археологами, призывая их публиковать статьи в журнале Antiquity. Кроуфорд верил, что общество будет прогрессировать с ростом интернационализма и расширением применения науки. В политическом плане он склонился к социализму под влиянием Чайлда, ставшего его близким другом. Он выразил мнение, что социализм является "естественным следствием науки в регулировании человеческих дел". Он пытался включить марксистские идеи в свои археологические интерпретации, результатом чего стали статьи, такие как "Диалектический процесс в истории науки", опубликованная в журнале The Sociological Review. Он с энтузиазмом относился к Советскому Союзу, государству, управляемому коммунистической партией марксистов, считая его предвестником будущего мирового государства. В мае 1932 года вместе со своим другом Нилом Хантером он отправился в Советский Союз, прибыв в Ленинград на борту судна "Смольный". Там они посетили Москву, Нижний Новгород, Сталинград, Ростов-на-Дону, Тифлис, Армению, Батум и Сухум. Кроуфорд восхищался тем, что он воспринимал как прогресс, достигнутый Советским Союзом после падения царского режима, все более бесклассовым и равноправным статусом его населения, а также уважением, оказываемым ученым при планировании общественного развития. Он описал свой отпуск с восторгом в книге "Поход по большевистской России", заявив, что сделал это, чтобы "ускорить падение капитализма", одновременно "зарабатывая как можно больше денег" на капиталистах. Книга была отклонена издателем Виктором Голланцем, после чего Кроуфорд решил не обращаться к другим издателям, а вместо этого раздавал напечатанные копии работы своим друзьям. Хотя он сотрудничал с Друзьями Советского Союза и написал несколько статей для газеты Daily Worker, он никогда не вступал в Коммунистическую партию Великобритании и вообще не участвовал в организованной политике, возможно, опасаясь, что это поставит под угрозу его работу на государственной службе. В Великобритании он фотографировал места, связанные с видными марксистами Карлом Марксом и Владимиром Лениным. Он также фотографировал вывески, установленные землевладельцами и религиозными группами, полагая, что таким образом он документирует следы капиталистического общества, прежде чем они будут сметены социализмом. Как в Великобритании, так и во время визита в Германию он фотографировал профашистскую и антифашистскую пропаганду и граффити. Как и многие левые того времени, он считал, что фашизм является временным, крайним проявлением капиталистического общества, которое вскоре будет преодолено социализмом. Тем не менее, он выразил восхищение немецким археологическим сообществом при нацистском правительстве, подчеркнув, что британское государство сильно отстает с точки зрения финансирования раскопок и поощрения изучения археологии в университетах; он воздержался от комментариев о политической повестке дня, которую нацисты продвигали в археологии. Несмотря на свои социалистические и просоветские убеждения, Кроуфорд верил в сотрудничество со всеми иностранными археологами, независимо от политических или идеологических различий. В начале 1938 года он читал лекции по аэроархеологии в немецком министерстве авиации; министерство опубликовало его лекцию под названием Luftbild und Vorgeschichte, и Кроуфорд был разочарован тем, что британское правительство не опубликовало его работу с таким же энтузиазмом. Оттуда…

Crawford enjoyed foreign travel. In 1928 the OS sent him to the Middle East to collect aerial photographs that had been produced during the First World War and which were stored at Baghdad, Amman, and Heliopolis. In mid 1931 he visited Germany and Austria, furthering his interest in photography through the purchase of a Voigtländer. He later visited Italy with the intent of examining the possibility of producing OS maps pinpointing the country's archaeological sites; in November 1932 he met with the Italian leader Benito Mussolini, who was interested in Crawford's ideas about creating an OS map of archaeological sites in Rome. This was part of a wider project to produce a series of maps covering the entirety of the Roman Empire, for which Crawford visited various parts of Europe during the late 1920s and 1930s. Holiday destinations included Germany, Austria, Romania, Corsica, Malta, Algeria, and Tunisia, and in 1936 he purchased a plot of land in Cyprus on which he had a house built. During these vacations, he visited archaeological sites and met with local archaeologists, encouraging them to contribute articles to Antiquity. Crawford believed that society would progress with the growth of internationalism and the increased application of science. Politically, he had moved toward socialism under the influence of Childe, who had become a close friend. He expressed the view that socialism was "the natural corollary of science in the regulation of human affairs". He attempted to incorporate Marxist ideas into his archaeological interpretations, as a result producing articles such as "The Dialectical Process in the History of Science", which was published in The Sociological Review. He became enthusiastic about the Soviet Union, a state governed by the Marxist Communist Party, viewing it as the forerunner of a future world state. With his friend Neil Hunter, he travelled to the Soviet Union in May 1932, sailing to Leningrad aboard the Smolny. Once there, they followed a prescribed tourist itinerary, visiting Moscow, Nizhni Novgorod, Stalingrad, Rostov on Don, Tiflis, Armenia, Batum, and Sukhum. Crawford admired what he perceived as the progress that the Soviet Union had made since the fall of the Tsarist regime, the increasingly classless and gender equal status of its population, and the respect accorded to scientists in planning its societal development. He described his holiday with glowing praise in a book, A Tour of Bolshevy, stating that he did so to "hasten the downfall of capitalism" while at the same time making "as much money as possible" out of capitalists. The book was rejected by the publisher Victor Gollancz, after which Crawford decided not to approach other publishers, instead giving typed copies of the work to his friends. Although he became involved with the Friends of the Soviet Union and wrote several articles for the Daily Worker newspaper, he never joined the Communist Party of Great Britain, nor did he become involved in organised politics at all, perhaps fearing that to do so would jeopardise his employment in the civil service. In Britain, he photographed sites associated with the prominent Marxists Karl Marx and Vladimir Lenin. He also photographed the signs erected by landowners and religious groups, believing that in doing so he was documenting the traces of capitalist society before they would be swept away by socialism. Both in Britain and on a visit to Germany he photographed pro fascist and anti fascist propaganda and graffiti. Like many leftists at the time, he believed that fascism was a temporary, extreme expression of capitalist society that would soon be overcome by socialism. He nevertheless expressed admiration for the German archaeological establishment under the Nazi government, highlighting that the British state lagged far behind in terms of funding excavations and encouraging the study of archaeology in universities; he refrained from commenting on the political agenda that the Nazis had in promoting archaeology. Despite his socialist and pro Soviet beliefs, Crawford believed in collaborating with all foreign archaeologists, regardless of political or ideological differences. In early 1938, he lectured on aerial archaeology at the German Air Ministry; the Ministry published his lecture as Luftbild und Vorgeschichte, and Crawford was frustrated that the British government did not publish his work with the same enthusiasm. From there, he visited Vienna to meet with his friend, the archaeologist Oswald Menghin; Menghin took Crawford to an event celebrating the Anschluss, at which he met the prominent Nazi Josef Bürckel. Shortly after, he holidayed in Schleswig Holstein, where German archaeologists took him to see the Danevirke. In 1939, Crawford was involved in photographing the excavation of the Sutton Hoo Anglo Saxon ship burial in Suffolk. He was present on the site from 24 to 29 July 1939, and took 124 photographs. Several of his photographs are used in the British Museum's display of Sutton Hoo artefacts, but he was not originally credited; this may be due to the lack of recognition for certain types of archaeological labour, such as photography. His photographs recorded the excavation process as well artefacts recovered during the dig, such as the Anastasius Dish. A photographic record of an archaeological excavation was novel at the time. In the late 1930s he began work on a book titled Bloody Old Britain, which he described as "an attempt to apply archaeological methods to the study of contemporary society" and in which he was heavily critical of his homeland. It examined 1930s Britain through its material culture, with Crawford reaching the judgement that it was a society in which appearances were given greater importance than value, with clothing, for instance, emphasising bourgeois respectability over comfort. He attributed much of this to the impact of capitalism and consumerism on British culture. The work fitted within an established genre of 1930s publications which lamented the state of British society, in particular the quality of its food and manufactured products as well as its increasing suburbanisation. By the outbreak of the Second World War the work had become less marketable due to its unpatriotic nature, and when in 1943 Crawford proposed it to Methuen Publishing they turned it down; he gave copies to a few friends, but never published it.

Вторая мировая война

В преддверии Второй мировой войны Кроуфорд выразил мнение, что он "останется нейтральным" и не примет ничью сторону, не потому, что он предпочитал фашизм либеральной демократии, а потому, что видел в обеих отвратительные формы капиталистического общества, которые в конечном итоге будут смещены социалистической революцией; по его словам, война будет "столкновением империализмов, разборкой между бандитами". После начала войны он решил, что в случае вторжения Германии в Британию он уничтожит всю свою левую литературу, чтобы избежать преследований за ее хранение. В ноябре 1940 года немецкая Люфтваффе начала бомбардировки Саутгемптона, где располагались офисы ОС. Кроуфорд извлек некоторые старые карты ОС и хранил их в гараже своего дома в Нёрслинге, а также безуспешно убеждал генерального директора перенести архив книг, документов, карт и фотографий ОС в безопасное место. Впоследствии штаб-квартира ОС была разрушена в результате бомбардировки, что привело к потере большей части их архива. Отказ руководства ОС всерьез отнестись к его предупреждениям возмутил Кроуфорда, усилив его гнев по поводу бюрократии и волокиты в государственной службе. По его словам, "попытка добиться продвижения на государственной службе была подобна плаванию в озере клея". Выйдя из различных британских обществ, он безуспешно пытался найти работу за границей. Поскольку в военное время археологу в ОС было мало чем заняться, в середине 1941 года Кроуфорд был направлен в Королевскую комиссию по историческим памятникам Англии "для выполнения специальных обязанностей во время войны". Ему было поручено провести проект фотодокументирования в Саутгемптоне для Национального реестра зданий, создавая изображения многих старых зданий или архитектурных элементов, которым угрожала бомбардировка Люфтваффе. Он оценил важность этой работы, сделав 5000 фотографий за время войны. В 1944 году был основан Совет по британской археологии, и хотя Кроуфорда пригласили войти в его первый совет, он отказался от предложения, проявляя сдержанность по отношению к проекту.

In anticipation of the Second World War, Crawford expressed the view that he would "remain neutral" and not take sides, not because he favoured fascism over liberal democracy but because he saw both as repugnant forms of capitalist society which would ultimately be swept away by a socialist revolution; in his words the war would be "a clash of imperialisms, a gangsters' feud". After war broke out, he decided that in the event of a German invasion of Britain he would destroy all of his leftist literature lest he be persecuted for possessing it. In November 1940, the German Luftwaffe began bombing Southampton, where the OS offices were located. Crawford removed some of the old OS maps and stored them in the garage of his house at Nursling, while also unsuccessfully urging the Director General to remove the OS' archive of books, documents, maps and photographs to a secure location. Subsequently, the OS headquarters were destroyed in the bombing, resulting in the loss of most of their archive. The refusal of the OS administration to take his warnings seriously infuriated Crawford, exacerbating his anger about the civil service's red tape and bureaucracy. In his words, "trying to get a move on in the Civil Service was like trying to swim in a lake of glue". Resigning his membership in various British societies, he unsuccessfully tried to find employment abroad. With little for an archaeology officer to do at the OS in wartime, in mid 1941 Crawford was seconded to the Royal Commission on the Historical Monuments of England "for special duties during wartime". They assigned him to carry out a project of photographic documentation in Southampton for the National Buildings Record, producing images of many old buildings or architectural features that were threatened by the Luftwaffe's bombing campaign. He appreciated the value of this work, taking 5,000 photographs over the course of the war. In 1944, the Council for British Archaeology was founded, and while Crawford was invited to serve on its first council, he declined the offer, being lukewarm about the project.

Позднее: 1946-1957

В 1946 году, при первой же возможности, Кроуфорд оставил свой пост в ОС, где его сменил Чарльз Филипс. Он остался в районе Саутгемптона и сохранил интерес к архитектуре города, особенно к архитектуре Средневековья. В 1946 году он стал одним из основателей лоббистской группы «Друзья старого Саутгемптона», которая стремилась защитить историческую архитектуру города от разрушения в период послевоенной застройки. В послевоенные годы он также стал обеспокоен и напуган перспективой ядерной войны, призывая археологические ведомства сделать копии всей имеющейся информации и рассеять ее в разных местах, чтобы обеспечить сохранность знаний в случае грядущей Третьей мировой войны. Сохраняя свои левые взгляды, в 1945 и 1946 годах он принимал некоторое участие в деятельности Лейбористской партии, хотя и высмеивал в других местах «невежд», полагавших, что лейбористы «искренне» представляют социализм. Во второй половине 1940-х годов он все больше разочаровывался в Советском Союзе после прочтения книги Артура Кестлера «Темнота в полдень», посвященной Большому террору Иосифа Сталина и московским показательным процессам, а также узнав о преследованиях советских ученых, не разделявших идеи Трофима Лысенко. В 1950 году, прочитав мемуары Маргарете Бубер-Нойманн, он заявил о себе как о «фанатичном антисоветском [и] антикоммунисте». В 1949 году Кроуфорд был избран членом Британской академии, а в 1950 году стал Командором ордена Британской империи. В 1952 году Кембриджский университет присвоил ему степень почетного доктора литературы за вклад в аэроархеологию. Кроуфорд вновь обратился к суданской археологии, описывая Судан как «землю спасения для ума в то время, когда остров Британия был суровой тюрьмой». По приглашению правительства Судана он совершил археологическую разведывательную поездку в страну в январе 1950 года, а в 1951 году посетил Средний Нил. В Нерслинге он написал книгу о северном суданском султанате Фундж Сеннар, которая вышла в том же году, что и его долгожданный отчет о раскопках Абу-Гейли, написанный в соавторстве с Фрэнком Аддисоном. За ней последовала книга 1953 года «Замки и церкви в регионе Среднего Нила». Еще одним книжным проектом Кроуфорда в этот период была краткая история Нерслинга, а также вводное руководство по изучению ландшафта «Археология в поле», опубликованное в 1953 году. В 1955 году он опубликовал свою автобиографию «Сказано и сделано», которую археолог Глин Дэниел и историк Марк Поттл – авторы статьи о Кроуфорде в «Словаре национальной биографии» – описали как «живую и забавную автобиографию, в которой отчетливо проявляется его характер». После обнаружения доисторического наскального искусства на Стоунхендже в 1953 году Кроуфорд решил изучить гравировки на мегалитических памятниках в Бретани. Вдохновленный этой темой, в 1957 году он опубликовал книгу «Богиня глаза». В этой книге он утверждал, что многие абстрактные рисунки, представленные в доисторическом наскальном искусстве, были изображениями глаз. Он далее утверждал, что они предоставляют доказательства религии, посвященной богине-матери, которая существовала в Старом Свете от палеолита до периода христианизации. В то же десятилетие аналогичные идеи о неолитической религии, сосредоточенной вокруг великой богини, высказывались в работах Чайльда и Дэниела; историк Рональд Хаттон позже отметил, что «независимо от того, существовала ли когда-либо «эпоха богини» в неолитической Европе, она, безусловно, существовала среди европейских интеллектуалов в середине двадцатого века». Книга Кроуфорда не была хорошо принята в академических кругах. Кроуфорд также интересовался кошками и научился имитировать их звуки, демонстрируя это в радиопередаче BBC «Язык кошек», которая оказалась популярной и привела к множеству писем от поклонников. Издатель в Соединенных Штатах предложил ему написать книгу на эту тему, но он так и не завершил ее. В середине 1950-х годов Кроуфорд начал интересоваться астрономией и космологическими идеями о происхождении Вселенной, отдавая предпочтение теории стационарного состояния Фреда Хойла об вечной Вселенной без начала и конца. В 1951 году был опубликован сборник статей под названием «Аспекты археологии в Британии и за ее пределами: статьи, представленные О. Г. С. Кроуфорду», отредактированный Граймсом и изданный в честь 65-летия Кроуфорда. В рецензии на сборник для журнала Antiquity Дж. В. Д. Ваальс и Р. Дж. Форбс назвали его «изысканным подарком на день рождения». Многие его коллеги беспокоились о нем, зная, что он жил один в своем коттедже в Нерслинге – лишь со своей пожилой экономкой и кошками – и что у него не было ни автомобиля, ни телефона. Там он скончался во сне в ночь с 28 на 29 ноября 1957 года. Он распорядился уничтожить часть своих писем и книг, а остальные отправить в Бодлианскую библиотеку с оговоркой, что некоторые из них не будут открыты до 2000 года. Его тело было похоронено на церковном кладбище в Нерслинге. В соответствии с его указаниями на его надгробной плите было выгравировано «Редактор Antiquity», что отражало его желание, чтобы его прежде всего помнили как археолога. После смерти Кроуфорда редакторство Antiquity перешло к Дэниелу.

In 1946, at the earliest possible opportunity, Crawford resigned his post at the OS, where he was replaced by Charles Philips. He remained in the Southampton area and retained his interest in the city's architecture, in particular that of the Middle Ages. In 1946 he was a founding member of a lobby group, Friends of Old Southampton, which sought to protect the city's historic architecture from destruction amid post war development. During the post war period he also came to be preoccupied and terrified by the prospect of a nuclear war, urging archaeological authorities to make copies of all their information and disperse it in different locations to ensure that knowledge survived any forthcoming Third World War. Retaining his left wing interests, in 1945 and 1946 he had some involvement with the Labour Party, although elsewhere he mocked the "ignorant" who thought that Labour "genuinely" represented socialism. In the latter part of the 1940s he became increasingly disillusioned with the Soviet Union after reading Arthur Koestler's Darkness at Noon, a book about Joseph Stalin's Great Purge and Moscow show trials, as well as learning of how Soviet scientists who did not support the ideas of Trofim Lysenko had been persecuted. In 1950—after reading the memoir of Margarete Buber Neumann—he declared himself to be "fanatically anti Soviet [and] anti communist". In 1949, Crawford was elected a Fellow of the British Academy, and in 1950 he became a Commander of the Most Excellent Order of the British Empire. In 1952 he was made an honorary Doctor of Letters by the University of Cambridge for his contributions to aerial archaeology. Crawford returned his attention to Sudanese archaeology, describing Sudan as "an escape land of the mind at a time when the island of Britain was an austere prison". At the invitation of the Sudanese government, he visited the country on an archaeological reconnaissance trip in January 1950, before visiting the Middle Nile in 1951. At Nursling, he wrote a book on the northern Sudanese Funj Sultanate of Sennar, which appeared in the same year as his long delayed report on the Abu Geili excavation, co written with Frank Addison. He followed this with the 1953 book Castles and Churches in the Middle Nile Region. Another of Crawford's book projects in this period was a short history of Nursling, as well as an introductory guide to landscape studies, Archaeology in the Field, published in 1953. In 1955 he published his autobiography, Said and Done, which the archaeologist Glyn Daniel and the historian Mark Pottle—the authors of Crawford's entry in the Dictionary of National Biography—described as "a vivacious and amusing autobiography in which his character comes clearly through". After the discovery of prehistoric rock art on Stonehenge in 1953, Crawford decided to examine the engravings on the megalithic monuments in Brittany. Inspired by this subject, in 1957 he published The Eye Goddess. In this book he argued that many of the abstract designs featured in prehistoric rock art were representations of eyes. He further argued that they provided evidence for a religion devoted to a mother goddess which had existed across the Old World from the Palaeolithic through to the period of Christianisation. That same decade also witnessed similar ideas regarding a Neolithic religion focused around a great goddess being espoused in the works of Childe and Daniel; the historian Ronald Hutton later observed that "whether or not there was ever an 'Age of the Goddess' in Neolithic Europe, there certainly was one among European intellectuals in the mid twentieth century". Crawford's book was not well received within academia. Crawford was also interested in cats, and learned how to mimic cat noises, performing these on a BBC broadcast, "The Language of Cats", which proved popular and led to a range of fan letters. A publisher in the United States invited him to write a book on the subject, but Crawford never completed it. In the mid 1950s, Crawford began to take an interest in astronomy and cosmological ideas about the origin of the universe, favouring Fred Hoyle's steady state theory about an eternal universe with no beginning or end. In 1951, an edited volume, Aspects of Archaeology in Britain and Beyond: Essays Presented to O. G. S. Crawford, was published, having been edited by Grimes and brought out to mark Crawford's 65th birthday. Reviewing the anthology for Antiquity, J. v. d. Waals and R. J. Forbes described it as "an exquisite birthday present". Many of Crawford's associates worried about him, aware that he lived alone at his cottage in Nursling—with only the company of his elderly housekeeper and cats—and that he lacked either a car or telephone. It was there that he died in his sleep on the night of 28–29 November 1957. He had arranged for some of his letters and books to be destroyed, while others were to be sent to the Bodleian Library, with the proviso that some of them would not be opened until the year 2000. His body was buried in the church graveyard at Nursling. In accordance with his instructions, the title "Editor of Antiquity" was inscribed on his gravestone, reflecting his desire to be remembered primarily as an archaeologist. On Crawford's death, the editorship of Antiquity was taken on by Daniel.

Личность

Его коллегам и соратникам были известны социалистические убеждения Кроуфорда, а также его неприязнь к религии. Хотя он стал атеистом во время учебы в колледже Марлборо, точно не известно, когда он принял социализм. Он придавал большое значение личной самодостаточности и открыто выражал презрение к тем, кто нуждался в социальном взаимодействии для собственного счастья. Его взрослая жизнь была одинокой, без семьи и иждивенцев. Его сексуальная ориентация остается неизвестной, и Боуден отмечает, что взаимодействие Кроуфорда с женщинами было "корректным, но не значительным". Он любил кошек и держал несколько в качестве домашних животных, а также разводил свиней для пищи и выращивал овощи в своем саду в Нёрсинге. Он был заядлым курильщиком и сам крутил сигареты. Кроуфорд часто был раздражительным, и некоторые коллеги находили его утомительным в работе. Он был известен своим отсутствием терпения, и в гневе или разочаровании бросал шляпу на пол в порыве ярости. Его биограф Китти Хаузер отметила, что "даже незначительные события оставляли на нем неизгладимый след", поскольку он помнил о кажущемся неуважении десятилетиями. Боуден выразил мнение, что, хотя Кроуфорд "имел вспыльчивый характер, который старался контролировать, он был по сути дружелюбным человеком", добавив, что он мог быть "общительным, гостеприимным и добрым". Джонатан Гланси назвал Кроуфорда "убедительным, но весьма сварливым антигероем" и "в основном викторианским чудаком". Хаузер охарактеризовала его как "типично британское сочетание сноба и бунтаря", также отметив, что он "не был выдающимся интеллектуалом". Кларк также выразил мнение, что "достижения Кроуфорда" были обусловлены его "моральной целостностью и чистотой мысли", а не "каким-либо выдающимся интеллектуальным блеском". Журналист Нил Ашерсон описал Кроуфорда как "не слишком интеллектуального". Ашерсон добавил, что Кроуфорд был "замкнутым, в целом чувствовал себя некомфортно с другими представителями человеческого рода, за исключением письменных работ, и с подозрением относился к личной известности", таким образом противопоставляя Кроуфорда его "общительным" современникам Уилеру и Дэниелу. Дэниел охарактеризовал Кроуфорда как движимого "мессианским стремлением" продвигать археологию "народу". Он был категоричен и догматичен и с презрением относился к тем, кто смотрел на прошлое иначе, чем он. Пиггот отметил, что Кроуфорд не мог сочувствовать взглядам тех, кто изучал прошлые общества с помощью дисциплины, отличной от археологии, такой как история или искусствоведение, и что он не мог сочувствовать "любому, кто не был так же страстно увлечен полевыми древностями, как он сам". Например, в одной из своих публикаций Кроуфорд назвал историков "книжными червями" и "вылизанными". Археолог Жакетта Хоукс заметила, что в своих редакционных статьях для журнала "Antiquity" Кроуфорд направлял "праведное возмущение" на "всех – от государственных, доминионных и колониальных правительств, университетов и музеев, до запоздалых рецензентов и небрежных корректоров". Уилер, считавший Кроуфорда "одним из своих самых близких друзей", утверждал, что последний был "откровенным и бескомпромиссным противником" и человеком, который "с мальчишеской радостью разоблачал условности". Он добавил, что Кроуфорд проявлял "божественное нетерпение пионера" и что ему была "не свойственна работа в команде. Если он вступал в комитет или братство, то делал это лишь для того, чтобы уйти в отставку при первой же возможности". Пиггот описал Кроуфорда как наставника, который "был ободряющим, полезным и нетрадиционным: его остроумная критика того, что тогда считалось археологическим истеблишментом, была музыкой для ушей школьника".

Crawford's socialist beliefs were known to his colleagues and associates, as was his antipathy toward religion. While he became an atheist during his time at Marlborough College, it is not known exactly when he embraced socialism. He placed a strong emphasis on personal self sufficiency, and openly expressed contempt for those who required social interaction for their own happiness. His adult life was a solitary one, with no family and no human dependents. His sexual orientation remains unknown, with Bowden noting that Crawford's interactions with women were "cordial but not significant". He was fond of cats, and kept several as pets, also rearing pigs for food as well as growing vegetables in his garden at Nursing. A heavy smoker, he was known for rolling his own cigarettes. Crawford was often irritable and some colleagues found him exasperating to work with. He was known for his lack of patience, and when angry or frustrated was known to fling his hat to the floor in a gesture of rage. His biographer Kitty Hauser noted that "apparently trifling events left an indelible mark on him", for he would remember a perceived slight for decades. Bowden expressed the view that while Crawford "had a quick temper, which he strove to control he was essentially a friendly man", adding that he could be "clubbable, hospitable and kind". Jonathan Glancey referred to Crawford as "a compelling if decidedly cantankerous anti hero" and an "essentially Victorian eccentric". Hauser characterised him as "a very British combination of a snob and a rebel", also noting that he was "no great intellectual". Similarly, Clark expressed the view that "Crawford's achievements" stemmed from his "moral integrity and singleness of mind" rather than "any outstanding intellectual brilliance". The journalist Neal Ascherson described Crawford as "not conventionally intellectual". Ascherson added that Crawford was "withdrawn, generally ill at ease with other members of the human species except on paper, and suspicious of personal celebrity", in this way contrasting Crawford with his "gregarious" contemporaries Wheeler and Daniel. Daniel characterised Crawford as having a "messianic desire" to promote archaeology "to the people of the world". He was opinionated and dogmatic and expressed disdain for those who viewed the past in a different manner to himself. Piggott noted that Crawford was unable to sympathise with the perspectives of those studying past societies through a discipline other than archaeology, such as history or art history, and that he could not sympathise with "anyone not as passionately concerned as himself in field antiquities". For example, in one of his publications, Crawford dismissed historians as being "bookish" and "clean booted". The archaeologist Jacquetta Hawkes commented that in Crawford's editorials for Antiquity, he directed "righteous indignation" toward "everybody from the State, Dominion and Colonial Governments, Universities and Museums, to tardy reviewers and careless proof correctors". Wheeler—who considered Crawford to be "one of [his] closest friends"—claimed that the latter was "an outspoken and uncompromising opponent" and a man who had a "boyish glee in calling the bluff of convention". He added that Crawford exhibited the "divine impatience of the pioneer" and that he had an "inability to work in harness. If he joined a committee or a sodality, he did so only to resign at the first opportunity." Piggott described Crawford as a mentor who "was encouraging, helpful, and unconventional: his racy outspoken criticism of what then passed for the archaeological Establishment was music to a schoolboy's ear".

Прием и наследие

Кроуфорд был очень уважаем своими коллегами. По словам Хаузера, к моменту смерти Кроуфорд "приобрел почти мифический статус среди британских археологов как бескомпромиссный – хотя и эксцентричный – родоначальник всей дисциплины". В 1999 году археолог Джон Чарльтон назвал Кроуфорда "одним из пионеров британской археологии в этом столетии", а девять лет спустя Ашерсон описал его как "несомненно одну из ключевых фигур "современного" поколения, которое преобразило британскую археологическую практику и ее институты в период с 1918 по, скажем, 1955 год". Ашерсон отметил, что вклад Кроуфорда в археологию был связан не столько с археологической теорией, сколько с "институтами и инструментами, которые он оставил в наследство своей профессии", включая журнал Antiquity. Кроуфорд уделял мало времени интерпретации археологических данных, а когда это делал, обычно склонялся к функционалистским интерпретациям, полагая, что люди в традиционных обществах почти все время посвящали выживанию, а не действиям, обусловленным религиозными или символическими представлениями; в этом он был типичен для своего времени и находился под влиянием марксистского материализма. Кроуфорда признали за его вклад в популяризацию археологии среди широких слоев британской общественности. Археолог Кэролайн Малон отметила, что многие считали Кроуфорда археологом-"любителем", предоставлявшим возможность публиковать и обсуждать результаты исследований вне ограничений местных журналов и предлагавшим видение новой и универсальной дисциплины. Кларк выразил мнение, что Кроуфорд "всегда стремился вернуть прошлому плоть и кровь, сделать его реальностью для живущих", и, делая это, привлек к британской археологии более широкую аудиторию, чем многие его коллеги. Уилер заметил, что "он был нашим величайшим популяризатором археологии; он научил мир науке, а ученых – друг другу". Комментируя работу Кроуфорда в качестве редактора Antiquity, Хоукс отметил, что его "умение находить баланс между чрезмерным упрощением и чрезмерной специализацией позволило журналу успешно выполнять свою роль посредника между экспертами и широкой публикой". Система Кроуфорда по документированию археологических памятников в "Археологической записи" Ordnance Survey (OS) послужила основой для создания более поздних Национальных археологических реестров Англии, Шотландии и Уэльса, а также местных реестров памятников. В XXI веке фотографический архив Кроуфорда, хранящийся в Институте археологии Оксфордского университета, по-прежнему использовался археологами, желающими увидеть, как выглядели различные объекты в первой половине XX века. В 2008 году была опубликована биография Китти Хаузер "Кровавая старая Британия". Гланси, рецензируя ее работу для The Guardian, назвала ее "по-настоящему увлекательной и неожиданной книгой". В своей статье для Public Archaeology Ашерсон охарактеризовал ее как "полную остроумных наблюдений и чуткого понимания", но критиковал за недостаток ссылок и "редкие фактические ошибки".

Crawford was much respected by his peers. According to Hauser, at the time of his death Crawford had "acquired an almost mythical status among British archaeologists as the uncompromising – if eccentric – progenitor of them all". In 1999, the archaeologist John Charlton referred to Crawford as "one of the pioneers of British archaeology this century", while nine years later Ascherson described him as "beyond question one of the great figures of the 'modern' generation which transformed British archaeological practice and its institutions between 1918 and – say – 1955". Ascherson noted that Crawford's contributions to archaeology had little to do with archaeological theory and more to do with "the institutions and tools which he bequeathed to his profession", including Antiquity. Crawford devoted little time to interpreting the archaeological record, and when he did so usually embraced functionalist interpretations, believing that people in traditional societies devoted almost all of their time to survival rather than behaving according to religious or symbolic concepts; in this he was typical of his time and was influenced by Marxist materialism. Crawford was recognised for his contributions to bringing archaeology to a wide sector of the British public. The archaeologist Caroline Malone stated that many viewed Crawford as "an 'amateur's' archaeologist, providing the means to publish and comment outside the restrictions of local journals and to offer a vision of a new and universal discipline". Clark expressed the view that Crawford "always hankered to restore the flesh and blood and to make the past a reality to the living generation", and in doing so helped to attract a greater public audience for British archaeology than many of his colleagues. Wheeler remarked that "he was our greatest archaeological publicist; he taught the world about scholarship, and scholars about one another". Commenting on Crawford's editorship of Antiquity, Hawkes expressed the view that his "skill in steering between over simplification and over specialization has enabled the Magazine to succeed admirably in its role as go between for experts and public". Crawford's system of documenting archaeological sites in the OS' Archaeological Record provided the blueprint on which both the later National Archaeological Records in England, Scotland, and Wales, and the local sites and monuments records were based. In the 21st century, Crawford's photographic archive stored at Oxford University's Institute of Archaeology was still consulted by archaeologists seeking to view how various sites appeared during the first half of the 20th century. In 2008, Kitty Hauser's biography, Bloody Old Britain, was published. Reviewing her work for The Guardian, Glancey described it as "a truly fascinating and unexpected book". Writing in Public Archaeology, Ascherson characterised it as "full of clever perception and sympathetic insight" but was critical of its lack of references and "occasional mistakes of fact".