Рональд Фергюсон: Политик и генерал-губернатор Австралии.

Введение

Британский политик и колониальный администратор

Рональд Крауффорд Мунро Фергюсон, 1-й виконт Новар (6 марта 1860 – 30 марта 1934) был британским политиком, занимавшим пост шестого генерал-губернатора Австралии с 1914 по 1920 год. Мунро Фергюсон родился в Кирккалди, Файф, Шотландия. Он учился в Королевском военном колледже в Сандхерсте и первоначально сделал карьеру в армии. Мунро Фергюсон был избран в Палату общин в 1884 году, потерпел поражение на выборах годом позже и был переизбран в 1886 году. Являясь либеральным империалистом, он был сторонником лорда Розбери и служил младшим лордом казначейства в его правительстве. Генри Кэмпбелл-Баннерман и Х. Х. Асквит не предоставили Мунро Фергюсону министерского поста, но в 1914 году он был назначен генерал-губернатором Австралии. Он оказал значительное политическое влияние, установив тесные отношения с премьер-министром Билли Хьюзом, и был предан своей роли номинального главнокомандующего во время Первой мировой войны. Его шестилетний срок пребывания в должности оставался рекордным, пока его не превзошел другой генерал-губернатор военного времени, лорд Гоури. По окончании срока полномочий Мунро Фергюсон был возведен в виконтский титул, а с 1922 по 1924 год вернулся в политику в качестве государственного секретаря по делам Шотландии при Бонаре Лоу и Стэнли Болдуине. На пенсии он занимал различные должности в советах директоров компаний.

Происхождение и образование

Мунро Фергюсон родился Рональдом Крауфордом Фергюсоном в своем семейном доме в районе Рейта недалеко от Кирккалди, Файф, Шотландия, сыном подполковника Роберта Фергюсона, состоятельного члена Палаты общин старинного шотландского рода. Его матерью была Эмма Элиза, дочь Джеймса Генри Мандевилла из Мертона, Суррей. Он был внуком генерала Ричарда К. Фергюсона. В 1864 году его отец унаследовал баронства Новар в Росс-шире и Мюртон в Морейшире и принял дополнительную фамилию Мунро. Получив образование в Королевском военном колледже в Сандхерсте, он продолжил военную карьеру до 1884 года. В следующем году он вновь потерпел поражение в Данбартоншире. Однако на дополнительных выборах в июле 1886 года он получил выдвижение в Лейт-Бургс, главным образом по совету лорда Розбери. Гладстон выиграл два места без соперников, но, отказавшись от Лейта, чтобы предотвратить выдвижение подозреваемого в юнионизме Майкла Джекса, место стало вакантным. В августе состоялись дополнительные выборы, и был избран сторонник Домашнего правления Мунро Фергюсон. Гладстон назначил его личным секретарем лорда Розбери, видного либерала. Как и Розбери, Мунро Фергюсон стал либеральным империалистом и личным другом эксцентричного графа. Он сопровождал Розбери и его жену Ханну в турне по Индии в 1886–1887 годах и вновь в 1892–1894 годах. Когда Розбери стал премьер-министром, Фергюсон был повышен в Казначействе до младшего секретаря с обязанностями по Шотландии. Фергюсон продолжал призывать к радикальным реформам для достижения самоуправления Шотландии, поддерживая своего друга в 1887 году в борьбе за лидерство в Либеральной партии. Он поддержал имперскую политику консервативного правительства во время Второй бурской войны, что сделало его крайне непопулярным в радикальном антивоенном крыле Либеральной партии. Ситуация достигла критической точки, когда Грей пригрозил ему в письме от 18 октября 1900 года. Либералы проиграли очередные всеобщие выборы "хаки"-консерваторам, и Фергюсон, возмущенный насмешками и разногласиями, "бросил все" и ушел в отставку с поста шотландского организатора. Будучи членом Либерального империалистического совета, он был недоволен плохим отношением к своему наставнику Розбери. Тем не менее, ему пришлось сотрудничать с "Лимпами", презрительно прозванными республиканцами, над "набросками речей" для "Комитета Асквита", который теперь контролировал империалистическое крыло партии, переименованное в Либеральную лигу. Грей, Холдейн и остальные взяли под контроль организацию и ее управление: предвестником чего стал поразительный поворот Розбери в отношении Южноафриканской войны, вынудивший его друга признаться Мунро Фергюсону, что "если будет сформировано правительство Асквита, он, возможно, уедет за границу". Поэтому он не питал особых надежд на министерский пост в правительствах Кэмпбелла Баннермана или Асквита, несмотря на его очевидные таланты. В декабре 1905 года он попросил новое либеральное правительство назначить его губернатором Бомбея, но получил отказ. Вместо этого ему пришлось довольствоваться должностью старосты Кирккалди. Он лелеял глубокую обиду на "чрезмерно любезного" плебея Асквита. Все больше и больше его работы в правительстве и координации его группы переходили к Р. Б. Холдейну, когда он в 1907 году ясно дал понять о своей решительной оппозиции "удержанию Асквита от лидерства. Он стал довольно ненадежным". Но "политическая катастрофа", как он назвал преемственность Асквита, сделала его политическую карьеру невозможной. Он был землевладельцем в избирательном округе Асквита, соседом Холдейна и, как и он, пользовался покровительством лорда Морли; они были идеалистами, выступающими за социальные реформы.

Munro Ferguson was born Ronald Craufurd Ferguson at his family home in the Raith area near Kirkcaldy, Fife, Scotland, the son and eldest child of Lieutenant Colonel Robert Ferguson, a wealthy member of the Commons of old Scottish descent. His mother was Emma Eliza, daughter of James Henry Mandeville of Merton, Surrey. He was a grandson of General Richard C. Ferguson. In 1864 his father inherited the baronies of Novar in Ross shire and Muirton in Morayshire, and took the additional surname Munro. Educated at the Royal Military College, Sandhurst, he pursued a military career until 1884. He was defeated again the following year in Dunbartonshire. But at a by election in July 1886 he secured the nomination at Leith Burghs, principally on the advice of Lord Rosebery. Gladstone had won two unopposed seats but, on refusing Leith to prevent a suspected Unionist Michael Jacks, it became vacant. In August a by election was held and Home Rule candidate Munro Ferguson was elected. Gladstone appointed him private secretary to Lord Rosebery, a leading Liberal. Like Rosebery, Munro Ferguson would become a Liberal Imperialist, and a personal friend of the colourful earl. He accompanied Rosebery and his wife, Hannah, on a tour of India in 1886 7 and again in 1892 4. When Rosebery became Prime Minister, Ferguson was promoted in the Treasury department as a junior whip with responsibilities for Scotland. Ferguson continued to urge radicalism to bring Home Rule for Scotland on his friend, whom he supported in 1887 for the Liberal Party leadership. He supported the imperial policies of the Conservative government during the Second Boer War, which made him highly unpopular with the radical, anti war wing of the Liberal Party. Matters came to a head when he was threatened by Grey in a letter on 18 October 1900. The Liberals had lost another general election to the 'Khaki' Conservatives and so Ferguson disgusted by the derision and division "chucked it" in resigning as Scottish whip. A member of the Liberal Imperialist Council, he was disaffected by the bad treatment of his mentor Rosebery. Nonetheless, he was compelled to work with 'Limps', derisively dubbed by republicans, on "lines of speeches" for "the Asquith Committee" which now controlled the party's Imperialist wing now renamed The Liberal League. Grey, Haldane and the rest seized control of the organization and its administration: the preface to which was Rosebery's remarkable volte face over the South African War, leaving his friend forced to admit to Munro Ferguson "should an Asquith Government be formed he might go abroad." He, therefore, had little hope of Cabinet office in the governments of Campbell Bannerman or Asquith, despite his obvious talents. In December 1905, he requested the new Liberal cabinet make him Governor of Bombay but was refused. Instead, he had to be content with provost of Kirkcaldy. He nursed a burning resentment against "over genial" plebeian Asquith. Increasingly, his job in government and liaison of his group had been taken over by R B Haldane when he made it clear in 1907 his decided opposition "to keep Asquith out of the leadership He has come to be quite unreliable " But "the political disaster" that he called Asquith's succession made his political career untenable. He was a property owner in Asquith's constituency, a neighbour of Haldane, and just like him had gained the patronage of Lord Morley; they were idealists for social reform.

Генерал-губернатор Австралии, 1914-1920

Поэтому в феврале 1914 года Мунро Фергюсон с радостью принял должность генерал-губернатора Австралии (он отказался от должности губернатора Южной Австралии в 1895 году и Виктории в 1910 году). Он был возведен в рыцари Большого креста ордена Святого Михаила и Святого Георгия (GCMG) до своего назначения 18 мая 1914 года. Его политическое прошлое, связи с либеральным правительством в Лондоне и империалистические взгляды сделали его более подготовленным и склонным играть активную роль в австралийской политике, чем кто-либо из его предшественников. При этом он проявил благоразумие, ограничивая свою активность влиянием за кулисами. Журналист Кит Мердок описал его как активного имперского контролера, использовавшего собственный шифр для связи с Лондоном. Во время Первой мировой войны, начавшейся в августе 1914 года, взаимные полномочия австралийского Верховного комиссара были существенно ограничены, и в резиденции генерал-губернатора произошла серьезная ссора с губернатором Нового Южного Уэльса, сэром Джеральдом Стриклендом. Они возненавидели друг друга, а последний завидовал превосходству Мельбурна в плане власти и места расположения органов управления. Британское правительство недофинансировало федеральное правительство и игнорировало огромные долги, потраченные губернаторами штатов на общественные работы, однако это было самое деятельное правительство со времен федерации, а Мунро Фергюсон – его самый активный представитель. Он завязал близкие дружеские отношения с двумя судьями Высшего суда Австралии: сэром Сэмюэлем Гриффитом (главным судьей и бывшим премьер-министром Квинсленда) и сэром Эдмундом Бартоном (бывшим премьер-министром Австралии). Он неоднократно консультировался с Гриффитом и Бартоном, в том числе по вопросам реализации резервных полномочий Короны.

Стрикленд

Несмотря на то, что сэр Джеральд Стрикленд был "благородным хозяином и блестящим полемистом", его "нетактичность вызывала некоторое беспокойство". Новый генерал-губернатор оказался втянутым в борьбу за первенство. Пост губернатора Нового Южного Уэльса был старейшим в Австралии и долгое время считался самым влиятельным. Однако, по закону, королевское назначение в резиденцию губернатора имело решающее значение. Во время Первой мировой войны напряжение начало сказываться на либеральном правительстве в Лондоне. Фергюсон отчаянно стремился сохранить секретность и контролировать доступ к политической информации в Лондоне. 3 июня 1916 года колониальный секретарь сообщил Фергюсону о формировании коалиции. Стрикленд, проигнорировав правительство в Мельбурне, обратился напрямую в Лондон, минуя генерал-губернатора. Стрикленд организовал ежегодное памятное мероприятие в День АНЗАК, которое пользовалось большой популярностью, но которое Стрикленд представлял как общенациональный праздник. 1 мая 1917 года Мунро Фергюсон признался лорду Стемфордхему, что недооценил глубокую эмоциональную привязанность простых австралийцев. Убеждение прессы в том, что солдаты АНЗАК являлись передовым отрядом элиты и ударными войсками среди доминионов, обеспечило им особый статус в армиях Британской империи, который они сохранили на протяжении всей войны.

Австралийские федеральные выборы, 1914

Было выгодно, что Мунро Фергюсон обладал политическим опытом, поскольку он прибыл в Мельбурн, тогда место расположения Парламента Австралии, и оказался в эпицентре политического кризиса. Либеральное правительство Джозефа Кука имело лишь одно место большинства в Палате представителей, но Лейбористская партия обладала большинством в Сенате и систематически использовала его для срыва деятельности правительства. Кук был полон решимости добиться проведения выборов при двойном роспуске в соответствии с пунктом 57 Конституции. Уинстон Черчилль не помог, намекнув, что нехватку можно восполнить за счет бывших раненых австралийцев, и поделившись этой идеей с Мунро Фергюсоном. Журналист Кейт Мёрдок попытался вывезти документы из британской базы в Египте в Лондон, чтобы встретиться с премьер-министром Асквитом и лордом Нортклиффом из газеты "Таймс". Он был перехвачен британской разведкой по приказу генерала Гамильтона. Бонар Лоу оставался критически настроенным по отношению к политике и присоединился к Дэвиду Ллойд Джорджу для формирования коалиции. Билли Хьюз был движущей силой военных усилий и политики призыва. Вновь назначенный премьер-министр от Лейбористской партии установил тесные отношения с Мунро Фергюсоном, который признал его способности. Мунро Фергюсон видел свою роль во время войны как агент британских военных усилий, а не просто представитель Короны. Он открыто поддерживал тех, кто был предан войне, и выступал против тех, кто не был. В Тихом океане Япония была союзником, но их планы по расширению флота вызывали опасения. Колониальный секретарь придерживался политики, аналогичной политике консерватора сэра Стаффорда Норткота, генерал-губернатора (1904–1908). Мунро Фергюсон активно путешествовал по стране, осматривая войска, встречаясь с важными лицами и посещая предприятия по производству боеприпасов. Благодаря активной переписке с генералом Бердудом его влияние ощущалось при назначении на высшие военные должности. Укрепив свой авторитет в Доминионе, он отдал предпочтение генералу Бруденеллу Уайту перед генералом Монашем, будущим командующим Австралийским корпусом. В октябре 1915 года Фишер ушел в отставку, и Хьюз занял пост премьер-министра. Мунро Фергюсон признал лидерские качества Хьюза во время войны и поддержал его как в частном, так и в публичном порядке, что выходило за рамки конституционных норм. Хьюз был убежден, что только введение воинской повинности позволит Австралии выполнить свои обязательства в отношении военных усилий, и Мунро Фергюсон всячески его поддерживал. В ответ Хьюз объявил о призыве еще 50 000 человек, но без предварительного планирования. Хьюз отказался инициировать дебаты в Федеральном парламенте. Мунро Фергюсон рассматривал поражение на плебисцитах о призыве в октябре 1916 года и декабре 1917 года как катастрофу для Австралии и военных усилий. Он также считал, что Империи необходима интеграционная политика, сочетающая канадские и британские войска с австралийскими в рамках полковой системы. Губернатор ясно дал понять, что война была простой и справедливой большой битвой: "Отсутствие придирок здесь по поводу преждевременной бомбардировки и отложенного списка потерь достойно всяческой похвалы", – написал он об АНЗАКах в Галлиполи. По мнению Мунро Фергюсона, пресса преувеличивала героизм австралийских солдат, создавая сенсационные истории, которые взволновали мир. Когда Хьюза исключили из Лейбористской партии после первого плебисцита, Мунро Фергюсон позволил ему остаться на посту премьер-министра меньшинства, опираясь на поддержку либералов Кука. Он призвал Хьюза и Кука сформировать новую партию на платформе "победить в войне". Эта партия, Националистическая партия, была сформирована позже в 1916 году, лидером стал Хьюз, а заместителем лидера – Кук. Во время второй плебисцитной кампании Хьюз пообещал уйти в отставку, если она не состоится. Плебисцит провалился, и Хьюз сдержал свое обещание уйти в отставку. Однако альтернативных кандидатов не было, и Мунро Фергюсон использовал свои резервные полномочия, чтобы немедленно вновь назначить Хьюза на должность, тем самым позволив ему остаться у власти, выполнив при этом свое обещание уйти в отставку.

It was advantageous that Munro Ferguson was politically experienced because he arrived in Melbourne, then the site of the Parliament of Australia, to find himself in the midst of a political crisis. The Liberal government of Joseph Cook had a one seat majority in the House of Representatives, but the Labor Party had a majority in the Senate and had used it systematically to frustrate the government. Cook was now determined to force a double dissolution election under Section 57 of the Constitution. Winston Churchill did not help when hinting 'wastage' could be made up from former wounded Australians, and communicating the idea to Munro Ferguson. A journalist Keith Murdoch tried to take documents from the imperial base at Egypt to London, to meet PM Asquith and Lord Northcliffe of The Times. He was intercepted en route by British intelligence, under orders from General Hamilton. Bonar Law remained critical of the policy and joined David Lloyd George to bring about a Coalition. Billy Hughes was the driving force behind the war effort and the policy of conscription. The incoming Labor Premier formed a close relationship with Munro Ferguson, who recognised his ability. Munro Ferguson saw his role in wartime as an agent of the British war effort, not just a representative of the Crown. He openly supported those who were committed to the war, and opposed those who were not. In the Pacific, Japan were allies; but their naval expansionary plans worried. The Colonial Secretary adopted a policy similar to Conservative Sir Stafford Northcote, Governor General (1904–8). Munro Ferguson was actively travelling the country reviewing troops, meeting dignitaries, and seeing munitions factories. Through an active correspondence with General Birdwood, his influence was felt over senior military appointments. His authority firmly stamped on the Dominion, he favoured Gen Brudenell White over Gen Monash, the eventual commander of AIF. In October 1915, Fisher resigned and was succeeded as Prime Minister by Hughes. Munro Ferguson recognised Hughes's qualities as a war leader and supported him privately and publicly, in a way that stretched constitutional propriety. Hughes was convinced that only the introduction of conscription would allow Australia to maintain its commitment to the war effort and Munro Ferguson gave him every encouragement. Hughes' answer was to call up 50,000 more men – but without planning ahead. Hughes refused to call a debate in the Federal parliament. Munro Ferguson regarded the defeat of the conscription plebiscites in October 1916 and December 1917 as disasters for Australia and the war effort. He also believed that the empire needed an integrationist bluewater policy that mixed Canadian and British troops with Australians in the regimental system. The Governor made it clear that the war was simply and justly a big fight: The absence of carping here over the premature bombardment, and the postponed list casualties is beyond all praise, he wrote of the ANZAC at Gallipoli. In Munro Ferguson's opinion the press was a victim of hyperbole on Australian soldiers: big noting tale of heroism that thrilled the world. When Hughes was expelled from the Labor Party after the first plebiscite, Munro Ferguson allowed him to stay in office as a minority Prime Minister, supported by Cook's Liberals. He encouraged Hughes and Cook to form a new party on a "win the war" platform. This party, the Nationalist Party, was formed later in 1916 with Hughes as leader and Cook as deputy leader. During the second plebiscite campaign, Hughes pledged to resign if it were not carried. The plebiscite lost, and Hughes followed through on his promise to resign. However, there were no alternative candidates, and Munro Ferguson used his reserve power to promptly recommission Hughes—thus allowing Hughes to stay in office while fulfilling his promise to stand down.

Послевоенный

После войны торговля с Великобританией была восстановлена, но протекционистская и изоляционистская политика консерваторов угрожала либерально-империалистическому видению единства. В мае 1919 года Мунро Фергюсон уведомил Лондон о своем желании уйти в отставку. Его уговорили остаться, чтобы руководить австралийским туром принца Уэльского в 1920 году. Фергюсон покинул Австралию, оставаясь на тот момент самым успешным генерал-губернатором в истории. Австралия сыграла неотъемлемую и значительную военную роль в поддержке имперских военных усилий, но Хьюз продолжал подрывать имперское единство: народ теперь требовал больше демократии. Он окончательно покинул пост в октябре 1920 года, после более чем шести лет службы. 6 декабря, названный в честь поместья Новар Хаус в Райте – родового гнезда семьи Фергюсон. Либеральный премьер-министр Ллойд Джордж назначил Новара вице-президентом Комитета Совета по образованию. Он был близким политическим другом сэра Эдварда Грея и активно участвовал в работе Палаты лордов. В качестве вице-президента Совета по образованию он осуществлял надзор в 1922 году.

Поздняя карьера

После распада коалиционного правительства его взял под свое крыло другой шотландец, Бонар Лоу, который назначил Новара государственным секретарем по делам Шотландии. После официальной церемонии в 1923 году он получил свободу города Эдинбурга и проявил интерес к истории и традициям своей родины. После непродолжительного периода правления лейбористского правительства он покинул пост в шотландском офисе и был назначен председателем Комитета по политическим наградам. В Шотландии он стал членом Королевской комиссии по сохранению древних и исторических памятников Шотландии. Он остался либералом при новом руководстве и был приглашен в совет попечителей Национальных либералов Шотландии. Занимаясь предпринимательской деятельностью, он стал председателем Северо-британской и коммерческой страховой компании. Он был директором компании Rail Passengers Insurance Company и банка «Союзный банк Шотландии»: эти должности он занимал до самой смерти. Новар был удостоен новых наград, когда в 1926 году его произвели в рыцари ордена Чертополоха (KT). В Лондоне они жили по адресу Портман-сквер, 18. Он был членом клубов «Афинеум» и «Реформа». Работа леди Новар в Британском обществе Красного Креста, в том числе преобразование бального зала в резиденции губернатора Мельбурна для нужд общества, была отмечена назначением ее в 1918 году Дамой Большого креста Ордена Британской империи (GBE). Лорд Новар скончался у себя дома 30 марта 1934 года в возрасте 74 лет, и вместе с ним угас титул виконта Новара, поскольку у него не было наследников. Титулы барона Новара и барона Мьюртона перешли в состояние дремлющего действия. Его документы являются чрезвычайно важным источником для историков австралийской политики и роли Австралии в Первой мировой войне. Леди Новар умерла в 1941 году.

Наследие

Сады Новара в Южной Австралии были названы в 1921 году в честь виконта Новара. Паром Сиднейской гавани «Леди Фергюсон» (построенный в 1914 году) был назван в честь леди Новар, в соответствии с установившейся традицией, согласно которой паромы назывались в честь жен генеральных губернаторов Австралии и губернаторов штата Новый Южный Уэльс.