Введение

Американский коммунистический политик (1891–1973)

Эрл Рассел Браудер (20 мая 1891 – 27 июня 1973) — американский политик, агент советской разведки, коммунистический активист и лидер Коммунистической партии США (КП США). Браудер был генеральным секретарем КП США в 1930-х и первой половине 1940-х годов. Во время Первой мировой войны Браудер отбыл срок в федеральной тюрьме как пацифист, отказавшийся от военной службы. После освобождения он стал активным членом американского коммунистического движения, вскоре работая организатором от имени Коммунистического Интернационала и его Профинтерна в Китае и в Тихоокеанском регионе. В 1930 году, после отстранения от руководства конкурирующей политической фракции, Браудер был назначен генеральным секретарем КП США. В течение последующих 15 лет Браудер был наиболее известной публичной фигурой, связанной с американским коммунизмом, автором десятков памфлетов и книг, выступал с многочисленными публичными речами перед порой огромной аудиторией и дважды баллотировался на пост президента Соединенных Штатов. Браудер также участвовал в деятельности, проводимой советской разведкой в Америке в период своего пребывания во главе партии, связывая лиц, стремившихся передать конфиденциальную информацию партии, с советской разведкой. В связи с общественным возмущением, вызванным пактом Молотова — Риббентропа, Браудер был обвинен в мошенничестве с паспортами. В начале 1940 года он был признан виновным по двум пунктам обвинения и приговорен к четырем годам тюремного заключения, оставаясь на свободе в течение некоторого времени благодаря апелляции. Весной 1942 года Верховный суд США подтвердил приговор, и Браудер начал 14-месячный срок в федеральной тюрьме. В 1943 году Браудер был освобожден в качестве жеста в пользу единства во время войны. Браудер был убежденным сторонником тесного сотрудничества между Соединенными Штатами и Советским Союзом во время Второй мировой войны и рассчитывал на продолжение сотрудничества между этими двумя военными державами в послевоенные годы. Рассматривая роль американских коммунистов как роль организованной группы давления в рамках широкой правящей коалиции, он руководил преобразованием КП США в «Коммунистическую политическую ассоциацию» в 1944 году; однако после смерти президента Франклина Д. Рузвельта быстро развернулась холодная война и антикоммунистическая истерия внутри страны. Браудер был исключен из восстановленной Коммунистической партии в начале 1946 года, главным образом из-за отказа изменить свои взгляды в соответствии с меняющейся политической ситуацией и связанными с ней идеологическими требованиями. Браудер прожил остаток своей жизни в относительной безвестности в своем доме в Йонкерсе, штат Нью-Йорк, а затем в Принстоне, штат Нью-Джерси, где он умер в 1973 году. Он написал многочисленные книги и памфлеты по политическим вопросам.

Предыстория

Эрл Браудер родился 20 мая 1891 года в Уичито, штат Канзас, в семье Марты Джейн (Хенкинс) и Уильяма Браудера, учителя и фермера, восьмым ребенком. Его отец сочувствовал популистским идеям.

Социалистическая

В 1907 году Браудер, в возрасте 16 лет, вступил в Социалистическую партию Америки в Вичите и оставался в этой организации до раскола партии в 1912 году, когда многие члены, поддерживавшие синдикалистские идеи, покинули партию после добавления в партийную конституцию антисаботажной оговорки и отстранения Уильяма "Большого Билла" Хейвуда из Национального исполнительного комитета. Браудер был приговорен к двум годам тюремного заключения за сговор и одному году за нерегистрацию. Эта поездка в Советскую Россию, к слову, оказалась решающей в переходе синдикалиста Фостера в коммунистическое движение. На протяжении начала 1920-х Браудер и Фостер тесно сотрудничали в ТУЭЛ, стремясь заручиться поддержкой Чикагской федерации труда для создания новой массовой Фермерско-рабочей партии, способной бросить вызов избирательному господству Республиканской и Демократической партий. В 1928 году Браудер и его девушка Китти Харрис отправились в Китай и жили в Шанхае, где Браудер занимал должность секретаря Пан-Тихоокеанского профсоюзного секретариата РИЛУ – подпольной рабочей организации, работавшей над объединением рабочего движения Азии и стран Тихоокеанского бассейна. Пара вернулась в Соединенные Штаты в январе 1929 года.

Лавстоун

В 1929 году для Коммунистической партии Соединенных Штатов Америки наступил переломный момент. Лидер партии Джей Лавстоун, одержав убедительную победу над соперничающей чикагской группой во главе с Уильямом З. Фостером на 6-м Национальном съезде организации, вступил в конфликт с Исполкомом Коммунистического Интернационала (КИ) и ультрарадикальной программой, которую предписывалось проводить организациям-членам Коминтерна. Лавстоун возглавил делегацию из десяти человек в Москву, чтобы обжаловать свое дело перед Американской комиссией КИ, однако его усилия не увенчались успехом. В ходе спора об автономии Лавстоун предпринял попытку фракционного переворота, включавшую захват партийного имущества. 17 мая 1929 года КИ отстранил Лавстоуна от должности, заменив его недавно исключенным ближайшим соратником, Бертрамом Д. Вулфом. В этот новый трехчленный Секретариат был включен Браудер, назначенный главой отдела агитации и пропаганды партии.

Поднимается на лидерство

В четвертом квартале 1929 года ситуация резко ухудшилась, что было отмечено крахом Уолл-стрит 24 октября и началом масштабного экономического спада, вошедшего в историю как Великая депрессия. Будучи главой Агитпропа КПУСА, Браудер отвечал за создание партийной литературы, призванной превратить кризис безработицы в массовое движение за революционные перемены. Браудер сыграл ключевую роль в планировании американских мероприятий, связанных с Международным днем безработицы 6 марта 1930 года — международным днем массового протеста, инициированным Коминтерном против безработицы. Очередная смена высшего руководства КПУСА произошла на 7-м Национальном съезде партии 21–25 июня 1930 года. Макс Бедахт, ранее занимавший высокое положение в иерархии фракции Лавстоуна и лишь в последний момент отказавшийся от своих взглядов перед Американской комиссией ИККИ в Москве, был снят с должности секретаря и переведен на менее ответственную руководящую должность главы Международного рабочего ордена. Был сформирован новый трехсторонний Секретариат, в котором Браудер стал секретарем политического отдела, а Уилл Уайнстоун и Билл Фостер возглавили организационный и профсоюзный отделы соответственно. С Уайнстоуном в Москве в качестве представителя КПУСА при Коминтерне и Фостером в тюрьме за его участие в демонстрации 6 марта, закончившейся уличными столкновениями в Нью-Йорке, позиция Браудера как главного лица, принимающего решения в партии, по крайней мере временно укрепилась. Между ними возникла напряженность: Фостер видел, как его давняя мечта занять пост главы КПУСА рушится из-за человека, который когда-то был его заместителем в Профсоюзной образовательной лиге; оба представителя Среднего Запада не доверяли амбициозному, получившему высшее образование нью-йоркцу Уайнстоуну. Значительные административные способности Браудера, его умение убедительно отстаивать свои идеи и готовность идти на уступки, когда это необходимо, сыграли ему на руку в Москве. К концу 1932 года лидерство Браудера было окончательно закреплено. В августе представитель Коминтерна, почувствовав опасность, посоветовал Москве найти «сильную личность», чтобы положить конец «раздорам». Третий член Секретариата, Уильям З. Фостер, кандидат партии на пост президента, перенес приступ стенокардии, и врачи предписали ему прекратить предвыборную кампанию и соблюдать постельный режим, с запретом на посещения и диктовку. С Фостером, временно отстраненным от дел, и подавляющим большинством партийного руководства, поддерживающим Браудера вместо Уайнстоуна, Браудер обратился к Коминтерну с просьбой разрешить то, что он назвал «неразрешимыми отношениями» с Уайнстоуном, направив одного из них на работу в Коминтерн за границу. 13 ноября 1932 года, после продолжительных дебатов, Коминтерн вынес решение в пользу Браудера, постановив, что Уайнстоун должен быть отозван из Америки и вновь назначен официальным представителем КПУСА в Москве. Неожиданным фактором оказалась хроническая и изнуряющая природа сердечного заболевания Фостера, которая оставила Браудера в положении фактического единоличного лидера. Хотя Уайнстоун был отозван из Америки, чтобы предотвратить назревающую фракционную войну, он продолжал бороться за пост лидера партии. Весной 1933 года он получил решающую возможность, в виде дюжины заседаний Англо-американского секретариата Коминтерна в Москве, проходивших в течение 29 дней. На протяжении апреля Браудер и Уайнстоун выдвигали друг против друга обвинения и контраргументы, детально рассматривая деятельность Коммунистической партии в Соединенных Штатах. Несмотря на серьезную критику некоторых его действий, Браудер вышел из московских заседаний, укрепив свои позиции. Уайнстоун, смирившись с поражением, оставался в Москве в качестве представителя КПУСА при ЦИ до 1934 года.

Лидер Народного фронта

В то время как Эрл Браудер был одним из ведущих лидеров американского коммунизма в так называемый Третий период начала 1930-х годов, он достиг расцвета в последовавший за этим период – эпоху Народного фронта против фашизма. С приходом Адольфа Гитлера к власти канцлера Германии в конце января 1933 года баланс сил в Европе изменился. Коммунистическая партия Германии (КПГ), ранее являвшаяся одной из самых влиятельных коммунистических организаций, была быстро подавлена. Многие функционеры Коминтерна считали, что неспособность КПГ к сотрудничеству с рабочими, примкнувшими к конкурирующей Социал-демократической партии Германии (СДПГ), стала важным фактором, способствовавшим катастрофе. Появилась необходимость в новой тактике – создании широкого альянса против фашизма. Браудер был восторженным сторонником этой новой партийной линии. К середине 1934 года руководимый Браудером Центральный комитет КПСС подталкивал лидеров своей молодежной организации, Лиги молодых коммунистов, к установлению рабочего союза с молодежной секцией конкурирующей Социалистической партии – Лигой молодых социалистов. В том же духе Браудер уловил намеки от лидера Социалистической партии Нормана Томаса о возможности совместной работы социалистов и коммунистов по конкретным вопросам, в ответ на что выпустил письмо с официальным предложением о создании масштабного единого фронта двух организаций. В декабре 1934 года Браудер получил одобрение Коминтерна для своего плана, лично обосновав его в Москве. Браудер вернулся в Соединенные Штаты в конце месяца и раскрыл свой план удивленной партийной аудитории во время публичной речи, произнесенной 6 января 1935 года. Резкая фразеология марксизма, основанная на неизбежности классовой борьбы, была заменена расплывчатой критикой капитализма с использованием рузвельтовских терминов, таких как «экономический роялизм». Кампания «Коммунизм – это американизм XX века», в ходе которой коммунизм представлялся как неотъемлемая часть американской демократической традиции, способствовала увеличению численности и масштаба партийной организации. Однако вместе с этим ростом произошло и соответствующее расширение личного эго Браудера. Среди верных сторонников партии начал культивироваться культ личности, являвшийся миниатюрным отражением системного восхваления Иосифа Сталина в СССР. По словам Мориса Иссермана: «Постоянные похвалы коллег и партийной прессы, а также обожание, которым его окружали члены партии (среди его бумаг Браудер хранил письмо от коммуниста из Сиэтла, адресованное «Величайшему из живущих американцев, Эрлу Браудеру»), превратили некогда скромного аппаратчика 1920-х годов в высокомерного и бескомпромиссного партийного диктатора». Главным соперником Браудера в руководстве Коммунистической партии в этот период был Уильям З. Фостер. Когда в 1937 году разразился новый экономический спад, сокративший налоговые поступления, президент Рузвельт и Конгресс отреагировали сокращением финансирования своей флагманской программы «Работы для прогресса» на 50 процентов в попытке сбалансировать бюджет. Фостер стремился к тому, чтобы КПСС возобновила воинственную позицию против капитализма и правительства в ответ на экономический кризис. Недолговечное возрождение идеи Партии фермеров и трудящихся было прекращено по указанию Браудера, а коалиция «Нового курса» была одобрена как практическая основа для построения Народного фронта. Браудер совершил свою последнюю поездку в СССР в октябре 1938 года, где договорился с главой Коминтерна Георгием Димитровым об установлении коротковолновой радиосвязи на случай, если международный конфликт сделает прямую связь невозможной. До конца сентября 1939 года никаких сообщений такого рода не поступало, когда должна была быть уточнена политическая линия КПСС в отношении резко изменившейся ситуации в Европе.

Пакт Молотова-Риббентропа

Европейская геополитика была коренным образом изменена 23 августа 1939 года, когда министры иностранных дел СССР и нацистской Германии официально подписали взаимный договор о ненападении, известный в истории как пакт Молотова — Риббентропа. Соглашение включало секретные протоколы, предусматривающие вторжение нацистов и раздел Польши. 1 сентября вторжение Германии в Польшу повлекло за собой немедленную реакцию со стороны ее союзников по договору — Франции и Великобритании, которые объявили войну Германии 3 сентября. Вторая мировая война началась. Советский Союз вторгся в Восточную Польшу 17 сентября, оккупировав земли, которые в противном случае были бы захвачены Германией. Советское правительство пошло еще дальше, подписав совместное заявление с немцами, в котором раздел Польши характеризовался как свершившийся факт, призывалось к прекращению боевых действий и ответственность за дальнейшую эскалацию европейского конфликта возлагалась на правительства Великобритании и Франции. Браудер заявил на одном из митингов в Филадельфии, что лишь «дюжина или около того» человек покинули КПУСА после изменения линии; но это было просто неправдой. Напротив, численность партии сократилась на 15% в период с 1939 по 1940 год, а набор новых членов в 1940 году упал на 75% по сравнению с уровнем 1938 года. Более того, новая пропагандистская кампания КПУСА против участия Соединенных Штатов в так называемой «империалистической войне» привела ее к политическому конфликту с администрацией Рузвельта, которая начала сомневаться в целесообразности изоляционизма. Летом 1939 года конгрессмен от Техаса Мартин Дис-младший (демократ), председатель Специального комитета Палаты представителей по расследованию антиамериканской деятельности (HUAC), узнал, что Министерство юстиции США начало расследование старых обвинений в том, что Эрл Браудер путешествовал за границу под вымышленными именами, используя поддельные документы, в 1920-х годах. Дис вызвал Браудера для дачи показаний по этому вопросу. В середине первого дня дачи показаний Браудера спросили, не путешествовал ли он когда-нибудь за границу под фальшивым паспортом. Прежде чем адвокат Браудера, Джозеф Бродский, успел его остановить, Браудер ответил: «Я путешествовал». В условиях растущего общественного недовольства коммунизмом на фоне европейских событий и политического напряжения в Вашингтоне Министерство юстиции перешло к действиям. 23 октября федеральное жюри присяжных в Манхэттене предъявило Браудеру обвинение в мошенничестве с паспортами, что является уголовным преступлением. В официальном обвинении указывалось, что Браудер неоднократно возвращался в Соединенные Штаты, используя паспорт на его имя, но полученный на основании ложных показаний под присягой. 17 января 1940 года в федеральном суде Нью-Йорка начался суд над Браудером по обвинению в подделке паспортов. Браудеру было предъявлено обвинение по двум пунктам, при признании виновным по которым ему грозило максимальное наказание в виде 10 лет тюремного заключения и штрафа в размере 4000 долларов. В связи с истечением срока давности по более ранним правонарушениям, связанным с паспортами, правительство смогло привлечь Браудера к ответственности только за использование паспорта в 1937 и 1938 годах. После того как суд отклонил серию ходатайств адвоката Браудера, Г. Гордона Баттла, Браудер взял на себя защиту в зале суда. Он напомнил присяжным, что дело не касается поддельных документов из далекого прошлого, и заявил, что фактические обвинения против него основаны на «сети формальностей». Обсуждение присяжных по делу Браудера заняло менее часа, и был вынесен обвинительный приговор. Браудер был приговорен к 4 годам тюремного заключения и штрафу в размере 2000 долларов — меньше максимального, но больше, чем наказание, назначенное другим лицам в аналогичных обстоятельствах. 25 марта 1941 года Браудер сдался федеральным маршалам, которые перевезли его по железной дороге в федеральную тюрьму Атланты. Через два дня, с лицом, закрытым подушкой, чтобы помешать фотографам, Браудера ввели в тюрьму для отбывания четырехлетнего срока. Он не вышел на свободу в течение 14 месяцев.

Вторая мировая война

Пока Браудер находился в заключении, война продолжалась, с важными событиями в Европе и на Тихом океане. 22 июня 1941 года около 3,9 миллиона войск стран Оси, возглавляемых нацистской Германией, начали операцию «Барбаросса» — масштабное и кровопролитное вторжение в Советский Союз. Немедленно политическая линия всего мирового коммунистического движения сместилась от невмешательства в так называемую «империалистическую войну» к активной поддержке антифашистского вмешательства; лозунгом стало «Защитите Советский Союз». 12 июля правительства Великобритании и СССР обменялись обязательствами о взаимной помощи, заложив основу для военного сотрудничества между капиталистическими державами Запада и их историческим большевистским противником. 7 декабря 1941 года военно-воздушные силы Имперской Японии внезапно и сокрушительно атаковали американскую военно-морскую базу в Перл-Харборе, Гавайи. Последовало объявление войны Соединенным Штатам со стороны Германии, и началось непосредственное участие Америки во Второй мировой войне. Интересы американского правительства, советского правительства и Коммунистической партии Америки совпали. В тюрьме Атланты обращение с Браудером стало более мягким, и ему стали разрешать регулярные встречи с исполняющим обязанности лидера CPUSA Робертом Майнором. Коммунистическая партия ранее проводила кампанию «Освободите Эрла Браудера» в поддержку своего заключенного лидера, но с небольшим успехом из-за сильного общественного недовольства пактом СССР с нацистской Германией и приспособлением CPUSA к изменению политики Москвы. Однако к началу 1942 года обращения партии в защиту Браудера начали находить поддержку у правительственных чиновников. 16 мая 1942 года, незадолго до визита в Соединенные Штаты Вячеслава Молотова, министра иностранных дел СССР, президент Рузвельт решил устранить незначительное препятствие для максимально тесных военных отношений между двумя державами, сократив срок заключения Браудера до отбытого. Браудер незаметно вернулся в Нью-Йорк, где вновь занял пост генерального секретаря Коммунистической партии США. В первые годы войны КПСС агитировала за создание второго военного фронта в Европе, чтобы облегчить давление, оказываемое силами Оси на Советы на востоке. Коммунисты оказались рьяными сторонниками военных усилий, а партийная пресса работала над мобилизацией общественного мнения, публикуя сообщения о нацистских зверствах в Германии и за рубежом. Браудер поручил членам Коммунистической партии сосредоточиться на «проблемах централизованной военной экономики и производства для войны», используя свои позиции в рабочем движении, чтобы смягчить трудовые конфликты. Браудер лично не разрабатывал военную политику CPUSA; основные элементы партийной политики, такие как пропаганда немедленного открытия второго фронта, оппозиция забастовкам, прекращение расовой дискриминации при приеме на работу и полная поддержка внутренних политических инициатив Рузвельта, уже были хорошо установлены к моменту его освобождения в мае 1942 года. Тем не менее, Браудер стал публичным представителем этой политики и осенью 1942 года опубликовал книгу под названием «Победа и после», в которой открыто пропагандировал классовое сотрудничество как необходимое условие победы. Эта вера в долгосрочное сотрудничество между союзными державами за рубежом и гражданский мир внутри страны стала отличительной чертой того, что позже стало известно как «броудеризм». К концу 1943 года ход войны в Европе изменился, и не было никаких сомнений ни в выживании СССР, ни в конечном исходе Второй мировой войны. С неуклонным продвижением Красной Армии на запад возможность коммунистической Европы казалась близкой для членов партии. Хотя обычно они проводили свои заседания в закрытом режиме, члены Национального комитета были удивлены, узнав, что их заседание должно состояться в большом зале перед примерно 200 приглашенными гостями. Браудер указал, что Коммунистическая партия продвигает свои политические инициативы посредством политического сотрудничества со сторонниками «Нового курса», и заявил, что «коммунистическая организация в Соединенных Штатах должна изменить свое название, чтобы оно более точно соответствовало американской политической традиции и своей практической политической роли». Следовательно, название Коммунистической партии США будет изменено на «Коммунистическую политическую ассоциацию», — отметил Браудер, сообщив собравшимся о решении, уже принятом Политбюро партии. Выступавшие после Браудера выразили индивидуальную поддержку запланированному изменению названия партии и изменению представления о роли организации в американской политической системе. Фракционная оппозиция изменению, предложенному Браудером, приняла форму письма руководству партии от заклятого врага Браудера Уильяма З. Фостера и друга Фостера, организатора окружного комитета Филадельфии Сэма Дарси, подписанного только первым. Они не согласились с мнением Браудера о том, что буржуазия продолжит свое военное сотрудничество с администрацией Рузвельта после войны, и предсказали крах, который потребует агрессивного ответа от американских коммунистов. Браудер разрешил распространить письмо Фостера-Дарси лишь среди узкого круга высших партийных руководителей, которые на февральском заседании 1944 года Политбюро проголосовали за отклонение письма. Возражения Фостера были смягчены, когда Браудер подчеркнул, что открытая критика рассматривалась бы как наказуемое нарушение партийной дисциплины. Однако Дарси отказался подчиниться партийной дисциплине в этом вопросе, считая его принципиальным. Впоследствии он был исключен из CPA комитетом во главе с самим Фостером. Дюкло утверждал, что «ликвидация независимой политической партии рабочего класса» Браудером представляет собой «вопиющее пересмотр марксизма». Более того, Дюкло процитировал непосредственно письмо Фостера-Дарси — документ, известный лишь узкому кругу высших руководителей американской партии, копия которого была отправлена в Москву.

После распада Советского Союза историки Харви Клеер, Джон Эрл Хейнс и Кирилл Андерсон обнаружили в советских архивах письмо, показывающее, что «Письмо Дюкло» на самом деле было написано на русском языке и опубликовано в Москве в начале 1945 года, когда война с Германией все еще продолжалась. Своевременность оригинала показала, что СССР уже решил, что послевоенные отношения с США не будут дружественными. Оригинал на русском языке был переведен на французский язык и передан Дюкло после капитуляции Японии с указанием опубликовать его под своим именем. Американские коммунисты быстро отменили политическую линию Браудера, лишив его исполнительной власти в июне 1945 года и восстановив себя как Коммунистическую партию Соединенных Штатов Америки на внеочередном съезде, состоявшемся в июле. В январе 1946 года Браудер начал издавать еженедельный бюллетень по экономическому анализу, напечатанный на мимеографе, под названием «Руководство для дистрибьюторов: экономический анализ: услуга для лиц, принимающих решения». Цена подписки была высокой — 100 долларов в год; он хотел привлечь читателей среди руководителей бизнеса и лиц, принимающих политические решения.

Литературный агент

Браудер подал заявление на визу, чтобы поехать в Москву и обжаловать свое исключение, но ему пришлось ждать два месяца, пока она будет одобрена. В это время он продолжал издавать свой «Справочник для распространителей», который в более поздних выпусках стал более явно просталинским и просоветским. Молотов не смог ходатайствовать за Браудера, чтобы восстановить его в рядах Коммунистической партии США. К тому времени его лидеры считали его недисциплинированным оппортунистом и ненадежным руководителем. Однако за прошлые заслуги ему было предложено назначение «американским представителем Государственного издательства» для публикации советских книг в Соединенных Штатах. По возвращении Браудер зарегистрировался в Министерстве юстиции США в качестве иностранного агента, как того требовал закон. Он выступал в роли своеобразного литературного агента советского правительства, получая англоязычные переводы различных книг и статей и пытаясь добиться их публикации в американских издательствах. Хотя ему в целом не удавалось добиться публикации, Браудер ежемесячно встречался со вторым секретарем советского посольства в Вашингтоне. Он предоставлял ему письменные записки о ситуации в Соединенных Штатах в целом и о Коммунистической партии США в частности, фактически предоставляя аналитические материалы от имени советской разведки. Браудера обвинили в неуважении к Конгрессу, но судья Ф. Дикинсон Леттс распорядился о его оправдании, поскольку считал, что комитет действовал неправомерно. Браудера так и не привлекли к ответственности за лжесвидетельство перед комитетом и за шпионаж в пользу Советского Союза. В марте 1950 года Браудер выступил на одной платформе с Максом Шахтманом, троцкистским диссидентом, где они обсуждали социализм. Браудер защищал Советский Союз, а Шахтман выступал в роли обвинителя. По сообщениям, в один момент дебатов Шахтман перечислил ряд лидеров различных коммунистических партий и отметил, что каждый из них погиб от рук Сталина. В конце своей речи он заметил, что Браудер также был лидером коммунистической партии, и, указав на него, сказал: «Там, там, если бы не случайность географического положения, стоит труп!» После XX съезда Коммунистической партии Советского Союза в 1956 году, в период, когда некоторые члены Коммунистической партии Америки на короткое время стремились к независимости от Москвы, была предпринята еще одна попытка вернуть Браудера в КПСС. Однако эти усилия по либерализации вскоре потерпели неудачу. Хотя Браудер оставался приверженцем дела социализма, он больше никогда не вступал в Коммунистическую партию.

Шпионаж

2 июня 1957 года Браудер выступил в телевизионной программе "Интервью с Майком Уоллесом", где в течение 30 минут его допрашивали о его прошлом в Коммунистической партии. Ведущий Майк Уоллес процитировал слова Браудера, сказанные им недавно: "Исключение из Коммунистической партии было лучшим, что со мной когда-либо случалось". На просьбу пояснить, Браудер ответил: "Это правда. Я имел в виду, что Коммунистическая партия и все коммунистическое движение меняли свой характер, и в 1945 году, когда меня исключили, наступил момент расхождения. Если бы меня не исключили, мне пришлось бы столкнуться с трудной задачей – отделиться от движения, с которым я больше не мог соглашаться и которому больше не мог помогать". Изначально большинство информаторов были сотрудниками частного сектора, однако позднее в круг контактов "Голоса" были вовлечены и члены партии, работавшие в федеральных органах власти. Браудер также периодически получал доступ к важной информации от "Голоса" перед ее передачей его начальству в Москве. Публичные заявления Браудера об отсутствии шпионской деятельности были опровергнуты публикацией в 1995 году документов "Венона". Этот секретно расшифрованный материал подтвердил, что в 1940-х годах Браудер занимался вербовкой потенциальных агентов для советской разведки. В 1938 году Руди Бейкер (кодовое имя в "Веноне": SON) был назначен руководителем подпольного аппарата КП США вместо Дж. Питерса после дезертирства Уиттекера Чемберса, предположительно по просьбе Браудера (кодовое имя в "Веноне": FATHER). По словам Луи Буденца, признавшегося в вербовке на НКВД, он и Браудер участвовали в обсуждениях с советскими разведчиками по планированию убийства Льва Троцкого. Находясь под стражей в США, Браудер так и не раскрыл свой статус вербовщика агентов. Его никогда не привлекали к ответственности за шпионаж. В дешифровке #588 от 29 апреля 1944 года из нью-йоркского офиса КГБ говорится: "Более года Зубилин (начальник станции) и я пытались связаться с Виктором Перло и Чарльзом Флато. По какой-то причине Браудер не пришел на встречу и просто решил познакомить Бентли со всей группой. Все они занимают ответственные должности в Вашингтоне, округ Колумбия". Советская разведка высоко оценивала работу Браудера по вербовке: в меморандуме ОГПУ 1946 года Браудер был лично отмечен за привлечение восемнадцати агентов для Советского Союза. В работе советской разведки также были задействованы члены семьи Браудера. Согласно письму Браудера от 1938 года Георгию Димитрову, тогдашнему генеральному секретарю Коминтерна, его младшая сестра Маргарита была агентом НКВД, работавшим в различных европейских странах. (Письмо было обнаружено в архивах Коминтерна после распада Советского Союза.) Браудер выразил обеспокоенность возможной реакцией американской общественности в случае раскрытия тайной деятельности его сестры для советской разведки: "Учитывая мое растущее участие в национальной политической жизни и расширяющиеся связи в политических кругах Вашингтона, это может стать опасным для политической работы, если враждебные силы в Америке узнают о деятельности моей сестры". Он попросил освободить ее от европейских обязанностей и вернуть в Америку для работы "в других областях". Димитров передал просьбу Браудера Николаю Ежову, тогдашнему главе НКВД, с просьбой о переводе Маргариты Браудер. Полусестра Браудера, Хелен Лоури (также известная как Эльза Ахмерова), работала с Искаком Ахмеровым, сотрудником НКВД, осуществлявшим контроль за шпионажем, с 1936 по 1939 год под кодовым именем ADA(?). ADA – это Китти Харрис (позже сменившая имя на ЭЛЗА). В 1939 году Хелен Лоури вышла замуж за Ахмерова. Лоури была названа советским агентом разведки Элизабет Бентли в качестве одного из ее контактов. Лоури, Ахмеров и их действия от имени советской разведки упоминаются в нескольких дешифровках проекта "Венона", а также в архивах советского КГБ.

Личная жизнь и смерть

Браудер женился на Райсе Беркман. Он умер в Принстоне, штат Нью-Джерси, 27 июня 1973 года. Его трое сыновей, Феликс, Уильям и Эндрю, все выдающиеся исследователи-математики, стали лидерами американского математического сообщества. Внук Билл Браудер (сын Феликса) был одним из основателей и руководителем инвестиционной группы Hermitage Capital Management, которая более 10 лет работала в Москве в период волны приватизации после распада Советского Союза. Браудер получил британское гражданство в 1998 году. Правнук Джошуа Браудер — британско-американский предприниматель, активист по защите прав потребителей и общественный деятель.