Введение

Теория планирования представляет собой совокупность научных концепций, определений, поведенческих связей и предположений, формирующих базу знаний в области городского планирования. В настоящее время выделяют девять процессуальных теорий планирования, которые остаются основными: рационально-комплексный подход, инкрементальный подход, трансформационно-инкрементальный (TI) подход, транзактивный подход, коммуникативный подход, подход сторонников, подход, ориентированный на справедливость, радикальный подход и гуманистический, или феноменологический подход.

Предыстория

Городское планирование может включать в себя регенерацию городской среды, адаптируя методы городского планирования к существующим городам, переживающим упадок. В качестве альтернативы, оно может быть связано с масштабными вызовами, возникающими в связи с ростом городов, особенно в странах Глобального Юга. В целом, городское планирование принимает различные формы и решает широкий спектр задач. Современные истоки городского планирования лежат в движении за городскую реформу, возникшем как реакция на хаос индустриального города в середине XIX века. Многие из первых сторонников были вдохновлены анархизмом, который был популярен на рубеже XIX и XX веков. Новая концепция городской формы должна была развиваться параллельно с новым обществом, основанным на добровольном сотрудничестве в самоуправляемых общинах. Экологически устойчивая архитектура предполагает использование возобновляемых материалов и источников энергии и приобретает все большее значение как экологически чистое решение.

Планирование плана

По крайней мере, со времен Ренессанса и эпохи Просвещения городское планирование обычно понималось как физическое планирование и проектирование человеческих поселений. Поэтому его считали связанным с архитектурой и гражданским строительством, и, соответственно, выполняемым соответствующими специалистами. Аналогично, теория городского планирования в основном фокусировалась на перспективном планировании и проектировании, демонстрирующем, как должен быть организован идеальный город в пространственном отношении.

Санитарное передвижение

Хотя это можно рассматривать как развитие того же гражданского прагматизма, который проявился в плане Оглеторпа для Саванны или в плане Уильяма Пенна для Филадельфии, истоки движения рационального планирования лежат в британском санитарном движении (1800–1890). В этот период такие сторонники, как Чарльз Бут, выступали за централизованные, организованные решения, внедряемые сверху вниз, для проблем, возникавших в индустриализирующихся городах. В соответствии с растущим влиянием промышленности, источник планировочной власти в санитарном движении включал как традиционные государственные органы, так и частные девелоперские корпорации. В Лондоне и его пригородах сотрудничество между этими двумя структурами создало сеть новых поселений, возникших вокруг расширяющейся железнодорожной сети.

Движение "город-сад"

Движение "город-сад" было основано Эбенезером Говардом (1850–1928). Его идеи были изложены в книге «Сады городов будущего» (1898). На него повлияли Бенджамин Уолтер Ричардсон, опубликовавший в 1876 году памфлет с призывом к низкой плотности населения, качественному жилью, широким дорогам, подземной железной дороге и наличию открытых пространств; Томас Спенс, поддерживавший общественную собственность на землю и распределение доходов от её аренды; Эдвард Гиббон Уэйкфилд, который первым предложил идею колонизации плановых поселений для размещения бедных в Аделаиде (включая создание новых городов, разделённых зелёными поясами); Джеймс Силк Бакингем, разработавший модель города с центральной зоной, радиальными магистралями и промышленностью на окраинах; а также Альфред Маршалл, Пётр Кропоткин и движение «Назад к земле», которые все призывали к переселению населения в сельскую местность. Говард стремился объединить преимущества городской и сельской жизни в новой среде, названной «Город-деревня». Для реализации этой идеи группа людей должна была создать компанию с ограниченной ответственностью для покупки дешёвой сельскохозяйственной земли, которая затем будет развиваться за счёт инвестиций от промышленных предприятий и строительства жилья для рабочих. По достижении определённого предела начиналось строительство нового поселения, соединённого междугородной железной дорогой, а совокупность полицентрических поселений формировала бы «Социальный город». Говард построил города-сады в Летчворте, Брентэм-Гарден-Сабёрбе и Уэлвин-Гарден-Сити. Это движение также вдохновило последующее движение «Новые города».

Линейный город

Идея Артуро Сориа и Маты о линейном городе (1882) заменила традиционное представление о городе как о центре и периферии идеей создания линейных участков инфраструктуры – дорог, железных дорог, газо- и водопроводов и т.п. – вдоль оптимальной трассы, а затем размещения остальных городских элементов вдоль этой линии. В отличие от концентрических схем Эбенезера Говарда и других современников, линейный город Сории обеспечивал инфраструктуру для управляемого процесса расширения, рационально соединяющего растущие города, вместо их хаотичного разрастания. Линейный город задумывался как средство «сделать город сельским, а сельскую местность – городской», и мог применяться универсально: в виде кольца вокруг существующих городов, полосы, соединяющей два города, или как совершенно новый линейный город в неурбанизированном регионе. Позже эту идею подхватил Николай Александрович Милютин в советских градостроительных кругах 1920-х годов. Ciudad Lineal стал практической реализацией этой концепции.

Движение за территориальное планирование

Патрик Геддес (1864–1932) был основоположником регионального планирования. На него оказали наибольшее влияние географы Элизе Реклю и Поль Видаль де Ла Блаше, а также социолог Пьер Гийом Фредерик ле Плей. У них он заимствовал идею о естественном регионе. По мнению Геддеса, планирование должно начинаться с обследования такого региона посредством создания "Профиля долины", демонстрирующего общий уклон от гор к морю, который можно обнаружить в различных масштабах и местах по всему миру, включая как природную, так и культурную среду, сформированную ею. Это было сформулировано в девизе "Сначала обследование, затем план". Он считал, что технологии трансформируют города в более региональные поселения, для обозначения которых он ввел термин "конурбация". Как и сторонники движения "город-сад", он также выступал за добавление зеленых зон в эти городские регионы. Это оказало значительное влияние на План графства Лондон 1944 года.

Город Красивое движение

Движение «Город-красавец» было вдохновлено европейскими столицами XIX века, такими как Париж, спроектированный Жоржем Эженом Османом, или Венская кольцевая дорога. Значительной фигурой был Дэниел Бернхэм (1846–1912), руководивший строительством Всемирной Колумбийской выставки 1893 года. Главным достижением Бернэма стал план Чикаго 1909 года. Его целью было «восстановить в городе утраченную визуальную и эстетическую гармонию, тем самым создав физические предпосылки для формирования гармоничного социального порядка», по сути, осуществляя социальные реформы посредством сноса трущоб и создания общественных пространств, что также обеспечило поддержку прогрессистского движения. Считалось, что это также экономически выгодно, привлекая туристов и состоятельных переселенцев. К другим крупным городам, спланированным в соответствии с принципами этого движения, относятся британские колониальные столицы – Нью-Дели, Хараре, Лусака, Найроби и Кампала, а также Канберра в Австралии и план Альберта Шпеера для нацистской столицы Германия.

Башни в парке

Ле Корбюзье (1887–1965) стал пионером новой городской формы, известной как "башни в парке". Его подход основывался на определении дома как "машины для жилья". План Войзин, разработанный им для Парижа и так и не реализованный, предусматривал снос большей части исторического Парижа ради 18 однотипных башен высотой 700 футов. Концепции Ville Contemporaine и Ville Radieuse сформулировали его основополагающие принципы, включая разгрузку города за счет повышения плотности застройки и создания открытых пространств путем строительства высоких зданий на меньшей площади. Его влияние на Советский Союз вдохновило "урбанистов", стремившихся строить плановые города, заполненные массивными жилыми блоками в советской глубинке. Бразилиа, спроектированная Оскаром Нимейером, также находилась под сильным влиянием его идей. Оба города столкнулись с проблемой несанкционированной застройки, возникавшей за их пределами.

Децентрализованное планирование

В Соединенных Штатах Франк Ллойд Райт также определил транспортную мобильность как основной показатель планирования. Автомобильные пригороды уже были разработаны в районе Кантри-клуба в 1907–1908 годах (включая позже первый в мире торговый центр, ориентированный на автомобилистов, – Country Club Plaza), а также в Беверли-Хиллз в 1914 году и Палос-Вердес-Эстейтс в 1923 году. Райт начал идеализировать это видение в своем проекте Broadacre City, начиная с 1924 года, что имело сходство с идеями садового города и регионального планирования. Фундаментальная идея заключалась в том, чтобы технология освобождала людей. Это обосновывалось как демократический идеал, поскольку «Демократия – это идеал реинтегрированной децентрализации, множество свободных единиц, развивающих силу, учась на практике и растущих вместе в просторной взаимной свободе». Заметным примером был Левитаун, построенный в 1947–1951 годах. Пригородный дизайн подвергся критике Льюисом Мамфордом за отсутствие формы, поскольку ему не хватало четких границ, а также Иэном Найрном, который отмечал, что «каждое здание рассматривается изолированно, ничто не связывает его со следующим». В Советском Союзе так называемые дюрбанисты (такие как Моисей Гинзбург и Михаил Охитович) выступали за использование электричества и новых транспортных технологий (особенно автомобилей) для рассеивания населения из городов в сельскую местность, с конечной целью создания «страны без городов, полностью децентрализованной и равномерно населенной». Причиной упадка этого движения была и его сила. Слишком сильный акцент на дизайне, разработанном технической элитой, привел к тому, что рациональное планирование потеряло связь с той общественностью, которой оно стремилось служить. Ключевыми событиями этого упадка в Соединенных Штатах стали снос жилого комплекса Пруитт-Айго в Сент-Луисе и общенациональный отпор проектам городского обновления, особенно проектам городских скоростных магистралей. Влиятельным критиком такого планирования была Джейн Джейкобс, автор книги «Смерть и жизнь великих американских городов» (1961), которую считают «одной из самых влиятельных книг в короткой истории градостроительства». Она критиковала движение «город-сад» за то, что его «рецепт спасения города заключался в его уничтожении», и за то, что оно «рассматривало планирование как по существу патерналистское, если не авторитарное». Она также выступала за разнообразие землепользования и типов зданий, чтобы обеспечить постоянный приток людей в район в разное время суток. Наиболее радикальная оппозиция была выражена в 1969 году в манифесте «Новое общество», где утверждалось: «Вся концепция планирования (по крайней мере, городского и сельского) исказилась. Кажется, за всем нужно следить; ничему нельзя позволить просто произойти. Ни один дом не должен быть обычным в том смысле, что вещи просто обычны: каждый проект должен быть взвешен, спланирован и одобрен, и только потом построен, и только после этого обнаружено, что он все-таки обычный». Другой формой оппозиции стало движение за участие в планировании, выступающее против традиционного планирования сверху вниз и технического планирования.

Модернистское планирование

Кибернетика и модернизм вдохновили связанные с ними теории рациональных процессов и системного подхода к городскому планированию в 1960-х годах. Эти теории были привнесены в планирование из других областей знаний. Этот подход не учитывал социальные и экономические аспекты жизни городов, сложность и взаимосвязанность городской среды, а также был недостаточно гибок.

Теория систем

Теория систем основана на понимании явлений как «систем», которые сами по себе являются связными образованиями, состоящими из взаимосвязанных и взаимозависимых частей. Город таким образом можно рассматривать как систему, состоящую из взаимосвязанных элементов различного функционального назначения, соединенных транспортной и другой инфраструктурой. Схожие идеи выдвигал Геддес, который рассматривал города и их регионы как аналогичные организмам, однако они не получили должного внимания, пока градостроительство находилось под влиянием архитекторов. Градостроительство также должно представлять собой непрерывный процесс мониторинга и принятия мер в городе, а не просто однократное создание проектной документации. Тем не менее, этот подход имел ряд недостатков. Он не учитывал цели, которые преследуются при проведении исследований. Кроме того, необходимо осуществлять дальнейший мониторинг результатов реализации плана.

Инкрементализм

Начиная с конца 1950-х и начала 1960-х годов, критика рациональной парадигмы начала возникать и оформилась в несколько различных школ планировочной мысли. Первой из этих школ является инкрементализм Линдблома. Линдблом описывает планирование как "действия методом проб и ошибок" и полагал, что практическое планирование требует принятия решений поэтапно. Этот поэтапный подход подразумевал выбор из небольшого числа политических стратегий, имеющих ограниченное количество последствий и жестко обусловленных реальностью, с постоянной корректировкой целей процесса планирования и использованием множественных анализов и оценок.

Смешанная модель сканирования

Смешанная модель сканирования, разработанная Эцциони, использует схожий, но несколько отличный подход. Эцциони (1968) предположил, что организации планируют на двух различных уровнях: тактическом и стратегическом. Он утверждал, что организации могут достичь этого, по сути, осуществляя сканирование внешней среды на нескольких уровнях, а затем выбирая различные стратегии и тактики для реагирования на выявленные проблемы и возможности. В отличие от подхода Линдблома, который оперировал только на функциональном уровне, Эцциони утверждал, что смешанная модель сканирования позволит планирующим организациям работать как на функциональном, так и на уровне более широкой картины.

Политическое планирование

В 1960-х годах сформировалось представление о планировании как о по своей сути нормативной и политической деятельности. К сторонникам этого подхода относились Норман Деннис, Мартин Мейерсон, Эдвард С. Банфилд, Пол Дэвидофф и Нортон Э. Лонг, последний отмечал: «Планы – это политика, а политика, по крайней мере в демократии, и есть политика». Вопрос не в том, будет ли планирование отражать политику, а в том, чью политику оно будет отражать. Какие ценности и чьи ценности будут стремиться реализовать планировщики? Планировщик больше не может укрыться в нейтралитете и объективности отстраненного ученого. Выбор между альтернативными целями в планировании стал ключевым вопросом, который рассматривался как политический.

Участие в планировании

Участие в планировании – это парадигма городского планирования, которая подчеркивает вовлечение всего сообщества в стратегические и управленческие процессы городского планирования, или процессы планирования на уровне сообщества, в городской или сельской местности. Оно часто рассматривается как часть развития сообщества. Целью участия в планировании является гармонизация мнений всех участников, а также предотвращение конфликтов между противостоящими сторонами. Кроме того, маргинализированные группы получают возможность участвовать в процессе планирования. Патрик Геддес впервые выступал за «реальное и активное участие» граждан, работая в Британской Индии, возражая против «опасностей муниципального управления сверху вниз», которые приводили бы к «отчуждению от общественного мнения и, как следствие, вскоре – от общественных потребностей и полезности». В дальнейшем, самостроительство было исследовано Реймондом Унвином в 1930-х годах в его работе «Планирование города на практике». Итальянский анархист-архитектор Джанкарло Де Карло в 1948 году утверждал, что «Проблема жилья не может быть решена сверху. Это проблема народа, и она не будет решена или даже смело рассмотрена, если не благодаря конкретной воле и действиям самих людей», и что планирование должно существовать «как проявление общественного сотрудничества». Через Школу архитектуры Архитектурной ассоциации его идеи привлекли Джона Тернера, который начал работать в Перу с Эдуардо Нейрой. Там он обнаружил, что кварталы не были трущобами, а, напротив, были хорошо организованы и эффективно функционировали. В результате он пришел к выводу: «Когда жители контролируют основные решения и могут свободно вносить свой вклад в проектирование, строительство или управление своим жильем, как сам процесс, так и созданная среда стимулируют индивидуальное и социальное благополучие. С другой стороны, когда люди не имеют контроля и ответственности за ключевые решения в процессе жилищного строительства, жилищная среда может стать препятствием для самореализации и бременем для экономики». Роль правительства заключалась в создании условий, в которых люди могли бы свободно работать, например, предоставляя им необходимые ресурсы, инфраструктуру и землю.

Синоптическое планирование

После "заката" директивного планирования в конце 1950-х и начале 1960-х годов синоптическая модель начала приобретать доминирующее положение в планировании. Лэйн (2005) описывает синоптическое планирование как состоящее из четырех основных элементов:

"(1) усиленный акцент на определении целей и задач; (2) акцент на количественном анализе и прогнозировании состояния окружающей среды; (3) стремление к выявлению и оценке альтернативных политических решений; и (4) сопоставление средств и целей (стр. 289)." Участие общественности впервые было включено в эту модель и, как правило, интегрировалось в описанный выше системный процесс. Однако проблема заключалась в том, что представление об едином общественном благе по-прежнему преобладало, фактически принижая значимость участия, поскольку подразумевалось, что общественное благо относительно легко определить и требует лишь минимальной формы участия.

Планирование адвокации

Формулированная в 1960-х годах юристом и исследователем в области планирования Полом Дэвидфоффом, модель адвокационного планирования исходит из предпосылки о существенном неравенстве в политической системе и в процессе переговоров между различными группами, что приводит к тому, что значительное число людей остаются неорганизованными и не представленными в процессе принятия решений. Она направлена на обеспечение равного представительства всех заинтересованных сторон в планировании путем защиты интересов социально незащищенных слоев населения и содействия социальным изменениям. Участие общественности вновь является ключевым принципом этой модели. Признается множественность общественных интересов, а роль планировщика заключается, по сути, в функции фасилитатора, который либо непосредственно выступает от имени недостаточно представленных групп, либо стимулирует их к включению в процесс. Наиболее интересным аспектом этой теории планирования является то, что она делает участие общественности центральным элементом процесса принятия решений. Решения принимаются прежде всего общественностью, а планировщик играет второстепенную роль. Анализ этих моделей показывает, что участие общественности формируется не только самими жителями конкретной территории или отношением к этому процессу планировочной организации и ее сотрудников. Фактически, на участие общественности в значительной степени влияют способы определения планирования, формулировка проблем планирования, выбор планировщиками используемых знаний и установление контекста планирования.

Изменения в процессе планирования

В последние десятилетия стратегическое городское планирование стало свидетелем метаморфозы роли городского планировщика в процессе планирования. Растущее число граждан, требующих демократичного планирования и развития, сыграло огромную роль в предоставлении общественности возможности принимать важные решения в рамках процесса планирования. Организаторы сообществ и социальные работники теперь активно участвуют в планировании на низовом уровне. Термин "адвокатирующее планирование" был введен Полом Дэвидфоффом в его влиятельной статье 1965 года "Адвокатирование и плюрализм в планировании", в которой признавался политический характер планирования и призывалось к тому, чтобы планировщики осознавали, что их действия не являются ценностно-нейтральными, и поддерживали участие представителей меньшинств и недостаточно представленных групп в принятии решений по планированию. Бенвенисте утверждал, что планировщики должны играть политическую роль и иногда идти на компромиссы с истиной, чтобы их планы могли быть реализованы. Застройщики также играют значительную роль в развитии, особенно посредством планирования проектов. Многие недавние проекты стали результатом деятельности крупных и мелких застройщиков, которые приобретали землю, проектировали районы и возводили застройку с нуля. Например, Мельбурнские доки были в значительной степени инициативой частных застройщиков, направленной на преобразование набережной в престижный жилой и коммерческий район. Современные теории городского планирования, например, теории Салингароса, рассматривают город как адаптивную систему, которая растет по процессам, аналогичным процессам роста растений. Они утверждают, что городское планирование должно основываться на этих природных процессах. Эти теории также выступают за участие жителей в проектировании городской среды, а не за передачу всего развития крупным строительным компаниям. В процессе создания городского плана или городского дизайна "несущая застройка" является одним из механизмов пространственной организации, при котором городская фигура и фон рассматриваются отдельно. Городская фигура, то есть здания, представляется в виде общего объема возможных зданий, которые остаются для проектирования архитекторами на последующих этапах. Городской фон, то есть промежуточные пространства и открытые зоны, проектируются с большей степенью детализации. Подход "несущей застройки" определяется городским дизайном, выступающим в качестве несущей структуры, которая формирует форму и масштаб пространств, включая будущие объемы зданий, которые затем заполняются проектами архитекторов. Содержание несущей структуры может включать в себя уличную сеть, ландшафтную архитектуру, открытые пространства, водные пути и другую инфраструктуру. Структура застройки может содержать зонирование, строительные нормы, требования к качеству и доступ к солнечному свету на основе солнечного периметра. Городской дизайн "несущей застройки" отличается от комплексного городского дизайна, например, монументальной оси Бразилиа, где городской дизайн и архитектура создавались одновременно. В городском дизайне или городском планировании "несущей застройки" негативное пространство города, включая ландшафт, открытые пространства и инфраструктуру, проектируется в деталях. Положительное пространство, как правило, площадка для будущего строительства, представлено лишь в виде нерешенных объемов. Эти объемы представляют собой общий возможный строительный объем, который затем может быть заполнен индивидуальными архитекторами.