Введение
Американский ученый (1839–1903)
Премия Рамфорда (1880)
ForMemRS (1897) 11 февраля 1839 – 28 апреля 1903) – американский ученый, внесший значительный теоретический вклад в физику, химию и математику. Его работы по применению термодинамики сыграли решающую роль в преобразовании физической химии в строгую дедуктивную науку. Вместе с Джеймсом Клерком Максвеллом и Людвигом Больцманом он создал статистическую механику (термин, который он ввел), объясняя законы термодинамики как следствие статистических свойств ансамблей возможных состояний физической системы, состоящей из множества частиц. Гиббс также занимался применением уравнений Максвелла к задачам физической оптики. Как математик, он разработал современный векторный анализ (независимо от британского ученого Оливера Хевисайда, который проводил аналогичные исследования в тот же период) и описал феномен Гиббса в теории анализа Фурье. В 1863 году Йельский университет присвоил Гиббсу первую американскую докторскую степень в области инженерии. После трехлетнего пребывания в Европе Гиббс провел остаток своей карьеры в Йельском университете, где с 1871 года до своей смерти в 1903 году был профессором математической физики. Работая в относительной изоляции, он стал первым американским ученым-теоретиком, получившим международное признание, и был высоко оценен Альбертом Эйнштейном как «величайший ум в американской истории». В 1901 году Гиббс получил медаль Копли Лондонского королевского общества, которая в то время считалась высшей наградой международного научного сообщества.
ForMemRS (1897) February 11, 1839 – April 28, 1903) was an American scientist who made significant theoretical contributions to physics, chemistry, and mathematics. His work on the applications of thermodynamics was instrumental in transforming physical chemistry into a rigorous deductive science. Together with James Clerk Maxwell and Ludwig Boltzmann, he created statistical mechanics (a term that he coined), explaining the laws of thermodynamics as consequences of the statistical properties of ensembles of the possible states of a physical system composed of many particles. Gibbs also worked on the application of Maxwell's equations to problems in physical optics. As a mathematician, he created modern vector calculus (independently of the British scientist Oliver Heaviside, who carried out similar work during the same period) and described the Gibbs phenomenon in the theory of Fourier analysis. In 1863, Yale University awarded Gibbs the first American doctorate in engineering. After a three year sojourn in Europe, Gibbs spent the rest of his career at Yale, where he was a professor of mathematical physics from 1871 until his death in 1903. Working in relative isolation, he became the earliest theoretical scientist in the United States to earn an international reputation and was praised by Albert Einstein as "the greatest mind in American history." In 1901, Gibbs received what was then considered the highest honor awarded by the international scientific community, the Copley Medal of the Royal Society of London,
Комментаторы и биографы отмечали контраст между тихой, уединенной жизнью Гиббса в Новой Англии на рубеже веков и огромным международным влиянием его идей. Хотя его работа была почти исключительно теоретической, практическая ценность вклада Гиббса стала очевидной с развитием промышленной химии в первой половине XX века. По словам Роберта Милликана, в фундаментальной науке Гиббс «сделал для статистической механики и термодинамики то же, что Лаплас для небесной механики, а Максвелл для электродинамики, – создал в своей области практически завершенную теоретическую структуру».
Семейное происхождение
Гиббс родился в Нью-Хейвене, штат Коннектикут. Он происходил из старинной семьи янки, которая с XVII века давала выдающихся американских священнослужителей и ученых. Он был четвертым из пяти детей и единственным сыном Джосии Вилларда Гиббса-старшего и его жены Мэри Анны, урожденной Ван Клив. По отцовской линии он был потомком Сэмюэля Уиларда, исполнявшего обязанности президента Гарвардского колледжа с 1701 по 1707 год. По материнской линии одним из его предков был преподобный Джонатан Дикинсон, первый президент Колледжа Нью-Джерси (позже Принстонского университета). Имя, которое он носил вместе со своим отцом и другими членами расширенной семьи, восходит к его предку Джосии Уилларду, который в XVIII веке занимал должность секретаря провинции Массачусетского залива. Его бабушка по отцовской линии, Мерси (Прескотт) Гиббс, была сестрой Ребекки Минот Прескотт Шерман, жены одного из отцов-основателей США, Роджера Шермана, и он приходился двоюродным братом Роджеру Шерману Болдуину (см. дело «Амистад» ниже). Старшего Гиббса в семье и среди коллег обычно называли «Джозией», а сына – «Уиллардом». Джозия Гиббс был лингвистом и богословом, преподавал священное писание в Йельской богословской школе с 1824 года до своей смерти в 1861 году. Сегодня его в основном помнят как аболициониста, который нашел переводчика для африканских пассажиров корабля «Амистад», что позволило им дать показания во время суда, последовавшего за их восстанием против продажи в рабство.
Образование
Уиллард Гиббс получил образование в школе Хопкинса и поступил в Йельский колледж в 1854 году в возрасте 15 лет. В Йельском университете Гиббс получил премии за успехи в математике и латыни и окончил его в 1858 году, будучи одним из лучших в своем классе. Он остался в Йельском университете в качестве аспиранта в Шеффилдской научной школе. В возрасте 19 лет, вскоре после окончания колледжа, Гиббс был принят в Коннектикутскую академию искусств и наук, научное учреждение, состоящее преимущественно из членов Йельского факультета. Сохранилось относительно немного документов того периода, и трудно с точностью восстановить детали ранней карьеры Гиббса. По мнению биографов, главным наставником и защитником Гиббса, как в Йеле, так и в Коннектикутской академии, был, вероятно, астроном и математик Хьюберт Ансон Ньютон, ведущий авторитет в области метеоров, который оставался другом и доверенным лицом Гиббса на протяжении всей жизни. Молодой Гиббс постоянно страдал от проблем с легкими, и его врачи опасались, что он может быть восприимчив к туберкулезу, от которого умерла его мать. Он также страдал астигматизмом, лечение которого в то время было в значительной степени неизвестно окулистам, поэтому Гиббсу пришлось самостоятельно ставить диагноз и шлифовать собственные линзы. Хотя в последующие годы он использовал очки только для чтения или другой работы вблизи, он не был призван в армию и оставался в Йеле на протяжении всей войны. В 1863 году Гиббс получил первую докторскую степень (PhD) в области инженерии, присужденную в США, за диссертацию под названием «О форме зубьев колес в прямозубых передачах», в которой он использовал геометрические методы для исследования оптимальной конструкции зубчатых передач. В 1861 году Йельский университет стал первым в США университетом, предложившим степень доктора философии, и Гиббс был лишь пятым доктором философии, получившим степень в США по любой специальности. Он также представил доклад перед Коннектикутской академией под названием «Правильный масштаб единиц длины», в котором предложил схему рационализации системы единиц измерения, используемой в механике. По окончании срока пребывания в качестве наставника Гиббс отправился в Европу со своими сестрами. Зиму 1866–67 годов они провели в Париже, где Гиббс посещал лекции в Сорбонне и Коллеж де Франс, которые читали такие выдающиеся математики, как Жозеф Лиувилль и Мишель Шасль. Подвергнувшись изнурительному режиму учебы, Гиббс серьезно простудился, и врач, опасаясь туберкулеза, посоветовал ему отдохнуть на Ривьере, где он и его сестры провели несколько месяцев, и где он полностью выздоровел. Переехав в Берлин, Гиббс посещал лекции математиков Карла Вейерштрасса и Леопольда Кронекера, а также химика Генриха Густава Магнуса. В августе 1867 года сестра Гиббса Джулия вышла замуж в Берлине за Аддисона Ван Нейма, который был одноклассником Гиббса в Йеле. Молодожены вернулись в Нью-Хейвен, оставив Гиббса и его сестру Анну в Германии. В Гейдельберге Гиббс познакомился с работами физиков Густава Кирхгофа и Германа фон Гельмгольца, а также химика Роберта Бунзена. В то время немецкие ученые были ведущими авторитетами в области естественных наук, особенно химии и термодинамики. Гиббс вернулся в Йель в июне 1869 года и некоторое время преподавал французский язык студентам-инженерам. Вероятно, примерно в это же время он работал над новой конструкцией регулятора паровой машины, своим последним значительным исследованием в области машиностроения. В 1871 году он был назначен профессором математической физики в Йельском университете, первой такой кафедрой в Соединенных Штатах. Гиббс, располагавший независимым состоянием и еще ничего не опубликовавший, был назначен преподавать исключительно аспирантам и был принят на работу без заработной платы.
Карьера, 187380
Гиббс опубликовал свою первую работу в 1873 году. Хотя в журнале было немного читателей, способных понять работу Гиббса, он рассылал перепечатки корреспондентам в Европе и получил восторженный отклик от Джеймса Клерка Максвелла в Кембридже. Максвелл даже сделал своими руками глиняную модель, иллюстрирующую построения Гиббса. Затем он изготовил два гипсовых слепка своей модели и отправил один Гиббсу. Этот слепок экспонируется на физическом факультете Йельского университета. Максвелл включил главу о работе Гиббса в следующее издание своей "Теории тепла", опубликованное в 1875 году. Он объяснил полезность графических методов Гиббса в лекции перед Лондонским химическим обществом и даже упомянул о них в статье "Диаграммы", написанной им для "Британской энциклопедии". Перспективы сотрудничества между ними были оборваны ранней смертью Максвелла в 1879 году, в возрасте 48 лет. Позже в Нью-Хейвене распространилась шутка о том, что "жил лишь один человек, способный понять работы Гиббса. Это был Максвелл, и теперь он умер". Затем Гиббс расширил свой термодинамический анализ на многофазные химические системы (то есть на системы, состоящие из более чем одной формы вещества) и рассмотрел ряд конкретных применений. Он описал эти исследования в монографии под названием "О равновесии гетерогенных веществ", опубликованной Академией Коннектикута в двух частях, вышедших в 1875 и 1878 годах соответственно. Эта работа, занимающая около трехсот страниц и содержащая ровно семьсот пронумерованных математических уравнений, начинается с цитаты Рудольфа Клаузиуса, выражающей то, что впоследствии было названо первым и вторым законами термодинамики: "Энергия мира постоянна. Энтропия мира стремится к максимуму". Монография Гиббса строго и гениально применяла его термодинамические методы к интерпретации физико-химических явлений, объясняя и связывая то, что ранее представляло собой совокупность разрозненных фактов и наблюдений. Эту работу описывали как "Принципы термодинамики" и как труд "практически неограниченного масштаба". Вильгельм Оствальд, переведший монографию Гиббса на немецкий язык, назвал Гиббса "основателем химической энергетики". По мнению современных исследователей,
blockquote|It is universally recognised that its publication was an event of the first importance in the history of chemistry Nevertheless it was a number of years before its value was generally known, this delay was due largely to the fact that its mathematical form and rigorous deductive processes make it difficult reading for anyone, and especially so for students of experimental chemistry whom it most concerns.|J. J. O'Connor and E. F. Robertson, 1997
In 1879, Gibbs derived the Gibbs Appell equation of motion, rediscovered in 1900 by Paul Émile Appell.
>Публикация этой работы общепризнанно является событием первостепенной важности в истории химии. Тем не менее, потребовалось несколько лет, чтобы ее ценность стала широко известной. Эта задержка была во многом обусловлена тем, что ее математическая форма и строгие дедуктивные методы затрудняют чтение для любого, и особенно для студентов, изучающих экспериментальную химию, которых она касается в наибольшей степени.
blockquote|It is universally recognised that its publication was an event of the first importance in the history of chemistry Nevertheless it was a number of years before its value was generally known, this delay was due largely to the fact that its mathematical form and rigorous deductive processes make it difficult reading for anyone, and especially so for students of experimental chemistry whom it most concerns.|J. J. O'Connor and E. F. Robertson, 1997
In 1879, Gibbs derived the Gibbs Appell equation of motion, rediscovered in 1900 by Paul Émile Appell.
Дж. Дж. О'Коннор и Э. Ф. Робертсон, 1997
blockquote|It is universally recognised that its publication was an event of the first importance in the history of chemistry Nevertheless it was a number of years before its value was generally known, this delay was due largely to the fact that its mathematical form and rigorous deductive processes make it difficult reading for anyone, and especially so for students of experimental chemistry whom it most concerns.|J. J. O'Connor and E. F. Robertson, 1997
In 1879, Gibbs derived the Gibbs Appell equation of motion, rediscovered in 1900 by Paul Émile Appell.
В 1879 году Гиббс вывел уравнение движения Гиббса — Аппеля, которое было вновь открыто в 1900 году Полем Эмилем Аппелем.
blockquote|It is universally recognised that its publication was an event of the first importance in the history of chemistry Nevertheless it was a number of years before its value was generally known, this delay was due largely to the fact that its mathematical form and rigorous deductive processes make it difficult reading for anyone, and especially so for students of experimental chemistry whom it most concerns.|J. J. O'Connor and E. F. Robertson, 1997
In 1879, Gibbs derived the Gibbs Appell equation of motion, rediscovered in 1900 by Paul Émile Appell.
Карьера, 18801903
С 1880 по 1884 год Гиббс работал над развитием внешней алгебры Германна Грассмана в векторное исчисление, хорошо приспособленное к нуждам физиков. С этой целью Гиббс разграничил скалярное и векторное произведения двух векторов и ввёл понятие диадики. Аналогичная работа проводилась независимо и примерно в то же время британским математическим физиком и инженером Оливером Хэвисайдом. Гиббс стремился убедить других физиков в удобстве векторного подхода по сравнению с кватернионным исчислением Уильяма Роуэна Гамильтона, которое в то время широко использовалось британскими учеными. Это привело его в начале 1890-х годов к полемике с Питером Гатри Тейтом и другими на страницах журнала Nature. (который, как он и последующие исследователи не знали, был описан пятьдесят лет назад малоизвестным английским математиком Генри Вильбрахемом). С 1882 по 1889 год Гиббс опубликовал пять статей по физической оптике, в которых исследовал двойное лучепреломление и другие оптические явления, а также защищал электромагнитную теорию света Максвелла от механических теорий лорда Кельвина и других. Гиббс сознательно избегал спекуляций о микроскопической структуре материи и намеренно ограничивал свои исследовательские задачи теми, которые можно решить, исходя из общих принципов и экспериментально подтвержденных фактов. Используемые им методы были весьма оригинальными, а полученные результаты убедительно подтвердили справедливость электромагнитной теории Максвелла. Гиббс ввёл термин «статистическая механика» и ключевые понятия в соответствующем математическом описании физических систем, включая понятие химического потенциала (1876). Вывод Гиббсом законов термодинамики из статистических свойств систем, состоящих из множества частиц, был представлен в его влиятельном учебнике «Элементарные принципы статистической механики», опубликованном в 1902 году, за год до его смерти. Гиббс руководил докторской диссертацией по математической экономике, написанной Ирвингом Фишером в 1891 году. После смерти Гиббса Фишер финансировал публикацию его «Собрания сочинений». Другим выдающимся учеником был Ли Де Форест, впоследствии пионер радиотехники. Гиббс умер в Нью-Хейвене 28 апреля 1903 года в возрасте 64 лет от острой кишечной непроходимости, и его тело было похоронено на близлежащем кладбище Гроув-стрит. В мае Йельский университет организовал мемориальное собрание в лаборатории Слоуна. Известный британский физик Дж. Дж. Томсон присутствовал и выступил с кратким докладом.
Личная жизнь и характер
Гиббс никогда не женился и всю жизнь прожил в доме своего детства со своей сестрой Джулией и её мужем Аддисоном Ван Неймом, который был библиотекарем Йельского университета. За исключением обычных летних отпусков в Адирондаках (в долине Кин, штат Нью-Йорк) и позднее в Белых горах (в Интервале, штат Нью-Гэмпшир), его пребывание в Европе в 1866–1869 годах было почти единственным временем, когда Гиббс находился за пределами Нью-Хейвена, и он оставался постоянным посетителем богослужений до конца своей жизни. Гиббс обычно голосовал за кандидата от Республиканской партии на президентских выборах, но, как и другие "мугвампы", его обеспокоенность растущей коррупцией, связанной с партийной политикой, привела его к поддержке Гровера Кливленда, консервативного демократа, на выборах 1884 года. Мало что известно о его религиозных или политических взглядах, которые он в основном скрывал. Помимо научных работ, касающихся его исследований, он опубликовал лишь две другие статьи: краткий некролог Рудольфа Клаузиуса, одного из основателей математической теории термодинамики, и более подробные биографические воспоминания о своем наставнике в Йеле, Х. А. Ньютоне. По мнению Эдварда Бидуэлла Уилсона,
blockquote|Gibbs was not an advertiser for personal renown nor a propagandist for science; he was a scholar, scion of an old scholarly family, living before the days when research had become résearch Gibbs was not a freak, he had no striking ways, he was a kindly dignified gentleman.| E. B. Wilson, 1931 US President Chester A. Arthur appointed him as one of the commissioners to the National Conference of Electricians, which convened in Philadelphia in September 1884, and Gibbs presided over one of its sessions. Gibbs was seen habitually in New Haven driving his sister's carriage. In an obituary published in the American Journal of Science, Gibbs's former student Henry A. Bumstead referred to Gibbs's personal character:
blockquote|Unassuming in manner, genial and kindly in his intercourse with his fellow men, never showing impatience or irritation, devoid of personal ambition of the baser sort or of the slightest desire to exalt himself, he went far toward realizing the ideal of the unselfish, Christian gentleman. In the minds of those who knew him, the greatness of his intellectual achievements will never overshadow the beauty and dignity of his life.|H. A. Bumstead, 1903
> Гиббс не стремился к личной известности и не был пропагандистом науки; он был ученым, потомком старинного ученого рода, жившим до того времени, когда исследования превратились в погоню за грантами. Гиббс не был чудаком, у него не было экстравагантных манер, он был доброжелательным и достойным джентльменом.
blockquote|Gibbs was not an advertiser for personal renown nor a propagandist for science; he was a scholar, scion of an old scholarly family, living before the days when research had become résearch Gibbs was not a freak, he had no striking ways, he was a kindly dignified gentleman.| E. B. Wilson, 1931 US President Chester A. Arthur appointed him as one of the commissioners to the National Conference of Electricians, which convened in Philadelphia in September 1884, and Gibbs presided over one of its sessions. Gibbs was seen habitually in New Haven driving his sister's carriage. In an obituary published in the American Journal of Science, Gibbs's former student Henry A. Bumstead referred to Gibbs's personal character:
blockquote|Unassuming in manner, genial and kindly in his intercourse with his fellow men, never showing impatience or irritation, devoid of personal ambition of the baser sort or of the slightest desire to exalt himself, he went far toward realizing the ideal of the unselfish, Christian gentleman. In the minds of those who knew him, the greatness of his intellectual achievements will never overshadow the beauty and dignity of his life.|H. A. Bumstead, 1903
Э. Б. Уилсон, 1931. Президент Честер А. Артур назначил его одним из комиссаров Национальной конференции электриков, которая проходила в Филадельфии в сентябре 1884 года, и Гиббс председательствовал на одном из её заседаний. Гиббса часто видели в Нью-Хейвене, управляющим каретой своей сестры. В некрологе, опубликованном в журнале American Journal of Science, бывший студент Гиббса Генри А. Бамстед охарактеризовал его личные качества:
blockquote|Gibbs was not an advertiser for personal renown nor a propagandist for science; he was a scholar, scion of an old scholarly family, living before the days when research had become résearch Gibbs was not a freak, he had no striking ways, he was a kindly dignified gentleman.| E. B. Wilson, 1931 US President Chester A. Arthur appointed him as one of the commissioners to the National Conference of Electricians, which convened in Philadelphia in September 1884, and Gibbs presided over one of its sessions. Gibbs was seen habitually in New Haven driving his sister's carriage. In an obituary published in the American Journal of Science, Gibbs's former student Henry A. Bumstead referred to Gibbs's personal character:
blockquote|Unassuming in manner, genial and kindly in his intercourse with his fellow men, never showing impatience or irritation, devoid of personal ambition of the baser sort or of the slightest desire to exalt himself, he went far toward realizing the ideal of the unselfish, Christian gentleman. In the minds of those who knew him, the greatness of his intellectual achievements will never overshadow the beauty and dignity of his life.|H. A. Bumstead, 1903
> Скромный в манерах, общительный и доброжелательный в общении с людьми, никогда не проявлявший нетерпения или раздражения, лишенный низменных личных амбиций или малейшего желания возвысить себя, он был близок к воплощению идеала бескорыстного, христианского джентльмена. В памяти тех, кто его знал, величие его интеллектуальных достижений никогда не затмит красоту и достоинство его жизни.
blockquote|Gibbs was not an advertiser for personal renown nor a propagandist for science; he was a scholar, scion of an old scholarly family, living before the days when research had become résearch Gibbs was not a freak, he had no striking ways, he was a kindly dignified gentleman.| E. B. Wilson, 1931 US President Chester A. Arthur appointed him as one of the commissioners to the National Conference of Electricians, which convened in Philadelphia in September 1884, and Gibbs presided over one of its sessions. Gibbs was seen habitually in New Haven driving his sister's carriage. In an obituary published in the American Journal of Science, Gibbs's former student Henry A. Bumstead referred to Gibbs's personal character:
blockquote|Unassuming in manner, genial and kindly in his intercourse with his fellow men, never showing impatience or irritation, devoid of personal ambition of the baser sort or of the slightest desire to exalt himself, he went far toward realizing the ideal of the unselfish, Christian gentleman. In the minds of those who knew him, the greatness of his intellectual achievements will never overshadow the beauty and dignity of his life.|H. A. Bumstead, 1903
Г. А. Бамстед, 1903.
blockquote|Gibbs was not an advertiser for personal renown nor a propagandist for science; he was a scholar, scion of an old scholarly family, living before the days when research had become résearch Gibbs was not a freak, he had no striking ways, he was a kindly dignified gentleman.| E. B. Wilson, 1931 US President Chester A. Arthur appointed him as one of the commissioners to the National Conference of Electricians, which convened in Philadelphia in September 1884, and Gibbs presided over one of its sessions. Gibbs was seen habitually in New Haven driving his sister's carriage. In an obituary published in the American Journal of Science, Gibbs's former student Henry A. Bumstead referred to Gibbs's personal character:
blockquote|Unassuming in manner, genial and kindly in his intercourse with his fellow men, never showing impatience or irritation, devoid of personal ambition of the baser sort or of the slightest desire to exalt himself, he went far toward realizing the ideal of the unselfish, Christian gentleman. In the minds of those who knew him, the greatness of his intellectual achievements will never overshadow the beauty and dignity of his life.|H. A. Bumstead, 1903
Векторный анализ
Британские ученые, включая Максвелла, использовали кватернионы Гамильтона для описания динамики физических величин, таких как электрические и магнитные поля, обладающих как величиной, так и направлением в трехмерном пространстве. Следуя за У. К. Клиффордом в его «Элементах динамики» (1888), Гиббс заметил, что произведение кватернионов можно разложить на две части: одномерную (скалярную) величину и трехмерный вектор, в связи с чем использование кватернионов сопряжено с математическими сложностями и избыточностью, которых можно было избежать ради простоты и удобства преподавания. В своих конспектах лекций Йельского университета он определил отдельные скалярное и векторное произведения для пар векторов и ввел общепринятое для них обозначение. Благодаря учебнику «Векторный анализ» (1901), подготовленному Э. Б. Уилсоном на основе записей Гиббса, он внес значительный вклад в разработку методов векторного исчисления, которые до сих пор используются в электродинамике и гидродинамике. Работая над векторным анализом в конце 1870-х годов, Гиббс обнаружил сходство своего подхода с тем, который Грассман использовал в своей «многомерной алгебре». Затем Гиббс стремился популяризировать работы Грассмана, подчеркивая, что они были более общими и исторически предшествовали кватернионной алгебре Гамильтона. Чтобы подтвердить приоритет идей Грассмана, Гиббс убедил наследников Грассмана добиться публикации в Германии эссе «Теория приливов и отливов» (Theorie der Ebbe und Flut), представленного Грассманом в 1840 году на факультет Берлинского университета, в котором он впервые сформулировал понятие, впоследствии названного векторным (линейным) пространством. Как и отстаивал Гиббс в 1880-х и 1890-х годах, кватернионы в конечном итоге были практически полностью заброшены физиками в пользу векторного подхода, разработанного им и независимо Оливером Хевисайдом. Гиббс применил свои векторные методы к определению орбит планет и комет, а также разработал концепцию взаимно обратных триад векторов, которая впоследствии оказалась важной в кристаллографии.
Физическая оптика
Хотя исследования Гиббса в области физической оптики сегодня менее известны, чем его другие работы, они внесли значительный вклад в классический электромагнетизм, применив уравнения Максвелла к теории оптических процессов, таких как двойное лучепреломление, дисперсия и оптическая активность. В этой работе Гиббс показал, что эти процессы можно объяснить, используя уравнения Максвелла, без каких-либо специальных предположений о микроскопической структуре вещества или о природе среды, в которой предположительно распространяются электромагнитные волны (так называемый светоносный эфир). Гиббс также подчеркнул, что отсутствие продольной электромагнитной волны, необходимой для объяснения наблюдаемых свойств света, автоматически обеспечивается уравнениями Максвелла (благодаря тому, что сейчас называется их "калибровочной инвариантностью"), в то время как в механических теориях света, таких как теория лорда Кельвина, это должно быть введено как дополнительное условие на свойства эфира.
Научное признание
Гиббс работал в эпоху, когда в Соединенных Штатах было мало традиций строгой теоретической науки. Его исследования было нелегко понять его студентам и коллегам, и он не стремился популяризировать свои идеи или упростить их изложение, чтобы сделать их более доступными. Несмотря на то, что его работы сразу же были одобрены Максвеллом, графическая формулировка законов термодинамики Гиббсом получила широкое распространение лишь в середине XX века, благодаря работам Ласло Тиса и Герберта Каллена. По словам Джеймса Джеральда Кроутера, в последние годы своей жизни [Гиббс] был высоким, статным джентльменом, с бодрой походкой и румяным лицом, выполнявшим свою долю домашних обязанностей, отзывчивым и добрым (хотя и непонятным) для студентов. Гиббса высоко ценили его друзья, но американская наука была слишком сосредоточена на практических вопросах, чтобы в полной мере использовать его глубокие теоретические работы при его жизни. Он прожил тихую жизнь в Йеле, вызывая глубокое восхищение у немногих талантливых студентов, но не оказав немедленного влияния на американскую науку, соизмеримого с его гением. В 1895 году он был избран членом Американского философского общества. Ему также были присвоены почетные докторские степени Принстонского университета и колледжа Уильямса. Он был избран членом-корреспондентом Прусской и Французской академий наук и получил почетные докторские степени университетов Дублина, Эрлангена и Кристиании.
blockquote|in his later years [Gibbs] was a tall, dignified gentleman, with a healthy stride and ruddy complexion, performing his share of household chores, approachable and kind (if unintelligible) to students. Gibbs was highly esteemed by his friends, but American science was too preoccupied with practical questions to make much use of his profound theoretical work during his lifetime. He lived out his quiet life at Yale, deeply admired by a few able students but making no immediate impress on American science commensurate with his genius.| J. G. Crowther, 1937 In 1895, he was elected to the American Philosophical Society in 1895. He was also awarded honorary doctorates by Princeton University and Williams College. He was elected as corresponding member of the Prussian and French Academies of Science and received honorary doctorates from the universities of Dublin, Erlangen, and Christiania
In his autobiography, mathematician Gian Carlo Rota tells of casually browsing the mathematical stacks of Sterling Library and stumbling on a handwritten mailing list, attached to some of Gibbs's course notes, which listed over two hundred notable scientists of his day, including Poincaré, Boltzmann, David Hilbert, and Ernst Mach. From this, Rota concluded that Gibbs's work was better known among the scientific elite of his day than the published material suggests. Lynde Wheeler reproduces that mailing list in an appendix to his biography of Gibbs. That Gibbs succeeded in interesting his European correspondents in his work is demonstrated by the fact that his monograph "On the Equilibrium of Heterogeneous Substances" was translated into German (then the leading language for chemistry) by Wilhelm Ostwald in 1892 and into French by Henri Louis Le Châtelier in 1899.
В своей автобиографии математик Джан Карло Рота рассказывает о том, как случайно просматривал математические стеллажи библиотеки Стерлинга и наткнулся на рукописный список рассылки, приложенный к некоторым конспектам Гиббса, в котором было перечислено более двухсот выдающихся ученых того времени, включая Пуанкаре, Больцмана, Давида Гильберта и Эрнста Маха. Исходя из этого, Рота пришел к выводу, что работы Гиббса были более известны среди научной элиты того времени, чем можно предположить, исходя из опубликованных материалов. Линд Уилер воспроизводит этот список в приложении к своей биографии Гиббса. Тот факт, что Гиббсу удалось заинтересовать своих европейских корреспондентов своими работами, подтверждается тем, что его монография «О равновесии гетерогенных веществ» была переведена на немецкий язык (который тогда был ведущим языком химии) Вильгельмом Оствальдом в 1892 году и на французский язык Анри Луи Ле Шателье в 1899 году.
blockquote|in his later years [Gibbs] was a tall, dignified gentleman, with a healthy stride and ruddy complexion, performing his share of household chores, approachable and kind (if unintelligible) to students. Gibbs was highly esteemed by his friends, but American science was too preoccupied with practical questions to make much use of his profound theoretical work during his lifetime. He lived out his quiet life at Yale, deeply admired by a few able students but making no immediate impress on American science commensurate with his genius.| J. G. Crowther, 1937 In 1895, he was elected to the American Philosophical Society in 1895. He was also awarded honorary doctorates by Princeton University and Williams College. He was elected as corresponding member of the Prussian and French Academies of Science and received honorary doctorates from the universities of Dublin, Erlangen, and Christiania
In his autobiography, mathematician Gian Carlo Rota tells of casually browsing the mathematical stacks of Sterling Library and stumbling on a handwritten mailing list, attached to some of Gibbs's course notes, which listed over two hundred notable scientists of his day, including Poincaré, Boltzmann, David Hilbert, and Ernst Mach. From this, Rota concluded that Gibbs's work was better known among the scientific elite of his day than the published material suggests. Lynde Wheeler reproduces that mailing list in an appendix to his biography of Gibbs. That Gibbs succeeded in interesting his European correspondents in his work is demonstrated by the fact that his monograph "On the Equilibrium of Heterogeneous Substances" was translated into German (then the leading language for chemistry) by Wilhelm Ostwald in 1892 and into French by Henri Louis Le Châtelier in 1899.
Влияние
Наиболее непосредственное и очевидное влияние Гиббса было на физическую химию и статистическую механику, две дисциплины, которые он в значительной степени помог основать. При жизни Гиббса его фазовое правило было экспериментально подтверждено голландским химиком Х. В. Бакхуисом Рузебумом, который показал, как применять его в различных ситуациях, тем самым обеспечив его широкое использование. В промышленной химии термодинамика Гиббса нашла множество применений в начале XX века, от электрохимии до разработки процесса Хабера для синтеза аммиака. Когда голландский физик Д. Ван дер Ваальс получил Нобелевскую премию в 1910 году «за работу по уравнению состояния газов и жидкостей», он признал огромное влияние работы Гиббса на эту область. Макс Планк получил Нобелевскую премию 1918 года за работу по квантовой механике, в частности, за его статью 1900 года о законе Планка для квантованного излучения абсолютно чёрного тела. Эта работа была в значительной степени основана на термодинамике Кирхгофа, Больцмана и Гиббса. Планк заявил, что имя Гиббса «не только в Америке, но и во всём мире навсегда будет вчислено в число самых выдающихся физиков-теоретиков всех времён». В первой половине XX века были опубликованы два влиятельных учебника, которые вскоре стали рассматриваться как основополагающие документы химической термодинамики, оба из которых использовали и развивали работы Гиббса в этой области: это были «Термодинамика и свободная энергия химических процессов» (1923) Гильберта Н. Льюиса и Мерла Рэндалла и «Современная термодинамика методами Уилларда Гиббса» (1933) Эдварда А. Гуггенхайма. Работа Гиббса по статистическим ансамблям, представленная в его учебнике 1902 года, оказала значительное влияние как на теоретическую физику, так и на чистую математику. Ранние работы Гиббса по использованию графических методов в термодинамике отражают глубокое и оригинальное понимание того, что математики позже назвали бы «выпуклым анализом», включая идеи, которые, по словам Барри Саймона, «оставались невостребованными около семидесяти пяти лет». Важные математические концепции, основанные на работах Гиббса по термодинамике и статистической механике, включают лемму Гиббса в теории игр, неравенство Гиббса в теории информации, а также выборку Гиббса в вычислительной статистике. Развитие векторного исчисления было другим важным вкладом Гиббса в математику. Публикация в 1901 году учебника Э. Б. Уилсона «Векторный анализ», основанного на лекциях Гиббса в Йельском университете, способствовала распространению векторных методов и обозначений как в математике, так и в теоретической физике, окончательно вытеснив кватернионы, которые до этого доминировали в научной литературе. В Йельском университете Гиббс также был наставником Ли Де Фореста, который изобрел триодный усилитель и был назван «отцом радио». Де Форест признал влияние Гиббса на осознание «того, что лидерами в развитии электричества будут те, кто углубляется в более высокую теорию волн и колебаний и передачу посредством них информации и энергии». Гиббс также оказал косвенное влияние на математическую экономику. Он руководил диссертацией Ирвинга Фишера, который получил первую докторскую степень по экономике в Йельском университете в 1891 году. В этой работе, опубликованной в 1892 году как «Математические исследования в теории ценности и цен», Фишер провёл прямую аналогию между гиббсовским равновесием в физических и химических системах и общим равновесием рынков, а также использовал векторную нотацию Гиббса. В 1947 году Сэмюэлсон опубликовал «Основы экономического анализа», основанные на его докторской диссертации, в которой в качестве эпиграфа использовал высказывание, приписываемое Гиббсу: «Математика — это язык». Позже Сэмюэлсон объяснил, что в его понимании цен его «долги были в первую очередь не перед Парето или Слуцким, а перед великим термодинамиком Уиллардом Гиббсом из Йеля». Математик Норберт Винер назвал использование Гиббсом вероятности в формулировании статистической механики «первой великой революцией физики XX века» и как важнейшее влияние на его концепцию кибернетики. В предисловии к своей книге «Человеческое использование людей» Винер объясняет, что она «посвящена влиянию гиббсовского подхода на современную жизнь, как через существенные изменения, которые он привнёс в науку, так и через изменения, которые он косвенно привнёс в наше отношение к жизни в целом».
Празднование
Когда немецкий физик-химик Вальтер Нернст посетил Йель в 1906 году с лекцией Силлимана, он был удивлен, не обнаружив ощутимого памятника Гиббсу. Нернст пожертвовал университету гонорар в 500 долларов за лекцию, чтобы помочь оплатить подходящий монумент. Он был торжественно открыт в 1912 году в виде бронзового барельефа работы скульптора Ли Лори, установленного в Физической лаборатории Слоана. В 1910 году Американское химическое общество учредило премию имени Уилларда Гиббса за выдающиеся достижения в области чистой или прикладной химии. В 1923 году Американское математическое общество учредило лекцию имени Джозии Уилларда Гиббса, «чтобы продемонстрировать общественности некоторые аспекты математики и её применения». В 1945 году Йельский университет учредил должность профессора теоретической химии имени Дж. Уилларда Гиббса, которую до 1973 года занимал Ларс Онсагер. Онсагер, как и Гиббс, уделял большое внимание применению новых математических идей к проблемам физической химии и был удостоен Нобелевской премии по химии в 1968 году. Помимо создания лабораторий имени Джозии Уилларда Гиббса и должности доцента по математике имени Дж. Уилларда Гиббса, Йельский университет также провёл два симпозиума, посвящённых жизни и работе Гиббса: один в 1989 году, а другой – к столетию его смерти в 2003 году. Университет Ратгерса учредил должность профессора термомеханики имени Дж. Уилларда Гиббса, которую по состоянию на 2014 год занимал Бернард Коулман. Гиббс был избран в 1950 году в Зал славы великих американцев. Океанографическое исследовательское судно USNS Josiah Willard Gibbs (T AGOR 1) находилось в составе ВМС США с 1958 по 1971 год. В честь учёного в 1964 году был назван кратер Гиббса, расположенный вблизи восточного лимба Луны. Эдвард Гуггенхайм ввёл символ G для обозначения энергии Гиббса в 1933 году, а в 1966 году его использовал также Дирк тер Хаар. Эта нотация сейчас общепринята и рекомендована IUPAC. В 1960 году Уильям Гиук и другие предложили название «гиббс» (сокращённо gbs.) для единицы энтропии – калории на кельвин, но это обозначение не получило широкого распространения, и соответствующая единица СИ – джоуль на кельвин – не имеет специального названия. В 1954 году, за год до смерти, Альберта Эйнштейна спросили, кто из известных ему мыслителей был величайшим. Эйнштейн ответил: «Лоренц», добавив: «Я никогда не встречался с Уиллардом Гиббсом; возможно, если бы я встретился с ним, я бы поставил его рядом с Лоренцем». Автор Билл Брайсон в своей популярной научно-популярной книге «Краткая история почти всего» называет Гиббса «возможно, самым гениальным человеком, о котором большинство людей никогда не слышали». В 1958 году USS San Carlos был переименован в USNS Josiah Willard Gibbs и переклассифицирован как океанографическое исследовательское судно.
В литературе
В 1909 году американский историк и романист Генри Адамс завершил эссе под названием «Правило фаз, приложенное к истории», в котором он попытался применить правило фаз Гиббса и другие термодинамические концепции к общей теории человеческой истории. Уильям Джеймс, Генри Бамстед и другие критиковали как поверхностное понимание Адамсом научных концепций, которые он использовал, так и произвольность применения этих концепций в качестве метафор для эволюции человеческой мысли и общества. Эссе оставалось неопубликованным до его посмертного появления в 1919 году в сборнике «Деградация демократической догмы», отредактированном младшим братом Генри Адамса, Бруксом. В 1930-х годах феминистская поэтесса Мюриэль Рукейзер увлеклась Уиллардом Гиббсом и написала длинное стихотворение о его жизни и работе («Гиббс», включенное в сборник «Поворотный ветер», опубликованный в 1939 году), а также книгу, посвященную его биографии (Уиллард Гиббс, 1942). По словам Рукейзер:
Уиллард Гиббс – это воплощение воображения в действии. Его история – это история открытия, которое повлияло на нашу жизнь и мышление; и, как мне кажется, он является символом чистого воображения – которое называют абстрактным и непрактичным, но чьи открытия может использовать любой, кто заинтересован, в любой "области" – воображения, которое для меня, больше, чем у любой другой фигуры в американской мысли, любого поэта или политического, или религиозного деятеля, представляет воображение в его сущностных проявлениях.
В 1946 году журнал Fortune проиллюстрировал обложку статьи «Фундаментальная наука» изображением термодинамической поверхности, которую Максвелл построил на основе предложения Гиббса. Рукейзер назвала эту поверхность «статуей воды», а журнал увидел в ней «абстрактное творение великого американского ученого, которое подходит для символики современных форм искусства». Работа Артура Лидова также включала математическое выражение Гиббса для правила фаз для гетерогенных смесей, а также экран радара, форму сигнала осциллографа, яблоко Ньютона и небольшое изображение трехмерной фазовой диаграммы. Подход Рукейзер к Гиббсу также подвергся резкой критике со стороны бывшего студента и протеже Гиббса, Эдвина Уилсона. При поддержке Ван Нейма и Уилсона физик Линд Уилер опубликовала новую биографию Гиббса в 1951 году. И Гиббс, и биография Рукейзер о нем занимают видное место в поэтическом сборнике Стефани Стрикленд «Истинный север» (1997). В художественной литературе Гиббс появляется в роли наставника персонажа Кита Траверса в романе Томаса Пинчона «Против дня» (2006). В этом романе также подробно обсуждается двулучепреломление исландского шпата – оптическое явление, которое исследовал Гиббс.
Штамп Гиббса (2005)
В 2005 году Почтовая служба США выпустила серию памятных почтовых марок "Американские ученые", разработанную художником Виктором Стабином, с изображениями Гиббса, Джона фон Неймана, Барбары Макклинток и Ричарда Фейнмана. Церемония первого дня выпуска серии состоялась 4 мая в Люс-холле Йельского университета. В ней приняли участие научный советник президента США Джон Марбургер, президент Йельского университета Рик Левин и члены семей ученых, чья память была увековечена, в том числе врач Джон У. Гиббс, дальний родственник Уилларда Гиббса. Кеннет Р. Джоллс, профессор химической инженерии Университета штата Айова и эксперт в области графических методов в термодинамике, консультировал при разработке дизайна марки, посвященной Гиббсу. На марке Гиббс обозначен как "термодинамик" и представлена диаграмма из 4-го издания "Теории тепла" Максвелла, опубликованного в 1875 году, иллюстрирующая термодинамическую поверхность Гиббса для воды.
Вторичный
Перепечатано с некоторыми дополнениями в The Scientific Papers, vol. I, pp. xiii–xxviii (1906) и The Collected Works of J. Willard Gibbs, vol. I, pp. xiii–xxviii (1928). Также доступно здесь: D. G. Caldi и G. D. Mostow (ред.), Proceedings of the Gibbs Symposium, Йельский университет, 15–17 мая 1989 г. (American Mathematical Society и American Institute of Physics, 1990). W. H. Cropper, "Величайшая простота: Уиллард Гиббс", в Great Physicists, (Oxford: Oxford University Press, 2001), стр. 106–123. M. J. Crowe, A History of Vector Analysis: The Evolution of the Idea of a Vectorial System, (New York: Dover, 1994 [1967]). J. G. Crowther, Famous American Men of Science, (Freeport, NY: Books for Libraries Press, 1969 [1937]). F. G. Donnan и A. E. Hass (ред.), A Commentary on the Scientific Writings of J. Willard Gibbs, в двух томах, (New York: Arno, 1980 [1936]). В настоящее время онлайн доступен только том I. P. Duhem, Josiah Willard Gibbs à propos de la publication de ses Mémoires scientifiques, (Paris: A. Herman, 1908). C. S. Hastings, "Josiah Willard Gibbs", Biographical Memoirs of the National Academy of Sciences, 6, 373–393 (1909). M. J. Klein, "Gibbs, Josiah Willard", в Complete Dictionary of Scientific Biography, vol. 5, (Detroit: Charles Scribner's Sons, 2008), стр. 386–393. M. Rukeyser, Willard Gibbs: American Genius, (Woodbridge, CT: Ox Bow Press, 1988 [1942]). R. J. Seeger, J. Willard Gibbs, американский математический физик, выдающийся ученый, (Oxford and New York: Pergamon Press, 1974). L. P. Wheeler, Josiah Willard Gibbs, The History of a Great Mind, (Woodbridge, CT: Ox Bow Press, 1998 [1951]). A. S. Wightman, "Convexity and the notion of equilibrium state in thermodynamics and statistical mechanics". Опубликовано как введение к R. B. Israel, Convexity in the Theory of Lattice Gases, (Princeton, NJ: Princeton University Press, 1979), стр. ix–lxxxv. E. B. Wilson, "Воспоминания о Гиббсе студента и коллеги", Bulletin of the American Mathematical Society, 37, 401–416 (1931).