Джон Уэнтворт: Губернатор Нью-Гэмпшира в эпоху Американской революции

Введение

Британский колониальный губернатор Нью-Гэмпшира (1737–1820)

Сэр Джон Уэнтворт, 1-й баронет (9 августа 1737 – 8 апреля 1820) был британским колониальным губернатором Нью-Гэмпшира во время Американской революции. Позже он также занимал должность вице-губернатора Новой Шотландии. Он похоронен в крипте церкви Святого Павла в Галифаксе.

Ранние годы

Уентворт родился в Портсмуте, штат Нью-Гэмпшир, 9 августа 1737 года. Его корни уходили к одним из первых поселенцев провинции Нью-Гэмпшир, и он был внуком Джона Уэнтуорта, занимавшего должность лейтенант-губернатора провинции в 1720-х годах, племянником губернатора Беннинга Уэнтуорта и потомком Уильяма Уэнтуорта, известного как "Старейшина". Его отец, Марк, был крупным землевладельцем и купцом в провинции, а мать, Элизабет Риндж Уэнтуорт, также происходила из высших слоев нью-гемпширского общества. В 1751 году он поступил в Гарвардский колледж, получив степень бакалавра в 1755 году и степень магистра в 1758 году. Во время учебы в Гарварде он был одноклассником и стал близким другом будущего Отца-основателя и президента Соединенных Штатов Джона Адамса. В 1759 году молодой Уентворт сделал свою первую значительную инвестицию, вступив в партнерство для покупки и освоения земель в районе озера Виннипесоки. Уентворт вошел в состав комитета партнеров, который руководил заселением общины, названной инвесторами Вольфборо. В 1763 году его отец отправил его в Лондон для представления его торговых интересов. Благодаря знакомствам отца, он вскоре вошел в высшие слои британского общества. Среди установленных им связей была связь с маркизом Рокингемским, дальним родственником (хотя, по-видимому, ни один из них об этом не знал) и видным политиком-вигом. В 1765 году Уентворт, все еще находившийся в Лондоне, был назначен провинцией одним из ее агентов. В том же году Рокингем стал премьер-министром и возглавил отмену ненавистного Закона о гербовом сборе. Неизвестно, повлиял ли Уентворт на это решение Рокингема, но другой агент Нью-Гэмпшира, Барлоу Трекотик, совместно с Рокингемом разработал позиционную записку по этому вопросу, и Уентворт явно сочувствовал колониальной оппозиции Закону о гербовом сборе. Дядя Уентворта, Беннинг, на протяжении многих лет своего губернаторства наживал состояние, продавая земельные участки к западу от реки Коннектикут, на территорию, права на которую провинция оспаривала. В 1764 году Лорды торговли постановили, что западная граница Нью-Гэмпшира проходит по реке Коннектикут, окончательно передав эту территорию (будущий штат Вермонт) провинции Нью-Йорк. Губернатор, однако, отказался уйти в отставку, что побудило Лордов торговли рассмотреть вопрос о его отзыве. Уентворт вмешался и убедил их позволить его дяде достойно уйти в отставку в пользу племянника. В августе 1766 года он был назначен губернатором и вице-адмиралом Нью-Гэмпшира, а также генеральным геодезистом Королевских лесов в Северной Америке. Перед возвращением в Северную Америку он получил степень доктора общего права в Оксфордском университете. После трудного перехода он прибыл в Чарльстон, Южная Каролина, в марте 1767 года, где приступил к первой масштабной инвентаризации лесов Джорджии и Каролин от имени короны. Затем он отправился на север по суше и был торжественно встречен в Портсмуте 13 июня 1767 года.

Wentworth was born in Portsmouth, New Hampshire, on 9 August 1737. His ancestry went back to some of the earliest settlers of the Province of New Hampshire, and he was a grandson of John Wentworth, who served as the province's lieutenant governor in the 1720s, a nephew to Governor Benning Wentworth, and a descendant of "Elder" William Wentworth. His father Mark was a major landowner and merchant in the province, and his mother, Elizabeth Rindge Wentworth, was also from the upper echelons of New Hampshire society. In 1751, he enrolled in Harvard College, receiving a bachelor's degree in 1755 and a master's degree in 1758. During his time at Harvard, he was a classmate and became a close friend of future Founding Father and President of the United States John Adams. In 1759, the young Wentworth made his first significant investment, joining a partnership in the purchase and development of land in the Lake Winnipesaukee area. Wentworth sat on a committee of partners that oversaw the settlement of the community, which the investors named Wolfeboro. In 1763, his father sent him to London to act on behalf of his merchant interests. Based on his father's introductions, he was soon mingling with the upper levels of British society. Among the connections he made was one with the Marquess of Rockingham, a distant relative (although neither was apparently aware of this) and a leading Whig politician. In 1765, Wentworth, still in London, was appointed by the province as one of its agents. That same year Rockingham became Prime Minister and led the repeal of the hated Stamp Act. Whether Wentworth influenced Rockingham's decision is uncertain, but New Hampshire's other agent, Barlow Trecothick, drafted with Rockingham a position paper on the matter, and Wentworth was clearly sympathetic to colonial opposition to the Stamp Act. Wentworth's uncle Benning had spent many years of his governorship lining his pockets by selling land grants to the west of the Connecticut River, territory to which the province held dubious claim. In 1764, the Lords of Trade ruled that New Hampshire's western border was at the Connecticut River, decisively awarding the territory (the future state of Vermont) to the Province of New York. The governor, however, refused to resign, leading the Lords of Trade to consider his recall. Wentworth interceded, and convinced them to allow his uncle the dignity of resigning in his nephew's favor. In August 1766, he was commissioned as Governor and vice admiral of New Hampshire, and Surveyor General of the King's Woods in North America. Before he returned to North America he was awarded a Doctorate of Common Law by Oxford University. After a difficult crossing he arrived at Charleston, South Carolina in March 1767, where he proceeded to make the first major survey of the forests of Georgia and the Carolinas on behalf of the crown. He then made his way north overland, and was received in Portsmouth with pomp and ceremony on 13 June 1767.

Губернатор Нью-Гэмпшира

Под управлением Вентворта растущая провинция была разделена на пять округов для распределения административных и судебных функций между общинами, удаленными от Портсмута. Вентворт отвечал за их наименование, выбирая имена действующих британских лидеров (включая Рокингема), но также назвал округ Страффорд в честь одного из своих дальних родственников, Томаса Вентворта, 1-го графа Страффорда. Он также начал процесс развития дорог между основными населенными пунктами провинции, которые росли вокруг побережья и рек Мерримак и Коннектикут. Хотя провинциальная ассамблея неохотно финансировала строительство новых дорог, Вентворт использовал квитрентную ренту, собранную с недавно выданных земельных грантов, для оплаты работ. В 1771 году он доложил о строительстве более 322 километров дорог стоимостью 500 фунтов стерлингов. В том же году он убедил ассамблею выделить 100 фунтов стерлингов геодезисту Сэмюэлю Холланду для создания первой подробной и качественной карты провинции. Иронично, но Вентворт был ответственен за значительные улучшения в организации провинциальной милиции. По его прибытии в состав милиции входило около 10 000 человек, которые, по его словам, были "плохо экипированы и почти не дисциплинированы". Он расширил милицию, добавив 1600 человек и три полка, и регулярно посещал смотры полков. Хотя Вентворту удалось удержать Нью-Гэмпшир от введения жестких бойкотов в ответ на Законы Тауншенда, он был явно обеспокоен как колониальным сопротивлением парламентским актам, так и введением войск в Бостон в 1768 году. Он писал Рокингему, что перемещение войск, вероятно, вызовет проблемы, и что правительственные и другие реформы с большей вероятностью увенчаются успехом. Бизнесмены Нью-Гэмпшира в конечном итоге были вынуждены принять бойкот британских товаров, когда бизнесмены из Массачусетса пригрозили приостановить торговлю с ними. После Бостонского чаепития в конце 1773 года, которое еще больше обострило напряженность в Новой Англии, Вентворт успешно предотвратил угрозу подобных действий в Портсмуте. После того, как он дал четкие инструкции капитану корабля, прибывшего с партией чая, Вентворт отправился из Портсмута в Довер. В его отсутствие чай был выгружен и хранился в Портсмутской таможне. Это устранило возможность сброса чая, как это произошло в Бостоне, но горожане все еще были против его присутствия. Комитет торговцев из Портсмута договорился о безопасном сопровождении чая в Галифакс, Новую Шотландию, и чай был благополучно перевезен через город и перегружен на корабль. Популярность Вентворта в провинции начала падать, поскольку напряженность продолжала расти в соседнем Массачусетсе. Когда бостонский порт был закрыт в качестве наказания за Бостонское чаепитие, губернатору Массачусетса Томасу Гейджу становилось все труднее найти рабочих, готовых поддерживать военных (несмотря на широкую безработицу, вызванную закрытием порта). Поэтому он попросил Вентворта помочь в поиске плотников в Нью-Гэмпшире для строительства казарм для войск. Когда его тайные методы были разоблачены и обнародованы, местные революционные комитеты осудили его как "врага общества". Хотя он предполагал, что прибытие Пола Ревира 13 декабря 1774 года, вероятно, вызовет проблемы, он не смог предотвратить марш местной милиции, которая теперь фактически находилась под контролем революционных комитетов, на Форт-Уильям и Мэри на следующий день и захват провинциального вооружения и пороха. Вентворт предупредил гарнизон до этого события и после этого запросил военно-морскую поддержку, но она прибыла слишком поздно, чтобы быть полезной. В конечном итоге он запросил дополнительные подкрепления, но не получил их и понял, что любая попытка арестовать лидеров мятежа, вероятно, приведет к восстанию. Он организовал небольшую группу доверенных людей для охраны его личности и имущества, и в начале 1775 года давление на лоялистов провинции побудило некоторых из них бежать в безопасное место, где находилась британская армия в Бостоне. Несмотря на начало боевых действий с битв при Лексингтоне и Конкорде 19 апреля (после чего многочисленные ополченцы Нью-Гэмпшира отправились на юг, чтобы присоединиться к осаде Бостона), Вентворт созвал провинциальную ассамблею в конце мая. Состоящая в основном из сторонников повстанцев, она отказалась рассмотреть примирительное решение, предложенное премьер-министром лордом Нортом для разрядки кризиса. Поэтому Вентворт распустил ассамблею, надеясь, что задержка благоприятно изменит обстановку. Этого не произошло; 30 мая ополченцы начали занимать и укреплять Портсмут. Капитан Эндрю Баркли с HMS Scarborough еще больше обострил напряженность, принудительно набирая местных рыбаков и изымая припасы для использования войсками в Бостоне. Вентворту удалось разрядить ситуацию, убедив Баркли освободить рыбаков. 13 июня 1775 года, после того как его дом был окружен толпой вооруженных людей, требовавших арестовать офицера лоялистской милиции, Вентворт и его семья бежали в Форт-Уильям и Мэри, который находился под огнем Scarborough. Обстановка продолжала ухудшаться, и Вентворт сел на Scarborough и отплыл в Бостон 23 августа. После отправки своей семьи в Англию он оставался в городе до его эвакуации в Галифакс в марте 1776 года. Он оставался с флотом до захвата Нью-Йорка в сентябре 1776 года и, наконец, отплыл в Англию в начале 1778 года. Правительство Нью-Гэмпшира, образованное после его отъезда, конфисковало большую часть его имущества, но специально сохранило семейные портреты и мебель из поместья в Портсмуте.

Under Wentworth's administration the growing province was divided into five counties to distribute administration and judicial functions to communities remote from Portsmouth. Wentworth was responsible for naming them, choosing names of current British leaders (including Rockingham), but also named Strafford County after one of his distant relatives, Thomas Wentworth, 1st Earl of Strafford. He also began the process of developing roads between the major population centers of the province, which had grown around the coast and the Merrimack and Connecticut Rivers. Although the provincial assembly was reluctant to fund new roads, Wentworth used quitrents collected on recently issued land grants to pay for the work. In 1771, he reported having constructed more than 200 mile (322 km) of roads at a cost of £500. The same year he convinced the assembly to appropriate £100 for surveyor Samuel Holland to produce the first detailed high quality map of the province. Wentworth was ironically responsible for significant improvements to the provincial militia organization. When he arrived, the militia consisted of about 10,000 men, who were by his report "badly accoutred and scarcely at all disciplined". He expanded the militia, adding 1,600 men and three regiments to the force, and regularly attended regimental reviews. Although Wentworth was successful in keeping New Hampshire from implementing harsh boycotts in response to the Townshend Acts, he was clearly troubled by both colonial resistance to Parliamentary acts and by the introduction of troops into Boston in 1768. He wrote to Rockingham that the troop movement was likely to be problematic, and that government and other reforms were more likely to succeed. New Hampshire businessmen were eventually pressured into adopting a boycott of British goods when Massachusetts businessmen threatened to suspend trade with them. After the Boston Tea Party in late 1773 further inflamed tensions in New England, Wentworth successfully defused the threat of similar action in Portsmouth. After issuing careful instructions to the master of a ship arriving with a consignment of tea, Wentworth departed Portsmouth for Dover. During his absence the tea was landed and stored in the Portsmouth customs house. This removed the possibility of the tea being dumped as it had been in Boston, but the townspeople were still opposed to its presence. A committee of Portsmouth merchants negotiated its safe passage to Halifax, Nova Scotia, and the tea was safely transported through the town and reembarked on a ship. Wentworth's popularity in the province began to fall as tensions continued to rise in neighboring Massachusetts. When the Boston port was closed as punishment for the Tea Party, Massachusetts Governor Thomas Gage found it increasingly difficult to find workers willing to support the military (despite rampant unemployment caused by the port closure). He therefore asked Wentworth to assist in the procurement of carpenters in New Hampshire to build barracks for the troops. When his secretive methods to do so were exposed and publicized, local revolutionary committees denounced him as an "enemy to the community". Although he intuited that the arrival of Paul Revere on 13 December 1774, was likely to cause trouble, he was unable to prevent the local militia, now effectively under control of the revolutionary committees, from marching on Fort William and Mary the next day and seizing the provincial armaments and gunpowder. Wentworth had warned the garrison before the event, and called for naval support afterward, but it arrived too late to be of use. He eventually asked for further reinforcements but received none, and realized that any attempt to arrest the ringleaders of the rebellion would likely result in an uprising. He organized a small force of trusted men to act as guards of his person and property, and during early 1775 pressure on the province's Loyalists was prompting some of them to flee to the safety of the British Army presence in Boston. Despite the opening of hostilities with the Battles of Lexington and Concord on 19 April (after which numerous New Hampshire militia went south to join the Siege of Boston), Wentworth convened the provincial assembly in late May. Composed primarily of rebel sympathizers, it refused to consider the Conciliatory Resolution proposed by Prime Minister Lord North to defuse the crisis. Wentworth therefore prorogued the assembly, hoping that a delay would favorably change the atmosphere. It did not; on 30 May, rebel militia began occupying and fortifying Portsmouth. Captain Andrew Barclay of HMS Scarborough further exacerbated tensions by impressing local fishermen and seizing supplies for use by the troops in Boston. Wentworth managed to defuse the situation by convincing Barclay to release the fishermen. On 13 June 1775, after his house was surrounded by a mob of armed men seeking to arrest a Loyalist militia officer, Wentworth and his family fled to Fort William and Mary, which was under the guns of the Scarborough. Conditions continued to deteriorate, and Wentworth boarded the Scarborough and sailed for Boston on 23 August. After sending his family to England, he remained in the city until it was evacuated to Halifax in March 1776. He remained with the fleet until New York City was captured in September 1776, and finally sailed to England in early 1778. The New Hampshire government established after his departure seized most of his property, but specially reserved to the family portraits and furniture from the Portsmouth mansion.

Главный геодезист Королевских лесов

У Уэнтуорта были надежды на то, что он будет назначен губернатором Новой Шотландии, заменив Франсиса Легга. В марте 1782 года министерство лорда Норта пало, и король призвал Рокингема и графа Шелберна сформировать новое правительство и договориться о мире с Конгрессом США. Рокингем фактически обещал ему эту должность и представил его королю, который поблагодарил Уентворта за его усилия по сохранению королевской власти в Нью-Гэмпшире. Однако через три месяца Рокингем умер, и Шелберн получил свободу назначать своих сторонников, поэтому губернаторство перешло к Джону Парру. Хуже того, должность генерального инспектора Королевских лесов была упразднена в качестве меры экономии. Это был самый низкий момент в судьбе Уентворта. Как и большинство лоялистов, он мог рассчитывать лишь на компенсацию за потери в бывших колониях и небольшую пенсию. Однако в апреле 1783 года министерство Шелберна пало, и герцог Портлендский, один из бывших сторонников Рокингема, стал новым министром казначейства. Уентворт успешно добился восстановления своей должности генерального инспектора, и летом того же года вернулся в Галифакс. Его жена, Фрэнсис, последовала за ним в 1784 году. Должность генерального инспектора Королевских лесов считалась синекурой большинством ее предыдущих обладателей, но Уентворт относился к работе очень серьезно. Правительство рассматривало леса Северной Америки как неисчерпаемый источник древесины для строительства кораблей, зданий, пристаней и других сооружений. Но Уентворт был достаточно дальновидным, чтобы понять, что давление со стороны поселенцев буквально подтачивает старые леса. Он осознавал огромный спрос Королевского флота на мачтовую древесину – высокие, прямые сосны, пригодные для мачт, бушпритов и другого такелажа парусных судов. И, учитывая, что Британия только что потеряла около половины своих лесных угодий в Северной Америке, он был полон решимости защитить оставшиеся ценные деревья для обороны государства. В течение следующих семи лет Уентворт путешествовал по лесам восточной Британской Северной Америки, проявляя выносливость и мужество, необычные для человека, которому в 1783 году было сорок шесть лет. Он мог с уверенностью сказать, что его путешествия были настолько тяжелыми физически, что он не смог найти ни одного человека, способного выдержать всю поездку вместе с ним. Лесные резервации, созданные Джоном Уентвортом в период с 1783 по 1791 год, не только обеспечили Королевский флот в критический момент мачтами для победы над Наполеоном, но и заложили основу будущей политики короны в отношении земель в том, что сейчас является Канадой. По возвращении из путешествия в Галифакс в декабре 1786 года он получил письмо от Джеймса Монка, заверяющее его, что вскоре он будет назначен вице-губернатором либо Новой Шотландии, либо Нью-Брансуика. В итоге, после сложной серии назначений и переназначений, Уентворт остался не у дел.

Wentworth had hopes of being appointed Governor of Nova Scotia, replacing Francis Legge. In March, 1782, Lord North's ministry fell and the King called on Rockingham and the Earl of Shelburne to form a new government and negotiate peace with the US Congress. Rockingham had in fact promised him the position and presented him to the King, who thanked Wentworth for his efforts to preserve royal government in New Hampshire. However, three months later Rockingham died, and Shelburne was free to appoint his own supporters, so the governorship went to John Parr. Worse yet, Wentworth's office of Surveyor General of the King's Woods was eliminated as an economy measure. This was the low point of Wentworth's fortunes. All he could look forward to, like most Loyalists, was compensation for his losses in the former colonies and a small pension. However, Shelburne's ministry fell in April, 1783, and the Duke of Portland, one of Rockingham's former supporters, became the new minister of the treasury. Wentworth lobbied successfully to have his surveyor generalship restored, and he returned to Halifax in the summer of that year. His wife, Frances, followed him in 1784. The office of Surveyor General of the King's Woods had been regarded as a sinecure by most of its previous holders, but Wentworth took the job very seriously. The government had seen the forests of North America as an inexhaustible resource of timber for the construction of ships, buildings, wharves, and other purposes. But Wentworth was far sighted enough to see that the pressure of human settlement was literally chipping away at the old growth forests. In particular he was aware of the enormous demand by the Royal Navy for mast timber, the tall, straight pines that were suitable for masts, booms, and other rigging on sailing ships. And given that Britain had just lost about half of its forest lands in North America, he was determined that, for the defense of the realm, the remainder of the choice trees would be protected. text=For the next seven years Wentworth travelled through the woods of eastern British North America, displaying endurance and courage that were remarkable for a man who in 1783 was forty six years old. He could truthfully declare that his journeys were so physically demanding he could never find any man who could stay with him through a whole trip. The timber reservations John Wentworth made between 1783 and 1791 not only provided the Royal Navy at a critical time with the masts to defeat Napoleon, but also laid the basis of future crown land policies in what is now Canada. Upon his return from his travels to Halifax in Dec., 1786, he received a letter from James Monk assuring him that he would soon be appointed lieutenant governor of either Nova Scotia or New Brunswick. In the end, after a complicated series of appointments and reassignments, Wentworth was left the odd man out.

Фрэнсис Уэнтворт и принц Уильям

Фрэнсис Уентворт была несчастна с момента прибытия в Новую Шотландию. Она была столь же амбициозна, как и ее муж, и очень тяжело переживала его и собственные неудачи. Она также скучала по изысканному образу жизни, которым наслаждалась в Англии, по сыну, который учился там, и была огорчена долгими отъездами Джона. Принц Уильям Генри, третий сын короля Георга III, впервые посетил Галифакс в конце 1786 года, когда Джон Уентворт находился в Кейп-Бретоне. Принц, впоследствии известный как «Король-моряк», в то время командовал HMS Pegasus и уже был известен как любитель выпить и бабник, что вызывало беспокойство у его отца-короля. Фрэнсис организовала знакомство с принцем Уильямом. В сорок один год (принцу было двадцать один год) она по-прежнему считалась очень красивой, одевалась по последней моде и сохранила изысканность, приобретенную в Англии. Считается, что вскоре после этого она стала любовницей принца Уильяма. Связь возобновилась, когда принц во второй раз посетил Галифакс в следующем году. Джон узнал об этом, но не стал устраивать публичный скандал; Франсис описала его в письме как «самого робкого из мужчин». Скандал не пошел бы на пользу ни одному из них. Тем не менее, он выразил свое недовольство королю, вероятно, через непосредственного начальника принца, адмирала Герберта Сойера. Принц Уильям вскоре отбыл в Квебек.

Вице-губернатор Новой Шотландии

В начале лета 1791 года Уентворты отплыли в Англию, чтобы попытаться урегулировать свои усугубляющиеся финансовые трудности. Там они узнали о смерти лейтенант-губернатора Парра. Супруги немедленно начали лоббировать назначение Джона на освободившуюся должность, и, хотя его позиции казались слабыми, Генри Дандас принял решение в его пользу, основываясь на его опыте. Уэнтворт стал первым гражданским губернатором Новой Шотландии. В течение предыдущего десятилетия вражда между плантаторами и недавно прибывшими лоялистами чуть не парализовала правительство. Кроме того, расходы на обустройство лоялистов погрузили колонию в долги. Будучи сам лоялистом, Уэнтворт предпочитал их на высшие должности, более равномерно распределяя низшие. Это положило начало подъему лоялистов, который продолжался вплоть до XIX века. Он стабилизировал финансы колонии, введя акциз на весь импорт; к концу 1793 года была погашена даже часть основного долга. В апреле 1793 года пришло известие о начале войны между Великобританией и революционной Францией. Все, кроме 200 человек из колониального гарнизона, были отправлены в Вест-Индию, и Уэнтворту было поручено призвать ополчение и начать набор провинциального полка в 600 человек (позже 800) для обороны, полковником которого он и должен был стать. Он энергично взялся за выполнение этой задачи, несмотря на отсутствие военного опыта. Несмотря на трудности, Королевский новошотландский полк был доведен до боеспособной численности в течение года и прослужил до роспуска после заключения мира в 1802 году. В мае 1794 года в Галифакс прибыл еще один королевский принц, четвёртый сын короля, принц Эдуард, герцог Кентский, вместе со своей фавориткой, Жюли, мадам де Сен-Лоран. Эдуард был назначен главнокомандующим королевскими войсками в Новой Шотландии и Нью-Брансуике. Уэнтворт был доволен этим, поскольку он поссорился с предыдущим командующим, генерал-майором Огилви. Уентворты также были рады приветствовать Жюли, что обрадовало принца, поскольку в Квебеке, где он служил ранее, она подвергалась остракизму. Обе пары завязали прочную дружбу, которая привела к тому, что Уэнтворт предложил принцу использовать его небольшое поместье за городом, которое сегодня известно как Принцесс-Лодж. С более практической точки зрения, влияние принца Эдуарда обеспечило финансирование для укреплений Галифакса и большей части колонии. Он также подарил Галифаксу городские часы, в проектировании которых он помог. Приток государственных средств на военные нужды привёл к процветанию во всей Новой Шотландии. Саймон Перкинс из Ливерпуля оснастил каперский корабль, названный в честь сына Уэнтворта, "Чарльз Мэри Уэнтворт", который получил 19 000 фунтов стерлингов во время своего второго плавания. С тех пор, как Джон занял должность, Уентворты были недовольны состоянием своей резиденции. Здание (на месте, где сейчас находится Дом провинции) было построено из деревянного каркаса в 1758 году. Почти через 40 лет оно пришло в упадок и было недостаточно большим для проведения крупных мероприятий. Начиная с 1796 года, Уэнтворт получил финансирование от Законодательного собрания на строительство совершенно нового здания из камня, которое должно было служить и резиденцией, и общественным пространством, в нескольких кварталах к юго-западу. Дом правительства, как его стали называть, в конечном итоге превысил первоначальный бюджет в три раза, и Уентворты окончательно переехали туда только в 1805 году, когда внутренние работы еще не были завершены. Эта резиденция до сих пор служит домом для вице-губернаторов Новой Шотландии. Уэнтворт также улучшил и расширил дороги, увеличил поддержку нуждающемуся народу микмак Новой Шотландии и создал первую спасательную станцию на острове Сейбл. Менее успешной и дорогостоящей инициативой было поселение марунов с Ямайки, которые в итоге были переселены в Сьерра-Леоне. Уэнтворт изначально поддерживал хорошие отношения с законодательным собранием, но в последующие годы вступил в нарастающий конфликт с неофициальным лидером партии страны, Уильямом Котнэмом Тонге. Конфликт, в основном касавшийся того, какая ветвь власти должна выделять средства на строительство дорог, перерос в конституционную борьбу между губернатором и его советом и Палатой собрания, контролируемой Тонге. Уэнтворт получал помощь и поддержку от влиятельных галифаксских торговцев, но потерял поддержку в других местах. С возобновлением войны с Францией в 1803 году и обострением конфликта с Соединенными Штатами, Лондон внезапно заменил Уэнтворта в 1808 году военным губернатором, генералом Джорджем Превостом. Уэнтворт был посвящён в рыцари и получил баронетский титул в 1795 году, а также получил герб от Коллегии геральдики в Лондоне, Англия, 16 мая 1795 года. Он также был великим магистром масонов. Он ушёл в отставку с поста губернатора Новой Шотландии в 1808 году, получая пенсию в размере 6500 долларов.

The Wentworths sailed to England in the early summer of 1791, to try to sort out their deepening financial disorders. While there, news came that Lt. Gov. Parr had died. The couple immediately began lobbying for John to get the vacated post, and while his position appeared weak, Henry Dundas decided in his favor based on his experience. Wentworth became the first civilian governor of Nova Scotia. During the previous decade hostility between the Planters and the newly arrived Loyalists nearly crippled the government. As well, the cost of settling the Loyalists had plunged the colony into debt. As a Loyalist himself, Wentworth favored them for higher offices, while being more even handed with the distribution of lower offices. This began a Loyalist ascendancy that continued well into the 19th century. He stabilized the colony's finances by introducing an excise duty on all imports; by the end of 1793 even some of the principal of the debt had been paid off. In April, 1793, news arrived that war had broken out between Britain and revolutionary France. All but 200 men of the colony's garrison were sent to the West Indies, and Wentworth was instructed to call out the militia and to begin recruiting a provincial regiment of 600 men (later 800) for home defence, of which he was to be colonel. He set about the task with vigour, in spite of having no military experience. Despite difficulties, the Royal Nova Scotia Regiment was brought up to a useful strength within a year and served until disbanded with the coming of peace in 1802. In May, 1794, another royal prince arrived at Halifax, the fourth son of the King, Prince Edward, Duke of Kent, along with his mistress, Julie, Madame de Saint Laurent. Edward had been appointed C in C of the King's forces in Nova Scotia and New Brunswick. Wentworth was pleased by this, as he had quarreled with the previous commander, Maj. Gen. Ogilvie. The Wentworths were also pleased to welcome Julie, which gratified the Prince, as she had been shunned by society in Québec, where he had been previously posted. The two couples formed a lasting friendship, which led to Wentworth offering the Prince the use of his small estate outside of town, which is today known as Princes Lodge. On a more practical level, Prince Edward's influence brought funding for the fortifications of Halifax and much of the rest of the colony. He also gifted Halifax with its Town Clock, which he helped to design. The influx of government funding for the war effort led to prosperity throughout Nova Scotia. Simeon Perkins of Liverpool outfitted a privateer ship named after Wentworth's son, the Charles Mary Wentworth, which netted 19,000 pounds sterling on her second cruise. The Wentworths had been displeased with the state of their residence since John had come to the office. The building (on the site now occupied by Province House) was a wood frame construction built in 1758. Nearly 40 years later it was generally run down and not large enough for major occasions. Beginning in 1796, Wentworth obtained funding from the Legislature for an entirely new building, built of stone, which would be both a residence and a public space, a few blocks to the southwest. Government House, as it became known, eventually went three times over its initial budget, and the Wentworths did not finally move in until 1805, when the interior was still not finished. This residence still serves as home to Nova Scotia's Lieutenant Governors today. Wentworth also improved and expanded roads, increased support to Nova Scotia's poverty stricken Mi'kmaq people and set up the first rescue station on Sable Island. A less successful and costly initiative was a settlement of Maroons from Jamaica who were instead resettled in Sierra Leone. Wentworth initially enjoyed good relations with the legislature but in later years fell into an escalating confrontation with the informal leader of the country party, William Cottnam Tonge. The conflict, largely over which branch of government should allocate funds for road building, grew into a constitutional struggle between the governor in council and the House of Assembly, controlled by Tonge. Wentworth assisted and drew support from powerful Halifax merchants but lost support elsewhere. With the war with France renewed in 1803 and conflict with the United States intensifying, London abruptly replaced Wentworth in 1808 with a military governor, General George Prevost. Wentworth was knighted and awarded a baronetcy in 1795, and granted a coat of arms by the College of Arms, London, England, 16 May 1795. He also served as Grand Master of the Free Masons. He retired as governor of Nova Scotia in 1808 on a pension of 6500 dollars.

Семья и наследие

Джон Уэнтворт и Фрэнсис Диринг Уэнтворт были двоюродными братом и сестрой. Фрэнсис первой вышла замуж за Теодора Аткинсона-младшего, секретаря колонии Нью-Гэмпшир, который умер в Портсмуте 28 октября 1769 года. Джон и Фрэнсис поженились через две недели. В память о ней названы города Франчестаун, Диринг и Уэнтворт. Имя Джона увековечено в поселке Уэнтворт и его окрестностях. У супругов был один сын, Чарльз Мэри Уэнтворт, который унаследовал баронетский титул. Фрэнсис умерла в Саннингхилле, графство Беркшир, Англия, 14 февраля 1813 года в возрасте 68 лет и была похоронена на кладбище церкви Святого Джеймса в Пикадилли, Вестминстер, Большой Лондон, Англия. Джон умер в Галифаксе, Новая Шотландия, 8 апреля 1820 года в возрасте 84 лет. Он был похоронен в церкви Святого Павла, где установлена мемориальная доска в его память. Резиденция правительства по-прежнему является официальной резиденцией лейтенант-губернаторов Новой Шотландии. Роман Томаса Х. Раддалла «Губернаторская леди» основан на жизни Джона и Фрэнсис Уэнтворт. Лейтенант-губернатор Уэнтворт нанял несколько марунов для работы на своей ферме и в своем доме, а также нескольких в резиденции правительства. У Уэнтворта была метриска из числа марунов. У них был как минимум один ребенок, Джордж Уэнтворт Колли (1804–1893). Ферма Уэнтворта располагалась у подножия озера Лонг-Лейк.