Введение

Французский джазовый пианист Мишель Петруччани (Michel Petrucciani; 28 декабря 1962 года – 6 января 1999 года) вырос в музыкальной семье. Его отец, Тони, играл на гитаре, брат Луи – на басу, а брат Филипп также играет на гитаре. Мишель родился с несовершенным остеогенезом – генетическим заболеванием, вызывающим хрупкость костей и, в его случае, низкий рост. Оно часто сопровождается заболеваниями легких. До подросткового возраста его кости сломались более 100 раз, и он всю жизнь страдал от боли. «У меня всегда болит. Я привык к боли в руках», – говорил он. В начале карьеры Мишеля его отец и брат иногда носили его, так как он не мог долго ходить самостоятельно. В определенном смысле он считал свою инвалидность преимуществом, поскольку она избавляла его от отвлекающих факторов, таких как спорт, которым увлекались другие мальчики. И он намекал, что инвалидность помогла ему и в других аспектах жизни. Он говорил: «Иногда мне кажется, что кто-то там, наверху, спас меня от обыденности». Вскоре после этого отец Мишеля купил ему настоящее пианино. Петруччани с самого начала проявлял музыкальность – по слухам, он напевал соло Уэса Монтгомери еще до того, как научился говорить. Он начал учиться играть на классическом фортепиано в четыре года, а к девяти годам уже музицировал с семьей. Наибольшее влияние на Петруччани оказал Билл Эванс, которого он начал слушать примерно в десять лет. Слоистые гармонии, лирический стиль и мелодичность исполнения Петруччани всегда тесно связывались с этим ранним влиянием Эванса.

Музыкальная карьера в Париже

Первый профессиональный концерт Петруччани дал в возрасте 13 лет. В этот период жизни он был еще довольно хрупким, и его приходилось носить к пианино и обратно. Его руки были среднего размера, но из-за небольшого роста ему требовалась помощь, чтобы дотянуться до педалей. Петруччани чувствовал необходимость поехать в Париж, чтобы начать свою музыкальную карьеру, но ему было трудно покинуть дом. Его отец был очень заботливым, постоянно беспокоился о благополучии сына и не хотел подвергать его опасности. Барабанщик Петруччани, Алдо Романо, говорил об отце Мишеля: «[Он] был идиотом. Он никому не доверял. Он хотел, чтобы Петруччани остался его партнером, чтобы они играли вместе. Он был очень ревнив. Поэтому мне пришлось бороться, чтобы забрать его в Париж, потому что его отец не хотел этого, он хотел держать его, словно запертого зверя». Турне Петруччани и Ллойда по западному побережью США имело огромный успех, и они продолжили гастролировать по всему миру. 22 февраля 1985 года, держа Петруччани на руках, Ллойд вышел на сцену в Town Hall в Нью-Йорке и усадил его за фортепиано для вечера, который вошел в историю джаза: съемки фильма «Одна ночь с Blue Note». Режиссер фильма, Джон Чарльз Джопсон, позже вспоминал в переизданных примечаниях к фильму, что этот момент тронул его до слез. Выступление Петруччани и Ллойда на джазовом фестивале в Монтрё было выпущено в виде альбома, а в 1982 году они получили Prix d'Excellence 1982 года. Он также играл с разными музыкантами на американской джазовой сцене, включая Диззи Гиллеспи. Но он уделял особое внимание записи сольных фортепианных пьес. Он говорил: «Я действительно верю, что пианист не может считаться полноценным, пока не научится играть в одиночку. Я начал давать сольные концерты в феврале 1993 года, попросив своего агента отменить все выступления с трио на год, чтобы играть только сольные рецитали. Я прекрасно проводил время, играя один, открывая для себя фортепиано и усердно занимаясь каждую ночь. Я чувствовал, что узнаю много нового об инструменте и о том, как напрямую общаться с публикой. Это был невероятный опыт. Мне очень нравилось это делать, а потом снова выходить на сцену с группой и играть с другими музыкантами было очень легко!»

Личная жизнь

У него было пять значительных личных отношений: Эрлинда Монтано (брак), Эужениа Моррисон, Мари Лоре Роперш, итальянская пианистка Гильда Бутта (брак продлился три месяца и закончился разводом) и Изабелла Майле (с которой он разделяет могилу). С Мари Лоре у него родился сын, Александр, который унаследовал его генетическое заболевание. У него также был пасынок по имени Рашид Роперш. В 1994 году он был удостоен ордена Почётного легиона в Париже. В конце 1990-х годов жизнь Петруччани становилась всё более изнурительной. Он давал более 100 концертов в год, а в 1998 году, за год до смерти, – 140. Он ослабел настолько, что не мог пользоваться костылями и был вынужден перейти на инвалидное кресло. Его последний менеджер говорил: "Он слишком много работал – не только записывался и давал концерты, но постоянно появлялся на телевидении и давал интервью. Он переутомился, и это было видно. Он гнал себя". В последние годы жизни Петруччани был известен тем, что злоупотреблял алкоголем.

Личность и музыкальный стиль

Остеогенез несовершенный, по всей видимости, сильно повлиял как на личность Петруччани, так и на его манеру игры. По его словам, он почти непрерывно страдал от физической боли.

Дань уважения

Мозаика фортепиано работы Эдуарда Детмера в его честь была установлена на площади Мишеля Петруччани в 18-м округе Парижа. Мишель записал фортепианное соло на композицию "Why Do You Do Things Like That?" для альбома "On the Edge" Патрика Рондата, который вышел в год смерти Петруччани. Патрик Рондат посвятил этот альбом памяти Петруччани. Песня "Waltz For Michel Petrucciani" финского джазового трио Töykeät с альбома Kudos посвящена ему. Альбом Кристиана Якоба "Contradictions" содержит его интерпретацию одиннадцати композиций Петруччани в качестве своеобразной дани уважения. "Simply Marvellous (Celebrating the Music of Michel Petrucciani)" – джазовый альбом, выпущенный в 2012 году Томмазо Стараче, в котором представлены девять наиболее известных композиций Петруччани. Композиция "To Mike P." итальянского джазового пианиста Нико Марзильяно посвящена ему.