Введение

Русский шахматист (1850–1908)

Михаил Иванович Чигорин (также Чигорин; Михаи́л Ива́нович Чиго́рин; 12 ноября 1850 [ст. ст. 31 октября 1850] – 25 января 1908 [ст. ст. 12 января 1908]) был русским шахматистом. Он дважды играл матчи на первенство мира против Вильгельма Штайница, оба раза проиграв. Последний великий представитель романтического стиля в шахматах, он также стал важным источником вдохновения для "советской шахматной школы", которая доминировала в шахматном мире в середине и во второй половине XX века.

Шахматная карьера

Чигорин родился в Гатчине, но вскоре переехал в Санкт-Петербург. Его отец работал на Охтенском пороховом заводе. Родители Чигорина рано умерли, и в возрасте 10 лет он поступил в Гатчинский сиротский институт. Он увлекся шахматами довольно поздно в жизни: школьный учитель научил его правилам в 16 лет, но всерьез играть он начал лишь около 1874 года, после окончания учебы и начала карьеры государственного служащего. Увлеченный шахматами, он оставил службу и стал профессиональным шахматистом. В 1876 году он основал шахматный журнал «Шахматный листок», который редактировал до 1881 года (всего 250 подписчиков по всей России). Он сыграл серию матчей с известными мастерами Эммануэлем Шифферсом (1878–1880) и Семёном Алапиным (1880), одержав значительное преимущество над каждым из них. Вскоре после этого его стали считать лучшим игроком в городе и, возможно, во всей России. Его первый международный турнир состоялся в Берлине в 1881 году, где он разделил 3-е место (+10−5=1) с Szymon Winawer, уступив Йоханнесу Цукерторту и Джозефу Генри Блэкберну. В этом соревновании участвовало 17 мастеров. На крупном лондонском турнире 1883 года он занял 4-е место (+16−10=0), уступив Цукерторту, Вильгельму Штайницу и Блэкберну. В число 14 участников этого турнира в два круга входили практически все лучшие шахматисты мира. На очень сильном турнире в Нью-Йорке 1889 года он разделил 1-е место с Максом Вайсом. После этого успеха он вызвал чемпиона мира Штайница на матч за звание чемпиона мира. Матч за звание чемпиона мира состоялся в Гаване в 1889 году, но он проиграл со счетом 10½–6½ (+6−10=1). Второй матч за звание чемпиона мира также состоялся в Гаване в 1892 году, но он лишь немного уступил со счетом 12½–10½ (+8−10=5). Его общий счет против Штайница был очень близок (+24−27=8). Он также сыграл широко освещенный «телеграфный матч» против Штайница в 1890 году, задуманный для разрешения теоретического спора. Чигорин имел небольшое преимущество в выборе дебютов заранее из списка, предоставленного Штайницем, и закономерно выиграл обе партии. К концу века его авторитет как в стране, так и за рубежом продолжал расти, и он входил в число четырех или пяти лучших игроков мира. Его репутация как игрока в матчах также росла. В 1893 году он сыграл вничью с Зигбертом Таррашем в Санкт-Петербурге (+9−9=4), и на протяжении всей своей жизни сохранял небольшое преимущество над Таррашем (+14−13=8), который сам был грозным игроком. У него был значительный плюс против Ричарда Тейхмана (+8−3=1), но плохой результат против Давида Яновского (+4−17=4). Большинство его поражений от Яновского произошли в конце жизни Чигорина, когда он уже не был в лучшей форме. Вероятно, его лучшая игра состоялась на шахматном турнире в Гастингсе 1895 года, где он занял 2-е место, опередив действующего чемпиона мира Эммануэля Ласкера, Тарраша и бывшего чемпиона мира Штайница. В соревновании участвовали все величайшие игроки того времени, и выдающийся результат Чигорина включал победу в личной встрече с победителем турнира Гарри Нельсоном Пиллсбери. Пиллсбери высоко ценил способности Чигорина, и не без оснований, поскольку Чигорин имел небольшое преимущество над ним на протяжении всей жизни (+8−7=6). Хотя у Чигорина был плохой счет против Ласкера в серьезных партиях (+1−8=4), он одержал победу черными фигурами в их первой партии этого турнира 1895 года, где он переиграл Ласкера в классической концовке «два коня против двух слонов». В других крупных соревнованиях он разделил 1-е место в Будапеште в 1896 году и победил Рудольфа Шарусека (+3−1) в дополнительном матче. В Кёльне в 1898 году он разделил 2-е место с Шарусеком и Вильгельмом Коном после Амоса Берна. Его 7-е место в Лондоне в 1899 году было разочаровывающим, но это был еще один турнир, известный своим впечатляющим списком участников. В Монте-Карло в 1901 году он разделил 3-е место после Яновского и Карла Шлехтера. Высококвалифицированный специалист по гамбитным линиям, он выиграл Венский турнир 1903 года, посвященный королевскому гамбиту, и победил Ласкера (+2−1=3) в спонсируемом турнире по рисовому гамбиту в Брайтоне. Однако последняя победа была несколько сомнительной, поскольку выяснилось, что рисованый гамбит был несостоятелен, и игра черными в каждой партии давала ему явное преимущество. Он также, возможно, был самым опытным практиком гамбита Эванса в XIX веке, который фигурировал во многих его великих дуэлях со Штайницем. В Лодзи в 1906 году в турнире с участием четырех игроков он занял 2-е место после Акибы Рубинштейна. Наряду с этими международными соревнованиями он участвовал и выиграл первые три Всероссийских турнира 1899, 1900/01 и 1903 годов. Эти престижные успехи еще больше укрепили его репутацию лучшего игрока России. После проигрыша в четвертом таком турнире в 1906 году он вызвал победителя Герца Сальве на матч и одержал победу (+7−5=3).

Стиль и манера поведения

Его стиль игры отличался отточенным тактическим мастерством и нестандартным подходом к дебюту. Он отвергал многие жёсткие доктрины, предложенные Таррашем и Штайницем, но принимал учение Штайница о надёжности оборонительного центра. Более того, он внес вклад в развитие этой концепции благодаря своим исследованиям закрытых вариантов Руй Лопеса. Он также был пионером некоторых вариантов Славянской защиты. Шигорин, крупный бородатый мужчина, описывался как "выдающийся красавец". Фрэнк Маршалл однажды заметил, насколько взволнованным становился Чигорин, сталкиваясь со сложными позициями. Помимо привычного суетливого постукивания ногой и скрещивания ног, он порой превращался в "пучок нервов", и в такие моменты его темперамент мог стать "крайне резким".

Поздние годы

Как посол русских шахмат, Чигорин был блистательным примером; он читал множество лекций, писал статьи в журналы и шахматные колонки, а также субсидировал или иным образом поддерживал ряд периодических изданий, чтобы не дать им закрыться, несмотря на небольшую читательскую аудиторию. Он также основал шахматный клуб в Санкт-Петербурге и на протяжении многих лет пытался создать шахматную федерацию, что, наконец, удалось лишь спустя несколько лет после его смерти. По словам канадского международного мастера Лоуренса Дэй, в период с 1905 по 1907 год Чигорин путешествовал с молодым Федором Боготырчуком на российские шахматные мероприятия, помогая ему в подготовке. После переезда в Канаду после Второй мировой войны Боготырчук тренировал Дэй. К 1907 году здоровье Чигорина (как психическое, так и физическое) начало стремительно ухудшаться. Он потерпел неудачу на шахматном турнире. Было очевидно, что он серьезно болен, и врачи в Карлсбаде диагностировали у него тяжелую и неизлечимую форму диабета. Это привело к прогнозу, что ему осталось жить всего несколько месяцев, после чего он вернулся к отчужденной жене и дочери в Люблин и умер в январе следующего года. Незадолго до смерти, во время эмоционального всплеска, Чигорин сжег свой шахматный набор. В 1909 году в Санкт-Петербурге был проведен мемориальный турнир в память о Чигорине. За ним последовало множество других: начиная с 1947 года в основном в Сочи, а с 1990 года вновь в Санкт-Петербурге.

Наследие

Благодаря своему оригинальному таланту, яркой игре и плодотворным наставлениям, многие русские считают Михаила Чигорина основателем их "шахматной школы", впоследствии получившей название Советской шахматной школы. Хотя в 1920-х годах его влияние в некоторой степени было затмено захватывающими новыми теориями гипермодернизма, оно, тем не менее, требует видного и постоянного места в советской шахматной гегемонии XX века.

Открытия

Чигорин имеет несколько шахматных дебютов или вариантов дебютов, названных в его честь, два наиболее важных из которых — вариант Чигорина в испанской партии (1. e4 e5 2. Nf3 Nc6 3. Bb5 a6 4. Ba4 Nf6 5. 0-0 Be7 6. Re1 b5 7. Bb3 d6 8. c3 0-0 9. h3 Na5 10. Bc2 c5 11. d4 Qc7) и защита Чигорина в ферзевом гамбите (1. d4 d5 2. c4 Nc6). В то время как первый оставался популярным на протяжении 1900-х годов, второй долгое время не привлекал большого числа сторонников, пока это не произошло относительно недавно. Игорь Миладинович регулярно использовал защиту Чигорина, но её нынешнее возрождение во многом связано с усилиями Александра Морозевича, который продвигал этот дебют как в игре, так и в своей книге «Защита Чигорина по Морозевичу» (изданной в 2007 году). Еще один дебютный ход, изобретенный Чигориным, — 1. e4 e6 2. Qe2 во французской защите. В настоящее время его обычно рассматривают как предшественника индийских построений, но Чигорин играл его, имея в виду и другие идеи (например, b2–b3).

В популярной культуре

Известная партия Чигорина против Штайница, сыгранная в 1892 году, послужила основой для сюжета научно-фантастического романа Джона Бруннера "Квадраты города", вышедшего в 1965 году.