Вольфганг Борхерт: Жизнь и творчество в эпоху потрясений

Введение

Вольфганг Борхерт (нем. Wolfgang Borchert; 20 мая 1921 – 20 ноября 1947) – немецкий драматург и писатель, чье творчество было сильно сформировано опытом жизни в условиях диктатуры и службой в Вермахте во время Второй мировой войны. Его произведения – одни из наиболее известных образцов движения «Трюммерлитература» в послевоенной Германии. Наиболее известное его произведение – драма «Драусен фор дер Тюр» («Человек снаружи»), написанная вскоре после окончания Второй мировой войны. В своих произведениях он бескомпромиссно затрагивает вопросы человечности и гуманизма. Он – один из самых популярных авторов послевоенной Германии, его произведения продолжают изучаться в немецких школах.

Жизнь

Борхерт родился в Гамбурге, единственном ребенке учителя Фрица Борхерта, который также работал в журнале Дада Die Rote Erde, и писательницы Герты Борхерт, работавшей на гамбургском радио и прославившейся своей поэзией на диалекте. Семья Борхерта была либеральной и прогрессивной, и они вращались в интеллектуальных кругах Гамбурга. Борхерт ненавидел обязательное пребывание в молодежной организации партии, Гитлерюгенде, откуда был освобожден после пропусков собраний. В своих довоенных произведениях (1938–1940) он выступал против нацистской диктатуры. В апреле 1940 года он был арестован Гестапо, а затем освобожден. В том же году он неохотно начал учебу в книжном магазине C. Boysen в Große Bleichen в Гамбурге. Он передавал антинацистские стихи своим коллегам. Работая в книжном магазине, Борхерт тайно от родителей брал уроки актерского мастерства. В начале 1941 года он оставил учебу. 21 марта 1941 года он сдал экзамен по актерскому мастерству и начал работать в передвижной театральной труппе Landesbühne Ost Hannover, базирующейся в Люнебурге. Его начинающая театральная карьера была прервана призывом в Вермахт в июне 1941 года. Борхерта отправили на Восточный фронт, где он увидел весь ужас восточного конфликта, стал свидетелем многочисленных потерь в бою, вызванных холодом, голодом и недостаточным снабжением. 23 февраля 1942 года, вернувшись с дежурства на русском фронте, он обнаружил, что потерял средний палец левой руки. Он утверждал, что застал русского солдата врасплох, вступил в рукопашную схватку, и в ходе борьбы случайно выстрелил из винтовки, ранив себя. Его командир обвинил его в попытке уклонения от военной службы путем самокалечения, арестовал и поместил в карцер. На суде военный прокурор потребовал смертной казни, но суд поверил версии Борхерта и признал его невиновным. Однако его немедленно арестовали по обвинению в преступлениях, предусмотренных законом о государственной измене, в частности, за антирежимные высказывания. Он был признан виновным в "высказываниях, представляющих опасность для страны" и приговорен к шести неделям строгого режима, после чего его отправили обратно на Восточный фронт "чтобы доказать свою храбрость". Там он перенес обморожение и несколько приступов гепатита, после чего получил отпуск по болезни. В отпуске он снова играл в ночном клубе в разрушенном бомбежками Гамбурге. Затем он вернулся в казарму и успешно подал заявление о переводе в армейскую театральную группу. Его перевели в транзитный лагерь в Кобленце, но вечером 30 ноября 1943 года в общежитии он пересказал пародию на нацистского министра пропаганды Йозефа Геббельса. Один из других солдат в общежитии донес на Борхерта, его арестовали, и 21 августа 1944 года приговорили к девяти месяцам тюрьмы. Исполнение приговора было отложено до конца войны, поэтому он снова вернулся в армию, в основном проводя время в казармах в Йене, а в марте 1945 года был отправлен в район Франкфурта-на-Майне. Его рота сдалась французам в марте 1945 года. Во время транспортировки в лагерь для военнопленных Борхерт и другие выпрыгнули из грузовика и сбежали, после чего он пешком добрался до Гамбурга (около 370 миль). Он прибыл туда, совершенно измотанный, 10 мая, через неделю после капитуляции Гамбурга перед британскими войсками. После войны состояние Борхерта продолжало ухудшаться. В 1946 году один врач сказал его матери, что, по его мнению, Борхерт не проживет больше года, но сам Борхерт об этом прогнозе не знал. Он возобновил работу в театре и продолжал писать. Он писал короткую прозу и опубликовал сборник стихов Laterne, Nacht und Sterne (Фонарь, ночь и звезды) в декабре 1946 года. В декабре 1946 и/или январе 1947 года он написал пьесу Draußen vor der Tür (Человек снаружи). Еще до публикации пьеса была поставлена на радио 13 февраля 1947 года и получила широкое признание. Позже, в 1947 году, Борхерт поступил в санаторий для лечения печени в швейцарском городе Базель, где продолжил писать рассказы и создал свой манифест против войны Dann gibt es nur eins! (Тогда есть только одно!), незадолго до смерти от печеночной недостаточности.

Borchert was born in Hamburg, the only child of teacher Fritz Borchert, who also worked for the Dada magazine Die Rote Erde, and author Hertha Borchert, who worked for the Hamburg radio and was famous for her dialect poetry. Borchert's family was liberal and progressive, and they moved in Hamburg's intellectual social circles. Borchert hated his compulsory time in the party's youth wing, the Hitler Youth, from which, after missing meetings, he was released. He rebelled against the Nazi dictatorship in his prewar works (1938–1940). In April 1940 he was arrested by the Gestapo and then released. The same year he reluctantly took up an apprenticeship at the Hamburg bookshop C. Boysen in the Große Bleichen. He would pass around anti Nazi poems to his colleagues. While at the bookshop, Borchert took acting lessons, without, at first, telling his parents. He left the apprenticeship early in 1941. Upon passing his acting examination on 21 March 1941, he began working for the travelling repertory theatre company Landesbühne Ost Hannover based in Lüneburg. His nascent theatrical career was cut short by his conscription into the Wehrmacht in June 1941. Borchert was posted to the Eastern Front, where he saw the full horror of the eastern conflict, witnessing the numerous casualties in battle and those sustained due to cold, starvation and inadequate equipment. On 23 February 1942, he returned from sentry duty on the Russian front missing the middle finger of his left hand. He claimed that he had surprised a Russian soldier, had engaged in hand to hand conflict, his rifle had gone off in the struggle and wounded him. His superior officer, accusing him of attempting to evade military service by self mutilation, had him arrested and placed in isolation. At his trial, the military prosecutor called for the death penalty, but the court believed Borchert's version, and he was pronounced not guilty. However, he was immediately re arrested on charges under the Heimtückegesetz – making statements against the regime. He was convicted of making "statements endangering the country" and sentenced to serve a further six weeks of strict regime detention, and was then sent back to the Eastern Front "to prove himself at the front". There he suffered frostbite and several further bouts of hepatitis, after which he was granted medical leave. On leave he again acted in a night club in the now bomb ravaged city of Hamburg. He then returned to his barracks, and successfully applied to be transferred to an army theatre group. He was transferred to a transit camp in Koblenz, but in the dormitory on the evening of 30 November 1943 he retold parodies of the Nazi propaganda minister Joseph Goebbels. Borchert was denounced by one of the other soldiers in the dormitory, arrested, and on 21 August 1944 sentenced to nine months in prison. The sentence was deferred until the end of the War, so he was again returned to the army, this time mostly spending his time in his barracks in Jena, before being sent, in March 1945, to the area around Frankfurt am Main. His company surrendered to the French in March 1945. During their transportation to a prisoner of war camp, Borchert and others jumped off the lorry and escaped, and then he walked home to Hamburg (a distance of around 370 miles). He arrived there, totally exhausted, on 10 May, a week after Hamburg had surrendered to the British. Following the war, Borchert's condition continued to worsen. In 1946 one doctor told his mother he expected Borchert would not live longer than another year, but Borchert himself was never told of this prognosis. He resumed his work with the theatre, and continued writing. He wrote short prose and published a collection of poems Laterne, Nacht und Sterne (Lantern, Night and Stars) in December 1946. In December 1946 and/or January 1947 he wrote the play Draußen vor der Tür (The Man Outside). Even before its publication the play was performed on the radio on 13 February 1947, meeting with much acclaim. Later in 1947 Borchert entered a hepatic sanitorium in the Swiss city of Basel, where he continued with short stories and wrote his manifesto against war Dann gibt es nur eins! [de] (Then there is only one thing!) shortly before his death from liver failure.

Стихи

Борхерт увлекался поэзией с середины подросткового возраста. Читатели ощущали в его стихах влияние известных поэтов, таких как Шекспир, Стефан Георге и Райнер Мария Рильке. Рильке был для него образцом, настолько, что он подписал одно произведение как "Вольф Мария Борхерт", чтобы выразить своё уважение. Он вдохновлялся творчеством некоторых поэтов и видел в них источник художественной реализации; например, когда ему предстояло поступить в армию, он писал о своей жажде искусства, называя Бодлера, Рембо, Верлена, Мюссе, Шиллера и Гёльдерлина. Борхерту было легче писать стихи, чем прозу. Он создавал примерно от пяти до десяти стихотворений в день. Его отец читал его работы, и Вольфганг воспринимал это как одобрение. Позже он прославился тем, что выражал свои чувства в стихах, когда это было необходимо, не заботясь о результате. Из сочинений Борхерта видно, что он больше ценил сам процесс создания стихов, чем их качество. Это пригодилось ему позже, когда он пришёл в театр и стал актёром, чтобы ещё лучше выражать себя.

Стиль и влияние

Стиль Вольфганга Борхерта проявился не только в его стихах, но особенно ярко – в его рассказах. Военный опыт стал ключевым фактором в формировании его манеры письма, его работы отражают пережитую травму. Военные и послевоенные темы в произведениях Борхерта – это образы фронта, жизнь военнопленного, возвращение солдата в разрушенную Германию и надежда на будущее после катастрофы. Отсюда – резкие, фрагментарные картины в его произведениях. Большая часть его творчества не строится на запоминающихся персонажах; он описывает людей и вещи, избегая социальных или национальных ярлыков. Например, он говорит о мужчинах, солдатах или вдовах, а не о себе, своих родителях или ком-либо конкретном. Несмотря на эту анонимность, читатели чувствовали боль в его текстах, что свидетельствует о его гуманитарном успехе – способности достучаться до сердец людей простотой изложения. Использованный им простой язык способствовал передаче сообщения о страданиях, которые испытали люди, и сам автор во время войны. Его пьеса «Draußen vor der Tür» («За дверью»), названная «трагедией возвращающегося солдата», пронизана безнадежным нигилизмом. Подчеркивается, что жизнь потеряла смысл, все разрушено, повсюду ощущается запах вины, и главная ответственность за это лежит на Боге. Нет места терпимости или принятию судьбы. Это отражает внутреннее состояние Борхерта и его стремление затронуть чувства зрителей. Он стремился представить разрозненные события как осколки зеркала, позволяя публике прочувствовать их, а не просто наблюдать. Традиционный стиль повествования отсутствует в произведениях Борхерта из-за интенсивности пережитого опыта. Вместо этого читатель сталкивается с фрагментами, полными отчаяния, вины, одиночества, неверия и бессилия. Это результат рассеянного сознания, потрясенной души и дезорганизованных эмоций, вызванных войной. Работы Борхерта не получили широкой известности при его жизни, хотя его стихи и проза пользовались популярностью. Война оставила неизгладимый след в его творчестве, которое признано одним из лучших образцов военной литературы. В своих стихах и рассказах он использовал приемы Райнера Марии Рильке и Фридриха Хёльдерлина. Рильке часто прибегал к метафорам, метонимии и противоречиям, что повлияло на Борхерта, который активно использовал метафоры в своих произведениях, например, в рассказе «Кухонные часы». В этом рассказе часы служат метафорой, напоминающей о матери и потерянной семье. Это произведение близко к литературе о травме. Вдохновение Борхерт черпал и в творчестве Хёльдерлина, известного использованием символов вместо однозначных обозначений людей и мест. Вновь в «Кухонных часах» Борхерт использует символы при описании персонажей. Например, описывая возвращающегося солдата, он говорит:

Wolfgang Borchert’s style was not limited to his poems, but rather it was his short stories that made his style more vivid. The experience he had been through during war was a key factor in the way he expressed himself; his work reflects the trauma he went through. The preoccupations of war and post war in Borchert’s writings are the pictures he had in mind of the front from the war, the life of a prisoner during the war, the return of a soldier to a destroyed Germany and the hope for the future after devastating war. From there his writings entail abrupt and fragmented pictures. Most of what he creates is not memorable character based, meaning, he describes people and things without the labels placed by the society or the nation. For example, he mentions men, soldiers, or widows instead of giving up characters like himself, his parents or anyone else. People felt the pain in his writing even with this anonymity and that points out a humanitarian success he achieved; reaching the people’s hearts with simplicity. The basic language he used contributed to delivering the desired message of suffering the people, and he, experienced during the war time. His play Draußen vor der Tür, which was “a tragedy of a returning soldier”, had a hopelessly nihilistic theme. There was emphasis on how nothing was worth living for and everything was destroyed; the smell of guilt is spread everywhere, and the largest share of guilt is the God's guilt. There was no tolerance or acceptance to fate. This describes what Borchert felt inside and how he wanted to touch the audience's feelings. He aimed to bring up disjointed events and present them as a shattered mirror and let the audience enjoy feeling it instead of watching it. The normal style of narrating a story does not exist in Borchert's writings due to the intensity of experience he had to go through. Instead, the reader finds Borchert's stories divided into sections of despair, guilt, solitariness and a lack of faith and willingness. That was caused by the distracted mind, the shaken soul, and the disordered emotions initiated by the war experience. Borchert's work was not famous during his early days, although there were many people who liked his poems and prose works. The war gave Wolfgang's writings an everlasting impression; it was characterized as one of the best war literature. He employed the styles of Rainer Maria Rilke and Holderlin into his poems and short stories. Rilke tends to use metaphors, metonymy and contradictions which affected Borchert in that he utilized many metaphors in his writings such as Borchert's short story “The Kitchen Clock”. In the story, he used the clock as a metaphor that reminds him of his mother and his lost family. It has a great resemblance to trauma literature. Then, comes Hölderlin's role in inspiring Borchert where Hölderlin was known for using symbols in his writings instead of labeling people and places with their known tags. And, again in “The Kitchen Clock”, Borchert uses symbols in describing characters, for example, describing the returning soldier in “The Kitchen Clock” he says:

«Он посмотрел на часы и задумчиво покачал головой. Нет, дорогой сэр, нет, вы не правы. Это не имеет отношения к бомбам. Не стоит больше говорить о бомбах. Нет. В половине третьего. Ночью, то есть. Почти всегда в половине третьего. Вот в чем дело.»

Персонаж здесь не определен, но смысл его слов ясен и понятен, поскольку многие люди после Второй мировой войны имели свои собственные «часы» и могут сопереживать его ситуации. Борхерт был страстным читателем и изучал произведения поэтов из разных стран. На него оказал влияние американский поэт Гражданской войны Уолт Уитмен. Например, стихотворение Борхерта «Laterne, Nacht und Sterne» («Фонарь, ночь и звезды») перекликается с произведением Уитмена «молодость, старость и ночь». Они используют схожие образы бессонницы, тьмы, холода, голода и долгого ожидания на улице. Позднее творчество Борхерта вышло за пределы национальных границ благодаря переводам на другие языки, особенно на английский. Самым известным произведением Вольфганга Борхерта стала пьеса «Человек снаружи», впервые поставленная в 1947 году, всего через день после его смерти. «Человек снаружи» имеет ту же тональность, что и «Кухонные часы», и описывает возвращение военнопленного домой. Первый английский перевод пьесы был выполнен в 1952 году Дэвидом Портером, который снизил художественную ценность произведения. Позже, в 1998 году, пьеса была переведена и поставлена в лондонском театре Gate Томасом Фишером, английским продюсером. Переводы работ Борхерта открыли возможности для изучения литературы о травме, которая ярко представлена в его стихах и рассказах. В 1988 году группа поклонников творчества Вольфганга Борхерта основала Международное общество Вольфганга Борхерта. Целью общества является продвижение изучения его произведений на международном уровне.