Введение

В уголовном праве mens rea (произносится /ˈmɛnz ˈriːə/; лат. "виновный ум") – это психическое состояние лица, обвиняемого в совершении преступления. В странах общего права для признания лица виновным в большинстве преступлений требуется доказать наличие как mens rea, так и actus reus ("виновное деяние").

Введение

Стандартный тест уголовной ответственности в общем праве выражается латинской фразой actus reus non facit reum nisi mens sit rea, то есть «нет преступления без виновного умысла». Как общее правило, лицо, действовавшее без умысла или вины, не подлежит уголовной ответственности. Исключения известны как преступления ответственности независимо от умысла. Более того, если лицо намеревалось причинить вред, но в результате неверного прицела или иной причины намерение переносится с предполагаемой жертвы на непредвиденную, такое дело рассматривается как случай перенесенного умысла. Виды психических состояний, применимые к преступлениям, различаются в зависимости от того, следует ли юрисдикция уголовному праву, основанному на прецедентном праве, или, в Соединенных Штатах, Типовому уголовному кодексу. В гражданском праве обычно не требуется доказывать субъективный психический элемент для установления ответственности за нарушение договора или деликта, например. Однако, если деликт совершен умышленно или договор нарушен умышленно, такой умысел может расширить объем ответственности и размер ущерба, подлежащего выплате истцу. В некоторых юрисдикциях термины mens rea и actus reus заменены альтернативной терминологией.

Уровни менструации в Соединенных Штатах

В соответствии с традицией общего права, судьи часто требовали наличия "преступного намерения" в дополнение к действию или бездействию (actus reus) для признания лица виновным в совершении преступления. Со временем виновные психические состояния (mens rea) стали различаться в зависимости от вида преступления. В Соединенных Штатах не существует единого всеобъемлющего уголовного кодекса. Уголовные законы принимаются и применяются штатами или федеральным правительством, однако каждый из этих уголовных "кодексов" различается и может, а может и не опираться на одни и те же теоретические основы.

Государственное уголовное право

Подавляющее большинство уголовных преследований в Соединенных Штатах осуществляется отдельными штатами в соответствии с законами данного штата. Исторически штаты (за исключением гражданского права Луизианы в значительной степени) применяли общие правовые правила mens rea, схожие с теми, что существовали в Англии, но со временем американское понимание общих правовых терминов mens rea стало расходиться с английским правом и между собой. Понятия, такие как "общее намерение" и "специальное намерение", доминировали в классификации психических состояний в общем праве штатов, однако к концу 1950-х – началу 1960-х годов общее право в отношении mens rea было широко признано как неустойчивое, расплывчатое и запутанное. Это было одним из нескольких факторов, приведших к разработке Модельного уголовного кодекса. Тем не менее, штаты продолжают использовать психические состояния, выходящие за рамки или помимо тех, что перечислены в Модельном уголовном кодексе.

Федеральное уголовное право

Поскольку федеральное правительство Соединенных Штатов не обладает всеобъемлющей полицейской властью, как это имеют штаты, объем его уголовных законов неизбежно ограничен. Обычные уголовные преследования находятся в ведении штатов, и федеральное правительство преследует только преступления, связанные с его конституционными полномочиями. Тем не менее, Верховный Суд считает наличие необходимой mens rea существенным элементом федеральных уголовных правонарушений. Следовательно, Раздел 18 Кодекса Соединенных Штатов не использует вышеупомянутую систему определения вины, а вместо этого опирается на более традиционные определения преступлений, основанные на прецедентном праве. Например, предумышленное злоумышление используется как условие для совершения убийства с отягчающими обстоятельствами, и Верховный Суд применял такие психические состояния, как "умышленно".

Образец Уголовного кодекса

Поскольку система уголовного права различалась от штата к штату, Американский юридический институт (который публикует "переосмысления" американской юридической доктрины) отказался от публикации переосмысления уголовного права в пользу "модельного" кодекса, чтобы штаты могли принять новые, стандартизированные уголовные законы. Этот Модельный Уголовный кодекс ("MPC") был завершен в 1962 году и получил высокую оценку ученых-юристов за его переработку уголовного права. Хотя не все штаты следуют уголовному праву, сформулированному в MPC, к 1983 году более 34 штатов приняли часть или практически весь MPC в качестве закона. Небрежность: "разумный человек" должен осознавать "существенный и неоправданный риск", являющийся "серьезным отступлением" от нормального стандарта заботливости. Безрассудство: субъект "сознательно пренебрегает существенным и неоправданным риском" в "серьезном отступлении" от нормального стандарта заботливости, или осознает с высокой степенью вероятности, что его поведение запрещено, или осознает с высокой степенью вероятности наличие сопутствующих обстоятельств. Умышленно: субъект сознательно совершает действие и "стремится" к результату. Верховный суд не выявил существенной разницы между умышленным и осознанным поведением, как в теории, так и на практике. MPC также признает виновность не на основании психического состояния, а за преступления, законодательно запрещенные в связи с установлением "абсолютной ответственности". Преступления строгой ответственности требуют доказательств такого законодательного намерения, и суды тщательно изучают эти доказательства, прежде чем признать, что преступление допускает строгую ответственность, а не требует наличия *mens rea*. Строгая ответственность: психическое состояние субъекта, совершившего действие, не имеет значения. Такая *mens rea* может применяться только в случае, если запрещенное действие является мелким правонарушением, то есть гражданским проступком.

Пределы и критические замечания по MPC mens rea

Не все штаты приняли MPC, и в тех штатах, которые его приняли, применение Типового кодекса различается. Несмотря на попытку стандартизировать уголовное право, это различие привело к путанице и критике. Некоторые ученые критикуют существующие уровни вины в действующем Модельном уголовном кодексе, считая их недостаточными или требующими пересмотра. Среди претензий ученых – непоследовательность, обусловленная противоречивыми философскими подходами, или отказ федерального правительства от явного принятия Модельного уголовного кодекса, что привело к отходу от прецедентов общего права. С момента публикации MPC возникла путаница и из-за изменений в отношении к различным преступлениям, особенно к сексуальным преступлениям, преступлениям на почве ненависти, наркопреступлениям и киберпреступлениям. Однако, в то время как некоторые исследователи утверждают, что стремление к реформам уступило место "цинизму и усталости",

вместо углубления в философские или нормативные аргументы, некоторые ученые обратились к эмпирическим данным для обновления Кодекса. В рамках эмпирического исследования участникам предлагались различные сценарии, и их просили оценить степень дезертирства наказания в каждом случае. Результаты показали, что оценки участников соответствовали иерархии *mens rea* в MPC, но также выявили наибольшие затруднения при оценке сценариев, связанных с "неосторожностью". В связи с этим исследование предлагает пересмотреть формулировки категорий.

Вины за пределами Соединенных Штатов

Уровни mens rea и разграничения между ними отличаются в зависимости от юрисдикции. Хотя общее право возникло в Англии, нормы общего права, касающиеся вины, варьируются в каждой юрисдикции в связи с различиями в прецедентном праве и законодательстве.

Англия и Уэльс

Прямое умысел: субъект чётко предвидит последствия своего действия и желает их наступления. Это является его целью или намерением. Косвенный умысел: результат является практически неизбежным следствием действий субъекта, и субъект осознаёт это. Знание: субъект знает или должен знать, что результаты его поведения с высокой степенью вероятности наступят. Неосторожность: субъект предвидит, что могут наступить определённые последствия, и продолжает совершать действия, не заботясь о том, наступят эти последствия на самом деле или нет. Уголовная халатность: субъект не предвидел, что его действия повлекнут определённые последствия, но разумный человек в аналогичных обстоятельствах предвидел бы эти последствия.

Шотландия

Намерение: обвиняемый сознательно совершил преступное деяние, полностью осознавая свои действия и их последствия. Необходимо для убийства и нанесения телесных повреждений. Неосторожность: обвиняемый осознавал, что преступное деяние может быть потенциально опасным, но не уделил должного внимания его последствиям, например, непредумышленное причинение смерти.

Канада

Верховный суд Канады установил, что Канадская хартия прав и свобод гарантирует минимальные требования к психическому элементу состава различных преступлений. Например, преступление убийства должно включать в себя психический элемент, выраженный хотя бы в субъективном предвидении смерти. Для преступлений, предусматривающих наказание в виде лишения свободы, требуется наличие хотя бы защиты, основанной на разумной осмотрительности.

Австралия

Умысел необходимо доказывать обвинением по каждому конкретному преступлению. В случае преступлений, предусмотренных прецедентным правом, умысел определяется соответствующим судебным прецедентом (DPP v Morgan [1976] AC 182). Если преступление предусмотрено законом, необходимый умысел устанавливается путем толкования цели законодательства. Обвиняемый должен был иметь намерение совершить все элементы состава преступления.

Индия

Mens Rea в Индийском уголовном кодексе 1860 года определяет определения преступлений, общие условия ответственности, обстоятельства, освобождающие от ответственности, и наказания за соответствующие преступления. Законодатели не использовали общеправовую доктрину mens rea при определении этих преступлений. Однако они предпочли импортировать ее, используя различные термины, указывающие на необходимое преступное намерение или mens rea как сущность конкретного преступления. Ответственность за почти все преступления, предусмотренные УК, наступает на основании намерения, знания или разумных оснований полагать. Почти все преступления, предусмотренные УК, квалифицируются одним из следующих слов или словосочетаний: «неправомерная выгода или ущерб», «нечестность», «мошенничество», «основания полагать», «преступное знание или намерение», «преднамеренное содействие», «добровольно», «злонамеренно», «грубо небрежно», «злобно». Все эти слова указывают на вменяемое психическое состояние, необходимое в момент совершения преступления, которое прямо не указано в УК, но его суть отражена почти во всех положениях Индийского уголовного кодекса 1860 года. Фактически, каждое преступление, предусмотренное УК, в той или иной форме подразумевает идею преступного намерения или mens rea.

Исламское право

В исламском праве намерение (ния) является критерием для определения того, подлежит ли преступное деяние наказанию или прощению, а также является ли наказание за это преступление фиксированным (хадд) или на усмотрение судьи (таъзир). Преступник не может быть признан виновным, пока не будет рассмотрено его намерение при совершении преступления.

Незнание закона в противоположность mens rea

Общее правило, установленное прецедентным правом и законодательством, заключается в том, что незнание закона или ошибка в толковании закона не является оправданием при уголовном преследовании. Однако в некоторых случаях суды признавали, что если знание закона или намерение его нарушить является существенным элементом состава преступления, то обвиняемый может использовать добросовестное незнание в качестве средства защиты. В решении Верховного суда США по делу *Cheek v. United States* 1991 года Байрон Уайт писал: «Распространение законов и нормативных актов порой затрудняет для обычного гражданина понимание объема прав и обязанностей, установленных налоговым законодательством». [ ] Таким образом, почти 60 лет назад Суд истолковал законодательный термин «умышленно», используемый в федеральных уголовных налоговых кодексах, как создающий исключение из традиционного правила. Такое особое отношение к уголовным налоговым правонарушениям во многом обусловлено сложностью налогового законодательства. Преступления, такие как уклонение от уплаты налогов, являются преступлениями с прямым умыслом и требуют намерения нарушить закон в качестве элемента состава преступления. Например, в деле *R v. Klundert* Апелляционный суд провинции Онтарио постановил следующее:

[55] Статья 239(1)(d) является частью закона, который по своей природе неизбежно сложен и известен своей сложностью. Он подлежит постоянному пересмотру. Нельзя ожидать, что неспециалист будет знать все тонкости налогового законодательства. Признается, что люди действуют, руководствуясь советами специалистов, и что эти советы часто зависят от толкования положений закона, допускающих различные интерпретации. Кроме того, признается, что человек может законно структурировать свои дела для минимизации налоговой нагрузки. Учитывая этот законодательный контекст, я не вижу препятствий к тому, чтобы считать, что ошибка или незнание относительно обязанности уплаты налога в соответствии с законом может устранить требование о вине в данном положении, независимо от того, является ли это фактической ошибкой, юридической ошибкой или их сочетанием. Добросовестное убеждение в несправедливости или неконституционности закона не является оправданием, но «обоснованное полагание на официальное толкование закона, впоследствии признанное недействительным или ошибочным», не является уголовным преступлением. В Соединенных Штатах закон должен быть достаточно ясным; он должен быть сформулирован таким образом, чтобы разумный человек без специального образования мог понять конкретные запрещенные действия. В противном случае закон может быть признан неконституционным на основании доктрины неопределенности.

Актуальность мотива

Одним из аспектов психической составляющей, который часто поднимается в споре, является мотив. Если обвиняемый признает наличие мотива, согласующегося с элементами предвидения и намерения, это повысит вероятность того, что фактический исход был умышленным (и усилит позиции обвинения). Однако, если имеются явные доказательства того, что обвиняемый руководствовался иным мотивом, это может снизить вероятность того, что он или она желали наступления фактического результата. В такой ситуации мотив может стать субъективным доказательством того, что обвиняемый не имел намерения, но действовал неосторожно или с умышленным пренебрежением. Мотив, как правило, не может служить оправданием. Например, если человек проник в лабораторию, где проводятся испытания фармацевтических препаратов на животных, вопрос о виновности определяется наличием *actus reus*, то есть проникновения без согласия и причинения вреда имуществу, и *mens rea*, то есть намерения проникнуть и причинить вред. Тот факт, что у этого человека мог быть четко сформулированный политический мотив для протеста против подобных испытаний, не влияет на его ответственность. Если мотив имеет какое-либо значение, это может быть учтено на стадии вынесения приговора, когда суд определяет, какое наказание, если таковое необходимо, будет соразмерным. В редких случаях мотив может быть признан оправдательным, если это прямо предусмотрено законом или защищено как право (например, если осуждение за преступления, совершенные во время протеста, необоснованно ограничивает право на свободу слова; см. DPP v Ziegler).

Безрассудство (США: "умышленная слепота")

В таких случаях имеются явные субъективные доказательства того, что обвиняемый предвидел, но не желал конкретного исхода. Не пресекая указанное поведение, обвиняемый сознательно шел на риск причинения данного вреда или ущерба. В безрассудстве всегда присутствует определенная степень умысла. В процессе совершения действий обвиняемый предвидит, что может подвергать другого человека риску получения травм: в этот момент необходимо сделать выбор. Продолжая действовать, обвиняемый фактически допускает возможность наступления такого вреда. Чем выше вероятность того, что этот риск реализуется в предвиденный вред, тем выше степень безрассудства и, соответственно, суровость наказания. Например, в общем праве, убийство, совершенное по неосторожности, обычно квалифицируется как непредумышленное убийство. Убийство, совершенное с "крайней" или "грубой" степенью безрассудства в отношении человеческой жизни, квалифицируется как убийство, иногда определяемое как убийство, совершенное с "извращенным сердцем", "злонамеренным сердцем" или "циничным безразличием".

Преступная халатность

Здесь тест носит как субъективный, так и объективный характер. Существуют убедительные субъективные доказательства того, что конкретный обвиняемый не предвидел и не желал конкретного результата, что потенциально исключает как умысел, так и халатность. Однако разумный человек, обладающий теми же способностями и навыками, что и обвиняемый, предвидел бы и принял бы меры предосторожности для предотвращения потерь и ущерба. Лишь небольшой процент правонарушений определяется с таким требованием к *mens rea*. Большинство законодательных органов предпочитают основывать ответственность либо на умысле, либо на халатности, и, сталкиваясь с необходимостью установить халатность в качестве стандартного *mens rea* для признания вины, практикующие юристы в большинстве правовых систем в значительной степени полагаются на объективные критерии для установления минимального требования предвидения при халатности.

Сознание вины

Сознание вины является видом косвенных доказательств преступного умысла, которые судьи, прокуроры и присяжные могут принимать во внимание при оценке виновности или невиновности подсудимого. Это допустимое доказательство, и судьи обязаны инструктировать присяжных относительно его применения. Обманные заявления, отказ от сотрудничества с органами власти или уклончивые действия, совершенные подсудимым после совершения преступления или иного правонарушения, рассматриваются как свидетельство вины. Это поведение не свойственно невиновному человеку, и "действия подсудимого сравниваются с тем, как поступил бы обычный невиновный человек, и расхождение в этих действиях указывает на вину".