Оранжевый групер: биология, промысел и состояние популяции.

Введение

Виды рыб

Оранжевый групер (Hoplostethus atlanticus), также известный как красный групер, слизеголовый и морской окунь глубоководный, — относительно крупная глубоководная рыба, принадлежащая к семейству слизеголовых (Trachichthyidae). Морское общество охраны окружающей среды Великобритании классифицирует оранжевого групера как "уязвимый к эксплуатации". Это батипелагический вид, обитающий в холодных, глубоких водах Западной части Тихого океана, восточной части Атлантического океана (от Исландии до Марокко; и от залива Уолвис, Намибия, до побережья Дурбана, Южная Африка), Индо-Тихоокеанского региона (у берегов Новой Зеландии и Австралии), а также в восточной части Тихого океана у Чили. Оранжевый групер примечателен своей исключительной продолжительностью жизни, превышающей 200 лет. Он имеет важное значение для коммерческого глубоководного тралового рыболовства. Рыба имеет ярко-кирпично-красный цвет, который после смерти выцветает до желтовато-оранжевого. Как и другие слизеголовые, оранжевый групер растет медленно и поздно созревает, что приводит к очень низкой устойчивости и делает его чрезвычайно восприимчивым к перелову. Многие популяции (особенно у берегов Новой Зеландии и Австралии, которые начали эксплуатировать в конце 1970-х годов) сильно сократились в течение 3–20 лет, но некоторые из них впоследствии восстановились до уровней, которые, по мнению органов управления рыболовством, являются устойчивыми, хотя и значительно ниже численности нетронутых популяций.

Описание

Оранжевый групер не имеет вытянутой формы тела. Его округлая голова пронизана слизевыми каналами (часть системы боковой линии), что типично для слизеголовых рыб. Спинной плавник содержит от четырех до шести шипов и от 15 до 19 мягких лучей; анальный плавник содержит три шипа и от 10 до 12 мягких лучей. 19-25 брюшных щитков (модифицированные чешуи) образуют твердый костный срединный гребень между тазовыми плавниками и анусом. Грудные плавники содержат от 15 до 18 мягких лучей каждый; тазовые плавники расположены в грудном отделе и содержат один шип и шесть мягких лучей; хвостовой плавник раздвоенный. Внутренняя поверхность рта и жаберной полости имеет синевато-черный цвет; сам рот крупный и сильно скошенный. Чешуя ктеноидная и плотно прилегающая. Боковая линия непрерывная, с 28-32 чешуями, спинулы или "ктендии" которых в значительной степени скрывают поры боковой линии. Глаза крупные. Оранжевый групер – самый крупный известный вид слизеголовых рыб, достигающий максимальной стандартной длины (измерение без учета хвостового плавника) и максимального веса. Средний размер коммерческого улова обычно составляет от в длину, который может варьироваться в зависимости от региона.

История жизни

Оранжевые груперы обычно медлительны и придонные; они образуют скопления с естественной плотностью популяции до 2,5 особей на м², которая сейчас снизилась примерно до 1,0 на м². Эти скопления формируются в и вокруг геологических структур, таких как подводные каньоны и горы, где высока подвижность и перемешивание воды, обеспечивая высокую концентрацию добычи. Скопления не обязательно связаны с нерестом или кормлением; считается, что рыбы проходят циклы метаболических фаз (активной/кормящей и неактивной/отдыхающей) и ищут районы с оптимальными гидрологическими условиями для сбора в каждой фазе. В неактивном состоянии они почти полностью теряют пигментацию, что делает их легкодоступными. К хищникам относятся крупные глубоководные акулы, угри, морские косули и змееголовы. В активном состоянии молодые особи питаются преимущественно зоопланктоном, таким как мизиды, эуфаузиды (криль), мезопелагические и бентопелагические рыбы, амфиподы и другие ракообразные; зрелые особи потребляют мелкую рыбу, преимущественно из семейств бабочковых и фонариковых, а также кальмаров, которые составляют до 20% их рациона. Рацион оранжевого групера зависит от глубины, при этом рацион взрослых особей обратно пропорционален рациону молоди. Например, потребление ракообразных молодыми особями минимально, но увеличивается с глубиной, в то время как пик потребления ракообразных взрослыми особями приходится на определенную глубину, после чего оно снижается. Потребление рыбы происходит по обратной схеме: потребление рыбы молодыми особями уменьшается с глубиной, а потребление взрослыми особями увеличивается. Эта обратная закономерность питания может быть примером разделения ресурсов, чтобы избежать внутривидовой конкуренции за доступную пищу на глубинах, где добычи меньше. Считается, что метаболические фазы оранжевого групера связаны с сезонными изменениями концентрации добычи. Неактивная фаза позволяет экономить энергию в периоды нехватки пищи. Оранжевый групер может жить более 200 лет.

Размножение

Оранжевые груперы – океанодромические (полностью морские), пелагические нерестники: то есть они ежегодно мигрируют на несколько сотен километров между локализованными районами нереста и кормления и образуют крупные нерестовые скопления (возможно, разделяющиеся по половому признаку), где рыбы массово выпускают в воду крупные сферические яйца диаметром (обладающие плавучестью благодаря оранжево-красному масляному шарику) и сперму. Оплодотворенные яйца (и впоследствии личинки) являются планктонными, поднимаясь на глубину для развития, а молодые особи со временем опускаются в более глубокие воды по мере созревания. Оранжевые груперы также нерестятся синхронно, выпуская сперму и яйцеклетки одновременно. Считается, что время от оплодотворения до вылупления составляет от 10 до 20 дней; плодовитость низкая: каждая самка производит всего 22 000 яиц на килограмм веса тела, что менее 10% от среднего показателя для других видов рыб. Самки редко производят более 90 000 яиц за один нерест. Нерест может длиться до трех недель и начинается примерно в июне или июле. Оранжевые груперы растут очень медленно и начинают размножаться не ранее 20 лет, достигая при этом длины. Возраст половой зрелости, используемый при оценке запасов, варьируется от 23 до 40 лет, что ограничивает рост/восстановление популяции, поскольку каждому новому поколению требуется так много времени, чтобы начать нереститься. Подсчет по кольцам роста отолитов оранжевых груперов дал оценку возраста от 125 до 156 лет. Один экземпляр, пойманный в 1500 км к востоку от Веллингтона в 2015 году, был оценен в возрасте более 230 лет.

Потребление

Мясо плотное, с мягким вкусом; продается с кожей и в виде филе, свежим или замороженным. Этот вид впервые получил общее название "оранжевый групер" учеными в Новой Зеландии в 1975 году после обнаружения крупных скоплений в ходе глубоководной исследовательской экспедиции. Впоследствии вокруг Новой Зеландии сформировался крупномасштабный промысел оранжевого групера, а импорт в Соединенные Штаты увеличился, где он был переименован из менее привлекательного в гастрономическом плане "слизняка" в рамках программы Национальной службы морского рыболовства США в конце 1970-х годов, которая выявила недостаточно используемые виды, нуждающиеся в переименовании для повышения их товарной привлекательности. Исторически Соединенные Штаты были крупнейшим потребителем оранжевого групера, однако в последние годы рынок оранжевого групера в Китае значительно вырос. В 2014 году США импортировали около 1455 тонн (в основном филе) из Новой Зеландии, Китая, Перу и Индонезии. В 2015 году Китай импортировал не менее 4000 тонн (в основном цельную рыбу). Ряд крупных розничных сетей разработали политику устойчивого развития в отношении морепродуктов, чтобы заверить покупателей в том, что они предлагают экологически безопасные продукты. Эти политики часто включают сотрудничество с неправительственными организациями для определения критериев устойчивости морепродуктов. Кроме того, существует ряд экологических сертификатов, помогающих розничным продавцам и потребителям идентифицировать морепродукты, прошедшие независимую оценку на соответствие строгим научным стандартам. Одной из наиболее известных таких программ является программа Совета по управлению морскими ресурсами (Marine Stewardship Council). В 2010 году Greenpeace International внесла оранжевого групера (морского окуня глубоководного) в свой "красный список" морепродуктов, включающий рыбу, обычно добываемую неустойчивыми методами. В совместном докладе 2003 года, подготовленном TRAFFIC Oceania и программой "Опасные моря" Всемирного фонда дикой природы (WWF), утверждается, что "вероятно, не существует экономически целесообразного глубоководного рыболовства, которое было бы одновременно устойчивым". Однако другие утверждают, что глубоководным рыболовством можно управлять устойчиво, при условии признания того, что устойчивые уловы невелики и объемы вылова должны соответствовать этим показателям. Благодаря своей долгожительности, оранжевый групер накапливает большое количество ртути в тканях, содержание которой варьируется от 0,30 до 0,86 ppm, в то время как средний уровень ртути в других съедобных рыбах составляет 0,086 ppm. Основываясь на среднем потреблении и рекомендациях исследования Национальной службы морского рыболовства, FDA в 1976 году установило максимальный безопасный уровень ртути в рыбе в 1 ppm. Регулярное употребление оранжевого групера может негативно сказаться на здоровье. По сравнению с большинством съедобных рыб, оранжевый групер является очень бедным источником омега-3 жирных кислот, в среднем содержащим менее 3,5 г/кг.

The flesh is firm with a mild flavour; it is sold skinned and filleted, fresh or frozen. This species was first given the common name "Orange Roughy" by scientists in New Zealand in 1975 following the discovery of large aggregations during a deep water research cruise. A large scale fishery for orange roughy subsequently developed around New Zealand, and imports into the United States increased where it was renamed from the less gastronomically appealing "slimehead" through a U. S. National Marine Fisheries Service program during the late 1970s that identified underused species that should be renamed to make them more marketable. Historically, the United States has been the largest consumer of orange roughy, however, in recent years, the market for orange roughy in China has increased significantly. In 2014, the U. S. imported around 1,455 tonnes (4.4 million lb) (mainly fillets) from New Zealand, China, Peru and Indonesia. In 2015, China imported at least 4,000 tonnes (8.8 million lb) (mainly whole fish). A number of major food retailers have established seafood sustainability policies to reassure customers that they are stocking sustainable seafood. These policies often involve partnering with non governmental organizations to define criteria for seafood that may be stocked. In addition, a number of ecolabels exist to help retailers and consumers identify seafood that has been independently assessed against a robust, scientific standard. One of the best known such programmes is that of the Marine Stewardship Council. In 2010, Greenpeace International added orange roughy (deep sea perch) to its seafood red list, which contains fish generally sourced from unsustainable fisheries. A 2003 joint report by the TRAFFIC Oceania and World Wildlife Foundation Endangered Seas Program argues, "probably no such thing [exists] as an economically viable deep water fishery that is also sustainable." However, others have argued that deepwater fisheries can be managed sustainably provided that it is recognized that sustainable yields are low and catches are set accordingly. Because of its longevity, the orange roughy accumulates large amounts of mercury in its tissues, having a range of 0.30–0.86 ppm compared with an average mercury level of 0.086 ppm for other edible fish. Based on average consumption and the recommendations of a National Marine Fisheries Service study, in 1976 the FDA set the maximum safe mercury level for fish at 1 ppm. Regular consumption of orange roughy can have adverse effects on health. Compared to most edible fish, orange roughy is a very poor source of omega 3 fatty acids, averaging less than 3.5 g/kg.

Рыболовство

Оранжевый групер (хохлатка) обитает в водах Новой Зеландии, Австралии и Намибии. Многие популяции оранжевого групера находятся вне юрисдикции какого-либо государства, что затрудняет ограничение общего вылова. Региональная организация по управлению рыбными ресурсами в южной части Тихого океана (SPRFMO) и Соглашение о рыболовстве в южной части Индийского океана управляют популяциями оранжевого групера в пределах своих зон ответственности. Эти организации добились прогресса в сборе более точных данных об общем вылове оранжевого групера, а также в установлении квот для промысла в открытом море. Например, SPRFMO с 2007 года ограничивает вылов и усилия по добыче оранжевого групера. Добыча оранжевого групера осуществляется почти исключительно донным тралением. Этот метод ловли подвергается резкой критике со стороны природоохранных организаций из-за его разрушительного воздействия. Это, в сочетании с высоким коммерческим спросом, вызывает критику как со стороны экологов, так и со стороны средств массовой информации.

Новая Зеландия рыболовство

В настоящее время Новая Зеландия осуществляет крупнейший в мире промысел оранжевого грубого рыбака, с общим уловом более 8500 тонн в 2014 календарном году. Это составляет 95% от общего предполагаемого мирового улова оранжевого грубого рыбака. Экспорт оранжевого грубого рыбака принес Новой Зеландии оценочный доход в размере 53 миллионов новозеландских долларов (37 миллионов долларов США) в 2015 году. Рыболовство в Новой Зеландии управляется посредством Системы управления квотами (СУК), в рамках которой отдельные лица или компании владеют квотами на популяцию определенного вида или группы видов. Для каждой популяции устанавливается общий допустимый улов (ОДУ), который поддерживает популяцию на уровне, обеспечивающем максимальный устойчивый вылов, или выше этого уровня, либо способствует ее приближению к этому уровню. Промысел оранжевого грубого рыбака управляется в рамках СУК с 1986 года. Министерство первичной промышленности отвечает за реализацию СУК и соответствующего законодательства, в частности, Закона о рыболовстве 1996 года.

Исторические

Начало промысла оранжевого групера в искусственных условиях было положено в середине 1970-х годов, однако полномасштабная эксплуатация началась лишь в 1979 году. Регулирования ранних уловов не существовало, и записи свидетельствуют об их значительном объеме. Для многих промыслов системы управления предусматривают период "снижения популяции", в течение которого биомасса уменьшается до уровня, обеспечивающего максимальный устойчивый вылов. Например, промыслу с гипотетической нетронутой биомассой в 100 000 тонн может быть разрешено снижение до биомассы в 40 000 тонн (при условии, что именно эта биомасса обеспечивает максимальный устойчивый вылов) в течение нескольких лет. Темпы этого "снижения" могут варьироваться в зависимости от целей промысла, но затем уловы будут более строго контролироваться для поддержания биомассы на уровне около 40 000 тонн. В отношении промысла оранжевого групера в Новой Зеландии параметры продуктивности и, как следствие, оценки нетронутой биомассы были неверно оценены в первое десятилетие промысла. Лимиты улова превышали рекомендованные оценки устойчивого вылова в течение последующего десятилетия, и по оценкам, фактические уловы превышали установленные лимиты из-за разрывов сетей, окон в сетях и потери орудий лова. В середине 1990-х годов лимиты улова были снижены, но затем вновь повышены после появления признаков восстановления запасов. Однако впоследствии выяснилось, что это не так, и ряд промыслов были полностью закрыты или лимиты улова сокращены до одной тонны для восстановления запасов. В одном из новозеландских промыслов общий допустимый улов (ОДУ) был снижен в 2008 году с 1470 тонн до 914 тонн, но это снижение было оспорено в суде. В феврале 2008 года Высокий суд отменил новую квоту, постановив, что министр рыболовства не имеет законных полномочий устанавливать квоты для ORH1. Это было связано со строгой интерпретацией Закона о рыболовстве, которая требовала точной оценки биомассы, способной поддерживать максимальный устойчивый вылов. В результате этого решения Закон о рыболовстве 1996 года был изменен, чтобы разрешить установление ОДУ на основе наилучшей доступной информации в отсутствие оценки биомассы, способной поддерживать максимальный устойчивый вылов.

Fishery farming of orange roughy was initiated in the mid 1970s, but full exploitation did not begin until 1979. There was no regulation of these early catches, and records indicate that they were very high. For many fisheries, management settings allow for a "fishing down" period during which the biomass is reduced to a level that will provide the maximum sustainable yield. For example, a fishery with a hypothetical unfished biomass of 100,000 tonnes will be allowed to be fished down to a biomass of 40,000 tonnes (assuming that this is the biomass that provides for the maximum sustainable yield) over a number of years. The rate of this "fish down" can vary depending on the objectives of the fishery, but catches would then be more strictly controlled to maintain the biomass at around 40,000 tonnes. For the New Zealand orange roughy fisheries, productivity parameters and resulting estimates of unfished biomass were incorrectly estimated in the first decade of the fishery. Catch limits exceeded recommended estimates of sustainable yields for a subsequent decade and catches were estimated to have exceeded those catch limits because of burst nets, escape windows in nets and lost gear. Catch limits were reduced in the mid 1990s, although they were increased again following indications that stocks had begun to rebuild. This was later found not to be the case and a number of fisheries were closed completely or had catch limits reduced to one tonne to allow the stocks to rebuild. In one New Zealand fishery, the Total Allowable Catch (TAC) was reduced in 2008 from 1,470 tonnes to 914 tonnes, but this reduction was challenged in court. In February 2008, the High Court overturned the new quota, ruling that the Minister of Fisheries did not have the legal power to set quotas for ORH1. This was because of a strict interpretation of the Fisheries Act that required an accurate estimation of the biomass that could support the maximum sustainable yield. As a result of this decision, the Fisheries Act 1996 was amended to allow TACs to be set based on the best available information in the absence of an estimate of the biomass that could support the maximum sustainable yield.

Текущая ситуация (2016)

В 2009 году рыболовная отрасль Новой Зеландии заказала предварительную оценку отдельных промыслов оранжевого грубияка на соответствие стандарту Совета по управлению морскими ресурсами (MSC). После предварительной оценки отраслевая организация (Deepwater Group Ltd) включила четыре промысла оранжевого грубияка в Планы улучшения рыболовства (FIP) для достижения улучшений, позволяющих им соответствовать требованиям сертификации MSC. Эти FIP находятся в открытом доступе и контролируются Партнерством устойчивого рыболовства. В 2014 году были завершены оценки запасов на основе байесовских моделей для четырех основных запасов оранжевого грубияка Новой Зеландии, один из которых был закрыт для промысла с 2000 года. В оценке запасов использовались данные, собранные в ходе исследовательских тралений, проведенных научно-исследовательскими организациями и рыболовной отраслью. Ключевым фактором в недавних тралениях стало использование новой акустической технологии, разработанной рыболовной отраслью. Многочастотная акустико-оптическая система (AOS) позволяет ученым дифференцировать типы рыб, акустически "обнаруженные" в ходе траления, и работает на склонах, где ранее эффективное обследование было невозможно в некоторых районах. AOS также потенциально позволяет ученым в режиме реального времени наблюдать видеозапись измерений, проводимых в ходе траления. Другие научно-исследовательские данные также имели решающее значение для успешной оценки запасов, в частности, частоты возрастных групп, полученные с использованием усовершенствованных методов определения возраста. Оценки запасов 2014 года, прошедшие строгую экспертную оценку, показали, что трех запасов восстановилось в достаточной степени для поддержания увеличения вылова. Соответственно, квоты (TAC) для этих запасов были увеличены. Оценивалось, что четвертый запас находится на низком уровне, и квота (TAC) была сокращена более чем на 40% для восстановления запаса. Кроме того, была завершена оценка стратегии управления, финансируемая отраслью, которая предоставила оценку биомассы, способной поддерживать максимальный устойчивый вылов (≈25–27% от исходной биомассы). На основе этих данных рыболовная отрасль согласилась поддерживать запасы оранжевого грубияка в целевом диапазоне управления 30–50% от исходной биомассы. Также было согласовано Правило контроля за выловом, определяющее лимиты вылова в зависимости от оценки состояния запаса. Лимиты вылова для этих промыслов в настоящее время соответствуют результатам согласованного Правила контроля за выловом. В мае 2014 года три промысла оранжевого грубияка перешли к полной оценке на соответствие стандарту Совета по управлению морскими ресурсами.

The New Zealand fishing industry contracted a pre assessment of selected orange roughy fisheries against the Marine Stewardship Council (MSC) Fisheries Standard in 2009. Following the pre assessment, the industry representative body (Deepwater Group Ltd) put four orange roughy fisheries into Fishery Improvement Plans (FIPs) to deliver improvements in the fisheries that would enable them to meet the certification requirements of the MSC. These FIPs are public and have been monitored by the Sustainable Fisheries Partnership. In 2014, Bayesian model based stock assessments were completed for four of New Zealand's main orange roughy stocks, one of which had been closed to fishing since 2000. The stock assessments used data collected by research surveys carried out by research organizations and the fishing industry. A key factor was the use of new acoustic technology, developed by the fishing industry, in recent surveys. The multi frequency acoustic optical system (AOS) enables scientists to differentiate the types of fish acoustically ‘seen’ during the survey and works on slopes that previously made effective surveying impossible in some areas. The AOS also has the potential to allow scientists to see in real time video, what is being measured by the survey. Other research derived data were also critical to the success of the stock assessments, notably age frequencies from improved ageing methods. The 2014 stock assessments, which were subject to a robust peer review process, indicated that three of the stocks had recovered enough to sustain increased catches. The TACs for these stocks were subsequently increased. The fourth stock was estimated to be at a low stock status and the TAC was reduced by over 40% to allow the stock to rebuild. In addition, an industry sponsored Management Strategy Evaluation was completed that provided an estimate of the biomass that could support the maximum sustainable yield (≈25–27% of the unfished biomass). Based on this output, the fishing industry agreed to aim to maintain the orange roughy stocks within a management target range of 30–50% of the unfished biomass. Further to this, a Harvest Control Rule was agreed that would define what catch limits should be given an estimate of stock status. Catch limits for those fisheries are currently consistent with the outputs of the agreed Harvest Control Rule. In May 2014, three orange roughy fisheries entered full assessment against the Marine Stewardship Council Fisheries Standard.

Австралийский рыболов

Австралийский промысел оранжевого групера был открыт лишь в 1970-х годах, но к 2008 году биомасса некоторых запасов оставалась высокой, в то время как другие, по оценкам, сократились до 10% от первоначального уровня до начала промысла после многих лет коммерческой эксплуатации. Он стал первой коммерчески ценной рыбой, попавшей в австралийский список видов, находящихся под угрозой исчезновения, из-за перелова. К концу 2017 года ряд австралийских промыслов оранжевого групера были вновь открыты. В июле 2020 года ведущая американская консалтинговая компания MSC (орган по оценке соответствия, или CAB), действующая от имени группы австралийских квотодержателей восточной зоны, опубликовала отчет об оценке, рекомендовавший присвоить запасу оранжевого групера восточной зоны аккредитацию Совета по управлению морским хозяйством (MSC), оценив промысел и его управление очень высоко (289/300) по каждому из трех принципов оценки. Однако экологические организации Австралийское общество охраны морской среды и Всемирный фонд дикой природы (WWF) представили поздние возражения. Решение MSC допустить возражения от этих двух НПО, которые не участвовали в более чем годовом процессе, что противоречит стандарту MSC, многими рассматривается как ставящее под сомнение независимость и достоверность самого стандарта. Арбитр вынесла свое решение в трех итерациях в начале 2021 года, каждая из которых последовала за представлениями апеллянтов, CAB и клиента промысла. В ходе процесса австралийский министр рыболовства написал в MSC, объяснив, что, хотя оранжевый групер внесен в список в соответствии с австралийским законом EPBC (1999), он также управляется в соответствии с Законом об управлении рыболовством (1991) и Законом об администрировании рыболовства (1991), и что коммерческий вылов оранжевого групера позволяет продолжать восстановление популяции, а также что он указан в разделе закона EPBC, разрешающем этот коммерческий вылов. Однако арбитр пришла к выводу, что, по ее мнению, стандарт не мог предусматривать сертификацию видов, находящихся под угрозой исчезновения, и что целью для видов, находящихся под угрозой исчезновения, должен быть нулевой улов. Кроме того, поскольку оранжевый групер внесен в список в соответствии с законом EPBC, он должен рассматриваться как вид, находящийся под угрозой исчезновения, охраняемый и требующий защиты (ETP) в рамках принципа 2 MSC и, следовательно, не может также рассматриваться как целевой или основной вид в рамках принципа 1. Во втором решении (февраль 2021 года) арбитр резюмировала свое решение, заявив: «Этот конкретный запас, согласно CAB, и у меня нет оснований, в пределах моей ограниченной компетенции, не соглашаться с этой точкой зрения, хорошо управляется и в настоящее время эксплуатируется устойчивым образом с точки зрения современных научных данных. Поэтому я признаю, что решение о возобновлении рассмотрения будет тем более нежелательным для CAB и клиента промысла. Однако, на мой взгляд, сложность заключается в узких формулировках стандарта при его интерпретации в контексте австралийского законодательства об ETP. Я не могу выйти за рамки моей интерпретации, учитывая любые мои взгляды на устойчивость запаса и пригодность единицы оценки для сертификации. Решение этой проблемы лежит вне рамок этого процесса и заключается в изменении австралийского законодательства или внесении ясности в стандарт. Клиент промысла впоследствии отозвал запас из процесса оценки. Документы, относящиеся к процессу подачи возражений, можно найти здесь: https://fisheries.msc.org/en/fisheries/australia-orange-roughy-eastern-zone-trawl/@@assessments. Прецедент, созданный этим решением, вызвал вопросы о будущем MSC в Австралии, учитывая, что ряд видов рыб, включенных в существующие сертификаты MSC, внесены в список в соответствии с законом EPBC. Очевидная несовместимость стандарта MSC и австралийского законодательства является одной из причин, по которой система MSC развивалась так медленно в Австралии, и австралийские потребители мало знакомы с брендом MSC.

The Australian orange roughy fishery was not discovered until the 1970s, but by 2008, the biomass of some stocks remained high while others was estimated to be down to 10% of the unfished level after years of commercial fishing. It was the first commercially sought fish to appear on Australia's threatened species list because of overfishing. By late 2017, a number of Australian orange roughy fisheries had been re opened. In July 2020, a leading US based MSC consultancy (conformity assessment body or CAB) acting for a group of Australian eastern zone orange roughy quota holders, released a scoring report recommended that the orange roughy eastern zone stock be given Marine Stewardship Council accreditation, scoring the fishery and its management highly (289/300) in each of the three assessment principles. However, environmental groups the Australian Marine Conservation Society and World Wildlife Fund raised late objections. MSC's decision to allow objections from these two eNGOs who did not engage in the more than year long process in contravention of the MSC Standard is seen by many as raising questions about the independence and credibility of the standard itself. The Arbitrator issued her decision in three iterations in early 2021 each following representations from the Appellants, CAB and Fishery Client. During the process the Australian Minister for fisheries wrote to the MSC explaining that although orange roughy was listed under Australia's EPBC Act (1999) that it was also managed under the Fisheries Management Act(1991) and Fisheries Administration Act (1991) and that the commercial take of orange roughy allowed continued recovery and that it is listed in a section of the EPBC Act that allowed this commercial take. However, the Arbitrator found that her view was that the standard could not have intended threatened species to be certified and that the goal for threatened species should be zero catch. Further, that because orange roughy was listed under the EPBC Act that it should be considered as an endangered, threatened and protected (ETP) species as part of MSC Principle 2 and could therefore not also be considered as a target or subject stock under Principle 1. In her second decision (February 2021) the Arbitrator summarised her decision by stating, "This particular stock is, according to the CAB and I have no reason within my limited remit, to disagree with this view, well managed and currently sustainably fished in terms of the prevailing science. I do acknowledge therefore that the remand decision will be all the more unwelcome by the CAB and the fishery client. However, the difficulty, in my view, lies in the narrow terms of the Standard when read against the Australian ETP legislation. It is not open to me to go beyond my interpretation, in light of any views I might have on the otherwise sustainability of the stock and the suitability of the unit of assessment for certification. The remedy to this lies outside of this process in seeking a change either to the Australian legislation or clarity in the Standard. The Fishery Client subsequently withdrew the stock from assessment. Documents from the objection process can be found here https://fisheries. msc. org/en/fisheries/australia orange roughy eastern zone trawl/@@assessments. The precedent set by this decision has raised questions about the future of MSC in Australia given that a number of fish species involved in existing MSC certificates are listed under the EPBC Act. The current apparent incompatibility of the MSC Standard and Australian legislation is one reason why the MSC system has been so slow to develop in Australia and that Australian consumers have little recognition of the MSC brand.