Тран Ле Сюань: Первая леди Южного Вьетнама и её судьба.

Введение

Первая леди Южного Вьетнама с 1955 по 1963 год.

Известная своими резкими и разжигающими ненависть высказываниями, в которых она осуждала антиправительственные протесты некоторых буддийских сект, а также сильное влияние и присутствие США в стране, она ушла в изгнание во Франции после убийства её мужа и её брата, Диема, в 1963 году.

Ранние годы

Трэн Лэ Сюань, чье имя означает «красота весны», родилась в 1924 году в богатой аристократической семье в Ханое, Французском Индокитае, который тогда был частью Французской колониальной империи. Ее дед по отцовской линии был близок к французской колониальной администрации, а отец, Трэн Ван Чыонг, учился праву во Франции. Он также служил первым секретарем иностранных дел Индокитая во время японской оккупации. Ее мать, Тхан Тхи Нам Тран, была внучкой императора Донг Кханя и двоюродной сестрой императора Бао Дая. Семья Трэн находилась под наблюдением французской полиции, которая сомневалась в их лояльности Франции. Господина Чыонга пренебрежительно называли «маленьким карликом», находящимся под контролем жены, а мадам Чыонг, описываемая как «красивая и очень интригующая женщина, направляющая своего мужа», была известна «своими неукротимыми амбициями и связями, основанными на интимных отношениях с влиятельными людьми любой национальности». Французская тайная полиция (Sûreté) обвинила мадам Чыонг в связях с японскими дипломатами, что, по их мнению, и привело к найму ее мужа. Образование Лэ Сюань в лицее Альбер Сарро, престижной французской школе в Ханое, велось исключительно на французском языке. Она помнила, как в школе изучала французскую историю, но ничего не знала о вьетнамской, и пела песни о лесах и горах Франции. Позже она осознала, что целью ее образования было искоренение любой вьетнамской идентичности и превращение ее в настоящую француженку. В юности она приобрела репутацию сорванца, любившего балет и фортепиано, и однажды выступила с сольным танцем в Национальном театре Ханоя. У нее была старшая сестра Трэн Лэ Чи (вышла замуж за француза Этьена Оггери и сменила имя на Лечи Оггери) и младший брат Трэн Ван Хием. Как и многие другие вьетнамцы, Лэ Сюань убедилась, что, как бы сильно она ни старалась стать француженкой, французы признавали французами только белых. Став взрослой, ее мать познакомила ее с рядом подходящих женихов, но она настояла на Нху. Он был старше ее на четырнадцать лет и, в соответствии с вьетнамским обычаем, называл ее «маленькой племянницей». В соответствии с вьетнамской традицией, они поженились через три года после помолвки в 1940 году. В мае 1943 года, в возрасте 18 лет, она вышла замуж за Нху и перешла из махаянского буддизма в римско-католическую веру, исповедуемую ее мужем. Позже мадам Нху призналась, что вышла замуж за Нху, чтобы вырваться из-под опеки семьи, сказав: «У меня никогда не было всепоглощающей любви. Я читала об этом в книгах, но не верю, что это действительно существует. Или, возможно, это доступно лишь немногим». Нху и другой брат, Нго Динь Кхан, были вынуждены бежать. Ее, ее свекровь и ее старшая дочь, тогда еще младенец, были захвачены в плен. Виетминь, посчитав, что ее пианино – это радио для связи с французскими колонизаторами, взорвали его и сослали ее в отдаленную деревню на четыре месяца, где она выживала на две миски риса в день. В эти годы Нху создавал тайную политическую партию под названием Кан Лао (Партия персоналистского труда), основанную на католической философии персонализма (люди – это личности, а не индивидуумы). Мадам Нху позже вспоминала: «Я большую часть времени была одна. Мой муж просто исчезал, не говоря ни слова». Чтобы продвинуть карьеру мужа, мадам Нху подружилась со своим кузеном, императором Бао Даем.

Trần Lệ Xuân, whose given name means "Spring's Beauty," was born in 1924 into a wealthy aristocratic family in Hanoi, French Indochina, then part of the French colonial empire. Her paternal grandfather was close to the French colonial administration, while her father, Trần Văn Chương, studied law in France Her father also served as the first foreign secretary for Indochina under Japanese occupation. Her mother, Thân Thị Nam Trân, was a granddaughter of Emperor Đồng Khánh and a cousin of Emperor Bảo Đại. The Trầns were under observation by the French police who doubted their loyalty to France, with M. Chương dismissed as a "little runt" controlled by his wife, while Madame Chương, described as "beautiful and very intriguing the one who directs her husband," was known for "her dogged ambition as for her coucheries utilitaires—sleeping around with people of influence from any and all nationalities." Madame Chuong was accused by the French secret police (French Sûreté) of sleeping with Japanese diplomats so her husband was hired by them. Lệ Xuân's education at the Lycée Albert Sarraut, a prestigious French school in Hanoi, was entirely in French, and she remembered as a schoolgirl learning about French history but nothing about Vietnamese history, and of singing songs about the forests and mountains of France, observing later the purpose of her education was to eradicate any sense of a Vietnamese identity, and to make her into a proper young Frenchwoman. She gained a reputation in her youth as a tomboy who loved ballet and piano, once dancing solo at Hanoi's National Theatre. She had an elder sister named Trần Lệ Chi (who married the Frenchman Etienne Oggeri and changed her name to Lechi Oggeri) and a younger brother, Trần Văn Khiêm. Like many other Vietnamese, Lệ Xuân was to find that no matter how hard she tried to be French, that the French were only prepared to accept whites as French. When she became an adult, her mother introduced her to a series of eligible young men, but she insisted on Nhu. He was fourteen years her senior and referred to her as "little niece" in accordance with Vietnamese custom. In accordance with Vietnamese tradition, they were married three years after being betrothed in 1940. In May 1943, aged 18, she married Nhu, and converted from Mahayana Buddhism to Roman Catholicism, her husband's religion. Madame Nhu later admitted she married Nhu as a way of getting away from her family, saying "I never had a sweeping love. I read about such things in books, but I do not believe that they really existed. Or perhaps only for a very few people". and Nhu and another brother, Ngô Đình Cẩn, were forced to flee. She, her mother in law and her eldest daughter, at the time a baby, were captured. Thinking her piano was a radio for communicating with French colonialists, the Viet Minh blew it up and then exiled her to a remote village for four months, where she lived on two bowls of rice a day. Nhu was during these years building a secret political party called the Cần Lao (Personalist Labour Party) based on the Catholic philosophy of personalism (people were persons, not individuals) while Madame Nhu later saying "I was alone most of the time. My husband would simply disappear without a word". To improve her husband's career, Madame Nhu befriended her cousin, the Emperor Bảo Đại during this time.

Приход к власти

Брат Мадам Нху, Нго Динь Дием, был назначен премьер-министром Государства Вьетнам дальним кузеном ее матери, императором Бао Даем, после поражения французов в битве при Дьенбьенфу. В начале 1955 года Французский Индокитай был распущен, оставив Диема временно у власти на юге. После поражения французов при Дьенбьенфу, французы стремились сохранить зону влияния на юге, оставив императора Бао Дая главой государства, в то время как американцы хотели вытеснить французов, добившись от Диема создания республики. По словам американского дипломата, Дием развил "слепую ненависть к французам", и американцы полагали, что Южному Вьетнаму нужен антикоммунистический лидер, не связанный с французами, что и привело их к поддержке Диема. Мадам Нху лоббировала Бао Дая, чтобы он назначил ее шурина премьер-министром, и считала, что именно ее влияние обеспечило это назначение. Французы, со своей стороны, поддерживали генерала Нгуен Ван Хинха на посту премьер-министра, и он заручился поддержкой преступного синдиката Бинь Сюэнь, доминировавшего в экономической жизни Сайгона. Хинх неоднократно хвастался, что, свергнув Диема, он сделает мадам Нху одной из своих наложниц, что дало мадам Нху дополнительный повод для интриг против него. На одной из вечеринок мадам Нху противостояла Хинху, заявив: "Ты никогда не свергнешь это правительство, потому что тебе не хватает смелости. И даже если ты свергнешь правительство, ты никогда меня не получишь, потому что я вырву тебе глотку первой!" Митинг в Сайгоне привел к столкновениям на улицах между мадам Нху и вооруженными людьми из Бинь Сюэня. Мадам Нху бросила вызов бандитам, приказав им убить ее прямо там, что заставило их отступить, и митинг продолжился. Ободренный этим успехом, Дием увидел возможность реализовать свои пуританские католические ценности и одновременно нанести удар по Бинь Сюэню, закрыв бордели, игорные дома и опиумные притоны Бинь Сюэня в Сайгоне, а также сжигая порнографические журналы на улицах (Бинь Сюэнь были крупнейшими производителями и продавцами порнографии во Вьетнаме). На 23 октября 1955 года был запланирован референдум, чтобы определить будущее направление юга. Бао Дай, император, выступал за восстановление монархии, а Дием – за республиканскую платформу. Выборы состоялись, и Нху, а также семейная партия Чэн Лао, обеспечивавшая электоральную базу Диема, организовали и контролировали их проведение. Кампания в поддержку императора Бао Дая была запрещена, а результаты были сфальсифицированы. Сторонники Бао Дая подверглись нападению наемных головорезов Нху. Дием заявил, что получил 98,2% голосов, в том числе 605 025 голосов в Сайгоне, где было зарегистрировано всего 450 000 избирателей. Количество голосов, отданных за Диема, превысило количество зарегистрированных избирателей в других округах. В результате Дием устранил императора Бао Дая и стал первым президентом Южного Вьетнама. Мадам Нху не скрывала своей неприязни к императору Бао Даю, называя его "французской марионеткой".

Madame Nhu's brother in law, Ngô Đình Diệm, had been appointed Prime Minister of the State of Vietnam by her mother's distant cousin, Emperor Bảo Đại, after the French had been defeated at the Battle of Điện Biên Phủ. At the start of 1955, French Indochina was dissolved, leaving Diệm in temporary control of the south. After the French defeat at the Battle of Điện Biên Phủ, the French wanted to hang on to a zone of influence in the south by keeping the Emperor Bảo Đại as Head of State, while the Americans wanted to push the French out by having Diệm create a republic. Diệm in the words of an American diplomat had developed "a blind hatred of the French" and the Americans believed that South Vietnam needed an anti Communist leader who was not tainted with any associations with the French, which led them to back Diệm. Madame Nhu had lobbied Bảo Đại to appoint her brother in law Prime Minister and believed that it was her influence that led to the appointment. For their part, the French backed General Nguyễn Văn Hinh as Prime Minister, and he in turn had won the support of the Bình Xuyên crime syndicate that dominated the economic life of Saigon. Giving Madame Nhu an additional reason to intrigue against Hinh was his repeated boasting that when he deposed Diệm he would make Madame Nhu into another of his concubines. At a party, Madame Nhu confronted Hinh to tell him: "You are never going to overthrow this government because you don't have the guts. And if you do overthrow the government, you will never have me because I will claw your throat out first!" The rally in Saigon led to a confrontation on the streets between Madame Nhu and Bình Xuyên gunmen, with Madame Nhu daring the thugs to kill her right then and there, which caused them to demur, and the rally went on. Emboldened by this triumph, Diệm saw a chance to put his puritanical Roman Catholic values into practice and to strike a blow at the Bình Xuyên at the same time by shutting down the brothels, gambling houses and opium dens of Saigon owned by the Bình Xuyên while having pornographic magazines burned on the streets (the Bình Xuyên were the largest producers and sellers of pornography in Vietnam). A referendum was scheduled for 23 October 1955, to determine the future direction of the south. It was contested by Bảo Đại, the Emperor, advocating the restoration of the monarchy, while Diệm ran on a republican platform. The elections were held, with Nhu and the family's Cần Lao Party, which supplied Diệm's electoral base, organising and supervising the elections. Campaigning for Emperor Bảo Đại was prohibited, and the result was rigged, with Bảo Đại's supporters attacked by Nhu's paid thugs. Diệm claimed 98.2% of the vote, including 605,025 votes in Saigon, where only 450,000 voters were registered. Diệm's tally exceeded the registration numbers in other districts. As a result, Diệm eliminated the Emperor Bảo Đại and became the first president of South Vietnam. Madame Nhu made no secret of her dislike for the Emperor Bảo Đại, calling him "that French puppet".

Адвокация

Во время президентства своего шурина мадам Нху добивалась принятия "законов о морали", запрещающих аборты, прелюбодеяние, развод, контрацептивы, танцевальные залы, конкурсы красоты, боксерские поединки и петушиные бои, а также закрывала бордели и опиумные притоны. Она была широко высмеяна общественностью, считавшей её лицемеркой, а также называли её "Лукрецией Борджиа" и "Королевой пчёл". Однажды она заявила: "Власть – это прекрасно. Абсолютная власть – совершенно прекрасно". Во Вьетнаме мадам Нху называли "Дамой Тигра", поскольку драконы считаются счастливыми и благожелательными (мифическими) существами в вьетнамской культуре, мудрыми и добрыми друзьями человечества, в то время как тигр символизирует свирепость, и многие вьетнамцы находили термин "Дама Дракона" непонятным и оскорбительным. Однажды она сказала группе американских конгрессменов: "Я не особенно боюсь смерти. Я люблю власть, и в следующей жизни у меня будет шанс стать ещё могущественнее". Министр обороны США Макнамара отметил, что "мадам Нху казалась мне яркой, энергичной и красивой, но в то же время дьявольской и коварной – настоящей колдуньей". У неё было послание для противников Диэма: "Мы выследим, нейтрализуем и искореним всех этих грязных овец". Французский журналист Франсуа Сулли писал, что мадам Нху была "высокомерной и одержимой жаждой власти, превосходящей даже жажду её мужа. Не будет преувеличением сказать, что мадам Нху – самая ненавистная личность в Южном Вьетнаме". Сулли был немедленно изгнан из Вьетнама семьёй Нго. Мадам Нху утверждала, что она и её муж несут ответственность за триумф Диэма над Бинь Сюэнем в битве за Сайгон в 1954 году. Она утверждала, что спасение Южного Вьетнама – это судьба их семьи. После провала переворота её влияние в семье начало расти. По мере роста влияния её мужа, а также её собственного, росло и американское неприятие к ним. Уэсли Фишель, антикоммунистический учёный из Мичиганского государственного университета, возглавлявший консультативную группу, помогавшую обучать вьетнамских государственных служащих и лоббировавший американских политиков в 1950-х годах в поддержку кандидатуры Диэма, ушёл в отставку вместе со своим штабом. Она часто оказывала влияние, прибегая к крикам. Иногда, когда она не соглашалась с предложением или решением, принятым во дворце некоторыми министрами или другими высокопоставленными чиновниками, она оскорбляла и запугивала их, добиваясь принятия своей точки зрения. 27 февраля 1962 года два пилота ВВС Республики Вьетнам, Нгуен Ван Кю и Фам Фу Куок, совершили бомбардировку Дворца Независимости, официальной резиденции семьи Нго, с целью их убийства. Одна бомба упала в комнату, где Дием читал, но не взорвалась. Семья укрылась в подвале, не пострадав, за исключением мадам Нху, которая сломала руку, спасаясь от взрыва. Дием отреагировал на бомбардировку, усилив репрессии против политических диссидентов и ужесточив контроль над прессой. Мадам Нху добавила: "[В]ы открываете окно, чтобы впустить свет и воздух, а не пули. Мы хотим свободы, но не хотим, чтобы ею злоупотребляли". В радиоинтервью в конце 1962 года она насмешливо заметила, что американские журналисты "очарованы коммунизмом". В следующем году она поручила своему Женскому движению солидарности противостоять американским попыткам "сделать из вьетнамцев марионеток и соблазнить вьетнамских женщин на путь разврата". По мере ухудшения отношений она публично обвинила американцев в поддержке переворота 1960 года.

During her brother in law's presidency, Madame Nhu pushed for the passing of "morality laws" outlawing abortion, adultery, divorce, contraceptives, dance halls, beauty pageants, boxing matches, and animal fighting, and closed down the brothels and opium dens. She was widely mocked by the public who regarded her as a hypocrite, as well as "Lucretia Borgia" and "The Queen Bee". She once stated "Power is wonderful. Total power is totally wonderful." In Vietnam, Madame Nhu was called the Tiger Lady as dragons are considered lucky and benevolent (mythical) animals in Vietnamese culture that are the wise and kindly friends of humanity, whereas the tiger is considered a symbol of ferocity, and many Vietnamese found the term "Dragon Lady" mystifying and insulting. She once told a group of American congressmen, "I'm not exactly afraid of death. I love power and in the next life I have a chance to be even more powerful than I am." U. S. Defense Secretary McNamara noted that "I saw Madame Nhu as bright, forceful, and beautiful, but also diabolical and scheming—a true sorceress." She had a message to Diệm's opponents: "We will track down, neutralize and extirpate all these scabby sheep." French journalist François Sully wrote that Madame Nhu was "conceited, and obsessed with a drive for power that far surpasses that of even her husband It is no exaggeration to say that Madame Nhu is the most detested personality in South Vietnam." Sully was promptly expelled from Vietnam by the Ngô family. Madame Nhu claimed that she and her husband were responsible for Diệm's triumph over the Bình Xuyên in the Battle for Saigon in 1954. She claimed it was the family's destiny to save South Vietnam. Following the collapse of the coup, her influence in the family began to rise. As her husband's influence grew, as did her own vicariously, so did American distaste for them. Wesley Fishel, the anti Communist academic from Michigan State University who had led an advisory group that helped to train Vietnamese public servants and who had lobbied American politicians in the 1950s to support Diệm's bid for power, resigned along with his staff. She often exerted her influence through bouts of shouting. Sometimes when she disagreed with a proposal or decision that had been made inside the palace by some ministers or other senior public servants, she would verbally abuse them and intimidate them into adopting her preferred stance. On 27 February 1962, two dissident Republic of Vietnam Air Force pilots, Nguyễn Văn Cử and Phạm Phú Quốc, bombed the Independence Palace, the official residence of the Ngô family, with the aim of assassinating them. One bomb landed in a room where Diệm was reading, but failed to detonate. The family escaped to the cellar unhurt, except for Madame Nhu, who sustained an arm fracture while running for cover. Diệm reacted to the bombing by cracking down on political dissidents and further tightening control of the press. Madame Nhu added, "[y]ou open a window to let in light and air, not bullets. We want freedom, but we don't want to be exploited by it." In a radio interview in late 1962, she mockingly remarked that American journalists were "intoxicated with communism". The following year she instructed her Women's Solidarity Movement to oppose American attempts "to make lackeys of Vietnamese and to seduce Vietnamese women into decadent paths." As relations became strained, she publicly accused the Americans of having supported the 1960 coup.

Буддийский кризис

8 мая 1963 года буддийские священники по всему Южному Вьетнаму провели серию торжеств в честь буддийского праздника Весак, поскольку 8 мая отмечалась 2527-я годовщина дня рождения Будды. Католик Дием не одобрял Весак и приказал полиции пресечь празднование, ссылаясь на закон, запрещающий демонстрацию религиозных символов на улицах. По всему Южному Вьетнаму произошли столкновения, поскольку полиция пыталась остановить шествия. Когда она узнала, что Дием намерен подписать заявление о выплате компенсаций семьям буддийских протестующих, застреленных полицией по приказу его брата Нго Динь Чяна, Нху, как сообщается, бросила в него миску с супом. 8 июня 1963 года мадам Нху выступила с заявлением через Движение солидарности женщин, обвинив буддистов в нейтралитете, фактически назвав их коллаборационистами-коммунистами. Она призвала "добросовестных монахов" прекратить помогать коммунистам, иначе вьетнамский буддизм будет рассматриваться как "небольшая антинационалистическая ветвь сомнительной международной ассоциации, эксплуатируемая и контролируемая коммунизмом и направленная на посев раздора нейтралитета". Она также подвергла критике Соединенные Штаты, призвав Диема "проявлять бдительность ко всем, особенно к тем, кто склонен рассматривать Вьетнам как спутник иностранной державы или организации". Мадам Нху публично высмеяла Тих Куанг Дука, совершившего самосожжение 11 июня 1963 года на оживленной улице Сайгона в знак протеста против расстрела буддистов режимом Диема. Она назвала это "барбекю" и заявила: "Пусть они горят, а мы будем аплодировать". Самосожжение монаха последовало за подавлением Нго Динь Нху буддийских протестов и стало причиной продолжающейся нестабильности режима. По словам историка Говарда Джонса, эти комментарии "положили точку в истории режима Диема". Ее отец выступил по радио с осуждением ее высказываний. В интервью Дэвиду Халберстаму мадам Нху сказала, что ей "стыдно видеть, как необразованные люди [буддийские лидеры] претендуют на роль лидеров". Посольство США сообщило Диему, что эти комментарии нарушают соглашение между буддистами и его режимом об избежании словесных перепалок, но Дием отказался выполнять условия соглашения со стороны своей семьи, заявив, что его теща обязана разоблачать "экстремистов", чтобы информировать общественность. 3 августа она назвала буддистов "подрывными элементами, использующими самые одиозные коммунистические тактики для подрыва страны". Это произошло после того, как спецназ, верный Нго, совершил рейд на пагоду Xá Lợi в Сайгоне в августе. Пагода была осквернена, монахи избиты, а кремированные останки Тих Куанг Дука, включая сердце, которое не рассыпалось в прах, были конфискованы. Одновременные рейды были проведены по всей стране: пагода Từ Đàm в Хюэ была разграблена, статуя Будды Гаутамы разрушена, а тело умершего монаха похищено. Когда население встало на защиту монахов, в результате столкновений погибло 30 мирных жителей и 200 получили ранения. Примечательно, что президент Дием отправил своей невестке письмо с просьбой не выступать публично о столкновениях, поскольку ее замечание о "барбекю" стало катастрофой для его режима как внутри страны, так и за рубежом. Через свою военизированную организацию мадам Нху утверждала, что буддисты "контролируются коммунизмом" и что ими манипулируют американцы, призывая Диема "изгнать всех иностранных подстрекателей, независимо от того, носят они монашеские одежды или нет". Через несколько дней после рейдов мадам Нху описала смертельные нападения на буддистов как "самый счастливый день в моей жизни со времен разгрома Бинь Сюань в 1955 году" и обвинила их в "коммунизме". Соединенные Штаты, располагая значительным влиянием благодаря существенной американской помощи Южному Вьетнаму, в августе 1963 года хотели дать президенту Диему шанс избавиться как от своего брата, так и от мадам Нху. В телеграмме, составленной помощником госсекретаря по делам Дальнего Востока Роджером Хилсманом, послу Генри Кэботу Лоджу было поручено посоветовать Диему о необходимости "отстранить Нху от власти". Президент США Кеннеди поддержал сообщение в телеграмме после его одобрения большинством его советников. Ее комментарии еще больше обострили открытую вражду с ее родителями, которые в конечном итоге отреклись от нее и искали убежища в Соединенных Штатах. Ее отец, Чан Ван Чыонг, посол в Соединенных Штатах, подал в отставку в знак протеста, вместе со всеми, кроме одного сотрудника посольства. Чыонг обвинил Диема в "копировании тактики тоталитарных режимов". Его жена, представитель Южного Вьетнама в Организации Объединенных Наций, также подала в отставку и говорила о массовых казнях и режиме террора при Диеме и Нху. Она предсказала, что если Дием, Нху и мадам Нху не покинут Вьетнам, то они неизбежно будут убиты. Мадам Нху утверждала, что буддийский лидер Тих Три Куанг "говорил от имени многих интеллектуалов, которые неоднократно высмеивали ее". После рейдов на пагоды Три Куанг получил убежище в посольстве США после того, как планы Нго Динь Нху по его убийству были раскрыты. Мадам Нху дала интервью, в котором призвала правительственные войска вторгнуться в американское посольство и захватить Тих Три Куанга и других монахов, находящихся там, заявив, что правительство должно арестовать "всех ключевых буддистов".

On 8 May 1963, a series of celebrations were held by Buddhist priests all over South Vietnam to honor Buddhist holiday of Vesak, as 8 May was the 2,527th anniversary of the Buddha's birthday. The Catholic Diệm disapproved of Vesak, and ordered the police to put down the celebrations under a law which forbade religious symbols from being paraded in the streets. A series of clashes occurred all over South Vietnam as the police sought to end the marches. When she heard that Diệm was to sign a statement offering compensation to the families of Buddhist protesters shot dead by the police of his brother Ngô Đình Cẩn, Nhu was reported to have thrown a bowl of soup at him. On 8 June 1963, Madame Nhu released a statement through the Women's Solidarity Movement accusing the Buddhists of neutralism, effectively accusing them of being communist collaborators. It then implored "bonzes of good faith" to stop helping the communists, otherwise Vietnamese Buddhism would be seen as a "small anti nationalist branch of a dubious international association, exploited and controlled by communism and oriented to the sowing of the disorder of neutralism". She made another attack on the United States, calling on Diệm to "keep vigilance on all others, particularly those inclined to take Viet Nam for [a] satellite of [a] foreign power or organization." Madame Nhu publicly mocked Thích Quảng Đức, who performed a self immolation on 11 June 1963 in a crowded Saigon street to protest against the shooting of Buddhists by Diệm's regime. She labelled it a "barbecue" and stated, "Let them burn and we shall clap our hands." The monk's suicide followed Ngô Đình Nhu's repression of the Buddhist inspired protests and was responsible for the regime's continuing instability. According to historian Howard Jones, these comments "all but put the finishing touch on the Diệm regime". Her own father went on radio to condemn her comments. In an interview with David Halberstam, Madame Nhu said that it was "embarrassing to see people [Buddhist leaders] so uncultured claiming to be leaders". The U. S. embassy told Diệm that these comments violated an agreement between the Buddhists and his regime to avoid verbal exchanges, but Diệm refused to keep his family's end of the bargain, saying that his sister in law was obliged to expose "extremists" to keep the public informed. On 3 August, she called the Buddhists "seditious elements who use the most odious Communist tactics to subvert the country." This occurred after special forces loyal to the Ngôs raided the Xá Lợi Pagoda in Saigon in August. The pagoda was vandalized, monks beaten, and the cremated remains of Thích Quảng Đức, which included a heart which had not disintegrated, were confiscated. Simultaneous raids were carried out across the country, with the Từ Đàm Pagoda in Huế being looted, the statue of Gautama Buddha demolished, and the body of a deceased monk stolen. When the populace came to the defense of the monks, the resulting clashes saw 30 civilians killed and 200 wounded. Notably, President Diệm sent his sister in law a letter asking her not to talk in public about the clashes as her "barbecue" remarks had been a public relations disaster for his regime, both at home and abroad. Through her paramilitary organization, Madame Nhu claimed that the Buddhists were "controlled by communism" and that they were manipulated by the Americans, calling on Diệm to "expel all foreign agitators whether they wear monks' robes or not". A few days after the raids, Madame Nhu described the deadly attacks on the Buddhists as "the happiest day in my life since we crushed the Bình Xuyên in 1955", and assailed them as "communists". The United States, in a position of some leverage owing to the considerable U. S. aid flowing into South Vietnam, in August 1963 wished to give President Diệm a chance to rid himself of both his brother and Madame Nhu. In a cable drafted by Assistant Secretary of State for Far Eastern Affairs, Roger Hilsman, to Ambassador Henry Cabot Lodge, Lodge was instructed to advise Diệm of a call for "the removal of the Nhus from the scene." U. S. President Kennedy supported the message in the cable upon its approval by most of his advisors. Her comments further stoked open infighting with her parents, who would eventually disown her and seek refuge in the United States. Her father, Trần Văn Chương, the ambassador to the United States, resigned in protest, along with all but one of the staffers at the embassy. Chương charged Diệm with having "copied the tactics of totalitarian regimes". His wife, who was South Vietnam's observer at the United Nations, resigned and spoke of mass executions and a reign of terror under Diệm and Nhu. She predicted that if Diệm, Nhu, and Madame Nhu did not leave Vietnam, then they would inevitably be killed. Madame Nhu claimed Buddhist leader Thích Trí Quang "spoke for many intellectuals who had repeatedly ridiculed her." Following the pagoda raids, Trí Quang was given asylum at the U. S. Embassy after Ngô Đình Nhu's plans to assassinate him were uncovered. Madame Nhu gave a media interview in which she called on government troops to invade the American embassy and capture Thích Trí Quang and some other monks who were staying there, saying that the government must arrest "all key Buddhists".

Посещение Соединенных Штатов

Когда исполняющий обязанности посла США Уильям Трюэрт предупредил, что помощь в целях развития может быть приостановлена, если репрессии, организованные Нго, продолжатся, мадам Нху назвала это шантажом. Опасаясь сокращения помощи, Нху и Дием отправили мадам Нху в Соединенные Штаты с лекционным туром. 9 сентября 1963 года она покинула Южный Вьетнам в экспедиции, которая вызвала широкое международное осуждение режима ее семьи. Она предсказывала "триумфальный тур лекций". Также высказывались предположения, что она может появиться в Организации Объединенных Наций в Нью-Йорке и поставить в неловкое положение Южный Вьетнам и США. Банди на встрече заметил, что "это был первый случай, когда мир столкнулся с коллективным безумием в правящей семье со времен царей", и ее высказывания вызвали оживленные дебаты о том, как заставить Диема заставить ее замолчать. В Белграде, первом пункте назначения мадам Нху, она в интервью заявила, что "президент Кеннеди – политик, и когда он слышит громкое мнение, высказанное определенным образом, он пытается как-то его умиротворить", имея в виду оппозицию правлению ее семьи. Этот вопрос привел к неловкой ситуации, когда министр обороны США Роберт Макнамара и председатель Объединенного комитета начальников штабов генерал Максвелл Тейлор отправились во Вьетнам с целью сбора информации в рамках миссии Макнамары-Тейлора, посвященной ходу войны. Одной из целей миссии было, по словам президента Кеннеди, "достижение заметного сокращения влияния Нху, которые для недовольных являются символом всего, что им не нравится в правительстве Южного Вьетнама (GVN). Мы полагаем, что для этого Нху должны покинуть Сайгон и, желательно, Вьетнам, по крайней мере, на продолжительный отпуск". 29 сентября 1963 года на встрече с Диемом Макнамара выразил сожаление по поводу "необдуманных и неудачных заявлений мадам Нху", которая описывала американских военных советников как "маленьких искателей приключений". Однако один из его помощников потерял самообладание и спросил, "не может ли правительство что-нибудь сделать, чтобы заставить ее замолчать?". Мадам Нху прибыла в Соединенные Штаты 7 октября, и ее прибытие совпало с началом расследования Организации Объединенных Наций в отношении репрессий против буддистов в Южном Вьетнаме. Кеннеди устоял перед искушением отказать ей во въездной визе, и его администрация вскоре подверглась шквалу словесных нападок, а буддистов она назвала "хулиганами в одежде монахов". Ее отец не разделял ее взглядов и сопровождал ее в поездке по стране, опровергая ее заявления. PR-фирма The Oram Group, нанятая для продвижения имиджа Диема в США за 3000 долларов в месяц, прекратила сотрудничество с Диемом во время визита мадам Нху, сославшись на то, что она настолько сильно повредила имиджу правительства Диема в Америке, что ничего нельзя было сделать для его улучшения, и дальнейшее сотрудничество могло стоить Oram Group других клиентов. Американские журналисты обнаружили, что мадам Нху "к сожалению, слишком красива, чтобы ее игнорировать", как жаловался сотрудник администрации Кеннеди, и что ее легко спровоцировать на скандальные заявления, что привело к развитию вокруг нее медиа-цирка во время ее путешествия по Америке. После этих бурных событий 13 октября 1963 года мадам Нху выступила на телешоу NBC "Встреча с прессой", защищая свои действия и действия правительства Южного Вьетнама. "Я не понимаю, почему вы, американцы, не любите нас. Неужели мир находится под чарами под названием либерализм? Ваша собственная публика здесь, в Америке, не так антикоммунистична, как наша во Вьетнаме. Американцы говорят о том, что мы с мужем навсегда покинем нашу родину. Почему мы должны это делать? Куда мы пойдем? То, что 70 процентов населения моей страны – буддисты, – абсолютная правда. Мой отец, который до двух месяцев назад был нашим послом в Соединенных Штатах, был против меня с детства". После убийства братьев Дием президент Кеннеди поделился своими чувствами с близким другом Полом "Редом" Фэем, исполняющим обязанности министра военно-морского флота. По мнению Кеннеди, обстоятельства, позволившие устранить режим Диема в Южном Вьетнаме, были связаны с яркой личностью мадам Нху. Секретарь вспоминает чувства президента и в устном интервью поделился парафразом слов, обращенных к нему.

When acting U. S. ambassador William Trueheart warned that development aid might be withheld if the repression orchestrated by the Ngôs continued, Madame Nhu denounced it as blackmail. Nhu and Diệm, fearing a cut in aid, sent Madame Nhu to the United States on a speaking tour. She departed South Vietnam on 9 September 1963 in an expedition that brought widespread international scorn to her family's regime. She had predicted "a triumphant lecture tour". There was also speculation that she could turn up at the United Nations in New York and embarrass South Vietnam and the U. S. Bundy said in a meeting that "this was the first time the world had been faced with collective madness in a ruling family since the days of the czars" and her comments provoked much debate on how to get Diệm to silence her. In Madame Nhu's first destination, Belgrade, she said in an interview that "President Kennedy is a politician, and when he hears a loud opinion speaking in a certain way, he tries to appease it somehow", referring to the opposition to her family's rule. The issue resulted in an awkward confrontation when U. S. Defense Secretary Robert McNamara and the Chairman of the Joint Chiefs of Staff, General Maxwell Taylor, traveled to Vietnam for a fact finding mission known as the McNamara–Taylor mission about the progress of the war. One of the purposes of the mission was to achieve, in the words of President Kennedy, "a visible reduction in influence of Nhus, who are symbol to disaffected of all that they dislike in GVN [Government of (South) Vietnam]. This we think would require Nhus' departure from Saigon and preferably Vietnam at least for extended vacation." On 29 September 1963 meeting with Diệm, McNamara bemoaned "the ill advised and unfortunate declarations of Madame Nhu", who had described U. S. military advisors as "acting like little soldiers of fortune". However, one of his aides lost his composure and asked if "there were not something the government could do to shut her up." Madame Nhu arrived in the United States on 7 October, and her arrival was greeted by the United Nations' launching of an inquiry into the repression of Buddhists in South Vietnam. Kennedy had resisted the temptation to deny her an entry visa and his administration soon came under a flurry of verbal attacks. and Buddhists as "hooligans in robes". Her father did not share the same beliefs and followed her around the country rebutting her comments, The Oram Group, the Madison Avenue PR firm that had been hired to promote Diệm's image in the U. S. for $3,000 per month ended its relationship with Diệm during Madame Nhu's visit under the grounds she had so badly damaged the image of the Diệm government in America that there was nothing that could be done to improve his image and a continued association was going to cost the Oram Group other clients. American journalists had discovered Madame Nhu was "unfortunately too beautiful to ignore" as a Kennedy administration staffer complained, and that it was easy to provoke her into saying something outrageous, causing a media circus to develop around her as she traveled across America. In the wake of the tumultuous events, Madame Nhu appeared on NBC TV's Meet the Press on 13 October 1963, defending her actions and those of the South Vietnamese government. "I don't know why you Americans dislike us Is it because the world is under a spell called liberalism? Your own public, here in America, is not as anti Communistic as ours is in Vietnam. Americans talk about my husband and I leaving our native land permanently. Why should we do this? Where would we go? To say that 70 percent of my country's population is Buddhistic is absolutely true. My father, who was our ambassador to the United States until two months ago, has been against me since my childhood." Upon the assassination of the Diệm brothers, President Kennedy's feelings were expressed to close friend Paul "Red" Fay, Acting Secretary of the Navy. The circumstances which allowed the flow towards the elimination from South Vietnam of the Diệm regime, Kennedy held, were due to the active personality of Madame Nhu. The Secretary recalls the President's feelings and in an oral history interview gave volunteered paraphrase of the words addressed to him,

Влияние на вьетнамскую моду

В начале 1960-х годов мадам Нху популяризировала свою версию традиционного áo dài, которая в то время считалась вызывающей из-за облегающего силуэта и глубокого выреза. По словам Бой Тран Хуинь, специалиста по вьетнамскому изобразительному искусству, "для иностранцев этот воротник был оправдан в тропическом климате, но консерваторы находили его слишком соблазнительным для вьетнамских женщин".

Дети

Нго Динь Лэ Тхуй родилась в Хюэ в 1945 году. Она погибла 12 апреля 1967 года в автомобильной аварии в Лонжумео, Франция. Нго Динь Трак (сын) родился в Далате в 1949 году. Он окончил университет со степенью в области сельскохозяйственной инженерии, женился на итальянке и имел 4 детей. Он умер в 2021 году от инсульта. Нго Динь Куинь (сын) родился в Далате в 1952 году. Он окончил ESSEC (École supérieure des sciences économiques et commerciales), частную школу, готовящую специалистов в области экономики; в настоящее время работает торговым представителем американской компании в Брюсселе, Бельгия. Нго Динь Лэ Куен родилась в Сайгоне в 1959 году. Она получила докторскую степень в Университете Рима. Лэ Куен была юристом в сфере юридических технологий и выступала в качестве приглашенного лектора на мероприятиях юридического факультета Университета Рима. Она занимала должность комиссара по вопросам иммиграции Caritas Europe. 16 апреля 2012 года она погибла в дорожно-транспортном происшествии по дороге на работу в Риме.