Введение

Галлюциногенная мазь, используемая в практике колдовства.

Летающая мазь – это галлюциногенная мазь, которую, как считается, использовали ведьмы в практике европейского колдовства, начиная как минимум с раннего Нового времени, когда были впервые задокументированы подробные рецепты подобных составов и когда их применение распространилось на колониальную Северную Америку.

Имя

Мазь известна под множеством названий, включая летучую мазь ведьм, зеленую мазь, магическую мазь или мазь для вызывания ликантропии. На немецком языке она называлась Hexensalbe или Flugsalbe. Латинские названия включали unguentum sabbati, unguentum pharelis, unguentum populi или unguenta somnifera.

Состав

Фрэнсис Бэкон (упоминаемый как "Лорд Верулам") перечислил ингредиенты ведьминской мази как "жир детей, извлеченный из их могил, сок сельдерея, аконита и пятилистника, смешанный с тонкоизмельченной пшеничной мукой". Независимо от описания Бэкона, ядовитые ингредиенты, упоминаемые в трудах по этноботанике, включают: белладонну, бешену, паслен черный, дурман обыкновенный, мандрагору, цикуту и/или аконит, большинство из которых содержат атропин, гиосциамин и/или скополамин. Скополамин может вызывать психотропные эффекты при трансдермальном всасывании. Эти тропановые алкалоиды классифицируются как делирианты в отношении их психоактивных свойств.

Чрезвычайная токсичность активных ингредиентов

За исключением Potentilla reptans, растения, которые наиболее часто упоминаются в качестве ингредиентов в рецептах раннего Нового времени для летающих мазей, чрезвычайно токсичны и приводили к многочисленным смертельным случаям при употреблении, будь то из-за путаницы со съедобными видами или в случаях преднамеренного отравления или самоубийства. Историк, оккультист и теософ Карл Кизеветтер из Майнингена, автор "Истории нового оккультизма" (1892) и "Тайных наук, культурной истории эзотерики" (1895), стал одной из таких жертв.

Тело в коме и езда на зверей

Намазывая себя определенными мазями, они ночью переносятся по воздуху в далекие страны для совершения черной магии, но это неправда, хотя они так думают. Пока они находятся в таком состоянии оцепенения и холода, они не чувствуют ничего, как мертвец, и их можно бичевать и сжигать; но по истечении оговоренного времени их чувства возвращаются, они встают бодрыми и веселыми, рассказывают о содеянном и приносят вести из других земель. Доминиканский священник Бартоломмео Спина из Пизы в своем трактате «Tractatus de strigibus sive maleficis» («Трактат о ведьмах и злодеях»), написанном в 1525 году, приводит два случая, демонстрирующих силу летучей мази. Первый касается истории его знакомого Августа де Турре из Бергамо, врача. Когда Август был молодым человеком и учился медицине в Павии, однажды поздно ночью он вернулся в свою квартиру (без ключа) и не обнаружил никого, кто мог бы его впустить. Он взобрался на балкон и проник через окно, после чего сразу же отправился искать служанку, которая должна была быть не спит и впустить его. Однако, осмотрев ее комнату, он обнаружил, что она лежит на полу без сознания и не приходит в себя. На следующее утро он попытался расспросить ее об этом, но она лишь ответила, что была «в пути». Второй рассказ Бартоломмео более красноречив и указывает на еще один аспект «полетов» ведьм. Он повествует о неком нотариусе из Лугано, который, не найдя свою жену однажды утром, обыскал все свое поместье и наконец обнаружил ее лежащей в глубоком беспамятстве, обнаженной и грязной, с раскрытыми половыми органами, в углу свинарника. Нотариус «сразу понял, что она ведьма» (!) и сначала хотел убить ее на месте, но, передумав, дождался, пока она оправится от оцепенения, чтобы допросить ее. Испуганная его гневом, несчастная женщина упала на колени и призналась, что ночью она «была в пути». История о жене нотариуса проливает свет на два случая, разделенных большим промежутком времени, но раскрывающих устойчивую тему в европейской колдовстве. Первый – это рассказ Регино из Прюма, в его труде «De synodalibus causis et disciplinis ecclesiasticis libri duo» (ок. 906 г. н.э.) говорится о женщинах, которые «соблазненные демонами, настаивают на том, что ночью они летают верхом на определенных зверях [курсив не оригинальный] вместе с Дианой, богиней язычников, и огромным множеством женщин; что они преодолевают большие расстояния в тишине самой темной ночи» (см. также Canon Episcopi). Второй случай датируется примерно 800 годами спустя и происходит из Норвегии начала XVIII века. Это свидетельство тринадцатилетней Сири Йоргенсдаттер. Сири утверждала, что когда ей было семь лет, ее бабушка отвела ее на шабаш ведьм на горную лугу Блокула («голубой холм»): бабушка привела ее в свинарник, где она намазала свинью мазью, взятой из рога, после чего бабушка и внучка взобрались на животное и, совершив короткий полет по воздуху, прибыли к зданию на горе Шабаша.

Предполагаемый сексуальный элемент в заявлении

В галлюцинациях часто доминирует эротический момент, и в те дни, чтобы испытать эти ощущения, молодые и пожилые женщины растирали свои тела "мазью ведьм". Ведьмы признаются, что они помазывают посох и ездят на нем в назначенное место, или помазывают себя под мышками и в других местах, покрытых волосами [курсив не является оригинальным текстом]. При обыске сундука леди [Алисы Кителлер] была найдена трубка с мазью, которой она смазывала посох, на котором путешествовала и скакала, преодолевая любые препятствия, когда и как ей заблагорассудится. Некоторые источники утверждают, что такая мазь лучше всего впитывается через слизистые оболочки, и что традиционное изображение ведьмы, летящей на метле, подразумевает нанесение летучей мази на вульву. Приведенный выше отрывок из судебного процесса над Алисой Кителлер, норманнской дворянкой, обвиненной в колдовстве в Ирландии в 1324 году, хотя и не является откровенным, безусловно, допускает интерпретации, связанные как с наркотиками, так и с сексуальными аспектами. Это также очень ранний отчет о подобных практиках, предшествующий на несколько столетий судам над ведьмами в эпоху Нового времени. Показания служанки Дамы Кителлер, Петрониллы де Меат, хотя и несколько скомпрометированы тем, что были получены под пытками, содержат упоминания не только о способностях ее хозяйки в приготовлении "магических" лекарств, но и о ее сексуальном поведении, включая по крайней мере один случай (предполагаемого) полового акта с демоном. Согласно инквизиции ("в которой участвовали пять рыцарей и множество дворян"), начатой Ричардом де Ледредом, епископом Оссори, в городе Килкенни действовала группа еретических колдунов, во главе которой стояла Дама Алиса Кителлер, и против которой было предъявлено не менее семи обвинений в колдовстве. Пятое обвинение представляет особый интерес в контексте упомянутого выше "смазанного посоха".

Возможное содержание опиатов

Один из возможных ключей к тому, как люди справлялись с токсичностью пасленовых, обычно считающихся компонентом летающих мазей, заключается в предполагаемой противоядийной реакции некоторых соланацевых алкалоидов с алкалоидами Papaver somniferum (опийного мака). Этот антагонизм постулировался сторонниками эклектической медицины. Например, в «Американском диспансаторе Кинга» в статье о белладонне указано: «Белладонна и опиум, по-видимому, оказывают антагонистическое воздействие, особенно в отношении их действия на мозг, спинной мозг и сердце; следовательно, они рекомендовались и использовались в качестве противоядий друг для друга при отравлениях», и далее делается экстравагантное заявление, что «этот вопрос теперь окончательно и удовлетворительно решен; следовательно, во всех случаях отравления белладонной основным средством является морфин, и его применение может определяться степенью сужения зрачков, которое он вызывает». Синергия между алкалоидами белладонны и опийного мака использовалась в так называемом «сумеречном сне», который применялся для обезболивания женщин во время родов, начиная с эдвардианской эпохи. Сумеречный сон представлял собой смесь скополамина, алкалоида белладонны, и морфина, алкалоида Papaver, которая вводилась и обеспечивала сочетание обезболивания и амнезии для роженицы. Его версия до сих пор производится в виде инъекционного препарата Омнопон. Нет точных данных о пропорциях пасленовых трав и опийного мака, использовавшихся в летающих мазях, и в большинстве исторических рецептов летающих мазей опийный мак не упоминается. Более того, в авторитетной публикации бывшего Министерства сельского хозяйства, продовольствия и рыболовства Великобритании (ныне DEFRA) конкретно указано, что в случаях отравления белладонной атропой, которая отнюдь не является противоядием, «следует избегать препаратов, содержащих морфин или опиаты, поскольку они оказывают синергическое действие с атропином»; подходящим антидотом, напротив, является ингибитор ацетилхолинестеразы – салицилат физиостигмина.

Исторические документы

Первое упоминание мази в связи с распространенным верованием в оргиастические полеты встречается в богословской сумме Роланда Кремонского, написанной в 1230-х годах. Использование ведьмами летательных мазей впервые было описано, согласно известным источникам, Иоганнесом Хартлибом в 1456 году. Его также описал испанский теолог Альфонсо Тостадо (ум. 1455) в «Super Genesis Commentaria» (изданном в Венеции в 1507 году), комментарий которого склонялся к подтверждению тезиса о реальности Субботы ведьм. В 1477 году Антония Роуз призналась, что дьявол дал ей палочку длиной в 18 дюймов, которую она намазывала мазью и, произнося слова «летите, во имя Дьявола, летите», летала в «синагогу» (альтернативное название Субботы в ранней колдовской практике).