Введение
Гасан Файз Канафани (палестинский: غسان فايز كنفاني; 8 апреля 1936 – 8 июля 1972) – видный палестинский писатель и политический деятель, считающийся ведущим романистом своего поколения и одним из главных палестинских писателей арабского мира. Он работал редактором и публиковал статьи в ряде арабских журналов и газет. Его роман 1963 года «Люди на солнце» получил широкое признание и, вместе с романом «Мир, который не принадлежит нам», символизирует его первый период пессимизма, который впоследствии сменился поддержкой активной борьбы после Шестидневной войны 1967 года. В том же году он вступил в Народный фронт освобождения Палестины (НФОП) и стал его представителем. В 1969 году он разработал программу НФОП, в которой движение официально приняло марксизм-ленинизм, что ознаменовало отход от панарабского национализма к революционной палестинской борьбе. Он был третьим ребенком Мухаммада Файза Абд ар-Раззака, адвоката, активно участвовавшего в палестинском националистическом движении, выступавшем против британского мандата и его политики, способствовавшей еврейской иммиграции, и который неоднократно подвергался тюремному заключению со стороны британских властей, когда Гасан был еще ребенком. Гасан получил начальное образование во французской католической миссионерской школе в городе Яффа, после чего последовал палестинский исход. В письме своему сыну, написанном спустя десятилетия, он вспоминал о глубоком стыде, который испытал, наблюдая в возрасте 10 лет, как мужчины его семьи сдают оружие, чтобы стать беженцами. После бегства на север, в соседний Ливан, они окончательно поселились в Дамаске, Сирия.
Ghassan Fayiz Kanafani (غسان فايز كنفاني; 8 April 1936 – 8 July 1972) was a prominent Palestinian author and politician, considered to be a leading novelist of his generation and one of the Arab world's leading Palestinian writers. He became an editor and wrote articles for a number of Arab magazines and newspapers. His 1963 novel Men in the Sun received widespread acclaim and, along with A World that is Not Ours, symbolizes his first period of pessimism, which was later reversed in favor of active struggle in the aftermath of the 1967 Six Day War. That year, he joined the Popular Front for the Liberation of Palestine (PFLP) and became its spokesman. In 1969, he drafted a PFLP program in which the movement officially adopted Marxism Leninism, which marked a departure from pan Arab nationalism towards revolutionary Palestinian struggle. He was the third child of Muhammad Fayiz Abd al Razzag, a lawyer who was active in the Palestinian nationalist movement that opposed the British Mandate and its policies of enabling Jewish immigration, and who had been imprisoned on several occasions by the British when Ghassan was still a child. Ghassan received his early education in a French Catholic missionary school in the city of Jaffa. joining the Palestinian exodus. In a letter to his own son written decades later, he recalled the intense shame he felt on observing, aged 10, the men of his family surrendering their weapons to become refugees. After fleeing some north to neighbouring Lebanon, they finally settled in Damascus, Syria.
Политическая ситуация
В 1952 году он также поступил на факультет арабской литературы Дамаскского университета. В следующем году он встретил Джорджа Хабаша, который вовлек его в политику и оказал значительное влияние на его ранние работы. В 1955 году, не успев завершить обучение и защитить диссертацию на тему «Раса и религия в сионистской литературе», которая впоследствии легла в основу его исследования 1967 года «О сионистской литературе», Канафани был исключен из университета из-за его политических связей с Движением арабских националистов (MAN), куда его завербовал Хабаш. В 1956 году Канафани переехал в Кувейт, вслед за своей сестрой Файзой Канафани, которая уже обосновалась там. В 1962 году Канафани был вынужден временно скрываться, поскольку, будучи лицом без гражданства, не имел необходимых документов, удостоверяющих личность. Позднее в том же году он вновь появился в Бейруте и занял должность редактора газеты «Аль-Мухаррир» («Освободитель»), редактируя еженедельный выпуск «Филастин» («Палестина»). Он также был редактором журнала Assayad, являвшегося сестринским изданием Al Anwar. К моменту его убийства он поддерживал широкие связи с иностранными журналистами и многими скандинавскими антисионистски настроенными евреями. Считается, что его политические статьи и журналистская деятельность оказали существенное влияние на арабскую мысль и стратегию того времени.
Литературная деятельность
Хотя Канафани известен как политический мыслитель, борец и журналист, он сам утверждал, что литература была определяющей силой его политических взглядов. Литературный стиль Канафани описывается как "ясный и прямолинейный"; Ихаб Шалбак и Фейсал Даррадж отмечают в его произведениях эволюцию от упрощенного дуализма, изображающего злого сионистского агрессора и добрую палестинскую жертву, к моральному утверждению справедливости палестинского дела, где добро и зло не являются абсолютными категориями. Не будучи удовлетворенным ни тем, ни другим, он пришел к пониманию, что самопознание требует понимания Другого, и что только объединив оба различных повествования, можно постичь более глубокую динамику конфликта. Во многих своих произведениях он изображает сложные дилеммы, перед которыми оказываются палестинцы разных слоев общества. Канафани первым в палестинской литературе использовал понятие литературы сопротивления ("adab al muqawama"); произведение было опубликовано и получило широкое признание критиков. Рассказ является аллегорией палестинской катастрофы, последовавшей за накбой, в его изображении пораженческого отчаяния, пассивности и политической коррупции, разъедающих жизнь палестинцев в лагерях беженцев. Трое палестинцев – старик Абу Каис, Асад и юноша Марван – прячутся в пустом резервуаре грузовика, чтобы пересечь границу в Кувейт. Им удалось проехать Басру и добраться до последнего контрольно-пропускного пункта. Водитель грузовика Абуль Хайзуран пытается действовать быстро, но его втягивают в защиту своей чести, когда иракский офицер на контрольно-пропускном пункте провоцирует его, намекая на связь с проститутками. Жара внутри цистерны настолько сильна, что никто не может продержаться больше нескольких минут, и они действительно умирают там, пока Хайзуран увлеченно рассказывает анекдоты, преувеличивающие несуществующую силу – они обращаются к нему так, будто он лишен мужественности, в то время как болтливый Абу Бакир находится в офисе снаружи. Их смерть вызвана не удушающей жарой, а их молчанием во время страданий. Концовка часто интерпретируется как символ тщетности палестинских попыток построить новую идентичность вдали от родной Палестины, а фигура Абуль Хайзурана – как символ бессилия палестинского руководства. Эми Залман обнаружила скрытый лейтмотив в рассказе, где Палестина предстает как возлюбленное женское тело, а мужские персонажи лишены способности к созиданию в своих попытках найти другую страну. Согласно этой интерпретации, подлинная национальная идентичность палестинцев может быть восстановлена только путем сочетания осознания гендерной принадлежности со стремлением к возвращению. В 1972 году по мотивам рассказа Тевфик Салех снял фильм «Аль Махду’ун» (Обманутые или Одураченные).
Все, что осталось для тебя (1966)
Все, что осталось вам (Ma Tabaqqah Lakum) (1966) разворачивается в лагере беженцев в секторе Газа. В том же году эта повесть была удостоена Ливанской литературной премии.
Умм Саад (1969)
В "Умм Саад" (1969) влияние его нового революционного мировоззрения очевидно, поскольку он создает портрет матери, которая поощряет сына взяться за оружие в качестве федаина сопротивления, полностью осознавая, что выбор жизни может привести к его смерти. Отец ищет истинную Палестину в руинах памяти, но находит лишь новые руины. Израильская оккупация дает им, наконец, возможность вернуться и посетить Хайфу в Израиле. Путешествие к его дому в районе Халиса на горе Аль-Джалиль пробуждает воспоминания о прошлом, каким он его знал. Диссонанс между палестинским прошлым и перестроенным израильским настоящим Хайфы и ее окрестностей создает непрерывный диаспорный анахронизм. Роман повествует о двух решающих днях: 21 апреля 1948 года и 30 июня 1967 года. Первая дата относится к периоду, когда "Хагана" начала штурм города, и палестинцы, не погибшие в ходе сопротивления, бежали. Саида и его жену перевезли на британских лодках в Акку. Польский еврей, переживший Холокост, Эврат Кушан, и его жена Мириам находят своего сына Халдуна в своем доме, захватывают имущество и воспитывают малыша как еврея, дав ему новое имя – "Дов". Когда они приходят в дом, жена Кушана приветствует их словами: "Я ждала вас очень долго". Воспоминания Кушана о событиях апреля 1948 года подтверждают впечатление Саида о том, что падение города было скоординировано британскими войсками и "Хаганой". Когда Дов возвращается, он одет в форму ЦАХАЛа и полон мстительного негодования из-за того, что его бросили. Под влиянием этой сцены отец приходит к выводу, что только военные действия могут разрешить спор, осознавая, однако, что в таком случае Дов/Халдун вполне может столкнуться в бою со своим братом Халидом. Тем не менее, роман содержит критику палестинцев за акт оставления и выражает определенное восхищение упорством сионистов, чья искренность и решимость должны служить образцом для палестинцев в их будущей борьбе. Ариэль Блох утверждает, что Дов, когда он обрушивается на слабость своего отца, является рупором самого Канафани. Саид символизирует нерешительных палестинцев, похоронивших память о своем бегстве и предательстве родины. В то же время, родина больше не может основываться на ностальгической связи с прошлым, а скорее на принадлежности, не признающей религиозных и этнических различий. Несмотря на обвинение палестинцев и скрытое сочувствие упорному строительству нации израильским противником, поверхностная риторика романа остается направленной на национальное освобождение посредством вооруженной борьбы. Воображаемое продолжение этой истории было написано израильским романистом Сами Майклем, израильским евреем, говорящим на арабском языке, в его книге "Йоним бе Трафальгар" ("Голуби на Трафальгарской площади"). Его статья об Изз ад-Дине аль-Кассаме, опубликованная в журнале Исследовательского центра ООП "Шу'ун Филистиния" ("Палестинские дела"), оказала влияние на распространение образа последнего как предшественника палестинской вооруженной борьбы и, по словам Рашида Халиди, укрепила палестинский нарратив, склонный изображать неудачу как триумф.
Убийство
8 июля 1972 года Канафани был убит в Бейруте Моссадом, израильской внешней разведкой. Когда Канафани повернул ключ зажигания своего Austin 1100, граната, прикрепленная к выключателю зажигания, сработала, вызвав детонацию 3-килограммовой пластиковой бомбы, установленной за бампером. В результате погибли как Канафани, так и его 17-летняя племянница Ламеес Наджим, которая его сопровождала. В то время Канафани был представителем ФНОП, и организация взяла на себя ответственность за нападение. Незадолго до совершения нападения Канафани был сфотографирован вместе с тремя членами Японской Красной Армии. По словам Марка Энсалако, Канафани оправдывал тактику, использованную нападавшими в июле. Камиль Наср утверждает, что Канафани вместе со своим заместителем Бассамом Абу Шарифом на пресс-конференциях, посвященных распространенным в то время палестинским угонам самолетов, требовали освобождения заключенных израильскими тюрьмами; однако, по словам Насра, Канафани и Абу Шариф смягчили свою позицию и начали выступать против неразборчивого насилия. Через несколько дней после резни в Лоде была распространена фотография Канафани с одним из японских террористов. Ходили слухи о причастности ливанских сил безопасности. Бассам Абу Шариф, переживший покушение на свою жизнь через две недели, подозревал, что покушения на Канафани и затем на него самого были заказаны Израилем, но осуществлены через арабного посредника, возможно, Абу Ахмеда Юниса; Юнис был казнен ФНОП в 1981 году. В некрологе Канафани в ливанской газете The Daily Star было написано: "Он был коммандос, который никогда не стрелял из оружия, его оружием была шариковая ручка, а ареной его деятельности – страницы газет". После его смерти в его литературном наследии (Nachlass) было найдено несколько незавершенных романов, один из которых датируется 1966 годом.
Празднование
В его честь был опубликован сборник стихов палестинского сопротивления «Палестинская свадьба», название которого происходит из одноименного стихотворения Махмуда Дарвиша. В 1975 году он посмертно был удостоен премии «Лотос» за литературу, присуждаемой конференцией писателей Африки и Азии. Память о Гассане Канафани увековечена созданием Культурного фонда имени Гассана Канафани, который впоследствии основал восемь детских садов для детей палестинских беженцев. Его наследие живо среди палестинцев, и он считается одним из ведущих романистов своего поколения и выдающимся палестинским писателем арабского мира.