Введение
Феминистское движение
Лесбиянский феминизм – это культурное движение и критическая перспектива, которая призывает женщин направлять свои усилия, внимание, отношения и деятельность на других женщин, а не на мужчин, и часто выступает за лесбиянство как логическое следствие феминизма. Лесбиянский феминизм был наиболее влиятельным в 1970-х и начале 1980-х годов, преимущественно в Северной Америке и Западной Европе, но начал формироваться в конце 1960-х годов и возник из-за недовольства «Новыми левыми», Кампанией за равенство гомосексуалов, сексизмом внутри движения за освобождение геев и гомофобией в популярных женских движениях того времени. По мнению Джуди Ребик, ведущей канадской журналистки и феминистской активистки, лесбиянки были и всегда являлись «сердцем женского движения», в то время как их проблемы оставались «невидимыми» в рамках этого же движения. Феминизм цветных лесбиянок возник как реакция на то, что лесбиянский феминизм не учитывал вопросы классовой и расовой принадлежности как источники угнетения наряду с гетеросексуальностью.
Основные идеи
Лесби-феминизм, как и феминизм, лесби- и гей-исследования и квир-теория, характеризуется идеями борьбы и переосмысления. В то же время, одной из ключевых тем лесбийского феминизма является анализ гетеросексуальности как институциональной системы. Лесбиянки-феминистки, представляющие цветные расы, отстаивают интерсекциональность, в частности, взаимосвязь пола, гендера, класса и расы, подчеркивая, что большинство исследований и данных о сексуальной ориентации предоставляются белыми цисгендерными мужчинами.
Биология, выбор и социальный конструизм
Как было указано выше, лесбийский феминизм обычно рассматривает лесбиянство как форму сопротивления институтам, созданным мужчинами. Шерил Кларк пишет в своем эссе «Новые заметки о лесбиянстве»: «Я называю себя «лесбиянкой», потому что эта культура угнетает, замалчивает и уничтожает лесбиянок, даже тех, кто не идентифицирует себя как «лесбиянки». Я называю себя «лесбиянкой», потому что хочу быть видимой для других чернокожих лесбиянок. Я называю себя «лесбиянкой», потому что не принимаю хищническую и институционализированную гетеросексуальность». Однако, согласно «Словарю гендерных исследований», некоторые лесбиянки, считающие, что они «родились такими», полагали, что политические лесбиянки или те, кто рассматривает лесбиянство как выбор, основанный на институционализированной гетеросексуальности, присваивают термин «лесбиянка», не испытывая и не высказываясь против угнетения, с которым сталкиваются эти женщины.
Сепаратизм
Лесбийский сепаратизм – это форма сепаратистского феминизма, специфичная для лесбиянок. Лесбиянки рассматривали сепаратизм как временную стратегию и как образ жизни, но чаще – как последний. В сепаратистском феминизме лесбиянство постулируется как ключевая феминистская стратегия, позволяющая женщинам инвестировать энергию в других женщин, создавая новое пространство и диалог об отношениях между женщинами и, как правило, ограничивая взаимодействие с мужчинами. Лесбийский сепаратизм стал популярен в 1970-х годах, когда некоторые лесбиянки сомневались, что господствующее общество или даже гей-движение могут им что-либо предложить. В 1970 году семь женщин, включая Дель Мартин, обратились к Северной конференции гомофильных организаций с вопросом о значимости гей-движения для женщин в его составе. Делегаты приняли резолюцию в поддержку женской эмансипации, но Мартин посчитала, что этого недостаточно, и написала влиятельное эссе 1970 года «Если это всё», в котором она раскритиковала организации по защите прав геев за сексизм. Летом 1971 года группа лесбиянок, назвавшая себя «Фурии», создала коммуну, открытую только для лесбиянок, где они издавали ежемесячную газету. «Фурии» состояли из двенадцати женщин в возрасте от восемнадцати до двадцати восьми лет, все – феминистки, все – лесбиянки, все – белые, среди них было трое детей. Они делили обязанности и одежду, жили вместе, часть денег держали общими и спали на матрасах на общем полу. Коммуна прекратила свое существование в 1972 году. Шарлотта Банч, одна из первых участниц «Фурий», рассматривала сепаратистский феминизм как стратегию, как период «первого шага» или временный уход из мейнстримного активизма для достижения конкретных целей или личностного роста. Другие лесбиянки, такие как Элана Дайквомон, лауреат премии Lambda, выбрали сепаратизм как образ жизни. Помимо пропаганды отказа от работы, личных или случайных отношений с мужчинами, «Фурии» рекомендовали лесбийским сепаратисткам общаться «только с женщинами, которые разрывают связи с мужскими привилегиями» и предполагали, что «пока женщины все еще извлекают выгоду из гетеросексуальности, получают ее привилегии и безопасность, они в какой-то момент должны будут предать своих сестер, особенно лесбийских сестер, которые не получают этих преимуществ». Для «Фурий» лесбиянство было единственным путем к освобождению от мужского доминирования и рассматривалось скорее как политический инструмент, чем сексуальная ориентация. В своей книге 1988 года «Лесбийская этика: к новой ценности» философ-лесбиянка Сара Люсия Хоагланд намекает на потенциал лесбийского сепаратизма побудить лесбиянок развивать здоровую этику сообщества, основанную на общих ценностях. Хоагланд проводит различие (первоначально отмеченное автором-лесбиянкой и составителем антологий Джулией Пенелопой) между лесбийской субкультурой и лесбийским сообществом: членство в субкультуре «определяется в негативных терминах внешней враждебной культурой», а членство в сообществе основано на «ценностях, которые, по нашему мнению, мы можем реализовать здесь». Бетт Таллен считает, что лесбийский сепаратизм, в отличие от некоторых других сепаратистских движений, «не направлен на создание независимого государства, а на развитие автономной самоидентификации и создание сильного сплоченного лесбийского сообщества». Лесби-историк Лилиан Фаддерман описывает сепаратистские импульсы лесбийского феминизма, которые создали культуру и культурные артефакты, как «придание большей видимости любви между женщинами» в более широкой культуре. Фаддерман также считает, что лесбийские феминистки, создававшие сепаратистские институты, делали это, чтобы «внести свои идеалы о честности, заботе о нуждающихся, самоопределении и равенстве труда и вознаграждений во все аспекты создания институтов и экономики». Женская земля – это намеренное сообщество, созданное, населенное и поддерживаемое преимущественно лесбийскими сепаратистками. В других работах лесбийские феминистки рассматривают женский сепаратизм как довольно распространенное явление и исследуют мифологию, окружающую его. Одним из примеров является эссе Мэрилин Фрай (1978) «Заметки о сепаратизме и власти». Она утверждает, что женский сепаратизм – это стратегия, которую в какой-то момент практикуют все женщины, и которая присутствует во многих феминистских проектах (например, в приютах для женщин, квотах при выборах или программах гендерных исследований). Она утверждает, что только когда женщины практикуют его сознательно как отделение от мужчин, он вызывает споры (или, как она предполагает, истерию). С другой стороны, мужской сепаратизм (например, джентльменские клубы, профсоюзы, спортивные команды, армия и, в большей степени, должности, принимающие решения) рассматривается как вполне нормальное и даже целесообразное явление. Другие лесбийские феминистки выдвигают идею «тактического сепаратизма» от мужчин, поддерживая и инвестируя в такие вещи, как женские убежища и группы повышения осознанности, а также исследуя повседневные практики, в которые женщины могут временно отступить или практиковать уединение от мужчин и маскулинности. Маргарет Слоан Хантер сравнила лесбийский сепаратизм с черным сепаратизмом. В своей работе «Установление сепаратистских связей: вопрос в идентификации с женщиной» она заявила: «Если лесбийский сепаратизм потерпит неудачу, то это будет потому, что женщины настолько сплочены, что будут излучать женскую идентичность, куда бы они ни пошли. Но поскольку сексизм намного старше расизма, кажется, что нам пока необходимо принять сепаратизм, по крайней мере, психически, ради здоровья и осознанности. Это революция, а не кампания по связям с общественностью, мы должны постоянно напоминать себе об этом». Однако некоторые лесбийские феминистские группы скептически относились к сепаратизму. Так, видная группа чернокожих лесбиянок, «Коллектив реки Комбахи», заявила, что сепаратизм не является для них жизнеспособной политической стратегией.
Женщина, опознанная женщиной
Если бы можно было указать конкретный момент основания лесбийского феминистского движения, то это, вероятно, был бы май 1970 года, когда группа радикальных феминисток «Radicalesbians», состоящая из 20 лесбиянок, включая писательницу Риту Мэй Браун, захватила Второй конгресс по объединению женщин – женскую конференцию в Нью-Йорке. Придя без приглашения, они выстроились на сцене в одинаковых футболках с надписью «Лавандовая угроза» и потребовали микрофон, чтобы зачитать свой манифест «Женщина, идентифицирующая женщину», в котором были изложены основные принципы их движения. Позже Адриенна Рич включила эту концепцию в свое эссе «Принудительная гетеросексуальность и лесбийское существование», где она раскрывает идею о том, что патриархат предписывает женщинам сосредотачиваться на мужчинах или быть «ориентированными на мужчин». Стать женщиной, идентифицирующей женщину, то есть перенести фокус внимания и энергии с мужчин на женщин, – это способ сопротивления патриархальному угнетению.
Женская культура
"Womyn", наряду с "wimmin" и "womin", были терминами, созданными альянсами в рамках лесбийского феминистского движения для отграничения от мужчин и маскулинного (или "фалогоцентрического") языка. Термин "женщины" рассматривался как производный от мужского рода и в конечном итоге символизировал предписанный характер угнетения женщин. Более широко возникла новая лексика, иногда отсылающая к утраченным или невысказанным матриархальным цивилизациям, амазонкам, древним – особенно греческим – богиням, иногда к частям женской анатомии и часто к миру природы. Часто отмечалось, что движение не имело отправной точки, не знало своих корней и не располагало историей лесбиянства, на которую можно было бы опереться. Отсюда и акцент на повышении осознанности и создании новых (вероятно) "гиноцентрических" культур. Организация Salsa Soul Sisters, Third World Wimmin Inc объединила лесбийских феминисток и феминисток-колористок.
Лесбиянки и феминизм
В качестве критической перспективы, лесбийский феминизм, пожалуй, лучше всего определяется в оппозиции к мейнстримному феминизму и квир-теории. Безусловно, утверждалось, что мейнстримный феминизм виновен в гомофобии из-за неспособности интегрировать сексуальность как фундаментальную категорию гендерного анализа и рассмотрения лесбиянства как отдельной проблемы. В этом отношении классический текст Адриенн Рич 1980 года «Принудительная гетеросексуальность и лесбийское существование» является показательным и одним из ключевых моментов в истории лесбийского феминизма. Однако президент NOW Бетти Фридан выступала против участия лесбиянок в движении. В 1969 году она назвала растущую видимость лесбиянок «лавандовой угрозой» и уволила открытую лесбиянку, редактора информационного бюллетеня Риту Мэй Браун, а в 1970 году организовала исключение лесбиянок, включая Айви Боттини, из нью-йоркского отделения NOW. В ответ, в первый вечер, когда на Конгрессе 1970 года, посвященном объединению женщин, собрались четыреста феминисток, группа из двадцати женщин в футболках с надписью «Лавандовая угроза» вышла на передний план и обратилась к аудитории. Затем одна из женщин зачитала декларацию группы «Женщина, идентифицирующая себя как женщина» – первое значимое заявление лесбийского феминизма. Группа, позже назвавшая себя «Радикальные лесбиянки», была одной из первых, кто бросил вызов гетеросексуальности гетеросексуальных феминисток и начала описывать лесбийский опыт в позитивном ключе. В 1971 году NOW приняла резолюцию, провозглашающую, что «право женщины на собственную личность включает в себя право определять и выражать свою сексуальность и выбирать свой образ жизни», а также резолюцию конференции, в которой говорилось, что принуждение матерей-лесбиянок оставаться в браке или жить скрытой жизнью ради сохранения детей несправедливо. В том же году NOW также взяла на себя обязательство предоставить юридическую и моральную поддержку в деле, касающемся прав на опеку над детьми лесбийских матерей.
Старые лесбиянки, которые борются за перемены
В 2014 году организация Old Lesbians Organizing for Change (OLOC) опубликовала "Заявление против сексизма", в котором утверждается: «Мужчины управляют миром, а женщины призваны служить, исходя из убеждения в превосходстве мужчин над женщинами, что и есть патриархат. Патриархат – это система, посредством которой поддерживается и укрепляется всеобщая власть мужчин. OLOC стремится к прекращению существования патриархата и освобождению всех женщин».
Национальный план действий Национальной женской конференции 1977 года (США)
В ноябре 1977 года Национальная женская конференция опубликовала Национальный план действий, в котором, в частности, говорилось: Конгрессу, законодательным органам штатов и местным органам власти следует принять законы, направленные на устранение дискриминации по признаку сексуальной ориентации и привязанности в таких сферах, как, но не ограничиваясь, трудоустройство, жилье, общественные места, кредитование, общественные учреждения, государственное финансирование и вооруженные силы. Законодательные органы штатов должны реформировать свои уголовные кодексы или отменить законы штатов, ограничивающие частную сексуальную жизнь между согласными взрослыми. Законодательные органы штатов должны принять законы, запрещающие учитывать сексуальную ориентацию или привязанность как фактор при принятии судебных решений о правах опеки над детьми или посещения. Вместо этого, дела об опеке над детьми должны рассматриваться исключительно на основе того, какой из родителей лучше заботится о ребенке, без учета сексуальной ориентации или привязанности этого родителя.
Феминистская культура
Американский фотограф Дебора Брайт создала серию под названием «Девушки мечты», которая бросила вызов общепринятым гендерным и сексуальным стереотипам, которые голливудская индустрия продвигала в 1980-х годах.
Напряженность с квир-теорией и транс-феминизмом
Появление квир-теории в 1990-х годах опиралось на определенные принципы лесбийского феминизма, включая критику обязательной гетеросексуальности, понимание гендера как частично определяемого гетеросексуальностью и понимание сексуальности как институциональной, а не личной. Тем не менее, квир-теория во многом противопоставляется традиционному лесбийскому феминизму. В то время как лесбийский феминизм традиционно критикует БДСМ, бутч/фемм идентичности и отношения, трансгендерных и транссексуальных людей, порнографию и проституцию, квир-теория, как правило, принимает их. Квир-теоретики поддерживают гендерную флюидность и, следовательно, критикуют лесбийский феминизм за эссенциалистское понимание гендера, которое противоречит заявленным целям. Лесбийские феминистки критиковали квир-теорию как неявно ориентированную на мужчин и как возрождение ориентированного на мужчин Фронта освобождения геев, от которого лесбийские феминистки изначально искали защиты. Квир-теоретики возразили, указав на то, что большинство видных квир-теоретиков являются феминистками, и многие (включая Джудит Батлер, Джека Халберстама и Гейл Рубин) являются или в какой-то момент идентифицировали себя как лесбиянки. Барри (2002) предполагает, что при выборе между этими возможными позициями (лесбийский феминизм и/или квир-теория) необходимо ответить на вопрос, является ли гендер или сексуальность более "фундаментальным для личной идентичности".
Мнения о БДСМ
Из-за акцента на равенство в сексуальных отношениях, лесбийский феминизм традиционно выступал против любых форм БДСМ, увековечивающих гендерные стереотипы. Эта точка зрения была поставлена под сомнение в конце 1970-х годов, в первую очередь группой Samois – лесбийской феминистской организацией из Сан-Франциско, занимавшейся изучением БДСМ. Члены Samois твердо верили, что их практика БДСМ полностью совместима с феминизмом, и считали, что феминистская сексуальность, продвигаемая организацией Women Against Violence in Pornography and Media, была консервативной и ханжеской. В отличие от этого, многие чернокожие лесбийские феминистки выступали против БДСМ, считая его расистским. По мнению исследователей Дарлин Пагано, Карен Симс и Роуз Мейсон, садизм и мазохизм, в частности, часто не учитывают опыт чернокожих женщин, поскольку исторически могут быть связаны с аналогичными формами сексуального насилия и доминирования, применявшимися по отношению к чернокожим женщинам-рабыням.
Взгляды на бисексуальность
Бисексуальность отвергается некоторыми лесбийскими феминистками как реакционная и антифеминистская реакция на лесбийский феминизм. Бисексуальная женщина подала иск против лесбийского феминистского журнала Common Lives/Lesbian Lives, утверждая о дискриминации в отношении бисексуалов в связи с отклонением её статьи. Ряд женщин, ранее участвовавших в лесбийском феминистском активизме, заявили о своей бисексуальности, осознав свою тягу к мужчинам. Широко изученным примером конфликта между лесбиянками и бисексуалами в феминизме стал марш гордости в Нортгемптоне в период с 1989 по 1993 год, где многие феминистки спорили о том, следует ли включать бисексуалов и совместима ли бисексуальность с феминизмом. Распространенные критические замечания лесбийских феминисток в адрес бисексуальности заключались в том, что она антифеминистская, является формой ложного сознания, а бисексуальные женщины, вступающие в отношения с мужчинами, "заблуждаются и отчаянны". Однако напряженность между бисексуальными феминистками и лесбиянками ослабла с 1990-х годов, поскольку бисексуальные женщины стали более принимаемыми в феминистском сообществе. Тем не менее, некоторые лесбийские феминистки, такие как Джули Биндел, по-прежнему критически относятся к бисексуальности. Биндел описывает женскую бисексуальность как "модный тренд", продвигаемый из-за "сексуального гедонизма", и ставит под сомнение само существование бисексуальности. Она также делала ироничные сравнения бисексуалов с любителями кошек и поклонителями дьявола. Лесбийская феминистка Шейла Джеффрис в книге "Лесбийская ересь" (1993) пишет, что, хотя многие феминистки чувствуют себя комфортно, работая с геями, им неуютно взаимодействовать с бисексуальными мужчинами. Джеффрис утверждает, что, в то время как геи вряд ли будут сексуально домогаться женщин, бисексуальные мужчины могут быть столь же проблемными для женщин, как и гетеросексуальные мужчины. В отличие от этого, антология "Bi Any Other Name" (1991) под редакцией Лорейн Хатчинс и Ланьи Каахуману, считающаяся одной из основополагающих книг в истории современного движения за права бисексуалов, содержит (среди прочего) статью Бет Эллиот под названием "Бисексуальность: лучшее, что когда-либо случалось с лесбийским феминизмом?".
Мнения о трансгендерах
Хотя взгляды лесбийских феминисток различаются, существует определенный лесбийский феминистский канон, который отвергает движение за права трансгендеров, транссексуалов и трансвеститов, представляя трансгендерных людей как, в лучшем случае, жертв гендерного обмана или результат дискурса о членовредительстве, а в худшем – как укрепляющих традиционные и насильственные гендерные нормы. Эта позиция вызывает острые споры. Шила Джеффрис обобщила аргументы по этой теме в книгах «Распаковка квир-политики» (2003) и «Гендер причиняет боль» (2014). Эти взгляды на транссексуальность подверглись критике со стороны многих представителей ЛГБТ-сообщества и феминисток как трансфобные и представляющие собой разжигание ненависти в отношении транссексуальных мужчин и женщин. Лесбийский феминизм иногда ассоциируется с оппозицией к операциям по смене пола, поскольку некоторые лесбийские феминистские анализы рассматривают такие операции как форму насилия, схожую с БДСМ. В 1979 году лесбийская феминистка Дженис Рэймонд опубликовала книгу «Транссексуальная империя: создание "она-мужчины"». Эта книга, остающаяся спорной и сегодня, рассматривает роль транссексуализма – особенно психологических и хирургических подходов к нему – в укреплении традиционных гендерных стереотипов, способы, которыми медико-психиатрический комплекс медицински определяет "гендерную идентичность", а также социальный и политический контекст, который способствовал тому, что лечение и хирургическое вмешательство при транссексуализме стали считаться нормальной и терапевтической медициной. Рэймонд утверждает, что транссексуализм основан на "патриархальных мифах" о "мужском материнстве" и "создании женщины по образу мужчины". Она утверждает, что это делается для того, чтобы "колонизировать феминистскую идентичность, культуру, политику и сексуальность", добавляя: "Все транссексуалы совершают насилие над женскими телами, сводя реальную женскую форму к артефакту и присваивая её себе. Транссексуалы лишь устраняют наиболее очевидный способ вторжения в женское пространство, создавая видимость неинвазивности". В своей книге Рэймонд включает разделы, посвященные Сэнди Стоун, трансгендерной женщине, работавшей звукорежиссером на Olivia Records, и Кристи Барски, обвиняя обеих в создании розни в женских сообществах. Эти работы подверглись резкой критике как личные нападки на этих женщин. В книге «Жизнь феминистки» (2017) Сара Ахмед представляет лесбийский феминизм как фундаментальный и необходимый союз с транс-феминизмом. Ахмед считает, что антитранс-позиция является антифеминистской позицией и противоречит феминистскому проекту создания миров, поддерживающих тех, для кого гендерный фатализм (то есть убеждение, что "мальчики будут мальчиками, а девочки – девочками") является разрушительным.
Лесбиянки цветного феминизма
Феминизм среди цветных лесбиянок возник как реакция на тексты, созданные белыми лесбийскими феминистками в конце 1970-х годов. Как правило, лесбийский феминизм того времени не учитывал проблемы, связанные с пересечением расы, пола и класса. Помимо этого, цветные лесбийские феминистки обращались к взаимосвязи между феминизмом как движением и "идеологией культурного национализма или расовой гордости", а также к различиям, присутствующим в доминирующих текстах. В частности, она утверждала: "Нас, как женщин, учили либо игнорировать наши различия, либо видеть в них причины для разделения и подозрительности, а не силы для перемен. Без общности нет освобождения, лишь самое хрупкое и временное перемирие между человеком и его угнетением. Но общность не должна означать отказа от наших различий и не должна быть жалкой имитацией их отсутствия."
Черная лесбийская феминизм
Черный лесбийский феминизм берет свое начало в черном феминизме и движении за гражданские права в начале 1970-х годов. Кайла Адия Стори, современный исследователь в области черного лесбийского феминизма, определяет его как "мышление и практику интерсекционального гендерного и сексуального анализа отношения мира к квир-женщинам цветного населения, как цисгендерным, так и трансгендерным". К числу видных авторов, лежавших в основе черного лесбийского феминизма, относятся Одри Лорд, Барбара Смит, Пэт Паркер, Кейт Рушин, Дорис Давенпорт, Шерил Кларк и Маргарет Слоан Хантер. Черный лесбийский феминизм возник как пространство для обсуждения проблемы расизма в мейнстримном феминистском движении, которое характеризовалось как белое, принадлежащее среднему классу и преимущественно гетеросексуальное. Согласно заявлению Барбары Смит 1979 года, "причина, по которой расизм является феминистской проблемой, легко объясняется самим определением феминизма", а именно: "политической теорией и практикой освобождения всех женщин: женщин цветного населения, женщин рабочего класса, бедных женщин, женщин с ограниченными возможностями, лесбиянок, пожилых женщин, а также белых экономически привилегированных гетеросексуальных женщин". Позже, в 1984 году, она расширила свое видение миссии черного лесбийского феминизма, определив его как "движение, стремящееся к борьбе с сексуальным, расовым, экономическим и гетеросексуальным угнетением, не говоря уже о противодействии империализму, антисемитизму, угнетению людей с ограниченными возможностями, пожилых и молодых, одновременно бросая вызов милитаризму и угрозе ядерного уничтожения – что является полной противоположностью узколобости". Большинство видных черных лесбийских феминисток были писателями, а не учеными, и выражали свои взгляды в литературной форме. Аллида Мэй Блэк отмечает, что в отличие от черного феминизма, в 1977 году позиция черного лесбийского феминизма была менее четкой и представляла собой "намек в тексте". Помимо этого, позиция черных лесбийских феминисток выражалась в их интервью и публичных выступлениях. Так, в интервью 1980 года, опубликованном в The American Poetry Review, Одри Лорд заявила, что "истинная феминистка исходит из лесбийского сознания, независимо от того, спит она с женщинами или нет", а также что все чернокожие женщины, признают они это или нет, являются лесбиянками, поскольку они "выросли в остатках по сути матриархального общества" и все еще подвергаются угнетению патриархата. Творчество Пэт Паркер отражало угнетение, которое она испытывала и наблюдала в жизни других женщин. В своем стихотворении "Вы когда-нибудь пытались спрятаться?" Паркер обличает расизм в белом феминистском движении. В своих многочисленных произведениях, включая стихотворение "Женское убийство", она привлекала внимание к насилию, которое испытывают чернокожие женщины. Среди прочего, Паркер отстаивала идею сложных идентичностей и утверждала, что для нее революция произойдет, когда все элементы ее идентичности "смогут проявиться".
Коллектив реки Комбахи
Коллектив реки Комбахи — это бостонская группа чернокожих феминисток, образованная как радикальная альтернатива Национальной чернокожей феминистской организации (NBFO), основанной Маргарет Слоан Хантер в 1973 году. Члены организации считали, что NBFO недостаточно внимания уделяет вопросам сексуальности и экономического угнетения. Коллектив объединил женщин, разочарованных расизмом в белом феминистском движении и сексизмом в движении за гражданские права. Название организации отсылает к реду Комбахи, осуществленному в 1863 году в рамках Подпольной железной дороги под руководством Гарриет Табман, в результате которого было освобождено 750 рабов. В 1977 году Коллектив реки Комбахи опубликовал заявление, в котором изложил видение организации как противостояния всем формам угнетения — включая угнетение по признаку сексуальности, гендерной идентичности, класса, инвалидности и возраста (впоследствии включенное в концепцию интерсекциональности), — формирующим условия жизни чернокожих женщин. В своем "Заявлении" Коллектив реки Комбахи определил себя как левую организацию с уклоном в социализм и антиимпериализм. Организация также заявила, что, в отличие от некоторых белых феминистских групп или NBFO, члены Коллектива выражают "солидарность с прогрессивными чернокожими мужчинами и не выступают за фракционирование", подчеркивая, что "позиция лесбийского сепаратизма не является жизнеспособным политическим анализом или стратегией". К другим организациям, придерживающимся позиции чернокожих лесбийских феминисток, относятся Salsa Souls Sisters, основанная в 1974 году в Нью-Йорке и считающаяся старейшей чернокожей лесбийской феминистской организацией, и Sapphire Sapphos, основанная в 1979 году в Вашингтоне, округ Колумбия.
Произведения изобразительного искусства
Более поздней формой искусства, используемой для выражения идей чернокожих лесбийских феминисток, стал кинематограф. В частности, Айша Шахида Симмонс, отмеченная наградами чернокожая лесбийская феминистка, сняла фильм "НЕТ! Документальный фильм об изнасиловании" (2006), документальную картину, исследующую, как изнасилование используется как оружие гомофобии. Для Симмонс, пережившей сексуальное насилие, этот фильм также стал исследованием влияния изнасилования на её путь чернокожей феминистской лесбиянки.
Чикана лесбийский феминизм
Чикана лесбийский феминизм возник из движения чикана-феминизма в конце 1970-х и начале 1980-х годов. В это время чикана-феминизм начал формироваться как «социальное движение, направленное на улучшение положения чиканок в американском обществе». Чиканы, отделившиеся от движения чикано, начали разрабатывать собственные политические программы и подвергать сомнению свои традиционные женские роли. Подобно чернокожим лесбийским феминисткам, чикана лесбийские феминистки используют литературу как способ самоопределения, выражения своих идей и возвращения своего опыта, отмеченного множеством обвинений. К ключевым мыслительницам чикана лесбийского феминизма относятся Черри Морага, Глория Анзальдуа, Лидия Тирадо Уайт, Алисия Гаспар де Альба, Эмма Перес, Карла Трухильо, Моника Паласиос, Ана Кастильо, Наташа Лопес и Норма Аларкон. В феминистском сборнике «Этот мост, который я несу: Записи радикальных цветных женщин» Морага и Анзальдуа описывают миссию чикана лесбийского феминизма следующим образом: «мы стремимся преодолеть противоречия в нашем опыте. Мы – цветные в белом феминистском движении. Мы – феминистки среди людей нашей культуры. Мы часто лесбиянки среди гетеросексуальных женщин. Мы строим этот мост, называя себя и рассказывая свои истории своими словами». Одной из основополагающих концепций движения чикана лесбийского феминизма является «теория в плоти», которая представляет собой «жизненный, телесный опыт цветных женщин». Через свою литературу и искусство чикана лесбийские феминистки исследуют свой телесный опыт, фундаментальный аспект в формировании лесбийской идентичности. Морага пишет о том, как женщину, которая бросает вызов своей роли, считают «предательницей своей расы», способствующей «геноциду» своего народа. Вкратце, даже если эта женщина не является лесбиянкой, ее считают таковой; ведь, как и лесбиянка в представлении чикано, она – una Malinchista. Подобно Малинче из мексиканской истории, она развращена чуждыми влияниями, которые угрожают уничтожить ее народ. Лесбиянство может быть истолковано как использование чиканки белым мужчиной, даже если он к ней не прикасается. Этот выбор никогда не рассматривается как ее собственный. Гомосексуализм – это его болезнь, которой он коварно заражает народы третьего мира, мужчин и женщин.