Функционализм в архитектуре: принципы, история и противоречия.

Введение

Принцип, определяющий тип архитектуры

В архитектуре функционализм – это принцип, согласно которому здания должны проектироваться исключительно исходя из их назначения и функции. Международное функционалистическое архитектурное движение возникло после Первой мировой войны как часть волны модернизма. Его идеи во многом были вдохновлены стремлением построить новый и лучший мир для людей, что широко и убедительно выражалось в социальных и политических движениях Европы после крайне разрушительной мировой войны. В связи с этим функционалистская архитектура часто связывается с идеями социализма и современного гуманизма. Новым аспектом этой волны архитектуры стало то, что архитектура должна не только проектироваться с учетом функциональности, но и использоваться как средство физического создания лучшего мира и лучшей жизни для людей в самом широком смысле. Эта новая функционалистская архитектура оказала наибольшее влияние в Чехословакии, Германии, Польше, СССР и Нидерландах, а с 1930-х годов – в Скандинавии и Финляндии. Этот принцип вызывает путаницу и споры в профессиональной среде, особенно в отношении современной архитектуры, поскольку он не так очевиден, как может показаться на первый взгляд.

История функционализма

Теоретическое обоснование функционализма в зданиях можно проследить до триады Витрувия, где utilitas (разнообразно переводится как «практичность», «удобство» или «полезность») наряду с firmitas (прочность) и venustas (красота) является одной из трех классических целей архитектуры. Функционалистские взгляды были свойственны некоторым архитекторам неоготики. В частности, Август Уэлби Пуджин писал, что «в здании не должно быть никаких элементов, не необходимых для удобства, конструкции или пристойности», и что «все украшения должны состоять из обогащения основной конструкции здания». В 1896 году чикагский архитектор Луи Салливан сформулировал фразу «Форма следует за функцией». Однако этот афоризм не связан с современным пониманием термина «функция» как полезность или удовлетворение потребностей пользователя; он был основан на метафизике, как выражение органической сущности и мог быть перефразирован как «предназначение». В середине 1930-х годов функционализм стали обсуждать как эстетический подход, а не как вопрос целостности проекта (назначения). Идея функционализма была отождествлена с отсутствием орнамента, что является иным вопросом. Это стало пренебрежительным термином, ассоциирующимся с наиболее суровыми и утилитарными способами организации пространства, такими как дешевые коммерческие здания и сараи, а затем, например, в академической критике геодезических куполов Бакминстера Фуллера, просто как синоним «неискусности». На протяжении 70 лет влиятельный американский архитектор Филип Джонсон утверждал, что профессия не несет никакой функциональной ответственности, и это лишь одна из многих современных точек зрения. Позиция постмодернистского архитектора Питера Эйзенмана основана на враждебном к пользователю теоретическом базисе и еще более радикальна: «Я не проектирую с учетом функции».

Модернизм

На популярные представления о современной архитектуре сильно повлияли работы франко-швейцарского архитектора Ле Корбюзье и немецкого архитектора Миса ван дер Роэ. Оба были функционалистами, по крайней мере, в той мере, в которой их здания представляли собой радикальное упрощение предыдущих стилей. В 1923 году Мис ван дер Роэ работал в Веймарской Германии и начал свою карьеру, создавая радикально упрощенные, тщательно детализированные сооружения, которые воплотили стремление Салливана к внутренней архитектурной красоте. Ле Корбюзье знаменито сказал: "Дом – это машина для жилья"; его книга 1923 года "К новой архитектуре" была и остается весьма влиятельной, а его ранние реализованные проекты, такие как Вилла Савойе в Пуасси (Франция), считаются типичным образцом функционализма.

Чехословакия

Бывшая Чехословакия одной из первых начала использовать функционализм, что нашло отражение в таких выдающихся примерах, как вилла Тугендхат в Брно, спроектированная Мисом ван дер Роэ в 1928 году, вилла Мюллера в Праге, спроектированная Адольфом Лоосом в 1930 году, и большая часть города Злин, созданного обувной компанией Bata как рабочий город в 1920-х годах и спроектированного учеником Ле Корбюзье Франтишеком Лиди Гахурой. По всей стране, стремительно индустриализировавшейся в начале XX века и воспринявшей архитектуру Баухаус, одновременно развивавшуюся в Германии, можно встретить множество вилл, жилых домов и интерьеров, фабрик, офисных зданий и универмагов в стиле функционализма. Особенно в Брно многочисленные жилые дома построены в этом стиле, а интерьеры жилых помещений, спроектированные Адольфом Лоосом в Пльзене, также примечательны применением функционалистических принципов.

Северные "фанки"

В Скандинавии и Финляндии международное движение и идеи модернистской архитектуры стали широко известны среди архитекторов на Стокгольмской выставке 1930 года под руководством директора и шведского архитектора Гуннара Асплунда. Воодушевлённые архитекторы собрали свои идеи и вдохновение в манифесте "acceptera", и в последующие годы во всей Скандинавии сформировалась функционалистская архитектура. Этот стиль обладает некоторыми особенностями, уникальными для Скандинавии, и часто называется "функкис", чтобы отличать его от функционализма в целом. К общим чертам относятся плоские крыши, оштукатуренные стены, архитектурное остекление и хорошо освещённые помещения, индустриальный облик и детали, вдохновлённые морской тематикой, включая круглые окна. Глобальный кризис фондового рынка и экономический спад 1929 года обусловили необходимость использования доступных материалов, таких как кирпич и бетон, а также быстрого и эффективного строительства. Эти потребности стали ещё одной характерной чертой скандинавской версии функционализма, особенно в зданиях 1930-х годов, и перешли в модернистскую архитектуру, когда после Второй мировой войны промышленное серийное производство стало гораздо более распространённым. В датское функционалистическое движение иногда включают и датских дизайнеров и художников, не работавших архитекторами, таких как Финн Юль, Луи Поулсен и Поул Хеннингсен. В Дании кирпич в основном предпочитали железобетону в качестве строительного материала, и это касалось также зданий в стиле функкис. Помимо общественных учреждений и многоквартирных домов, в период с 1925 по 1945 год было построено более 100 000 индивидуальных жилых домов в стиле функкис. Однако к последовательному дизайну в стиле функкис часто подходили с осторожностью. Многие жилые здания включали лишь некоторые характерные элементы функкис, такие как круглые окна, угловые окна или архитектурное остекление, чтобы продемонстрировать современность, не слишком раздражая консервативных традиционалистов. Этот сдержанный подход к дизайну функкис породил датскую версию здания-бунгало. Яркими примерами датской функционалистической архитектуры являются терминал аэропорта Каструп 1939 года (ныне охраняемый как памятник архитектуры), здание Университета Орхуса (авторы – C. Ф. Мёллер и др.) и здание городской ратуши Орхуса (авторы – Арне Якобсен и др.), в которых мебель и светильники были специально разработаны для этих зданий в духе функционализма. Крупнейшим функционалистическим комплексом в странах Северной Европы является жилой комплекс Hostrups Have в Копенгагене площадью 30 000 кв. м.

In Scandinavia and Finland, the international movement and ideas of modernist architecture became widely known among architects at the 1930 Stockholm Exhibition, under the guidance of director and Swedish architect Gunnar Asplund. Enthusiastic architects collected their ideas and inspirations in the manifesto acceptera and in the years thereafter, a functionalist architecture emerged throughout Scandinavia. The genre involves some peculiar features unique to Scandinavia and it is often referred to as "funkis", to distinguish it from functionalism in general. Some of the common features are flat roofing, stuccoed walls, architectural glazing and well lit rooms, an industrial expression and nautical inspired details, including round windows. The global stock market crisis and economic meltdown in 1929, instigated the needs to use affordable materials, such as brick and concrete, and to build quickly and efficiently. These needs became another signature of the Nordic version of functionalist architecture, in particular in buildings from the 1930s, and carried over into modernist architecture when industrial serial production became much more prevalent after World War II. Some Danish designers and artists who did not work as architects are sometimes also included in the Danish functionalist movement, such as Finn Juhl, Louis Poulsen and Poul Henningsen. In Denmark, bricks were largely preferred over reinforced concrete as construction material, and this included funkis buildings. Apart from institutions and apartment blocks, more than 100,000 single family funkis houses were built in the years 1925–1945. However, the truly dedicated funkis design was often approached with caution. Many residential buildings only included some signature funkis elements such as round windows, corner windows or architectural glazing to signal modernity while not provoking conservative traditionalists too much. This branch of restrained approach to the funkis design created the Danish version of the bungalow building. Fine examples of Danish functionalist architecture are the now listed Kastrup Airport 1939 terminal by Vilhelm Lauritzen, Aarhus University (by C. F. Møller et al.) and Aarhus City Hall (by Arne Jacobsen et al. ), all including furniture and lamps specially designed for these buildings in the functionalist spirit. The largest functionalist complex in the Nordic countries is the 30,000 sq. m. residential compound of Hostrups Have in Copenhagen.

Финляндия

Среди наиболее плодовитых и известных архитекторов Финляндии, работавших в стиле функкис, – Альвар Аалто и Эрик Брюгман, которые включились в это направление с самого начала 1930-х годов. Регион Турку стал пионером этого нового стиля, а журнал Arkkitehti выступал посредником и площадкой для обсуждения функционализма в финском контексте. Многие из первых зданий в стиле функкис были промышленными сооружениями, учреждениями и офисами, но впоследствии стиль распространился на другие типы построек, такие как жилые дома, индивидуальное жилье и церкви. Функционалистический дизайн также проник в интерьеры и мебель, что наглядно демонстрирует культовый санаторий Паймио, спроектированный в 1929 году и построенный в 1933 году. Аалто внедрил стандартизированные, сборные бетонные элементы уже в конце 1920-х годов, при проектировании жилых зданий в Турку. Эта техника стала краеугольным камнем дальнейшего развития модернистской архитектуры после Второй мировой войны, особенно в 1950-х и 1960-х годах. Он также внедрил серийное производство деревянного жилья.) и его соратники Хелена Сиркус (спутница Ле Корбюзье на борту S. S. Patris, океанского лайнера, следовавшего из Марселя в Афины в 1933 году во время CIAM IV), Роман Пьотровски и Мачей Новицкий. Ле Корбюзье говорил о поляках ("Когда соборы были белыми", Париж, 1937): "Академизм пустил корни повсюду. Тем не менее, голландцы относительно свободны от предрассудков. Чехи верят в "модерн", и поляки тоже". Другие польские архитекторы, такие как Станислав Брукальский, встречались с Герритом Ритвельдом и находили вдохновение в его неопластицизме. Всего через несколько лет после постройки дома Ритвельда-Шрёдера польский архитектор Станислав Брукальский построил свой собственный дом в Варшаве в 1929 году, предположительно вдохновленный домом Шрёдера, который он посетил. Этот польский пример современного дома был удостоен бронзовой медали на Всемирной выставке в Париже в 1937 году. Непосредственно перед Второй мировой войной в Польше стало популярным строить большие кварталы роскошных домов в зеленых районах для состоятельных поляков, например, район Саска Кемпа в Варшаве или район Каменна Гура в портовом городе Гдыня. Наиболее характерными чертами польской функционалистической архитектуры 1918–1939 годов были иллюминаторы, террасы на крыше и мраморные интерьеры. Вероятно, самым выдающимся произведением польской функционалистической архитектуры является весь город Гдыня – современный польский морской порт, основанный в 1926 году.

Some of the most prolific and notable architects in Finland, working in the funkis style, includes Alvar Aalto and Erik Bryggman who were both engaged from the very start in the 1930s. The Turku region pioneered this new style and the journal Arkkitehti mediated and discussed functionalism in a Finnish context. Many of the first buildings in the funkis style were industrial structures, institutions and offices but spread to other kinds of structures such as residential buildings, individual housing and churches. The functionalist design also spread to interior designs and furniture as exemplified by the iconic Paimio Sanatorium, designed in 1929 and built in 1933. Aalto introduced standardised, precast concrete elements as early as the late 1920s, when he designed residential buildings in Turku. This technique became a cornerstone of later developments in modernist architecture after World War II, especially in the 1950s and 1960s. He also introduced serial produced wooden housing.) and his coworkers Helena Syrkus (Le Corbusier's companion on board of the S. S. Patris, an ocean liner journeying from Marseille to Athens in 1933 during the CIAM IV), Roman Piotrowski and Maciej Nowicki. Le Corbusier said about Poles (When the Cathedrals Were White, Paris 1937) "Academism has sent down roots everywhere. Nevertheless, the Dutch are relatively free of bias. The Czechs believe in 'modern' and the Polish also." Other Polish architects like Stanisław Brukalski was meeting with Gerrit Rietveld and inspired by him and his neoplasticism. Only a few years after the construction of Rietveld Schröder House, Polish architect Stanisław Brukalski built his own house in Warsaw in 1929 supposedly inspired by Schröder House he had visited. His Polish example of the modern house was awarded bronze medal in Paris world expo in 1937. Just before the Second World War, it was fashionable to build in Poland a lot of large districts of luxury houses in neighbourhoods full of greenery for wealthy Poles like, for example, district Saska Kępa in Warsaw or district Kamienna Góra in seaport Gdynia. The most characteristic features in Polish functionalist architecture 1918 1939 were portholes, roof terraces and marble interiors. Probably the most outstanding work of Polish functionalist architecture is the entire city of Gdynia, modern Polish seaport established 1926.

Россия

В России и бывшем Советском Союзе функционализм был известен как конструктивизм, и являлся доминирующим стилем для крупных строительных проектов между 1918 и 1932 годами. Конкурс 1932 года на проект Дворца Советов и победа Бориса Иофана ознаменовали начало эклектичного историзма сталинской архитектуры и конец господства конструктивизма в Советском Союзе.

Södra Ängby, Швеция

Жилой район Сёдра Энгби в западной части Стокгольма, Швеция, объединил функционализм или международный стиль с принципами города-сада. Включая более 500 зданий, он остаётся крупнейшим сохранившимся ансамблем функционалистских вилл в Швеции и, возможно, в мире, прекрасно сохранившимся более полувека после строительства в 1933–1940 годах и охраняемым как национальное культурное наследие.

Цлин, Чешская Республика

Злин – город в Чехии, который в 1930-х годах был полностью реконструирован на принципах функционализма. В то время в городе находилась штаб-квартира компании Bata Shoes, и Томаш Бата инициировал масштабную реконструкцию города, вдохновлённую функционализмом и идеями движения «город-сад». Самобытная архитектура Злина руководствовалась принципами, которые строго соблюдались на протяжении всего межвоенного периода. Её центральной идеей было выведение всех архитектурных элементов из заводских зданий, чтобы подчеркнуть ключевую роль промышленного производства в жизни всех жителей Злина. Поэтому для строительства всех общественных (и большинства частных) зданий использовались одни и те же строительные материалы – красный кирпич, стекло и железобетон. Общим структурным элементом архитектуры Злина является квадратный проём размером 20x20 футов (6,15x6,15 м). Несмотря на различные вариации, этот стиль высокого модернизма обеспечивает высокую степень единообразия всех зданий, одновременно подчёркивая центральную и уникальную идею индустриального города-сада. Архитектурный и градостроительный функционализм должен был отвечать потребностям современного города. Простота зданий, обуславливающая их функциональную приспособляемость, должна была соответствовать (и реагировать на) нужды повседневной жизни. Градостроительный план Злина был разработан Франтишеком Лиди Гахурой, учеником ателье Ле Корбюзье в Париже. Среди архитектурных достопримечательностей города – вилла Томаша Бати, больница Бати, мемориал Томаса Бати, Большой кинотеатр и небоскрёб Бати.

Хрущевка

Хрущёвка – неофициальное название типа недорогого жилого дома из сборных бетонных панелей или кирпича, трёх- или пятиэтажной постройки, который был разработан в Советском Союзе в начале 1960-х годов, во время правления Никиты Хрущёва. Эти дома также называли "Хрущёба" (Хрущёв + трущоба).

Функционализм в ландшафтной архитектуре

Развитие функционализма в ландшафтной архитектуре шло параллельно с его развитием в архитектуре зданий. В масштабе жилой застройки дизайнеры, такие как Кристофер Туннард, Джеймс Роуз и Гарретт Экбо, выступали за дизайн-философию, основанную на создании пространств для жизни на открытом воздухе и интеграции дома с садом. В более широком масштабе немецкий ландшафтный архитектор и градостроитель Лебрехт Мигге пропагандировал использование огородов в проектах социального жилья как средство борьбы с голодом и повышения самообеспеченности семей. В еще большем масштабе Международный конгресс современной архитектуры поддерживал стратегии городского дизайна, основанные на человеческих пропорциях и направленные на обеспечение четырех основных функций человеческого поселения: жилья, работы, отдыха и транспорта.