Джуни Морози: Бизнесвумен и политический скандал в Австралии.

Введение

Австралийская бизнесвумен (родилась в 1933 году)

Джуни Морози (родилась 26 июля 1933 года) – австралийская бизнесвумен, получившая известность в 1970-х годах благодаря своим отношениям с Джимом Кернсом, заместителем премьер-министра в правительстве лейбористов Уитлэма. Назначение Морози главным частным секретарем Кернса и характер их отношений вызвали огромный интерес прессы, а эта история способствовала отставке Кернса и падению правительства.

Ранние годы

Мороси родилась в Шанхае, Китай, и получила образование на Филиппинах. Ее отец был итальянцем и наполовину китайцем, мать — португалкой и наполовину китайкой. Когда она была ребенком, семья переехала в Манилу, и с восьми лет она пережила жизнь под японской оккупацией. Она работала журналистом, став политическим корреспондентом в ежедневной газете Voz de Manila. Она также работала в рекламе и туристическом консалтинге. Когда Мороси была еще подростком, она вышла замуж за филиппинца. У них родилось трое сыновей. В 1958 году она была принята на работу в Qantas, национальную австралийскую авиакомпанию. В 1962 году она переехала в Австралию, где вышла замуж за британского бизнесмена, проживающего в Австралии, Дэвида Дитчберна. Она продолжала работать в авиационной и туристической отрасли до 1974 года, когда ее наняли в качестве помощника Аль Грассби, комиссара по связям с общественностью. Грассби был министром в правительстве Уитлэма, прежде чем потерял место на выборах в мае 1974 года. Новая работа привела ее в контакт с другими министрами правительства Уитлэма. В Канберре она прочитала и была впечатлена одной из книг Джима Кернса, «Тихая революция», и договорилась о встрече с ним. Вскоре возникло сексуальное влечение, хотя вопрос о том, когда их отношения стали сексуальными, оставался предметом спекуляций до 2002 года, когда Кернс подтвердил это. В декабре 1974 года Кернс предложил Мороси должность своего главного частного секретаря, которую традиционно занимал старший государственный служащий. Ее опыт в бизнесе делал предложение хотя бы обоснованным, но она не разбиралась в австралийской политике или экономике и не имела большого опыта управления крупным и сложным офисом. Предложение о работе вызвало немедленную волну сенсационных публикаций в СМИ, начавшуюся 2 декабря 1974 года. Тот факт, что Мороси была «экзотической» (шифр в СМИ для обозначения «азиатки»), относительно молодой (ей было 41 год) и привлекательной, получил широкое освещение. Вскоре к этому добавились утверждения о том, что у нее и у Дитчберна были сомнительные деловые партнеры. Вскоре также стало известно, что Дитчберн использовал положение Мороси для продвижения своих бизнес-интересов. Друзья Кернса призывали его отозвать предложение Мороси, но он отказался из личной лояльности и нежелания поддаваться давлению антилейбористской таблоидной прессы. Харрис предложил обеспечить финансирование для австралийского правительства, и в марте 1975 года Кернс подписал письмо, соглашаясь на комиссию в размере 2,5%. Многие винили дезорганизованность офиса Кернса в том, что в конечном итоге оказалось вводящим в заблуждение заявлением, сделанным в парламенте в июне, о том, что он не санкционировал такую комиссию. Кернс утверждал, что подписал письмо, не зная об этом, вместе с партией из пятидесяти писем, и что для политиков не редкость подписывать письма, а затем мало что или совсем ничего не помнить об их содержании. Ирония судьбы, политики из разных лагерей — Малкольм Фрейзер и ряд его министров — выступили в защиту Кернса по этому вопросу, согласившись, что они тоже подписывали письма, которые почти не помнили. Но факт оставался фактом: Кернс подписал письмо, и в результате Уитлэм уволил Кернса с поста министра 2 июля 1975 года. Предполагаемая связь этого инцидента с Мороси заключалась в том, что, как личный секретарь Кернса, Мороси несла ответственность за любую дезорганизацию в офисе Кернса, которая могла способствовать тому, что он подписал печально известное письмо, не помня об этом. Однако в интервью 1998 года, когда его спросили, была ли Мороси хорошим офис-менеджером, Джим Кернс сказал: «Нет. Она не должна была быть офис-менеджером. Критика в ее адрес исходит от очень ревнивых и завистливых людей, которые должны были сами организовывать эту чертову контору». В деле о The Daily Mirror Мороси сказала суду: «Я чувствовала себя оскорбленной, злой, расстроенной и уязвленной. Для меня, как для женщины, было очень унизительно, когда меня называли «подружкой» Кернса. Я видела себя профессионалом, компетентным человеком, выполняющим свою работу. Это было дешево. Казалось, что это не имеет отношения к бизнесу, а все к сексу». Присяжные решили, что статья подразумевает сексуальные отношения, но «не является клеветнической». В 2002 году Кернс признал, что его отношения с Мороси были сексуальными.

Morosi was born in Shanghai, China, and educated in the Philippines. Her father was Italian and part Chinese, her mother Portuguese and part Chinese also. The family moved to Manila when she was a child and from age 8 she experienced life under Japanese occupation. She worked as a journalist, becoming political correspondent at the Manila daily newspaper Voz de Manila. She also worked in advertising and travel consultancy. While Morosi was still a teenager she married a Filipino. Together they had three sons. In 1958 she was employed by Qantas, the Australian national airline. In 1962 she moved to Australia, where she married a British businessman living in Australia, David Ditchburn. She continued to work in the airline and travel industry until 1974, when she was employed as an assistant to Al Grassby, the Commissioner for Community Relations. Grassby had been a minister in the Whitlam government before losing his seat in the May 1974 election. Her new job brought her into contact with other Whitlam government ministers. In Canberra she read and was impressed by one of Jim Cairns' books, The Quiet Revolution, and arranged to meet him. The attraction soon became sexual, although whether and, if so, when their relationship became a sexual one remained a matter of speculation until 2002, when it was confirmed as such by Cairns. In December 1974 Cairns offered Morosi a position as his Principal Private Secretary, a job traditionally held by a senior public servant. Her business background made the offer at least defensible, but she had no knowledge of Australian politics or economics, and not much experience of managing a large and complex office. The offer of employment aroused an immediate storm of sensationalist media coverage which began on 2 December 1974. The fact that Morosi was "exotic" (the media's code word for "Asian"), youngish (she was 41) and attractive was given much prominence. To this were soon added allegations that both she and Ditchburn had questionable business associates. It was also soon alleged that Ditchburn was using Morosi's position to further his business interests. Cairns's friends urged him to withdraw the offer to Morosi, but out of both personal loyalty and a refusal to be bullied by the anti Labor tabloid press, he refused. Harris had offered to secure loan funds for the Australian government and in March 1975, Cairns signed a letter agreeing to a 2.5% commission. Many blamed the disorganised state of Cairns’ office for what ultimately turned out to be a misleading statement to parliament in June that he had not authorised any such commission. Cairns claimed that he had signed the letter in question unknowingly while signing a batch of fifty or so letters, and that it was not uncommon practice for politicians to sign letters and subsequently to have little or no memory of their content. Ironically, politicians from across the aisle – Malcolm Fraser and a number of his ministers – spoke out in defence of Cairns on this subject, agreeing that they too signed letters of which they had little or no memory. But the fact remained that Cairns did sign the letter and, as a result, Whitlam dismissed Cairns from the ministry on 2 July 1975. The supposed relevance of this incident to Morosi is the implication that, as Cairns' private secretary, Morosi was to blame for any disorganisation present in Cairns' office that may have contributed to him signing the infamous letter but not remembering having done so. However, in a 1998 interview, when asked whether Morosi was a good office organiser, Jim Cairns was quoted as saying "No. She wasn't supposed to be an office organiser. The criticism that has been levelled at her is made by very jealous and envious people, who were supposed to be organising the bloody office themselves." In The Daily Mirror case, Morosi told the court: "I felt insulted, angry, upset and hurt. It was very demeaning to me as a woman [to be called Cairns's 'girlfriend']. I saw myself as a professional, as a competent person doing her job. It was cheap. It was as though it had nothing to do with business but everything to do with sex." The jury decided the article in question did imply a sexual relationship, but was "not defamatory." In 2002 Cairns admitted his relationship with Morosi had been sexual.