Введение

Битва при Лобосице (или Ловосице, также Ловосиц) 1 октября 1756 года стала первым крупным сухопутным сражением Третьей Силезской войны и, в более широком смысле, Семилетней войны. 28 000 прусских солдат под командованием Фридриха Великого были остановлены 33 000 австрийцами во главе с Максимилианом Улиссом графом фон Брауном от продолжения вторжения в богатую Богемскую равнину, что вынудило Фридриха в итоге отступить на север, в Саксонию, на зиму.

Прелюдия

Будучи сторонником превентивного удара, 29 августа 1756 года Фридрих вторгся в Саксонию с основной частью прусской армии, вопреки совету своих британских союзников. Ни саксонская, ни австрийская армия не были готовы к войне. Саксонская армия заняла сильную оборонительную позицию близ Пирны, и у Фридриха не оставалось иного выбора, кроме как блокировать её и попытаться добиться капитуляции голодом. Тем временем, осознавая, что осада потребует времени, он был вынужден оставить охранный корпус у Пирны и двинуться на юг через труднопроходимые Средние горы (Mittel Gebirge) в Северной Богемии, чтобы обустроить зимние квартиры на плодородной Богемской равнине. Австрийская армия под командованием фельдмаршала фон Брауна подготовила укреплённый лагерь в Будине, чтобы преградить пруссакам путь из Средних гор. Браун тайно поддерживал связь с саксонским премьер-министром Генрихом Брюлем и планировал спасательную операцию по правому берегу Эльбы к Кёнигштейну, расположенному недалеко от Пирны, чтобы помочь саксонской армии переправиться через реку и соединиться со своими союзниками. 28-го Браун получил от Брюля восторженный ответ на своё предложение, и было решено встретиться в ночь на 11/12 сентября. Тем временем Фридрих с 28 000 человек продвигался через Средние горы к Богемской равнине. Разведка Брауна сообщила ему, что пруссаки выйдут из гор в районе Лобосиц, современного Ловосице в Чехии, в нескольких милях к северо-западу от его укреплённого лагеря в Будине. Он отозвал небольшой отряд подкрепления вверх по Эльбе и собрал 33 000 человек, чтобы устроить засаду Фридриху при выходе из узких горных проходов.

Битва

Австрийская армия заняла оборонительные позиции на потухшем вулкане над Лобосицем, Лобош, развернув свои батальоны из Хорватии среди обнесенных стенами виноградников, покрывавших нижние склоны холма. Их поддерживали 7800 регулярных пехотинцев под командованием Франца Морица фон Ласси, скрытые на восточном склоне горы. Перед городом Браун разместил относительно небольшое соединение кавалерии и гренадерских батальонов в качестве приманки. За ними, скрытые в овраге, он устроил засаду из нерегулярных войск и гренадеров, а позади них – резервную бригаду кирасиров. На юге Браун спрятал основную часть своей армии за болотом, очерченным Мореленбахом. Он приказал батальонам лечь в высокую траву и скрыл тяжелые кавалерийские эскадроны в лесу охотничьего заповедника возле деревни Зулловиц. В этой деревне он также разместил несколько батальонов пехоты и артиллерии. Большая часть его армии была скрыта от прусского взгляда утренним туманом и рельефом местности. Утром 1 октября, в густом тумане, прусские войска Фридриха приблизились к Лобосицу в походном порядке. Они совершенно не подозревали, что попадают в ловушку. Австрийские нерегулярные войска на Лобоше открыли по ним огонь, и Фридрих отправил герцога Брауншвейгского Беверна с семью батальонами пехоты, чтобы отбросить их. Центр прусской позиции между двумя горами – Лобошем на севере и Овчином на юге – господствовал невысокий хребет Гомолка. Несколько нерегулярных войск, оборонявших его, были вытеснены, и пруссы развернули на нем батарею тяжелой артиллерии. С Гомолки, в рассеивающемся тумане и щурясь на восходящее солнце, Фридриху и его штабу казалось, что равнина внизу занята лишь несколькими кавалерийскими отрядами. Они пришли к выводу, что Браун отступает и оставил лишь небольшой арьергард. Прусская батарея на Гомольке открыла огонь по спешащей кавалерии, которую командиры постоянно перестраивали, чтобы сделать ее движущейся мишенью. В ее состав входили полк кайзерских драгун Франца, смешанный отряд элитных кавалерийских рот и два небольших полка гусар (Хадик и Бараньяй). Тем временем основная прусская пехота начала разворачиваться в линию между Гомолькой и Лобошем. Ее поддерживали несколько линий основной прусской кавалерии, общей численностью более 10 000 человек, в узкой долине позади; крутые, поросшие виноградниками склоны не подходили для обычного развертывания кавалерии на флангах армии в XVIII веке. Когда туман рассеялся, скрытая до этого австрийская батарея тяжелых орудий перед Лобосицем (12-фунтовые пушки и гаубицы) открыла огонь по открывшейся прусской пехоте. Командир прусской артиллерии Карл Фридрих фон Мёллер выдвинул вперед остальные свои тяжелые орудия и гаубицы на левый фланг, чтобы ответить на новую угрозу. Но в течение следующих нескольких часов прусская пехота (которая, по-видимому, в отличие от австрийцев, оставалась в плотных рядах) понесла большие потери. Желая положить этому конец и избавиться от того, что он считал надоедливым арьергардом, Фридрих последовал совету своего штаба и приказал ограниченному кавалерийскому набегу спуститься с холма, чтобы прогнать немногочисленных австрийцев. Под командованием генерал-лейтенанта Кяу около 1200 прусских кирасиров атаковали австрийскую кавалерию и отбросили ее к Эльбе. Однако, продолжая движение, прусские эскадроны наткнулись на неожиданный овраг между Лобосицем и Мореленбахом, в котором было спрятано несколько сотен нерегулярных войск и австрийских гренадеров. Прусские кирасиры также были удивлены сильным огнем с правого фланга от массированных батарей артиллерии и пехоты, скрытых в деревне Зулловиц. Когда выжившие прусские кавалеристы в беспорядке продвигались вперед по оврагу, подвергаясь атакам с правого и левого флангов, их, наконец, контратаковала скрытая бригада из 1300 свежих австрийских кирасиров (полки Кордуа и Штампах под командованием Карла Адама Феликса фон Лобковица) и отбросила назад. Прусские солдаты с большими потерями отступили на Гомольку. Из этого неожиданного отступления стало ясно, что Фридрих столкнулся не с простым арьергардом, а со всей австрийской армией, развернутой в сильной фланговой позиции. Более того, сражение на прусском левом фланге на горе Лобош также оказалось гораздо сильнее, чем ожидалось. Беверну не удалось "отбросить" нерегулярные войска из виноградников, которые все утро получали значительное подкрепление от пехоты Ласси. Но было еще хуже. Видя унижение и отступление своих товарищей-кавалеристов, генерал Гесслер, начальник прусской кавалерии, взял на себя ответственность за приказ о всеобщей атаке всеми его оставшимися эскадронами. Гесслер, очевидно, был задет выговором короля Пруссии за трусость несколько дней назад и стремился исправить оскорбление. Он также просто выполнял постоянный приказ Фридриха всей своей кавалерии никогда не оставлять без ответа ни одного отпора, а всегда атаковать по собственной инициативе. Поэтому, пропустив через прусскую пехоту всех своих 7200 кавалеристов, Гесслер повел массированную атаку в пойму. Наблюдая за разворачивающимся наступлением, Фридрих, как говорят, воскликнул: "Боже мой, что делает моя кавалерия! Они атакуют во второй раз, и никто не отдал приказа!" Результаты были такими же, как и в первой атаке, но в большем масштабе. Прусские эскадроны подверглись фланговому огню скрытых австрийских орудий и пехоты и контратаке австрийской кавалерии, которая к тому времени была усилена. Несколько прусских кирасиров попытались прорваться через илистую Мореленбах, чтобы добраться до основных австрийских орудий, но их лошади были настолько измучены, что не смогли подняться на берег на другой стороне и были скошены австрийскими батальонами (теперь стоящими в строю) наверху. В конце концов, вся кавалерия Фридриха была истощена и вынуждена отступить. Как и в одном из своих первых сражений, Моллвиц, Фридрих в этот момент был убежден, что он проиграл, и покинул поле боя. В том другом сражении, также пятнадцать лет назад, его подвела кавалерия. На этот раз он отступил в деревню Вхиниц за своей линией фронта и оставил командование сражением Беверну и принцу Фердинанду Брауншвейгскому. Со своей стороны, Беверн не был так расстроен. Его первоначальные семь батальонов на Лобосице израсходовали все свои боеприпасы, не выбив нерегулярные войска из виноградников. Он взял больше батальонов из прусского центра и бросил их в бой на холме. Когда его люди, не привыкшие к такому пересеченному бою, сообщили ему, что у них закончились боеприпасы, он, как сообщается, презрительно сказал: "Что! У вас нет штыков? Прикончите псов!" и повел атаку по склонам. Австрийцы и нерегулярные войска на Лобоше также израсходовали свои боеприпасы и сражались весь день. Они начали медленно отступать в город, упорно защищая ворота. Но командир прусской артиллерии фон Мёллер приказал своим гаубицам поджечь город и выгнать защитников. Сотни раненых австрийцев и даже пленных прусских раненых в Лобосице были сожжены заживо в огне, прежде чем их всех смогли вынести. К этому времени приближался закат (17:42 в это время года на этой широте), и обе стороны, сражавшиеся весь день, прекратили огонь. Браун вывел все свои выжившие правое крыло в целости и сохранности через Лобосиц и через Мореленбах. Обе армии расположились на ночлег. Браун потерял около 2900 человек в битве. Пруссаки, сами потеряв примерно такое же количество, полностью ожидали возобновить сражение на следующий день, на этот раз атаковав через коварное болото Морелен. Но ночью Браун, выполнив свою непосредственную задачу по остановке наступления Фридриха, отдал...

Последствия

Обе стороны потеряли примерно одинаковое количество людей, около 2900 человек, что было более ощутимо для первоначально меньшей прусской армии. Фридрих, все еще потрясенный произошедшим в последующие дни, решил, что его единственным политическим выходом было провозгласить Лобозиц победой, руководствуясь правилами ведения боя XVIII века (поскольку Браун покинул поле сражения). Однако Браун достиг именно того, чего и намеревался: остановить Фридриха у Лобозица и обеспечить свой собственный переход через Эльбу выше по течению, чтобы прийти на помощь саксонской армии в Пирне. Действительно, Фридрих, хотя и оставался на "поле победы", так и не продвинулся дальше Лобозица и в течение двух недель отдал приказ об общем отступлении обратно в Саксонию. Таким образом, стратегически, сохранив свою армию в целости, обеспечив безопасность Богемии и не встретив препятствий на пути к саксам, Браун мог считаться одержавшим стратегическую победу при Лобозице. Впоследствии Браун возглавил спасательную миссию на север, с отобранным отрядом в 8000 человек, по правому (восточному) берегу Эльбы. Несмотря на то, что сам страдал от туберкулеза и кашлял кровью, Браун гнал себя и своих людей сквозь дождь и горные перевалы, чтобы прибыть в пункт встречи, Кенигштайн, точно в тот день, который он обещал саксам – 11 октября. Однако саксонцы не сдержали своего обещания переправиться через Эльбу в Кенигштейне в указанную дату и затягивали время. Лицемерный граф Брюль вел переговоры с пруссаками о более выгодных условиях и продолжал присылать Брауну неискренние просьбы о терпении. К 14-му числу пруссаки, наконец, были предупреждены о присутствии австрийцев, ожидающих на правом берегу напротив Кенигштейна, и сами переправились с блокирующим отрядом. К тому времени Брюль и саксонский король Август III, а также высший саксонский штаб, сдали всю саксонскую армию Фридриху и договорились о весьма выгодных компенсационных условиях для себя. Саксонские полки были полностью включены в состав прусской армии (как IR 50 и 59). Однако этот политико-военный переворот оказался недолговечным, поскольку большинство пехотных полков дезертировали в течение года. А саксонские кавалерийские полки (включая собственный полк шеволежеров графа Брюля) предприняли попытку бежать и сражаться в рядах австрийцев, сохранив свою целостность. Браун благополучно вернул свой спасательный отряд на базу в Будине, потерпев неудачу в своей миссии, но не по своей вине. К концу октября вся прусская армия отступила из Богемии и вернулась через Эльбу, чтобы зимовать в Саксонии. Таким образом, 1756 год, первый год Семилетней войны, завершился тупиком, но с Австрией в выгодном стратегическом положении к 1757 году.