Введение

Армянский большевистский революционер (1878–1918) советский корабль, названный в его честь. Степан Георгиевич Шаумиан (арм. Ստեփան Գևորգի Շահումյան; 1 октября 1878 – 20 сентября 1918) был армянским большевистским революционером и политиком, действовавшим на протяжении всего Кавказа. Его роль как лидера русской революции на Кавказе принесла ему прозвище "Кавказский Ленин", в честь русского революционного лидера Владимира Ленина. Основатель и редактор нескольких газет и журналов, Шаумиан наиболее известен как глава Бакинской коммуны – недолговечного комитета, назначенного Лениным в марте 1918 года для руководства революцией на Кавказе и в Западной Азии. Его пребывание на посту главы Бакинской коммуны было омрачено многочисленными проблемами, включая этническое насилие между армянским и азербайджанским населением Баку, попытки защитить город от наступающей турецкой армии, и одновременно распространять идеи революции по всему региону. В отличие от многих других большевиков того времени, он предпочитал решать многие из возникающих конфликтов мирным путем, а не силой и террором. Его семья происходила из рода меликов Шаумианов (армянского дворянства) Мегри; один из его предков, также по имени Степан Шаумян, участвовал в восстании Давида Бека в 1720-х годах. Он начал заниматься революционной политикой, будучи студентом в Тифлисе. Окончил учёбу в 1898 году и поступил в Рижский политехнический институт, но оставил его из-за финансовых трудностей в семье и устроился на работу корректором. В 1899 году он основал первую марксистскую группу в Армении в селе Джалалогли (ныне город Степанаван). В 1900 году он вернулся в Ригу, чтобы продолжить образование в Политехническом институте и вступил в Российскую социал-демократическую партию (РСДРП). В Европе он встречался с такими эмигрантами из Российской империи, как Ленин, Юлий Мартов и Георгий Плеханов, и присутствовал на II съезде РСДРП в Лондоне, где партия раскололась на фракции, и Шаумиан присоединился к большевикам. В 1904 году Шаумиан вернулся в Тифлис, устроился на работу учителем, одновременно нелегально занимаясь большевистской организаторской деятельностью. После смерти отца он стал учителем и лидером местных социал-демократов в Тифлисе, а также плодовитым автором марксистской литературы. К 1907 году он переехал в Баку, чтобы возглавить значительное большевистское движение в городе. Иосиф Сталин, тогда известный как «Коба», также находился в Баку. Между ними возникли разногласия. Шаумиан был арестован 1 мая 1909 года, но освобожден благодаря заступничеству работодателя, который обвинил «Кобу» в том, что он является полицейским агентом, поскольку только он знал адрес конспиративной квартиры, где Шаумиан скрывался. Это обвинение против Сталина так и не было доказано, и Шаумиан, по-видимому, поверил его отрицаниям, поскольку они продолжали сотрудничать. В 1914 году Шаумиан возглавил всеобщую забастовку в Баку. Забастовка была подавлена Императорской армией, и Шаумиан был арестован и заключен в тюрьму. Он бежал незадолго до начала Февральской революции 1917 года.

Заговоры о перевороте

В середине лета МакДонелл лично посетил дом Шаумиана в Баку, и они обсудили вопрос о британском военном вмешательстве в довольно дружелюбной беседе. Шаумиан первым поднял вопрос о последствиях британского участия: «Приедет ли ваш генерал Данстервилл [командующий войсками, ожидающими приказа войти в Баку] в Баку, чтобы выжить нас?» МакДонелл заверил его, что Данстервилл, будучи военным, не претендует на какую-либо политическую роль в конфликте, а лишь заинтересован в помощи ему в обороне города. Не убежденный, Шаумиан ответил: «И вы действительно верите, что британский генерал и большевистский комиссар могут быть хорошими партнерами? Нет! Мы организуем собственные силы для борьбы с турками». За предыдущие дни к МакДонеллу обращалось множество людей с просьбой прекратить британскую поддержку Шаумиана. Многие утверждали, что являются бывшими царскими офицерами, предлагающими свои услуги для восстания против большевиков, хотя, как сообщается, МакДонелл подозревал, что они были агентами, работающими на большевиков. В ночь на 20 сентября Шаумиан и другие были расстреляны расстрельным отрядом в отдаленном месте между станциями Переваль и Ахча-Куйма на Закаспийской железной дороге. В 1956 году в «Observer» было опубликовано письмо британского штабного офицера, в котором он рассказывал о разговоре с Маллесоном, страдавшем малярией в то время, о том, что следует сделать с комиссарами. Маллесон ответил, что поскольку это дело не касается британцев, им не следует вмешиваться. В отправленной телеграмме властям, удерживающим комиссаров, было приказано «распорядиться ими по своему усмотрению». Тем не менее, Маллесон выразил ужас, узнав об окончательной судьбе комиссаров.

Наследие и перезахоронение

После смерти Шаумяна советское правительство представило его как павшего героя русской революции. Тесная связь Шаумяна с Лениным также обострила и без того высокую напряженность между британцами и советской властью, которые в значительной степени возложили вину за резню на британцев, обвиняя их в соучастии. Анастас Микоян особенно активно работал над сохранением памяти Шаумяна, которого он считал "своим героем и революционным наставником". Как писал американский журналист Харрисон Солсбери:

В советский период Ханкенди в Нагорно-Карабахском регионе Азербайджанской ССР был переименован в Степанакерт в честь Шаумяна. Город Джалалоглы в Армянской ССР также был переименован в Степанаван в честь Шаумяна, и это название сохранилось в постсоветской Армении. В честь Шаумяна названы улицы в Липецке, Екатеринбурге, Ставрополе и Ростове-на-Дону (Россия), а также проспект в Санкт-Петербурге. В Ереване, столице Армении, стоит его статуя, установленная в 1931 году. Шаумяна регулярно хвалили партийные лидеры на Кавказе. В 1978 году первый секретарь ЦК Коммунистической партии Азербайджана Гейдар Алиев отметил:

После распада Советского Союза наследие Шаумяна оказалось под влиянием нагорно-карабахского конфликта. В январе 2009 года постсоветские власти Азербайджана снесли Мемориал 26 комиссаров в Баку, посвященный памяти 26 комиссаров. Это вызвало возмущение в Армении, поскольку армянская общественность полагала, что перезахоронение было мотивировано антиармянскими настроениями. Скандал разгорелся, когда азербайджанская пресса сообщила, что в парке были обнаружены останки только 21 человека, поскольку "Шаумяну и четырем другим армянским комиссарам удалось избежать убийц".