Стэн Кентон: Жизнь и творчество джазового пианиста и композитора

Введение

Американский музыкант (1911–1979)

Стэнли Ньюкомб Кенттон (англ. Stanley Newcomb Kenton; 15 декабря 1911 – 25 августа 1979) – американский исполнитель популярной музыки и джаза. Будучи пианистом, композитором, аранжировщиком и руководителем оркестра, он возглавлял новаторский и влиятельный джазовый оркестр на протяжении почти четырех десятилетий. Несмотря на то, что у Кенттона было несколько поп-хитов с начала 1940-х до 1960-х годов, его музыка всегда была обращена в будущее. Кенттон также был пионером в области джазового образования, основав в 1959 году джазовый лагерь имени Стэн Кенттона при Индианском университете.

Ранние годы

Стэн Кенттон родился 15 декабря 1911 года в Уичито, штат Канзас; у него было две сестры (Бьюла и Эрма Мэй), родившиеся через три и восемь лет после него соответственно. Его родители, Флойд и Стелла Кенттон, переехали с семьей в Колорадо, а в 1924 году – в район Большого Лос-Анджелеса, поселившись в пригороде Белл, Калифорния. Первое выступление Кенттона в Нью-Йорке состоялось в феврале 1942 года в бальном зале Розеланд, а на афише была размещена рекомендация Фреда Астера. К концу 1943 года, благодаря контракту с недавно основанной Capitol Records, популярной записи "Eager Beaver" и растущему признанию, оркестр Стэна Кенттона постепенно становился известным; он превратился в один из самых известных ансамблей Западного побережья 1940-х годов. В годы войны в состав оркестра входили такие солисты, как Арт Пеппер, ненадолго Стэн Гетц, альтист Бутс Муссулли и певица Анита О’Дэй. К 1945 году состав группы претерпел изменения. Пит Руголо стал главным аранжировщиком (развивая идеи Кенттона), Боб Купер и Видо Муссо представили совершенно разные стили игры на теноре, а Джун Кристи стала новой вокалисткой Кенттона; её хиты (включая "Tampico" и "Across the Alley from the Alamo" Грина) позволили Кентону финансировать свои более масштабные проекты.

Художественное творчество в ритме

Когда композитор и аранжировщик Пит Руголо присоединился к оркестру Стэна Кенттона в качестве штатного аранжировщика в конце 1945 года, он привнес с собой свою любовь к джазу, Стравинскому и Бартоку. Получив полную свободу действий от Кенттона, Руголо начал экспериментировать. Хотя сам Кенттон уже пробовал экспериментальные партитуры до прихода Руголо, именно Руголо привнес дополнительные джазовые и классические влияния, необходимые для художественного развития группы. В течение первых шести месяцев работы Руголо пытался имитировать звучание Кенттона, но поощряемый лидером, он начал искать свой собственный голос. Включая в свои композиции приемы, заимствованные из современной классической музыки, которую он изучал, Руголо стал ключевой фигурой одного из самых плодотворных и творческих периодов Кенттона. После серии аранжировок Руголо представил три оригинальные композиции, которые Кенттон включил в первый альбом группы в 1946 году (Artistry in Rhythm): "Artistry in Percussion", "Safranski" и "Artistry in Bolero". В начале 1947 года к ним добавились "Machito", "Rhythm Incorporated", "Monotony" и "Interlude" (хотя некоторые из них были записаны позднее в том же году). Эти композиции, вместе с вокалом Джун Кристи, определили звучание группы Artistry in Rhythm. Афро-кубинские мотивы были добавлены в репертуар Кенттона благодаря таким композициям, как "Machito" Руголо. Получившееся инструментальное наполнение, с большим количеством духовых инструментов, было описано как "стена звука" (термин, позже независимо придуманный Эндрю Лугом Олдхэмом для продюсерских методов Фила Спектора). Ансамбль Artistry in Rhythm был важным этапом в формировании группы, в которой играли выдающиеся солисты. К началу 1947 года оркестр Стэна Кенттона достиг пика финансового и популярного успеха. Они выступали в лучших театрах и бальных залах Америки и имели множество хитов. Танцы в бальных залах обычно длились четыре часа в сутки, а в театрах между показами фильмов проводились мини-концерты. Иногда это было пять или шесть концертов в день, с утра до позднего вечера. Большинство дней, когда не было выступлений, музыканты проводили в автобусах или автомобилях. Дни отдыха от концертов были редкостью, и Кенттон использовал их для автограф-сессий, интервью на радио и рекламы для Capitol Records. Из-за финансовых и личных нагрузок, после выступления в Тускалузе в апреле, он распустил состав Artistry in Rhythm.

When composer/arranger Pete Rugolo joined the Stan Kenton Orchestra as staff arranger in late 1945 he brought with him his love of jazz, Stravinsky and Bartók. Given free rein by Kenton, Rugolo experimented. Although Kenton himself was already trying experimental scores prior to Rugolo's tenure, it was Rugolo who brought extra jazz and classical influences much needed to move the band forward artistically. During his first six months on the staff, Rugolo tried to copy Kenton's sound; on encouragement from the leader he explored his own voice. By incorporating compositional techniques borrowed from the modern classical music he studied, Rugolo was a key part of one of Kenton's most fertile and creative periods. After a string of mostly arrangements, Rugolo turned out three originals that Kenton featured on the band's first album in 1946 (Artistry in Rhythm): "Artistry in Percussion", "Safranski" and "Artistry in Bolero". Added to this mix came "Machito", "Rhythm Incorporated", "Monotony", and "Interlude" in early 1947 (although some were not recorded until later in the year). These compositions, along with June Christy's voice, came to define the Artistry in Rhythm band. Afro Cuban writing was added to the Kenton book with compositions like Rugolo's "Machito". The resulting instrumentation, utilizing significant amounts of brass, was described as a "wall of sound" (a term later coined independently by Andrew Loog Oldham for Phil Spector's production methods). The Artistry in Rhythm ensemble was a formative band, with outstanding soloists. By early 1947, the Stan Kenton Orchestra had reached a high point of financial and popular success. They played in the best theaters and ballrooms in America and had numerous hit records. Dances at the ballrooms were typically four hours a night and theater dates generally involved playing mini concerts between each showing of the movie. This was sometimes five or six a day, stretching from morning to late night. Most days not actually playing were spent in buses or cars. Days off from performing were rare. For Kenton they just allowed for more record signing, radio station interviews, and advertising for Capitol Records. Due to the financial and personal demands, following an April performance in Tuscaloosa, he broke up the Artistry in Rhythm incarnation of Kenton ensembles.

Прогрессивный джаз

После пятимесячного перерыва Кенттон сформировал новый, более крупный ансамбль для представления Концертов в прогрессивном джазе. Поддержание ансамбля самостоятельно оказалось в основном достижимым, но группе все равно приходилось заполнять свой график, беря заказы на танцы и выступления в кинотеатрах, особенно летом. Пит Руголо сочинил и аранжировал основную часть новой музыки; Кенттон объявил эти произведения Прогрессивным джазом. Боб Греттингер, ученик известного композитора и педагога Расса Гарсии, написал множество произведений для ансамбля, начиная с его композиции Thermopylae. Его новаторская композиция City of Glass была впервые исполнена ансамблем в Чикаго в апреле 1948 года, но записана лишь спустя два с половиной года, в переработанной версии для Innovations Orchestra. Кен Ханна, начавший турне в качестве трубача, внес несколько композиций в новый состав, включая Somnambulism. Кенттон не предоставил новых партитур для ансамбля Прогрессивного джаза, хотя на концертах исполнялось несколько его старых работ, в том числе Concerto to End All Concertos, Eager Beaver, Opus in Pastels и Artistry in Rhythm. Кубинское влияние в произведениях периода Прогрессивного джаза заметно в композициях Руголо Introduction to a Latin Rhythm, Cuban Carnival, The Peanut Vendor, Journey to Brazil, а также в Cuban Pastorale Боба Греттингера. Добавление в ансамбль постоянного исполнителя на бонго и бразильского гитариста позволило композиторам Кенттона глубже исследовать афро-латинские ритмы. Период Прогрессивного джаза продлился 14 месяцев, начавшись 24 сентября 1947 года, когда оркестр Стэна Кентона дал концерт в Rendezvous Ballroom. Он завершился после последнего выступления в Paramount Theatre в Нью-Йорке 14 декабря 1948 года. Ансамбль выпустил всего один альбом и несколько синглов из-за запрета на запись, введенного Американской федерацией музыкантов и действовавшего на протяжении всего 1948 года. Единственный альбом, "A Presentation of Progressive Jazz", получил оценку 3 из 4 от Тома Херрика в журнале DownBeat. Журнал Metronome оценил его как "C", назвав "нескладной смесью эффектов и контрэффектов" и заявив, что "в этом альбоме представлено очень мало того, что можно обоснованно назвать джазом или прогрессивной музыкой". Журнал Billboard оценил альбом в 80 из 100, но назвал его "какофонической бессмыслицей, обрушившейся на ничего не подозревающую публику". Многие участники ансамбля Artistry вернулись, но произошли значительные изменения. Лориндо Альмейда на классической гитаре и Джек Костанцо на бонго кардинально изменили тембр ансамбля. Оба инструмента впервые использовались в ансамбле Кентона и вообще в джазовом ансамбле. В ритм-секцию вернулись Эдди Сафрански (бас) и Шелли Мэнн (барабаны), которым предстояло получить первое место в опросах Down Beat. Четыре из пяти трубачей вернулись: Бадди Чайлдерс, Рэй Ветцель, Чико Альварес и Кен Ханна. Эл Порчино усилил и без того мощную секцию. Конте Кандоли присоединился к ансамблю в феврале 1948 года, заменив Порчино. Кай Виндинг, звездный тромбонист ансамбля Artistry in Rhythm, не участвовал в эпохе Прогрессивного джаза, за исключением нескольких выступлений в качестве замещающего музыканта. Милт Бернхарт занял место ведущего тромбониста. Барт Варсалона вернулся на бас-тромбоне. Первое сольное выступление Бернхарта с ансамблем Кентона, The Peanut Vendor, имело большой успех. Секция саксофонов была значительно улучшена и модернизирована. Среди вернувшихся саксофонистов были баритон Боб Джиога, занимавший свой пост с самого начала, и Боб Купер на теноре. После ухода Видо Муссо Купер и его модернистское звучание стали основным тенор-солистом. Арт Пеппер занял вторую партию альт-саксофона, "джазовое" место. А новым ведущим альт-саксофонистом стал Джордж Вайдлер. Это был поистине ансамбль звезд. В конце 1947 года они получили пять наград за первое место в опросе Down Beat и аналогичные награды от других журналов. Аранжировщики продолжали расширять границы возможностей этих выдающихся инструменталистов в своих композициях. Произведения этого периода более сложны, чем те, что были написаны для ансамбля Artistry, и являются одними из первых и наиболее успешных композиций "третьего направления". Ансамбль гастролировал по стране, выступая в лучших концертных залах, включая Carnegie Hall, Boston Symphony Hall, Chicago Civic Opera House, Academy of Music (Филадельфия) и Hollywood Bowl. Они долгое время выступали в нью-йоркском Paramount Theatre и Hotel Commodore, Philadelphia's Click, Detroit's Eastwood Gardens, Radio City Theater в Миннеаполисе и Rendezvous Ballroom, особом месте в музыкальной жизни Кентона. Ансамбль Кентона был первым, кто представил концерт на знаменитой открытой арене Hollywood Bowl. Его концерт 12 июня 1948 года собрал более 15 000 человек и имел как художественный, так и коммерческий успех. Кенттон получил половину кассовых сборов, заработав 13 000 долларов США за вечерний концерт (13 000 долларов в 1948 году эквивалентны примерно <рассчитанная сумма> в последние годы). Ансамбль побил рекорды посещаемости по всей стране. Благодаря умению Кентона в области связей с общественностью, ему удалось убедить слушателей и покупателей пластинок в важности его музыки. Комедийные номера и вокал Джун Кристи помогали разрядить серьезность новой музыки. Успехи Кентона не нравились всем. В эссе под названием "Экономика и раса в джазе" Лесли Б. Раут-младший писал:

After a hiatus of five months, Kenton formed a new, larger ensemble to present Concerts in Progressive Jazz. Sustaining the ensemble on its own proved mostly attainable but the band still had to fill in its schedule by booking dances and movie theater jobs, especially over the summer. Pete Rugolo composed and arranged the great bulk of the new music; Kenton declared these works to be Progressive Jazz. A student of famed composer and educator Russ Garcia, Bob Graettinger wrote numerous works for the band, starting with his composition Thermopylae. His ground breaking composition City of Glass was premiered by the band in Chicago in April 1948, but not recorded for another two and a half years, in a reworked version for the Innovations Orchestra. Ken Hanna, who began the tour as a trumpet player, contributed a few compositions to the new band, including Somnambulism. Kenton contributed no new scores to the Progressive Jazz band, although several of his older works were performed on concerts, including Concerto to End All Concertos, Eager Beaver, Opus in Pastels, and Artistry in Rhythm. Cuban inflected titles from the Progressive Jazz period include Rugolo's Introduction to a Latin Rhythm, Cuban Carnival, The Peanut Vendor, Journey to Brazil, and Bob Graettinger's Cuban Pastorale. The addition of a full time bongo player and a Brazilian guitarist in the band enabled Kenton's cadre of composers to explore Afro Latin rhythms to far greater possibilities. The Progressive Jazz period lasted 14 months, beginning on September 24, 1947, when the Stan Kenton Orchestra played a concert at the Rendezvous Ballroom. And it ended after the last show at the Paramount Theatre in New York City on December 14, 1948. The band produced only one album and a handful of singles, due to a recording ban by the American Federation of Musicians that lasted the entirety of 1948. The lone record, "A Presentation of Progressive Jazz", received a 3 out of 4 rating from Tom Herrick in DownBeat. Metronome rated it "C" calling it a "jerry built jumble of effects and counter effects" and "this album presents very little that can justifiably be called either jazz or progressive". Billboard scored it 80 out of 100, but declared it "as mumbo jumbo a collection of cacophony as has ever been loosed on an unsuspecting public. Many sidemen from the Artistry band returned, but there were significant changes. Laurindo Almeida on classical guitar, and Jack Costanzo on bongos dramatically changed the band's timbre. Both were firsts for the Kenton band, or any jazz band for that matter. The rhythm section included returnees Eddie Safranski (bass) and Shelly Manne (drums), both destined to win first place Down Beat awards. Four of the five trumpet players returned: Buddy Childers, Ray Wetzel, Chico Alvarez, and Ken Hanna. Al Porcino was added to the already powerhouse section. Conte Candoli joined the band, replacing Porcino, in February 1948. Kai Winding, star trombonist of the Artistry in Rhythm band, would not be a part of the Progressive Jazz era, except for a few dates on which he subbed. Milt Bernhart came in on lead trombone. And Bart Varsalona returned on bass trombone. Bernhart's first big solo with the Kenton band proved to be a major hit, The Peanut Vendor. The saxophone section was much improved and modernized. Returning saxophonists included baritone Bob Gioga, holding down his chair since the very start, and Bob Cooper on tenor. With Vido Musso's departure, Cooper and his modernist sound became the featured tenor soloist. Art Pepper came on as second alto, the "jazz" chair. And the new lead alto was George Weidler. This was genuinely a band of all stars. They received five first place awards in the Down Beat poll at the end of 1947, and similar awards from the other magazines. The arrangers continued to push the limits of these superb instrumentalists in their compositions. Works from this period are more sophisticated than those written for the Artistry band, and are some of the first and most successful "third stream" compositions. The band criss crossed the country, appearing in the nation's top concert venues, including Carnegie Hall, Boston Symphony Hall, Chicago Civic Opera House, Academy of Music (Philadelphia), and the Hollywood Bowl. They had extended stays at New York's Paramount Theatre and Hotel Commodore, Philadelphia's Click, Detroit's Eastwood Gardens, Radio City Theater in Minneapolis, and the Rendezvous Ballroom, a special place in Kenton's musical life. Kenton's band was the first to present a concert in the famous outdoor arena, the Hollywood Bowl. His concert there on June 12, 1948, drew more than 15,000 people, and was both an artistic and commercial success. Kenton pocketed half of the box office, walking away with US$13,000 (13000.0 in 1948 is equivalent to about <calculated amount> in recent years) for the evening's concert. The band broke attendance records all across the country. Thanks to Kenton's public relations acumen, he was able to convince concert goers and record buyers of the importance of his music. Comedy numbers and June Christy vocals helped break up the seriousness of the new music. Kenton's successes did not sit well with everyone. In an essay entitled Economics and Race in Jazz, Leslie B. Rout Jr. wrote:

В конце 1948 года, когда ансамбль завершал длительное выступление в Paramount Theatre в Нью-Йорке, лидер сообщил своим музыкантам, букерам и прессе, что он снова распустит ансамбль. Самый художественно и коммерчески успешный ансамбль Кентона достиг своего пика. 14 декабря 1948 года оркестр Стэна Кентона сыграл свои последние ноты более чем на год. Они вернулись с новыми лицами, новой музыкой и струнной секцией.

Наследие

Кентон был выдающейся фигурой на американской музыкальной сцене и оставил неизгладимый след в аранжированном биг-бэнде. Музыка Кентона эволюционировала с 1940-х по 1970-е годы. Он был в авангарде популяризации джаза и джазовой импровизации благодаря своей педагогической деятельности и клиникам Стэна Кентона. «Стиль Кентона» продолжает оказывать влияние на биг-бэнды в старших классах и колледжах, а разработанная им структура «джазовой клиники» до сих пор широко используется. Начиная с заката эпохи больших оркестров, Кентон нашел множество способов развить свою музыкальную форму. Под его руководством состав джазового оркестра значительно расширился, иногда превышая сорок музыкантов. Частотный диапазон (высокие и низкие ноты) также был увеличен за счет использования бас-тромбонов и тубы, а также баритон- и бас-саксофонов. Динамический диапазон был расширен в обе стороны: группа могла играть тише и громче, чем любой другой биг-бэнд. Кентон был главным руководителем оркестра, который переместил биг-бэнд со сцены танцевального зала в концертный зал, и одним из самых важных и успешных представителей движения Третьего потока. Интерес к его музыке переживает некоторое возрождение, благодаря критическому «переоткрытию» его творчества и многочисленным переизданиям его записей. Гастролирует группа выпускников, названная в его честь, под руководством ведущего трубача Майка Вакса, исполняющая не только классические аранжировки Кентона, но и новую музыку, написанную и исполняемую участниками группы (подобно группам самого Кентона). Кентон передал всю свою библиотеку музыкальной библиотеке Северо-Техасского государственного университета (ныне Университет Северного Техаса), а Джазовый зал имени Стэна Кентона был назван в его честь, хотя недавно название было изменено из-за опасений, связанных с его историей сексуальных домогательств. Его аранжировки теперь издаются Sierra Music Publications. По сравнению с четырьмя самыми долгоиграющими гастролирующими джазовыми оркестрами (Стэн Кентон, Вуди Герман, Каунт Бэйси и Дюк Эллингтон), в оркестре Кентона наблюдалась самая высокая текучка кадров: Боб Джиога, Бадди Чайлдерс и Дик Ширер – одни из немногих, кто играл в оркестре Кентона более десяти лет. Другие важные солисты, такие как Ленни Нихаус, Билл Перкинс и Чико Альварес, также долгое время оставались в составе группы. Полный список известных джазовых музыкантов, студийных музыкантов и других, которые служили в оркестре, впечатляет, как и стабильность группы как действующего коллектива с 1941 года до десятилетия смерти Кентона в 1979 году. Лидерство и музыкальное видение Кентона объединили многочисленные силы развивающегося и изменчивого разнообразного состава музыкантов и аранжировщиков на протяжении почти четырех десятилетий.

Kenton was a significant figure on the American musical scene and made an indelible mark on the arranged type of big band jazz. Kenton's music evolved with the times from 1940 through the 1970s. He was at the vanguard of promoting jazz and jazz improvisation through his service as an educator through his Stan Kenton Band Clinics. The "Kenton Style" continues to permeate big bands at the high school and collegiate level, and the framework he designed for the "jazz clinic" is still widely in use today. Starting in the waning days of the big band era, Kenton found many ways to progress his art form. In his hands the size of the jazz orchestra expanded greatly, at times exceeding forty musicians. The frequency range (high and low notes) was also increased with the use of bass trombones and tuba, and baritone and bass saxophones. The dynamic range was pushed on both ends; the band could play softer and louder than any other big band. Kenton was the primary band leader responsible for moving the big band from the dance hall to the concert hall; one of the most important and successful players in the Third Stream movement. Interest in his music has experienced somewhat of a resurgence, with critical "rediscovery" of his music and many reissues of his recordings. An alumni band named for him tours, led by lead trumpeter Mike Vax, which performs not only classic Kenton arrangements, but also new music written and performed by the band members (much like Kenton's own groups). Kenton donated his entire library to the music library of North Texas State University (now the University of North Texas), and the Stan Kenton Jazz Recital Hall was named in his honor, although has recently been changed due to concerns over his history of sexual misconduct. His arrangements are now published by Sierra Music Publications. When compared with the four longest running touring jazz orchestras (Stan Kenton, Woody Herman, Count Basie, and Duke Ellington), Kenton's band had the highest turnover of personnel: Bob Gioga, Buddy Childers, and Dick Shearer are among only the few who played for Kenton for over a decade. Other important soloists such as Lennie Niehaus, Bill Perkins and Chico Alvarez had lengthy stays on the band as well. The full list of notable jazz players, studio musicians, et al. who served a stint is in itself impressive, as is the consistency of the group as a going concern from 1941 right until the decade of Kenton's death in 1979. Kenton's leadership and musical vision marshalled the numerous forces of an evolving and transient diverse set of players and arrangers for nearly four decades.

Личная жизнь

По данным британского биографа Майкла Спарка, Кенттон родился 15 декабря 1911 года. Кенттон был зачат вне брака, и его родители сообщили ему, что он родился 19 февраля 1912 года, на два месяца позже фактической даты, чтобы скрыть этот факт. Кенттон до самой взрослой жизни считал, что февральская дата – его день рождения, и записал концертный альбом Birthday In Britain 19 февраля 1973 года. Тем не менее, она поддерживала с ним близкие отношения, хотя и утверждает, что этот опыт оставил ей глубокие эмоциональные раны. Она рассказала, что насилие происходило, когда он был пьян. Двадцать лет спустя он принес свои извинения. В 1955 году Стэн Кенттон женился на певице из Сан-Диего Энн Ричардс, которая была моложе его на 23 года. У них родилось двое детей. В 1961 году Ричардс позировала обнаженной для журнала Playboy в выпуске за июнь. Она подписала контракт со звукозаписывающей компанией Atco Records, не сообщив об этом мужу. Фотосессия для Playboy была проведена без ведома Кентона; он узнал о ней, выступая в бальном зале Aragon в Чикаго, когда журнал передал ему Чарльз Сьютер, в то время редактор журнала Down Beat. Ричардс обычно не сопровождала группу в гастролях, хотя в 1960 году она записала альбом Two Much! вместе с Кентоном. Ричардс подала на развод в августе 1961 года, который был оформлен в 1962 году. Он сохранил опеку над обоими детьми. Сын Кентона, Лэнс, вступил в ряды спортивной общины нового времени Synanon в Калифорнии и служил одним из ее "Имперских морских пехотинцев" – группы, которой было поручено совершать акты насилия против бывших членов и других лиц, считавшихся врагами общины. В 1978 году он был арестован за помощь в помещении гремучей змеи в почтовый ящик адвоката, выступавшего против Synanon, и приговорен к году тюремного заключения. Кенттон дважды серьезно упал: один раз в начале 1970-х годов и второй раз в мае 1977 года во время гастролей в Рединге, штат Пенсильвания, при втором падении он сломал череп. 17 августа 1979 года после инсульта он был доставлен в больницу Midway недалеко от своего дома в Лос-Анджелесе и скончался восемь дней спустя, 25 августа. Кенттон был похоронен на кладбище Westwood Village Memorial Park в Лос-Анджелесе.

Kenton was born on December 15, 1911, according to his birth certificate, according to British biographer Michael Sparke. Kenton was conceived out of wedlock, and his parents told him that he was born on February 19, 1912, two months later than the actual date, to obscure this fact. Kenton believed well into adulthood that the February date was his birthday, and recorded the Birthday In Britain concert album on February 19, 1973. She nonetheless maintained a close relationship with him, though she states that she was emotionally scarred by the experience. She said that the abuse happened when he was drunk. 20 years later he apologized. In 1955, Stan Kenton married San Diego born singer Ann Richards, who was 23 years his junior. They had two children. In 1961, Richards posed for a nude layout in Playboy magazine's June 1961 issue. She signed a contract to record with Atco Records, without her husband's knowledge. The Playboy shoot was done without Kenton's knowledge; he found out about it while playing at the Aragon Ballroom in Chicago when handed the magazine by Charles Suter, who was the editor of Down Beat magazine at the time. Richards was not typically on the road with the band, though she had recorded the album Two Much! with Kenton in 1960. Richards filed for divorce in August 1961; it was finalized in 1962. He retained custody of their two children. Kenton's son Lance became a member of the controversial Synanon new age community in California, and served as one of its "Imperial Marines", a group entrusted with committing violence against former members and others considered enemies of the community. In 1978 he was arrested for helping to put a rattlesnake in the mailbox of an anti Synanon lawyer, and was sentenced to a year in prison. Kenton had two serious falls, one in the early 1970s and one in May 1977 whilst on tour in Reading, Pennsylvania, the second of which fractured his skull. On August 17, 1979, he was admitted to Midway Hospital near his home in Los Angeles after a stroke; he died eight days later, on August 25. Kenton was interred in the Westwood Village Memorial Park Cemetery, Los Angeles.

Кенттон и труппа барабанов

Многие аранжировки группы Кентона пользовались популярностью у духовых оркестров, где контрастная динамика и виртуозная игра духовых инструментов особенно соответствуют соревновательному характеру этого вида деятельности. Примечательны, в частности, чемпионское выступление Madison Scouts в 1988 году с номером "Malaguena", репертуар Suncoast Sound 1986 года, основанный на "Приключениях во времени", и сюита Blue Devils Drum and Bugle Corps 1992 года из "Кубинского огня".