Кризис призыва в Канаде 1944 года

Введение

Канадский политический кризис

Кризис призыва 1944 года — политический и военный кризис, последовавший за введением обязательной военной службы для мужчин в Канаде во время Второй мировой войны. Он был схож с кризисом призыва 1917 года, но не вызвал столь значительного политического ущерба.

Предыстория

Канадский премьер-министр Уильям Лайон Маккензи Кинг был обеспокоен тем, как кризис призыва 1917 года расколол Либеральную партию между ее англоканадскими и франкоканадскими членами. Кинг, который лично ощутил это разделение, был полон решимости избежать подобного раскола в будущем. В 1922 году, во время Чанакского кризиса, когда Соединенное Королевство почти вступило в войну с Турцией, Кинг впервые заявил, что Канада не будет автоматически вступать в войну как часть Британской империи в случае, если это сделает Соединенное Королевство, подчеркнув, что он сначала проконсультируется с канадским парламентом и, вероятно, объявит нейтралитет, если Палата общин не захочет воевать с Турцией. Хотя у Кинга было несколько причин не желать воевать с Турцией, одной из них была память о том, как сильно Первая мировая война подорвала внутренное единство Канады. В 1930-х годах Маккензи Кинг продемонстрировал то, что канадский историк полковник Джон А. Инглиш назвал «постоянной неприязнью к призыву» и «кажущейся непоколебимой верой в эффективность политики умиротворения», рассматривая очередную мировую войну как «окончательную катастрофу», которой стоило избежать любой ценой. В 1935 году Кинг выступал против санкций против Италии за вторжение в Эфиопию; в 1936 году он заявил, что Канада не примет участия, если Великобритания решит применить военные меры в ответ на ремилитаризацию Рейнской области Германией; а в 1938 году он горячо поддержал Мюнхенское соглашение, считая его необходимой ценой за мир. В апреле 1939 года Кинг определил приоритеты оборонных расходов, объявив, что Королевские военно-воздушные силы Канады (RCAF) должны стать основным видом войск, Королевский военно-морской флот Канады (RCN) – вторичным, а Канадская милиция – последней в списке, поскольку он хотел избежать еще одной сухопутной войны, которая, вероятно, приведет к большим потерям. 10 сентября 1939 года Канада объявила войну Германии и отправила в Европу одну дивизию, которая не успела вступить в бой до поражения Франции. Кинг не был настроен на войну; он записал в своем дневнике, что если Гитлер не выиграет войну, то, безусловно, победит Сталин. Кинг считал, что очередная мировая война приведет к всемирным революционным потрясениям, и что избежать войны было бы гораздо лучшим исходом. Признаком истинных чувств Кинга к войне стало открытие в апреле 1943 года массовых захоронений польских офицеров, расстрелянных НКВД в Катынском лесу и его окрестностях. В своем дневнике Кинг написал, что поляки спровоцировали войну в 1939 году, отказавшись разрешить Гитлеру вновь включить свободный город Данциг в состав Германии; таким образом, Кинг считал, что Катынский расстрел и все страдания поляков с начала войны были их собственной виной. Британский историк Виктор Ротвелл писал, что «язвительные» замечания Кинга о том, что поляки спровоцировали войну, отражали его собственное негодование по поводу того, что он вынужден был объявить войну Германии из-за общественного давления, несмотря на его собственные склонности к нейтралитету. Как военный лидер, Кинг стремился избежать повторения тех ошибок, которые, по его мнению, допустил его консервативный предшественник сэр Роберт Борден в Первой мировой войне, а именно – избежать призыва на военную службу, и Кинг изначально пытался ограничить участие Канады в войне исключительно Планом подготовки военно-воздушных сил Британского Содружества (BCATP). Кинг описал BCATP в своем заявлении как «наиболее эффективный вклад Канады в военные усилия» и в частном порядке жаловался, что британцы не должны были просить о дивизии для отправки в Европу, прежде чем обращаться к нему с предложением о BCATP, поскольку он никогда бы не отправил 1-ю канадскую дивизию в Великобританию, если бы мог ограничиться только BCATP. По мнению Кинга, «большой RCAF никогда не приведет к призыву». Кинг опасался гражданских и политических беспорядков, которые произошли во время Первой мировой войны, а также надеялся победить националистического премьер-министра Квебека Мориса Дюплессиса. Поэтому, когда Дюплессис объявил о внеочередных выборах в сентябре 1939 года, чтобы получить мандат на противодействие войне, Кинг в том же месяце пообещал не вводить призыв на зарубежную военную службу на протяжении всей войны. Решение Дюплессиса распустить ассамблею 25 сентября 1939 года, чтобы получить мандат на противодействие войне, вызвало панику в Оттаве, и Кинг назвал Дюплессиса «дьявольским» и «маленьким Гитлером» в своем дневнике, полагая, что цель Дюплессиса – спровоцировать такой кризис между французской Канадой и англоязычной Канадой, что Квебек выйдет из Конфедерации. Во время избирательной кампании в Квебеке в 1939 году правительство Доминиона предприняло беспрецедентное вмешательство в провинциальные выборы, чтобы свергнуть правительство Union Nationale и обеспечить победу провоенных либералов Квебека во главе с Аделаром Годбу. Все ресурсы правительства Доминиона были брошены на поддержку провинциальных либералов. Все миниры кабинета Доминиона, представляющие округа в Квебеке, пригрозили уйти в отставку, если Дюплессис будет переизбран, утверждая, что некому будет защищать интересы Квебека в кабинете, если снова возникнет вопрос о призыве. Дюплессис был одним из самых талантливых политиков Квебека, харизматичным и ярким демагогом, проповедовавшим смесь католического консерватизма и квебекского национализма. Кинг так боялся его, что на выборах 1939 года он использовал полномочия цензуры в соответствии с Законом о военных мерах, чтобы не позволить Дюплессису выступать по радио. Вскоре стало очевидно, что алкоголизм Дюплессиса вышел из-под контроля. Он вел некомпетентную кампанию, появляясь заметно пьяным на многочисленных митингах, произнося бессвязные речи, в которых осуждал войну, наиболее заметными чертами которых были его невнятная речь и отсутствие ясности. Избрав Годбу премьер-министром 25 октября 1939 года, в Квебеке возникло понимание, что наградой за голосование против Дюплессиса станет отсутствие призыва на зарубежную военную службу. Многие канадцы поддержали обещание Маккензи Кинга, даже когда стало очевидно, что война не закончится быстро. Как и во время Первой мировой войны, молодые франкоканадцы вступали в немногочисленные традиционные франкоязычные полки канадской армии, такие как регулярная армия Royal 22e Régiment, и несколько полков милиции, которые были мобилизованы. В пехоте казарменная жизнь и большая часть подготовки велась на французском языке, а командование и радиосвязь – на английском. Однако в остальной армии аналогичные франкоязычные подразделения не создавались. Среди оправданий этой политики были преобладание радио и тот факт, что техническое обучение было доступно только на английском языке. 12-й танковый полк, первоначально мобилизованный милицией Three Rivers Regiment (Tank), был реорганизован и воевал как англоязычное подразделение. Многие франкоязычные солдаты были перенаправлены в процессе. Одним из самых известных был Жан Виктор Аллар, который потребовал перевода из Three Rivers Regiment в пехоту; он стал командиром бригады в Северо-Западной Европе, а затем в Корее, командовал британской дивизией в НАТО и впоследствии стал начальником штаба обороны канадских вооруженных сил, где он был рад создать первую франкоязычную бригаду. Хотя такие подразделения, как Royal 22e Régiment, Les Fusiliers Mont Royal, Régiment de la Chaudière и Régiment de Maisonneuve, показали выдающиеся результаты во время Второй мировой войны, некоторые считают, что если бы они были объединены в одну бригаду (как просили франкоканадцы и как это существует в настоящее время в канадских вооруженных силах), это могло бы стать предметом гордости для французской Канады, стимулируя военные усилия и политическую поддержку в Квебеке. Однако эти подразделения были распределены между различными англоязычными дивизиями канадской армии за рубежом. Историк Дж. Л. Гранатстейн в своей книге «Генералы» предполагает, что нехватка франкоязычных офицеров, прошедших подготовку, означала бы, что любая попытка создать целую франкоязычную бригаду, вероятно, потерпела бы неудачу. С самого начала принятие франкоязычных подразделений было более широким в Канаде во время Второй мировой войны, чем в Первую. В 1914 году стремление создать 22-й пехотный батальон (франкоканадский) потребовало проведения крупных митингов фр...

Canadian Prime Minister William Lyon Mackenzie King had been haunted by the way the Conscription Crisis of 1917 had fractured the Liberal Party between its English Canadian and French Canadian members. King, who experienced the split first hand, was determined to avoid another such split. In 1922, during the Chanak Crisis, when the United Kingdom almost went to war with Turkey, King had first asserted that Canada would not automatically go to war as part of the British Empire if the United Kingdom did, saying he would consult the Canadian Parliament first and presumably declare neutrality if the House of Commons were unwilling to go to war with Turkey. Though there were several reasons for King's reluctance to go to war with Turkey, at least one was the memory of how badly the First World War had strained Canadian domestic unity. During the 1930s, Mackenzie King had displayed what the Canadian historian Colonel John A. English called "an abiding aversion to conscription" and "an apparently unshakable conviction in the efficacy of appeasement", regarding another world war as "the ultimate catastrophe" for which no price was too high to avoid. In 1935, King had been opposed to sanctions on Italy for invading Ethiopia; in 1936, he stated that Canada would not take part if Britain decided to take military action in response to the German remilitarization of the Rhineland; and in 1938, he had warmly supported the Munich Agreement as the necessary price for peace. King had laid down defence spending priorities in April 1939 that declared the Royal Canadian Air Force (RCAF) was to be the main service, the Royal Canadian Navy (RCN) the secondary service and the Canadian Militia the last on the list, as he wanted to avoid fighting another land war, which was likely to cause heavy losses. Canada declared war on Germany on September 10, 1939, and sent one division to Europe, which did not have an opportunity to engage in combat before France was defeated by Germany. King's heart was not in the war; he wrote in his diary that if Hitler did not win the war, Stalin certainly would. King believed that another world war would lead to worldwide revolutionary upheaval, and that avoiding war would have been a much better outcome. A sign of King's true feelings about the war came in April 1943, when the mass graves of Polish officers massacred by the NKVD in and around Katyn Forest were discovered. King wrote in his diary that the Poles had caused the war in 1939 by refusing to allow Hitler to reincorporate the Free City of Danzig back into Germany; as such, King wrote that the Katyn massacre, and all of the Poles' suffering since the beginning of the war, was their own fault. British historian Victor Rothwell wrote that King's "spiteful" remarks about the Poles causing the war reflected his own resentment at having to declare war on Germany because of public pressure, despite his own inclinations towards neutrality. As a war leader, King sought to avoid repeating what he regarded as the mistakes of his Conservative predecessor Sir Robert Borden in the First World War, which meant avoiding conscription, and King initially attempted to limit Canada's participation in the war solely to the British Commonwealth Air Training Plan (BCATP). King had described the BCATP in a statement as "Canada's most effective contribution to the war effort", and privately complained that the British should not have asked for a division for Europe before approaching him with the BCATP, as he would never have sent the 1st Canadian Division to Britain if he could have settled only for the BCATP. As King saw it, "a big RCAF could never lead to conscription". King feared the civil and political unrest that had occurred during World War I, and also hoped to defeat nationalist Quebec Premier Maurice Duplessis. Thus when Duplessis called a snap election in September 1939 to seek a mandate to oppose the war, King pledged that same month not to introduce overseas conscription for the duration of the war. Duplessis's decision to dissolve the assembly on 25 September 1939 to seek a mandate to oppose the war created panic in Ottawa, with King calling Duplessis "diabolic" and a "little Hitler" in his diary, believing Duplessis's aim was to provoke such a crisis between French Canada and English Canada that Quebec would leave the Confederation. During the 1939 Quebec election campaign, the Dominion government made an unprecedented intervention in a provincial election to defeat the Union Nationale government and ensure the victory of the pro war Quebec Liberals under Adélard Godbout; all the resources of the Dominion government were thrown behind the provincial Liberals. All of the Dominion cabinet ministers representing ridings in Quebec threatened to resign if Duplessis was re elected, claiming that no one would be left to stand up for Quebec in the cabinet if conscription become an issue again. Duplessis was one of Quebec's ablest politicians, a charismatic, colourful demagogue who preached a mixture of Catholic conservatism and Quebec nationalism. King feared him so much that in the 1939 election he used the powers of censorship under the War Measures Act to keep Duplessis from speaking on the radio. It soon became evident that Duplessis's alcoholism was out of control. He ran an inept campaign, appearing visibly drunk at numerous campaign rallies as he delivered rambling speeches denouncing the war, which were most notable for his slurred words and lack of lucidity. By electing Godbout as Premier on 25 October 1939, there was an understanding in Quebec that the reward for voting Duplessis out would be no overseas conscription. Many Canadians supported Mackenzie King's pledge, even as it became obvious the war would not end quickly. As in the First World War, young French Canadians joined the few traditional French speaking regiments of the Canadian army, such as the Regular Army Royal 22e Régiment, and several Militia regiments that were mobilized. In the infantry, barracks life and most training was in French and only the command and radio language was in English. In the rest of the military, however, similar French speaking units were not created. Among the justifications for this policy were the predominance of the radio, and the fact that technical instruction was only available in English. The 12th Armoured Regiment, originally mobilized by the Francophone Three Rivers Regiment (Tank) militia unit, was reorganized and fought as an English speaking unit. Many French speaking soldiers were sidetracked in the process. One of the most famous was Jean Victor Allard, who demanded a transfer from the Three Rivers Regiment to the infantry; he went on to become a brigade commander in Northwest Europe and then in Korea, command a British division in NATO and subsequently become Chief of the Defence Staff of the Canadian Armed Forces, where he was pleased to create the first French speaking brigade. While units such as the Royal 22e Régiment, Les Fusiliers Mont Royal, the Régiment de la Chaudière and the Régiment de Maisonneuve all had outstanding records during World War II, some feel that if they had been grouped in the same brigade (as French Canadians had requested, and as currently exists in the Canadian Armed Forces), it could have become a focus of pride for French Canada, encouraging the war effort and political support in Quebec. These units were, however, distributed among the various English speaking divisions of the Canadian Army overseas. Historian J. L. Granatstein, in his book The Generals, suggests that a shortage of French speaking staff trained officers meant that any attempt to create an entire Francophone brigade would have likely ended in failure. From the beginning, acceptance of French speaking units was greater in Canada during World War Two than World War One. In 1914, the drive to create the 22nd Infantry Battalion (French Canadian) had necessitated large rallies of French Canadians and political pressure to overcome Minister Sam Hughes' abhorrence of the idea. But during World War II, greater acceptance of French Canadian units, as well as informal use of their language, lessened the ferocity of Quebec's resistance to the war effort. Opposition to conscription was not limited to Quebec. In British Columbia, where alarm over the "Yellow Peril" was a major issue, many were opposed to conscription, fearful that conscription of Chinese Canadians and Japanese Canadians would lead to Asian Canadian demands for the right to vote, to which the white population of British Columbia were adamantly opposed. Meanwhile, many on the political left had profound misgivings about the injustice of the war, and the attitude of the Co operative Commonwealth Federation (CCF) towards the war has been described as "ambivalent".

Зомби

В июне 1940 года правительство приняло Закон о мобилизации национальных ресурсов (NRMA), который позволял правительству регистрировать мужчин и женщин и направлять их на работу, считавшуюся необходимой для военного производства. Закон также предусматривал призыв на военную службу для обороны Канады, но не разрешал отправлять призывников за границу. Французский канадский националист, мэр Монреаля Камильен Уд, выступил с речью, призывая всех французских канадцев не регистрироваться в соответствии с NRMA. Правительство Доминиона использовало приостановку действия habeas corpus в соответствии с Законом о военных мерах, чтобы РКМП арестовала Уда, который содержался под стражей без предъявления обвинений до 1944 года. Начиная с 1940 года, министр национальной обороны Джеймс Ралстон и министр военно-морского флота Ангус Макдональд рассматривались как сторонники вооруженных сил в кабинете, выступавшие за победу в войне даже ценой внутренней розни, в отличие от Кинга, который утверждал, что победа не должна достигаться за счет внутреннего единства. После принятия NRMA мужчин, отказывавшихся "вступать в строй", презрительно называли "зомби" как в Канаде, так и за рубежом. Этот термин использовался, поскольку некоторых солдат, не способных участвовать в боевых действиях, считали ожившими мертвецами из гаитянской мифологии – не живыми и не мертвыми, а находящимися между этими состояниями. "Зомби" подвергались резкой критике со стороны тех, кто добровольно отправился на службу за границу, и их называли трусами. Канадские вооруженные силы были разделены на два разряда: военнослужащие разряда "А", добровольно отправившиеся за границу, и военнослужащие разряда "R", известные как "зомби". В учебных лагерях офицеры и сержанты постоянно принижали, оскорбляли и унижали "зомби", чтобы заставить их "вступить в строй", что приводило к напряженным отношениям даже в самых благоприятных условиях. Усилия Кинга по удержанию армии от участия в боевых действиях как можно дольше вызывали недовольство у более воинственно настроенных канадцев, стремившихся к более активному участию Канады в войне. Королевский канадский легион опубликовал свой манифест "Призыв к тотальной войне", который поддержали около 500 общественных организаций по всей Английской Канаде. Премьер-министр Онтарио Митчелл Хепберн и премьер-министр Нью-Брансуика Джон Б. Макнейр в своих выступлениях, критикующих Кинга, требовали призыва на заграничную службу. Опрос, проведенный Gallup в ноябре 1941 года, показал, что 61% канадцев удовлетворены военными усилиями, но 60% также выступали за призыв на заграничную службу. 13 ноября 1941 года старый политический противник Кинга 1920-х годов, бывший премьер-министр Артур Мейген, стал лидером Консервативной партии. Его предшественник, "Бойцовский Боб" Мэнион, поддерживал политику призыва Кинга, но призыв Мейгена к "тотальной войне", включая отправку "зомби" за границу, стал центральным элементом его критики Кинга. Соперничество между Мейгеном и Кингом было одним из самых известных в канадской политической истории; оба мужчины страстно ненавидели друг друга, и Мейген путешествовал по стране, обвиняя Кинга в том, что он не делает всего возможного для победы в войне. После катастрофы битвы за Гонконг в декабре 1941 года, в которой погибли два канадских батальона, в Канаде разразилась политическая буря. Джордж А. Дрю, лидер Консервативной партии Онтарио, призвал канадцев "признать позорную правду" о том, что два батальона плохо обученных солдат, отправленных в Гонконг, были признаком провала политики Кинга и необходимости призыва на заграничную службу. К концу 1941 года армии Великобритании, Соединенных Штатов, Советского Союза и других союзников вели боевые действия на различных театрах военных действий, в то время как канадская армия бездействовала, охраняя Великобританию от маловероятной угрозы немецкого вторжения. К концу декабря 1941 года Королевские военно-воздушные силы Канады, которые начали участвовать в битве за Британию летом 1940 года, потеряли 1199 человек, а Королевский военно-морской флот Канады – 439. В Гонконге канадская армия потеряла 290 человек, 487 получили ранения, а остальные попали в японский плен в ужасных условиях, большинство из них умерли в плену.

In June 1940, the government adopted conscription for home service in The National Resources Mobilization Act (NRMA), which allowed the government to register men and women and move them into jobs considered necessary for wartime production. The act also allowed for conscription for the defence of Canada, but did not allow conscripts to be deployed for overseas service. French Canadian nationalist mayor of Montreal Camillien Houde gave a speech urging all French Canadian men not to register under the NRMA. The Dominion government used the suspension of habeas corpus under the War Measures Act to have the RCMP arrest Houde, who was held without charge until 1944. From 1940 onward, Defence Minister James Ralston and Navy minister Angus MacDonald were seen as the advocates of the armed forces in the cabinet, favouring winning the war even at the price of domestic disunity, in opposition to King, who argued victory could not come at the cost of domestic unity. After adoption of the NRMA, men who refused to "go active" were derisively called "Zombies", both in Canada and overseas. The term was used because soldiers who could not fight in the war were regarded by some as the reanimated corpses from Haitian mythology who were neither alive nor dead but somewhere in between. The Zombies were widely reviled by those who had volunteered for overseas service, and referred to as cowards. The Canadian military was divided into two classes: "A" class servicemembers who volunteered to go overseas, and the "R" class servicemembers known as Zombies. At training camps, officers and NCOs constantly belittled, insulted and humiliated the Zombies to pressure them to "go active", making for tense relationships at the best of times. King's efforts to keep the military out of action for as long as possible caused much dismay among more hawkish Canadians anxious to see Canada become more involved. The Royal Canadian Legion issued its manifesto, "A Call for Total War", endorsed by some 500 civic groups across English Canada. Ontario Premier Mitchell Hepburn and Premier of New Brunswick John B. McNair both demanded overseas conscription in speeches attacking King. A Gallup poll in November 1941 showed 61% of Canadians satisfied with the war effort, but 60% who also wanted conscription for overseas service. On 13 November 1941, King's old nemesis from the 1920s, former Prime Minister Arthur Meighen, became leader of the Conservative Party. His predecessor, "Fighting Bob" Manion, had supported King's conscription policies, but Meighen's call for "total war", including sending the Zombies overseas, was the centerpiece of his criticism of King. Meighen and King's rivalry was one of the most famous in Canadian political history; both men passionately hated one another, and Meighen travelled across the country accusing King of not doing everything within his power to win the war. After the disaster of the Battle of Hong Kong in December 1941 in which two Canadian battalions were lost, a political firestorm erupted in Canada. George A. Drew, leader of the Ontario Conservative Party, urged the Canadian people to "face the shameful truth", that the two battalions of badly trained men sent to Hong Kong were a sign of the failure of King's policies and of the need for conscription for overseas service. By the end of 1941, the armies of the United Kingdom, United States, Soviet Union and other allies were all fighting in various theatres of war, while the Canadian Army sat idle, guarding the UK against the unlikely threat of German invasion. By the end of December 1941, the Royal Canadian Air Force, which had started fighting in the Battle of Britain in the summer of 1940, had lost 1,199 men, and the Royal Canadian Navy had lost 439. In Hong Kong, the Canadian Army had lost 290 men, with 487 wounded and the rest held prisoner by the Japanese under horrific conditions, a majority dying in captivity.

Плебисцит 1942 года

К 1941 году числа канадских добровольцев было достаточно для формирования пяти заморских дивизий. Консерваторы оказывали давление на Кинга с тем, чтобы он посоветовал генерал-губернатору ввести заморскую воинскую повинность. Потеря двух батальонов в Гонконге потрясла канадскую общественность, которая требовала от Канады приложить больше усилий для победы в войне. Нападки Артура Мигена на Кинга начали находить отклик, и в январе 1942 года Миген ушел в отставку из Сената, чтобы баллотироваться в Палату общин на дополнительных выборах в округе Йорк-Саут провинции Онтарио, при поддержке либерального премьера Онтарио Митчелла Хепберна и "Комитета 200", представлявшего 200 наиболее влиятельных граждан Торонто. Либералы не выставили кандидата в связи с соглашением о том, что лидер оппозиции должен иметь возможность пройти в Палату общин, однако молчаливую поддержку оказали кандидату от CCF Джозефу В. Нозуорти. Историк Фрэнк Андерхилл, обычно работавший с либералами, писал речи Нозуорти. Поскольку остроязычный и напористый Миген обычно одерживал верх над Кингом в дебатах, премьер-министр опасался возвращения своего заклятого врага в Палату общин и попытался лишить Мигена его ключевого вопроса, объявив о проведении референдума для освобождения его от обещания, данного в сентябре 1939 года, о том, что заморская воинская повинность не будет введена. В конечном итоге Артур Миген потерпел поражение от Нозуорти на дополнительных выборах 9 февраля 1942 года. В "неофициальном" интервью двум журналистам из "Winnipeg Free Press" в феврале 1942 года Кинг заявил, что целью канадского экспедиционного корпуса, проходившего обучение в Великобритании, является лишь защита Великобритании в случае немецкого вторжения, и что он не будет отправлять пять дивизий экспедиционного корпуса на Ближний Восток, как просили британцы. 28 февраля 1942 года Кинг сказал Гранту Декстеру из "The Winnipeg Free Press", что целью канадской армии в Британии является "защита сердца Империи", и раскритиковал Ралстона за его заявление в Палате общин о том, что он хочет "создать мощную ударную группировку в Британии, поскольку в конечном итоге мы будем использовать Британию в качестве плацдарма для нашего наступления на континенте". Кинг сказал Декстеру, что "проблема была в Ралстоне и генеральном штабе. Ралстон поддерживал генералов и боролся за них перед кабинетом". Кинг выразил мнение, что на Ралстона слишком легко влияют генералы, и что "генералы почти всегда ошибаются". В том же интервью Кинг заявил о своей уверенности в том, что японцы вторгнутся в Британскую Колумбию "как только японцы смогут собрать достаточно людей и материалов". В начале 1942 года успехи японцев на Тихоокеанском театре военных действий привели к широко распространенным опасениям по поводу их вторжения в Британскую Колумбию. Однако, хотя японцы и планировали аннексировать провинцию после победы в войне, весной 1942 года они были в основном заняты планами вторжения в Австралию и Гавайи, а также продолжающейся войной с Китаем. В ответ на расистскую истерию о том, что японские канадцы являются "пятой колонной", лояльной Японии, которая вскоре начнет террористические кампании против белых, правительство Кинга подвергло интернированию всех японских канадцев. Это произошло, несмотря на доклады RCMP правительству о том, что интернирование не требуется и что большинство японских канадцев лояльны Канаде. Те же опасения по поводу японского вторжения побудили Кинга создать две дивизии, 6-ю и 8-ю, состоящие в основном из "зомби", для охраны тихоокеанского побережья. Еще одна дивизия "зомби", 7-я, была создана для охраны атлантического побережья от немецкого вторжения, просто чтобы показать, что правительство не безразлично к морским провинциям, хотя военные советовали правительству, что опасность японского вторжения невелика, а немецкого – еще меньше. 27 апреля 1942 года был проведен плебисцит по вопросу: "Поддерживаете ли вы освобождение правительства от каких-либо обязательств, вытекающих из прошлых соглашений, ограничивающих методы набора военнослужащих?". В Квебеке была основана Лига по защите Канады для проведения кампании за ответ "Нет" под лозунгом "Jamais, jamais a dit M. Lapointe" (Никогда, никогда, как сказал г-н Лапуант), ссылаясь на квебекского представителя Кинга, Эрнеста Лапуанта, который умер от рака в ноябре 1941 года и яростно выступал против отправки "зомби" за границу. Лига по защите Канады объединила весь спектр политических взглядов в Квебеке; некоторые из ее наиболее эффективных ораторов были Андре Лаурендо, Анри Бурасса, Жан Драпо и молодой Пьер Трудо. Лига по защите Канады заявляла, что выражает мнение всей Канады в противодействии воинской повинности, но ее националистическое послание, ориентированное на франкоязычных канадцев, не находило отклика за пределами Квебека. Отражая квазифашистское настроение националистической интеллигенции Квебека, ораторы Лиги часто выражали одобрение Вишистской Франции, приводя ее "Национальную революцию" в качестве модели для Квебека, и проявляли "тревожную антисемитскую тенденцию". Одно из митингов Лиги в Монреале закончилось тем, что ораторы обвиняли еврейское сообщество Канады в втягивании страны в войну с нацистской Германией, которая не касалась франкоязычных канадцев. Событие чуть не выродилось в погром, когда участники избивали евреев на улицах Монреаля и разбивали витрины еврейских магазинов; только оперативное вмешательство полиции Монреаля положило конец насилию. Плебисцит был поддержан большинством англоязычных канадцев, а также запрещенной Коммунистической партией Канады, которая создала "Комитеты "Да" Тима Бака для проведения кампании за положительный результат. По всей Канаде 64,5% проголосовали за воинскую повинность, в том числе 83% англоязычных канадцев. Предложение практически не получило поддержки со стороны франкоязычных канадцев, особенно в Квебеке, где антивоенные группы (включая группу, возглавляемую Анри Бурасса, самым ярым противником воинской повинности в 1917 году) убедили 72,9% избирателей проголосовать против плебисцита. Помимо Квебека, шесть округов, в основном франкоязычных, в Нью-Брансуике и Онтарио также проголосовали "Нет", как и несколько округов, где преобладали немецкоязычные и украиноязычные жители, включая Вегревиль (Альберта) и Ростерн (Саскачеван). Кинг, ожидавшей, что все девять провинций проголосуют "Да", был потрясен результатом голосования в Квебеке и объяснил, что отныне его политика будет заключаться в "Не обязательно воинская повинность, но воинская повинность, если потребуется". Затем правительство приняло законопроект 80, отменяющий разделы NRMA, которые не позволяли проводить заморскую воинскую повинность. Законопроект 80 был принят Палатой общин 158 голосами против 58. Однако многие канадцы все еще не поддерживали немедленную воинскую повинность; в Монреале произошли несколько беспорядков, хотя они не были такими масштабными, как беспорядки 1917 и 1918 годов. После плебисцита министр общественных работ Пьер-Жозеф Артур Карден покинул кабинет Кинга в знак протеста против возможности отправки "зомби" за границу. Ряд других либеральных депутатов из Квебека также покинули партию в 1942 году из-за вопроса о воинской повинности, многие из которых присоединились к Bloc populaire canadien, когда он был сформирован осенью того же года для проведения кампании против правительства. Министр обороны, полковник Джеймс Ралстон, подал в отставку в знак протеста против нежелания Кинга отправлять "зомби" за границу, но Кинг отказался принять его отставку.

By 1941, there were enough Canadian volunteers to form five overseas divisions. The Conservatives were pressuring King to advise the Governor General to introduce overseas conscription. The loss of the two battalions in Hong Kong had shocked the Canadian public, which demanded that Canada do more to win the war. Arthur Meighen's attacks on King started to resonate, and in January 1942, Meighen resigned his Senate seat to enter the House of Commons via a by election in the York South riding of Ontario, backed by anti King Liberal Premier of Ontario Mitchell Hepburn and a "Committee of 200" representing 200 of Toronto's most influential citizens. The Liberals did not run a candidate due to a convention that the Leader of the Opposition be permitted entry to the House, however, tacit support was given to CCF candidate Joseph W. Noseworthy. Historian Frank Underhill, who normally worked for the Liberals, wrote Noseworthy's speeches. As the acerbic, sharp tongued Meighen tended to get the better of King in debates, the Prime Minister feared his archenemy's return to the Commons, and attempted to rob Meighen of his signature issue by announcing a referendum to release him from his September 1939 promise that there would be no overseas conscription. Arthur Meighen was ultimately defeated by Noseworthy in the February 9, 1942 by election. In an "off the record" interview with two journalists from the Winnipeg Free Press in February 1942, King said that the purpose of the Canadian expeditionary force then training in the United Kingdom was only to defend Britain in the event of a German invasion, and that he would not be sending the five expeditionary force divisions to the Middle East, as the British were requesting. King told Grant Dexter of The Winnipeg Free Press on 28 February 1942 that the purpose of the Canadian Army in Britain was "to defend the heart of the Empire", and criticized Ralston for saying in the House of Commons that he wanted "to build up a strong striking force in Britain because we would ultimately use Britain as the springboard for our thrust on the continent". King told Dexter that "the trouble was with Ralston and the general staff. Ralston stood up for the generals, fought the cabinet on their behalf". King expressed the view that Ralston was too easily influenced by the generals and that "Generals are almost invariably wrong". In the same interview, King stated his belief that Japanese would invade British Columbia "just as soon as the Japs could muster the men and material". In early 1942, Japanese successes in the Asia Pacific theatre had led to widespread fears of their invading British Columbia. But while the Japanese did plan to annex the province once the war was won, in the spring of 1942 they were largely preoccupied with plans for the invasion of Australia and Hawaii, and the continuing war with China. Responding to racist hysteria that Japanese Canadians were a fifth column loyal to Japan who would soon wage terrorist campaigns against whites, the King government interned all Japanese Canadians. This was despite RCMP reports to the government that there was no need for internment, and that most Japanese Canadians were loyal to Canada. The same fears of a Japanese invasion led King to create two divisions, the 6th and the 8th, largely composed of Zombies, to guard the Pacific coast. Another Zombie division, the 7th, was created to guard the Atlantic coast against a German invasion, just to show that the government was not indifferent to the Maritime provinces, through the military had advised the government there was little danger of a Japanese invasion and even less of a German one. On 27 April 1942, a plebiscite was held on the question, "Are you in favour of releasing the Government from any obligations arising out of any past commitments restricting the methods of raising men for military service?" In Quebec, the Ligue pour la Défense du Canada was founded to campaign for the "No" side under the slogan Jamais, Jamais a dit M. Lapointe, a reference to King's Quebec lieutenant, Ernest Lapointe, who had died of cancer in November 1941 and was fiercely opposed to sending the Zombies overseas. The Ligue pour la Défense du Canada united the entire spectrum of political opinion in Quebec; some of its most effective speakers were André Laurendeau, Henri Bourassa, Jean Drapeau and a young Pierre Trudeau. La Ligue pour la Défense du Canada professed to speak for all of Canada in opposing conscription, but its French Canadian nationalist message had little appeal outside of French Canada. Reflecting the quasi fascist mood of the nationalist intelligentsia of Quebec, speakers for the League often expressed approval of Vichy France, citing its Révolution nationale as a model for Quebec, and expressed a "disturbing anti Semitic tendency". One rally for the League in Montreal ended with speakers blaming Canada's Jewish community for dragging the country into a war with Nazi Germany that did not concern French Canadians. The event almost degenerated into a pogrom, with attendees beating up Jews on the streets of Montreal and smashing windows of Jewish shops; only the prompt intervention of the Montreal police put an end to the violence. The plebiscite was supported by most English Canadians as well as the banned Communist Party of Canada, which established Tim Buck "Yes" Committees to campaign for a yes vote. Across Canada, 64.5% voted in favour of conscription, including 83% of English Canadians. The proposal hardly received any support from French Canadians, especially in Quebec, where anti conscription groups (including one led by Henri Bourassa, the most vocal opponent of conscription in 1917) convinced 72.9% of voters to oppose the plebiscite. In addition to Quebec, six largely French Canadian ridings in New Brunswick and Ontario also voted "No", as did several German speaking and Ukrainian speaking ridings, including Vegreville, Alberta, and Rosthern, Saskatchewan. King, who had expected all nine provinces to vote yes, was shocked by Quebec's "No" vote, and explained that henceforward his policy would be "Not necessarily conscription, but conscription if necessary". The government then passed Bill 80, repealing the sections of the NRMA that did not allow for overseas conscription. Bill 80 passed the House of Commons by 158 votes to 58. However, many Canadians still did not support immediate conscription; there were a few riots in Montreal, though these were not on the same scale as the 1917 and 1918 riots. Following the plebiscite, Public Works Minister Pierre Joseph Arthur Cardin quit the King cabinet to protest the possibility that the "Zombies" might be sent overseas. A number of other Quebec Liberal MPs also left the party in 1942 over the conscription issue, many of whom joined the Bloc populaire canadien when it was formed that fall to campaign against the government. The Defence Minister, Colonel James Ralston, resigned in protest over King's unwillingness to send the Zombies overseas, but King refused to accept his resignation.

Алеутские острова и итальянские походы

В своем рождественском обращении в 1942 году бывший премьер-министр от Консервативной партии Р.Б. Беннетт саркастически заметил, что это уже четвертое Рождество подряд, когда канадская армия бездействует в Британии, и что единственными сухопутными сражениями, в которых Канада участвовала к тому времени, были Гонконг и Диппе, оба завершившиеся поражением. Во время учений "Спартан" в марте 1943 года генерал Эндрю Макнотон, командующий Первой канадской армией, потерпел сокрушительное поражение и был признан неспособным командовать армией в полевых условиях. Судьи учений критиковали Макнотона за то, что он покинул свой штаб, чтобы контролировать строительство моста, в то время как его линии снабжения оказались в огромной пробке. После учений "Спартан" британцы настоятельно потребовали от канадцев отстранить Макнотона до того, как он сможет привести Первую канадскую армию к реальному поражению в бою. Кинг стремился удержать канадские войска от участия в боевых действиях, чтобы избежать потерь, которые могли бы потребовать сложного решения о призыве на военную службу за границей, но весной 1943 года, когда союзники явно выигрывали войну, он охватил страх, что война может закончиться без единого сухопутного сражения, выигранного Канадой, что несомненно повредит либералам на послевоенных выборах. Поэтому Кинг приказал включить 1-ю канадскую пехотную дивизию, отправленную в Британию в 1939 году, в операцию "Хаски" – высадку союзников на Сицилии. Генерал Макнотон не хотел, чтобы дивизию отняли у него, но ему пообещали, что 1-я дивизия вернется в Британию после взятия Сицилии. 13-я бригада, из одной из трех дивизий "домашней обороны" в Канаде, была отправлена в кампанию на Алеутские острова в 1943 году (острова технически являлись частью североамериканской территории, поэтому развертывание там не считалось "заморским"). К тому времени на побережье Британской Колумбии от возможного японского вторжения несли службу 34 000 солдат, в основном "зомби", и чтобы развеять критику о том, что такую огромную силу можно было бы более эффективно использовать в Европе, Кинг хотел, чтобы "зомби" приняли участие в боевых действиях. Помимо офицеров и сержантов, эти дивизии в Британской Колумбии состояли в основном из призывников, и перед отправкой отмечались случаи дезертирства. Канадским призывникам, развернутым в кампании на Алеутских островах, выдавались американские шлемы. Когда 13-я бригада высадилась на Киске 15 августа 1943 года, канадцы обнаружили, что японцы уже покинули остров, который был совершенно пуст. Единственной борьбой, с которой столкнулась 13-я бригада во время шестимесячного пребывания на Киске, был спор с налоговыми инспекторами о том, находятся ли они за границей или нет, поскольку в первом случае они освобождались от уплаты налогов. Военнослужащие использовали тот факт, что они находятся к западу от Международной линии смены дат, чтобы утверждать, что фактически находятся в Азии, что означало их развертывание за границей. Налоговая служба победила. Веря в неоднократные заявления Уинстона Черчилля о том, что Италия является "мягким брюшком Европы" и что итальянская кампания будет легкой, Кинг решил осенью 1943 года оставить 1-ю дивизию, действующую в составе британской Восьмой армии, в итальянской кампании и отправить ее на материковую Италию. Кинг также решил отправить туда 5-ю канадскую бронетанковую дивизию и 1-ю канадскую бронетанковую бригаду, где они сформировали I Канадский корпус в составе Восьмой армии. Несмотря на обещания Черчилля и надежды Кинга, Италия оказалась далека от "мягкого брюшка". Горы Италии благоприятствовали оборонительным операциям, и немецкие войска умело использовали их для ведения упорной оборонительной кампании, которая нанесла союзникам тяжелые потери. Макнотон, со своей стороны, решительно протестовал против передачи I Канадского корпуса Восьмой армии, предпочитая держать I и II Канадские корпуса вместе в составе Первой канадской армии и все более яростно высказывался по этому вопросу. Министр обороны Ралстон отстранил Макнотона от должности в декабре 1943 года по надуманному поводу плохого здоровья; историк Десмонд Мортон отметил, что Макнотон выглядел очень здоровым, когда вернулся в Канаду в конце того же месяца.

In his Christmas broadcast in 1942, former Conservative Prime Minister R. B. Bennett sarcastically noted that this was the fourth Christmas in a row that the Canadian Army was sitting in Britain doing nothing, and that the only land battles that Canada had fought to date were Hong Kong and Dieppe, both of which were defeats. During the Operation Spartan wargame in March 1943, General Andrew McNaughton, commanding the First Canadian Army, had been badly defeated and was judged unfit to command an army in the field. The wargame umpires criticized McNaughton for leaving his headquarters to supervise the building of a bridge while his supply lines were caught up in a huge traffic jam. After Operation Spartan, the British strongly pressured the Canadians to remove McNaughton before he could lead the First Canadian Army into a real defeat in a battle. King had tried to keep the Canadian military out of action to avoid casualties that might require a difficult decision on overseas conscription, but in the spring of 1943, with the Allies clearly winning the war, he was seized with the fear that the war might end with Canada winning no battles on land, something certain to hurt the Liberals in post war elections. Accordingly, King ordered that the 1st Canadian Infantry Division, which had been sent to Britain in 1939, be included in Operation Husky, the Allied invasion of Sicily. General McNaughton was not keen on having a division being taken from his command, but was promised that 1st Division would return to Britain after Sicily was taken. The 13th brigade, from one of the three "home defence" divisions in Canada, was sent to the Aleutian Islands Campaign in 1943 (the islands were technically North American soil and thus deployment there was not considered "overseas"). By this time, there were 34,000 soldiers, mostly Zombies, guarding the coast of British Columbia against possible Japanese invasion, and to dispel criticism that such a huge force could be more profitably deployed to Europe, King wanted the Zombies to see action. Other than officers and NCOs, these divisions in British Columbia were made up largely of conscripts, and desertions were noted before embarkation. Canadian conscripts deployed in the Aleutian Islands Campaign were pointedly issued American helmets. When the 13th Brigade landed on Kiska on 15 August 1943, the Canadians discovered that the Japanese had already left, and the island was empty. The only struggle the 13th Brigade had to face during its six month stay on Kiska was a fight with taxmen over the question of whether they were overseas or not, as the former meant exemption from paying taxes. Servicemembers used the fact that they were west of the International Date Line to argue that they were in fact in Asia, making them deployed overseas. The Revenue department won. Believing in Winston Churchill's repeated statements that Italy was the "soft underbelly of Europe" and that the Italian campaign would be easy, King decided in the fall of 1943 to keep the 1st Division, now operating as part of the British Eighth Army, in the Italian campaign and send it to mainland Italy. King also decided to send the 5th Canadian Armoured Division and 1st Canadian Armoured Brigade there, where they formed the I Canadian Corps of the Eighth Army. Despite Churchill's promises and King's hopes, Italy proved to be anything but a "soft underbelly". The mountains in Italy favoured defensive operations, and the German military made expert use of them to mount a bitter defensive campaign that took a heavy toll on the Allies. McNaughton, for his part, had strongly protested against losing the I Canadian Corps to the Eighth Army, greatly preferring to keep the I and II Canadian corps together in the First Canadian Army, and made increasingly furious remarks on the issue. Defence Minister Ralston had McNaughton removed on the spurious grounds of ill health in December 1943; historian Desmond Morton noted that McNaughton appeared very healthy when he returned to Canada later that month.

Послекризисный сценарий

На федеральных выборах 11 июня 1945 года лидер прогрессивных консерваторов Джон Брэкен предложил призыв на военную службу для операции "Падение", запланированного вторжения в Японию, что серьезно подорвало его шансы. В отличие от него, Маккензи Кинг пообещал отправить одну дивизию, 6-ю, укомплектованную ветеранами, желающими продолжить сражаться в Японии. Кинг с легкостью выиграл выборы, поскольку канадское общественное мнение не поддерживало призыв на военную службу в кампании, которая грозила большими потерями. Вторжение в Японию, запланированное в два этапа на конец 1945 и начало 1946 года, ожидалось как кровопролитная операция; битвы за Иво-Джиму и Окинаву рассматривались как "генеральная репетиция" вторжения. Более того, предполагалось, что вторжение займет как минимум год, а то и больше. Маккензи Кинг оказался в сложном положении между своим обещанием Соединенным Штатам о полной поддержке запланированного вторжения в Японию и обещанием, что в нем будут участвовать только добровольцы. Неожиданный инцидент на море, казалось, предвещал надвигающийся кризис: экипаж крейсера Королевского канадского флота HMCS Uganda, действовавшего у берегов Японии, заявил, что добровольно вступил в строй для борьбы с Германией и не желает участвовать в боевых действиях против Японии. Это вынудило Королевский канадский флот, к своему стыду, отправить "Уганду" домой летом 1945 года. Через несколько дней, 6 августа 1945 года, на Хиросиму была сброшена атомная бомба, а еще через три дня – на Нагасаки. 14 августа император Хирохито обратился к своим подданным по радио с просьбой "вынести невыносимое" (то есть капитулировать). Решение японцев капитулировать вместо того, чтобы сражаться до последнего, как широко ожидалось, избавило Маккензи Кинга от надвигающегося нового кризиса, связанного с призывом.