История альтернативной медицины: от традиций к современности.

Введение

История альтернативной медицины охватывает историю группы разнообразных медицинских практик, которые коллективно продвигались как «альтернативная медицина» начиная с 1970-х годов, историю отдельных представителей этой группы или историю западных медицинских практик, которые западное медицинское сообщество именовало «нетрадиционными». Она включает в себя историю комплементарной и интегративной медицины. «Альтернативная медицина» – это слабо определенный и весьма разнообразный набор продуктов, практик и теорий, которые, по мнению использующих их людей, обладают целебным эффектом, но не основаны на доказательствах, полученных научным методом, не являются частью биомедицины или противоречат научным данным и общепринятой науке. «Биомедицина» – это часть медицинской науки, которая применяет принципы анатомии, физики, химии, биологии, физиологии и других естественных наук в клинической практике, используя научные методы для установления эффективности этих методов. Большая часть того, что сегодня классифицируется как альтернативная медицина, была разработана как самостоятельные, целостные медицинские системы, возникла задолго до биомедицины и применения научных методов и развивалась в относительно изолированных регионах мира, где было мало или совсем не было медицинского контакта с донаучной западной медициной или с системами друг друга. Примерами служат традиционная китайская медицина, европейская теория гуморов и аюрведическая медицина Индии. Другие методы альтернативной медицины, такие как гомеопатия, были разработаны в Западной Европе в противовес западной медицине, в период, когда западная медицина основывалась на ненаучных теориях, догматически навязываемых западными религиозными властями. Гомеопатия была разработана до открытия основных принципов химии, которые доказали, что гомеопатические средства содержат лишь воду. Однако гомеопатия, с ее средствами на водной основе, была безвредна по сравнению с ненаучной и опасной ортодоксальной западной медициной того времени, которая включала использование токсинов и кровопускание, часто приводящее к стойким увечьям или смерти.

The history of alternative medicine covers the history of a group of diverse medical practices that were collectively promoted as "alternative medicine" beginning in the 1970s, to the collection of individual histories of members of that group, or to the history of western medical practices that were labeled "irregular practices" by the western medical establishment. It includes the histories of complementary medicine and of integrative medicine. "Alternative medicine" is a loosely defined and very diverse set of products, practices, and theories that are perceived by its users to have the healing effects of medicine, but do not originate from evidence gathered using the scientific method, are not part of biomedicine, or are contradicted by scientific evidence or established science. "Biomedicine" is that part of medical science that applies principles of anatomy, physics, chemistry, biology, physiology, and other natural sciences to clinical practice, using scientific methods to establish the effectiveness of that practice. Much of what is now categorized as alternative medicine was developed as independent, complete medical systems, was developed long before biomedicine and use of scientific methods, and was developed in relatively isolated regions of the world where there was little or no medical contact with pre scientific western medicine, or with each other's systems. Examples are traditional Chinese medicine, European humoral theory and the Ayurvedic medicine of India. Other alternative medicine practices, such as homeopathy, were developed in western Europe and in opposition to western medicine, at a time when western medicine was based on unscientific theories that were dogmatically imposed by western religious authorities. Homeopathy was developed prior to discovery of the basic principles of chemistry, which proved homeopathic remedies contained nothing but water. But homeopathy, with its remedies made of water, was harmless compared to the unscientific and dangerous orthodox western medicine practiced at that time, which included use of toxins and draining of blood, often resulting in permanent disfigurement or death.

Альтернативная медицина

Понятие альтернативной медицины является проблематичным, поскольку не может существовать автономно как самостоятельный объект изучения, а всегда определяется в отношении непостоянной и изменчивой медицинской ортодоксии. Оно также разделяет медицину на две области – основное русло медицины и её периферию, что, отдавая предпочтение ортодоксии, затрудняет построение исторического анализа, независимого от часто предвзятых и полемических взглядов практикующих врачей. Определение нетрадиционной медицины как «альтернативной» подчёркивает как её маргинальность, так и центральное положение официальной медицины. Хотя такие термины, как «необычная», «неортодоксальная», «неофициальная», «нерегулярная», «народная», «популярная», «маргинальная», «комплементарная», «интегративная» или «нетрадиционная» более нейтральны, чем уничижительные или рекламные обозначения, такие как «шарлатанство» или «натуральная медицина», они определяют свой предмет в противопоставлении стандартам обычной биомедицины, предполагают определённые точки зрения и оценки, часто несут моральную окраску и могут быть неточными. Врачи в западных странах с XIX века использовали некоторые из этих и подобных терминов для определения границы «легитимной» медицины, разграничивая научное и ненаучное. Определение основной медицины, обычно понимаемое как система лицензированной медицины, пользующаяся государственной и правовой защитой в определённой юрисдикции, также сильно зависит от времени и места. В таких странах, как Индия и Китай, традиционные системы медицины, в сочетании с западной биомедицинской наукой, могут считаться основными и общепринятыми. Изменчивость этих терминов подчеркивается недавними попытками разграничить альтернативные методы лечения на основе эффективности и безопасности и объединить те из них, которые имеют научно подтверждённую ценность, в комплементарную медицину как плюралистическое дополнение к общепринятой практике. Это введёт новую линию разграничения, основанную на медицинской обоснованности.

The concept of alternative medicine is problematic as it cannot exist autonomously as an object of study in its own right but must always be defined in relation to a non static and transient medical orthodoxy. It also divides medicine into two realms, a medical mainstream and fringe, which, in privileging orthodoxy, presents difficulties in constructing an historical analysis independent of the often biased and polemical views of regular medical practitioners. The description of non conventional medicine as alternative reinforces both its marginality and the centrality of official medicine. Although more neutral than either pejorative or promotional designations such as "quackery" or "natural medicine", cognate terms like "unconventional", "heterodox", "unofficial", "irregular", "folk", "popular", "marginal", "complementary", "integrative" or "unorthodox" define their object against the standard of conventional biomedicine, entail particular perspectives and judgements, often carry moral overtones, and can be inaccurate. Conventional medical practitioners in the West have, since the nineteenth century, used some of these and similar terms as a means of defining the boundary of "legitimate" medicine, marking the division between that which is scientific and that which is not. The definition of mainstream medicine, generally understood to refer to a system of licensed medicine which enjoys state and legal protection in a jurisdiction, is also highly specific to time and place. In countries such as India and China traditional systems of medicine, in conjunction with Western biomedical science, may be considered conventional and mainstream. The shifting nature of these terms is underlined by recent efforts to demarcate between alternative treatments on the basis of efficacy and safety and to amalgamate those therapies with scientifically adjudged value into complementary medicine as a pluralistic adjunct to conventional practice. This would introduce a new line of division based upon medical validity.

До "оболочки"

До XIX века европейское медицинское образование и практика формально регулировались различными античными корпорациями, гильдиями или коллегиями. Среди практикующих врачей университетские врачи составляли медицинскую элиту, а провинциальные хирурги и аптекари, обучавшиеся ремеслу через ученичество, – низшие ранги. Во Франции эпохи Старого режима лицензии на медицинскую практику выдавались медицинскими факультетами крупных университетов, таких как Парижский медицинский факультет. Доступ был ограничен, и успешные кандидаты, помимо прочего, должны были сдавать экзамены и регулярно платить взносы. В Австрийской империи медицинские лицензии выдавались университетами Праги и Вены. В германских государствах лучшие врачи имели академическую квалификацию и обычно были прикреплены к медицинским коллегиям при королевском дворе. Теории и практики включали науку об анатомии и знание о циркуляции крови посредством сокращающегося сердца, а также содержали некоторые эмпирические данные о прогрессировании болезней и хирургии, но в остальном были ненаучными, почти полностью неэффективными и опасными. За пределами этих формальных медицинских структур существовало множество других практикующих, часто называемых нерегулярными, предлагавших широкий спектр услуг и товаров. XVIII век, медицинский рынок которого часто называют «Золотым веком шарлатанства»,#tag:ref|Первое зафиксированное употребление в английском языке в начале XVII века, "quack" – это сокращенная форма слова "quacksalver", имеющего раннеголландское происхождение (kwakzalver; впервые зафиксировано в 1543 году) и обозначающего человека, исцеляющего с помощью домашних средств. Дальнейшие этимологические исследования носят спекулятивный характер. Рой Портер предполагает, что это указывало на врача, использующего ртуть, поскольку ртуть, также известная как живое серебро, обычно использовалась для лечения сифилиса. Согласно Оксфордскому словарю английского языка, слово "quack" может происходить от голландского слова kwak, означающего мусор или отбросы, но первое употребление слова в этом значении зафиксировано только в 1599 году. Предполагается также, что термин может происходить от раннего голландского слова quacken (kwaken), означающего хвастаться, кричать или болтать, и может относиться к навязчивой рекламе шарлатанов и мошенников на рынке. Zalver означает человека, использующего мази для лечения (от zalven – втирать мазью). В XVI веке в Германии использовался термин Quacksalber; в Швеции в XVII веке – kvacksalvare; а в Дании XVIII века – kvaksalver. В большинстве стран континентальной Европы юридические меры служили для контроля, по крайней мере, наиболее вопиющих форм «нерегулярной» медицинской практики, но медицинский рынок в Великобритании и Америке был менее регламентирован. Шарлатанство в период до современной профессионализации медицины не следует приравнивать к альтернативной медицине, поскольку те, кого обычно считали шарлатанами, не были автоматически маргинальными фигурами и не обязательно продвигали оппозиционные и альтернативные медицинские системы. Действительно, обвинение в «шарлатанстве», которое могло указывать на медицинскую некомпетентность, жадность или мошенничество, выдвигалось без разбора в отношении различных категорий практикующих врачей, будь то регулярные медики, такие как иерархические корпоративные классы врачей, хирургов и аптекарей в Англии, или нерегулярные, такие как торговцы чудодейственными снадобьями, костоправы и местные знахарки. Однако, как правило, шарлатанство ассоциировалось с растущим медицинским предпринимательством как среди регулярных, так и нерегулярных практиков в предоставлении товаров и услуг, а также с сопутствующими методами рекламы и саморекламы на медицинском рынке. Основными характеристиками медицинского рынка в XVIII веке были развитие медицинского потребительства и высокая степень влияния и выбора пациента при выборе методов лечения, ограниченная эффективность доступных медицинских терапий и отсутствие как профессионализации медицины, так и принудительного регулирования рынка.

Prior to the nineteenth century European medical training and practice was ostensibly self regulated through a variety of antique corporations, guilds or colleges. Among regular practitioners, university trained physicians formed a medical elite while provincial surgeons and apothecaries, who learnt their art through apprenticeship, made up the lesser ranks. In Old Regime France, licenses for medical practitioners were granted by the medical faculties of the major universities, such as the Paris Faculty of Medicine. Access was restricted and successful candidates, amongst other requirements, had to pass examinations and pay regular fees. In the Austrian Empire medical licences were granted by the Universities of Prague and Vienna. Amongst the German states the top physicians were academically qualified and typically attached to medical colleges associated with the royal court. The theories and practices included the science of anatomy and that the blood circulated by a pumping heart, and contained some empirically gained information on progression of disease and about surgery, but were otherwise unscientific, and were almost entirely ineffective and dangerous. Outside of these formal medical structures there were myriad other medical practitioners, often termed irregulars, plying a range of services and goods. The eighteenth century medical marketplace, a period often referred to as the "Golden Age of quackery",#tag:ref|First recorded in use in English in the early seventeenth century, quack is a contracted form of the word "quacksalver" which is of early modern Dutch origin (kwakzalver; first recorded in 1543) and describes a person who heals through the use of home remedies. Further etymological elaborations are speculative. Roy Porter suggests that it indicated a quicksilver doctor as mercury, also known as quicksilver, was then typically used in the treatment of syphilis. The Oxford English Dictionary suggests that "quack" may be derived from the Dutch kwak, which means rubbish or scrap, but the first use of the word with this meaning is not recorded until 1599. It proposes that otherwise the term may come from the early modern Dutch word quacken (kwaken) the meaning of which is to boast, squawk or chatter and may refer pejoratively to the hectoring marketplace promotion of quacks and mountebanks. Zalver means a person who uses ointments to heal (from zalven to rub with ointment). In sixteenth century Germany the term Quacksalber was in use; in Sweden in the seventeenth century it was kvacksalvare; and in eighteenth century Denmark one finds kvaksalver. In much of continental Europe legal remedies served to control at least the most egregious forms of "irregular" medical practice but the medical market in both Britain and American was less restrained through regulation. Quackery in the period prior to modern medical professionalisation should not be considered equivalent to alternative medicine as those commonly deemed quacks were not peripheral figures by default nor did they necessarily promote oppositional and alternative medical systems. Indeed, the charge of 'quackery', which might allege medical incompetence, avarice or fraud, was levelled quite indiscriminately across the varied classes of medical practitioners be they regular medics, such as the hierarchical, corporate classes of physicians, surgeons and apothecaries in England, or irregulars such as nostrum mongers, bonesetters and local wise women. Commonly, however, quackery was associated with a growing medical entrepreneurship amongst both regular and irregular practitioners in the provision of goods and services along with associated techniques of advertisement and self promotion in the medical marketplace. The constituent features of the medical marketplace during the eighteenth century were the development of medical consumerism and a high degree of patient power and choice in the selection of treatments, the limited efficacy of available medical therapies, and the absence of both medical professionalisation and enforced regulation of the market.

Медицинская профессионализация

В конце XVIII и XIX веков разграничение между врачами, практикующими официально и неофициально, стало более четким во многих странах Европы. Это было достигнуто, в частности, благодаря процессам государственного регулирования медицинской деятельности. Различные модели регулирования медицинских рынков, сложившиеся в Европе и Америке в XIX веке, отражали различные исторические пути формирования государственности. В государствах с традиционно сильной централизованной властью, таких как германские государства, правительству было легче взять под контроль медицинское регулирование. В государствах со слабой центральной властью и моделью свободного рынка, таких как Великобритания, правительство постепенно усиливало контроль над медицинской сферой в рамках растущего внимания к вопросам общественного здравоохранения. Этот процесс в Великобритании был существенно осложнен существованием исторических медицинских колледжий. Схожая динамика наблюдалась в Америке с 1870-х годов, чему способствовало отсутствие медицинских корпораций. Однако на протяжении всего XIX века большинство западных государств пришли к созданию юридически определенных и частично защищенных медицинских рынков. Именно тогда сформировалась "официальная" медицина, созданная в сотрудничестве с государством и опирающаяся на научную риторику для обоснования своей легитимности, и стала осмысленной категория "альтернативная медицина" как историческое явление. Франция, возможно, является одним из самых ранних примеров формирования государственной медицинской ортодоксии – и, следовательно, условий для развития альтернативных форм медицины, истоки которых можно проследить до конца XVIII века. Помимо традиционных французских медицинских факультетов и сложной иерархии практикующих врачей, находившихся под их контролем, государство все больше поддерживало новые институты, такие как Société Royale de Médecine (Королевское медицинское общество), получившее королевскую хартию в 1778 году, которые играли роль в надзоре за медицинской практикой и продажей лекарственных средств. Эта система претерпела радикальные изменения в начальный период Французской революции, когда были упразднены как традиционные факультеты, так и новые институты, находившиеся под королевским покровительством, и был создан полностью нерегулируемый медицинский рынок. Эта анархическая ситуация была упорядочена в условиях войны: в 1793 году государство установило национальный контроль над медицинским образованием, а при Наполеоне в 1803 году – над лицензированием врачей. Эта национальная система медицинского регулирования под государственным контролем, экспортированная в регионы, завоеванные Наполеоном, такие как Италия, Рейнская область и Нидерланды, стала образцовой для Запада и стран, перенимавших западные медицинские системы. Предоставляя государственную защиту лицензированным врачам и устанавливая в принципе медицинскую монополию, она, тем не менее, не устранила конкуренцию со стороны нерегулярных практиков.

In the late eighteenth and nineteenth centuries regular and irregular medical practitioners became more clearly differentiated throughout much of Europe. In part, this was achieved through processes of state sanctioned medical regulation. The different types of regulatory medical markets created across nineteenth century Europe and America reflected differing historical patterns of state formation. Where states had traditionally enjoyed strong, centralised power, such as in the German states, government more easily assumed control of the medical regulation. In states that had exercised weaker central power and adopted a free market model, such as in Britain, government gradually assumed greater control over medical regulation as part of increasing state focus on issues of public health. This process was significantly complicated in Britain by the enduring existence of the historical medical colleges. A similar process is observable in America from the 1870s but this was facilitated by the absence of medical corporations. Throughout the nineteenth century, however, most Western states converged in the creation of legally delimited and semi protected medical markets. It is at this point that an "official" medicine, created in cooperation with the state and employing a scientific rhetoric of legitimacy, emerges as a recognisable entity and that the concept of alternative medicine as a historical category becomes tenable. France provides perhaps one of the earliest examples of the emergence of a state sanctioned medical orthodoxy – and hence also of the conditions for the development of forms of alternative medicine – the beginnings of which can be traced to the late eighteenth century. In addition to the traditional French medical faculties and the complex hierarchies of practitioners over which they presided, the state increasingly supported new institutions, such as the Société Royale de Médecine (Royal Society of Medicine) which received its royal charter in 1778, that played a role in policing medical practice and the sale of medical nostrums. This system was radically transformed during the early phases of the French Revolution when both the traditional faculties and the new institutions under royal sponsorship were removed and an entirely unregulated medical market was created. This anarchic situation was reformed under the exigencies of war when in 1793 the state established national control over medical education; under Napoleon in 1803 state control was extended over the licensing of medical practitioners. This national system of medical regulation under state control, exported to regions of Napoleonic conquest such as Italy, the Rhineland and the Netherlands, became paradigmatic in the West and in countries adopting western medical systems. While offering state protection to licensed doctors and establishing a medical monopoly in principle it did not, however, remove competition from irregular practitioners.

Нетрадиционная медицина XIX века

С конца восемнадцатого века, а более выражено – с середины девятнадцатого, на Западе возникло множество нетрадиционных медицинских систем, которые предлагали альтернативные подходы к медицине, критиковали практикующих врачей-ортодоксов, акцентировали внимание на пациентоориентированности и предлагали замену методам лечения, используемым в официальной медицине. Хотя медицинский рынок и нерегулярные практики не исчезли в течение девятнадцатого века, сторонники альтернативной медицины в значительной степени отличались от предприимчивых шарлатанов предыдущего столетия, избегая показной саморекламы и предпочитая более сдержанную и серьезную манеру представления. Взаимоотношения между медицинской ортодоксией и гетеродоксией были сложными: обе категории отличались значительным разнообразием, претерпевали существенные изменения на протяжении всего периода, а границы между ними часто были размыты. Многие альтернативные идеи выросли из движения «Лебенсреформа», которое подчеркивало благотворность природы, вред, наносимый индустриализацией обществу, людям и окружающей среде, важность целостного подхода к человеку – тела и духа, силу солнца и ценность «старых традиций». Разнообразие альтернативных медицинских систем, развивавшихся в этот период, можно приблизительно классифицировать по применяемым методам лечения: духовные или психологические терапии, такие как гипноз (месмеризм); диетотерапия, основанная на специальных диетах, например, медицинская ботаника; лекарственные и биологические методы, такие как гомеопатия и гидротерапия; а также мануальные физические терапии, такие как остеопатия и хиропрактический массаж. Нетрадиционная медицина могла определять здоровье через понятия баланса и гармонии или основываться на виталистических учениях о теле. Болезнь могла рассматриваться как следствие накопления токсинов и шлаков в организме, как результат магических, духовных или сверхъестественных причин, или как возникновение энергетических блоков в теле, в связи с чем лечебное воздействие могло заключаться в передаче энергии от целителя пациенту.

From the late eighteenth century and more robustly from the mid nineteenth century a number of non conventional medical systems developed in the West which proposed oppositional medical systems, criticised orthodox medical practitioners, emphasised patient centredness, and offered substitutes for the treatments offered by the medical mainstream. While neither the medical marketplace nor irregular practitioners disappeared during the nineteenth century, the proponents of alternative medical systems largely differed from the entrepreneurial quacks of the previous century in eschewing showy self promotion and instead adopting a more sober and serious self presentation. The relationship between medical orthodoxy and heterodoxy was complex, both categories contained considerably variety, were subject to substantial change throughout the period, and the divisions between the two were frequently blurred. Many alternative notions grew out of the Lebensreform movement, which emphasized the goodness of nature, the harms to society, people, and to nature caused by industrialization, the importance of the whole person, body and mind, the power of the sun, and the goodness of "the old ways". The variety of alternative medical systems which developed during this period can be approximately categorised according to the form of treatment advocated. These were: those employing spiritual or psychological therapies, such as hypnosis (mesmerism); nutritional therapies based upon special diets, such as medical botany; drug and biological therapies such as homeopathy and hydrotherapy; and, manipulative physical therapies such as osteopathy and chiropractic massage. Non conventional medicine might define health in terms of concepts of balance and harmony or espouse vitalistic doctrines of the body. Illness could be understood as due to the accretion of bodily toxins and impurities, to result from magical, spiritual, or supernatural causes, or as arising from energy blockages in the body such that healing actions might constitute energy transfer from practitioner to patient.

Месмеризм

Месмеризм – это медицинская система, предложенная в конце XVIII века венским врачом Францем Антоном Месмером (1734–1815), в честь которого она и названа. Основой этой доктрины было заявленное Месмером открытие новой эфирной жидкости – животного магнетизма, который, по его утверждению, пронизывает вселенную и тела всех живых существ, и чей правильный баланс фундаментален для здоровья и болезни. Животный магнетизм был лишь одним из ряда постулированных тонких флюидов и веществ, таких как калории, флогистон, магнетизм и электричество, которыми изобиловала научная литература того времени. Он также отражал докторскую диссертацию Месмера «De Planatarum Influxu» («О влиянии планет»), в которой исследовалось воздействие гравитационного эффекта движения планет на наполненные жидкостью ткани организма. Его интерес к магнетизму и терапевтическому потенциалу магнитов был вдохновлен трудами Парацельса, Афанасия Кирхера и Иоганна Баптиста ван Гельмонта. Непосредственным импульсом для его медицинских спекуляций, однако, послужило лечение пациентки Франциски Остерлин, страдавшей от эпизодических приступов и судорог, вызывавших рвоту, обморок, временную слепоту и паралич. Его метод лечения заключался в приложении магнитов к ее телу, что последовательно вызывало судорожные эпизоды и последующее уменьшение симптомов. По мнению Месмера, логика этого лечения указывала на то, что здоровье зависит от непрерывного потока предполагаемой магнитной жидкости, а болезнь – от ее блокировки. Его методы лечения, как утверждалось, решали эту проблему путем непосредственного переноса собственного избыточного и естественного животного магнетизма пациентам посредством прикосновения или посредством передачи этих энергий от магнитных объектов. К 1775 году австрийская практика Месмера процветала, и он опубликовал текст «Schrieben über die Magnetkur an einen auswärtigen Arzt», в котором впервые изложил свою теорию животного магнетизма. Однако в 1778 году он оказался вовлечен в скандал, связанный с лечением молодого слепого пациента, связанного с венским двором, после чего переехал в Париж, где основал медицинский салон «Общество Гармонии» для лечения пациентов. Привлекая клиентов преимущественно из числа женщин среднего и высшего класса, Месмер проводил групповые сеансы в своей благополучной клинике, доминируемой большим, крытым деревянным резервуаром, известным как «баккет», содержащим железо, стекло и другие материалы, которые Месмер намагнитил и которые были заполнены «магнетизированной водой». На этих сеансах пациентам предлагалось держаться за металлические стержни, выходящие из резервуара, который служил хранилищем животного магнетизма, исходящего от Месмера и его клиентов. Месмер, посредством очевидной силы своей воли – нередко при помощи пристального взгляда или использования своего жезла – направлял эти энергии в тела своих пациентов, стремясь вызвать либо «кризис», либо трансоподобное состояние, результаты, которые он считал необходимыми для выздоровления. Признания пациентов об исцелении обеспечили Месмеру значительный и модный успех в Париже конца XVIII века, где он произвел своего рода сенсацию и скандал. Популярная карикатура на месмеризм подчеркивала эротизированный характер лечения как зрелища: «Здесь врач в лиловом или пурпурном халате, на котором вышиты самые яркие цветы, утешает своих пациентов: его руки мягко обнимают ее, поддерживая в ее спазмах, и его нежный, горящий взгляд выражает его желание ее утешить». В ответ, главным образом на намек на сексуальную непристойность и политический радикализм, пронизывающий эти сеансы, в 1784 году месмеризм был подвергнут комиссии по расследованию, назначенной королевской научной коллегией престижной Французской академией медицины. Ее выводы заключались в том, что животный магнетизм не имеет под собой никаких оснований, и что исцеления Месмера были достигнуты посредством силы внушения. Доклад комиссии, хотя и нанес ущерб личному статусу Месмера и профессиональным амбициям тех врачей факультета, которые приняли месмерическую практику, мало что сделало для предотвращения распространения доктрины животного магнетизма. В Англии месмеризм был поддержан Джоном Эллиотсоном, профессором практической медицины в Лондонском университетском колледже и основателем и президентом Лондонского френологического общества. Известный и прогрессивный ортодоксальный врач, он был президентом Медико-хирургического общества Лондона и одним из первых, кто начал использовать стетоскоп в английской медицинской практике. Он познакомился с месмеризмом летом 1837 года благодаря французскому врачу и бывшему ученику Месмера Дюпоте, которого считают наиболее значимым влиянием из-за Ла-Манша на развитие месмеризма в Англии. Эллиотсон считал, что животный магнетизм предоставляет основу для рассмотрения разума и воли в материальных терминах, тем самым позволяя изучать их как медицинские объекты. Первоначально поддержанный журналом The Lancet, реформистским медицинским изданием, он попытался продемонстрировать научные свойства животного магнетизма как физиологический процесс на преимущественно женских пациентках, находящихся под его опекой в Университетской больнице. Пациентки из рабочего класса предпочитались в качестве экспериментальных субъектов для демонстрации физических свойств месмеризма на нервной системе, поскольку, предположительно, будучи более «животным» и «механистичным», чем их социальные равные, их личные характеристики считались менее склонными мешать экспериментальному процессу. Он стремился свести своих испытуемых к статусу механических автоматов, утверждая, что он может, благодаря свойствам животного магнетизма и успокаивающим измененным состояниям сознания, которые он вызывает, «играть» на их мозге, как на музыкальных инструментах. Две ирландские благотворительные пациентки, подростки-сестры О’Ки, стали особенно важными для все более популярных и публичных демонстраций месмерического лечения Эллиотсона. Первоначально его практики магнетизма использовались для лечения общего диагноза сестер – истерии и эпилепсии, для контроля или прекращения их судорожных приступов. Осенью 1837 года Эллиотсон перестал рассматривать сестер О’Ки просто как подходящие объекты для исцеления и вместо этого попытался мобилизовать их в качестве диагностических инструментов. Находясь в состоянии месмерического транса, сестры О’Ки, благодаря очевидной повышенной чувствительности их нервной системы и сенсорного аппарата, вели себя так, как будто они способны видеть сквозь твердые предметы, включая человеческое тело, и тем самым помогать в медицинской диагностике. Однако, по мере того как их слава соперничала со славой Эллиотсона, сестры О’Ки стали вести себя менее как человеческие диагностические машины и все больше противиться медицинской власти, присваивая себе право осматривать, диагностировать, назначать лечение и давать прогноз. Появление этой угрозы медицинскому мастерству в лице пары рабочих, подростков без медицинского образования, вызвало всеобщее беспокойство в медицинском сообществе и стоило Эллиотсону поддержки одного из его ранних и влиятельных сторонников, ведущего сторонника медицинской реформы Томаса Уэкли. Уэкли, редактор The Lancet, первоначально надеялся, что научные эксперименты Эллиотсона с животным магнетизмом могут способствовать продвижению повестки дня медицинской реформы, укрепляя авторитет профессии посредством производства научных истин и, что не менее важно в период, когда переопределялись властные отношения между врачами и пациентами, спокойных пациентов. Обеспокоенный вызывающими провокациями выходками сестер О’Ки, Уэкли убедил Эллиотсона подвергнуть свою месмерическую практику испытанию в августе 1838 года перед жюри из десяти джентльменов, во время которого он обвинил сестер в мошенничестве, а своего коллегу – в доверчивости. После серии жалоб, поданных в Медицинский комитет Университетского колледжа, они избрали…

Mesmerism is the medical system proposed in the late eighteenth century by the Viennese trained physician, Franz Anton Mesmer (1734–1815), for whom it is named. The basis of this doctrine was Mesmer's claimed discovery of a new aetherial fluid, animal magnetism, which, he contended, permeated the universe and the bodies of all animate beings and whose proper balance was fundamental to health and disease. Animal magnetism was but one of series of postulated subtle fluids and substances, such as caloric, phlogiston, magnetism, and electricity, which then suffused the scientific literature. It also reflected Mesmer's doctoral thesis, De Planatarum Influxu ("On the Influence of the Planets"), which had investigated the impact of the gravitational effect of planetary movements on fluid filled bodily tissues. His focus on magnetism and the therapeutic potential of magnets was derived from his reading of Paracelsus, Athanasius Kircher and Johannes Baptista van Helmont. The immediate impetus for his medical speculation, however, derived from his treatment of a patient, Franzisca Oesterlin, who suffered from episodic seizures and convulsions which induced vomiting, fainting, temporary blindness and paralysis. His cure consisted of placing magnets upon her body which consistently produced convulsive episodes and a subsequent diminution of symptoms. According to Mesmer, the logic of this cure suggested that health was dependent upon the uninterrupted flow of a putative magnetic fluid and that ill health was consequent to its blockage. His treatment methods claimed to resolve this by either directly transferring his own superabundant and naturally occurring animal magnetism to his patients by touch or through the transmission of these energies from magnetic objects. By 1775 Mesmer's Austrian practice was prospering and he published the text Schrieben über die Magnetkur an einen auswärtigen Arzt which first outlined his thesis of animal magnetism. In 1778, however, he became embroiled in a scandal resulting from his treatment of a young, blind patient who was connected to the Viennese court and relocated to Paris where he established a medical salon, "The Society of Harmony", for the treatment of patients. Recruiting from a client base drawn predominantly from society women of the middle and upper classes, Mesmer held group séances at his salubrious salon clinic which was physically dominated by a large, lidded, wooden tank, known as the baquet, containing iron, glass and other material that Mesmer had magnetized and which was filled with "magnetized water". At these sessions patients were enjoined to take hold of the metal rods emanating from the tub which acted as a reservoir for the animal magnetism derived from Mesmer and his clients. Mesmer, through the apparent force of his will – not infrequently assisted by an intense gaze or the administration of his wand – would then direct these energies into the afflicted bodies of his patients seeking to provoke either a "crisis" or a trance like state; outcomes which he believed essential for healing to occur. Patient proclamations of cure ensured that Mesmer enjoyed considerable and fashionable success in late eighteenth century Paris where he occasioned something of a sensation and a scandal. Popular caricature of mesmerism emphasised the eroticised nature of the treatment as spectacle: "Here the physician in a coat of lilac or purple, on which the most brilliant flowers have been painted in needlework, speaks most consolingly to his patients: his arms softly enfolding her sustain her in her spasms, and his tender burning eye expresses his desire to comfort her". Responding chiefly to the hint of sexual impropriety and political radicalism imbuing these séances, in 1784 mesmerism was subject to a commission of inquiry by a royal appointed scientific panel of the prestigious French Académie de Médicine. Its findings were that animal magnetism had no basis in fact and that Mesmer's cures had been achieved through the power of suggestion. The commission's report, if damaging to the personal status of Mesmer and to the professional ambitions of those faculty physicians who had adopted mesmeric practices, did little to hinder the diffusion of the doctrine of animal magnetism. In England mesmerism was championed by John Elliotson, Professor of Practical Medicine at University College London and the founder and president of the London Phrenological Society. A prominent and progressive orthodox physician, he was President of the Medico Chirugical Society of London and an early adopter of the stethoscope in English medical practice. He had been introduced to mesmerism in the summer of 1837 by the French physician and former student of Mesmer, Dupotet, who is credited as the most significant cross channel influence on the development of mesmerism in England. Elliotson believed that animal magnetism provided the basis for a consideration of the mind and will in material terms thus allowing for their study as medical objects. Initially supported by The Lancet, a reformist medical journal, he contrived to demonstrate the scientific properties of animal magnetism as a physiological process on the predominantly female charity patients under his care in the University College Hospital. Working class patients were preferred as experimental subjects to exhibit the physical properties of mesmerism on the nervous system as, being purportedly more animalistic and machine like than their social superiors, their personal characteristics were deemed less likely to interfere with the experimental process. He sought to reduce his subjects to the status of mechanical automata claiming that he could, through the properties of animal magnetism and the pacifying altered states of consciousness which it induced, "play" their brains as if they were musical instruments. Two Irish born charity patients, the adolescent O'Key sisters, emerged as particularly important to Elliotson's increasingly popular and public demonstrations of mesmeric treatment. Initially, his magnetising practices were used to treat the sisters' shared diagnosis of hysteria and epilepsy in controlling or curtailing their convulsive episodes. By the autumn of 1837 Elliotson had ceased to treat the O'Keys merely as suitable objects for cure and instead sought to mobilise them as diagnostic instruments. When in states of mesmeric entrancement the O'Key sisters, due to the apparent increased sensitization of their nervous system and sensory apparatus, behaved as if they had the ability to see through solid objects, including the human body, and thus aid in medical diagnosis. As their fame rivalled that of Elliotson, however, the O'Keys behaved less like human diagnostic machines and became increasingly intransigent to medical authority and appropriated to themselves the power to examine, diagnose, prescribe treatment and provide a prognosis. The emergence of this threat to medical mastery in the form of a pair of working class, teenage girls without medical training aroused general disquiet amongst the medical establishment and cost Elliotson one of his early and influential supporters, the leading proponent of medical reform, Thomas Wakley. Wakley, the editor of The Lancet, had initially hoped that Elliotson's scientific experiments with animal magnetism might further the agenda of medical reform in bolstering the authority of the profession through the production of scientific truth and, equally importantly in a period when the power relations between doctors and patients were being redefined, quiescent patient bodies. Perturbed by the O'Key's provocative displays, Wakely convinced Elliotson to submit his mesmeric practice to a trial in August 1838 before a jury of ten gentlemen during which he accused the sisters of fraud and his colleague of gullibility. Following a series of complaints issued to the Medical Committee of University College Hospital they elected to discharge the O'Keys along with other mesmeric subjects in the hospital and Elliotson resigned his post in protest. This set back, while excluding Elliotson from the medical establishment, ended neither his mesmeric career nor the career of mesmerism in England. From 1842 he became an advocate of phreno mesmerism – an approach that amalgamated the tenets of phrenology with animal magnetism and that led to a split in the Phrenological Society. The following year he founded, together with the physician and then President of the Phrenological Society, William Collins Engledue, the principal journal on animal magnetism entitled The Zoist: A Journal of Cerebral Physiology and Mesmerism and their Application to Human Welfare, a quarterly publication which remained in print until its fifty second issue in January 1856. Mesmeric societies, frequently patronised by those among the scientific and social elite were established in many major population centres in Britain from the 1840s onwards. Some sufficiently endowed societies, such as those in London, Bristol and Dublin, Ireland, supported mesmeric infirmaries with permanent mesmeric practitioners in their employ. Due to the competing rise of spiritualism and psychic research by the mid 1860s these mesmeric infirmaries had closed. The 1840s in Britain also witnessed a deluge of travelling magnetisers who put on public shows for paying audiences to demonstrate their craft. These mesmeric theatres, intended in part as a means of soliciting profitable private clientele, functioned as public fora for debate between skeptics and believers as to whether the performances were genuine or constituted fraud. In order to establish that the loss of sensation under mesmeric trance was real, these itinerant mesmerists indulged in often quite violent methods – including discharging firearms close to the ears of mesmerised subjects, pricking them with needles, putting acid on their skin and knives beneath their fingernails. Such displays of the anaesthetic qualities of mesmerism inspired some medical practitioners to attempt surgery on subjects under the spell of magnetism. In France, the first major operation of this kind had been trialled, apparently successfully, as early as 1828 during a mastectomy procedure. In Britain the first significant surgical procedure undertaken on a patient while mesmerised occurred in 1842 when James Wombell, a labourer from Nottingham, had his leg amputated. Having been mesmerised for several days prior to the operation by a barrister named William Topham, Wombell exhibited no signs of pain during the operation and reported afterwards that the surgery had been painless. This account was disputed by many in the medical establishment who held that Wombell had fraudulently concealed the pain of the amputation both during and after the procedure. Undeterred, in 1843 Elliotson continued to advocate for the use of animal magnetism in surgery publishing Numerous Cases of Surgical Operation without Pain in the Mesmeric State. This marked the beginning of a campaign by London mesmerists to gain a foothold for the practice within British hospitals by convincing both doctors and the general public of the value of surgical mesmerism. Mesmeric surgery enjoyed considerable success in the years from 1842 to 1846 and colonial India emerged as a particular stronghold of the practice; word of its success was propagated in Britain through the Zoist and the publication in 1846 of Mesmerism in India and its Practical Application in Surgery and Medicine by James Esdaile, a Scottish surgeon with the East India Company and the chief proponent of animal magnetism in the subcontinent. Although a few surgeons and dentists had undertaken fitful experiments with anaesthetic substances in the preceding years, it was only in 1846 that use of ether in surgery was popularised amongst orthodox medical practitioners. This was despite the fact that the desensitising effects of widely available chemicals like ether and nitrous oxide were commonly known and had formed part of public and scientific displays over the previous half century. A feature of the dissemination of magnetism in the New World was its increasing association with spiritualism. By the 1830s mesmerism was making headway in the United States amongst figures like the intellectual progenitor of the New Thought movement, Phineas Parkhurst Quimby, whose treatment combined verbal suggestion with touch. Quimby's most celebrated "disciple", Mary Baker Eddy, would go on to found the "medico religious hybrid", Christian Science, in the latter half of the nineteenth century. In the 1840s the American spiritualist Andrew Jackson Davis sought to combine animal magnetism with spiritual beliefs and postulated that bodily health was dependent upon the unobstructed movement of the "spirit", conceived as a fluid substance, throughout the body. As with Quimby, Davis's healing practice involved the use of touch.

Остеопатические и хиропрактические манипуляции

Остеопатия и хиропрактика, берущие начало в традиции "установки костей" и вере в циркуляцию сверхъестественных энергий в организме (витализм), развились в США в конце XIX века. Британская школа остеопатии была основана в 1917 году, однако первый колледж хиропрактики в Великобритании появился лишь в 1960-х годах. Теории и методы хиропрактики (связанные с сублюксациями, или небольшими смещениями позвоночника и других суставов) не соответствуют современным представлениям ортодоксальной медицины о биомеханике позвоночника. Помимо преподавания остеопатической манипулятивной медицины (ОММ) и теории, остеопатические колледжи в США постепенно стали предлагать те же учебные программы и предъявлять те же требования, что и биомедицинские школы, в результате чего врачи-остеопаты (DO), практикующие ОММ, рассматривались как практикующие традиционную биомедицину в США. Тем не менее, принятие Закона об остеопатах (1993 г.) и Закона о хиропрактиках (1994 г.) впервые обеспечило автономное законодательное регулирование двух методов комплементарной и альтернативной медицины (CAM) в Великобритании.

История хиропрактики

Хиропрактика зародилась в США в 1895 году, когда Дэниел Дэвид Палмер впервые выполнил хиропрактическую коррекцию на частично глухом уборщике, который после этого заявил, что стал лучше слышать в результате манипуляции. Палмер открыл школу хиропрактики два года спустя. Ранняя философия хиропрактики основывалась на витализме, натурализме, магнетизме, спиритуализме и других ненаучных концепциях. Палмер утверждал, что объединяет науку и метафизику. Первые описания Палмера и лежащая в основе хиропрактики философия описывали тело как "машину", части которой можно манипулировать для достижения безлекарственного излечения, утверждалось, что манипуляции с позвоночником могут улучшить здоровье, и что эффект хиропрактических манипуляций с позвоночником опосредуется главным образом нервной системой. Несмотря на сходство, остеопаты стремились отделиться, добиваясь регулирования своей практики. В 1907 году, в ходе проверки нового закона, хиропрактика из Висконсина был обвинен в незаконной практике остеопатической медицины. Практика медицины без лицензии привела к тому, что многие хиропрактики, включая Д. Д. Палмера, были заключены в тюрьму и бойкотировали эту практику до проигрыша антимонопольного дела в 1987 году.

Аюрведическая медицина

Аюрведа или аюрведическая медицина имеет более чем 5000-летнюю историю, которая сейчас переживает возрождение, поскольку тексты становятся все более доступными в современных переводах на английский язык. Эти тексты представляют собой попытку перевода санскритских версий, которые оставались скрытыми в Индии с периода британской оккупации с 1755 по 1947 год. По мере распространения современных археологических свидетельств из Хараппы и Мохенджо-Даро, Аюрведа была признана древнейшей известной человеку концепцией здоровья и болезни, а также старейшей непрерывно практикуемой системой медицины. Аюрведа – это целостное мировоззрение, которое отстаивает гармонию человека с силами Природы, все более раскрываемыми современной физикой, химией и биологией. Она основана на понимании болезни и здоровья, которое соотносится с силами природы: наблюдая за огнем солнца и проводя аналогии с внутренним огнем тела; наблюдая за потоками в природе и описывая потоки в теле, определяя этот принцип как Вата; наблюдая за трансформациями в природе и описывая трансформации в теле, определяя этот принцип как Питта; и наблюдая за стабильностью в природе и описывая стабильность в теле, определяя этот принцип как Капха. Аюрведа может быть определена как система медицины, описанная в великих медицинских энциклопедиях, связанных с именами Чараки, Сушруты и Бхелы, компилировавшихся и переиздававшихся на протяжении нескольких веков, примерно с 200 г. до н.э. по 500 г. н.э., и написанных на санскрите. Эти обширные труды были собраны и систематизированы около 600 г. н.э. Вагбхатой, результатом чего стал «Аштангхридаясамхита» («Сердце медицины»), ставший самым популярным и широко используемым учебником аюрведической медицины в истории. Труд Вагбхаты был переведен на многие другие языки и оказал значительное влияние по всей Азии. Его истоки уходят в ведическую культуру, а расцвет письменной формы пришелся на период правления буддистов. Периодическое голодание, то есть воздержание от пищи и питья в течение одного-двух дней, способствует регуляции процессов выведения и профилактике заболеваний. Лишь спустя время практикующие эту систему обнаружили, что пациенты не оплачивают их услуги, и чтобы стимулировать оплату, они начали использовать растительные средства, а затем и металлы, а также неорганические химические соединения в форме таблеток или настоев для облегчения симптомов. Эмиграция с Индийского субконтинента в 1850-х годах привела к появлению практикующих Аюрведу («Науку о жизни»), медицинской системы, насчитывающей более 2500 лет. Беженцы, спасавшиеся от войны между Йеменом и Аденом в 1960-х годах, поселились вблизи портов Кардиффа и Ливерпуля, и сегодня практикующие эту ближневосточную медицину известны как вайдьи.

Ayurveda or ayurvedic medicine has more than 5,000 years of history, now re emerging as texts become increasingly accessible in modern English translations. These texts attempt to translate the Sanskrit versions that have remained hidden in India since British occupation from 1755 to 1947. As modern archaeological evidence from Harappa and Mohenja daro is distributed, Ayurveda has now been accepted as the world's oldest concept of health and disease discovered by man and the oldest continuously practiced system of medicine. Ayurveda is a world view that advocates man's allegiance and surrender to the forces of Nature that are increasingly revealed in modern physics, chemistry and biology. It is based on an interpretation of disease and health that parallels the forces of nature, observing the sun's fire and making analogies to the fires of the body; observing the flows in Nature and describing flows in the body, terming the principle as Vata; observing the transformations in Nature and describing transformations in the body, terming the principle as Pitta; and observing the stability in Nature and describing stability in the body, terming the principle as Kapha. Ayurveda can be defined as the system of medicine described in the great medical encyclopedias associated with the names Caraka, Suśruta, and Bhela, compiled and re edited over several centuries from about 200 BCE to about 500 CE and written in Sanskrit. These discursive writings were gathered and systematized in about 600 CE by Vāgbhaṭa, to produce the Aṣṭāṅgahṛdayasaṃhitā ('Heart of Medicine Compendium') that became the most popular and widely used textbook of ayurvedic medicine in history. Vāgbhaṭa's work was translated into many other languages and became influential throughout Asia. Its prehistory goes back to Vedic culture and its proliferation in written form flourished in Buddhist times. Periodic fasting, or abstaining from all food and drink for short durations of one or two days helps regulate the elimination process and prevents illness. It is only in later years that practitioners of this system saw that people were not paying for their services, and in order to get their clients to pay, they introduced herbal remedies to begin with and later even started using metals and inorganic chemical compositions in the form of pills or potions to deal with symptoms. Emigration from the Indian sub continent in the 1850s brought practitioners of Ayurveda ('Science of Life'). a medical system dating back over 2,500 years, Exiles fleeing the war between Yemen and Aden in the 1960s settled nearby the ports of Cardiff and Liverpool and today practitioners of this Middle Eastern medicine are known as vaids

В США Аюрведа приобрела популярность с 1990-х годов, по мере того как американцы индийского происхождения выходят на передовые позиции в СМИ, а знаменитости все чаще посещают Индию. Кроме того, многие американцы едут в Индию в рамках медицинского туризма, чтобы воспользоваться услугами известных аюрведических медицинских центров, лицензированных и аккредитованных правительством Индии и признанных в качестве надежного варианта лечения хронических заболеваний. AAPNA, Ассоциация специалистов по аюрведе Северной Америки, www.aapna.org, объединяет более 600 медицинских работников, включая обученных вайдъев из аккредитованных индийских школ, аккредитованных правительством Индии, которые сейчас работают консультантами по вопросам здоровья и специалистами по холистической медицине в США. В США насчитывается более 40 школ Аюрведы, предоставляющих зарегистрированное послесреднее образование и функционирующих в основном как частные предприятия вне утвержденной медицинской системы, поскольку в Министерстве образования США пока отсутствует система утверждения. Практикующие, окончившие эти школы и имеющие подтвержденные документы из Индии, легально практикуют в соответствии с Законом о свободе здравоохранения, который был легализован в 13 штатах. Международный CAC, Совет по аккредитации аюрведической медицины, www.cayurvedac.com, разрабатывает систему аккредитации и единый образовательный стандарт, учитывая лицензированные программы Аюрведы, функционирующие под руководством Министерства здравоохранения и благосостояния населения правительства Индии, Департамента АЮШ. В Индии практикует более 600 000 врачей Аюрведы. Аюрведа является законной и признанной медицинской системой во многих странах Южной Азии.

Китайская культура

Традиционная китайская медицина имеет более чем 4000-летнюю историю как система медицины, основанная на философской концепции баланса (инь и ян, Ци, Кровь, Цзин, жидкости организма, Пять Элементов, эмоции и дух) – подходе к здоровью, укорененном в даосской философии и китайской культуре. Поэтому представление о ней как об альтернативной форме терапевтической практики возникло только в западном мире. Прибытие в Великобританию тысяч китайцев в 1970-х годах способствовало распространению традиционной китайской медицины – системы, уходящей корнями в бронзовый век или даже более ранние времена, которая использует иглоукалывание, травы, диету и физические упражнения. В настоящее время в Великобритании зарегистрировано более 2000 практикующих специалистов.

С 1970-х годов

До 1970-х годов западные практики, не входящие в состав традиционной медицины, назывались «нерегулярными практиками», «лекарями без лекарств» или «санипрактиками» и отвергались медицинским сообществом как ненаучные или шарлатанские. В уставе OAM было заявлено, что его миссия заключается в «всестороннем изучении комплементарных и альтернативных методов лечения с применением строгих научных подходов; подготовке исследователей в области комплементарной и альтернативной медицины; и распространении достоверной информации среди общественности и специалистов». Джозеф М. Джейкобс был назначен первым директором OAM в 1992 году. Настойчивость Джейкобса на строгой научной методологии вызвала разногласия с сенатором Харкином. Харкин критиковал «незыблемые правила рандомизированных клинических испытаний» и, ссылаясь на свой опыт использования пчелиной пыльцы для лечения аллергии, заявил: «Научному сообществу необязательно понимать механизм действия, прежде чем американская общественность сможет воспользоваться преимуществами этих методов лечения». Растущее политическое сопротивление применению научной методологии подверглось публичной критике со стороны доктора Джейкобса, а другой член правления OAM пожаловался, что «бессмыслица проникла во все аспекты работы этого ведомства». В 1994 году сенатор Харкин ответил, выступив по телевидению с пациентами, больными раком, которые обвинили доктора Джейкобса в препятствовании их доступу к непроверенным методам лечения рака, что привело к отставке Джейкобса в знак протеста. OAM подвергся растущей критике со стороны видных представителей научного сообщества, начиная от лауреата Нобелевской премии, критиковавшего недостойные аспекты NIH и доходящего до уровня прикрытия шарлатанства, и заканчивая президентом Американского физического общества, критиковавшего расходы на тестирование практик, которые «нарушают фундаментальные законы физики и больше напоминают колдовство». В 1998 году президент Медицинской ассоциации Северной Каролины публично призвал к закрытию OAM. Директор NIH поставил OAM под более строгий научный контроль. В 1998 году сенатор Харкин отреагировал на критику и усиление научного контроля со стороны NIH, подняв OAM до уровня независимого центра, увеличив его бюджет до 90 миллионов долларов в год и переименовав его в Национальный центр комплементарной и альтернативной медицины (NCCAM). Конгресс США одобрил эти ассигнования без возражений. NCCAM получил мандат на продвижение более строгого и научного подхода к изучению альтернативной медицины, подготовке исследователей и развитию карьеры, информационно-просветительской деятельности и интеграции. В 2014 году агентство было переименовано в Национальный центр комплементарного и интегративного здоровья (NCCIH). Устав NCCIH предусматривает, что 12 из 18 членов совета должны быть отобраны с приоритетом для ведущих представителей комплементарной и альтернативной медицины, 9 членов должны быть лицензированными специалистами в области альтернативной медицины, 6 членов должны быть лидерами общественного мнения в области государственной политики, права, политики здравоохранения, экономики и управления, а 3 члена должны представлять интересы отдельных потребителей комплементарной и альтернативной медицины. В 2001 году Белый дом учредил Комиссию Белого дома по политике в области комплементарной и альтернативной медицины. К 2009 году бюджет NCCIH вырос с ежегодных расходов около 2 миллионов долларов на начальном этапе до 123 миллионов долларов в год. В 2009 году представители научного и биомедицинского сообщества выразили обеспокоенность тем, что после 10 лет тестирования, стоившего более 2,5 миллиардов долларов на изучение научно и биологически несостоятельных практик, практически ни одна альтернативная терапия не продемонстрировала явной эффективности. В период с 1990 по 1997 год использование альтернативной медицины в США увеличилось на 25%, а расходы на нее выросли на 50%. К 2013 году 50% американцев использовали альтернативную медицину, а ежегодные расходы на КАМ в США составили 34 миллиарда долларов.

Until the 1970s, western practitioners that were not part of the medical establishment were referred to "irregular practitioners", "drugless healers", or "sanipractors", and were dismissed by the medical establishment as unscientific or quackery. The OAM mission statement was that it was "dedicated to exploring complementary and alternative healing practices in the context of rigorous science; training complementary and alternative medicine researchers; and disseminating authoritative information to the public and professionals." Joseph M. Jacobs was appointed the first director of the OAM in 1992. Jacobs' insistence on rigorous scientific methodology caused friction with Senator Harkin. Harkin criticized the "unbendable rules of randomized clinical trials" and, citing his use of bee pollen to treat his allergies, stated: "It is not necessary for the scientific community to understand the process before the American public can benefit from these therapies." Increasing political resistance to the use of scientific methodology was publicly criticized by Dr. Jacobs and another OAM board member complained that "nonsense has trickled down to every aspect of this office". In 1994, Senator Harkin responded by appearing on television with cancer patients who blamed Dr. Jacobs for blocking their access to untested cancer treatment, leading Jacobs to resign in frustration. The OAM drew increasing criticism from eminent members of the scientific community, from a Nobel laureate criticizing the degrading parts of the NIH to the level a cover for quackery, and the president of the American Physical Society criticizing spending on testing practices that "violate basic laws of physics and more clearly resemble witchcraft". In 1998, the President of the North Carolina Medical Association publicly called for shutting down the OAM. The NIH Director placed the OAM under more strict scientific NIH control. In 1998, Sen. Harkin responded to the criticism and stricter scientific controls by the NIH, by raising the OAM to the level of an independent center, increasing its budget to $90 million annually, and renaming it to be the National Center for Complementary and Alternative Medicine (NCCAM). The United States Congress approved the appropriations without dissent. NCCAM had a mandate to promote a more rigorous and scientific approach to the study of alternative medicine, research training and career development, outreach, and integration. In 2014 the agency was renamed to the National Center for Complementary and Integrative Health (NCCIH). The NCCIH charter requires that 12 of the 18 council members shall be selected with a preference to selecting leading representatives of complementary and alternative medicine, 9 of the members must be licensed practitioners of alternative medicine, 6 members must be general public leaders in the fields of public policy, law, health policy, economics, and management, and 3 members must represent the interests of individual consumers of complementary and alternative medicine. In 2001, the White House had commissioned the White House Commission on Complementary and Alternative Medicine Policy. By 2009, the NCCIH budget had grown from annual spending of about $2 million at its inception, to $123 million annually. Members of the scientific and biomedical communities complained in 2009 that after 10 years of being tested, at a cost of over $2.5 Billion on testing scientifically and biologically implausible practices, almost no alternative therapy showed clear efficacy. From 1990 to 1997, use of alternative medicine in the US increased by 25%, with a corresponding 50% increase in expenditures. By 2013, 50% of Americans were using alternative medicine, and annual spending on CAM in the US was $34 Billion.

2010 - настоящее время

В 2017 году Национальная служба здравоохранения (NHS) в Англии прекратила финансирование гомеопатии, "поскольку отсутствие каких-либо доказательств ее эффективности не оправдывало расходы". Решение NHS о прекращении финансирования гомеопатии было подтверждено Высоким судом Великобритании в 2018 году.

Другие периоды

Термины "альтернативный" и "комплементарный" часто используются как взаимозаменяемые для описания широкого спектра терапий, которые стремятся использовать собственные целительные силы организма, усиливая естественные восстановительные процессы для восстановления здоровья. В Древней Греции движение, основанное Гиппократом, которого обычно считают отцом медицины, фактически дало начало современной натуропатии и значительной части современной КАМ. Они придавали большое значение правильному питанию и здоровому образу жизни для восстановления равновесия; лекарственные препараты использовались скорее для поддержки исцеления, чем для лечения болезней. Комплементарная медицина развивалась на протяжении истории и формализовалась из примитивных практик; хотя многие из них появились в XIX веке как альтернатива иногда вредным методам того времени, таким как кровопускание и слабительные. В Великобритании медицинский раскол между КАМ и традиционной медициной характеризовался конфликтом, нетерпимостью и предрассудками с обеих сторон, и в начале XX века КАМ фактически была запрещена: целителей считали чудаками, а гипнотерапевтов подвергали неоднократным попыткам юридического ограничения. Движение альтернативной медицины теперь признано частью современной жизни, развившись из массового возрождения в 1960-х годах, вызванного реакцией на деградацию окружающей среды, нездоровое питание и безудержный потребительский образ жизни. До прихода римлян в 43 году н.э. медицинская практика ограничивалась базовым использованием растительных материалов, молитв и заклинаний. Ассимилировав корпус трудов Гиппократа, римляне принесли с собой обширный арсенал травяных средств и ввели концепцию больницы как централизованного лечебного учреждения. В Британии гидротерапия (использование воды внутрь или наружно для поддержания здоровья и профилактики заболеваний) восходит к римским баням. Она дополнялась практиками из Дальнего Востока и Китая, завезенными торговцами, использовавшими Шелковый путь. Во время охоты на ведьм в XIV–XVII веках деятельность традиционных народных целителей была серьезно ограничена, а знания часто терялись, поскольку существовали только в устной форме. Широкомасштабная эмиграция из Европы в Северную Америку в XVIII и XIX веках включала в себя как знания о траволечении, так и сами растения. Это было объединено с медициной коренных американцев, а затем вновь импортировано в Великобританию, где оно интегрировалось с сохранившимися травяными традициями и развилось в современное движение медицинского траволечения. Принцип естественного закона similia similibus curantur, или "подобное лечится подобным", был признан Гиппократом, но как практическая система исцеления он был разработан только в начале XIX века немецким врачом Самуэлем Ганеманом. Гомеопатия была завезена в Великобританию в 1830-х годах доктором Куинном, который представил ее британской аристократии, покровительство которой сохраняется и по сей день. Несмотря на то, что гомеопатия вызывает споры в традиционных медицинских кругах, она доступна в рамках Национальной службы здравоохранения, а в Шотландии около 25% врачей общей практики имеют квалификацию в области гомеопатии или прошли обучение гомеопатии. Влияние массовой иммиграции в Великобританию на КАМ продолжается и в XXI веке. Криотерапия, возникшая в Японии, была разработана польскими исследователями в систему, которая, как утверждается, обеспечивает длительное облегчение при различных состояниях, таких как ревматизм, псориаз и мышечная боль. Пациенты проводят несколько минут в камере, охлажденной до −110 °C, в течение которых температура кожи падает примерно на 12 °C. Использование КАМ широко распространено и растет во всем развитом мире. Британцам представлен широкий выбор методов лечения, от традиционных до инновационных и технологических. Раздел 60 Закона о здравоохранении 1999 года позволяет создавать новые медицинские профессии посредством приказов, а не посредством первичного законодательства. Это поднимает вопросы государственной политики в области здравоохранения, которые должны сбалансировать регулирование, обучение, исследования, доказательную базу и финансирование с одной стороны и свободу выбора в культурно разнообразном обществе – с другой.

The terms 'alternative' and 'complementary' tend to be used interchangeably to describe a wide diversity of therapies that attempt to use the self healing powers of the body by amplifying natural recuperative processes to restore health. In ancient Greece the Hippocratic movement, commonly regarded as the fathers of medicine, actually gave rise to modern naturopathy and indeed much of today's CAM. They placed great emphasis on a good diet and healthy lifestyle to restore equilibrium; drugs were used more to support healing than to cure disease. Complementary medicines have evolved through history and become formalised from primitive practices; although many were developed during the 19th century as alternatives to the sometimes harmful practices of the time, such as blood lettings and purgation. In the UK, the medical divide between CAM and conventional medicine has been characterised by conflict, intolerance and prejudice on both sides and during the early 20th century CAM was virtually outlawed in Britain: healers were seen as freaks and hypnotherapists were subject to repeated attempts at legal restriction. The alternative health movement is now accepted as part of modern life, having progressed from a grass roots revival in the 1960s reacting against environmental degradation, unhealthy diets and rampant consumerism. Until the arrival of the Romans in AD43, medical practices were limited to a basic use of plant materials, prayers and incantations. Having assimilated the corpus of Hippocrates, the Romans brought with them a vast repertoire of herbal treatments and introduced the concept of the hospital as a centralised treatment centre. In Britain, hydrotherapy (the use of water either internally or externally to maintain health and prevent disease) can be traced back to Roman spas. This was augmented by practices from the Far East and China introduced by traders using the Silk Road. During the Catholic and Protestant witch hunts from the 14th to the 17th centuries, the activities of traditional folk healers were severely curtailed and knowledge was often lost as it existed only as an oral tradition. The widespread emigration from Europe to North America in the 18th and 19th centuries included both the knowledge of herbalism and some of the plants themselves. This was combined with Native American medicine and then re imported to the UK where it re integrated with the surviving herbal traditions to evolve as today's medical herbalism movement. The natural law of similia similibus curantur, or 'like is cured by like', was recognised by Hippocrates but was only developed as a practical healing system in the early 19th century by a German, Dr Samuel Hahnemann. Homeopathy was brought to the UK in the 1830s by a Dr Quinn who introduced it to the British aristocracy, whose patronage continues to this day. Despite arousing controversy in conventional medical circles, homeopathy is available under the National Health Service, and in Scotland approximately 25% of GPs hold qualifications in homeopathy or have undergone some homeopathic training. The impact on CAM of mass immigration into the UK is continuing into the 21st century. Originating in Japan, cryotherapy has been developed by Polish researchers into a system that claims to produce lasting relief from a variety of conditions such as rheumatism, psoriasis and muscle pain. Patients spend a few minutes in a chamber cooled to −110 °C, during which skin temperature drops some 12 °C. The use of CAM is widespread and increasing across the developed world. The British are presented with a wide choice of treatments from the traditional to the innovative and technological. Section 60 of the Health Act 1999 allows for new health professions to be created by Order rather than primary legislation. This raises issues of public health policy which balance regulation, training, research, evidence base and funding against freedom of choice in a culturally diverse society.

Релятивистская перспектива

Термин «альтернативная медицина» относится к системам медицинского мышления и практики, которые выступают в качестве альтернативы или существуют отдельно от общепринятой, традиционной медицины. Альтернативная медицина не может существовать без устоявшейся, авторитетной и стабильной медицинской ортодоксии, по отношению к которой она может быть альтернативой. Такая ортодоксия сформировалась на Западе лишь в девятнадцатом веке в результате процессов регулирования, объединения, создания институтов и систематизированного медицинского образования.