Александр Спотсвуд: Военный, Исследователь и Колониальный Администратор

Введение

Британский солдат, исследователь и колониальный администратор (1676–1740).

Александр Спотсвуд (12 декабря 1676 – 7 июня 1740) – офицер британской армии, исследователь и лейтенант-губернатор колониальной Вирджинии; он считается одной из наиболее значительных исторических фигур в истории британских колоний Северной Америки. После блестящей, но не принесшей полного удовлетворения военной карьеры, в 1710 году он был назначен колониальным губернатором Вирджинии, пост, который занимал в течение двенадцати лет. В этот период Спотсвуд занимался исследованием территорий за западной границей, первым разглядев в них экономический потенциал. В 1716 году он организовал и возглавил экспедицию к западу от гор, известную как Экспедиция рыцарей Золотой подковы, благодаря которой установил господство короны над территорией между горами Голубого хребта и долиной Шенендоа, сделав тем самым решающий шаг для будущей британской экспансии на Запад. Будучи губернатором Вирджинии, первоочередной задачей Спотсвуда была безопасность морских путей и борьба с пиратами. После продолжительных усилий знаменитый пират Черная Борода был выслежен и убит в 1718 году. Помимо этого, Спотсвуд способствовал экономическому росту колонии, основав металлургические поселения Германна, внедрил юридический инструмент habeas corpus, а также разработал правила для торговых отношений с коренными американцами и для экспорта табака. Его пребывание в должности характеризовалось нарастающим конфликтом с политической элитой Вирджинии, который завершился его отстранением от власти. Спустя несколько лет, в период с 1730 по 1739 год, Спотсвуд занимал должность генерального почтмейстера Британской Америки и вместе со своим молодым другом Бенджамином Франклином расширил сеть почтовых служб к северу от Уильямсбурга и повысил ее эффективность. С началом войны за ухо Дженкинса Спотсвуд был вновь призван на военную службу. Получив звание генерал-майора, он был назначен командующим колониальными войсками, дислоцированными в Америке, с целью подготовки к военной операции против испанской крепости Картахена-де-Индиас, но внезапно скончался в Аннаполисе в 1740 году, где должен был провести консультации с местными губернаторами.

Alexander Spotswood (12 December 1676 – 7 June 1740) was a British Army officer, explorer and lieutenant governor of Colonial Virginia; he is regarded as one of the most significant historical figures in British North American colonial history. After a brilliant but unsatisfactory military career, in 1710 he was nominated colonial governor of Virginia, a post which he held for twelve years. During that period, Spotswood engaged in the exploration of the territories beyond the western border, of which he was the first to see the economic potentials. In 1716 he organised and led an expedition west of the mountains, known as Knights of the Golden Horseshoe Expedition, with which he established the Crown's dominion over the territory between the Blue Ridge Mountains and the Shenandoah Valley, thus taking a decisive step for the future British expansion to the West. As the governor of Virginia, Spotswood's first preoccupation was to make sea routes safe and fight against the pirates. After a long effort, the famous pirate Blackbeard was hunted down and killed in 1718. In addition, Spotswood promoted the economic growth of the colony by founding the metallurgical settlements of Germanna; introduced the juridical instrument of habeas corpus; and introduced the rules for the commercial relations with Native Americans and those for the tobacco export trade. His tenure was characterised by a growing conflict with the Virginian political classes, which ended with his removal from office. Years later, between 1730 and 1739, Spotswood was Postmaster General for British America and, with his young friend Benjamin Franklin, extended the postal service network north of Williamsburg and improved its efficiency. At the outbreak of the War of Jenkins' Ear, Spotswood was called back into army service. Promoted to major general, he was put in command of the colonial troops stationed in America with the task of preparing a military action against the Spanish stronghold of Cartagena de Indias, but, in Annapolis, where he was to consult with the local governors, he died suddenly in 1740.

Истоки и юность

Александр Спотсвуд родился в Танжере, городе на африканском побережье Гибралтарского пролива, в 1676 году. В то время город, находившийся под английской оккупацией, управлялся местным губернатором и содержал гарнизон, где отец Спотсвуда, Роберт, практиковал хирургию, сначала как помощник хирурга Джорджа Эллиотта, сменив его после смерти и женившись на его вдове, Кэтрин Максвелл, которая родила ему единственного сына, Александра. Старшим сводным братом Александра (от первого брака матери с Джорджем Эллиоттом) был Роджер Эллиот, ставший одним из первых губернаторов Гибралтара. Оба родителя происходили из Шотландии, и отец, хотя и был экономически разорен, мог похвастаться знатным происхождением. Его семья имела древние баронские корни и пользовалась большим престижем до Английской революции. Среди его предков были выдающиеся личности, такие как судья Роберт Споттисвуд (дед Александра) и архиепископ Джон Споттисвуд. В 1684 году, после нападений берберских войск под предводительством губернатора Али бен Абдаллы, город Танжер был эвакуирован, и семья Спотсвудов вернулась в Англию, где отец умер в 1688 году. В мае 1693 года, в возрасте шестнадцати лет, Спотсвуд поступил на службу в английскую армию, армию Королевства Англия, получив звание знаменосца в пехотном полку графа Бата. Он служил сначала в Ирландии, а затем во Фландрии. За годы службы, проявив себя мастерством, мужеством и умом, он продвинулся по военной иерархии до звания подполковника. Он вернулся во Фландрию почти через два года. 11 июля 1708 года он сражался в битве при Оденаарде в Нидерландах, где его лошадь была убита, и он попал в плен к французам. Однако герцог Марлборо, вновь одержавший победу в битве, добился его освобождения, лично ведя переговоры с противником, и Спотсвуд вернулся к исполнению обязанностей генерал-квартирмейстера, осуществляя контроль над поставками продовольствия для войск. Однако его разочарование из-за застоя в военной карьере росло. Несмотря на хорошие отношения и доверие начальства, он застрял в звании подполковника. Его амбиции, подпитываемые многочисленными, но так и не выполненными обещаниями повышения, постоянно терпели крах. В сентябре 1709 года, проведя половину жизни в армии, он ушел в отставку и вернулся в Лондон. По предложению самого Гамильтона, возможно, при поддержке Марлборо, 18 февраля 1710 года королева Анна назначила Спотсвуда вице-губернатором Вирджинии. 3 апреля Спотсвуд отплыл в Америку из порта Спитхед на юге Англии на борту военного корабля HMS Deptford в составе конвоя с другими британскими судами для защиты от пиратских нападений. В начале XVIII века Вирджиния была самой процветающей и густонаселенной из Тринадцати колоний. Население составляло около 80 000 человек, включая 20 000 рабов, большинство из которых происходили из Биафры и работали на обширных табачных плантациях, принадлежавших конфедерации землевладельцев. Экспорт табака по-прежнему был одним из самых прибыльных видов деятельности, но в последнее время, из-за войны с Францией и последовавшего за этим закрытия атлантических торговых путей, он не приносил прежней прибыли, а перепроизводство привело к снижению цен. Кроме того, в период, считавшийся золотым веком пиратства, южные воды Британской Америки кишели пиратами и каперами. Приплывая из Карибского моря, они двигались на север вдоль американского побережья до Вирджинии, совершая разорительные набеги. Более того, сухопутные границы колонии в то время подвергались угрозе со стороны агрессивного поведения многочисленных индейских племен.

Alexander Spotswood was born in Tangier, a city on the African shore of the Strait of Gibraltar, in 1676. At that time the city, under English occupation, was run by a local governor and housed a garrison, where Spotswood's father, Robert, practiced as surgeon, first as surgeon George Elliott's assistant, succeeding him when he died and marrying his widow, Catharine Maxwell, who gave him an only son, Alexander. Alexander's older half brother (by his mother's first marriage to George Elliott) was Roger Elliott, who became one of the first governors of Gibraltar. Both parents had Scottish origins, and the father, although economically ruined, could boast an illustrious lineage. His family had ancient baronial origins and had enjoyed great prestige until the time of the English revolution. There had been illustrious Spotswoods, such as judge Robert Spottiswoode (Alexander's grandfather) and Archbishop John Spottiswoode. In 1684, following attacks of native Berber troops under the guide of governor Ali ben Abdallah, the city of Tangier was evacuated and the Spotswood family returned to England, where the father died in 1688. In May 1693, at the age of sixteen, Spotswood enlisted in the English Army, the army of the Kingdom of England, with the rank of Ensign in the Earl of Bath's Regiment of Foot. He served first in Ireland and then in the Flanders. Over the years, distinguishing himself for skill, courage and intelligence, he climbed the military hierarchy to the rank of lieutenant colonel. He returned to the Flanders almost two years later. On 11 July 1708 he fought in the Battle of Oudenaarde, in the Netherlands, where his horse was killed and he fell prisoner to the French troops. But Duke of Marlborough, once again the winner of the battle, obtained his release by negotiating personally with the enemy, and Spotswood returned to his duties as quartermaster general to oversee the corn supply for the troops. However, his disappointment for the slowdown of his military career was growing. Despite the good relationship with and the trust of his superiors, he was stuck in the rank of lieutenant colonel. His ambitions, fuelled by the many but never kept promises of promotion, were continuously frustrated. In September 1709, having spent half of his life in the army, he took his leave and returned to London. At the suggestion of Hamilton himself, with perhaps an additional push by Marlborough, on February 18, 1710 Queen Anne appointed Spotswood as vice governor of Virginia. On April 3, Spotswood left for the Americas from the port of Spithead, in southern England, aboard the man of war HMS Deptford, in convoy with other British ships to ward off pirate attacks. At the beginning of the eighteenth century, Virginia was the most prosperous and populous of the Thirteen Colonies. The inhabitants numbered around 80,000, including 20,000 slaves – most of them from the Bight of Biafra – employed in the vast tobacco plantations, at the service of a confederation of landowners. The export of tobacco was still one of the most lucrative activities, but in recent times, due to the war against the French and the consequent closure of the Atlantic trade routes, it was not as rewarding as in the past, and overproduction had caused prices to drop. In addition, in a period considered the golden age of piracy, the southern waters of British America were swarming with pirates and corsairs. Coming from the Caribbean Sea, they sailed northwards along the American coastline as far as Virginia, making harmful raids. Moreover, the land borders of the colony were at that time threatened by the aggressive behaviour of numerous Native American tribes.

Прибытие в колонию

После десяти недель удачной навигации конвой прибыл в Вирджинию 20 июня и высадился в заливе Хэмптон-Роудс (тогда известном как Кекоутан, местное название, данное алгонкинами). Жители Вирджинии встретили его с энтузиазмом, как потому, что он был первым губернатором, прибывшим на территорию после четырех лет вакансии, так и потому, что он привез с собой королевский указ, распространявший на колониальных граждан право на habeas corpus, гарантированное подданным в Англии с момента принятия Билля о правах 1689 года. В течение предыдущих четырех лет колонией управляли двенадцать членов Губернаторского совета, назначаемых королем. Как и пятьдесят представителей Палаты Бюргессов (избиравшихся своими вирджинскими коллегами), они принадлежали к классу крупных землевладельцев, чьей реальной целью было установление фактической олигархии. Их интересы часто сталкивались с интересами короны, и в заморских территориях обычно преобладали их интересы. 5 июля Спотсвуд впервые столкнулся с этой проблемой. Резолюция, принятая Губернаторским советом до его прибытия, отменила применение ежегодных платежей за аренду табачных земель и установила принцип обмена табака посредством публичных торгов. Однако, учитывая низкие доходы, корона решила вернуться к прежнему методу торговли, но Губернаторский совет, члены которого контролировали публичные торги табаком, отказался внедрять новое правило. Спотсвуд поддержал мнение совета, и это стало первым публичным конфликтом интересов между короной, верным сторонником которой он останется на долгие годы, и желаниями местных правящих кругов. 26 октября того же года началось длительное совместное заседание Палаты Бюргессов и Губернаторского совета – первое с 1706 года, – в ходе которого Спотсвуд изложил основные направления своей программы, а именно: укрепление военной обороны колонии; сокращение числа рабов, бежавших с плантаций; расширение почтовой службы; завершение строительства Дворца губернатора в Уильямсбурге. Кроме того, по предложению короны, он предложил восстановить Колледж Уильяма и Мэри, разрушенный пожаром пять лет назад, и учредить суд о́йер и терми́нер (своего рода высший уголовный суд), который должен был бы собираться каждые шесть месяцев.

After ten weeks of good navigation, the convoy arrived in Virginia on June 20, and landed at the Hampton Roads bay (then known as Kecoughtan, the local Algonquian name). The Virginians gave him an enthusiastic welcome, both because he was the first governor present on the territory after four vacant years, and because he brought with him a royal decree that extended to colonial citizens the right of habeas corpus, granted to the subjects in England since the time of the Bill of Rights of 1689. For the previous four years the colony had been ruled by the twelve members of the Governor's Council, who were appointed by the King. Just like the fifty representatives of the House of Burgesses (who were elected by their Virginian peers), they belonged to the class of the great landowners whose real aim was to establish a de facto oligarchy. Their interests often clashed with those of the Crown, and in the oversea territories their interests generally prevailed. On July 5 Spotswood made his first encounter with this problem. A resolution passed by the Governor's Council prior to his arrival had abolished the application of the annual payments for the tobacco lease and established the principle that tobacco be exchanged at a public sale. Now, considering the low revenues, the Crown had decided to return to the old method of trade, but the Governor's Council, whose members controlled the public sale of tobacco, refused to implement the new rule. Spotswood favoured the council's opinion, and this was the first public conflict of interests between the Crown, of which Spotswood would be for years to come a staunch supporter, and the wishes of the local ruling classes. On October 26 of the same year began a long meeting of the House of Burgesses and the Governor's Council – the first since 1706 – during which Spotswood listed some points in the program he intended to implement, namely,: to strengthen the military defence of the colony; to keep down the number of slaves escaping from the plantations; to extend the postal service; to complete the construction of the Governor's Palace in Williamsburg. In addition, following the Crown's suggestions, he proposed to rebuild the College of William and Mary which had been destroyed by a fire five years earlier, and to establish a court of oyer and terminer (a sort of superior criminal court) that would have to meet every six months.

Угрозы на границах

Тем временем, другая неотложная проблема вновь пробудила его военное призвание. Для защиты сухопутных границ было развернуто колониальное ополчение численностью около 15 000 человек. Большинство солдат происходило из низших слоев рабочего класса, были плохо вооружены и действовали под командованием неопытных командиров. Летом 1711 года он лично руководил установкой серии пушек в портах между Йорктауном и Джеймстауном, чтобы предотвратить возможное вторжение французского флота. В сентябре 1711 года тускарора, индейская нация, чьи территории простирались от Вирджинии до самого сердца Северной Каролины, вступили в длительный период конфликта с поселенцами из-за торговых вопросов и защиты границ, и в ходе серии нападений на поселения и плантации на границе между Каролиной и Вирджинией убили сотни колонистов. Это стало началом так называемой войны тускарора. Спотсвуд, хорошо понимая, что это была настоящая война, учитывая плохую оснащенность ополчения, запросил оружие и боеприпасы из Англии, которые, однако, должны были прибыть лишь через несколько месяцев. Стремясь не допустить присоединения других племен к восстанию тускарора, он двинулся на юг с 15 000 ополченцев и остановился на берегу реки Ноттуэй. Местные племена проявили дружелюбие к британцам и предложили им военную поддержку против тускарора. В качестве гарантии Спотсвуд потребовал от каждого племени предоставить двух молодых сыновей вождей в качестве заложников для обучения в Вильямсбурге, в колледже Уильяма и Мэри. Цель была двойной: дать им христианское образование, чтобы они могли вернуться позже в качестве миссионеров в свои племена – в рамках более масштабной операции по цивилизации индейцев – и одновременно гарантировать на определенный период дружбу этих племен. В начале декабря заложники из нескольких племен прибыли в Вильямсбург. Однако Палата Бюргеров осталась недовольна этим решением, поскольку предпочла бы более прямые военные действия против индейцев. Спотсвуд утверждал, что полевая операция не может быть поддержана, и что его инициативы, на данный момент, являются "благоразумным способом ведения войны". Тем не менее, было выделено 20 000 фунтов стерлингов на ведение войны против тускарора, и обсуждения продолжались до Рождества, когда Спотсвуд распустил ассамблею. Между летом и осенью следующего года некоторые из вождей восставших тускарора были схвачены и переправлены в Северную Каролину для суда.

Meanwhile, another pressing issue reawakened his military vocation. A colonial militia of about 15,000 men was deployed to protect the land borders. The majority of the troop came from the lower labouring classes, were poorly armed and operated under the orders of inexperienced commanders. During the summer of 1711, he personally supervised the installation of a series of cannons in the ports between Yorktown and Jamestown to prevent a possible French naval invasion. In September 1711, the Tuscarora, an Indian nation whose territories extended from Virginia to the heart of North Carolina, engaged in an extended period of conflict with the settlers for commercial and border protection reasons and, during a series of attacks on settlements and plantations on the Carolina Virginia border, killed hundreds of colonists. That was the beginning of the so called Tuscarora War. Spotswood, well aware that it was a real war, considering how badly equipped the militia was, requested weapons and ammunition from England, which however would take a few months to arrive. His aim being to prevent other tribes from joining the Tuscarora revolt, he headed south with the 15,000 militia men and stopped on the bank of the Nottoway River. The local tribes proved to be well disposed towards the British and offered them military support against the Tuscarora. As a guarantee, Spotswood demanded that each tribe deliver two of the young sons of the tribal chiefs as hostages, to be educated in Williamsburg at the William and Mary's College. The objective was twofold: to give them a Christian education, so that they could return later as missionaries to their own tribes – within the framework of a wider operation to civilise the Indians –, and at the same time to guarantee for a certain period of time the friendship of those tribes. In early December, hostages from several tribes arrived in Williamsburg. The House of Burgesses, however, was not happy about this resolution, as they would have liked a more direct military action against the Indians. Spotswood argued that a field operation could not be sustained and that his initiatives were, for the time being, "a sober way of waging war." However, an amount of £20,000 was set aside to wage war against the Tuscarora, and discussions carried on until Christmas, when Spotswood dissolved the assembly. Between the summer and the fall of the following year, some of the rebel Tuscarora chiefs were captured and transferred to North Carolina for trial.

Контраст с Палатой буржуа

Война за испанское наследство завершилась в апреле 1713 года, и британская победа привела к возобновлению работы атлантических торговых путей и аннексии новых колоний. Экономика Вирджинии оживилась, особенно торговля табаком, которая в последние годы сильно пострадала от конфликта. В те времена табак также использовался в качестве средства платежа и продавался по весу. Чтобы увеличить прибыль, торговцы часто смешивали табак высокого и низкого качества, что приводило к снижению цен. Предыдущие колониальные правительства неоднократно пытались регулировать эту торговлю, но безуспешно. Поэтому в ноябре 1713 года Спотсвуд, чтобы взять табачный рынок под контроль и ограничить злоупотребления крупных землевладельцев, представил Палате Бюргессов Закон о табачной инспекции. Новый закон, поддержанный Советом губернатора, требовал обязательной инспекции табака перед отправкой в Европу. Спотсвуд рассчитывал, что это приведет к сокращению объемов экспорта, повышению качества товара, увеличению спроса и, как следствие, цен. Чтобы смягчить оппозицию Палаты Бюргессов, Спотсвуд назначил инспекторами некоторых представителей, поддерживавших его предложение, которое в итоге было одобрено. Однако реформа дала лишь частичные результаты: цены не выросли сразу, а процедура инспекции не понравилась землевладельцам. Эта инициатива Спотсвуда привела к потере им расположения вирджинской элиты. В декабре 1714 года был принят Закон об индейской торговле. Вся торговля с индейцами к югу от реки Джеймс была передана под исключительный контроль Вирджинской индейской компании, созданной с капиталом в 10 000 фунтов стерлингов. Эта мера должна была положить конец незаконной торговле вдоль границы, которая, по мнению Спотсвуда, была одной из причин беспокойства индейцев, а также ущемляла интересы колонистов, занимавшихся частной торговлей с индейскими племенами. Уильям Бёрд II, влиятельный член Совета губернатора, стремившийся занять место Спотсвуда, контролировал значительную часть торговли с индейцами, особенно с чероки, которым он продавал ткани и оружие. Вскоре после принятия закона Бёрд отбыл в Англию по личным делам, но, несомненно, также с целью дискредитировать Спотсвуда в различных органах королевской власти. Разногласия между Спотсвудом и членами Палаты Бюргессов обострились и достигли кульминации в 1715 году. Во время заседания, проходившего в августе-сентябре, представители, вместо того чтобы сосредоточиться на проблемах обороны колонии, как рекомендовал Спотсвуд, оспорили Закон об индейской торговле и Закон о табачной инспекции. Недовольство, вызванное последним среди землевладельцев и торговцев, сыграло решающую роль на последних выборах в Палату Бюргессов. Почти все представители, ранее поддерживавшие этот закон, лишились своих мест, а большинство новоизбранных были с ним не согласны. После пяти недель бесплодных дискуссий, которые особенно раздражали Спотсвуда в связи с тем, что некоторые индейские племена на границе проявляли враждебность, ставя под угрозу применение Закона об индейской торговле, он прервал дебаты и распустил собрание. Не столько роспуск Ассамблеи вызвал враждебность представителей к губернатору, сколько его определение Палаты Бюргессов как "собрания представителей, которым небеса обычно не даруют тех обычных качеств, которые необходимы законодателям". В начале 1716 года анонимное письмо из Вирджинии в Лондонский совет по торговле обвинило Спотсвуда в злоупотреблениях властью, причем обвинения были более резкими, чем в предыдущих анонимных письмах, и в жадности и тирании.

The War of Spanish Succession ended in April 1713, and the British victory led to the reopening of the Atlantic trade routes and the annexation of new colonies. The Virginian economy was revitalised, and in particular the tobacco export trade which in recent years had been severely affected by the conflict. Tobacco in those days was also used as a means of payment and was sold by the weight. To make more profit traders often added poor quality to high quality varieties, causing prices to drop. Previous colonial governments had made attempts on several occasions to regulate the trade, but nothing had ever really come of it. So, in November 1713, Spotswood, to bring the tobacco market under control and set limits to the practices of the big landowners, submitted to the House of Burgesses the Tobacco Inspection Act. The new law, supported by the Governor's Council, required tobacco to be inspected before shipment to Europe. In Spotswood's intentions there would thus be a reduction in the quantities exported, resulting in an increase in the quality of the goods and a consequent increase in demand and in price. To soften the opposition of the House of Burgesses', Spotswood appointed as inspectors some of the representatives in favour of his proposal, which was finally approved. The reform, however, produced only partial results compared with the expectations: prices did not rise immediately, and the inspection procedure was disliked by the landowners. Yet another initiative by Spotswood caused him to lose the favour of the Virginian elite. In December 1714, he had the Indian Trade Act passed. All commercial activities with the Indians south of the James River were placed under the exclusive control of the Virginia Indian Company, established with an allocation of £10,000. The measure should have put an end to the illegal trade that took place along the border and which, according to Spotswood, was one of the reasons for the unrest of the Indians, and at the same time was against the interests of the colonials who were trading privately with the Indian tribes. William Byrd II, an influential member of the Governor's Council who wanted Spotswood's position for himself, was in control of much of the trade with the Indians, particularly the Cherokee, to whom he sold cloth and weapons. Shortly after the law was passed, Byrd left for England on personal business, but certainly also with the intention of bringing Spotswood discredit in the various branches of the royal administration. The disputes between Spotswood and the members of the House of Burgesses grew until they degenerated in 1715. During an assembly held between August and September the representatives, instead of concentrating on the problems of the colony's defence as was Spotswood's recommendation, challenged the Indian Trade Act and the Tobacco Inspection Act. The discontent generated by the latter among landowners and merchants had played a fundamental role in the last elections of the House of Burgesses. Almost all the representatives who had previously supported the act had lost their seat, and a large section of the newly elected were in disagreement. After five weeks of time wasting discussions – which irritated him all the more now that some Indian tribes at the border were becoming hostile, putting the application of the Indian Trade Act at risk –, Spotswood put an end to the debates and closed the assembly. It was not so much the closing of the Assembly that intensified the hostility of the representatives against the governor, it was rather his definition of the House of Burgesses as "a Set of Representatives, whom Heaven has not generally endowed with the Ordinary Qualifications requisite to Legislators". In early 1716, an anonymous letter from Virginia to the London Board of Trade denounced Spotswood for alleged violations of the law, even more strongly than previous still anonymous letters, and accused him of greed and tyranny.

Первые исследования западной границы

Несмотря на контрасты с Палатой Бюргессов, в середине срока своего пребывания в должности Спотсвуд сосредоточился главным образом на исследовании земель за пределами западной границы, за предгорьями Пьемонта. Из-за войны с тускарора ситуация на границе вновь обострилась, но после ста лет чередования периодов войны и мира англичане и индейцы поняли, что в отсутствие победителя им лучше попытаться жить вместе. Для противодействия индейской угрозе, с момента своего прибытия в Вирджинию Спотсвуд отправлял рейнджеров для патрулирования границы и исследователей в поисках прохода через горы Блю-Ридж. Весной 1714 года он лично возглавил экспедицию для исследования верховий рек Йорк и Маттапони. Эти исследования преследовали конкретные стратегические цели. Французы уже давно пытались установить связь между своими колониями в Новой Франции и фортами вдоль реки Миссисипи; их возможный успех – в котором Спотсвуд был уверен – вскоре отрезал бы англичан от внутренних районов, поскольку они были сосредоточены вдоль побережья вблизи устья реки Джеймс. Летом 1714 года, обеспечив достаточную безопасность границ, Спотсвуд приступил к действиям, основав два лесных поселения за пределами границы Тайдуотер, которая на протяжении последнего столетия знаменовала предел британской экспансии. Первое поселение, Форт Кристанна, располагалось на южном берегу реки Мехеррин, недалеко от границы с Северной Каролиной. Построенный для размещения штаб-квартиры Вирджинской индейской компании, созданной в соответствии с Актом об индейской торговле, форт включал в себя школу для обучения индейцев христианскому образу жизни. Цели Спотсвуда, помимо тех, что имели непосредственную стратегическую выгоду и уже преследовались во время войны с тускарора, были амбициозными: превратить традиционно полукочевые племена в оседлое население. В этом регионе поселились люди и обнаружили залежи серебра и железа. Первоначально в Германе поселились девять семей немецких протестантов, работавших на местные плавильные предприятия. В октябре 1714 года пришло известие о смерти королевы Анны, скончавшейся в начале августа.

Despite the contrasts with the House of Burgesses, during the middle years of his tenure, Spotswood concentrated mainly on the exploration beyond the western frontier, beyond the foothills of Piedmont. On account of the Tuscarora war, the situation at the border had become tense again, but after one hundred years of periods of war followed by periods of peace, the British and the Indians had learned that, in the absence of a winner, they had better try and live together. To deal with the Indian threat, since his arrival in Virginia Spotswood had sent rangers to patrol the border and explorers in search of a pass through the Blue Ridge Mountains. In the spring of 1714, he personally joined an expedition to explore the upper reaches of the York and Mattaponi Rivers. These explorations took place for precise strategic purposes. The French had long been trying to open a connection between their colonies in New France and the forts along the Mississippi River; their possible success – which Spotswood believed imminent – would soon cut off the British from the interior of the region, based as they were along the coast near the mouth of the James River. In the summer of 1714, having sufficiently secured the borders, Spotswood went into action by establishing two forest settlements beyond the Tidewater border, which for the past century had signed the limit of British expansion. The first settlement, Fort Christanna, stood on the southern bank of the Meherrin River, near the border with North Carolina. Built for the headquarters of the Virginia Indian Company, the company created under the Indian Trade Act, the fort housed a school for the education of Indians to the Christian way of life. Spotswood's objectives, in addition to those of immediate strategic utility already pursued at the time of the Tuscarora war, were ambitious: to turn the traditionally semi nomadic Indians into a resident population. had settled in the region and they had discovered deposits of silver and iron. Initially, nine families of German Protestants settled in Germanna, working for the local smelting furnaces. In October 1714, news came that Queen Anne had died in early August.

Рыцари экспедиции "Золотая подкова"

В 1716 году стали известны результаты предыдущих исследований западных территорий. 12 июня Спотсвуд доложил Совету губернатора, что некоторые рейнджеры обнаружили проход через горы и предложили возглавить экспедицию за пределы Пьемонта, в тогдашние неизведанные земли. Совет одобрил предложение, учитывая его коммерческий и стратегический потенциал. 20 августа 1716 года Спотсвуд покинул Уильямсбург с несколькими спутниками и направился в Герману, где было назначено место сбора. Там был сформирован экспедиционный отряд, и 29 августа группа из шестидесяти трех человек отправилась в горы. В состав группы входили влиятельные члены поселенческого сообщества, слуги, рейнджеры, местные проводники, а также значительное количество лошадей и собак. Группа двигалась вверх по реке Рапидан, охотясь на диких животных и произнося тосты за нового короля, через густые заросли, пересеченные множеством ручьев. Во время перехода некоторые заболели корью и остались в полевом госпитале, который рейнджеры быстро организовали и укомплектовали. Остальные продолжили путь, опасаясь медведей и гремучих змей, пока 5 сентября не достигли истока реки Рапидан в горах Блю-Ридж. Они пересекли горы через ущелье Свифт-Ран-Гэп на высоте 720 метров, окруженное двумя горными вершинами. Спотсвуд назвал более высокую вершину Джорджем в честь короля, а его спутники окрестили другую Александром в его честь. Они спустились с хребта в долину Шенендоа – первые европейцы, увидевшие и вступившие на эту землю. Пройдя через леса и луга, населенные лосями и бизонами, они преодолели около десяти километров и достигли дна долины и русла реки Шенендоа, которую переименовали в Евфрат. В честь короля прогремели ружейные залпы и был устроен торжественный тост. Спотсвуд выгравировал имя короля на скале, а в пустую винную бутылку поместил карту, подтверждающую британские притязания на реку и ее территорию. Бутылку зарыли в берег реки. 7 сентября отряд отправился обратно в Герману, а через десять дней вернулся в Уильямсбург. Следующей зимой Спотсвуд подарил каждому участнику экспедиции миниатюрную золотую подкову с латинской надписью: Sic juvat transcendere montes ("Так следует преодолевать горы"). С тех пор экспедиция стала известна как "Экспедиция Рыцарей Золотой Подковы" и была описана биографом Спотсвуда, Уолтером Хавигерстом, как "самый романтичный эпизод в истории Вирджинии". Экспедиция оставила заметный след в американской литературе. Через несколько месяцев после возвращения отряда, профессор гуманитарных наук колледжа Уильяма и Мэри, Артур Блэкамор, написал короткое стихотворение на латыни, посвященное экспедиции: Expeditio Ultramontana. Оригинальный латинский текст, считавшийся одним из лучших образцов латинской поэзии в Америке XVIII века, был утерян, но английский перевод, выполненный Джорджем Сигудом в 1729 году, сохранился полностью. Более чем через столетие, в 1835 году, Уильям Александр Карутерс опубликовал рыцарский роман "Рыцари Золотой Подковы", представляющий собой несколько переосмысленную историю экспедиции. В XX веке поэтесса Гертруда Клейтор написала стихотворение в память об экспедиции "Золотая Подкова". В 1934 году оно было выгравировано на бронзовой табличке и установлено возле Свифт-Ран-Гэп.

1716 saw the results of the previous explorations in the western territories. On June 12, Spotswood reported to the Governor's Council that some rangers had found a passage through the mountains and offered himself to lead an expedition beyond Piedmont, in regions then unknown. The Council approved the proposal, on the consideration of its commercial and strategic potential. Spotswood left Williamsburg with a few men on August 20, 1716, and headed for Germanna, where a meeting point had been fixed. Here the expeditionary force was formed, and on 29 August a group of sixty three men set off for the mountains. The group included influential members of the settlers' community, servants, rangers, native guides and a good number of horses and dogs. The group went up the Rapidan River, hunting animals and toasting the new king, through a dense bushy area crossed by numerous water streams. During the march, some men contracted measles and were left behind in a field hospital readily set up and manned by rangers. The rest of the group proceeded under the threats of bears and rattlesnakes, until they reached the source of the Rapidan River on the Blue Ridge Mountains, on 5 September. They crossed the mountains passing through a gorge by the name of Swift Run Gap at an altitude of 720 m, bordered by two mountain peaks. Spotswood named George the higher of the two in honour of the king, and his companions named the other Alexander in his honour. They descended from the ridge towards the Shenandoah Valley: the first Westerners to set eyes and foot on it. Crossing woods and meadows populated by elks and buffalos, after about ten kilometres they reached the bottom of the valley and the course of the Shenandoah River, which was renamed Euphrates. Gun shots were fired here in honour of the king and a great toast was held. Spotswood engraved the king's name on a rock and in an empty wine bottle introduced a card containing the British claim on the river and its territory. The bottle was buried in the riverbank. On September 7, the company left for Germanna, and in ten days was back in Williamsburg. The following winter, Spotswood gave each member of the expedition a miniature gold horseshoe with engraved in Latin: Sic juvat transcendere montes ("This is the way to cross the mountains"). Since then, the expedition was also known as "Knights of the Golden Horseshoe Expedition" and described by Spotswood's biographer, Walter Havighurst, as "the most romantic episode in the history of Virginia". The expedition also left considerable traces in American literature. A few months after the company's return, a humanities professor at William and Mary's College, Arthur Blackamore wrote a short poem in Latin celebrating the expedition: Expeditio Ultramontana. The original Latin text, considered to be among the best examples of Latin poetry in 18th century America, has been lost, but the English version that George Seagood produced in 1729 survives in its entirety. Over a century later, in 1835, William Alexander Caruthers published a chivalric novel, The Knights of the Golden Horse Shoe, telling a somewhat revisited history of the expedition. In the 20th century, the poet Gertrude Claytor wrote a commemorative poem of the Golden Horseshoe Expedition. Engraved on a bronze plaque, in 1934 it was posted near Swift Run Gap.

Противодействие в Лондоне и в Уильямсбурге

Успех Трансмонтанской экспедиции был встречен с одобрением в административных офисах Лондона, но менее чем через год в столице был нанесен серьезный удар по душевному спокойствию Спотсвуда. В начале 1717 года большая группа влиятельных лондонских купцов направила письмо в Совет торговли, в котором утверждала, что законодательство, продвигаемое Спотсвудом, наносило ущерб коммерческим интересам как метрополии, так и самой Вирджинии. Купцы доложили, что из-за коррумпированности инспекторов, подкупленных землевладельцами, продукция низкого качества не только оставалась на рынке – вопреки целям Закона о табачной инспекции – но и превзошла по объемам продукцию более высокого качества. Монополия Вирджинской индийской компании на торговлю с индейцами также лишила купцов прибыльного рынка, а это, в сочетании с жесткими правилами экспорта, делало их деятельность убыточной. Поэтому купцы просили отменить законы, которые они считали препятствием для развития торговли. Король наложил вето на Закон о табачной инспекции и на Закон об индейской торговле, и Спотсвуд был вынужден отменить оба. Уильям Бёрд в письме из Англии Филиппу Людуэллу, члену губернаторского совета, писал, что он способствовал отмене этих законов и ослаблению позиций и влияния губернатора. Палата Бюргессов выступила против государственного финансирования форта Кристанна, который в результате был разобран, хотя Спотсвуд опасался, что это дестабилизирует границу, оставив местные индейские племена без британской поддержки и на милость племен Каролины. Это положило конец Закону об индейской торговле, но не принципам, которые он стремился реализовать, которые оставались центральными в политике Спотсвуда на протяжении многих лет. Что касается Закона о табачной инспекции, то спустя годы, в 1730 году, те же самые меры были успешно предложены повторно и не встретили столь сильного сопротивления, как прежде. Вероятно, враждебность Палаты Бюргессов была обусловлена не искренним стремлением способствовать торговле, а ее склонностью противодействовать действиям губернатора, который годами боролся с представителями за эффективный контроль над колонией. В этот период времени, помимо миссии Уильяма Бёрда в Лондон, другие члены губернаторского совета открыто занимали позицию против Спотсвуда. Самым решительным среди них был преподобный Джеймс Блэр, делегат лондонского епископа и президент колледжа Уильяма и Мэри, один из самых влиятельных людей в колонии, который уже стоял за отставкой предыдущих губернаторов Эдмунда Андроса и Фрэнсиса Николсона. Причина этого противостояния вновь заключалась в сопротивлении вирджинцев королевским прерогативам, подтвержденным Спотсвудом, который требовал для губернатора права назначать судей в уголовных процессах (через процедуры, известные как "oyer and terminer"). Члены совета, напротив, утверждали, что только они имеют на это право. В любом случае, общественное мнение Вирджинии поддерживало губернатора, который был особенно популярен среди мелких землевладельцев, класса йоменов. И, несмотря на интриги Бёрда против него в Лондоне и отмену его законов, Спотсвуд по-прежнему пользовался защитой королевских министров и членов Совета торговли.

The success of the Transmontane Expedition was welcomed in the London administrative offices, but in less than a year a severe blow to the Spotswood's peace of mind came from the capital. At the beginning of the year 1717, a large group of influential London merchants wrote a letter to the Board of Trade declaring that the legislation promoted by Spotswood harmed the commercial interests of both the motherland and Virginia itself. The merchants reported that, due to the corruption of the inspectors by the landowners, the lower quality production was not only still on the market – in contradiction with the purposes of the Tobacco Inspection Act – but had actually overtaken the higher quality varieties. The Virginia Indian Company's monopoly on trade with Indians also deprived the merchants of a lucrative market, and this, coupled with heavy export regulations, made their activities unprofitable. The merchants therefore asked for the abolition of those laws which they considered an obstacle to the development of trade. The king thus put a veto on the Tobacco Inspection Act and on the Indian Trade Act, and Spotswood was forced to revoke both. William Byrd, in a letter from England to Philip Ludwell, a member of the Governor's Council, wrote that he had contributed to the abrogation of those laws and to the weakening of the position and influence of the governor. The House of Burgesses opposed public funding of Fort Christanna, which had to be dismantled as a consequence, although Spotswood feared that this would destabilise the border, leaving local Indian tribes without British support and at the mercy of the Carolina tribes. This put an end to the Indian Trade Act, but not to the principles it sought to implement, which remained central in Spotswood's policy for years to come. As for the Tobacco Inspection Act, on the other hand, years later, in 1730, the same measures were successfully re proposed and did not meet as strong an opposition as previously. In all probability, the hostility of the House of Burgesses, rather than to a genuine intention to favour trade, was due to its tendency to oppose the actions of the governor, who had been fighting for years with the representatives for the effective control of the colony. During this period of time, in addition to William Byrd's mission to London, other members of the Governor's Council were openly taking position against Spotswood. The most determined among them was the Reverend James Blair, delegate of the Bishop of London and president of the College of William and Mary, one of the most powerful men in the colony, who had already been behind the dismissal of past governors Edmund Andros and Francis Nicholson. The reason for this opposition was once again to be found in the resistance, on the part of the Virginians, to royal prerogatives affirmed by Spotswood, who claimed for the governor the right to appoint judges in criminal trials (through procedures called oyer and terminer). The members of the council, on the other hand, claimed to be the only ones entitled to do so. In any case, the Virginian popular opinion supported the governor, who was particularly popular with the small landowners, the yeomen class. And, despite Byrd's scheming against him in London and the revocation of his laws, Spotswood still enjoyed the protection of the King's ministers and of the members of the Board of Trade.

Пиратов и индейцев

В письме, отправленном в августе 1717 года государственному секретарю Джозефу Аддисону, Спотсвуд доложил, что единственными причинами для беспокойства, способными нарушить мир и спокойствие в колонии, оставались пиратство и агрессивность индейцев. Всего несколько месяцев назад несколько вооруженных отрядов сенеков переместились из провинции Нью-Йорк к границе с Вирджинией, где совершали набеги и грабежи. В марте 1717 года несколько вождей племени катаваба прибыли в Форт-Кристанну для обсуждения торгового договора с англичанами, и Спотсвуд, давно ожидавший благосклонности индейцев, присоединился к ним. Во время встречи произошел инцидент, который мог сорвать переговоры. Однажды ночью несколько индейцев-сенеков или мохауков – врагов катаваба – проникли в форт, где спал губернатор, и убили нескольких членов делегации, которые не были вооружены, как предписал Спотсвуд. Других похитили. Сначала катаваба обвинили англичан в предательстве и начали покидать форт, но Спотсвуд, которому угрожало провал его планов по обеспечению безопасности границы, отправил отряд для освобождения похищенных, подтвердил свою дружбу с индейцами и пообещал им большую защиту. В конечном итоге катаваба согласились торговать в Форте-Кристанне и оставить там часть своих детей для обучения, и ситуация на границе, по крайней мере временно, улучшилась. Другой нависшей угрозой были пираты, нападавшие на порты и грабившие корабли, серьезно затрудняя торговлю. Самым известным и грозным из них был Эдвард Тич, вошедший в историю как Черная Борода, который недавно вернулся к морским разбоям, получив королевское помилование, а затем сдавшись губернатору Северной Каролины Чарльзу Идену, который, вероятно, был с ним заодно. Когда Черная Борода атаковал конвой кораблей у Чарльстонской гавани в мае 1718 года, грабя и беря пленных, жители Каролины обратились за помощью к соседней Вирджинии. Он быстро приказал арестовать бывшего квартирмейстера корабля "Месть королевы Анны" Уильяма Говарда, который, по-видимому, отошел от пиратства и жил в Вирджинии, подозревая, что тот все еще поддерживает связь с Черной Бородой. От Говарда, впоследствии помилованного, он узнал, что Черная Борода с несколькими людьми скрывается в одном из своих обычных убежищ – заливе Окракок. Окракок находился в Северной Каролине, за пределами его юрисдикции, но Спотсвуд был полон решимости как можно скорее захватить пирата, живым или мертвым, даже нарушив суверенитет другой колонии. Поэтому, не дожидаясь одобрения Палаты Бюргеров, он отправил два военных корабля против Черной Бороды под командованием лейтенанта флота Роберта Мейнарда. 22 ноября 1718 года, после пяти дней поисков, пираты были застигнуты врасплох. Мейнард на борту HMS Pearl атаковал корабль Черной Бороды, который погиб в короткой и кровопролитной схватке. Девять его людей погибли вместе с ним, а Мейнард потерял дюжину своих людей. Через два дня Мейнард вернулся в Джеймстаун с пятнадцатью пленниками, которых позже повесили, а отрубленная голова Черной Бороды была прикреплена к ноку мачты.

In a letter sent in August 1717 to Secretary of State Joseph Addison, Spotswood reported that the only sources of concern left to impair the peace and quiet of the colony were piracy and the aggressive nature of the Indians. Just a few months earlier, several armed Seneca gangs had moved from the Province of New York to the Virginia border, where they had engaged in raids and robberies. In March 1717, some chiefs of the Catawba tribe had gone to Fort Christanna to discuss a trade treaty with the British and Spotswood, who had long awaited the good disposition of the Indians, had joined them. In the days of the meeting an episode took place which risked compromising the negotiations. One night, some Seneca or Mohawk Indians – enemies of the Catawba – entered the fort, where the governor was lying asleep, and killed some members of the delegation, who were not bearing arms as Spotswood had imposed. Others were kidnapped. Initially, the Catawba accused the British of having betrayed them and started to leave, but Spotswood, who was in danger of seeing his plans to secure the border undermined, sent a contingent to recover the abducted, reaffirmed his friendship with the Indians, and promised them greater protection. In the end, the Catawba agreed to trade at Fort Christanna and leave some of their children there to study, and the border situation seemed to improve, at least temporarily. The other looming threat were the pirates, who attacked ports and robbed ships, greatly hampering trade. The most famous and feared among them, Edward Teach, who went down in history as Blackbeard, had recently returned to sail the seas, having received the King's pardon and having later surrendered to the governor of North Carolina, Charles Eden, who was probably in cahoots with him. When Blackbeard attacked a convoy of ships in front of Charleston Harbor in May 1718, looting and taking prisoners, the Carolina residents sought help from neighbouring Virginia. He quickly had former Queen Anne's Revenge quartermaster William Howard arrested, who had apparently retired from piracy and lived in Virginia, suspecting that he was still in contact with Blackbeard. From Howard, later pardoned, he learned that Blackbeard was with a few men in one of his usual shelters, the Ocracoke Inlet. Ocracoke was in North Carolina, out of his jurisdiction, but Spotswood was now determined to capture the pirate as quickly as possible, dead or alive, even by violating the sovereignty of another colony. So, without waiting for the authorization of the House of Burgesses, he sent two warships against Blackbeard under the command of Navy Lieutenant Robert Maynard. On November 22, 1718, after five days of search, the pirates were taken by surprise. Maynard, aboard HMS Pearl, attacked Blackbeard's ship, who was killed in a short and bloody fight. Nine of his men died with him, and Maynard lost a dozen of his men. Two days later, Maynard returned to Jamestown with fifteen prisoners, who were later hanged, and Blackbeard's severed head was stuck on the tip of the bowsprit.

Последние годы правления

Несмотря на территориальную экспансию, установленную экспедицией за горы, Спотсвуд счел необходимым для Великобритании расширить свои позиции на северо-запад, вплоть до Великих озер, чтобы получить стратегическое преимущество ввиду надвигающейся войны с французами. Он уже получил точную карту всей западной части бассейна реки Миссисипи, до того времени практически неизвестной британцам, для использования в экспедиции к озеру Эри, где Спотсвуд намеревался основать поселение. В феврале 1720 года Спотсвуд предложил отправиться в секретную миссию в Лондон, чтобы представить эти идеи правительству и подробно объяснить, как возможно и необходимо завоевать испанскую Флориду, напав на испанцев в Сент-Огастине, чтобы предотвратить выход французского флота в воды Тринадцати колоний из Мексиканского залива. Тайные миссии так и не состоялись, и Спотсвуд в течение последних двух лет своего губернаторства сосредоточился на решении индейского вопроса. Если пиратство быстро пришло в упадок после смерти Черной Бороды, то проблемы, вызванные враждебными и воинственными индейскими племенами, вызывали все больше беспокойства. Первая вспышка произошла на границе Мэриленда и была спровоцирована враждебностью между соседними племенами и племенами Вирджинии. Осенью 1720 года племена из Мэриленда напали на плантации в Северном Шее, после чего Спотсвуд, при поддержке губернатора Мэриленда, созвал встречу с послами пяти племен Ирокезской конфедерации, находившихся в конфликте с индейцами Вирджинии. Во время встречи, состоявшейся в Уильямсбурге в октябре 1721 года, трое из пяти послов умерли, предположительно отравленными. Несмотря на это событие, в котором ирокезы подозревали индейцев Вирджинии, было достигнуто соглашение, согласно которому река Потомак стала границей между индейцами Вирджинии и ирокезами, и ни один индеец не должен был пересекать ее без разрешения британцев. Ободренный результатами, Спотсвуд начал организовывать общее собрание с племенами ирокезов и их сахемами (верховными вождями) в сотрудничестве с губернаторами Мэриленда, Пенсильвании и Нью-Йорка. К июню 1722 года настало время для Спотсвуда отплыть из Вирджинии с одним делегатом от Совета губернатора и одним от Палаты Бюргеров, а также с многочисленными подарками для ирокезов от индейцев Вирджинии и от правительства колонии. Он отплыл в Нью-Йорк, а оттуда вместе с губернатором Пенсильвании Уильямом Китом и некоторыми представителями правительства Нью-Йорка отправился по суше в город Олбани, расположенный на берегу реки Гудзон. Делегация, прибывшая в Олбани 20 августа, была самой представительной из всех, когда-либо сформированных британцами в Тринадцати колониях, и их приверженность, должно быть, произвела впечатление на индейцев. В течение нескольких дней к ним присоединились вожди и воины мохоков, онейда, каюга, онондага и сенека – практически все народы Ирокезской конфедерации, а затем и поватанцы и другие племена из Вирджинии. 29 августа конференция началась, и Спотсвуд произнес вступительную речь, в которой выразил надежду на дальнейшее сотрудничество между британцами и индейцами и подтвердил, что племена Вирджинии не имели никакого отношения к смерти трех послов ирокезов в Уильямсбурге несколько месяцев назад. Он подарил индейским вождям жемчужные ожерелья в знак доброй воли британцев. Затем он официально попросил подтвердить их обязательство, данное в прошлом году, положить конец набегам в Пьемонт и уважать естественные границы Синих гор и реки Потомак. Индейцам потребовалось около десяти дней, чтобы ответить, после чего соглашение, которое было главной целью Спотсвуда, было ратифицировано. 12 сентября конференция завершилась. Во время прощальной церемонии с индейскими лидерами Спотсвуд совершил жест, имевший высокую символическую ценность: он отстегнул от воротника своего камзола золотую булавку в форме миниатюрной подковы, подобную той, которую он подарил своим спутникам в Трансмонтанской экспедиции и которую носил как талисман удачи, и вручил ее сахемам ирокезов, объяснив, что они могут использовать ее в качестве пропускного документа для миссии в Уильямсбург. Спотсвуд также лично подарил индейцам изысканные ткани и инструменты для работы. Затем он отплыл на корабле по реке Гудзон, направляясь в открытое море.

Despite the territorial expansion established with the Expedition over the mountains, Spotswood deemed it necessary for Great Britain to expand further northwest, as far as the Great Lakes, to gain strategic advantage in view of an imminent war against the French. He had already obtained an accurate map of the entire western area of the Mississippi River System, hitherto virtually unknown to the
British, to be used for an expedition to Lake Erie, where Spotswood intended to establish a settlement. In February 1720, Spotswood proposed to go on a secret mission to London to present these ideas to the government and to illustrate in detail how it was possible and necessary to conquer Spanish Florida by attacking the Spaniards in St. Augustine, in order to prevent the French fleet from entering the waters of the Thirteen colonies from the Gulf of Mexico. The secret missions never took place, and Spotswood, during his last two years as governor, concentrated instead on resolving the Indian question. If piracy was in rapid decline after Blackbeard's death, the problems caused by the hostile and bellicose Indian tribes were increasingly worrying. The first outbreak was on the Maryland border, and was fuelled by hostilities between the neighbouring tribes and those of Virginia. In the fall of 1720, tribes from Maryland attacked plantations in the Northern Neck, whereupon Spotswood, with the support of the governor of Maryland, called a meeting with the ambassadors of the five Iroquois Confederation tribes who were in conflict with the Virginia Indians. During the meeting, which took place in Williamsburg in October 1721, three of the five ambassadors died, possibly poisoned. Despite this event, of which the Iroquois suspected the Virginia Indians, an agreement was reached by which the Potomac River became the frontier between the Indians of Virginia and the Iroquois, and no Indian was to cross it without the authorization of the British. Encouraged by the results, Spotswood began organizing a general meeting with the Iroquois tribes and their Sachems (supreme leaders), with the collaboration with the governors of Maryland, Pennsylvania, and New York. By June 1722, the time was ripe for Spotswood to sail from Virginia with one delegate from the Governor's Council and one from the House of Burgesses, and many gifts for the Iroquois from the Virginia Indians and from the colony's government. He set sail for New York and from there, along with Pennsylvania governor William Keith and some New York government spokesmen, he left by land for the city of Albany, located on the banks of the Hudson River. The delegation, which arrived in Albany on August 20, was the most representative the British had ever set up in the Thirteen Colonies, and their commitment must have impressed the Indians. Within a few days they were joined by the leaders and warriors of the Mohicans, Oneida, Cayuga, Onondaga, and Seneca; practically all the nations in the Iroquois Confederation, followed later by the Powhatans and other tribes from Virginia. On August 29 the conference began, and Spotswood gave the inaugural address, during which he expressed hope for the continuing collaboration between the British and the Indians and reaffirmed that the Virginia tribes had had nothing to do with the death of the three Iroquois ambassadors in Williamsburg a few months earlier. He gave the Indian Chiefs pearl necklaces as a gift to demonstrate British good will. Then he asked officially for confirmation of their commitment of the previous year to put an end to the raids in Piedmont and to respect the natural boundaries of the Blue Ridge Mountains and of the Potomac River. The Indians took about ten days to answer, then the agreement, which was Spotswood's main objective, was ratified. On 12 September, the conference ended. During the farewell ceremony with the Indian leaders, Spotswood made a gesture of high symbolic value: he detached from the collar of his jacket a gold pin in the shape of a miniature horseshoe, like the one he had given to his companions for the Transmontane Expedition, which he used to wear as a good luck charm, and gave it to the Iroquois sachems, explaining that they could use it as a pass to go on a mission to Williamsburg. Spotswood also made a personal gift to the Indians of fine fabrics and work tools. Then he left by ship along the Hudson River, heading for the open sea.

Снятие с должности

Когда он прибыл в Уильямсбург, Спотсвуд узнал, что, несмотря на народную поддержку, король решил отозвать его с должности губернатора. 25 сентября, с возвращением Спотсвуда в Уильямсбург, в Новый Свет на том же корабле прибыли Джеймс Блэр, отсутствовавший последние 12 месяцев, и новый губернатор, ирландец Хью Драйсдейл. Назначение Драйсдейла, датированное 3 апреля 1722 года, было официально утверждено, а Драйсдейл принес присягу в качестве губернатора 27 сентября. Фактически, за двенадцать лет управления Вирджинией губернатор вступил в конфликт со всеми влиятельными силами колонии, а также с наиболее влиятельными своими людьми – от купцов до крупных землевладельцев. Причины его отстранения, которые нигде не выражены прямо в официальных документах того времени, следует, по мнению Хавигерста, искать в споре о судах оер и терминер или в более позднем споре о назначении священнослужителей. Однако общая политика, проводимая Спотсвудом, неизбежно вступала в конфликт с политической элитой Вирджинии, представлявшей интересы землевладельцев и купцов, чье господство и политическое вмешательство Спотсвуд стремился ограничить, особенно Джеймса Блэра и Уильяма Бёрда, располагавших достаточными средствами – как властью, так и влиянием – для свержения губернатора. Оценки современников Спотсвуда также были противоречивыми. Резкую критику отдельных аспектов его деятельности можно найти в трудах Джеймса Блэра и Уильяма Бёрда, чьи письма сохранились. Однако столь же высокую оценку можно найти в работах Роберта Беверли (см. его «История и современное состояние Вирджинии»), одного из первых историков, родившихся в Вирджинии, и спутника Спотсвуда в Трансмонтанской экспедиции. Другой политический союзник Спотсвуда, профессор колледжа Уильяма и Мэри Хью Джонс, в 1724 году в своей книге «The Present State of Virginia» писал, что Вирджиния за двенадцать лет правления Спотсвуда стала более цивилизованной, чем за предыдущие сто лет. Среди современных историков преобладает в целом положительное мнение об администрации Спотсвуда: она считается блестящей и значимой, сильным ориентиром в период экономического роста и культурного развития. Историк Джон Фиске в конце XIX века назвал Спотсвуда одним из лучших и наиболее компетентных губернаторов британского колониального периода в Америке, особо отметив основание металлургического завода в Германе и смелость Трансмонтанской экспедиции. Такого же мнения придерживался историк Вирджиний Дабни, который назвал Спотсвуда самым известным из губернаторов Вирджинии в колониальный период.

When he arrived in Williamsburg, Spotswood learned that, despite the popular support he enjoyed, the king had decided to revoke his position as governor. On September 25, with Spotswood back in Williamsburg, James Blair, who had been absent for the past 12 months, and the new governor, Hugh Drysdale, an Irishman, arrived in the New World on the same ship. The Drysdale nomination, dated April 3, 1722, was made official and Drysdale was sworn in as governor on September 27. In fact, during the twelve years at the helm in Virginia, the governor ended up into a conflict with each one of the strong powers of the colony, as well as with the more influential of his own men, from merchants to large landowners. The causes of his removal, which are never explicitly expressed in the official documents of the time, must be sought, according to Havighurst, in the controversy over the oyer and terminer courts, or over the more recent controversy on the clergymen's appointment. However, the overall policy adopted by Spotswood was inevitably destined to enter into conflict with the political class of Virginia, representative of landowners and merchants interests, whose dominance and political interference Spotswood sought to stem, in particularly James Blair's and William Byrd's, who had the means, in terms of both power and influence, to overthrow a governor. The evaluations of Spotswood's contemporaries were also discordant. Harsh criticisms of some aspects of his work can be found in the writings of James Blair and William Byrd, whose letters have been preserved. Equally high praise, however, can be found in Robert Beverley (see his History and Present State of Virginia), who was one of the first historians born in Virginia, as well as Spotswood's companion in the Transmontane Expedition. Another Spotswood's political ally, Hugh Jones, professor at William and Mary's College, wrote in 1724, (The Present State of Virginia), that Virginia had become more civilised in the twelve years of Spotswood's tenure than in the previous one hundred years. Among modern historians prevails a generally positive opinion about the Spotswood administration: brilliant and significant in its character; a strong guide in a period of economic growth and cultural development. Historian John Fiske, in the late nineteenth century, described Spotswood as one of the best and most capable governors of the British colonial period in America and praised him in particular for the founding of the Germanna smelting plant and for the audacity of the Transmontane Expedition. The same opinion was expressed by historian Virginius Dabney, who described Spotswood as the most celebrated among the governors of Virginia during the colonial period.

Между Вирджинией и Англией

После опыта работы в правительстве Спотсвуд переехал в свою частную резиденцию, расположенную вдоль реки Раппаханнок, недалеко от Германны, где посвятил себя управлению своим крупным поместьем и своим металлургическим предприятием. Часть производимого железа и чугуна экспортировалась в Англию, а остальное предназначалось для местного рынка. Для других видов деятельности – горнодобывающей и сельскохозяйственной – Спотсвуд поначалу использовал палатинских беженцев, которых он привез в Германну почти десять лет назад, а после истечения срока их контракта обратился к рабам из Африки. В сферу деятельности Спотсвуда также входило разведение скота и производство корабельных запасов, дегтя, смолы и скипидара. До сорока восьми лет Спотсвуд оставался холостяком, ожидая возможности жениться на женщине знатного происхождения. И вот, в столице, вскоре после своего прибытия, Спотсвуд женился на Энн Батлер Брэйн, дочери лондонского эсквайра и крестнице Джеймса Батлера, 2-го герцога Ормондского. У них родилось четверо детей: два сына и две дочери.

Последние годы

Получив благоприятные налоговые условия, в феврале 1729 года Спотсвуд пересек Атлантику в четвертый и последний раз вместе с женой и детьми. Во время его отсутствия объем производства на металлургическом заводе снизился, и некоторые рабы бежали, но это не повлияло на деятельность поместья в целом. Напротив, продолжительная работа печей сделала его первым стабильным предприятием такого рода во всей Северной Америке. Как частное лицо, Спотсвуд финансировал строительство церкви в Германе и начал возводить новую частную резиденцию в своем лесу вдоль реки Раппаханнок. Строительство было завершено в 1732 году. Это сооружение, разрушенное в 1750-х годах, располагало парком и аллеей из вишневых деревьев и было больше, чем губернаторский дворец в Уильямсбурге. В этот период Спотсвуд примирился с Уильямом Бёрдом. После завершения строительства Бёрд написал подробное описание резиденции, которую он назвал «заколдованным замком», и уединенного, размеренного образа жизни ее владельца. В это время Спотсвуд приобрел еще одно поместье недалеко от Йорктауна, названное Темпл-Фарм. Спустя несколько десятилетий дом, известный как Мур-Хаус по фамилии зятя Спотсвуда, который унаследовал его, стал местом ключевого эпизода Американской революции, когда в 1781 году генерал Чарльз Корнуоллис подписал акт о окончательной капитуляции британских войск. В последние годы жизни Спотсвуд держался в стороне от политической борьбы. Во время визита Бёрда некоторые министры в Лондоне рассматривали возможность предложить ему (согласно свидетельству Бёрда) пост губернатора колонии Ямайка с задачей захватить испанскую Гавану в результате военной операции. Однако этого не произошло, поскольку было решено прибегнуть к более мирным методам взаимодействия с испанцами. Вместо этого Спотсвуд принял менее заметный пост, который позволил ему вернуться к проектам, разработанным во время его пребывания на посту губернатора: в 1730 году он был назначен генеральным почтмейстером тринадцати колоний и Вест-Индии на десятилетний срок. В то время почтовая система охватывала лишь прибрежную полосу от Новой Англии до Пенсильвании, включая Филадельфию. Вирджиния, отрезанная от почтовых маршрутов, получала почту раз в две недели. В 1732 году Спотсвуд расширил почтовую систему до Уильямсбурга, где почта стала доставляться еженедельно. Спотсвуд также вступил в партнерство с молодым издателем Бенджамином Франклином, с которым он завязал личную дружбу, и в 1737 году назначил его почтмейстером Филадельфии.

Having obtained favourable tax conditions, in February 1729 Spotswood crossed the Atlantic for the fourth and final time, with his wife and children. During his absence, the volume of production in the metallurgical plant had dropped and some slaves had escaped, but this had not affected the activities in the estate as a whole. On the contrary, the prolonged active state of the furnaces made this the first stable site of this type in all of North America. As a private citizen, Spotswood financed the construction of a church in Germanna and began building another private residence in his own forest along the Rappahannock River. The construction ended in 1732. The structure, which was destroyed in the 1750s, had a park and a cherry tree boulevard, and was larger than the Williamsburg Governor's Palace. During this period, Spotswood made peace with William Byrd. After the completion of the building Byrd wrote a detailed description of the residence, which he called an "enchanted castle", and of the solitary and measured lifestyle of its owner. During this time, Spotswood acquired another property near Yorktown, called Temple Farm. A few decades later the house, known as Moore House from the surname of Spotswood's son in law who inherited it, was the theatre of a crucial episode of the American Revolution, when in 1781 General Charles Cornwallis signed the final British surrender. During the last few years of his life, Spotswood stayed away from the frenzy of political life. At the time of Byrd's visit, some ministers in London were thinking of offering him (as Byrd testifies) the post of governor of the colony of Jamaica, with the task of taking Spanish Havana with a military action. However, nothing came of it, as it was eventually decided to resort to more peaceful ways of dealing with the Spaniards. Spotswood accepted instead a less up front mandate, which allowed him to return to projects developed during his years as governor: in 1730 he was appointed with a ten year term Postmaster General for the thirteen colonies and the West Indies. At the time, the postal system covered only the coastal strip extending from New England to Pennsylvania up to Philadelphia. Virginia, cut off from courier routes, received mail once every two weeks. In 1732, Spotswood extended the postal system to Williamsburg, where the mail started to arrive on a weekly basis. Spotswood also entered into a partnership with the young publisher Benjamin Franklin, with whom he developed a personal friendship, appointing him, in 1737, postmaster for his city, Philadelphia.

Война ушей Дженкинса и его смерть

В октябре 1739 года, из-за непрекращающихся нападений испанских военных кораблей на английский торговый флот, Великобритания объявила войну Испании. Этот конфликт вошел в историю как война за ухо Дженкинса, названный в честь английского капитана, которому испанцы отрезали ухо. Спотсвуд, не утративший интереса к военным делам, предложил лондонскому генеральному командованию лично набрать полк добровольцев для службы в Южной Америке. Получив одобрение, он был произведен в генерал-майоры и назначен квартирмейстером войск, дислоцированных в Америке, что стало кульминацией его военной карьеры. Ему предстояло возглавить и организовать военную экспедицию против испанской крепости Картахена-де-Индиас, расположенной на территории современной Колумбии. В начале следующего мая Спотсвуд отправился в Аннаполис, штат Мэриленд, для консультаций с местными губернаторами, чтобы дождаться прибытия своих войск и затем отплыть вместе с ними. Однако в Аннаполисе он заболел, и его смерть наступила быстро – 7 июня 1740 года, в возрасте шестидесяти четырех лет. Экспедиция в Картахену была отложена на год, когда британские войска осадили город, но потерпели полное поражение. Тело Спотсвуда, вероятно, было похоронено в Аннаполисе, но существует вероятность, что его перевезли домой, на его поместье "Темпл Фарм" близ Йорктауна, и похоронили у реки Йорк. В любом случае, память о Спотсвуде, и особенно о его управлении, еще долго сохранялась в Уильямсбурге.

Переписка Спотсвуда

, сборник писем Спотсвуда, написанных им в период исполнения обязанностей губернатора Вирджинии с 20 июня 1710 года по 28 июля 1721 года. Переписка между Александром Спотсвудом и его кузеном Джоном Спотсвудом.