Введение

Симфония № 10 ми минор, соч. 93, Дмитрия Шостаковича впервые прозвучала 17 декабря 1953 года в исполнении Ленинградского филармонического оркестра под управлением Евгения Мравинского. Точная дата её написания неизвестна. По словам композитора, симфония была написана с июля по октябрь 1953 года, однако Татьяна Николаева утверждала, что она была завершена в 1951 году. Эскизы к некоторым частям датируются 1946 годом.

Инструментовка

Симфония написана для трех флейт (первая флейта с ногой си-бемоль, вторая и третья флейты дублируют пикколо), трех гобоев (третий гобой дублирует английский рожок), трех кларнетов (третий кларнет дублирует ми-бемоль кларнет), трех фаготов (третий фагот дублирует контрафагот), четырех валторн, трех труб, трех тромбонов, тубы, литавр, большого барабана, малого барабана, треугольника, тарелок, тамбурина, там-тама, ксилофона и струнных.

I. Умеренный

Первая и самая протяженная часть – медленная часть в свободной сонатной форме. Как и в своей Пятой симфонии, Шостакович использует цитату из одного из своих вокальных произведений на стихи Пушкина: в первой части – из второй песни Op. 91: Четыре монолога на стихи Пушкина для баса и фортепиано (1952) под названием «Что в моём имени?». Эта тема личной идентичности вновь возникает в третьей и четвертой частях.

II. Аллегро

Вторая часть – короткое и громкое скерцо с синкопированными ритмами и пассажами из шестнадцатых долей. В книге «Свидетельство» говорится:

«Я изобразил Сталина в своей следующей симфонии, Десятой. Я написал ее сразу после смерти Сталина, и до сих пор никто не догадался, о чем эта симфония. Она о Сталине и сталинской эпохе. Вторая часть, скерцо, – это, грубо говоря, музыкальный портрет Сталина. Конечно, в ней есть и другие элементы, но это – основа». Биограф Шостаковича Лорел Фэй пишет: «Я не обнаружил никаких подтверждений того, что такая конкретная программность была задумана или воспринята во время сочинения и первого исполнения». Музыковед Ричард Тарускин назвал это «сомнительным откровением, о котором никто ранее не подозревал ни в России, ни на Западе». Элизабет Уилсон добавляет: «Десятую симфонию часто интерпретируют как комментарий композитора к недавнему сталинскому периоду. Но, как часто бывает в творчестве Шостаковича, изображение внешних событий противопоставляется его внутреннему миру глубочайших чувств».

IV. Анданте, Аллегро

В четвертой и заключительной части медленное вступление "Анданте" резко переходит в "Аллегро", где вновь появляется тема DSCH. Кода осуществляет переход в ми мажор, а в заключительных тактах несколько инструментов исполняют глиссандо от ми к следующему ми.

Мотив DSCH предвосхищается на протяжении всей первой части 10-й симфонии: в 7-й такте начала симфонии скрипки, удваиваемые альтами, играют ре в течение 5 тактов, за которым непосредственно следует ми; за 9 тактов до репетиционной отметки 29 скрипки исполняют мотив в обратном порядке: ре, до, си, бемоль (или ре, до, си, ми). Впервые мотив звучит в правильной последовательности во всей симфонии в третьей части, сразу после короткого канона на начальную мелодию, начиная с третьей доли 5-й такта после репетиционной отметки 104 (рис. 11), где он исполняется в унисон пикколо, первой флейтой и первым гобоем (охватывающим диапазон в три октавы).