Введение
Французский джазовый пианист Мишель Петруччани (Michel Petrucciani; 28 декабря 1962 года – 6 января 1999 года) вырос в музыкальной семье. Его отец, Тони, играл на гитаре, брат Луи – на басу, а брат Филипп также играет на гитаре. Мишель родился с несовершенным остеогенезом – генетическим заболеванием, вызывающим хрупкость костей и, в его случае, низкий рост. Оно часто сопровождается заболеваниями легких. До подросткового возраста его кости сломались более 100 раз, и он всю жизнь страдал от боли. «У меня всегда болит. Я привык к боли в руках», – говорил он. В начале карьеры Мишеля его отец и брат иногда носили его, так как он не мог долго ходить самостоятельно. В определенном смысле он считал свою инвалидность преимуществом, поскольку она избавляла его от отвлекающих факторов, таких как спорт, которым увлекались другие мальчики. И он намекал, что инвалидность помогла ему и в других аспектах жизни. Он говорил: «Иногда мне кажется, что кто-то там, наверху, спас меня от обыденности». Вскоре после этого отец Мишеля купил ему настоящее пианино. Петруччани с самого начала проявлял музыкальность – по слухам, он напевал соло Уэса Монтгомери еще до того, как научился говорить. Он начал учиться играть на классическом фортепиано в четыре года, а к девяти годам уже музицировал с семьей. Наибольшее влияние на Петруччани оказал Билл Эванс, которого он начал слушать примерно в десять лет. Слоистые гармонии, лирический стиль и мелодичность исполнения Петруччани всегда тесно связывались с этим ранним влиянием Эванса.
Michel Petrucciani (miʃɛl petʁutʃani; petrutˈtʃaːni; 28 December 1962 – 6 January 1999) with a musical background. His father Tony played guitar, his brother Louis played bass, and his brother Philippe also plays the guitar. Michel was born with osteogenesis imperfecta, which is a genetic disease that causes brittle bones and, in his case, short stature. It is also often linked to pulmonary ailments. The disease caused his bones to fracture over 100 times before he reached adolescence and kept him in pain throughout his entire life. "I have pain all the time. I'm used to having hurt arms," he said. In Michel's early career, his father and brother occasionally carried him because he could not walk far on his own unaided. In certain respects he considered his disability an advantage, as he got rid of distractions like sports that other boys tended to become involved in. And he hints that his disability was helpful in other parts of his life. He said: "Sometimes I think someone upstairs saved me from being ordinary." Soon after this, Michel's father bought him a real piano. From the beginning, Petrucciani had always been musical, reportedly humming Wes Montgomery solos by the time he learned to speak. He began learning classical piano at the age of four, and was making music with his family by the age of nine. The musician who would prove most influential to Petrucciani was Bill Evans, to whom he began listening at around the age of ten. Petrucciani's layered harmonies, lyrical style, and articulation of melody have always been linked most strongly to this early exposure to Evans.
Музыкальная карьера в Париже
Первый профессиональный концерт Петруччани дал в возрасте 13 лет. В этот период жизни он был еще довольно хрупким, и его приходилось носить к пианино и обратно. Его руки были среднего размера, но из-за небольшого роста ему требовалась помощь, чтобы дотянуться до педалей. Петруччани чувствовал необходимость поехать в Париж, чтобы начать свою музыкальную карьеру, но ему было трудно покинуть дом. Его отец был очень заботливым, постоянно беспокоился о благополучии сына и не хотел подвергать его опасности. Барабанщик Петруччани, Алдо Романо, говорил об отце Мишеля: «[Он] был идиотом. Он никому не доверял. Он хотел, чтобы Петруччани остался его партнером, чтобы они играли вместе. Он был очень ревнив. Поэтому мне пришлось бороться, чтобы забрать его в Париж, потому что его отец не хотел этого, он хотел держать его, словно запертого зверя». Турне Петруччани и Ллойда по западному побережью США имело огромный успех, и они продолжили гастролировать по всему миру. 22 февраля 1985 года, держа Петруччани на руках, Ллойд вышел на сцену в Town Hall в Нью-Йорке и усадил его за фортепиано для вечера, который вошел в историю джаза: съемки фильма «Одна ночь с Blue Note». Режиссер фильма, Джон Чарльз Джопсон, позже вспоминал в переизданных примечаниях к фильму, что этот момент тронул его до слез. Выступление Петруччани и Ллойда на джазовом фестивале в Монтрё было выпущено в виде альбома, а в 1982 году они получили Prix d'Excellence 1982 года. Он также играл с разными музыкантами на американской джазовой сцене, включая Диззи Гиллеспи. Но он уделял особое внимание записи сольных фортепианных пьес. Он говорил: «Я действительно верю, что пианист не может считаться полноценным, пока не научится играть в одиночку. Я начал давать сольные концерты в феврале 1993 года, попросив своего агента отменить все выступления с трио на год, чтобы играть только сольные рецитали. Я прекрасно проводил время, играя один, открывая для себя фортепиано и усердно занимаясь каждую ночь. Я чувствовал, что узнаю много нового об инструменте и о том, как напрямую общаться с публикой. Это был невероятный опыт. Мне очень нравилось это делать, а потом снова выходить на сцену с группой и играть с другими музыкантами было очень легко!»
Личная жизнь
У него было пять значительных личных отношений: Эрлинда Монтано (брак), Эужениа Моррисон, Мари Лоре Роперш, итальянская пианистка Гильда Бутта (брак продлился три месяца и закончился разводом) и Изабелла Майле (с которой он разделяет могилу). С Мари Лоре у него родился сын, Александр, который унаследовал его генетическое заболевание. У него также был пасынок по имени Рашид Роперш. В 1994 году он был удостоен ордена Почётного легиона в Париже. В конце 1990-х годов жизнь Петруччани становилась всё более изнурительной. Он давал более 100 концертов в год, а в 1998 году, за год до смерти, – 140. Он ослабел настолько, что не мог пользоваться костылями и был вынужден перейти на инвалидное кресло. Его последний менеджер говорил: "Он слишком много работал – не только записывался и давал концерты, но постоянно появлялся на телевидении и давал интервью. Он переутомился, и это было видно. Он гнал себя". В последние годы жизни Петруччани был известен тем, что злоупотреблял алкоголем.
Личность и музыкальный стиль
Остеогенез несовершенный, по всей видимости, сильно повлиял как на личность Петруччани, так и на его манеру игры. По его словам, он почти непрерывно страдал от физической боли.
Дань уважения
Мозаика фортепиано работы Эдуарда Детмера в его честь была установлена на площади Мишеля Петруччани в 18-м округе Парижа. Мишель записал фортепианное соло на композицию "Why Do You Do Things Like That?" для альбома "On the Edge" Патрика Рондата, который вышел в год смерти Петруччани. Патрик Рондат посвятил этот альбом памяти Петруччани. Песня "Waltz For Michel Petrucciani" финского джазового трио Töykeät с альбома Kudos посвящена ему. Альбом Кристиана Якоба "Contradictions" содержит его интерпретацию одиннадцати композиций Петруччани в качестве своеобразной дани уважения. "Simply Marvellous (Celebrating the Music of Michel Petrucciani)" – джазовый альбом, выпущенный в 2012 году Томмазо Стараче, в котором представлены девять наиболее известных композиций Петруччани. Композиция "To Mike P." итальянского джазового пианиста Нико Марзильяно посвящена ему.