Введение

Уильям Ругхед (произносится Рафхед) (1870–1952) был шотландским юристом и криминалистом-любителем, а также редактором и эссеистом, писавшим о "уголовных делах". Он был одним из важных пионеров современного литературного жанра "документальный криминал".

Карьера

Ругхед занимал должность писателя на гербе Её Величества, будучи шотландским солиситором. С течением времени Ругхед все меньше занимался юридической практикой и все больше посвящал себя неофициальной истории преступлений. Он связывает этот переход с 1889 годом, когда в возрасте девятнадцати лет он прервал работу в юридической фирме Maclaren and Traquair, чтобы присутствовать на суде над Джесси Кинг, убийцей младенцев из Стокбриджа (впечатления, которые он описал в эссе "Мое первое убийство: с участием Джесси Кинг", In Queer Street, 1932). В течение последующих шести десятилетий Ругхед посещал почти все важные судебные процессы по делам об убийствах в Высшем суде. Эти наблюдения стали материалом для публикаций в журнале Juridical Review, ежемесячном шотландском юридическом издании; позже он собрал свои статьи из Juridical Review и много нового материала в несколько антологий эссе. Его первый сборник, опубликованный в 1913 году под названием "Двенадцать шотландских судебных процессов", содержал дюжину "приключений в криминальной биографии". В сборник вошли две заметные дела: судебные процессы над Кэтрин Найрн и Джоном Уотсоном Лори, к которым Ругхед планировал вернуться более подробно в своей дальнейшей карьере. Название его первого сборника, по-видимому, разочаровало Ругхеда, о чем он упомянул в "Личном предисловии" к своему третьему сборнику "Путь Гленгарри и другие исследования", заявив: "Я всегда считал, что мое начинание пострадало при крещении от этих трех роковых слов, по крайней мере, два из которых были выбраны неудачно. 'Шотландские' вызывали наследственный предрассудок, а 'судебные процессы' представляли воображению либо бесцветную техничность юридических отчетов, либо грубую и непристойную вульгарность бульварной прессы". Он завершил свои сожаления по поводу названия с присущим ему юмором: "Если бы их было 'дюжина пекаря', игра была бы окончена". Проследить за запутанной сетью публикаций этих эссе может быть непросто для читателей Ругхеда. Его ранние сборники, изданные Уильямом Ходжем из Эдинбурга, следуют более прямому пути: от публикации в Juridical Review до включения в антологии, часто названные по ведущему эссе. Когда у него появилась более широкая аудитория в Соединенных Штатах, его исследования в области преступности печатались и переиздавались в серии перекрывающихся антологий, обычно с названиями, основанными на слове "убийство": "В основном убийство", "Наслаждение убийством", "Убийство и еще убийство", "Спутник убийцы", "Искусство убийства" и "Только убийство". Американская публика с энтузиазмом приняла сухой юмор Ругхеда и его увлечение преступниками, которые выглядели и говорили как мы, но жили в параллельном, темном и утонченном мире. Эта аудитория только начинала знакомиться с мастерами жесткого бульварного детектива, авторами, которые, по словам Реймонда Чандлера, "возвращали убийство людям, которые совершают его по причинам, а не просто для того, чтобы оставить труп". Как отметил Александр Вулкотт во введении к изданию Ругхеда в "Клубе читателей", даже президент США Франклин Рузвельт имел специальную полку прямо за пределами Овального кабинета, названную "Президентской полкой", на которой находился "самый редкий напиток" – личный выбор Рузвельта из произведений Ругхеда. Ругхед также был одним из многих редакторов серии судебных отчетов под названием "Заметные шотландские судебные процессы", также опубликованной Уильямом Ходжем и компанией. Его первым вкладом в шотландскую серию судебных процессов было дело доктора Притчарда, печально известного отравителя из Глазго. Позже он предоставил еще девять отчетов о судебных процессах, в том числе о некоторых из самых известных уголовных дел старого и нового Эдинбурга. В начале двадцатых годов Ругхед начал переписку с американским писателем-криминалистом Эдмундом Пирсоном, и профессиональный обмен письмами перерос в теплую дружбу на следующие пятнадцать лет. Когда Пирсон опубликовал свою знаковое произведение "Исследования убийства" в 1924 году, Ругхед с энтузиазмом похвалил его работу, особенно за то, как Пирсон подошел к делу самой известной американской убийцы, Лиззи Борден из Фолл-Ривер. В письме Пирсону Ругхед написал: "Честно говоря, я никогда не получал такого удовольствия от дела, как от дела мисс Лиззи. Оно уникально, оно идеально: безупречное произведение искусства".

Оценка

По словам Джойс Кэрол Оутс: "Влияние Ругхеда было огромным, и с тех пор жанр "настоящего криминала" стал переполненным и процветающим, хотя к нему примкнули немногие писатели, заслуживающие внимания. Ругхед, которого высоко ценил Генри Джеймс, писал в стиле, сочетавшем интеллект, остроумный скептицизм и склонность к старомодному рассказыванию историй и морализаторству; его описания дел об убийствах и судебных процессов отличаются краткостью и точностью, напоминая народные сказки". Пожалуй, самым значительным достижением Ругхеда стал его анализ судебного процесса Оскара Слейтера за убийство Марион Гилкрист, пожилой незамужней женщины из Глазго, в 1908 году. Ругхед на протяжении почти 20 лет помогал Артуру Конан Дойлу, Крейги Айтчисону и Уильяму Парку, выявляя слабые места в доказательствах обвинения, и действительно, он был вызван в качестве свидетеля на апелляции 1928 года.

Семья

Его сын, также Уильям Ругхед, был игроком сборной Шотландии по регби.