Введение
Союз провинций Нидерландов XVI века, также называемый Союзом Атрехта. Союз Арраса (нидерл. Unie van Atrecht, фр. Union d'Arras, исп. Unión de Arrás) — союз между графством Артуа, графством Эно и городом Дуэ в Габсбургских Нидерландах, образованный в начале 1579 года во время Восьмидесятилетней войны. Недовольные религиозной политикой лидера повстанцев принца Оранского и Генеральных штатов Нидерландов, а также особенно усилением радикальной кальвинистской республики Гент с октября 1577 года, они подписали 6 января 1579 года декларацию о намерении решительно защищать католическую веру от посягательств кальвинистов в других провинциях. Подписавшие стороны начали переговоры об отдельном мире с испанской короной, что привело к заключению Арасского договора 17 мая 1579 года.
The Union of Arras (Dutch: Unie van Atrecht, French: Union d'Arras, Spanish: Unión de Arrás) was an alliance between the County of Artois, the County of Hainaut and the city of Douai in the Habsburg Netherlands in early 1579 during the Eighty Years' War. Dissatisfied with the religious policies of rebel leader Prince of Orange and the States General of the Netherlands, and especially the rise of the radical Calvinist Republic of Ghent since October 1577, they signed a declaration on 6 January 1579 about their intent to offer a vigorous defense of the Roman Catholic religion against what they saw as encroachments by Calvinists in other provinces. These signatories would begin negotiations for a separate peace with the Spanish Crown, which resulted in the Treaty of Arras of 17 May 1579.
Предыстория
После Гентского умиротворения все Габсбургские Нидерланды объединились в оппозиции правительству короля Испании Филиппа II, сюзерена Нидерландов. Они сформировали Брюссельский союз, который стал официальным правительством, образованным Генеральными штатами и генерал-губернатором, назначаемым Генеральными штатами: эрцгерцогом Маттиасом, в противовес королевскому генерал-губернатору, дону Хуану Австрийскому. Оранский, лидер первоначально восставших провинций Голландии и Зеландии, играл ведущую роль в Государственном совете, который являлся исполнительным органом Генеральных штатов. Важным положением умиротворения было предоставление кальвинистам свободы вероисповедания в Голландии и Зеландии и терпимости в других провинциях Нидерландов, при этом в остальных 15 провинциях католическая церковь должна была оставаться официальной и доминирующей. Вскоре кальвинисты и в других провинциях потребовали свободы вероисповедания. Во Фландрии и Брабанте они даже прибегали к силе, чтобы изменить городское управление в таких городах, как Гент, Брюгге и Антверпен, в стремлении достичь этой цели, что вызывало недовольство католических политиков в южной части страны. Оранский стремился к гражданскому миру посредством политики "религиозного согласия", предоставляя свободу вероисповедания как католикам, так и протестантам во всех Нидерландах.
Декларация от 6 января 1579 года
Дон Хуан умер в октябре 1578 года и был заменен на посту командующего испанской армией во Фландрии и королевского генерал-губернатора Александром Фарнезе, герцогом Пармским, который проявил себя как умелый дипломат, способный раскалывать католическую знать на юге и режим Оранжа и Генеральных штатов. В оппозиции к политике Оранжа сформировалась группа католических дворян, известных в историографии как "Недовольны", под руководством статхольдера Эно Филиппа де Лалаинга, 3-го графа Лалаинга, и Эммануэля Филиберта де Лалаинга. Парма начал переговоры с Недовольными, и они добились образования союза Эно, Артуа и города Дуэ, который 6 января 1579 года подписал декларацию, выражающую недовольство событиями, последовавшими за Генстским умиротворением, и (не называя имен) отвергающую политику "религиозного примирения" Оранжа. Деклация завершалась следующим воодушевляющим обещанием:
Помимо этого обещания, декларация не содержала более конкретных решений, таких как создание оборонительного союза, подобного тому, который позднее в январе 1579 года был заключен рядом северных провинций в форме Утрехтской унии. Однако этого и не следовало ожидать, поскольку подписавшие декларацию считали себя "истинными" защитниками Брюссельского союза, который они намеревались продолжить.