Второе сражение при Эль-Аламейне: Перелом в Западной пустыне

Введение

Битва в Западной пустыне в ходе Второй мировой войны

Вторая битва при Эль-Аламейне (23 октября – 11 ноября 1942 года) – сражение Второй мировой войны, которое произошло вблизи египетского железнодорожного поста Эль-Аламейн. Первая битва при Эль-Аламейне и битва при Алам-эль-Хальфе не позволили странам Оси продвинуться дальше в Египет. В августе 1942 года генерал Клод Очинлек был отстранен от должности главнокомандующего командованием на Ближнем Востоке, а его преемник, генерал-лейтенант Уильям Готт, погиб по пути на замену в качестве командира Восьмой армии. Генерал-лейтенант Бернард Монтгомери был назначен и возглавил наступление Восьмой армии. Победа союзников при Эль-Аламейне стала началом конца кампании в Западной пустыне, устранив угрозу со стороны стран Оси для Египта, Суэцкого канала и нефтяных месторождений Ближнего Востока и Персии. Битва восстановила боевой дух союзников, став первой крупной победой над странами Оси после операции «Крестоносец» в конце 1941 года. Окончание битвы совпало с вторжением союзников в Северную Африку в ходе операции «Факел» 8 ноября, что открыло второй фронт в Северной Африке.

Предыстория

Панцерная армия Африки (Panzerarmee Afrika/Armata Corazzata Africa, генерал-фельдмаршал Эрвин Роммель), состоявшая из немецких и итальянских танковых и пехотных частей, продвинулась в Египет после успеха в битве при Газале (26 мая – 21 июня 1942 года). Наступление войск Оси угрожало британскому контролю над Суэцким каналом, Ближним Востоком и его нефтяными ресурсами. Генерал Клод Очинлек отвёл 8-ю армию к окраинам Александрии, где депрессия Каттара находилась к югу от Эль-Аламейна на побережье. Депрессия была непроходимой, что означало, что любое нападение должно было быть лобовым; атаки Оси в Первой битве при Эль-Аламейне (1–27 июля) были отбиты. Маршал Уго Каваллеро был временно назначен командующим войсками Оси в Египте, генерал-лейтенант Курио Барбасетти ди Прун командовал итальянскими силами, а Роммель осуществлял тактический контроль над немецкими и итальянскими частями на передовой. Контрнаступления 8-й армии в июле также не увенчались успехом, поскольку войска Оси зарывались в землю и перегруппировывались. Очинлек отменил атаки в конце июля для восстановления армии. В начале августа премьер-министр Уинстон Черчилль и генерал сэр Алан Брук, начальник Имперского генерального штаба (CIGS), посетили Каир и заменили Очинлека на посту главнокомандующего Ближневосточным командованием генералом Гарольдом Александром. Генерал-лейтенант Уильям Готт был назначен командующим 8-й армией, но погиб, когда его транспортный самолёт был сбит истребителями Люфтваффе; генерал-лейтенант Бернард Монтгомери был доставлен из Великобритании для его замены. Не имея подкреплений и завися от небольших, слаборазвитых портов для снабжения, и зная о масштабной операции союзников по подкреплению 8-й армии, Роммель решил нанести удар первым. Две бронетанковые дивизии Африканского корпуса и разведывательные части Панцерной армии Африки возглавили атаку, но были отбиты на хребте Алам-эль-Хальфа и на позиции 102 30 августа 1942 года во время битвы при Алам-эль-Хальфе; войска Оси отошли к исходным рубежам. Короткий фронт и защищённые фланги благоприятствовали обороне, и у Роммеля было время укрепить оборонительные позиции Оси, установив около 500 000 мин и километры колючей проволоки. Александр и Монтгомери намеревались добиться превосходства в силах, достаточного для прорыва и последующего уничтожения Панцерной армии Африки. Ранее в кампании в Западной пустыне ни одна из сторон не смогла эффективно использовать локальную победу для разгрома противника до того, как он отступил и передал проблему растянутых линий снабжения победителю. До июня 1942 года Роммель получал подробную информацию о силе и передвижениях британских войск из отчётов, отправленных в Вашингтон полковником Боннером Феллерсом, военным атташе США в Каире. Американский шифр был украден в результате тайной операции итальянской военной разведки в американском посольстве в Риме в прошлом году. Несмотря на опасения британцев, американцы продолжали использовать этот шифр до конца июня. Подозрения о том, что шифр был скомпрометирован, подтвердились, когда 9-я австралийская дивизия захватила немецкий 621-й сигнальный батальон в июле 1942 года. Британцы получили преимущество в разведке, поскольку Ultra и местные источники раскрыли боевой порядок Оси, её положение с поставками и намерения. Реорганизация военной разведки в Африке в июле также улучшила интеграцию информации из всех источников и скорость её распространения. За редкими исключениями, разведка выявляла транспортные суда, предназначенные для Северной Африки, их местоположение или маршрут и, в большинстве случаев, их грузы, что позволяло атаковать их. К 25 октября у Панцерной армии Африки оставалось топлива на три дня, из которых только два дня находились к востоку от Тобрука. Гарри Хинсли, официальный историк британской разведки, писал в 1981 году, что «Панцерная армия не обладала оперативной свободой маневра, которая была абсолютно необходима ввиду того, что британское наступление можно ожидать в любой день». Подводный и воздушный транспорт несколько облегчили нехватку боеприпасов, и к концу октября на передовой было шестнадцатидневный запас. Через шесть недель 8-я армия была готова; 195 000 человек и 1029 танков начали наступление против 116 000 человек и 547 танков Панцерной армии.

Panzer Army Africa (Panzerarmee Afrika/Armata Corazzata Africa, Generalfeldmarschall Erwin Rommel), composed of German and Italian tank and infantry units, had advanced into Egypt after its success at the Battle of Gazala (26 May – 21 June 1942). The Axis advance threatened British control of the Suez Canal, the Middle East and its oil resources. General Claude Auchinleck withdrew the Eighth Army to within of Alexandria where the Qattara Depression was south of El Alamein on the coast. The depression was impassable and meant that any attack had to be frontal; Axis attacks in the First Battle of El Alamein (1–27 July) had been defeated. Marshal Ugo Cavallero was temporarily made commander of Axis forces in Egypt, while Lieutenant General Curio Barbasetti di Prun was the Italian commander of the Italian forces and Rommel had tactical control of the German and Italian forces at the front. Eighth Army counter attacks in July also failed, as the Axis forces dug in and regrouped. Auchinleck called off the attacks at the end of July to rebuild the army. In early August, the Prime Minister, Winston Churchill and General Sir Alan Brooke, the Chief of the Imperial General Staff (CIGS), visited Cairo and replaced Auchinleck as Commander in chief Middle East Command with General Harold Alexander. Lieutenant General William Gott was made commander of the Eighth Army but was killed when his transport aircraft was shot down by Luftwaffe fighters; Lieutenant General Bernard Montgomery was flown from Britain to replace him. Lacking reinforcements and depending on small, underdeveloped ports for supplies and aware of a huge Allied reinforcement operation for the Eighth Army, Rommel decided to attack first. The two armoured divisions of the Afrika Korps and the reconnaissance units of Panzerarmee Afrika led the attack but were repulsed at the Alam el Halfa ridge and Point 102 on 30 August 1942, during the Battle of Alam el Halfa; the Axis forces retired to their start lines. The short front line and secure flanks favoured the defensive and Rommel had time to develop the Axis fortifications, sowing minefields with c. 500,000 mines and miles of barbed wire. Alexander and Montgomery intended to establish a superiority of force sufficient to achieve a breakthrough and exploit it to destroy Panzerarmee Afrika. Earlier in the Western Desert Campaign, neither side had been able to exploit a local victory sufficiently to defeat its opponent before it had withdrawn and transferred the problem of over extended supply lines to the victor. Until June 1942 Rommel had been receiving detailed information about the strength and movement of British forces from reports sent to Washington by Colonel Bonner Fellers, the U. S. military attaché in Cairo. The American code had been stolen following a covert operation by Italian military intelligence at the American Embassy in Rome the previous year. Despite British concerns, the Americans continued to use the code until the end of June. Suspicion that the code was compromised was confirmed when the 9th Australian Division captured the German 621st Signal Battalion in July 1942. The British gained the intelligence advantage because Ultra and local sources exposed the Axis order of battle, its supply position and intentions. A reorganisation of military intelligence in Africa in July had also improved the integration of information received from all sources and the speed of its dissemination. With rare exceptions, intelligence identified the supply ships destined for North Africa, their location or routing and in most cases their cargoes, allowing them to be attacked. By 25 October, Panzerarmee Afrika was down to three days' supply of fuel, only two days' of which were east of Tobruk. Harry Hinsley, the official historian of British intelligence, wrote in 1981 that "The Panzer Army did not possess the operational freedom of movement that was absolutely essential in consideration of the fact that the British offensive can be expected to start any day". Submarine and air transport somewhat eased the shortage of ammunition and by late October, there was sixteen days' supply at the front. After six more weeks, the Eighth Army was ready; 195,000 men and 1,029 tanks began the offensive against the 116,000 men and 547 tanks of the Panzerarmee.

Операция "Легкая нога"

План Монтгомери предусматривал основное наступление к северу от линии и вспомогательное – к югу, с участием XXX корпуса (генерал-лейтенант Оливер Лиз) и XIII корпуса (генерал-лейтенант Брайан Хоррокс), а X корпус (генерал-лейтенант Герберт Ламсден) должен был развить успех. В рамках операции «Легкий шаг» Монтгомери намеревался пробить два коридора в минных полях противника на севере. Один коридор должен был идти в юго-западном направлении через сектор 2-й новозеландской дивизии к центру хребта Митейрия, а второй – на запад, проходя к северу от западного края хребта Митейрия через секторы 9-й австралийской и 51-й (горнострелковой) дивизий. Затем танки должны были пройти через эти коридоры и разгромить немецкую бронетехнику. Отвлекающие удары на хребте Рувейсат в центре и на южном фланге должны были не допустить переброски остальных сил противника на север. Монтгомери рассчитывал на 12-дневную битву, состоящую из трех этапов: прорыв, ожесточенные бои и окончательное поражение противника. В первую ночь наступления Монтгомери планировал, что четыре пехотные дивизии XXX корпуса продвинутся на фронте к линии Оксалик, преодолев передовые оборонительные позиции противника. Инженеры должны были расчистить и обозначить два прохода в минных полях, через которые бронетанковые дивизии X корпуса должны были выйти к линии Пирсона. Они должны были занять и укрепить позиции к западу от пехоты, блокируя возможную танковую контратаку противника. Британские танки затем должны были продвинуться к Скинфлинту, занять позицию на трассе Рахман, идущей с севера на юг, в глубине оборонительной системы противника, чтобы вступить в бой с его бронетехникой. Пехотные бои продолжались, поскольку пехота 8-й армии «разрушала» глубоко эшелонированные оборонительные укрепления противника (были построены три последовательных линии укреплений) и уничтожала любые танки, которые на них нападали.

Операция " Бертрам "

Перед битвой войска Содружества провели операцию дезинформации «Бертрэм», чтобы ввести командование стран Оси в заблуждение относительно места и времени начала сражения. В сентябре они сбрасывали отходы (отработанные упаковочные ящики и т.п.) под маскировочными сетями в северном секторе, создавая видимость складов боеприпасов или продовольствия. Командование Оси, разумеется, это заметило, но поскольку никаких немедленных наступательных действий не последовало, а внешний вид этих «складов» не менялся, они были проигнорированы. Это позволило 8-й армии незаметно для противника накапливать запасы в передовом районе, заменяя мусор боеприпасами, бензином и продовольствием по ночам. Была построена муляжная нефтепроводная трасса, чтобы заставить противника поверить, что атака произойдет позже и южнее, чем планировалось. В южном секторе были построены и развернуты макеты танков, представляющие собой фанерные конструкции, установленные на шасси джипов. В качестве контрмеры танки, предназначенные для сражений на севере, были замаскированы под грузовики, путем установки на них съемных фанерных надстроек.

Операция "Браганза"

В качестве предварительного шага 131-я (королевская) пехотная бригада 44-й (домашних округов) пехотной дивизии, при поддержке танков 4-й бронетанковой бригады, начала операцию "Браганца", атакуя десантников 185-й десантной дивизии "Фолгоре" в ночь на 29/30 сентября с целью захвата района Дейр-эль-Мунассиб. Итальянские десантники отбили атаку, уничтожив или взяв в плен более 300 нападавших. Неверно полагали, что оборону держали и за британское поражение отвечали немецкие десантники (Fallschirmjäger). В военном дневнике Африканского корпуса отмечается, что итальянское десантное подразделение "приняло на себя основной удар. Оно сражалось храбро и нанесло противнику значительные потери".

План оси

После провала наступления в битве при Алам-эль-Хальфе, войска Оси перешли к обороне, но потери не были чрезмерными. Линия снабжения Оси из Триполи была крайне протяженной, а захваченные британские припасы и техника были исчерпаны, однако Роммель решил продвинуться в Египет. Восьмая армия снабжалась личным составом и материалами из Великобритании, Индии, Австралии и Новой Зеландии, а также грузовиками и новыми танками «Шерман» из Соединенных Штатов. Роммель продолжал запрашивать технику, припасы и топливо, но приоритетом германских военных усилий оставался Восточный фронт, и в Северную Африку поступало очень ограниченное количество снабжения. В начале сентября было принято решение об отправке Роммеля в Германию на лечение, а генерал танковых войск Георг Штумме был переведен с советско-германского фронта на его место. Перед отъездом в Германию 23 сентября Роммель организовал оборону и написал развернутое заключение о ситуации для Oberkommando der Wehrmacht (ОКВ – верховного командования вооруженных сил), вновь изложив основные потребности танковой армии. Роммель понимал, что британские и войска Содружества скоро наберут достаточную силу для атаки. Его единственной надеждой оставалась быстрая победа немецких войск в битве за Сталинград над Красной Армией, а затем их продвижение на юг через Закавказье с угрозой для Ирана (Персии) и Ближнего Востока. В случае успеха, значительные силы британских и войск Содружества пришлось бы перебросить с египетского фронта для подкрепления Девятой армии в Иране, что отложило бы любое наступление против его армии. Роммель надеялся убедить ОКВ усилить его войска для последующего соединения Panzerarmee Afrika с немецкими армиями, сражающимися на юге России, что позволило бы им окончательно разгромить британские и войска Содружества в Северной Африке и на Ближнем Востоке. Тем временем танковая армия заняла оборонительные позиции и ждала атаки Восьмой армии или поражения Красной Армии под Сталинградом. Роммель усилил оборону, создав как минимум два минных поля на расстоянии около друг от друга, соединенных промежуточными участками, образующими «ящики» («сады дьявола»), которые должны были ограничить продвижение противника и лишить британскую бронетехнику маневра. Передняя часть каждого «ящика» прикрывалась боевыми заставами, а остальная часть оставалась незанятой, но была заминирована и оборудована взрывными ловушками, прикрываясь фланговым огнем. Основные оборонительные позиции строились на глубине не менее за вторым минным полем. Войска Оси установили около полумиллиона мин, в основном противотанковых мин типа «Теллер», а также некоторое количество противопехотных мин (например, мины типа «S»). (Многие из этих мин были британскими и захвачены в Тобруке). Чтобы заманить вражескую технику на минные поля, итальянцы волокли ось и шины по полям с помощью длинного троса, создавая видимость хорошо используемых колеи. Роммель не хотел, чтобы британская бронетехника прорвалась в открытое поле, поскольку у него не было ни численности, ни топлива, чтобы сравниться с ней в маневренном бою. Битву необходимо было вести в укрепленных районах, а любой прорыв – быстро отразить. Роммель усилил передовые линии, чередуя немецкие и итальянские пехотные формирования. Поскольку британская дезинформация ввела войска Оси в заблуждение относительно направления атаки, Роммель отказался от своей обычной практики держать бронетанковые силы в концентрированном резерве и разделил их на северную группу (15-я танковая дивизия и 133-я бронетанковая дивизия «Литторио») и южную группу (21-я танковая дивизия и 132-я бронетанковая дивизия «Ариете»), каждая из которых была организована в боевые группы для быстрого бронированного вмешательства в любом месте прорыва и предотвращения его расширения. Значительная часть бронированного резерва была рассредоточена и размещена необычно далеко впереди. В 15-й танковой дивизии было 125 боеготовых танков (16 Pz. II, 43 Pz. III Ausf H, 43 Pz. III Ausf J, 6 Pz. IV Ausf D, 15 Pz. IV Ausf F), а в 21-й танковой дивизии – 121 боевая машина (12 Pz. II, 38 Pz. III Ausf H, 43 Pz. III Ausf J, 2 Pz. IV Ausf D, 15 Pz. IV Ausf F). Роммель держал 90-ю легкую дивизию в тылу и 101-ю моторизованную дивизию «Триест» в резерве у побережья. Роммель надеялся перебросить свои войска быстрее, чем союзники, чтобы сконцентрировать оборону в наиболее важном направлении (Schwerpunkt), но нехватка топлива означала, что после концентрации танковая армия не сможет двигаться дальше из-за отсутствия топлива. Британцы хорошо понимали, что Роммель не сможет организовать оборону, основанную на его обычной тактике маневра, но не смогли получить четкого представления о том, как он будет вести бой, и британские планы серьезно недооценили оборону Оси и боеспособность танковой армии.

With the failure of their offensive at the Battle of Alam el Halfa, the Axis forces went onto the defensive but losses had not been excessive. The Axis supply line from Tripoli was extremely long and captured British supplies and equipment had been exhausted, but Rommel decided to advance into Egypt. The Eighth Army was being supplied with men and materials from the United Kingdom, India, Australia and New Zealand, as well as with trucks and the new Sherman tanks from the United States. Rommel continued to request equipment, supplies and fuel but the priority of the German war effort was the Eastern Front and very limited supplies reached North Africa. Rommel was ill and in early September, arrangements were made for him to return to Germany on sick leave and for General der Panzertruppe Georg Stumme to transfer from the Russian front to take his place. Before he left for Germany on 23 September, Rommel organised the defence and wrote a long appreciation of the situation to Oberkommando der Wehrmacht (OKW armed forces high command), once again setting out the essential needs of the Panzer Army. Rommel knew that the British and Commonwealth forces would soon be strong enough to attack. His only hope now relied on the German forces fighting in the Battle of Stalingrad quickly to defeat the Red Army, then move south through the Trans Caucasus and threaten Iran (Persia) and the Middle East. If successful, large numbers of British and Commonwealth forces would have to be sent from the Egyptian front to reinforce the Ninth Army in Iran, leading to the postponement of any offensive against his army. Rommel hoped to convince OKW to reinforce his forces for the eventual link up between Panzerarmee Afrika and the German armies fighting in southern Russia, enabling them finally to defeat the British and Commonwealth armies in North Africa and the Middle East. In the meantime, the Panzerarmee dug in and waited for the attack by the Eighth Army or the defeat of the Red Army at Stalingrad. Rommel added depth to his defences by creating at least two belts of mines about apart, connected at intervals to create boxes (Devil's gardens) which would restrict enemy penetration and deprive British armour of room for manoeuvre. The front face of each box was lightly held by battle outposts and the rest of the box was unoccupied but sowed with mines and explosive traps and covered by enfilading fire. The main defensive positions were built to a depth of at least behind the second mine belt. The Axis laid around half a million mines, mostly Teller anti tank mines with some smaller anti personnel types (such as the S mine). (Many of these mines were British and had been captured at Tobruk). To lure enemy vehicles into the minefields, the Italians dragged an axle and tyres through the fields using a long rope to create what appeared to be well used tracks. Rommel did not want the British armour to break out into the open because he had neither the strength of numbers nor fuel to match them in a battle of manoeuvre. The battle had to be fought in the fortified zones; a breakthrough had to be defeated quickly. Rommel stiffened his forward lines by alternating German and Italian infantry formations. Because the British deception confused the Axis as to the point of attack, Rommel departed from his usual practice of holding his armoured strength in a concentrated reserve and split it into a northern group (15th Panzer Division and 133rd Armoured Division "Littorio") and a southern group (21st Panzer Division and 132nd Armoured Division "Ariete"), each organised into battle groups to be able to make a quick armoured intervention wherever the blow fell and prevent narrow breakthroughs from being enlarged. A significant proportion of his armoured reserve was dispersed and held unusually far forward. The 15th Panzer Division had 125 operational tanks (16 Pz. IIs, 43 Pz. III Ausf H, 43 Pz. III Ausf J, 6 Pz. IV Ausf D, 15 Pz. IV Ausf F) while the 21st Panzer Division had 121 operational combat vehicles (12 Pz. IIs, 38 Pz. III Ausf H, 43 Pz. III Ausf J, 2 Pz. IV Ausf D, 15 Pz. IV Ausf F). Rommel held the 90th Light Division further back and kept the 101st Motorised Division "Trieste" in reserve near the coast. Rommel hoped to move his troops faster than the Allies, to concentrate his defences at the most important point (Schwerpunkt) but lack of fuel meant that once the Panzerarmee had concentrated, it would not be able to move again because of lack of fuel. The British were well aware that Rommel would be unable to mount a defence based on his usual manoeuvre tactics but no clear picture emerged of how he would fight the battle and British plans seriously underestimated the Axis defences and the fighting power of the Panzerarmee.

Фаза первая: взлом

Перед началом основного обстрела 24-я австралийская бригада отвлекла внимание, в результате чего 15-я танковая дивизия в течение нескольких минут подвергалась интенсивному огню. Затем, 23 октября в 21:40 (египетского летнего времени), в спокойный, ясный вечер под ярким светом полной луны, операция "Легкая нога" началась с 1000-пушечного залпа. План огня был составлен таким образом, чтобы первые снаряды из 882 орудий полевой и средних батарей одновременно поразили линию фронта. После двадцати минут общего обстрела артиллерия переключилась на точечные цели в поддержку наступающей пехоты. Артиллерийский план продолжался пять с половиной часов, за которые каждое орудие произвело около 600 выстрелов, в общей сложности около 529 000 снарядов. Название операции "Легкая нога" указывало на то, что атаковать первыми должна была пехота. Противотанковые мины не срабатывали под весом солдат, поскольку были слишком легкими. По мере продвижения пехоты, инженерные войска должны были расчистить путь для танков, следовавших за ними. Каждый проход должен был быть шириной 7,32 м, достаточной для прохождения танков в один ряд. Инженерам предстояло проделать путь через Сад Дьявола. Это была сложная задача, которая не была выполнена из-за большой глубины минных полей противника. В 22:00 четыре пехотные дивизии XXX корпуса начали выдвижение. Целью было создание плацдарма до рассвета на воображаемой линии в пустыне, где находились наиболее сильные оборонительные позиции противника, за вторым минным поясом. Как только пехота достигла первых минных полей, саперы и разведывательные подразделения приступили к разминированию, чтобы обеспечить проход для бронетанковых дивизий X корпуса. Прогресс был медленнее запланированного, но в 02:00 первый из 500 танков начал движение. К 04:00 головные танки оказались в минных полях, где подняли столько пыли, что видимость полностью пропала, образовались заторы и танки застряли. Около половины пехоты достигли своих целей, и ни одному танку не удалось прорваться. 1-я южноафриканская дивизия, на левом фланге XXX корпуса, атаковала на двухбригадном фронте, чтобы занять южную часть хребта Митейрия, с 2-й южноафриканской пехотной бригадой справа и 3-й южноафриканской пехотной бригадой слева. 1-я южноафриканская пехотная бригада была выдвинута южнее для создания противотанкового заслона, прикрывающего левый фланг наступления. К 08:00 24 октября хребет Митейрия был взят после ночи ожесточенных боев и значительных потерь. 7-я бронетанковая дивизия (с бригадой "Свободная Франция" в подчинении) из XIII корпуса (генерал-лейтенант Брайан Хоррокс) нанесла вторичный удар на юг. Основная задача заключалась в прорыве, сковывании и уничтожении 21-й танковой дивизии и дивизии "Ариете" в районе Джебель-Калаха, в то время как "Свободная Франция" на крайнем левом фланге должна была занять Карет-эль-Химеймат и плато эль-Така. Правый фланг наступления должен был прикрываться 44-й пехотной дивизией с 131-й пехотной бригадой. Атака встретила упорное сопротивление, главным образом со стороны 185-й пехотной дивизии "Фолгоре", частей парашютной бригады Рамке и группы "Кейль". Минные поля оказались глубже, чем предполагалось, и разминирование затруднялось огнем противника. К рассвету 24 октября проходы через второе минное поле еще не были расчищены, чтобы 22-я и 4-я легкие бронетанковые бригады могли выйти в открытую местность и совершить запланированный поворот на север, в тыл вражеских позиций к западу от Дейр-эль-Мунассиба. Дальше на север, по фронту XIII корпуса, 50-я (нортумберлендская) пехотная дивизия добилась ограниченного и дорогостоящего успеха, столкнувшись с ожесточенным сопротивлением 17-й пехотной дивизии "Павия", 27-й пехотной дивизии "Брешиа" и частей 185-й пехотной дивизии "Фолгоре". 4-я индийская пехотная дивизия, на крайнем левом фланге XXX корпуса у хребта Рувейсат, провела демонстративный удар и два небольших рейда, чтобы отвлечь внимание в центр фронта.

Prior to the main barrage, there was a diversion by the 24th Australian Brigade, which involved the 15th Panzer Division being subjected to heavy fire for a few minutes. Then at 21:40 (Egyptian Summer Time) on 23 October on a calm, clear evening under the bright sky of a full moon, Operation Lightfoot began with a 1,000 gun barrage. The fire plan had been arranged so that the first rounds from the 882 guns from the field and medium batteries would land along the front at the same time. After twenty minutes of general bombardment, the guns switched to precision targets in support of the advancing infantry. The shelling plan continued for five and a half hours, by the end of which each gun had fired about 600 rounds, about 529,000 shells. Operation Lightfoot alluded to the infantry attacking first. Anti tank mines would not be tripped by soldiers stepping on them since they were too light. As the infantry advanced, engineers had to clear a path for the tanks coming behind. Each gap was to be 7.32 m wide, which was just enough to get tanks through in single file. The engineers had to clear a route through the Devil's Gardens. It was a difficult task that was not achieved because of the depth of the Axis minefields. At 22:00, the four infantry divisions of XXX Corps began to move. The objective was to establish a bridgehead before dawn at the imaginary line in the desert where the strongest enemy defences were situated, on the far side of the second mine belt. Once the infantry reached the first minefields, the mine sweepers, including Reconnaissance Corps troops and sappers, moved in to create a passage for the armoured divisions of X Corps. Progress was slower than planned but at 02:00, the first of the 500 tanks crawled forward. By 04:00, the lead tanks were in the minefields, where they stirred up so much dust that there was no visibility at all, traffic jams developed and tanks bogged down. Only about half of the infantry attained their objectives and none of the tanks broke through. The 1st South African Division, on the left flank of XXX Corps, attacked on a two brigade front to secure the southern end of Miteirya Ridge, with the 2nd South African Infantry Brigade on the right and the 3rd South African Infantry Brigade on the left. The 1st South African Infantry Brigade was deployed further south to create an anti tank screen for the protection of the left flank of the attack. By 08:00 on 24 October, Miteirya Ridge was secured after a night of heavy fighting and a high number of casualties. The 7th Armoured Division (with a Free French Brigade under command) from XIII Corps (Lieutenant General Brian Horrocks) made a secondary attack to the south. The main attack aimed to achieve a breakthrough, engage and pin down the 21st Panzer Division and the "Ariete" Division around Jebel Kalakh, while the Free French on the far left were to secure Qaret el Himeimat and the el Taqa plateau. The right flank of the attack was to be protected by 44th Infantry Division with the 131st Infantry Brigade. The attack met determined resistance, mainly from the 185th Infantry Division "Folgore", part of the Ramcke Parachute Brigade and Gruppe Keil. The minefields were deeper than anticipated and clearing paths through them was impeded by Axis defensive fire. By dawn on 24 October, paths still had not been cleared through the second minefield to release the 22nd and 4th Light Armoured Brigades into the open to make their planned turn north into the rear of enemy positions west of Deir el Munassib. Further north along the XIII Corps front, the 50th (Northumbrian) Infantry Division achieved a limited and costly success against determined resistance from the 17th Infantry Division "Pavia", 27th Infantry Division "Brescia" and elements of the 185th Infantry Division "Folgore". The 4th Indian Infantry Division, on the far left of the XXX Corps front at Ruweisat Ridge, made a mock attack and two small raids to deflect attention to the centre of the front.

Вторая фаза: распад

Утренняя воздушная разведка показала незначительные изменения в расположении войск Оси, и Монтгомери приказал завершить зачистку северного коридора, а новозеландская дивизия, поддерживаемая 10-й бронетанковой дивизией, должна была продвинуться на юг от хребта Митейрия. 9-я австралийская дивизия на севере должна была спланировать операцию по подавлению сопротивления в ту ночь, в то время как в южном секторе 7-я бронетанковая дивизия должна была продолжать попытки прорыва через минные поля, при поддержке, если потребуется, 44-й дивизии. Сразу после восхода солнца танковые части противника контратаковали 51-ю горнострелковую дивизию, но были остановлены. Утро субботы, 24 октября, принесло катастрофу немецкому штабу. Войска Оси были ошеломлены британским наступлением, и их сообщения стали сумбурными и паническими, в одном из которых итальянское подразделение сообщило немцам, что было уничтожено "пьяными неграми на танках". Отчеты, полученные Штумме этим утром, показывали, что атаки велись по широкому фронту, но любое проникновение можно было сдержать местными силами. Он отправился лично осмотреть ситуацию и, попав под обстрел, получил сердечный приступ и умер. Временное командование было передано генерал-майору Вильгельму Риттеру фон Тома. Гитлер уже принял решение о возвращении Роммеля из санатория в Северную Африку. Роммель вылетел в Рим рано утром 25 октября, чтобы добиться от командования верховного командования (Comando Supremo) увеличения поставок топлива и боеприпасов, а затем отправился в Северную Африку, чтобы восстановить командование танковой армией Африки, переименованной в тот же день в Германо-итальянскую танковую армию (Deutsch Italienische Panzerarmee). Прибытие Роммеля подняло боевой дух немцев, хотя он мало что мог сделать, чтобы изменить ход сражения. В течение дня активность была незначительной, в ожидании полного расчищения путей через минные поля. Бронетехника была остановлена на линии Оксалик. Артиллерия и авиация пустыни, совершив более 1000 вылетов, в течение всего дня атаковали позиции Оси, чтобы способствовать "подавлению" сил противника. К 16:00 прогресса практически не было. В сумерках, когда солнце было у них за спиной, танки Оси из 15-й танковой дивизии и дивизии "Литторио" выдвинулись из района "Почка" (также известного немцам и итальянцам как Холм 28), который часто ошибочно называли хребтом, поскольку это было, по сути, низина, чтобы вступить в бой с 1-й бронетанковой дивизией, и началось первое крупное танковое сражение при Эль-Аламейне. В бою участвовало более 100 танков, и к наступлению темноты половина из них была уничтожена; ни одна из сторон не изменила своих позиций. Около 10:00 авиация Оси уничтожила конвой из 25 британских транспортных средств, перевозивших бензин и боеприпасы, вызвав ночной пожар. Ламсден хотел отменить атаку, но Монтгомери отклонил его предложение. Наступление 10-й бронетанковой дивизии с хребта Митейрия провалилось. Разминирование хребта Митейрия и прилегающей территории заняло больше времени, чем планировалось, и передовая часть, 8-я бронетанковая бригада, была застигнута врасплох воздушным ударом на своей исходной позиции в 22:00 – в "час ноль" – и рассеяна. К тому времени, когда они перегруппировались, они сильно отставали от графика и потеряли связь с артиллерийским огнем, сопровождавшим наступление. К рассвету бригада оказалась на открытой местности, подвергаясь интенсивному обстрелу с хорошо подготовленных позиций танков и противотанковых орудий. 24-я бронетанковая бригада продвинулась вперед и доложила на рассвете, что находится на линии Пирсона, однако выяснилось, что в пыли и суматохе они ошибочно определили свое местоположение и остались далеко позади. Атака в секторе XIII корпуса на юге также не увенчалась успехом. 131-я пехотная бригада расчистила путь через мины, но когда через нее прошла 22-я бронетанковая бригада, она попала под сильный огонь и была отброшена, 31 танк был выведен из строя. Ночью британская авиация сосредоточила свои усилия на северной танковой группировке Роммеля, сбросив на нее бомбы. Чтобы предотвратить повторение опыта 8-й бронетанковой бригады, были усилены атаки на аэродромы противника.

Dawn aerial reconnaissance showed little change in Axis dispositions and Montgomery ordered that the clearance of the northern corridor should be completed and the New Zealand Division supported by the 10th Armoured Division should push south from Miteirya Ridge. The 9th Australian Division, in the north, should plan a crumbling operation for that night, while in the southern sector, 7th Armoured Division should continue to try to break through the minefields with support, if necessary, from the 44th Division. Panzer units counter attacked the 51st Highland Division just after sunrise, only to be stopped in their tracks. The morning of Saturday 24 October brought disaster for the German headquarters. The Axis forces were stunned by British attack and their messages became confused and hysterical, with one Italian unit communicating to Germans that it had been wiped out by "drunken negroes with tanks". The reports that Stumme had received that morning showed the attacks had been on a broad front but that such penetration as had occurred should be containable by local units. He went forward to see for himself and finding himself under fire, suffered a heart attack and died. Temporary command was given to Major General Wilhelm Ritter von Thoma. Hitler had already decided that Rommel should leave his sanatorium and return to North Africa. Rommel flew to Rome early on 25 October to press Comando Supremo for more fuel and ammunition and then on to North Africa to resume command that night of the Panzer Army Africa, renamed the German Italian Panzer Army (Deutsch Italienische Panzerarmee) that day. Rommel's arrival boosted German morale, though there was little he could do to change the course of the battle. There was little activity during the day, pending complete clearance of paths through the minefields. The armour was held at the Oxalic Line. Artillery and the Desert Air Force, making over 1,000 sorties, attacked Axis positions all day to aid the 'crumbling' of the Axis forces. By 16:00 there was little progress. At dusk, with the sun at their backs, Axis tanks from the 15th Panzer Division and the "Littorio" Division swung out from the Kidney feature (also known to the Germans and Italians as Hill 28), often wrongly called a ridge as it was actually a depression, to engage the 1st Armoured Division and the first big tank engagement of El Alamein began. Over 100 tanks were involved and half were destroyed by dark; neither position was altered. At around 10:00, Axis aircraft had destroyed a convoy of 25 British vehicles carrying petrol and ammunition, setting off a night long blaze; Lumsden wanted to call off the attack but Montgomery overruled him. The thrust that night by the 10th Armoured Division from Miteirya Ridge failed. The lifting of mines on the Miteirya Ridge and beyond took far longer than planned and the leading unit, the 8th Armoured Brigade, was caught on their start line at 22:00—zero hour—by an air attack and were scattered. By the time they had reorganised they were well behind schedule and out of touch with the creeping artillery barrage. By daylight the brigade was caught in the open, suffering considerable fire from well sited tanks and anti tank guns. The 24th Armoured Brigade had pushed forward and reported at dawn they were on the Pierson Line, although it turned out that, in the dust and confusion, they had mistaken their position and were well short. The attack in the XIII Corps sector to the south fared no better. The 131st Infantry Brigade cleared a path through the mines but when the 22nd Armoured Brigade passed through, they came under heavy fire and were repulsed, with 31 tanks disabled. British air activity that night focused on Rommel's northern armoured group, where of bombs were dropped. To prevent a recurrence of 8th Armoured Brigade's experience from the air, attacks on Axis landing fields were also stepped up.

D + 2: 25 октября

Первое нападение закончилось к воскресенью. Британцы продвинулись через минные поля на западе, чтобы осуществить широкий и глубокий прорыв. Они вышли на вершину хребта Митейрия на юго-востоке. Силы Оси прочно закрепились на большинстве своих первоначальных боевых позиций, и наступление было остановлено. Монтгомери решил, что запланированное наступление новозеландцев на юг от хребта Митейрия будет слишком затратным, и вместо этого приказал XXX корпусу, удерживая Митейрию, нанести удар на север в направлении побережья с 9-й австралийской дивизией. 1-я бронедивизия, находясь слева от австралийцев, должна была продолжать наступление на запад и северо-запад; действия на юге, на обоих фронтах корпусов, ограничивались патрулированием. Боевые действия должны были быть сосредоточены в районе "Почки" и Тель-эль-Исы до тех пор, пока не произойдет прорыв. К раннему утру силы Оси предприняли атаки с использованием 15-й танковой и дивизии "Литторио". Панцерная армия искала слабое место, но безуспешно. Британская и войска Содружества атаковали в сумерках. Около полуночи 51-я (Гайлендская) дивизия предприняла три атаки, но никто толком не знал, где они находятся. В результате воцарилась паника и произошла жестокая бойня, в результате которой было потеряно более 500 британских солдат, и в атакующих силах остался лишь один офицер. Пока 51-я горнострелковая дивизия действовала в районе "Почки", австралийцы атаковали позицию 29 (иногда обозначаемую на картах Оси как "28") – артиллерийский наблюдательный пункт Оси высотой 6,10 метра, расположенный к юго-западу от Тель-эль-Исы, чтобы окружить прибрежный выступ Оси, где находилась немецкая 164-я лёгкая дивизия и большое количество итальянской пехоты. Это был новый северный удар, разработанный Монтгомери ранее в тот же день. 26-я австралийская бригада атаковала в полночь, поддерживаемая артиллерией и 30 танками 40-го Королевского танкового полка. Австралийцы захватили позицию и взяли 240 пленных. Бои в этом районе продолжались в течение следующей недели, поскольку силы Оси пытались вернуть небольшой холм, имевший столь важное значение для их обороны. Ночные бомбардировщики сбрасывали бомбы на цели на поле боя и на базу "Штука" в Сиди-Ханейше, а ночные истребители осуществляли патрулирование над районом сражения и передовыми аэродромами Оси. На юге 4-я бронетанковая бригада и 69-я пехотная бригада атаковали 187-й парашютный полк "Фолгоре" в Дейр-Мунассибе, но потеряли около 20 танков, захватив лишь передовые позиции.

The first attack had ended by Sunday. The British had advanced through the minefields in the west to make a wide and deep inroad. They were on top of Miteirya Ridge in the south east. Axis forces were firmly entrenched in most of their original battle positions and the attack had been contained. Montgomery decided that the planned advance southward from Miteirya Ridge by the New Zealanders would be too costly and instead decided that XXX Corps—while keeping firm hold of Miteirya—should strike northwards toward the coast with the 9th Australian Division. The 1st Armoured Division—on the Australian left—should continue to attack west and north west; activity to the south on both corps fronts would be confined to patrolling. The battle would be concentrated at the Kidney feature and Tel el Eisa until a breakthrough occurred. By early morning, the Axis forces launched attacks using the 15th Panzer and "Littorio" divisions. The Panzer Army probed for a weakness but without success. The British and Commonwealth infantry attacked at dusk. Around midnight, the 51st (Highland) Division launched three attacks but no one knew quite where they were. Pandemonium and carnage ensued, resulting in the loss of over 500 British troops and leaving only one officer among the attacking force. While the 51st Highland Division was operating around the Kidney feature, the Australians were attacking Point 29 (sometimes shown on Axis maps as "28") a 6.10 m high Axis artillery observation post south west of Tel el Eisa, to surround the Axis coastal salient containing the German 164th Light Division and large numbers of Italian infantry. This was the new northern thrust Montgomery had devised earlier in the day. The 26th Australian Brigade attacked at midnight, supported by artillery and 30 tanks of the 40th Royal Tank Regiment. The Australians took the position and 240 prisoners. Fighting continued in this area for the next week, as the Axis tried to recover the small hill that was so important to their defence. Night bombers dropped of bombs on targets in the battlefield and on the Stuka base at Sidi Haneish, while night fighters flew patrols over the battle area and the Axis forward landing grounds. In the south, the 4th Armoured Brigade and the 69th Infantry Brigade attacked the 187th Paratroopers Regiment "Folgore" at Deir Munassib, but lost about 20 tanks gaining only the forward positions.

D + 3: 26 октября

25 октября вечером, вернувшись в Северную Африку, Роммель оценил обстановку на поле боя. Потери, особенно на севере, в результате непрерывных артиллерийских и воздушных ударов, были тяжелыми. Итальянская 102-я мотодивизия "Тренто" потеряла 50% своей пехоты и большую часть артиллерии, а 164-я легкая дивизия – два батальона. 15-я танковая и дивизия "Литторио" не позволили британским танкам прорвать оборону, но это была дорогостоящая победа, в результате которой 15-я танковая дивизия сократилась до 31 танка. Большинство других частей также были неполными, получали половинное продовольственное обеспечение, и многие солдаты болели; у Panzerarmee Afrika оставалось топлива лишь на три дня. К этому времени Роммель был убежден, что основное наступление будет предпринято с севера, и решил отбить позицию "Пойнт-29". Он приказал начать контратаку силами 15-й танковой и 164-й легкой дивизий, при поддержке части итальянского XX корпуса, в 15:00, но из-за непрерывных артиллерийских и воздушных ударов она не принесла результатов. По словам Роммеля, атака все же имела некоторый успех, и итальянцы отбили часть холма 28. Основная часть 2/17-го австралийского батальона, оборонявшего позицию, была вынуждена отступить. Роммель изменил свою тактику рассредоточения бронетехники по фронту, приказав 90-й легкой дивизии выдвинуться вперед из Эд-Дабы, а 21-й танковой дивизии – на север, вместе с одной третью дивизии "Ариете" и половиной артиллерии из южного сектора, чтобы присоединиться к 15-й танковой и дивизии "Литторио". Перегруппировка не могла быть отменена из-за нехватки топлива. Триестской дивизии было приказано выдвинуться из Фуки для замены 90-й легкой дивизии в Эд-Дабе, но 21-я танковая дивизия и дивизия "Ариете" продвигались медленно в течение ночи, подвергаясь постоянным атакам бомбардировщиков DAF. В районе "Почки" британцы не смогли воспользоваться отсутствием танков противника; всякий раз, когда они пытались продвинуться вперед, их останавливали противотанковые орудия. Черчилль в ярости воскликнул: "Неужели невозможно найти генерала, способного выиграть сражение?" Торпедоносцы "Бристоль Бофорт" 42-й эскадрильи, прикрепленные к 47-й эскадрилье, потопили танкер "Прозерпина" в Тобруке; три торпедоносца "Виккерс Веллингтон" 38-й эскадрильи уничтожили нефтяной танкер "Тергестея" в Тобруке ночью, лишив Panzerarmee последней возможности пополнить запасы топлива. К 26 октября XXX корпус завершил захват плацдарма к западу от второго минного поля. Британские войска потеряли 2000 человек, австралийцы – 1000, новозеландцы – 1000, а южноафриканцы – 600. Танки X корпуса, развернутые непосредственно за пехотой, не смогли прорвать противотанковую оборону противника. Монтгомери решил, что в течение следующих двух дней, продолжая изматывать противника, он сократит линию фронта, чтобы создать резерв для новой атаки. В состав резерва должны были войти 2-я новозеландская дивизия (с 9-й бронетанковой бригадой в подчинении), 10-я и 7-я бронетанковые дивизии. Наступления на юге, продолжавшиеся три дня и принесшие значительные потери без достижения прорыва, были приостановлены.

Rommel, on his return to North Africa on the evening of 25 October, assessed the battle. Casualties, particularly in the north, as a result of incessant artillery and air attack, had been severe. The Italian 102nd Motorised Division "Trento" had lost 50 per cent of its infantry and most of its artillery and the 164th Light Division had lost two battalions. The 15th Panzer and Littorio divisions had prevented the British tanks from breaking through but this had been a costly defensive success, the 15th Panzer Division being reduced to 31 tanks. Most other units were also under strength, on half rations and many men were ill; Panzerarmee Afrika had only enough fuel for three days. Rommel was convinced by this time that the main assault would come in the north and determined to retake Point 29. He ordered a counter attack against it by the 15th Panzer Division and the 164th Light Division, with part of the Italian XX Corps to begin at 15:00 but under constant artillery and air attack this came to nothing. According to Rommel this attack did meet some success, with the Italians recapturing part of Hill 28,

The bulk of the 2/17th Australian Battalion, which had defended the position, was forced to retreat. Rommel reversed his policy of distributing his armour across the front, ordering the 90th Light Division forward from Ed Daba and 21st Panzer Division north along with one third of the Ariete Division and half the artillery from the southern sector to join the 15th Panzer Division and the Littorio Division. The move could not be reversed because of the fuel shortage. The Trieste Division was ordered from Fuka to replace the 90th Light Division at Ed Daba but the 21st Panzer Division and the Ariete Division made slow progress during the night under constant attack from DAF bombers. At the Kidney feature, the British failed to take advantage of the absent tanks; each time they tried to move forward they were stopped by anti tank guns. Churchill railed, "Is it really impossible to find a general who can win a battle?" Bristol Beaufort torpedo bombers of 42 Squadron, attached to 47 Squadron, sank the tanker Proserpina at Tobruk; three Vickers Wellington torpedo bombers of 38 Squadron destroyed the oil tanker Tergestea at Tobruk during the night, removing the last hope for refuelling the Panzerarmee. By 26 October, XXX Corps had completed the capture of the bridgehead west of the second mine belt. The British Forces had sustained 2000 casualties, the Australians 1000, the New Zealanders 1000 and the South Africans 600. The tanks of X Corps, established just beyond the infantry, had failed to break through the Axis anti tank defences. Montgomery decided that over the next two days, while continuing the process of attrition, he would thin out his front line to create a reserve for another attack. The reserve was to include the 2nd New Zealand Division (with the 9th Armoured Brigade under command), the 10th Armoured Division and the 7th Armoured Division. The attacks in the south, which lasted three days and caused considerable losses without achieving a breakthrough, were suspended.

D + 4: 27 октября

Основные бои велись вокруг Тель-эль-Аккакира и возвышенности «Почка» в конце пути 1-й бронедивизии через минное поле. В миле к северо-западу от этой позиции находился форпост «Вудкок», а примерно на том же расстоянии к юго-западу – форпост «Снайп». Для захвата этих районов планировалось использовать два батальона 7-й мотобригады. В 23:00 26 октября 2-й батальон Стрелковой бригады должен был атаковать «Снайп», а 2-й батальон Королевского стрелкового корпуса (KRRC) – «Вудкок». Согласно плану, на следующий рассвет 2-я бронетанковая бригада должна была обойти «Вудкок» с севера, а 24-я бронетанковая бригада – «Снайп» с юга. Атаку должна была поддерживать вся артиллерия X и XXX корпусов. Оба батальона испытывали трудности с ориентированием в темноте и пыли. К рассвету KRRC не достиг своей цели и вынужден был укрыться и зарыться вдали от «Вудкока». 2-му батальону Стрелковой бригады повезло больше: следуя за разрывами снарядов поддерживающей артиллерии, они закрепились, полагая, что достигли своей цели, встретив незначительное сопротивление. В 06:00 2-я бронетанковая бригада начала наступление и столкнулась с таким ожесточенным сопротивлением, что к полудню все еще не смогла соединиться с KRRC. 24-я бронетанковая бригада начала движение чуть позже и вскоре вступила в контакт со Стрелковой бригадой (некоторое время по ошибке обстреляв ее). Последовало несколько часов ожесточенных боев с участием танков «Литторио», войск и противотанковых орудий 15-й танковой дивизии, которым удалось сдержать британскую бронетехнику, несмотря на поддержку противотанковых орудий боевой группы Стрелковой бригады. Роммель решил предпринять две контратаки, используя свои свежие силы. 90-я легкая дивизия должна была повторно попытаться захватить позицию 29, а 21-я танковая дивизия – «Снайп» (итальянское соединение «Ариете» вернулось на юг). На «Снайпе» в течение всего дня велся непрерывный минометный и артиллерийский огонь, и в 16:00 Роммель начал свою главную атаку. Немецкие и итальянские танки двинулись вперед против Стрелковой бригады, располагавшей тринадцатью 6-фунтовыми противотанковыми орудиями и шестью орудиями из 239-й противотанковой батареи, RA. Несмотря на то, что они несколько раз оказывались на грани перехвата, они удержали свои позиции, уничтожив 22 немецких и 10 итальянских танков. Немцы отступили, но по ошибке британская боевая группа была выведена без замены в тот же вечер. Командир, подполковник Виктор Буллер Тернер, был награжден Георгиевским крестом. Был возвращен только один противотанковый орудие из 239-й батареи. Когда выяснилось, что ни «Вудкок», ни «Снайп» не находятся в руках 8-й армии, 133-я моторизованная пехотная бригада была отправлена для их захвата. К 01:30 28 октября 4-й батальон Королевского Суссекского полка предположил, что они находятся на «Вудкоке», и зарылся в землю. На рассвете 2-я бронетанковая бригада выдвинулась на поддержку, но до установления контакта 4-й Королевский Суссекс был контратакован и разгромлен с большими потерями. Два других батальона 133-й моторизованной бригады двинулись на «Снайп» и зарылись, но на следующий день обнаружили, что на самом деле они не достигли своей цели. Дальше на север атака 90-й легкой дивизии на позицию 29 во второй половине дня 27 октября провалилась из-за сильного артиллерийского и бомбового огня, который сорвал атаку до того, как она вступила в контакт с австралийцами. Сражение за «Снайп» стало эпизодом битвы при Эль-Аламейне, описанным полковым историком как самый знаменитый день в истории полка. Лукас Филлипс в своей книге «Эль-Аламейн» писал:

The main battle was concentrated around Tel el Aqqaqir and the Kidney feature at the end of the 1st Armoured Division's path through the minefield. A mile north west of the feature was Outpost Woodcock and roughly the same distance south west lay Outpost Snipe. An attack was planned on these areas using two battalions from 7th Motor Brigade. At 23:00 on 26 October 2 Battalion, The Rifle Brigade would attack Snipe and 2nd Battalion King's Royal Rifle Corps (KRRC) would attack Woodcock. The plan was for 2nd Armoured Brigade to pass round the north of Woodcock the following dawn and 24th Armoured Brigade round the south of Snipe. The attack was to be supported by all the artillery of X and XXX Corps. Both battalions had difficulty finding their way in the dark and dust. At dawn, the KRRC had not reached its objective and had to find cover and dig in some distance from Woodcock. The 2nd Rifle Brigade had been more fortunate and after following the shell bursts of the supporting artillery, dug in when they concluded they had reached their objective having encountered little opposition. At 06:00, the 2nd Armoured Brigade commenced its advance and ran into such stiff opposition that, by noon, it had still not linked with the KRRC. The 24th Armoured Brigade started a little later and was soon in contact with the Rifle Brigade (having shelled them in error for a while). Some hours of confused fighting ensued involving tanks from the Littorio and troops and anti tank guns from 15th Panzer which managed to keep the British armour at bay in spite of the support of the anti tank guns of the Rifle Brigade battle group. Rommel had decided to make two counter attacks using his fresh troops. 90th Light Division was to make a fresh attempt to capture Point 29 and 21st Panzer were targeted at Snipe (the Ariete detachment had returned south). At Snipe, mortar and shellfire was constant all day and at 16:00, Rommel launched his major attack. German and Italian tanks moved forward against the Rifle Brigade which had thirteen 6 pounder anti tank guns along with six more from the 239th Anti Tank Battery, RA. Although on the point of being overrun more than once they held their ground, destroying 22 German and 10 Italian tanks. The Germans gave up but in error the British battle group was withdrawn without being replaced that evening. Its CO, Lieutenant Colonel Victor Buller Turner, was awarded the Victoria Cross. Only one anti tank gun—from 239 Battery—was brought back. When it was discovered that neither Woodcock nor Snipe was in Eighth Army hands, the 133rd Lorried Infantry Brigade was sent to capture them. By 01:30 on 28 October, the 4th battalion Royal Sussex Regiment judged they were on Woodcock and dug in. At dawn, the 2nd Armoured Brigade moved up in support but before contact could be made the 4th Royal Sussex were counter attacked and overrun with many losses. The 133rd Lorried Brigade's two other battalions had moved on Snipe and dug in, only to find out the next day that they were in fact well short of their objective. Further north, the attack by the 90th Light Division attack on Point 29 during the afternoon of 27 October failed under heavy artillery and bombing which broke up the attack before it had closed with the Australians. The action at Snipe was an episode of the Battle of El Alamein described by the regimental historian as the most famous day of the regiment's war. Lucas Phillips, in his Alamein wrote:

D + 56: 2829 октября

28 октября 15-я и 21-я танковые дивизии предприняли упорную атаку на участке фронта X корпуса, но были остановлены огнем артиллерии, танков и противотанковых орудий. Во второй половине дня они приостановили наступление для перегруппировки, но в течение двух с половиной часов подверглись бомбардировке, что не позволило им даже построиться в боевой порядок. Это оказалась последней попыткой Роммеля взять инициативу, и его поражение здесь стало поворотным моментом в сражении. Монтгомери приказал соединениям X корпуса в районе Вудкока и Снайпа перейти к обороне, сосредоточив основную атаку севернее. 27 октября 133-я мотопехотная бригада была отправлена вперед для восстановления утраченных позиций, но на следующий день значительная часть ее состава была подавлена немецкими и итальянскими танками из дивизии "Литторио" и поддерживающего 12-го полка "Берсальеры"; сотни британских солдат попали в плен. В ночь с 28 на 29 октября 9-й австралийской дивизии было приказано провести вторую спланированную атаку. 20-я австралийская пехотная бригада при поддержке 40-го полка Королевских танковых стрелков должна была наступать на северо-запад от точки 29, чтобы создать базу для 26-й австралийской пехотной бригады при поддержке 46-го полка Королевских танковых стрелков, которая должна была атаковать на северо-восток в направлении позиций противника к югу от железной дороги, известной как пост Томпсона. После захвата поста Томпсона австралийцы должны были форсировать железную дорогу, выйти к прибрежной дороге и продвинуться на юго-восток, чтобы обойти тылы войск Оси в прибрежном выступе. Затем планировалось начать атаку третьей бригады на выступ с юго-востока. 20-я бригада взяла свои цели без особых затруднений, но 26-я бригада столкнулась с трудностями. Из-за больших расстояний войска передвигались на танках "Валентайн" 46-го полка Королевских танковых стрелков и бронетранспортерах, которые вскоре были выведены из строя минами и противотанковыми орудиями, вынуждая пехоту спешиться. Пехота и танки потеряли связь, вступив в бой с 125-м полком танковых гренадер и батальоном 7-го полка "Берсальеры", направленными для усиления сектора; наступление было остановлено. В этой атаке австралийцы потеряли 200 человек, из которых 27 были убиты и 290 ранены. Немецкие и итальянские силы, участвовавшие в контратаке, заняли передовой рубеж и удерживали его до прибытия немецких подкреплений 1 ноября. Стало ясно, что времени до наступления темноты осталось недостаточно для перегруппировки, продолжения атаки и ее завершения, поэтому операция была отменена. К концу этих боев в конце октября у британцев оставалось 800 исправных танков, а в суточном отчете немецкой танковой армии за 28 октября (перехваченном и прочитанном 8-й армией на следующий вечер) было указано 81 исправный немецкий танк и 197 итальянских. Благодаря данным радиоперехвата 26 октября были потоплены "Просерпина" (с 4500 тоннами топлива) и "Тергестея" (с 1000 тоннами топлива и 1000 тоннами боеприпасов), а 28 октября торпедой с бомбардировщика "Уэллингтон" был потоплен танкер "Луизиано" (с 2500 тоннами топлива) у западного побережья Греции. Роммель сказал своим командирам: "Нам совершенно невозможно отступить от противника. Для такого маневра нет бензина. У нас есть только один выбор – сражаться до конца в Эль-Аламейне". Австралийские и британские атаки предупредили Монтгомери о том, что Роммель ввел в бой свой резерв – 90-ю легкую дивизию, и ее присутствие в прибрежном секторе указывало на то, что Роммель ожидает следующего крупного наступления 8-й армии именно там. Монтгомери решил атаковать южнее, на участке фронта к югу от точки 29. Атака должна была начаться в ночь с 31 октября на 1 ноября, после завершения реорганизации линии фронта для создания резервов для наступления (хотя в итоге она была отложена на 24 часа). Чтобы отвлечь внимание Роммеля от прибрежного сектора, Монтгомери приказал возобновить операцию 9-й австралийской дивизии в ночь с 30 на 31 октября.

On 28 October, the 15th and 21st Panzer made a determined attack on the X Corps front but were halted by artillery, tank and anti tank gun fire. In the afternoon, they paused to regroup to attack again but they were bombed for two and a half hours and were prevented from even forming up. This proved to be Rommel's last attempt to take the initiative and as such his defeat here represented a turning point in the battle. At this point, Montgomery ordered the X Corps formations in the area of Woodcock and Snipe to go over to the defensive while he concentrated the attack further to the north. Late on 27 October, the 133rd Brigade Lorried Infantry Brigade was sent forward to recover lost positions but the next day, a good part of this force was overrun by German and Italian tanks from the Littorio and supporting 12th Bersaglieri Regiment; several hundred British soldiers were captured. On the night of 28/29 October, the 9th Australian Division was ordered to make a second set piece attack. The 20th Australian Infantry Brigade with the 40th R. T. R. in support would push north west from Point 29 to form a base for the 26th Australian Infantry Brigade with the 46th R. T. R. in support, to attack north east to an Axis position south of the railway known as Thompson's Post. Once Thompson's Post was captured, the Australians were to cross the railway to the coast road and advance south east to close on the rear of the Axis troops in the coastal salient. An attack by the third brigade would then be launched on the salient from the south east. The 20th Brigade took its objectives with little trouble but 26th Brigade had difficulty. Because of the distances involved, the troops were riding on the Valentine tanks of the 46th R. T. R. and carriers, which mines and anti tank guns soon brought to grief, forcing the infantry to dismount. The infantry and tanks lost touch, fighting with the 125th Panzergrenadier Regiment and a battalion of the 7th Bersaglieri Regiment sent to reinforce the sector; the advance came to a halt. The Australians suffered 200 casualties in that attack and suffered 27 killed and 290 wounded. The German and Italian forces that had participated in the counter attack formed an outpost and held on until the arrival of German reinforcements on 1 November. It became clear that there were no longer enough hours of darkness left to reform, continue the attack and see it to its conclusion, so the operation was called off. By the end of these engagements in late October, the British still had 800 serviceable tanks and the Panzerarmee day report for 28 October (intercepted and read by Eighth Army the following evening) recorded 81 serviceable German tanks and 197 Italian. With the help of signals intelligence information the Proserpina (carrying 4,500 tonnes of fuel) and Tergestea (carrying 1,000 tonnes of fuel and 1,000 tonnes of ammunition) had been destroyed on 26 October and the tanker Luisiano (carrying 2,500 tonnes of fuel) had been sunk off the west coast of Greece by a torpedo from a Wellington bomber on 28 October. Rommel told his commanders, "It will be quite impossible for us to disengage from the enemy. There is no gasoline for such a manoeuvre. We have only one choice and that is to fight to the end at Alamein". The Australian and British attacks had alerted Montgomery that Rommel had committed his reserve, the 90th Light Division, to the front and that its presence in the coastal sector suggested that Rommel was expecting the next major Eighth Army offensive there. Montgomery decided to attack further south on a front south of Point 29. The attack was to take place on the night of 31 October/1 November, as soon as he had completed the reorganisation of his front line to create reserves for the offensive (although in the event it was postponed by 24 hours). To keep Rommel's attention on the coastal sector, Montgomery ordered the renewal of the 9th Australian Division operation on the night of 30/31 October.

D + 79: 30 октября 1 ноября

В ночь на 30 октября была предпринята третья попытка австралийских войск достичь мощёной дороги, и к концу ночи они вышли к дороге и железной дороге, что создало критическую ситуацию для войск Оси в выступающем районе. 31 октября боевая группа 21-й танковой дивизии предприняла четыре атаки на опорный пункт Томпсона, все они были отбиты. Сержант Уильям Кибби (2/48-й австралийский пехотный батальон) был награждён Крестом Виктории (посмертно) за свои действия в период с 23 октября до своей гибели 31 октября, включая одиночную атаку на пулемётную точку по собственной инициативе. 1 ноября был восстановлен контакт с 125-м полком танковых гренадер в самом узком месте выступа; поддерживающий X батальон «Берсальери» оказывал сопротивление нескольким австралийским атакам. 1 ноября танкеры «Триполино» и «Остия» были торпедированы и потоплены авиацией к северо-западу от Тобрука. Нехватка топлива вынудила Роммеля всё больше полагаться на поставки из Крита по приказу Альберта Кессельринга, командующего группой армий «Юг», несмотря на ограничения, вызванные бомбардировками аэродромов на Крите и перехватами транспортных самолётов авиацией союзников. Роммель начал планировать отступление к Фуке, расположенной западнее, поскольку у него оставалось всего 90 танков против 800 британских. Значительные объёмы топлива прибыли в Бенгази после начала отступления немецких войск, но лишь небольшая часть его достигла передовой, что Кессельринг пытался исправить, организуя более прямую доставку топлива к боевым частям.

D + 11: 3 ноября

В 20:30 2 ноября Ламсден решил, что еще одна попытка корпуса X позволит подавить артиллерийский экран на трассе Рахман, и приказал 7-й мотобригаде захватить трассу на фронте к северу от Тель-эль-Аккакира. Затем 2-я и 8-я бронетанковые бригады должны были пройти через пехоту на расстояние около… Утром 3 ноября 7-я бронетанковая дивизия должна была пройти вперед и повернуть на север в направлении железной дороги у станции Газал. 7-я мотобригада начала движение в 01:15 3 ноября, но, получив приказы с опозданием, не успела провести разведку района боевых действий при дневном свете. Это, в сочетании с упорным сопротивлением, привело к неудаче атаки. В связи с этим приказы для бронетанковых частей были изменены: 2-й бронетанковой бригаде было поручено поддержать передовой батальон 133-й моторизованной бригады (2-й Королевский стрелковый полк короля), а 8-й бронетанковой бригаде – наступать в юго-западном направлении. Бои продолжались в течение 3 ноября, но 2-я бронетанковая бригада была остановлена подразделениями Африканского корпуса и танками дивизии Литторио. Южнее 8-я бронетанковая бригада была остановлена противотанковыми подразделениями, которым впоследствии помогли танки прибывшей дивизии Ариете.

D + 13, 5 ноября

7-й бронедивизии было приказано двигаться по пересеченной местности, чтобы перерезать прибрежную дорогу у Сиди-Ханейша, к западу от трассы Рахмана, а 1-й бронедивизии, находившейся к западу от Эль-Дада, было приказано совершить широкий обход через пустыню к Бир-Халде, также к западу от трассы Рахмана, в преддверии поворота на север для перерезания дороги у Мерса-Матрух. Обе попытки провалились, и 7-я бронедивизия завершила день, не достигнув своей цели. 1-я бронедивизия попыталась наверстать упущенное время ночным маршем, но в темноте бронетехника отделилась от машин обеспечения и осталась без топлива на рассвете 6 ноября, не дойдя до Бир-Халды. Авиация продолжала оказывать поддержку с воздуха, но из-за рассредоточения X корпуса было сложно установить линии бомбометания, за пределами которых самолеты могли свободно атаковать.

D + 14, 6 ноября

К 11:00 6 ноября машины поддержки "B" Эшелона начали прибывать к 1-й бронедивизии, но с топливом, достаточным лишь для дозаправки двух бронеполков, которые вновь выдвинулись в надежде успеть перерезать пути отхода противнику. У полков снова закончилось топливо к юго-западу от Мерса-Матруха. Конвой с топливом вышел из Аламейна вечером 5 ноября, но продвижение было медленным из-за сильно размытой дороги. К полудню 6 ноября начался дождь, и конвой застрял, не дойдя до места встречи с 1-й бронедивизией "B". 2-я новозеландская дивизия продвигалась к Сиди-Ханейшу, а 8-я бронетанковая бригада 10-й бронетанковой дивизии выдвинулась на запад от Галала, чтобы занять аэродромы в Фуке и эскарп. Приблизительно к юго-западу от Сиди-Ханейша 7-я бронедивизия утром столкнулась с 21-й танковой дивизией и разведывательной группой Фосса. В ходе упорного боя 21-я танковая дивизия потеряла 16 танков и множество орудий, едва избежав окружения и достигнув Мерса-Матруха к вечеру. Снова было сложно определить границы зон бомбардировок, но американские тяжелые бомбардировщики атаковали Тобрук, потопив "Эфиопию", а затем атаковали Бенгази, потопив "Марс" и подожгли танкер "Portofino" (6572 GRT).

D + 15 и далее, 7-11 ноября

7 ноября заболоченная местность и нехватка топлива приковали к месту 1-ю и 7-ю бронетанковые дивизии. 10-я бронетанковая дивизия, находясь на прибрежной дороге и имея достаточно топлива, продвинулась к Мерса-Матрух, в то время как её пехота зачищала дорогу к западу от Галала. Роммель планировал вести оборонительные бои с целью задержки противника в Сиди-Баррани, к западу от Матруха, чтобы выиграть время для переброски войск Оси через узкие места в районе Халфая и Солума. Последние арьергарды покинули Матрух в ночь на 7/8 ноября, но смогли удержать Сиди-Баррани лишь до вечера 9 ноября. К вечеру 10 ноября 2-я новозеландская дивизия, направлявшаяся к Солуму, расположила 4-ю лёгкую бронетанковую бригаду у подножия перевала Хальфая, а 7-я бронетанковая дивизия совершала обходной манёвр на юг, чтобы захватить форт Капуццо и Сиди-Азиз. Утром 11 ноября 5-я новозеландская пехотная бригада захватила перевал, взяв в плен 600 итальянских солдат. К вечеру 11 ноября египетская граница была очищена, однако Монтгомери был вынужден отдать приказ о временном продолжении преследования только бронеавтомобилями и артиллерией из-за сложностей со снабжением крупных соединений к западу от Бардии.

Анализ

Несмотря на поражение в Эль-Аламейне, Роммель не терял надежды до конца Тунисской кампании. Александр связался с Черчиллем и предложил ему: "Объявить всеобщий звон". Черчилль должен был выступить на банкете лорда-мэра в Мэншн-Хаусе 10 ноября 1942 года. Он долго говорил о победе и сделал свое знаменитое заявление: "Это не конец. Это даже не начало конца. Но, возможно, это конец начала". Оглядываясь назад в 1950 году, Черчилль писал в своих мемуарах: "Можно почти сказать: 'До Эль-Аламейна у нас не было побед. После Эль-Аламейна мы не знали поражений'". Союзники часто имели численное превосходство в Западной пустыне, но никогда оно не было столь полным в отношении количества и качества. С прибытием танков "Шерман", 6-фунтовых противотанковых орудий и истребителей "Спитфайр" в Западную пустыню, союзники получили всестороннее превосходство. Монтгомери рассматривал битву как операцию по истощению, подобную сражениям Первой мировой войны, и точно предсказал ее продолжительность и число потерь среди британских и войск Содружества. Британская артиллерия была великолепно организована, а британская авиационная поддержка – превосходной, в отличие от Люфтваффе и Реджиа Аэронавтики, которые оказывали мало или вообще не оказывали поддержки наземным войскам, предпочитая воздушные бои. Воздушное превосходство оказало огромное влияние на ход сражения. Монтгомери писал, что историки спорят о причинах, побудивших Роммеля начать наступление в Египет. В 1997 году Мартин ван Кревельд утверждал, что немецкий и итальянский штабы предупредили Роммеля о том, что его армия не может быть должным образом снабжена на таком расстоянии от портов Триполи и Бенгази. Роммель настоял на наступлении на Эль-Аламейн, и, как и было предсказано, трудности со снабжением ограничили наступательный потенциал сил Оси. По словам Мориса Реми (2002), Гитлер и Муссолини оказывали давление на Роммеля, чтобы он продвинулся вперед, поскольку для них было важно захватить Суэцкий канал и овладеть Ближним Востоком и персидскими нефтяными месторождениями. Роммель был крайне пессимистичен, особенно после Первого сражения при Эль-Аламейне, и понимал, что, поскольку американские поставки направлялись в Африку, а корабли Оси тонули в Средиземном море, Ось проигрывала гонку со временем. 27 августа Кессельринг пообещал Роммелю, что поставки прибудут вовремя, но Зигфрид Вестфаль указал на нереалистичность таких ожиданий и на то, что наступление не следует начинать до их прибытия. После разговора с Кессельрингом 30 августа Роммель принял решение атаковать, назвав его "самым трудным решением в моей жизни".

Despite his defeat at El Alamein, Rommel did not lose hope until the end of the Tunisia Campaign. Alexander contacted Churchill and suggested he "Ring out the bells". Churchill was due to address the Lord Mayor's Banquet at the Mansion House on 10 November 1942. He spoke at length about the victory and made his famous claim that

This is not the end. It is not even the beginning of the end. But it is perhaps the end of the beginning. Looking back in 1950, Churchill wrote in his memoirs that: "It may almost be said, 'Before Alamein we never had a victory. After Alamein we never had a defeat'". The Allies frequently had numerical superiority in the Western Desert but never had it been so complete in quantity and quality. With the arrival of Sherman tanks, 6 pounder anti tank guns and Spitfires in the Western Desert, the Allies gained a comprehensive superiority. Montgomery envisioned the battle as an attrition operation, similar to those fought in the First World War and accurately predicted the length of the battle and the number of British and Commonwealth casualties. British artillery was superbly handled and British air support was excellent, in contrast to the Luftwaffe and Regia Aeronautica, which offered little or no support to ground forces, preferring to engage in air to air combat. Air supremacy had a huge effect on the battle. Montgomery wrote,

Historians debate the reasons Rommel decided to advance into Egypt. In 1997, Martin van Creveld wrote that Rommel had been advised by the German and Italian staffs that his army could not properly be supplied so far from the ports of Tripoli and Benghazi. Rommel pressed ahead with his advance to Alamein and as predicted, supply difficulties limited the attacking potential of the Axis forces. According to Maurice Remy (2002), Hitler and Mussolini put pressure on Rommel to advance, the importance to them being the need to capture the Suez Canal and seize the Middle East and Persian oil fields. Rommel had been very pessimistic, especially after the First Battle of El Alamein and knew that as US supplies were en route to Africa and Axis ships were being sunk in the Mediterranean, the Axis was losing a race against time. On 27 August, Kesselring promised Rommel that supplies would arrive in time but Siegfried Westphal pointed out that such an expectation would be unrealistic and the offensive should not begin until they had arrived. After a conversation with Kesselring on 30 August, Rommel decided to attack, "the hardest [decision] in my life".

Потери

В 2005 году Нилл Барр написал, что оценка потерь танковой армии Оси в 36 939 человек была приблизительной из-за хаоса, сопровождавшего отступление войск. Данные британской разведки, основанные на перехватах Ultra, указывают на потери немцев в 1149 убитых, 3886 раненых и 8050 пленных. Итальянские потери составили 971 убитый, 933 раненых и 15 552 пленных. К 11 ноября общее число пленных из стран Оси достигло 30 000 человек. В примечании к «Rommel Papers» Фриц Байерлейн (ссылаясь на данные из Offizieller Bericht des Oberkommandos Afrika) оценил немецкие потери в битве в 1100 убитых, 3900 раненых и 7900 пленных, а итальянские – в 1200 убитых, 1600 раненых и 20 000 пленных. Согласно официальной истории Италии, потери Оси в ходе битвы составили от 4000 до 5000 убитых или пропавших без вести, от 7000 до 8000 раненых и 17 000 пленных; во время отступления потери возросли до 9000 убитых или пропавших без вести, 15 000 раненых и 35 000 пленных. По словам генерала Джузеппе Риццо, общие потери Оси включали 25 000 убитых или раненых (в том числе 5920 итальянцев) и 30 000 пленных (20 000 итальянцев и 10 724 немца), 510 танков и 2000 полевых орудий, противотанковых и зенитных орудий. Потери танков Оси составили около 500; 4 ноября из 249 танков, имевшихся в начале битвы, осталось только 36 немецких. Было потеряно около половины из 278 итальянских танков, а большинство оставшихся были уничтожены на следующий день 7-й бронетанковой дивизией. Потери артиллерии Оси составили около 254 орудий, а также 64 немецких и 20 итальянских самолетов. Восьмая армия потеряла 13 560 человек, из которых 2350 убитых, 8950 раненых и 2260 пропавших без вести; 58% потерь приходилось на британцев, 22% – на австралийцев, 10% – на новозеландцев, 6% – на южноафриканцев, 1% – на индийцев и 3% – на представителей других национальностей. Восьмая армия потеряла от 332 до 500 танков, хотя к концу битвы 300 были отремонтированы. Артиллерия потеряла 111 орудий, а Королевские ВВС – 77 британских и 20 американских самолетов.

In 2005, Niall Barr wrote that the 36,939 Panzerarmee casualties, was an estimate because of the chaos of the Axis retreat. British figures, based on Ultra intercepts, gave German casualties as 1,149 killed, 3,886 wounded and 8,050 men captured. Italian losses were 971 dead, 933 wounded and 15,552 men captured. By 11 November, the number of Axis prisoners had risen to 30,000 men. In a note to The Rommel Papers, Fritz Bayerlein (quoting figures obtained from Offizieller Bericht des Oberkommandos Afrika) instead estimated German losses in the battle as 1,100 killed, 3,900 wounded and 7,900 prisoners and Italian losses as 1,200 killed, 1,600 wounded and 20,000 prisoners. According to the Italian official history, Axis losses during the battle were 4,000 to 5,000 killed or missing, 7,000 to 8,000 wounded and 17,000 prisoners; during the retreat the losses rose to 9,000 killed or missing, 15,000 wounded and 35,000 prisoners. According to General Giuseppe Rizzo, total Axis casualties included 25,000 men killed or wounded (including 5,920 Italians killed) and 30,000 prisoners (20,000 Italians and 10,724 Germans), 510 tanks and 2,000 field guns, anti tank guns, anti aircraft guns. Axis tank losses were c. 500; on 4 November, only 36 German tanks were left out of the 249 at the beginning of the battle. About half of the 278 Italian tanks had been lost and most of the remainder were knocked out on the next day by the 7th Armoured Division. About 254 Axis guns were lost, along with 64 German and 20 Italian aircraft. The Eighth Army had 13,560 casualties, of whom 2,350 men had been killed, 8,950 wounded and 2,260 were missing; 58 per cent of the casualties were British, 22 per cent Australian, 10 per cent New Zealanders, 6 per cent South African, 1 per cent Indian and 3 per cent other nationalities. The Eighth Army lost from 332 to 500 tanks, although by the end of the battle, 300 had been repaired. The artillery lost 111 guns and the DAF lost 77 British and 20 American aircraft.

Последующие операции

Восьмая армия была застигнута врасплох отступлением войск Оси, а вызванная передислокацией между тремя корпусами неразбериха замедлила преследование, не позволив отрезать Роммеля у Фуки и Мерса-Матруха. Войска пустыни не смогли приложить максимум усилий для бомбардировки дезорганизованного и отступающего противника, который 5 ноября находился в пределах досягаемости и был скован прибрежной дорогой. Нехватка снабжения и опасения, что Люфтваффе получит значительное подкрепление, заставили ВВС пустыни действовать осторожно, сократить число наступательных вылетов 5 ноября и сосредоточиться на поддержке Восьмой армии.

Битва при Эль-Агейле

Оси совершили боевое отступление к Эль-Агейле, но войска Оси были истощены и получили мало пополнения, в то время как Монтгомери планировал транспортировать материалы на большие расстояния, чтобы обеспечить Восьмую армию поставками в день. Было собрано огромное количество инженерных средств для ремонта прибрежной дороги; железнодорожная линия от Эль-Аламейна до Форт-Капуццо, несмотря на то, что она была взорвана более чем в 200 местах, была быстро восстановлена. В течение месяца после того, как Восьмая армия достигла Капуццо, железная дорога перевезла припасов. Бенгази обрабатывал грузов в день к концу декабря, вместо ожидаемых. Монтгомери сделал паузу на три недели, чтобы сосредоточить свои силы и подготовить наступление на Эль-Агейлу, чтобы лишить Оси возможности контратаки. 11 декабря 51-я (Горнострелковая) дивизия атаковала вдоль линии прибрежной дороги, а 7-я бронетанковая дивизия действовала на внутреннем фланге. 12 декабря 2-я новозеландская дивизия начала глубокий обходной маневр, чтобы перерезать линию отступления Оси на прибрежной дороге в тылу позиции Мерса-Брега. Горнострелковая дивизия продвигалась медленно и с большими потерями, а 7-я бронедивизия встретила ожесточенное сопротивление боевой группы "Ариете" (остатки 132-й бронетанковой дивизии "Ариете"). Панцерармия потеряла примерно 75 000 человек, 1000 орудий и 500 танков с момента Второй битвы при Эль-Аламейне и отступила. К 15 декабря новозеландцы достигли прибрежной дороги, но твердая местность позволила Роммелю разделить свои силы на более мелкие части и отступить по пересеченной местности через промежутки между новозеландскими позициями. Роммель провел отступление по всем правилам, уничтожая все оставленное оборудование и инфраструктуру, а также минируя и устанавливая ловушки на земле позади себя. Восьмая армия достигла Сирта 25 декабря, но к западу от порта была вынуждена остановиться для консолидации своих растянутых соединений и подготовки к атаке на Вади-Земзем, недалеко от Буерата к востоку от Триполи. С согласия фельдмаршала Бастико Роммель направил запрос итальянскому командованию в Риме о выводе войск в Тунис, где местность лучше подходила для обороны и где он мог соединиться с армией Оси, формирующейся там после высадки в рамках операции "Факел". Муссолини ответил 19 декабря, что Панцерармия должна сопротивляться до последнего человека в Буэрате.

The Axis made a fighting withdrawal to El Agheila but the Axis troops were exhausted and had received few replacements, while Montgomery had planned to transport material over great distances, to provide the Eighth Army with of supplies per day. Huge quantities of engineer stores had been collected to repair the coast road; the railway line from El Alamein to Fort Capuzzo, despite having been blown up in over 200 places, was quickly repaired. In the month after the Eighth Army reached Capuzzo, the railway carried of supplies. Benghazi handled a day by the end of December, rather than the expected
Montgomery paused for three weeks to concentrate his forces and prepare an assault on El Agheila to deny the Axis the possibility of a counter attack. On 11 December, the 51st (Highland) Division attacked along the line of the coast road with the 7th Armoured Division on the inland flank. On 12 December the 2nd New Zealand Division started a deeper flanking manoeuvre to cut the Axis line of retreat on the coast road in the rear of the Mersa Brega position. The Highland Division made a slow and costly advance and 7th Armoured Division met stiff resistance from the Combat Group "Ariete" (the remains of the 132nd Armoured Division "Ariete"). The Panzerarmee had lost roughly 75,000 men, 1,000 guns and 500 tanks since the Second Battle of Alamein and withdrew. By 15 December, the New Zealanders had reached the coast road but the firm terrain allowed Rommel to break his forces into smaller units and withdraw cross country through the gaps between the New Zealand positions. Rommel conducted a text book retreat, destroying all equipment and infrastructure left behind and peppering the land behind him with mines and booby traps. The Eighth Army reached Sirte on 25 December but west of the port, were forced to pause to consolidate their strung out formations and to prepare an attack at Wadi Zemzem, near Buerat east of Tripoli. Rommel had, with the agreement of Field Marshal Bastico, sent a request to the Italian Comando Supremo in Rome to withdraw to Tunisia where the terrain would better suit a defensive action and where he could link with the Axis army forming there after the Operation Torch landings. Mussolini replied on 19 December that the Panzerarmee must resist to the last man at Buerat.

Триполи

15 января 1943 года 51-я (Горнострелковая) дивизия предприняла лобовую атаку, в то время как 2-я новозеландская дивизия и 7-я бронетанковая дивизия обошли внутренний фланг линии обороны войск Оси. Ослабленный переброской 21-й танковой дивизии в Тунис для усиления 5-й танковой армии (Ханса Юргена фон Арнима), Роммель организовал боевое отступление. Порт Триполи, расположенный западнее, был захвачен 23 января, когда Роммель продолжал отступать к линии Марет – французскому южному оборонительному рубежу в Тунисе.

Тунис

К этому времени Роммель уже вышел в контакт с 5-й танковой армией, которая с самого начала операции "Факел" сражалась против многонациональной 1-й армии в Северном Тунисе. Гитлер был полон решимости удержать Тунис, и Роммель наконец начал получать подкрепления и материалы. Страны Оси оказались втянутыми в войну на два фронта: с востока наступала 8-я армия, а с запада – британские, французские и американские войска. Немецко-итальянская танковая армия была переименована в 1-ю итальянскую армию (генерал Джованни Мессе), а Роммель принял на себя командование новой группой армий "Африка", ответственной за оба фронта. Командование обеими британскими армиями осуществляла 18-я армейская группа (генерал Гарольд Александр). Провал наступления на Тунис 1-й армией в декабре 1942 года привел к затягиванию Североафриканской кампании, которая завершилась капитуляцией итало-германских войск в Северной Африке в мае 1943 года.