История Ботсваны: от древности до наших дней

Введение

Историческое развитие Ботсваны

Народ бацвана, термин, который также используется для обозначения всех граждан Ботсваны, является основной этнической группой страны (в Южной Африке известной как тсвана). До установления европейского контакта бацвана жили как скотоводы и земледельцы под управлением племен.

Ранняя история

По оценкам, первые гоминины, появившиеся на территории современной Ботсваны, прибыли более 186 000 лет назад, в период использования ашельской культуры ранними гоминидами в регионе. Изучение южной Африки в эпоху каменного века было ограничено. Самыми ранними современными людьми, населявшими эту территорию, были представители народа сан. Сельское хозяйство и керамика были впервые внедрены в регион примерно 2300 лет назад, а одомашнивание животных – примерно 2000–2200 лет назад. Среди первых возделываемых культур были перловое просо, пальчатое просо, сорго, бамбарский арахис, бобы-лимы и тыквенные. Первоначально одомашненными животными были овцы, козы и крупный рогатый скот, завезенные в регион в этот период. Эти практики были привнесены народами из Восточной Африки, мигрировавшими в этот район. Их потомки, вступившие в браки с народом сан, стали народом кхое. Народ кгалагади был первым из народов банту, поселившимся на территории современной Ботсваны, прибыв около 200 года н.э. Первые представители народа тсвана (в единственном числе – мотсвана, во множественном числе – батсвана) прибыли, по оценкам, около 400 года н.э. Эти народы банту принесли в регион железные и медные орудия и поселились вдоль постоянных водотоков. Со временем народ тсвана организовался в отдельные племена, называемые морафе (множественное число – мерафе), каждое из которых возглавлял вождь, называемый кгoси (множественное число – дикгoси). Эта система привела к формированию более иерархичного управления по сравнению с другими в регионе. Скот стал центральным элементом общества в регионе, а владение скотом определяло статус человека. Ранняя история народа тсвана остается во многом неизвестной из-за недостатка археологических свидетельств. Народ таукоме прибыл на территорию современной Ботсваны к VII веку, и наличие у них стеклянных бус свидетельствует о ранней связи с торговлей в Индийском океане. Доступ к торговле в Индийском океане расширился в регионе в X веке. В XI и XII веках народ тоутсве стал доминирующей группой на территории современной Ботсваны, поскольку они обогащались за счет владения скотом. В этот период широко распространилась добыча спекулярита. Соседями современной Ботсваны в XI и XII веках были жители Леопардовой скалы, которые образовали Королевство Мапунгубве и оказывали влияние на весь регион. Их влияние ослабло к XIII веку, и их сменило Великое Зимбабве в качестве региональной державы, поскольку торговля золотом стала определяющим фактором в экономике региона. После падения Великого Зимбабве в XV веке возникло несколько других государств. Королевство Бутуа, основанное народом каланга, было основано на современной границе Ботсваны и Зимбабве. Миграция народа тсвана через территорию современной Ботсваны продолжалась в последующие столетия, поскольку они были вытеснены коренным и колониальным населением на юге. Крупные миграции народов каланга и сото-тсвана на территорию современной Ботсваны произошли в XV и XVI веках. К 1600 году народ тсвана присутствовал на всей территории современной Ботсваны. Различные племена тсвана смогли отделиться и сформироваться независимо друг от друга, поскольку основной актив региона, крупный рогатый скот, легко транспортировался. Первое государство тсвана было образовано народом нквакетсе в середине XVIII века. В последующие десятилетия государства образовали народы квена, нгавато и тавана.

The first hominins to appear in present day Botswana are estimated to have arrived over 186,000 years ago, when Acheulean tools were used by early hominins in the region. Study of southern Africa in the Stone Age has been limited. The earliest modern humans to inhabit the area were the San people. Agriculture and ceramics were first introduced to the region approximately 2,300 years ago, and domestication of animals first took place approximately 2,000–2,200 years ago. Among the earliest crops were pearl millet, finger millet, sorghum, Bambara groundnuts, cowpeas, and cucurbits. The earliest livestock included sheep, goats, and cattle, all of which were introduced to the region during this period. These practices were brought by peoples from East Africa migrating to the region. Their descendants, intermarrying with the San people, became the Khoe people. The Kgalagadi people were the first of the Bantu peoples to settle in present day Botswana, arriving c. 200 CE. The first Tswana people (singular Motswana, plural Batswana) are estimated to have arrived c. 400 CE. These Bantu peoples brought iron and copper tools to the region and settled along permanent waterways. Over time, the Tswana people organised themselves into separate tribes, called a morafe (plural merafe), each led by a chief called a kgosi (plural dikgosi). This system produced a more hierarchical government relative to others in the region. Cattle became a central part of society in the region, and ownership of cattle denoted one's status. The early history of the Tswana people remains largely unknown because little archaeological evidence has been left. The Taukome people arrived in present day Botswana by the 7th century, and their possession of glass beads indicates early connection to Indian Ocean trade. Access to the Indian Ocean trade expanded in the region during the 10th century. The Toutswe people became the predominant group in present day Botswana during the 11th and 12th centuries as they became wealthier through ownership of cattle. Specularite mining became widespread during this period. Neighbouring present day Botswana during the 11th and 12th centuries were the people of Leopard's Kopje, who formed the Kingdom of Mapungubwe and projected influence throughout the region. Their influence declined by the 13th century, and they were replaced as the regional power by Great Zimbabwe as the gold trade became a driving factor in the region's economy. After the fall of Great Zimbabwe in the 15th century, several other states developed. The Kingdom of Butua, formed by the Kalanga peoples, was established on the present day Botswana–Zimbabwe border. Migration of Tswana peoples through present day Botswana occurred over the following centuries as they were displaced by native and colonial populations in the south. Large migrations of Kalanga and Sotho–Tswana peoples into present day Botswana occurred during the 15th and 16th centuries. The Tswana people had a presence throughout present day Botswana by 1600. Different Tswana tribes were able to separate and form independently from one another as the region's primary asset, cattle, is easily transported. The first Tswana state was formed by the Ngwaketse people in the mid 18th century. Subsequent states were formed by the Kwena people, the Ngwato people, and the Tawana people over the following decades.

19 век

Дифакан, период конфликтов, миграций и перемещений населения в южной Африке, произошел в конце XVIII и начале XIX веков. Это привело к более широкому расселению племен тсвана и укреплению их присутствия на территории современной Ботсваны. Они поселились преимущественно в хардвельде, составляющем восточный регион современной Ботсваны. Народы Квена и Нгвакетсе мигрировали из Трансвааля в сандвельд. Европейские миссионеры впервые прибыли в современную Ботсвану в 1816 году через Лондонское миссионерское общество. Эта и другие миссионерские группы работали над обращением дикоси в христианство и строительством миссионерских школ. Британские торговцы прибыли в 1830-х годах и осуществляли торговые операции с дикоси. Короси Сечеле I из народа Квена воспользовался новыми торговыми путями, обеспечив контроль над британской торговлей для своего племени. В 1840-х годах мерафе восстановили свои национальные государства, основав несколько городов и деревень различного размера. Управление основывалось на кготле – совещательном форуме, где короси или региональный вождь выслушивали мнения всех мужчин-граждан перед принятием решений. Первыми людьми Кгатла, поселившимися в современной Ботсване, были люди Мманаана, которые мигрировали из Южной Африки в начале XIX века и осели в Мошупе и Тамаге. В XIX веке народ тсвана использовал ряд экономических концепций, редко встречавшихся в южной Африке, включая кредитование, трудовые договоры и систему мафиса, при которой богатые давали скот в долг бедным в обмен на труд. К середине XIX века у них также сформировалось представление о частной собственности, и как женатые мужчины, так и женщины имели права на землю. Мужчины обычно занимались скотоводством, а женщины – земледелием. Сорго была наиболее распространенной культурой в регионе в XIX веке. Земли было достаточно, но засухи делали земледелие нестабильным. Приток европейских поселенцев в окрестностях позволил племенам тсвана интегрироваться в мировую экономику. Сечеле I обратился с просьбой об установлении британского протектората в 1853 году, чтобы положить конец региональным конфликтам, но получил отказ. К 1860-м годам миграция из региона усилилась, поскольку мужчины Батсвана уезжали на работу в южноафриканские шахты. Открытие золотых месторождений Тати спровоцировало первую европейскую золотую лихорадку в Южной Африке в 1868 году. К 1870-м годам все крупные дикоси стали христианами. К концу десятилетия короси Кама III из народа Нгвато захватил контроль над британской торговлей у народа Квена.

The Difaqane, a period of conflict, migration, and displacement in southern Africa, took place during the late 18th and early 19th centuries. This caused the Tswana tribes to more thoroughly spread and establish a stronger presence throughout the territory of present Day Botswana. They settled primarily in the hardveld that makes up the eastern region of present day Botswana. The Kwena and Ngwaketse peoples migrated from Transvaal to the sandveld. European missionaries first arrived in present day Botswana in 1816 through the London Missionary Society. This and other missionary groups worked to convert the dikgosi to Christianity and to build missionary schools. British traders arrived in the 1830s and engaged in transactions with the dikgosi. Kgosi Sechele I of the Kwena people took advantage of the new trading routes, securing control of British trade for his tribe. The merafe reestablished their nation states in the 1840s as each established several towns and villages of varying sizes. Governance was based around the kgotla, a deliberative forum in which the kgosi or a regional leader heard the concerns of all male citizens before making decisions. The first Kgatla people to settle in present day Botswana, the Mmanaana people, migrated from South Africa in the early 19th century before settling in Moshupa and Thamaga. The 19th century Tswana people used several economic ideas that were rare in southern Africa, including credit, service contracts, and the mafisa system of the rich loaning cattle to the poor in exchange for labour. They also had a conception of private property by the mid 19th century, and both married men and married women were entitled to land rights. The men typically herded cattle while the women grew crops. Sorghum was the region's most commonly grown crop in the 19th century. Land was widely available, but droughts meant that farming was inconsistent. The influx of European settlers nearby allowed the Tswana tribes to incorporate themselves into the global economy. Sechele I requested a British protectorate in 1853 to end regional conflicts, but he was denied. By the 1860s, migration out of the region increased as Batswana men travelled to work in South African mines. The discovery of the Tati Goldfields triggered the first European gold rush of Southern Africa in 1868. The major dikgosi were all Christians by the 1870s. By the end of the decade, kgosi Khama III of the Ngwato people seized control of British trade from the Kwena people.

Формирование протектората

Соединенное Королевство провозгласило свою юрисдикцию над территорией современной Ботсваны, назвав ее Протекторатом Бечуаналэнд. Это было сделано из опасения расширения немецких колоний после образования Германской Восточной Африки. Британцы стремились сохранить свое влияние на племена тсвана, поскольку они служили связующим звеном между южной и центральной Африкой. Когоси также согласились на создание протектората, чтобы избежать альтернативы колонизации поселенцами и гарантировать защиту от соседей. Народ кгафела поселился в Мочуди в 1887 году. Эта группа кгатла быстро приобрела влияние в регионе, и ее название стало синонимом кгатла. Восемь мерафе были признаны британцами при создании протектората. Четырем крупнейшим были выделены племенные резервации: квена, нгвакеце, нгвато и тавана. Были также признаны три меньших: кгатла, тлоква и малете. Восьмой, тшиди, также был признан и получил резервацию, пересекающую границу между протекторатом и Южной Африкой. Членам не-тсвана меньшинств разрешалось участвовать в жизни и управлении тсвана, но собственные племенные резервации им не предоставлялись. Введение племенных резерваций изменило характер управления тсвана, поскольку мерафе ранее были менее четко определены и могли расширяться или перемещаться. С разделением территорий на племенные юрисдикции, батсвана больше не могли легко покидать мерафе. Первоначально протекторат простирался до реки Нгавато, но в 1890 году его границы были расширены до реки Чобе. Другие народы тсвана жили к югу от протектората и впоследствии были включены в состав Южной Африки. Правительство протектората было официально оформлено в 1891 году, и комиссар был назначен его главой. Комиссар обладал широкими полномочиями в протекторате, при условии уважения ранее установленных племенных законов. Столицей был южноафриканский город Врибург, что означало, что колониальные власти не проживали в протекторате и не принимали непосредственного участия в его делах. Британское правительство считало Протекторат Бечуаналэнд лишь временным образованием и ожидало его скорого включения в состав британской колонии. В то же время считалось, что самодостаточный протекторат будет обходиться дешевле в содержании. Когоси извлекли выгоду из сложившейся ситуации и смогли укрепить свою власть и обогатиться; они сохранили широкую автономию, но колониальная поддержка означала, что им больше не требовалось согласия мерафе для сохранения власти.

The United Kingdom declared its jurisdiction over the territory of present day Botswana, naming it the Bechuanaland Protectorate. It did so in apprehension of the expansion of German colonies after the creation of German East Africa. The British wished to preserve its influence over the Tswana tribes, as they provided a connection between southern and central Africa. The dikgosi likewise accepted the creation of a protectorate to avoid the alternative of settler colonialism, and to guarantee defence from neighbours. The Kgafela people settled in Mochudi in 1887. This Kgatla group quickly became influential in the region and its name became synonymous with Kgatla. Eight merafe were recognised by the British upon the creation of the protectorate. The largest four were given tribal reserves: the Kwena, the Ngwaketse, the Ngwato, and the Tawana. Three smaller ones were also recognised: the Kgatla the Tlokwa, and the Malete. An eighth, the Tshidi, were also recognised and given a reserve crossing the border between the protectorate and South Africa. While members of non Tswana minorities were allowed to participate in Tswana society and governance, they were given no tribal reserves of their own. The introduction of tribal reserves altered the nature of Tswana governance, as merafe had previously been less defined and subject to expansion or shifting. With territories divided into tribal jurisdictions, Batswana were no longer able to easily leave a merafe. The protectorate initially extended to the Ngwato, but it was extended to reach the Chobe River in 1890. Other Tswana peoples lived to the south of the protectorate and were later absorbed into South Africa. The protectorate's government was formally defined in 1891, and a commissioner was appointed as its head. The commissioner was given broad powers over the protectorate, so long as he respected previously established tribal law. Its capital was the South African city of Vryburg, meaning that the colonial rulers did not reside in the protectorate and had little direct involvement in its affairs. The British government believed the Bechuanaland Protectorate to be only a temporary entity and expected that it would soon be absorbed by a British colony. In the meantime, it believed that a self sufficient protectorate would cost less to maintain. The dikgosi benefited from these affairs and were able to empower and enrich themselves; they retained broad autonomy, but colonial backing meant that they no longer needed the consent of the merafe to maintain rule.

Ранние годы протектората

Британцы планировали в конечном итоге включить протекторат Бечуаналэнд в состав Южно-Африканского Союза. В годы, последовавшие за созданием протектората, Соединенное Королевство вступило в переговоры с Сесилом Родсом о его поглощении Британской южноафриканской компанией. В ответ на это три наиболее влиятельных дикгóси — Хама III из Нгвато, Себеле I из Квена и Батуэн I из Нгвакетсе — совершили дипломатическую поездку в Соединенное Королевство в 1895 году и убедили правительство не заключать сделку. Это создало прецедент взаимодействия дикгóси с британцами как единой группы и закрепило за этими тремя лидерами место в истории Ботсваны как независимой нации. Также в 1895 году столица была перенесена из Врибурга в другой южноафриканский город, Мафекинг. Когда Соединенное Королевство сформировало Пионерский колонн для войны с народом ндебеле, Хама III из Нгвато оказал помощь, отправив солдат. Племя Кгатла позднее участвовало в войне буров, сражаясь на стороне британской армии. Ранняя колониальная экономика Бечуаналэнда в значительной степени оставалась схожей с довоенной экономикой. Соединенное Королевство в основном использовало протекторат как источник рабочей силы, предлагая высокую заработную плату батсвана, которые мигрировали на юг для работы в шахтах. Также были введены налоги, начиная с налога на хижины в 1899 году, который затем был заменен подушным налогом в 1909 году. Налоги в Бечуаналэндском протекторате были выше, чем в соседних колониях. Эти факторы вызвали массовый отток населения на юг, и дикгóси предоставили гражданам более широкие полномочия в управлении, чтобы стимулировать их оставаться. К 1910 году все мерафе приняли христианство. Бечуаналэнд направил несколько сотен солдат для оказания помощи британской армии во время Первой мировой войны. В 1920 году колониальная администрация учредила Совет коренных жителей, ежегодную встречу дикгóси и других влиятельных лиц протектората. Это позволило британскому правительству выслушивать и управлять племенами коллективно, а не по отдельности. Себеле II стал дикгóси Квена в 1918 году, сменив своего отца Сечеле II. Сечеле II конфликтовал с доминирующим Лондонским миссионерским обществом, разрешив присутствие англикан и восстановив многие традиционные практики, такие как полигиния, вызывание дождя и богвера. Себеле II продолжил вызов, брошенный его отцом Лондонскому миссионерскому обществу, что вызвало недовольство британского правительства. Среди народа Нгвато Сеггома II был дикгóси в течение трех лет до своей смерти в 1926 году. Его сын Серетсе Хама был еще младенцем, поэтому регентом стал Тшекеди Хама. Тшекеди стал признаваться как представитель всех племен тсвана.

The British planned to eventually incorporate the Bechuanaland Protectorate into the Union of South Africa. In the years after the protectorate's creation, the United Kingdom entered talks with Cecil Rhodes to absorb it into the British South Africa Company. In response, three of the most influential dikgosi—Khama III of the Ngwato, Sebele I of the Kwena, and Bathoen I of the Ngwaketse—made a diplomatic trip to the United Kingdom in 1895 and convinced the government not to complete the deal. This set a precedent of dikgosi interacting with the British as a unified group and enshrined these three figures as early figures in Botswana's history as an independent nation. Also in 1895, the capital was moved from Vryburg to another South African city, Mafeking. When the United Kingdom raised the Pioneer Column to go to war with the Ndebele people, Khama III of the Ngwato assisted by sending soldiers. The Kgatla tribe was later part of the Boer War, fighting alongside the British Army. The early colonial economy of the Bechuanaland Protectorate remained much the same as the pre colonial economy. The United Kingdom primarily used the protectorate as a supply of labour, offering high wages to Batswana who migrated south to work in mines. Taxes were also imposed, beginning with a hut tax in 1899, which was then replaced by a poll tax in 1909. Colonial taxes in the Bechuanaland Protectorate were higher than those in neighboring colonies. These factors caused mass exodus to the south, and the dikgosi allowed more generous power sharing with citizens to incentivise them to stay. By 1910, all merafe had adopted Christianity. Bechuanaland sent several hundred soldiers to assist the British Army during World War I. The colonial administration established the Native Advisory Council, an annual meeting of the dikgosi and other influential people in the protectorate, in 1920. This allowed the British government to hear from and manage the tribes collectively instead of individually. Sebele II became kgosi of the Kwena in 1918, succeeding his father, Sechele II. Sechele II had conflicted with the dominant London Missionary Society, permitting an Anglican presence and reinstating many traditional practices such as polygyny, rainmaking, and bogwera. Sebele II continued his father's challenge to the London Missionary Society, to the grievance of the British government. Among the Ngwato people, Sekgoma II was the kgosi for three years until his death in 1926. His son, Seretse Khama, was still an infant, so Tshekedi Khama became regent. Tshekedi came to be recognised as a representative for all of the Tswana tribes.

Развитие и усиление британского влияния

В 1920-х годах кгóси Исанг Пилане из народа Кгатла руководил первой крупной программой развития водоснабжения в Протекторате Бечуаналэнд, приказав пробурить шестнадцать скважин, семь из которых стали успешными источниками воды. Эти скважины становились все более распространенными в последующие десятилетия, поскольку британское правительство проявило интерес к расширению экономики протектората. К 1930-м годам Исанг Пилане и Совет коренных жителей приватизировали скважины, поскольку они не поддерживались при коллективной собственности. В начале 1930-х годов произошла сильная засуха, в результате которой погибло более 60% скота протектората. С 1930 года британское правительство стало играть более активную роль в управлении протекторатом, начав предоставлять ему прямое финансирование. Чарльз Рей был назначен резидентом-комиссаром Протектората Бечуаналэнд и отвечал за реорганизацию экономики вокруг экспорта скота. Была предпринята попытка реформировать протекторат в направлении развития горнодобывающей промышленности и коммерческого сельского хозяйства, но она встретила сопротивление со стороны дикгóси. Резидент-комиссар Рей вступил в конфликт с кгóси Себеле II, что привело к его изгнанию в 1931 году. Себеле II был заменен своим младшим братом Кгари. В 1934 году британское правительство предприняло дальнейшие шаги по ограничению неограниченной власти дикгóси после свержения Себеле II. Эти шаги предусматривали создание консультативных советов, с которыми дикгóси должны были консультироваться, и требовали предоставления британскому правительству доступа к судебным делам. Кгóси Батхоен II из Нгвакетсе и регент Тшекеди Хама из Нгвато оспорили эти шаги в суде. Хотя британский суд отклонил иск, новая политика так и не была полностью реализована. В 1936 году был назначен новый резидент-комиссар, Чарльз Арден Кларк, который стал работать в более тесном сотрудничестве с дикгóси.

Первые годы Второй мировой войны

Страхи перед нападением Германии на Бечуаналэнд усилились в преддверии Второй мировой войны из-за его стратегического положения между центральными и южными колониями Великобритании в Африке. За 11 дней до объявления войны британское правительство предупредило протекторат о необходимости быть в состоянии боевой готовности, и были организованы вооруженные силы. Через четыре дня после объявления Великобританией войны Германии, резидент-комиссар Арден Кларк провел встречу с дикгóси, на которой они заверили в полной поддержке военных усилий. На следующий день верховный комиссариат издал прокламацию о чрезвычайных полномочиях, предоставившую ему полный контроль над общественной жизнью в протекторате, однако дикгóси были уведомлены о том, что они будут отвечать за большую часть обеспечения соблюдения закона и поддержания порядка. Первые годы Второй мировой войны почти не затронули жителей Бечуаналанда, и многие лишь смутно представляли себе, что война вообще идет. Колониальная администрация сократилась, поскольку значительное число белых поселенцев вступили в британскую армию. Оставшиеся сосредоточились на планировании мер безопасности на случай, если южная Африка станет новым фронтом войны. Вопреки воле дикгóси, колониальная администрация поощряла бацвана, желающих служить в британской армии, вступать в Южноафриканский корпус коренного населения. В этот корпус вступило около 700 мужчин из народа бацвана. Поддержание Бечуаналандского протектората стало низким приоритетом для Соединенного Королевства во время Великой депрессии и Второй мировой войны, и протекторат не получал финансирования от Соединенного Королевства в течение войны. Британская империя имела относительно небольшой контроль над Бечуаналандом по сравнению с другими своими территориями, и британские попытки контролировать военное производство в протекторате не увенчались успехом. Война кардинально изменила экономику протектората, вызвав дефицит, нормирование и рост цен. Распространенными явлениями стали спекуляции и завышение цен, и колониальная администрация, не имея возможности обеспечить контроль над ценами, прибегла к заключению джентльменских соглашений с торговцами. Налоги были повышены, а проекты Фонда колониального развития были сокращены в начале Второй мировой войны для достижения финансовой независимости от империи. Прокламация о контроле за животноводческой отраслью № 1 от 1940 года ввела налог на скот, основную отрасль протектората, но встретила решительное сопротивление со стороны бацвана и Европейского консультативного совета. В Бечуаналанде действовал военный фонд, и хотя Соединенное Королевство ожидало добровольных пожертвований, дикгóси использовали свой авторитет над племенами, чтобы обеспечить сбор средств. В 1941 году фонд был заменен на обязательный сбор, но он оказался непопулярным и его было трудно обеспечить.

Fears of German attack in Bechuanaland grew in the lead up to World War II due to its strategic position between Britain's central and southern colonies in Africa. 11 days before war was declared, the British government warned the protectorate to be on standby, and military forces were organised. Four days after Britain declared war on Germany, Resident Commissioner Arden Clarke held a meeting with the dikgosi where they pledged full support for the war effort. The next day, the high commission issued a proclamation of emergency powers that gave it total control over public activity in the protectorate, but the dikgosi were informed that they would be responsible for most enforcement and peacekeeping. The earliest years of World War II had almost no effect on the people of Bechuanaland, and many only had a vague idea that the war existed. The colonial administration shrank as large numbers of white residents enlisted in the British Army. Those who remained were focused on security planning in case southern Africa became another front in the war. Against the wishes of the dikgosi, the colonial administration encouraged Batswana who wished to serve with the British Army to enlist with the South African Native Military Corps. About 700 Batswana men enlisted with the group. Maintaining the Bechuanaland Protectorate became a low priority for the United Kingdom during the Great Depression and World War II, and the protectorate received no funding from the United Kingdom during the war. The British Empire had relatively little control over Bechuanaland compared to its other territories, and British efforts to control wartime production in the protectorate were unsuccessful. The war drastically altered the protectorate's economy as it went on, introducing shortages, rationing, and higher prices. Profiteering and price gouging were common, and the colonial administration, unable to enforce price controls, resorted to gentlemen's agreements with traders. Taxes were raised and Colonial Development Fund projects were curtailed at the onset of World War II to establish financial independence from the empire. The Control of Livestock Industry Proclamation No. 1 of 1940 was passed to tax cattle, the protectorate's main industry, but it met overwhelming resistance from Batswana and the European Advisory Council. A war fund operated in Bechuanaland, and although the United Kingdom expected that donations be voluntary, dikgosi invoked their authority over their tribes to enforce donations. It was replaced by a levy in 1941, but this was less popular and proved difficult to enforce.

Участие Бэтсвана во Второй мировой войне

В 1941 году в Бечуаналенде началась военная мобилизация. В первые шесть месяцев было обучено и отправлено на войну около 5500 человек. Еще 5000 жителей Бечуаналенда, батсвана, присоединились к войне в 1942 году. В общей сложности около 11 000 солдат из Бечуаналенда сражались на стороне британской армии во время войны. Более 10 000 из них служили в Африканском вспомогательном пионерском корпусе британской армии. Традиционно, вожди (dikgosi) имели право призывать солдат, и они игнорировали пожелания колониального правительства о том, чтобы военная служба была исключительно добровольной. Регент Тшекеди Хама из Нгавато потерял популярность, используя призыв в армию как инструмент контроля, превратив его в оружие для подавления критиков и политических оппонентов. Мужчины, желавшие избежать призыва, иногда бежали в Южную Африку или в отдаленные районы, такие как болота дельты Окаванго и кустарники Кгалагади. Другие принимали более немедленные меры предосторожности, например, выкапывали ямы во время визитов вербовщиков. Вожди стремились использовать участие в войне для получения дополнительных прав в Британской империи и опасались, что поражение Великобритании сделает их подданными Германии или Южной Африки – судьбы, которой они хотели избежать. Военные действия также стали возможностью вернуть мужчин тсвана, мигрировавших в Южную Африку на работу в шахты; вожди стремились положить конец этой практике и считали, что смогут это сделать, предлагая военную службу. Часть военной оплаты откладывалась в пользу семей солдат, а ограничения на экспорт были сняты во время войны, что привело к притоку денежных средств в Бечуаналенд. По сравнению с другими народами Британской империи, жители Бечуаналенда положительно относились к войне. Многие батсвана проявляли лояльность к империи или считали, что их интересы совпадают. Некоторые вожди, такие как Кгари Сечеле II из Квена и Молефи Пилане из Кгатла, лично записались в армию. Они служили старшими сержантами полка – наивысшим званием, доступным для батсвана. Корпус Высоких комиссаров находился на Ближнем Востоке с 1946 по 1949 год. Окончание Второй мировой войны повлекло за собой радикальные социальные изменения. Вожди стали рассматриваться как менее важные для социальной структуры, и многие отказались от своих всеобъемлющих прав на племенный скот. Другие общественные ресурсы, такие как земля и рабочая сила, были приватизированы и превращены в товар. К 1946 году только 2% населения были заняты вне сельского хозяйства и сферы услуг. В протекторате наблюдался значительный рост рождаемости в рамках послевоенного бэби-бума середины 20-го века, сопровождавшийся увеличением продолжительности жизни. Британцы, все еще рассчитывавшие объединить протекторат с Южной Африкой, в конечном итоге отказались от этого плана после начала апартеида. Начались усилия по разработке нового пути развития протектората.

Military recruitment began in Bechuanaland in 1941. About 5,500 men were trained and sent to war within the first six months. Another 5,000 Batswana men joined the war in 1942. In total, approximately 11,000 soldiers from Bechuanaland fought alongside the British Army during the war. Over 10,000 of these served in the British Army's African Auxiliary Pioneer Corps. The dikgosi traditionally had the right to conscript soldiers, and they ignored the colonial government's wishes that military service should be entirely voluntary. Regent Tshekedi Khama of Ngwato made himself unpopular by using military conscription as a tool for control, weaponizing it to silence critics and political opponents. Men who wished to avoid conscription sometimes fled to South Africa or to remote areas like the Okavango Delta swamps and the Kgalagadi bush. Others used more immediate precautions, such as digging holes when recruiters visited. The dikgosi wished to leverage their participation in the war for additional rights within the British Empire, and they feared that British defeat would make them subjects of Germany or South Africa, a fate they wished to avoid. The war effort was also an opportunity to reclaim Tswana men who had migrated to South Africa for mining jobs; the dikgosi wished to end this practice and felt they could do so by offering military jobs. Some military pay was deferred to the families of soldiers, and limitations on exports were lifted during the war, causing an influx of money into Bechuanaland. Relative to other nations in the British Empire, the people of Beschuanaland approved of the war. Many Batswana held a sense of loyalty to the empire or felt that their interests were aligned. Some dikgosi, such as Kgari Sechele II of the Kwena and Molefi Pilane of the Kgatla, personally enlisted. They served as regimental sergeant majors, the highest rank available to Batswana. The High Commissions Territories Corps was stationed in the Middle East from 1946 to 1949. The end of World War II came with drastic social change. The digosi came to be seen as less essential to social structure, and many gave up their universal claims over tribal cattle. Other public resources, such as land and labour, were privatised and commodified. By 1946, only 2% of the population had employment outside of agriculture and services. The protectorate saw a major increase in birth rates as part of the mid 20th century baby boom in the years after World War II, accompanied by an increase in life expectancy. The British, still expecting to merge the protectorate into South Africa, finally scrapped this plan after the beginning of Apartheid. Efforts began to develop a new path for the protectorate's future.

Движение за независимость

Когда Серетсе Хама достиг совершеннолетия, регент Тшекеди Хама попытался удержаться у власти. Серетсе женился на белой женщине, Рут Уильямс, во время учебы в Великобритании, что вызвало скандал в королевской семье Нгавато. Хотя общественность изначально выступала против брака, непопулярность Тшекеди изменила ситуацию в пользу Серетсе. В 1949 году этот вопрос был поднят на кготле, и тысячи присутствующих подавляющим большинством отвергли правление Тшекеди. Тшекеди и его сторонники бежали в изгнание к Квена. Британское правительство было менее терпимо к браку Серетсе с белой женщиной. В попытке умилостивить правительство апартеида в Южной Африке, в 1950 году оно изгнало супружескую пару из протектората. Это спровоцировало растущее националистическое движение среди сторонников Серетсе в протекторате, которое полностью оформилось в 1952 году. Во время отсутствия Серетсе Соединенное Королевство назначило окружного комиссара на четыре года, прежде чем назначить Расеболая Кгамана, сторонника Тшекеди, регентом. Племя Нгавато восстало против изгнания Серетсе. Его сторонники просили о его возвращении, и когда им отказали, вспыхнули беспорядки. В конце концов, в 1956 году Серетсе разрешили вернуться. На протяжении всего этого периода власть перемещалась от вождей к избирательным органам. Тшекеди и Серетсе заключили мир после возвращения Серетсе, и Серетсе стал фактическим лидером Нгавато, хотя Соединенное Королевство запретило ему быть официальным кгoси. При поддержке британцев племя Нгавато создало племенной совет, в который вошли и Серетсе, и Тшекеди. Другие племена создали подобные племенные советы, которые служили сдерживающим фактором для власти дикгoси. Между двумя мужчинами сохранялась некоторая враждебность: Тшекеди хотел сохранить племенное правительство и власть дикгoси, в то время как Серетсе видел представительную демократию и более слабых дикгoси. Объем власти, сосредоточенный в руках дикгoси, стал самым спорным вопросом в развивающемся движении за независимость, особенно среди народа Нгавато и семьи Хама. Федеральная партия Бечуаналенда была первой политической партией, созданной в протекторате, основанной лидером профсоюза Нгавато Литиле Дисангом Радитлади в 1959 году. Состоящая в основном из элиты и интеллектуалов, она выступала за объединение племен Тсвана. Партия не смогла получить поддержку и просуществовала недолго. В следующем году была создана Народная партия Бечуаналенда (НПБ, ныне Народная партия Ботсваны) как более радикальная партия, выступающая против традиционного племенного правления и завоевавшая популярность среди рабочих-мигрантов. НПБ, созданная как моцванский аналог Африканского национального конгресса Южной Африки, поддерживала немедленную независимость и полную отмену вождества. Опасаясь, что НПБ подорвет существующее правительство и обострит напряженность с правительством апартеида Южной Африки, дикгoси и британское правительство ограничили ее возможности для проведения собраний. В 1961 году племена протектората совместно сформировали законодательный совет. В 1963 году народ Квена оказался под управлением регента Нила Сечеле, что означало, что они имели мало политического влияния по мере развития движения за независимость. План развития Бечуаналенда на 1963/1968 год был разработан в ходе консультативного процесса в 1963 году, создав план независимости страны. Поскольку население в целом было политически неактивным, Соединенное Королевство стало одной из ведущих сил в движении к независимости. Опасаясь, что НПБ слишком радикальна, Соединенное Королевство поощряло своего предпочтительного лидера Серетсе Хаму создать политическую партию. Хотя он соглашался с антирасистскими и республиканскими ценностями НПБ, он выступал против ее догматичного подхода к политике и принятия социализма. Хама согласился отказаться от своих претензий на народ Нгавато, чтобы стать политиком, сформировав Демократическую партию Бечуаналенда (ДПБ, ныне Демократическая партия Ботсваны) в 1962 году. ДПБ утвердилась как "партия вождей" и приняла идеи, связанные с доколониальным племенным правлением. Соединенное Королевство поддержало ДПБ, понимая, что это сохранит торговлю скотом колониальной эпохи. К 1963 году кгoси Кгатла Линчве был единственным кгoси, выступавшим против ДПБ и обладавшим политическим влиянием, но народ Кгатла поддерживал ДПБ, поэтому он оставался аполитичным. В 1963 году была проведена конференция для надзора за созданием новой конституции. Внутренняя борьба внутри НПБ означала, что ДПБ оказала наибольшее влияние на этот процесс. Тшекеди Хама к этому времени умер, поэтому Батоен II стал лидером фракции, выступавшей за федерализацию, полагая, что это сохранит власть в руках дикгoси. Соединенное Королевство и ботсванские политики поддержали унитарное национальное правительство, поскольку Ботсвана была слишком бедна, чтобы разделять свои ресурсы, и отсутствие централизации сделало бы ее уязвимой для нападений со стороны других стран. Федерализация оказалась политически невозможной, поэтому был достигнут компромисс, согласно которому дикгoси сформируют Нтло я Дикгoси, консультативный орган в Парламенте Ботсваны. Вожди все еще выступали против этой договоренности, и под руководством Батоена Нтло я Дикгoси вынес вотум недоверия новому правительству, но отсутствие политической власти помешало ему добиться значимых реформ. Габороне был построен в 1965 году и объявлен новой столицей. Его местоположение было выбрано как нейтральное место между основными мерафе. Конституция была принята в том же году. С ее вступлением в силу Соединенное Королевство предоставило протекторату самоуправление. В 1965 году также был создан государственный Национальный банк развития. ДПБ провела масштабную кампанию во время первых всеобщих выборов. Возглавляемые Серетсе Хамой и Кветтом Масире, партия агитировала почти в каждой деревне протектората. В отличие от других политических деятелей в Бечуаналенде, Серетсе Хама пользовался популярностью среди разных племен. ДПБ впоследствии была избрана для руководства первым правительством. После своего формирования Нтло я Дикгoси вынес вотум недоверия конституции в 1966 году, что привело к национальной кампании в поддержку конституции, которая получила достаточную поддержку, чтобы дикгoси прекратили свои попытки оспорить ее. Протекторат получил независимость как Республика Ботсвана в 1966 году.

When Seretse Khama came of age, regent Tshekedi Khama attempted to hold on to power. Seretse had married a white woman, Ruth Williams, while studying in the United Kingdom, causing scandal in the Ngwato royal family. Though the public initially opposed the marriage, Tshekedi's unpopularity shifted the issue in Seretse's favour. The issue was raised in the kgotla in 1949, and Tshekedi's rule was overwhelmingly rejected by thousands in attendance. Tshekedi and his supporters fled to the Kwena in exile. The British government was less tolerant of Seretse's marriage to a white woman. In an attempt to appease the Apartheid government of South Africa, it banished the couple from the protectorate in 1950. This provoked a burgeoning nationalist movement among Seretse's supporters in the protectorate, which fully emerged in 1952. During Seretse's absence, the United Kingdom placed the district commissioner in charge for four years before appointing Rasebolai Kgamane, a supporter of Tshekedi, as regent. The Ngwato tribe rebelled against Seretse's banishment. His supporters petitioned for his return, and riots broke out when they were denied. Seretse was eventually allowed to return in 1956. Throughout this ordeal, power shifted away from the chiefdomship and toward electoral bodies. Tshekedi and Seretse made peace upon Seretse's return, and Seretse became the de facto leader of the Ngwato, though the United Kingdom forbade him from being the official kgosi. With British support, the Ngwato tribe developed a tribal council, of which both Seretse and Tshekedi were members. Other tribes then established similar tribal councils, which served as checks on the power of the dikgosi. Some animosity remained between the two men: Tshekedi wished to retain the tribal government and the power of the dikgosi, while Seretse envisioned a representative democracy and weaker dikgosi. The amount of power invested in the dikgosi became the most contentious issue in the burgeoning independence movement, especially among the Ngwato people and the Khama family. The Bechuanaland Protectorate Federal Party was the first political party formed in the protectorate when it was created by the Ngwato union leader Leetile Disang Raditladi in 1959. Comprised primarily of elites and intellectuals, it advocated a unification of the Tswana tribes. The party failed to gain support and was short lived. The following year, the Bechuanaland People's Party (BPP, now the Botswana People's Party) was created as a more radical party, objecting to traditional tribal government and gaining appeal among migrant workers. The BPP, created as a Motswana counterpart to the African National Congress party of South Africa, it supported immediate independence and the total abolition of chiefdom. Fearing that the BPP would undermine the existing government and ignite tensions with the Apartheid government of South Africa, the dikgosi and the British government restricted its ability to meet. The protectorate's tribes collectively formed a legislative council in 1961. The Kwena people found themselves under a regent, Neale Sechele, in 1963, meaning that they had little political influence as the independence movement developed. The Bechuanaland Protectorate Development Plan 1963/1968 was drafted through a deliberative process in 1963, creating an outline for the nation's independence. As the population was politically inactive overall, the United Kingdom came to be one of the leading forces toward independence. Worrying that the BPP was too radical, the United Kingdom encouraged its preferred leader, Seretse Khama, to form a political party. Though he agreed with the BPP's antiracist and republican values, he opposed its dogmatic approach to politics and its acceptance of socialism. Khama agreed to give up his claim over the Ngwato people to serve as a politician, forming the Bechuanaland Democratic Party (BDP, now the Botswana Democratic Party) in 1962. The BDP established itself as the "party of chiefs", and it adopted ideas associated with pre colonial tribal rule. The United Kingdom supported the BDP, understanding that it would maintain the colonial era livestock trade. By 1963, the Kgatla kgosi Linchwe was the only kgosi who opposed the BDP and had political influence, but the Kgatla people were in favor of the BDP, so he remained apolitical. A conference was held in 1963 to oversee the creation of a new constitution. Internal strife within the BPP meant that the BDP had the most influence over the process. Tshekedi Khama had died by this time, so Bathoen II became the leader of the pro federalisation faction, believing it would keep power in the hands of the dikgosi. The United Kingdom and the Batswana politicians endorsed a unitary national government because Botswana was too poor to divide its resources and because a lack of centralization would make it vulnerable to attacks from other nations. Federalisation proved politically unviable, so a compromise was made that the dikgosi would form the Ntlo ya Dikgosi, an advisory body within the Parliament of Botswana. The chiefs still opposed this arrangement, and in a movement led by Bathoen, the Ntlo ya Dikgosi passed a vote of no confidence in the new government, but its lack of political power prevented it from leveraging meaningful reform. Gaborone was built in 1965 and declared the new capital. Its location was chosen as a neutral setting between the major merafe. The constitution was implemented the same year. With this in effect, the United Kingdom granted the protectorate self governance. 1965 also saw the establishment of the state owned National Development Bank. The BDP ran an extensive campaign during the first general election. Led by Seretse Khama and Quett Masire, the party campaigned in almost every village in the protectorate. Unlike other political figures in Bechuanaland, Seretse Khama had appeal across the different tribes. The BDP was subsequently elected to lead the first government. After its formation, the Ntlo ya Dikgosi delivered a vote of no confidence in the constitution in 1966, leading to a national campaign in support of the constitution that garnered enough support for the dikgosi to end their efforts to challenge it. The protectorate was granted independence as the Republic of Botswana in 1966.

Ботсвана в 1966 году

Сереце Хама был избран первым премьер-министром и первым президентом Ботсваны. Страна сохранила значительную часть своих доколониальных племенных институтов после обретения независимости. Это было обусловлено как сильным централизованным управлением, характерным для племен тсвана, так и относительно ограниченным вмешательством британского правительства в колониальный период. Обсуждающий характер политики страны до и после обретения независимости был исключением среди многих других африканских государств, которые стали авторитарными после обретения независимости. Вместо упразднения бокгоси, новое правительство интегрировало их в правовую систему, предоставив дикгоси судебные полномочия через кготлу, подчиняющиеся апелляционным судам. Традиция повиновения руководству, ранее относившаяся к дикгоси, перешла к президентству. Соединенное Королевство продолжало финансировать Ботсвану в течение первых пяти лет ее существования. На момент обретения независимости Ботсвана была чрезвычайно бедной страной, беднее большинства других в Африке. В стране отсутствовала образованная рабочая сила: всего 40 граждан имели университетские степени, и не было известных запасов природных ресурсов для поддержания государства. Ботсвана зависела от режима апартеида в Южной Африке для доступа к мировому сообществу, и большинство ботсванских рабочих были трудовыми мигрантами в Южной Африке. Ограниченное участие Великобритании означало, что после колонизации произошло мало развития. Уровень грамотности составлял 25%, а протяженность асфальтированных дорог – всего 10 километров. Около 90% населения жили в крайней нищете, и большинство населения составляли скотоводы или фермеры-субсистенты. С обретением независимости сильная засуха привела к гибели 30–50% поголовья скота. Другие страны не возлагали на Ботсвану больших надежд, и в Африке ее считали бантустаном апартеида. Раннее руководство Ботсваны было представлено правящими племенными семьями и небольшим числом высококвалифицированных государственных служащих. Хотя Батуэн оставил пост вождя, чтобы заняться политикой, большинство других дикгоси приняли снижение своей политической власти в новом правительстве. В отличие от большинства недавно образованных африканских государств, большая часть руководства происходила из сельскохозяйственной среды, что означало совпадение их интересов с интересами большинства населения. Это побудило новое правительство сохранить колониальную политику, выгодную скотоводам. Общеплеменная привлекательность БДП и взаимный интерес в установлении независимости дополнительно стимулировали новое правительство действовать в интересах большинства. Хотя впоследствии они сыграли решающую роль в развитии Ботсваны, права на полезные ископаемые не были приоритетными при обретении независимости, и в 1967 году они были переданы центральному правительству.

Seretse Khama was elected to serve as the first prime minister and first president of Botswana. The country retained much of its pre colonial tribal institutions after independence. This was an effect of both the strong centralised government associated with the Tswana tribes and the relatively limited intervention of the British government in colonial times. The deliberative nature of the nation's politics before and after independence was an exception to many other African nations that became authoritarian after independence. Instead of abolishing the bokgosi, the new government incorporated it into the legal system, giving the dikgosi judicial powers through the kgotla, subject to appellate courts. A tradition of subservience to leadership, once given to the dikgosi, shifted to the presidency. The United Kingdom continued funding Botswana for the first five years of its existence. At the time of independence, Botswana was an extremely poor nation, more so than most others in Africa. It did not have an educated workforce, with only 40 citizens having university degrees, and there were no known natural resource supplies to support the nation. Botswana was dependent on the Apartheid regime in South Africa for access to the global community, and the majority of Botswana's labourers were migrant workers in South Africa. Limited British involvement meant that little development had taken place since colonization. Literacy was at 25%, and only 10 kilometres of paved road existed. Approximately 90% of the population was in abject poverty, and of the population were cattle farmers or subsistence farmers. As the nation achieved independence, a severe drought eliminated 30–50% of the cattle population. Other nations had low expectations for Botswana, and throughout Africa it was seen as an Apartheid Bantustan. The early leadership of Botswana was dominated by the ruling tribal families as well as a small number of highly educated public servants. Though Bathoen left his position as chief to pursue politics, most other dikgosi accepted their reduced political power in the new government. Unlike most newly formed African nations, much of the leadership came from the agricultural community, meaning that their interests aligned with the majority. This encouraged the new government to retain colonial era policies that benefited cattle farmers. The BDP's pan tribal appeal and the mutual interest in establishing independence further incentivized the new government to act in the interest of the majority. Though they would later be crucial in Botswana's development, mineral rights were given low priority upon independence, and the merafe transferred them to the central government in 1967.

Председательство Серетсе Хамы

В 1967 году южноафриканская алмазная компания De Beers обнаружила алмазы в Ботсване, и вскоре после этого началась добыча. Правительство участвовало в пересмотре Таможенного союза Южной Африки в 1969 году, чтобы значительно укрепить свои экономические позиции в регионе. В том же году было заключено партнерство с De Beers для проведения масштабных горнодобывающих операций. Хама и его администрация проводили политику, направленную на создание инфраструктуры и общественных благ, в частности, на строительство дорог с твердым покрытием. Также были учреждены программы социального обеспечения. Открытие алмазов обеспечило достаточное финансирование этих программ. Эти инвестиции и консервативная бюджетная политика предотвратили «голландскую болезнь», которая подорвала другие африканские страны, богатые природными ресурсами. Была сформирована государственная служба и судебная система, и правительство укрепило свою стабильность, привлекая иностранных экспертов, в отличие от других новых африканских государств, которые часто их высылали. Это позволило создать систему продвижения по службе на основе заслуг и технократическую бюрократию. Образование было расширено по всей стране, а язык тсвана был стандартизирован наряду с английским, в ущерб другим языкам. Кетт Масире, занимавший пост вице-президента при Сереце Хаме и генерального секретаря БДП, осуществлял контроль над бюджетом и расходами страны, разрабатывая серию Национальных планов развития, подлежащих утверждению Национальной ассамблеей и Экономическим комитетом Кабинета министров. В 1968 году были приняты Закон о воде и Закон о племенных землях, учредившие соответственно Совет по распределению водных ресурсов и двенадцать земельных советов. Они осуществляли контроль над распределением водных и земельных прав государством, а не посредством владения каждым морафе. В 1975 году была внедрена Политика племенных пастбищных угодий для предотвращения перевыпаса скота, однако она оказалась неэффективной. Первые выборы после обретения независимости состоялись в 1969 году. Национальный фронт Ботсваны (BNF) был основан Кеннетом Комой и стал основной оппозиционной партией БДП. Политическое влияние БПП ослабевало по мере развития политической системы Ботсваны. Государственная корпорация развития Ботсваны была основана в 1970 году. К 1973 году алмазы составляли 10% ВВП Ботсваны, а к концу 1970-х годов горнодобывающая промышленность стала крупнейшей отраслью в стране. По мере развития алмазной экономики и инвестиций в страну Ботсвана преодолела бедность и стала рассматриваться как пример успеха среди других стран в постколониальной Африке к югу от Сахары. Эти достижения сделали Ботсвану самой быстрорастущей экономикой в мире. В 1974 году была введена минимальная заработная плата, а в 1976 году страна начала выпускать собственную валюту – ботсванскую пулу. В течение десятилетия после обретения независимости Ботсвана вошла в число самых богатых стран третьего мира. Экономическая трансформация получила название «чудо Ботсваны». Вооруженные силы Ботсваны были созданы в 1977 году. До этого за национальную безопасность отвечала Служба полиции Ботсваны. Отсутствие армии означало, что Ботсвана не была подвержена основным причинам нестабильности в других африканских странах: военным переворотам и коррупции, связанной с военными расходами. В партнерстве с De Beers правительство Ботсваны создало горнодобывающую компанию Debswana в 1978 году, получив значительный доход для государства. Горнодобывающая промышленность стала доминирующей отраслью экономики страны в последующие десятилетия, и Ботсвана стала самой быстрорастущей экономикой в мире. Соответственно, животноводство пришло в упадок и утратило прежнее значение.

In 1967, diamonds were discovered in Botswana by the South African diamond company De Beers, and mining began shortly after. The government was involved with a renegotiation of the Southern African Customs Union in 1969 to greatly improve its economic leverage in the region. It partnered with De Beers the same year to carry out larger mining operations. Khama and his administration implemented policies geared toward the creation of infrastructure and public goods, particularly the paving of roads. Public welfare programs were also established. The discovery of diamonds ensured that these programs received sufficient funding. These investments and a conservative approach to government spending prevented the Dutch disease scenario that crippled other resource laden African countries. A civil service and judiciary formed, and the government reinforced its stability by availing itself to foreign experts, as opposed to other new African countries that often expelled them. This allowed for a merit based system of promotion and the creation of a technocratic bureaucracy. Education was expanded throughout the nation, and the Tswana language was standardized alongside English at the expense of other languages. Quett Masire, serving as Vice President under Seretse Khama as well as secretary general of the BDP, exercised control over the nation's budgeting and spending by creating a series of National Development Plans, subject to the approval of the National Assembly and the Economic Committee of the Cabinet. The Water Act and the Tribal Land Act were enacted in 1968, creating the Water Apportionment Board and twelve land boards, respectively. These oversaw the apportionment of water and land rights by the state rather than through the ownership of each morafe. The Tribal Grazing Lands Policy was implemented in 1975 to prevent overgrazing, but it proved unsuccessful. The first election after independence took place in 1969. The Botswana National Front (BNF) was founded by Kenneth Koma and became the primary opposition party to the BDP. The BPP faded in relevance as the politics of Botswana developed. The state owned Botswana Development Corporation was founded in 1970. By 1973, diamonds made up 10% of Botswana's GDP, and by the end of the 1970s, mining was the largest industry in the country. As the diamond economy developed and investments were made back into the country, Botswana escaped poverty and came to be seen as a success among the other nations in post colonial sub Saharan Africa. These developments made Botswana the fastest growing economy in the world. 1974 saw the introduction of minimum wages, and the country began issuing its own currency, the Botswana pula, in 1976. Within a decade of independence, it was one of the wealthiest nations in the Third World. The economic transformation is referred to as Botswana's "miracle". The military of Botswana was established in 1977. Prior to this, the Botswana Police Service was responsible for national security. The lack of military meant that Botswana was not susceptible to leading causes of instability in other African nations: military coups and corruption through military spending. In its partnership with De Beers, the government of Botswana formed the Debswana mining company in 1978, acquiring significant income for the state. Mining became the predominant industry of the nation's economy over the following decades, and Botswana became the world's fastest growing economy. Cattle farming saw a corresponding drop and lost the significance that it had previously held.

Председательство Квета Мазире

После смерти Серецэ Хамы в 1980 году вице-президент Кетт Мазире стал президентом Ботсваны. В 1980-е годы в Ботсване появился ВИЧ/СПИД, и страна стала одной из наиболее пострадавших в мире от этой эпидемии. В 1980-х годах Южная Африка начала совершать военные вторжения на территорию Ботсваны в поисках южноафриканских повстанцев. В ответ на гибель мирных жителей правительство Ботсваны увеличило военные расходы. С 1982 по 1987 год Ботсвана пережила сильную засуху. В середине 1980-х годов алмазная промышленность достигла пика, составив 53% национального ВВП. В 1991 году была создана Комиссия Кгабо для расследования деятельности правительственных земельных советов. Комиссия выявила факты совершения этических нарушений вице-президентом Питером Ммуси и генеральным секретарем BDP Дэниелом Квелагобе, которые также являлись членами кабинета министров Ботсваны. Столкнувшись с возмущением внутри правительства и в обществе, оба подали в отставку. В результате возникло два поляризованных крыла внутри партии: одно возглавляли два бывших члена кабинета министров («Большая двойка»), а другое – их оппоненты («Большая пятерка»). Мазире выбрал Фестуса Моге на должность нового вице-президента, поскольку тот не принадлежал ни к одному из этих крыльев. Скандал и последовавший за ним раскол в BDP позволили Ботсванскому национальному фронту (БНФ) стать ведущей оппозиционной партией после всеобщих выборов 1994 года. Усугубляющим фактором стало сокращение сельской базы поддержки BDP из-за урбанизации, что позволило оппозиционным партиям получить значительное меньшинство мест в Национальном собрании. После смерти Ммуси Квелагобе объединился с Понацхего Кедикильве, и они сформировали фракцию «Барата Пати» в BDP. «Большая пятерка» трансформировалась в фракцию «A Team». Мазире стремился обеспечить стабильный порядок преемственности и гарантировать, чтобы его избранный преемник, вице-президент Моге, стал президентом. С этой целью он сотрудничал с юристом Парксом Тафа для разработки конституционной поправки, которая предусматривала автоматическую передачу власти и ограничение сроков президентства. Затем он настоял на принятии этой поправки.

After Seretse Khama's death in 1980, Vice President Quett Masire became the president of Botswana. The 1980s saw the introduction of HIV/AIDS in Botswana, and it became one of the most heavily affected countries in the world. During the 1980s, South Africa began military incursions into Botswana to seek out South African rebels. In response to the civilian casualties, the government of Botswana increased military spending. A severe drought affected Botswana from 1982 to 1987. Mid way through the 1980s, the diamond industry reached its peak at 53% of the national GDP. The Kgabo Commission was held in 1991 to investigate governmental land boards, and it found that ethical violations had been committed by Vice President Peter Mmusi and BDP Secretary General Daniel Kwelagobe, both of whom were also members of the Cabinet of Botswana. Facing outrage within the government and among the public, both resigned. The fallout created two polarized factions within the party, one led by the two former cabinet members (the Big Two) and one led by their opponents (the Big Five). Masire chose Festus Mogae as the new vice president because he was not affiliated with either faction. The scandal and the resulting schism in the BDP allowed the Botswana National Front (BNF) to become a major opposition party after the 1994 general election. With the added complication of urbanization reducing the BDP's rural base, opposition parties held a significant minority in the National Assembly. Following Mmusi's death, Kwelagobe aligned with Ponatshego Kedikilwe, and they formed the Barata Phathi faction of the BDP. The Big Five developed into the A Team faction. Masire wished to create a stable order of succession and to ensure that his chosen successor Vice President Mogae became president. To this end, he worked with the lawyer Parks Tafa to draft a constitutional amendment that implemented automatic succession and term limits for the presidency. He then forced the amendment through on his own initiative.

Председательство Фестуса Моге

Мазире ушел с поста президента 1 апреля 1998 года, и его сменил вице-президент Фестус Моге. Моге принял спорное решение назначить Иана Хаму, командующего армией и сына Серетсе Хамы, следующим вице-президентом, добившись этого, пригрозив роспуском парламента. Несмотря на официальный нейтралитет между фракциями БДП, Моге и Хама считались ключевыми фигурами в команде «А». В 1998 году в оппозиционной партии BNF произошел один из многочисленных расколов. Она разделилась на две фракции: консерваторов, придерживавшихся социалистических взглядов, и прогрессистов, исповедовавших социал-демократические убеждения. Насилие на партийном съезде привело к отделению прогрессистов и образованию ими собственной партии – Партии конгресса Ботсваны, которая стала главной оппозиционной силой до потери большинства мест на следующих выборах. В 2000-х годах Ботсвана активно инвестировала в развитие военно-воздушных сил. В феврале 2005 года Моге депортировал одного из наиболее известных критиков правительства, Кеннета Гуда.

Председательство Яна Хамы

Иам Хама вступил в должность президента по окончании срока Моге 1 апреля 2008 года. Когда партия избирала свое руководство в 2009 году, Хама назначил ряд видных членов группы "А" в партийные подкомитеты, несмотря на победу фракции "Барата Пати" на партийном съезде. Когда генеральный секретарь партии Гомолемо Моцваледи обратился к юристам для оспаривания законности действий Хамы, Хама отстранил его от работы в комитете. После обращения в суд было установлено, что действующий президент обладает иммунитетом от судебного преследования, и Хама полностью исключил Моцваледи из БДП. В начале 2010 года Хама отстранил, а затем исключил из БДП нескольких других членов фракции "Барата Пати". Это привело к первому серьезному расколу в БДП в марте, когда фракция "Барата Пати" покинула партию и основала Движение за демократию в Ботсване. После продолжительного спада алмазная промышленность Ботсваны стабилизировалась на уровне около 39% ВВП в 2009 году. Федерация профсоюзов государственного сектора Ботсваны (BOFEPUSU) организовала беспрецедентную двухмесячную забастовку государственных служащих в 2011 году, требуя повышения заработной платы на 16%, на что правительство ответило увольнением тысяч сотрудников. За увольнениями следил министр по делам президента Мокгвееци Масиси. В противовес позиции правительства BOFEPUSU содействовала объединению основных оппозиционных партий в "Объединенный фронт демократических перемен" (UDC). БДП сохранила большинство в законодательном собрании на последующих выборах, но получила лишь относительное большинство голосов избирателей. Это был первый случай, когда БДП не смогла получить абсолютного большинства. Ян Хама затем назначил Масиси своим вице-президентом. По словам Моге, это было сделано при условии, что Масиси назначит Тшекеди Хаму II вице-президентом после своего вступления в должность. В 2015 году Ботсало Нтуане был избран генеральным секретарем БДП на платформе борьбы с коррупцией и избирательной реформы. Это представляло угрозу для устоявшегося положения БДП, и Нтуане нашел политического соперника в лице Масиси.

Iam Khama succeeded to the presidency at the end of Mogae's term on 1 April 2008. As the party chose its leadership in 2009, Khama appointed numerous A Team figures to party sub committees despite the victory of the Barata Phathi during the party's congress. When the party's secretary general Gomolemo Motswaledi consulted with lawyers to question the legality of Khama's actions, Khama had him suspended from the committee. After taking the issue to court, it was found that the incumbent president is immune from legal prosecution, and Khama suspended Motswaledi from the BDP entirely. In early 2010, Khama suspended and then expelled several other members of the Barata Phathi faction from the BDP. This led to the BDP's first major split in March when the Barata Phathi faction left the party to form the Botswana Movement of Democracy. After a steady decline, the diamond industry of Botswana stabilized at about 39% of the GDP in 2009. The Botswana Federation of Public Sector Unions (BOFEPUSU) led an unprecedented two month strike of the nation's civil service to demand a 16% pay raise in 2011, and the government responded by removing thousands of employees from their positions. The removals were overseen by Mokgweetsi Masisi, the Minister for Presidential Affairs. To oppose the government's position, BOFEPUSU facilitated a merger of major opposition parties into the Umbrella for Democratic Change (UDC). The BDP retained its majority in the legislature after the following election, but it did so with only a plurality of the popular vote. This was the first time that the BDP fell short of a majority. Ian Khama then appointed Masisi as his vice president. According to Mogae, this was done with the understanding that Masisi would appoint Tshekedi Khama II as vice president after taking the presidency himself. Botsalo Ntuane was elected Secretary General of the BDP in 2015 on a platform of anti corruption and electoral reform. This threatened the entrenched nature of the BDP, and Ntuane found a political rival in Masisi.

Председательство Могвеетси Массиси

Масиси и Ян Хама разошлись во взглядах после того, как Масиси стал президентом. Ян Хама попытался привлечь Пелономи Венсона Моитоя в качестве альтернативного кандидата от БДП против Масиси, и когда это не удалось, он основал собственную партию – Патриотический фронт Ботсваны (BPF). Всеобщие выборы 2019 года были омрачены давлением со стороны правительства и временами рейдами против представителей оппозиции. UDC оспорила результаты выборов, но ее апелляция не увенчалась успехом. Как и большинство стран, Ботсвана пережила серьезный экономический спад во время пандемии COVID-19, и страна находилась в условиях карантина большую часть 2020 и 2021 годов. Антииндийские настроения получили широкое распространение, поскольку индийская община в Ботсване была относительно обеспеченной. Ян Хама бежал в Южную Африку в ноябре 2021 года, а правительство Ботсваны вскоре после этого предъявило ему обвинение в незаконном владении оружием.