Авианосцы типа "Лексингтон": от крейсеров к истории

Введение

Пара авианосцев для ВМС США в 1920-х годах

Авианосцы класса «Лексингтон» — это пара авианосцев, построенных для ВМС США в 1920-х годах: «Лексингтон» и «Саратога». Корабли были построены на корпусах, изначально заложенных как линейные крейсера после Первой мировой войны, но согласно Вашингтонскому морскому договору 1922 года, всё американское строительство линкоров и линейных крейсеров было отменено. Однако договор разрешил переоборудовать два незавершенных корабля в авианосцы. Они стали первыми полноценными авианосцами в ВМС США и использовались для разработки тактики и процедур авианосной авиации перед Второй мировой войной в ходе серии ежегодных учений. Они продемонстрировали выдающуюся эффективность, и опыт эксплуатации авианосцев класса «Лексингтон» убедил ВМС в ценности крупных авианосцев. Они были самыми крупными авианосцами в ВМС США до завершения строительства кораблей типа «Мидуэй» в 1945 году. Корабли участвовали во Второй мировой войне, принимая участие во многих сражениях. Хотя «Лексингтон» был потоплен в первом в истории авианосном сражении (Битве в Коралловом море) в 1942 году, «Саратога» служил на протяжении всей войны, несмотря на два торпедных попадания, в частности, участвуя в битве у Восточных Соломоновых островов в середине 1942 года, где его самолеты потопили японский лёгкий авианосец «Рюдзё». Он поддерживал операции союзников в Индийском океане и юго-западной части Тихого океана, пока в конце 1944 года не стал учебным кораблём. «Саратога» вернулся в бой для защиты американских войск во время битвы за Иво-Дзиму в начале 1945 года, но получил серьёзные повреждения от атак камикадзе. Дальнейший рост размеров и веса палубной авиации сделал его устаревшим к концу войны. В середине 1946 года корабль был намеренно потоплен во время испытаний ядерного оружия в рамках операции «Кроссроудс».

Разработка

Корабли класса "Лексингтон" изначально проектировались как линейные крейсера, с мощным артиллерийским вооружением, высокой скоростью и умеренной бронезащитой. В 1919–1920 годах ВМС США заложили шесть кораблей этого класса. Когда строительство линейных крейсеров было отменено в соответствии с Вашингтонским морским договором 1922 года, два из незавершенных кораблей были определены для достройки в качестве авианосцев. "Лексингтон" и "Саратога" были выбраны, поскольку они были наиболее продвинутыми из шести строящихся кораблей. Переоборудование стало серией компромиссов и неоднозначных решений, которые не возникли бы, если бы они проектировались как "специально построенные авианосцы" изначально. С положительной стороны, корабли получили бы лучшую противоторпедную защиту, более вместительные погреба для авиационных бомб и, благодаря кормовому лифту, поднятому на 9 метров выше обычного, больше места для посадки самолетов. С отрицательной стороны, переоборудованный линейный крейсер был бы медленнее, чем специально спроектированный авианосец, имел на 16 процентов меньше ангарного пространства, меньший запас аварийного топлива и, из-за "более узких обводов" в корме, менее широкую взлетно-посадочную полосу для захода на посадку. Стоимость была сопоставима. Строительство нового авианосца оценивалось в 27,1 миллиона долларов. Переоборудование корабля класса "Лексингтон" стоило 22,4 миллиона долларов, не считая уже вложенных 6,7 миллиона долларов. С учетом всего, общая сумма составила 28,1 миллиона долларов. В итоге, с подписанием договора, все строящиеся капитальные корабли пяти держав-подписантов (США, Великобритания, Франция, Италия и Япония) должны были быть отменены и утилизированы. Для линейных крейсеров это включало американские "Лексингтоны", японские и британские линейные крейсера типа G3. Для ВМС США выбор был очевиден. Если бы все шесть "Лексингтонов" были утилизированы в соответствии с договором, было бы потеряно 13,4 миллиона долларов, которые можно было бы направить на строительство авианосцев. ВМС выбрали последний вариант. Следующей задачей, стоявшей перед Бюро конструирования и ремонта ВМС, стало ограничение водоизмещения, установленное договором. Водоизмещение авианосцев не должно было превышать 27 000 тонн. Исключение, инициированное помощником министра ВМС Теодором Рузвельтом-младшим и включенное в договор, разрешало кораблям, переоборудуемым из других типов, достигать 33 000 тонн, что на 6000 тонн больше. Этого было бы едва достаточно для переоборудования без удаления половины энергетической установки, что Генеральный совет ВМС не рассматривал как приемлемый вариант. Креативная интерпретация одного из пунктов договора позволила найти выход из этой ситуации. Без этого пункта переоборудование могло оказаться невозможным. По оценкам, сделанным в 1928 году для двух кораблей, фактическое водоизмещение "Лексингтона" составило 35 689 тонн, а "Саратоги" – 35 544 тонны. В официальных списках указывалось водоизмещение в 33 000 тонн, с примечанием: "[это число] не включает в себя вес, разрешенный в соответствии с гл. 2, ч. 3, сек. 1, ст. (d) Вашингтонского договора для обеспечения средств защиты от воздушного и подводного нападения". Это водоизмещение использовалось этими кораблями на протяжении всей их службы. Одной из инновационных особенностей был относительно новый тип носовой части, называемый бульбовым носом или носом Тейлора, названный в честь его изобретателя, контр-адмирала Дэвида Тейлора, который служил главным конструктором Бюро конструирования и ремонта ВМС США во время Первой мировой войны. В результате серии буксировочных испытаний, начатых в 1910 году, этот нос снижал сопротивление воды в среднем на шесть процентов на высоких скоростях, поддерживал форштевень и уменьшал изгибающие напряжения корпуса. Недостатком было образование толстого слоя воды, являющегося частью носовой волны, который поднимался вдоль передней части корпуса на более высоких скоростях, хотя это можно было в некоторой степени уменьшить путем тщательного проектирования этой области.

The Lexington class ships were originally designed to be battlecruisers, with heavy guns, high speed, and moderate armor protection. The Navy laid down six ships of the class in 1919–20. When the battlecruisers were cancelled under the Washington Naval Treaty of 1922, two of the unfinished ships were designated for completion as carriers. Lexington and Saratoga were selected since they were the most advanced of the six ships in construction. Conversion became a series of compromises and mixed blessings which would not have arisen had they been "specifically designed carriers" from the outset. On the plus side, the ships would have better anti torpedo protection, larger magazines for aircraft bombs and, with the aft elevator 28 feet (9 m) higher than otherwise, more room for aircraft landings. On the minus side, a converted battlecruiser would be slower than a specifically designed carrier, have 16 percent less hangar space, less emergency fuel and, with "narrower lines" aft, not as wide a runway for which to aim. Costs were similar. A brand new aircraft carrier was estimated at $27.1 million. Conversion of a Lexington class was $22.4 million, not counting the $6.7 million already sunk into them. Added together, the figure rose to $28.1 million. The bottom line, with the signing of the treaty, was that any capital ships under construction by the five signatories (the United States, Great Britain, France, Italy and Japan) had to be canceled and scrapped. For battlecruisers, this encompassed the United States Lexington class, Japan's , and Great Britain's G3 battlecruisers. For the U. S. Navy, the choice seemed clear. If it scrapped all six Lexingtons in accordance with the treaty, it would throw away $13.4 million that could otherwise go toward aircraft carriers. The Navy opted for the latter course. The next challenge the Navy's Bureau of Construction and Repair faced was the tonnage cap set by the treaty. Carriers were to be no more than 27,000 tons. An exception, spearheaded by Assistant Secretary of the Navy Theodore Roosevelt Jr. and added to the treaty, allowed capital ships under conversion to go up to 33,000 tons, an increase of 6000 tons. This would almost not be enough for a conversion without removing half the power plant, something the Navy General Board did not consider an option. Creative interpreting of a clause in the treaty allowed a potential way out of this situation. Without this clause, conversion might not have been feasible. Estimates made in 1928 for the two ships put Lexington at an actual tonnage of 35,689 tons and Saratoga at 35,544. On official lists, the number given was 33,000 tons, with the footnote, "[this number] does not include weight allowance under Ch. 2, pt. 3, Sec. 1, art. (d) of Washington Treaty for providing means against air and submarine attack". This tonnage was used by these ships for their entire careers. One of their innovative features was a relatively new kind of bow called the bulbous bow or Taylor bow, named after its inventor, Rear Admiral David W. Taylor, who served as Chief Constructor for the U. S. Navy's Bureau of Construction and Repair in World War I. The result of a series of towing tests begun in 1910, this bow reduced water resistance by an average of six percent at high speeds, supported the forecastle and reduced bending stress on the hull. A disadvantage was the formation of a thick layer of water, part of the bow wave, which would creep up along the forward side of the hull at higher speeds, although this could be reduced to some degree by careful design of this area.

Устройство кабины пилота

Эти корабли получили тиковую лётную палубу. Их ангар имел высоту 20 футов (6 м). Ангар был 424 фута (129 м) в длину, а его ширина варьировалась, ограничиваясь громоздкими дымовыми трубами и отсеками для шлюпок. Высота ангара не была превышена на американском авианосце до появления кораблей в середине 1950-х годов. Авиаремонтные мастерские длиной 108 футов (33 м) располагались за ангаром, а под ними находилось помещение для хранения разобранных самолётов длиной 128 футов (39 м). Ангар был разделён единственной противопожарной занавеской непосредственно перед кормовым лифтом для самолётов. В носовой части был установлен самолётный катапульт длиной 155 футов (47 м), который мог запускать самолёт с определённой скоростью. Он был демонтирован в 1934 году как ненужный, но их количество увеличилось после того, как флот принял практику привязывания запасных самолётов в неиспользуемых пространствах в верхней части ангара. В 1936 году её авиагруппа состояла из 18 истребителей Grumman F2F-1 и 18 истребителей Boeing F4B-4, а также девяти F2F в резерве. Наступательный потенциал обеспечивали 20 пикирующих бомбардировщиков Vought SBU Corsair с 10 запасными самолётами и 18 торпедоносцев Great Lakes BG с девятью запасными. В состав вспомогательных самолётов входили два амфибии Grumman JF Duck, а также один в резерве, и три действующих и один запасной самолёта-наблюдателя Vought O2U Corsair. Всего это составило 79 самолётов, плюс 30 запасных. Перед битвой за Восточные Соломоны в середине 1942 года авиагруппа "Саратоги" состояла из 90 самолётов, включая 37 истребителей "Уайлдкэт", 37 пикирующих бомбардировщиков "Даунтлесс" и 16 торпедоносцев Grumman TBF "Авенджер". В начале 1945 года на борту корабля находилось 53 истребителя Grumman F6F "Хеллкэт" и 17 "Авенджеров".

Двигатель

Для линейных крейсеров была выбрана турбоэлектрическая установка, поскольку американским компаниям было сложно производить очень большие редукторные турбины, необходимые для таких крупных кораблей, и она была сохранена при их переоборудовании в авианосцы. "[Турбоэлектрический привод] был эффективным, прочным и всегда надежным. Но он также был тяжелым, сложным, трудным в обслуживании и требовал постоянной настройки". Для работы этого оборудования также требовались специальные меры вентиляции для рассеивания тепла и защиты от соленого воздуха. Даже при этом и несмотря на сложные меры изоляции, защита от влаги или затопления в результате боевых повреждений или других причин оставалась проблематичной и представляла опасность высокого напряжения для экипажа в случае повреждения.

Вооружение

Бюро по строительству и ремонту тогда не было убеждено, что самолеты могут быть эффективным и достаточным вооружением для военного корабля. Таким образом, конструкция в качестве авианосцев включала в себя значительную артиллерийскую батарею из восьми 8-дюймовых/55 орудий в четырех двухорудийных башенных установках, двух парах башен, расположенных в носовой и кормовой частях надстройкой. Эти башни были установлены над летной палубой на правом борту, две перед мостиком и две за дымоходом. В теории орудия могли вести огонь в обе стороны, но, вероятно, при стрельбе в сторону левого борта (через палубу) взрыв мог повредить летную палубу. Орудия могли быть опущены до −5° и подняты до +41°; заряжались они под углом +9°. Они стреляли снарядами с начальной скоростью; это обеспечивало максимальную дальность стрельбы. Противовоздушное вооружение класса "Лексингтон" состояло из дюжины 5-дюймовых/25 орудий, по шесть на каждом борту в одиночных установках. Максимальный угол возвышения составлял +85°. При постройке корабли не были оснащены легкими зенитными орудиями, но вскоре после ввода в эксплуатацию было установлено несколько водяных пулеметов M2 Browning, и их количество постепенно увеличивалось в течение 1930-х годов. На "Лексингтоне" было 24 таких пулемета, когда он был потоплен в начале 1942 года. Они имели скорострельность 550–700 выстрелов в минуту и были исключительно надежными, однако их снаряды были слишком легкими и имели слишком малую дальность, поэтому они были заменены на 20-мм автоматические пушки "Oerlikon", производство которых было лицензировано, начиная с 1942 года. "Oerlikon" стрелял осколочно-фугасными снарядами с начальной скоростью. Максимальная дальность составляла, хотя эффективная дальность была меньше. Циклическая скорострельность составляла 450 выстрелов в минуту, но практическая – от 250 до 320 выстрелов в минуту из-за необходимости перезаряжать магазины. В конце 1942 года на "Саратоге" было установлено 52 таких орудия. ВМС США разрабатывали 1,1-дюймовую счетверенную зенитную установку с начала 1930-х годов, но ее разработка задерживалась из-за проблем, поэтому в 1940 году в качестве временной замены было установлено пять одиночных 3-дюймовых/50 орудий Mk 10. Они стреляли снарядами с начальной скоростью. При угле возвышения +85° их потолок для поражения воздушных целей составлял 9083 м. В 1940 году ВМС США планировали демонтировать 8-дюймовые башни и заменить их четырьмя двухорудийными установками 5"/38 (стандартное вооружение линкоров и крейсеров США). Одновременно 5-дюймовые/25 орудия должны были быть заменены на большее количество 5"/38 орудий в соотношении два к трем, чтобы компенсировать их больший вес. Орудия стреляли снарядами с начальной скоростью со скорострельностью до 20 выстрелов в минуту. Против надводных целей они имели дальность стрельбы. Пять счетверенных установок 1,1-дюймовых орудий были, наконец, установлены на кораблях класса "Лексингтон" в конце 1941 и начале 1942 года. Снаряды имели начальную скорость и эффективную дальность. Максимальная скорострельность составляла 150 выстрелов в минуту, хотя частая необходимость перезаряжать восьмизарядные магазины снижала этот показатель. Орудие не показало достаточной эффективности в эксплуатации и было заменено на 40-мм пушку "Bofors", производство которой было лицензировано, начиная с конца 1942 года. Осколочно-фугасный снаряд стрелялся с начальной скоростью. Максимальная дальность составляла, хотя эффективная дальность была около 160 выстрелов в минуту. Орудия устанавливались в счетверенных и двуствольных установках в увеличивающемся количестве по мере хода войны. В начале 1944 года на "Саратоге" было 23 счетверенных и две двуствольных установки. 8-дюймовые орудия и башни обоих кораблей были повторно использованы в качестве береговых оборонительных орудий на Оаху.

The Bureau of Construction and Repair was not then convinced that aircraft could be an effective and sufficient armament for a warship. Thus the design as carriers included a substantial gun battery of eight 8"/55 caliber guns in four twin gun turrets, two pairs of superfiring turrets fore and aft of the island. These turrets were mounted above the flight deck on the starboard side, two before the bridge, and two behind the funnel. The guns in theory could fire to both sides, but it is probable that if they were fired to port (across the deck) the blast would have damaged the flight deck. The guns could be depressed to −5° and elevated to +41°; they were loaded at an angle of +9°. They fired projectiles at a muzzle velocity of ; this gave a maximum range of
The Lexington class' anti aircraft (AA) armament consisted of a dozen 5"/25 caliber guns, six on each side of the ship on single mounts. They had a maximum elevation of +85°. As built, the ships were not fitted with any light AA guns, but a few water cooled M2 Browning anti aircraft machine guns were fitted shortly after commissioning and the numbers gradually increased over the 1930s. Lexington had 24 of these guns aboard when she was sunk in early 1942. Their projectiles had a muzzle velocity of , but an effective range of only They had a rate of fire of 550–700 rounds per minute and were exceedingly reliable, however, their projectiles were too light and too short ranged so they were replaced by license built Oerlikon 20 mm autocannon beginning in 1942. The Oerlikon fired , high explosive shells at a muzzle velocity of Its maximum range was although the effective range was under The cyclic rate of fire was 450 rounds per minute, but the practical rate was between 250 and 320 rounds per minute owing to the need to reload magazines. Saratoga mounted 52 of these guns in late 1942. The Navy had been developing a quadruple 1.1 inch light AA gun since the early 1930s, but it was delayed with teething problems, so five single 3"/50 caliber Mk 10 AA guns were installed in 1940 as temporary replacements. They fired shells at a muzzle velocity of At +85° elevation they had an anti aircraft ceiling of 29800 feet (9083 m). The Navy made plans to remove the gun turrets in 1940 and replace them with four twin 5"/38 caliber dual purpose gun turrets (the standard mounting on U. S. battleships and cruisers). At the same time, the 25 caliber guns were to be replaced with more 5"/38 guns on a two for three basis to compensate for their greater weight. The guns fired projectiles at a muzzle velocity of at a rate of fire up to 20 rounds per minute. Against surface targets they had a range of
Five quadruple 1.1 inch gun mounts were finally fitted aboard the Lexington class ships in late 1941 and early 1942. The projectiles had a muzzle velocity of and an effective range of The maximum rate of fire was 150 rounds per minute although the frequent need to reload the eight round magazines reduced that. The gun was not successful in service and it was replaced by the license built Bofors 40 mm gun beginning in late 1942. The , high explosive shell was fired at a muzzle velocity of Its maximum range was although the effective range was around The cyclic rate of fire was 160 rounds per minute. The guns were fitted in quadruple and twin gun mounts in increasing numbers over the war. Saratoga had 23 quadruple and two twin mounts in early 1944. The eight inch guns and turrets of both ships were reused as coast defense weapons on Oahu.

Контроль огня и электроника

Две надстройковые 8-дюймовые башни имели дальномер Mk 30 в кормовой части башни для местного управления, но стрельбой из орудий обычно управляли два директора управления огнем Mk 18, по одному на передней и кормовой наблюдательных площадках. На рубке был установлен дальномер длиной 6 метров для передачи информации о дальности директорам. В феврале 1941 года, во время ремонта в Бремертоне, "Саратога" получила радар раннего предупреждения RCA CXAM 1. Антенна была установлена на переднем свесе дымовой трубы, а помещение управления – непосредственно под антенной, заменив собой ранее размещенный там вспомогательный пост управления. В конце 1941 года она также получила два радара управления артиллерийским огнем по надводным целям FC (Mk 3), однако они были демонтированы вместе с основным вооружением в январе 1942 года. Новые универсальные орудия управлялись двумя директорами Mk 37, каждый из которых был оснащен радиолокационным комплексом управления зенитным огнем FD (Mk 4). Когда в 1942 году 1,1-дюймовые пушки были заменены 40-мм пушками, директора для орудий меньшего калибра были заменены на пять директоров Mk 51. В течение 1942 года были добавлены дополнительные радары, а электроника корабля была модернизирована во время ремонта в январе 1944 года.