Реформа избирательной системы Великобритании 1832 года

Введение

Закон Великобритании о реформе избирательной системы

Закон о представительстве народа 1832 года (также известный как Закон о реформе 1832 года, Закон о великой реформе или Закон о первой реформе) был актом парламента Соединенного Королевства (индексированным как 2 & 3 Will. 4. c. 45), который внёс существенные изменения в избирательную систему Англии и Уэльса. Он перераспределил избирательные округа для устранения неравномерного распределения мест и расширил круг избирателей, расширив и стандартизировав имущественные требования для голосования. Голосовать могли только мужчины, отвечавшие установленным требованиям; этот закон впервые прямо законодательно запретил женщинам голосовать, определив избирателя как мужчину. До реформы большинство членов парламента номинально представляли округа (boroughs). Однако число избирателей в округе сильно варьировалось – от нескольких десятков до 12 000. Зачастую выбор членов парламента (МП) фактически контролировался одним влиятельным покровителем: например, Чарльз Говард, 11-й герцог Норфолк, контролировал одиннадцать округов. Критерии для получения избирательного права значительно различались в разных округах – от требования владеть землёй до простого проживания в доме с очагом, достаточным для приготовления пищи. Призывы к реформе звучали задолго до 1832 года, но не увенчались успехом. Закон, который в итоге был принят, был предложен вигами во главе с премьер-министром Чарльзом Греем, 2-м графом Греем. Он столкнулся со значительным сопротивлением со стороны питтовских фракций в парламенте, которые долгое время управляли страной; оппозиция была особенно сильна в Палате лордов. Тем не менее, законопроект был в конечном итоге принят, главным образом благодаря общественному давлению. Закон предоставил места в Палате общин крупным городам, возникшим в период промышленной революции, и лишил мест так называемые «гнилые округа» (rotten boroughs) – округа с очень небольшим числом избирателей и обычно находящиеся под контролем богатого покровителя. Закон также увеличил число избирателей с примерно 400 000 до 650 000, предоставив право голоса примерно одному из пяти взрослых мужчин. Полное название закона – «Закон о внесении изменений в представительство народа в Англии и Уэльсе». Его официальное краткое название и ссылка – Закон о представительстве народа 1832 года (2 & 3 Will. 4. c. 45). Закон действовал только в Англии и Уэльсе; Закон об ирландской реформе 1832 года привнёс аналогичные изменения в Ирландии. Отдельный Закон о реформе Шотландии 1832 года был революционным, увеличив число избирателей в 13 раз – с 5000 до 65 000.

The Representation of the People Act 1832 (also known as the Reform Act 1832, Great Reform Act or First Reform Act) was an Act of Parliament of the United Kingdom (indexed as 2 & 3 Will. 4. c. 45) that introduced major changes to the electoral system of England and Wales. It reapportioned constituencies to address the unequal distribution of seats and expanded franchise by broadening and standardising the property qualifications to vote. Only qualifying men were able to vote; the Act introduced the first explicit statutory bar to women voting by defining a voter as a male person. Before the reform, most members nominally represented boroughs. The number of electors in a borough varied widely however, from a dozen or so up to 12,000. Frequently the selection of Members of Parliament (MPs) was effectively controlled by one powerful patron: for example Charles Howard, 11th Duke of Norfolk, controlled eleven boroughs. Criteria for qualification for the franchise varied greatly among boroughs, from the requirement to own land, to merely living in a house with a hearth sufficient to boil a pot. There had been calls for reform long before 1832, but without success. The Act that finally succeeded was proposed by the Whigs, led by Prime Minister Charles Grey, 2nd Earl Grey. It met with significant opposition from the Pittite factions in Parliament, who had long governed the country; opposition was especially pronounced in the House of Lords. Nevertheless, the bill was eventually passed, mainly as a result of public pressure. The Act granted seats in the House of Commons to large cities that had sprung up during the Industrial Revolution, and removed seats from the "rotten boroughs": those with very small electorates and usually dominated by a wealthy patron. The Act also increased the electorate from about 400,000 to 650,000, making about one in five adult males eligible to vote. The full title is An Act to amend the representation of the people in England and Wales. Its formal short title and citation is Representation of the People Act 1832 (2 & 3 Will. 4. c. 45). The Act applied only in England and Wales; the Irish Reform Act 1832 brought similar changes to Ireland. The separate Scottish Reform Act 1832 was revolutionary, enlarging the electorate by a factor of 13 from 5,000 to 65,000.

Нереформированная палата общин

После того, как Акты об Союзе 1800 года вступили в силу 1 января 1801 года, нереформированная Палата общин состояла из 658 членов, из которых 513 представляли Англию и Уэльс. Существовали два типа избирательных округов: графства и города. Депутаты от графств должны были представлять интересы землевладельцев, а депутаты от городов – торговые и коммерческие интересы.

Округи

Графства были историческими административно-территориальными единицами, сформировавшимися между VIII и XVI веками. Они представляли собой не только парламентские округа: многие органы власти (а также суды и милиция) были организованы по принципу графств. Члены парламента, избираемые от графств, назывались рыцарями графства. В Уэльсе каждое графство избирало одного депутата, а в Англии каждое графство избирало двух депутатов до 1826 года, когда представительство Йоркшира было увеличено до четырех после лишения избирательных прав боро Грампаунд в Корнуолле.

Районы

Парламентские округа в Англии варьировались по размеру от небольших поселений до крупных городов, отчасти из-за их стихийного формирования. Первые округа выбирались в Средние века окружными шерифами, и даже деревня могла получить статус округа. Многие из этих ранних округов (такие как Винчелси и Данвич) были значительными поселениями на момент получения избирательных прав, но впоследствии пришли в упадок, и к началу XIX века некоторые из них имели лишь несколько избирателей, при этом продолжая избирать двух членов парламента; их часто называли «гнилыми округами». Из 70 английских округов, которым Тюдоровские монархи предоставили избирательные права, 31 впоследствии были лишены их. В XVII веке парламентарии усугубили эти несоответствия, восстановив избирательные права в 15 округах, чье представительство прервалось на протяжении столетий, семь из которых позже были лишены права голоса в соответствии с Законом о реформе. После получения Ньюарком избирательных прав в 1661 году, новые округа не создавались, и, за исключением лишения Грампанда избирательных прав в 1821 году, система оставалась неизменной до Закона о реформе 1832 года. Большинство английских округов избирали двух членов парламента, но пять округов избирали только одного: Абингдон, Банбери, Бьюдли, Хайхэм-Феррерс и Монмут. Город Лондон и объединенный округ Веймут и Мелкомб-Регис избирали по четыре члена. В валлийских округах каждый избирал одного члена.

Женское избирательное право

Заявление о праве голоса для женщин, по всей видимости, впервые было высказано Джереми Бентемом в 1817 году, когда он опубликовал свой «План парламентской реформы» в форме катехизиса, и подхвачено Уильямом Томпсоном в 1825 году, когда он совместно с Анной Уилер опубликовал «Обращение одной половины человечества, женщин, против притязаний другой половины, мужчин, удерживать их в политическом, а следовательно, и в гражданском и домашнем рабстве: в ответ на знаменитую статью г-на Милля о правительстве». В «знаменитой статье о правительстве» Джеймс Милль утверждал:

все те лица, чьи интересы бесспорно включены в интересы других лиц, могут быть исключены без какого-либо ущерба. В этом свете можно рассматривать и женщин, интересы почти всех из которых связаны с интересами их отцов или мужей. Однако принятие закона через семь лет, предоставлявшего избирательные права «мужчинам», стало более значительным событием; утверждается, что именно включение слова «мужчина» обеспечило первый явный законодательный запрет на голосование женщин, что послужило объектом критики и источником возмущения, из которого со временем выросло движение за избирательное право женщин.

Карманные районы, взяточничество

Многие избирательные округа, особенно с небольшим числом избирателей, находились под контролем богатых землевладельцев и были известны как округа-назначения или карманные округа, поскольку считалось, что они находятся в подчинении у своих патронов. Большинство патронов были дворянами или землевладельцами, которые могли использовать свое местное влияние, престиж и богатство, чтобы склонить избирателей на свою сторону. Это особенно касалось сельских графств и небольших городов, расположенных вблизи крупных земельных владений. Некоторые дворяне контролировали даже несколько округов: например, герцог Норфолк контролировал одиннадцать, а граф Лонсдейл – девять. Сидни Смит писал в 1821 году, что «страна принадлежит герцогу Ратленду, лорду Лонсдейлу, герцогу Ньюкаслу и примерно двадцати другим владельцам округов. Они наши хозяева!». Т. Х. Б. Олдфилд в своей «Репрезентативной истории Великобритании и Ирландии» утверждал, что из 514 членов, представлявших Англию и Уэльс, около 370 были выбраны почти 180 патронами. От депутата, представлявшего карманный округ, ожидалось голосование в соответствии с указаниями его патрона, иначе он рисковал потерять место на следующих выборах. Избиратели в некоторых округах оказывали сопротивление прямому доминированию влиятельных землевладельцев, но часто были подвержены коррупции. В одних округах избирателей подкупали поодиночке, в других – коллективно. Например, в 1771 году выяснилось, что 81 избиратель в Нью-Шорхэме (составлявшие большинство электората) сформировали коррумпированную организацию под названием «Христианский клуб», которая регулярно продавала округ тому, кто предлагал наибольшую цену. Особенно печально известны своей коррумпированностью были «набобы» – лица, сколотившие состояния в британских колониях в Азии и Вест-Индии. В некоторых случаях набобам даже удавалось вырвать контроль над округами у дворянства и землевладельцев. Лорд Чатхэм, премьер-министр Великобритании в 1760-х годах, обратив внимание на состояния, нажитые в Индии, заметил, что «импортеры иностранного золота силой ворвались в Парламент, обрушив на него такой поток коррупции, которому не могло противостоять ни одно частное наследственное состояние».

Many constituencies, especially those with small electorates, were under the control of rich landowners, and were known as nomination boroughs or pocket boroughs, because they were said to be in the pockets of their patrons. Most patrons were noblemen or landed gentry who could use their local influence, prestige, and wealth to sway the voters. This was particularly true in rural counties, and in small boroughs situated near a large landed estate. Some noblemen even controlled multiple constituencies: for example, the Duke of Norfolk controlled eleven, while the Earl of Lonsdale controlled nine. Writing in 1821, Sydney Smith proclaimed that "The country belongs to the Duke of Rutland, Lord Lonsdale, the Duke of Newcastle, and about twenty other holders of boroughs. They are our masters!" T. H. B. Oldfield claimed in his Representative History of Great Britain and Ireland that, out of the 514 members representing England and Wales, about 370 were selected by nearly 180 patrons. A member who represented a pocket borough was expected to vote as his patron ordered, or else lose his seat at the next election. Voters in some constituencies resisted outright domination by powerful landlords, but were often open to corruption. Electors were bribed individually in some boroughs, and collectively in others. In 1771, for example, it was revealed that 81 voters in New Shoreham (who constituted a majority of the electorate) formed a corrupt organisation that called itself the "Christian Club", and regularly sold the borough to the highest bidder. Especially notorious for their corruption were the "nabobs", or individuals who had amassed fortunes in the British colonies in Asia and the West Indies. The nabobs, in some cases, even managed to wrest control of boroughs from the nobility and the gentry. Lord Chatham, Prime Minister of Great Britain during the 1760s, casting an eye on the fortunes made in India commented that "the importers of foreign gold have forced their way into Parliament, by such a torrent of corruption as no private hereditary fortune could resist".

Ранние попытки реформ

В 1640-х годах Англия пережила гражданскую войну, в которой король Карл I и роялисты выступили против парламентариев. В 1647 году различные фракции победившей парламентской армии провели серию дискуссий, известных как Путнейские дебаты, о реформировании структуры английского правительства. Наиболее радикальные элементы предложили всеобщее мужское избирательное право и реорганизацию парламентских избирательных округов. Их лидер Томас Рейнсборо заявил: «Я думаю, очевидно, что каждый человек, который должен жить под властью правительства, должен сначала по собственному согласию подчиниться этому правительству». Более консервативные члены не согласились, утверждая, что право голоса должно быть только у тех, кто владеет землей в стране. Например, Генри Айретон заявил: «Ни один человек не имеет права на долю или участие в управлении делами королевства, если у него нет постоянного и закрепленного интереса в этом королевстве». В конечном итоге возобладала точка зрения консервативных «Грандеев». Оливер Кромвель, ставший лидером Англии после отмены монархии в 1649 году, отказался принимать всеобщее избирательное право; для участия в голосовании требовалось владеть имуществом (недвижимым или движимым) стоимостью не менее 200 фунтов стерлингов. Тем не менее, он согласился на некоторые избирательные реформы: он лишил избирательных прав несколько небольших городов, предоставил представительство крупным городам, таким как Манчестер и Лидс, и увеличил число членов, избираемых от густонаселенных графств. Однако все эти реформы были отменены после смерти Кромвеля, и последний парламент, избранный в период Содружества в 1659 году, вернулся к избирательной системе, существовавшей при Карле I. После восстановления монархии в 1660 году вопрос парламентской реформы оставался в подвешенном состоянии; попытка Якова II перестроить муниципальные корпорации для получения контроля над их городскими округами вызвала неприязнь к любым изменениям после Славной революции. В 1760-х годах его вновь поднял премьер-министр-виг Уильям Питт, 1-й граф Чатем («Пит Старший»), который назвал представительство в округах «гнилой частью нашей Конституции» (отсюда термин «гнилой округ»). Тем не менее, он не выступал за немедленное лишение гнилых округов избирательных прав. Вместо этого он предложил добавить третьего члена в каждое графство, чтобы уравновесить влияние округов. Виги не смогли объединиться вокруг расширения представительства графств; некоторые возражали против этой идеи, полагая, что она даст слишком много власти аристократии и землевладельцам в сельской местности. В конечном итоге, несмотря на усилия Чатема, парламент не предпринял никаких действий по его предложениям. Дело парламентской реформы затем подхватил сын лорда Чатема, Уильям Питт Младший (которого описывали по-разному как тори и как «независимого вига»). Как и его отец, он воздержался от предложения о полной отмене гнилых округов, вместо этого выступая за увеличение представительства графств. Палата общин отклонила резолюцию Питта более чем 140 голосами, несмотря на получение петиций о реформе, содержащих более двадцати тысяч подписей. В 1783 году Питт стал премьер-министром, но все еще не смог добиться реформ. Король Георг III был против этой идеи, как и многие члены кабинета Питта. В 1786 году премьер-министр представил законопроект о реформе, но Палата общин отклонила его 174 голосами против 248. Питт больше не поднимал этот вопрос на протяжении всего своего срока.

During the 1640s, England endured a civil war that pitted King Charles I and the Royalists against the Parliamentarians. In 1647, different factions of the victorious parliamentary army held a series of discussions, the Putney Debates, on reforming the structure of English government. The most radical elements proposed universal manhood suffrage and the reorganisation of parliamentary constituencies. Their leader Thomas Rainsborough declared, "I think it's clear, that every man that is to live under a government ought first by his own consent to put himself under that government." More conservative members disagreed, arguing instead that only individuals who owned land in the country should be allowed to vote. For example, Henry Ireton stated, "no man hath a right to an interest or share in the disposing of the affairs of the kingdom that hath not a permanent fixed interest in this kingdom." The views of the conservative "Grandees" eventually won out. Oliver Cromwell, who became the leader of England after the abolition of the monarchy in 1649, refused to adopt universal suffrage; individuals were required to own property (real or personal) worth at least £200 in order to vote. He did nonetheless agree to some electoral reform; he disfranchised several small boroughs, granted representation to large towns such as Manchester and Leeds, and increased the number of members elected by populous counties. These reforms were all reversed, however, after Cromwell's death and the last parliament to be elected in the Commonwealth period in 1659 reverted to the electoral system as it had existed under Charles I. Following Restoration of the monarchy in 1660 the issue of parliamentary reform lay dormant; James II's attempt to remodel municipal corporations to gain control of their borough seats created an antipathy to any change after the Glorious Revolution. It was revived in the 1760s by the Whig Prime Minister William Pitt, 1st Earl of Chatham ("Pitt the Elder"), who called borough representation "the rotten part of our Constitution" (hence the term "rotten borough"). Nevertheless, he did not advocate an immediate disfranchisement of rotten boroughs. He instead proposed that a third member be added to each county, to countervail the borough influence. The Whigs failed to unite behind the expansion of county representation; some objected to the idea because they felt that it would give too much power to the aristocracy and gentry in rural areas. Ultimately, despite Chatham's exertions, Parliament took no action on his proposals. The cause of parliamentary reform was next taken up by Lord Chatham's son, William Pitt the Younger (variously described as a Tory and as an "independent Whig"). Like his father, he shrank from proposing the wholesale abolition of the rotten boroughs, advocating instead an increase in county representation. The House of Commons rejected Pitt's resolution by over 140 votes, despite receiving petitions for reform bearing over twenty thousand signatures. In 1783, Pitt became Prime Minister but was still unable to achieve reform. King George III was averse to the idea, as were many members of Pitt's own cabinet. In 1786, the Prime Minister proposed a reform bill, but the House of Commons rejected it on a 174–248 vote. Pitt did not raise the issue again for the remainder of his term.

После Французской революции

После Французской революции 1789 года поддержка парламентских реформ резко упала. Многие английские политики стали твердо против каких-либо серьезных политических изменений. Несмотря на эту реакцию, было создано несколько групп радикального движения для агитации за реформы. Группа вигов во главе с Джеймсом Мэтлендом, 8-м графом Лодердейлом, и Чарльзом Греем основала организацию, выступающую за парламентскую реформу в 1792 году. Эта группа, известная как Общество друзей народа, насчитывала 28 депутатов. В 1793 году Грей представил в Палату общин петицию от Общества друзей народа, в которой излагались злоупотребления в системе и требовались изменения. Он не предложил никакой конкретной схемы реформ, а лишь внес предложение о том, чтобы Палата рассмотрела возможные улучшения. Реакция парламента на Французскую революцию была настолько негативной, что даже эту просьбу об исследовании отклонили большинством почти в 200 голосов. Грей попытался вновь поднять этот вопрос в 1797 году, но Палата вновь отвергла его предложение большинством более 150 голосов. Среди других заметных организаций, поддерживающих реформы, были Хэмпденские клубы (названные в честь Джона Хэмпдена, английского политика, выступавшего против короны во время Английской гражданской войны) и Лондонское корреспондентское общество (в которое входили рабочие и ремесленники). Однако «радикальные» реформы, поддерживаемые этими организациями (например, всеобщее избирательное право), получили еще меньше поддержки в парламенте. Например, когда сэр Фрэнсис Бердетт, председатель лондонского Хэмпден-клуба, предложил резолюцию в пользу всеобщего избирательного права, равных по размеру избирательных округов и тайного голосования в Палате общин, его предложение нашло лишь одного сторонника (лорда Кокрейна) во всей Палате. Несмотря на такие неудачи, народное давление в пользу реформ оставалось сильным. В 1819 году в Бирмингеме состоялся крупный митинг в поддержку реформ. Хотя город не имел права на представительство в Палате общин, собравшиеся решили избрать сэра Чарльза Вулсли «законодательным представителем» Бирмингема. Следуя их примеру, реформаторы в Манчестере провели аналогичное собрание для избрания «законодательного поверенного». По разным оценкам, на мероприятии присутствовало от 20 000 до 60 000 человек, многие из которых несли плакаты с надписью «Равное представительство или смерть». Протестующим было приказано разойтись; когда они отказались, манчестерская йеоменрия силой разогнала собрание. Восемнадцать человек были убиты и несколько сотен ранены в том, что впоследствии стало известно как резня в Питерлоо. В ответ правительство приняло Шесть актов – меры, направленные на подавление дальнейшей политической агитации. В частности, Закон о подстрекательских собраниях запрещал группам численностью более 50 человек собираться для обсуждения каких-либо политических вопросов без предварительного разрешения шерифа или магистрата.

Support for parliamentary reform plummeted after the French Revolution in 1789. Many English politicians became steadfastly opposed to any major political change. Despite this reaction, several Radical Movement groups were established to agitate for reform. A group of Whigs led by James Maitland, 8th Earl of Lauderdale, and Charles Grey founded an organisation advocating parliamentary reform in 1792. This group, known as the Society of the Friends of the People, included 28 MPs. In 1793, Grey presented to the House of Commons a petition from the Friends of the People, outlining abuses of the system and demanding change. He did not propose any specific scheme of reform, but merely a motion that the House inquire into possible improvements. Parliament's reaction to the French Revolution was so negative, that even this request for an inquiry was rejected by a margin of almost 200 votes. Grey tried to raise the subject again in 1797, but the House again rebuffed him by a majority of over 150. Other notable pro reform organisations included the Hampden Clubs (named after John Hampden, an English politician who opposed the Crown during the English Civil War) and the London Corresponding Society (which consisted of workers and artisans). But the "Radical" reforms supported by these organisations (for example, universal suffrage) found even less support in Parliament. For example, when Sir Francis Burdett, chairman of the London Hampden Club, proposed a resolution in favour of universal suffrage, equally sized electoral districts, and voting by secret ballot to the House of Commons, his motion found only one other supporter (Lord Cochrane) in the entire House. Despite such setbacks, popular pressure for reform remained strong. In 1819, a large pro reform rally was held in Birmingham. Although the city was not entitled to any seats in the Commons, those gathered decided to elect Sir Charles Wolseley as Birmingham's "legislatorial representative". Following their example, reformers in Manchester held a similar meeting to elect a "legislatorial attorney". Between 20,000 and 60,000 (by different estimates) attended the event, many of them bearing signs such as "Equal Representation or Death". The protesters were ordered to disband; when they did not, the Manchester Yeomenry suppressed the meeting by force. Eighteen people were killed and several hundred injured in what later became known as the Peterloo Massacre. In response, the government passed the Six Acts, measures designed to quell further political agitation. In particular, the Seditious Meetings Act prohibited groups of more than 50 people from assembling to discuss any political subject without prior permission from the sheriff or magistrate.

Реформа в 1820-х годах

Поскольку Палата общин регулярно отвергала прямые вызовы системе представительства значительным большинством голосов, сторонникам реформ пришлось довольствоваться более умеренными мерами. В 1820 году лорд-виг Джон Рассел выдвинул одну из таких мер, предложив лишить избирательных прав печально известного коррумпированного округа Грампаунд в Корнуолле. Он предложил передать два места этого округа городу Лидсу. Тори в Палате лордов согласились с лишением округа избирательных прав, но отказались признавать прецедент прямой передачи мест в промышленный город. Вместо этого они изменили предложение, предоставив два дополнительных места Йоркширу, графству, в котором расположен Лидс. В таком виде законопроект был принят обеими палатами и стал законом. В 1828 году лорд Джон Рассел предложил парламенту повторить эту идею, упразднив коррумпированные округа Пенрин и Ист-Ретфорд и передав их места Манчестеру и Бирмингему. Однако на этот раз Палата лордов отклонила его предложения. В 1830 году Рассел предложил другую, аналогичную схему: предоставление избирательных прав Лидсу, Манчестеру и Бирмингему, а также лишение избирательных прав следующих трех округов, признанных виновными в коррупции; предложение было отклонено и в этот раз. Поддержка реформ поступила из неожиданного источника – реакционной фракции партии Тори в 1829 году. Правительство консерваторов во главе с Артуром Уэлсли, 1-м герцогом Веллингтонским, в ответ на угрозу гражданских беспорядков в преимущественно католической Ирландии, разработало Закон об облегчении положения католиков 1829 года. Этот закон отменил различные законы, налагавшие политические ограничения на католиков, в частности, законы, препятствовавшие их избранию в парламент. В ответ разочарованные ультратори, опасавшиеся угрозы для государственной религии, стали поддерживать парламентскую реформу, в частности, предоставление избирательных прав Манчестеру, Лидсу и другим крупным городам с сильным нонконформистским населением на севере Англии.

Первый законопроект о реформе

Смерть короля Георга IV 26 июня 1830 года привела к роспуску парламента по закону, и были проведены всеобщие выборы. Избирательная реформа, которая активно обсуждалась в ходе предыдущей парламентской сессии, стала ключевым вопросом предвыборной кампании. По всей стране образовалось несколько прореформаторских «политических союзов», объединявших представителей среднего и рабочего классов. Наиболее влиятельным из них был Бирмингемский политический союз, возглавляемый Томасом Эттвудом. Эти группы ограничивались законными методами поддержки реформы, такими как подача петиций и публичные выступления, и добились значительной общественной поддержки. Тори победили на выборах, но партия оставалась расколотой, а поддержка премьер-министра (герцога Веллингтона) была слабой. Когда оппозиция подняла вопрос о реформе в одном из первых дебатов года, герцог выступил с противоречивой защитой существующей системы правления, сформулированной в официальном, принятом в то время стиле «третьей стороны»:

Он был полностью убежден, что страна в настоящий момент обладает законодательным органом, отвечающим всем благородным целям законотворчества, – и в большей степени, чем любой другой законодательный орган когда-либо отвечал в какой-либо стране. Он пошел бы дальше и заявил, что законодательная власть и система представительства пользуются полным и безоговорочным доверием страны. [ ] Он пошел бы еще дальше и сказал, что если бы в настоящий момент на него возложили обязанность сформировать законодательный орган для какой-либо страны [ ], он не стал бы утверждать, что способен создать такой же, каким он обладает сейчас, поскольку человеческая природа не способна достичь подобного совершенства сразу. [ ] [П]ока он занимает какую-либо должность в правительстве страны, он всегда будет считать своим долгом сопротивляться [реформаторским] мерам, когда они предлагаются другими. Абсолютистские взгляды премьер-министра оказались крайне непопулярными, даже внутри его собственной партии. Менее чем через две недели после этих заявлений, 15 ноября 1830 года Веллингтон был вынужден уйти в отставку после поражения в голосовании о недоверии. Сидни Смит писал: «Никогда еще ни одна администрация не была разрушена так полностью и так внезапно; и, по моему мнению, это произошло исключительно из-за заявления герцога, сделанного, как я подозреваю, в полном неведении о настроениях и мнениях общественности». Веллингтона сменил реформатор-виг Чарльз Грей, к тому времени унаследовавший титул графа Грея. Первым заявлением лорда Грея в качестве премьер-министра стало обещание провести парламентскую реформу. 1 марта 1831 года лорд Джон Рассел представил законопроект о реформе в Палате общин от имени правительства. Законопроект лишил избирательных прав 60 самых маленьких округов и сократил представительство еще в 47. Некоторые места были упразднены, а другие перераспределены между пригородами Лондона, крупными городами, графствами, а также Шотландией и Ирландией. Кроме того, законопроект унифицировал и расширил избирательное право в округах, увеличив количество избирателей (по одной оценке) на полмиллиона. 22 марта голосование по второму чтению привлекло рекордные 608 членов, включая не имеющего права голоса спикера (предыдущий рекорд составлял 530 членов). Несмотря на высокую явку, второе чтение было одобрено лишь одним голосом, и дальнейшее продвижение законопроекта о реформе столкнулось с трудностями. На этапе рассмотрения в комитете Исаак Гаскойн выдвинул предложение, возражавшее против положений законопроекта, сокращающих общее количество мест в Палате общин. Это предложение было принято против воли правительства, 8 голосами. Впоследствии министерство проиграло голосование по процедурному вопросу с разрывом в 22 голоса. Поскольку эти голосования показали, что парламент выступает против законопроекта о реформе, министерство решило запросить роспуск парламента и обратиться к народу.

He was fully convinced that the country possessed, at the present moment, a legislature which answered all the good purposes of legislation,—and this to a greater degree than any legislature ever had answered, in any country whatever. He would go further, and say that the legislature and system of representation possessed the full and entire confidence of the country. [ ] He would go still further, and say, that if at the present moment he had imposed upon him the duty of forming a legislature for any country [ ] he did not mean to assert that he could form such a legislature as they possessed now, for the nature of man was incapable of reaching such excellence at once. [ ] [A]s long as he held any station in the government of the country, he should always feel it his duty to resist [reform] measures, when proposed by others. The Prime Minister's absolutist views proved extremely unpopular, even within his own party. Less than two weeks after Wellington made these remarks, on 15 November 1830 he was forced to resign after he was defeated in a motion of no confidence. Sydney Smith wrote, "Never was any administration so completely and so suddenly destroyed; and, I believe, entirely by the Duke's declaration, made, I suspect, in perfect ignorance of the state of public feeling and opinion." Wellington was replaced by the Whig reformer Charles Grey, who had by this time inherited the title of Earl Grey. Lord Grey's first announcement as Prime Minister was a pledge to carry out parliamentary reform. On 1 March 1831, Lord John Russell brought forward the Reform Bill in the House of Commons on the government's behalf. The bill disfranchised 60 of the smallest boroughs, and reduced the representation of 47 others. Some seats were completely abolished, while others were redistributed to the London suburbs, to large cities, to the counties, and to Scotland and Ireland. Furthermore, the bill standardised and expanded the borough franchise, increasing the size of the electorate (according to one estimate) by half a million voters. On 22 March, the vote on the second reading attracted a record 608 members, including the non voting Speaker (the previous record was 530 members). Despite the high attendance, the second reading was approved by only one vote, and further progress on the Reform Bill was difficult. During the committee stage, Isaac Gascoyne put forward a motion objecting to provisions of the bill that reduced the total number of seats in the House of Commons. This motion was carried, against the government's wishes, by 8 votes. Thereafter, the ministry lost a vote on a procedural motion by 22 votes. As these divisions indicated that Parliament was against the Reform Bill, the ministry decided to request a dissolution and take its appeal to the people.