Агадирский кризис 1911 года

Введение

Дипломатический кризис 1911 года

Агадирский кризис, Агадирский инцидент или Второй марокканский кризис — кратковременный кризис, вызванный развертыванием значительных сил французских войск в глубине Марокко в июле 1911 года и отправкой немецкой канонерской лодки в Агадир, марокканский атлантический порт. Германия не возражала против расширения французского влияния, но требовала территориальной компенсации для себя. Берлин угрожал войной, отправил канонерскую лодку и спровоцировал подъем немецкого национализма. Переговоры между Берлином и Парижем разрешили кризис 4 ноября 1911 года: Франция установила над Марокко протекторат в обмен на территориальные уступки в пользу немецкого Камеруна из Французского Конго. В Великобритании Дэвид Ллойд Джордж, тогдашний канцлер казначейства, произнес драматическую речь в "Мансион-Хаусе" 21 июля 1911 года — с согласия премьер-министра Х. Х. Асквита и министра иностранных дел сэра Эдварда Грея, обойдя неинтервенционистское большинство в кабинете министров — в которой осудил действия Германии как невыносимое унижение, возможно, нарушая ранее достигнутые договоренности. Действия Германии были направлены на проверку отношений между Великобританией и Францией и, возможно, на оказание давления на Великобританию с целью заключения союза с Германией. Германия также добивалась компенсации за признание фактического французского контроля над Марокко.

Марокканское восстание

В 1911 году в Марокко вспыхнуло восстание против султана Абд аль-Хафида. Французы, вынудив султана запросить их помощь, готовились отправить войска для подавления восстания под предлогом защиты жизней и имущества европейцев в Фесе. Фактическая угроза европейским общинам была незначительной: восстание разгорелось в глубине страны. В конце апреля они отправили мобильную колонну. 5 июня испанцы развернули войска для оккупации Лараша и Ксар-эль-Кебира, опасаясь аннексии страны Францией.

Немецкая военно-морская интервенция

В мае 1911 года министр финансов Жозеф Кайо заверил немецких дипломатов, что "Франция будет готова пойти на уступки в других областях, если немцы признают ее жизненно важные интересы в Марокко". 20 июня Франция согласилась начать переговоры. Спустя десять дней ответа не последовало. Тогда министр иностранных дел Германии Кидерлен-Вехтер попросил кайзера Вильгельма II разрешить отправить канонерскую лодку, отказавшись от идеи отправки двух кораблей, поскольку считал, что французы быстро согласятся на переговоры. 1 июля немецкая канонерская лодка прибыла в порт Агадир под предлогом защиты немецких торговых интересов. Более крупный корабль прибыл через несколько дней, сменив канонерскую лодку. Немецкий подданный Герман Вильберг, находившийся на севере, был отправлен на юг в Агадир, чтобы создать предлог для прибытия "Пантеры", но достиг Агадира лишь через три дня после прибытия корабля. Французы и британцы немедленно отреагировали.

Немецкий финансовый кризис

В разгар этого кризиса Германию охватила финансовая турбулентность. Фондовый рынок обрушился на 30 процентов за один день. Столкнувшись с угрозой отказа от золотого стандарта, кайзер уступил и позволил французам взять под контроль большую часть Марокко.

Переговоры

7 июля посол Германии в Париже сообщил французскому правительству, что Германия не имеет территориальных притязаний в Марокко и готова вести переговоры о французском протекторате на основе “компенсации” Германии в регионе Французского Конго и гарантий ее экономических интересов в Марокко. Немецкие условия, представленные 15 июля, включали предложение уступить северную часть Камеруна и Тоголанда, но требовали от Франции всей территории Французского Конго от реки Санга до моря, к которой позднее была добавлена передача права Франции на преимущественную покупку Бельгийского Конго. 21 июля Дэвид Ллойд Джордж выступил с речью в лондонском Мэншн-Хаусе, заявив, что национальная честь ценнее мира: «Если с Британией обращаются несправедливо, затрагивая ее жизненно важные интересы, как будто она не имеет значения среди великих держав, то я решительно заявляю, что мир такой ценой будет унизительным и невыносимым для великой страны, как наша». Германия истолковала эту речь как предупреждение о том, что она не может навязать Франции несправедливые условия. 4 ноября тайные франко-германские переговоры между Кайо и представителями Германии привели к заключению конвенции, известной как Франко-германское соглашение, в соответствии с которым Германия признала позицию Франции в Марокко в обмен на территорию в французской Экваториальной Африке, в колонии Среднее Конго (ныне Республика Конго), как это было оговорено в Марокко-Конголезском договоре. Эта территория, известная как Нойкамерун, стала частью немецкой колонии Камерун. Этот район частично заболочен (где была широко распространена сонная болезнь), но предоставил Германии выход к реке Конго. Германия уступила французской колонии Чад небольшой участок территории к юго-востоку от Форт-Лами (ныне часть Чада). Информация об переговорах премьер-министра Франции Кайо с немцами стала достоянием общественности, что привело к его отставке 21 января 1912 года после всего семи месяцев пребывания в должности. В Германии Франко-германское соглашение также подверглось критике, особенно со стороны националистической прессы, за то, что оно предоставляло Германии слишком незначительные выгоды.

On 7 July, the German ambassador in Paris informed the French government that Germany had no territorial aspirations in Morocco, and would negotiate for a French protectorate on the basis of "compensation" for Germany in the French Congo region and the safeguarding of her economic interests in Morocco. The German terms, as presented on 15 July, while containing an offer to cede the northern part of Kamerun and Togoland, demanded from France the whole of the French Congo from the Sangha River to the sea, to which was later added the transfer of France's right to the preemption of the Belgian Congo. On 21 July, David Lloyd George delivered a speech at the Mansion House, London in which he declared that national honour was more precious than peace: "If Britain is treated badly where her interests are vitally affected, as if she is of no account in the cabinet of nations, then I say emphatically that peace at that price would be a humiliation intolerable for a great country like ours to endure." The speech was interpreted by Germany as a warning that she could not impose an unreasonable settlement on France. On 4 November, secret Franco German negotiations between Caillaux and the Germans led to a convention referred to as the Franco German Accord, under which Germany accepted France's position in Morocco in return for territory in the French Equatorial African colony of Middle Congo (now the Republic of the Congo), as outlined in the Morocco Congo Treaty. This territory, known as Neukamerun, became part of the German colony of Kamerun. The area is partly marshland (where sleeping sickness was widespread) but gave Germany an outlet on the Congo River. Germany ceded to the French colony of Tchad a small area of territory to the southeast of Fort Lamy (now part of Chad). French premier Caillaux's negotiations with the Germans were leaked, causing him to fall from office on 21 January 1912, after a term of only seven months. In Germany, the Franco German accord was also criticised – especially by the nationalist press – for giving Germany too little.

Британское участие

Первоначальная реакция в Лондоне была осторожной: либеральное правительство в кабинете полагало, что Франция в значительной степени ответственна за спровоцирование кризиса и, следовательно, должна быть убеждена уступить. Британское правительство пыталось сдержать Францию от принятия поспешных мер и отговорить ее от отправки войск. В апреле министр иностранных дел сэр Эдвард Грей написал: «То, что французы намереваются сделать, неразумно, но мы не можем вмешаться в соответствии с нашим соглашением». Когда кабинет министров уполномочил Грея сообщить французам, что Великобритания может допустить присутствие Германии в Марокко 19 июля, французское правительство гневно ответило, что любое такое согласие нарушит англо-французское соглашение 1904 года. Однако перспектива немецкого военно-морского порта на Атлантике позволила Грею получить одобрение кабинета министров 21 июля, чтобы уведомить германского посла о том, что Великобритания решительно ответит для защиты своих интересов. Великобритания направила линкоры в Марокко на случай начала войны. Как и в Первом марокканском кризисе, британская поддержка Франции продемонстрировала силу Entente Cordiale. Однако проявились разногласия между сторонниками Антанты (особенно Грей, Ллойд Джордж и Асквит) и сторонниками невмешательства (которые составляли большинство в кабинете). Ллойд Джордж произнес речь в Мэншен-Хаусе 21 июля 1911 года, обойдя либеральных сторонников невмешательства в кабинете министров. Виконт Морли, государственный секретарь по делам Индии, осудил эту речь как «необоснованную и неудачную провокацию в отношении Германии», а лорд Лорберн, лорд-канцлер, умолял Грея занять позицию невмешательства и отказаться от этой речи. Позднее в том же году произошел бунт рядовых членов парламента против Грея, который не увенчался успехом.