Югославский комитет: Создание и распад югославянского единства в годы Первой мировой войны.

Введение

Югославский комитет (Югославски одбор) был невыборным временным комитетом, созданным в период Первой мировой войны, состоявшим преимущественно из эмигрантов – хорватов, словенцев и боснийских сербов, политиков и политических активистов. Его целью было отделение от Австро-Венгрии земель, населенных южными славянами, и объединение этих земель с Королевством Сербия. Комитет был официально учрежден в 1915 году и прекратил свою деятельность в 1919 году, вскоре после распада Австро-Венгрии и образования Королевства сербов, хорватов и словенцев, впоследствии переименованного в Югославию. Возглавлял Югославский комитет его президент, хорватский юрист Анте Трумбич, а до 1916 года вице-президентом был хорватский политик Франо Супило. Члены Югославского комитета придерживались различных взглядов на вопросы, такие как способ объединения, желаемая форма правления и конституция будущего союзного государства. Большинство членов комитета выступали за различные формы югославизма, поддерживая либо централизованное государство, либо федерацию, в которой земли, составляющие новое государство, сохранили бы определенную степень автономии. Комитет финансировался за счет пожертвований хорватской диаспоры и правительства Королевства Сербия во главе с Николой Пашичем. Сербия стремилась использовать Югославский комитет в качестве инструмента пропаганды для продвижения своей политики, включая территориальную экспансию или создание Великой Сербии. Представители Югославского комитета и сербского правительства встретились в 1917 году на греческом острове Корфу, где обсудили предлагаемое объединение южных славян и приняли Корфускую декларацию, определяющую некоторые элементы конституции будущего союза. После окончания войны в 1918 году в Женеве состоялись дополнительные встречи, в результате которых была принята Женевская декларация, закрепившая конфедеративную конституцию союза. Правительство Сербии вскоре после этого отказалось от этой декларации. Государство словенцев, хорватов и сербов, образованное в период распада Австро-Венгрии, рассматривало Югославский комитет как своего представителя в международных делах. Вскоре комитет подвергся давлению с целью объединения с Сербией и осуществил это, проигнорировав предыдущие декларации, после чего прекратил свое существование.

South Slavic unification ad hoc body

The Yugoslav Committee (, , ) was a World War I era, unelected, ad hoc committee that largely consisting of émigré Croat, Slovene, and Bosnian Serb politicians and political activists, whose aim was the detachment of Austro Hungarian lands inhabited by South Slavs and unification of those lands with the Kingdom of Serbia. The group was formally established in 1915 and it last met in 1919, shortly after the breakup of Austria Hungary and the establishment of the Kingdom of Serbs, Croats and Slovenes, which was later renamed Yugoslavia. The Yugoslav Committee was led by it president the Croat lawyer Ante Trumbić and, until 1916, by Croat politician Frano Supilo as its vice president. The members of the Yugoslav Committee had different positions on topics such as the method of unification, the desired system of government, and the constitution of the proposed union state. The bulk of the committee members espoused various forms of Yugoslavism – advocating for either a centralised state or a federation in which lands constituting the new state would preserve a degree of autonomy. The committee was financially supported by donations from the Croatian diaspora and by the government of the Kingdom of Serbia led by Nikola Pašić. Serbia attempted to use the Yugoslav Committee as a propaganda tool in pursuit of its own policies, including territorial expansion or the creation of a Greater Serbia. Representatives of the Yugoslav Committee and the Serbian government met on the Greek island of Corfu in 1917; they discussed the proposed unification of South Slavs and produced the Corfu Declaration, outlining some elements of the future union's constitution. Further meetings took place at the end of the war in Geneva in 1918. Those discussions resulted in the Geneva Declaration that determined a confederal constitution of the union. The Government of Serbia repudiated the declaration shortly afterwards. The State of Slovenes, Croats and Serbs, which was formed as Austria Hungary was breaking up, treated the Yugoslav Committee as its representative in international affairs. The committee soon came under pressure to unify with Serbia and proceeded to do so in a manner that ignored the earlier declarations, and the committee ceased to exist shortly afterwards.

Предыстория

Идея политического единства южных славян предшествовала созданию Югославии почти на столетие. Эта концепция впервые была разработана в Хабсбургской Хорватии группой хорватских интеллектуалов, которые сформировали Иллирийское движение в XIX веке и развивали её в различных формах и предложениях. Они утверждали, что история Хорватии является частью более широкой истории южных славян, и что хорваты, сербы, а потенциально и словенцы с болгарами, составляли единую «иллирийскую» нацию, выбрав это название как нейтральное. Движение началось как культурное, направленное на укрепление хорватской национальной идентичности и интеграцию всех хорватских провинций в пределах Австрийской империи, обычно подразумевая габсбургские королевства Хорватии, Славонии и Далмации, а также часть или всю Османскую Боснию и Герцеговину. Более широкой целью было объединение всех южных славян, или югославян, в сообщество внутри или за пределами империи. Два направления движения стали известны как хорватизм и югославизм соответственно, призванные противостоять германизации и мадьяризации. Опасаясь «Drang nach Osten» (стремления на восток), иллирийцы полагали, что германизации и мадьяризации можно противостоять только через единство с другими славянами, особенно с сербами. Они выступали за объединение Хорватии, Славонии и Далмации в Триединое королевство, которое планировалось расширить за счет включения других южных славян в Австрии или Австро-Венгрии после Компромисса 1867 года, а затем объединить с другими южнославянскими образованиями в федерацию или конфедерацию. Предлагаемая консолидация по-разному определяемых хорватских или южнославянских земель привела к предложениям о триализме в Австро-Венгрии, предусматривающем создание южнославянского политического образования с рангом, равным Королевству Венгрии. После того как соседнее Королевство Сербия обрело независимость по Берлинскому договору 1878 года, югославская идея потеряла актуальность в этой стране. До Первой Балканской войны 1912 года Сербия была моноэтническим государством, и сербские националисты стремились включить в его состав тех, кого они считали сербами. Они представляли деятельность епископов Иосипа Юрая Штроссмайера и Франьо Рачки как заговор с целью создания Великой Хорватии. Группа офицеров Королевской сербской армии, известная как «Чёрная рука», оказывала давление с целью расширения Сербии; они осуществили переворот в мае 1903 года, в результате которого к власти пришла династия Карагеоргиевичей, а затем организовали националистические акции в «неосвобожденных сербских провинциях», а именно: Боснии, Герцеговине, Черногории, Старой Сербии (то есть Косово), Македонии, Центральной Хорватии, Славонии, Сирмии, Воеводине и Далмации. Это перекликалось с «Начертанием» Гарашанина 1844 года – трактатом, предвидевшим распад Османской империи и призывавшим к созданию Великой Сербии, чтобы предотвратить российскую или австрийскую экспансию на Балканах путем объединения всех сербов в единое государство. В первые два десятилетия XX века национальные программы хорватов, сербов и словенцев приняли югославизм в различных, противоречивых или взаимоисключающих формах. Югославизм стал ключевой идеей для создания южнославянского политического союза. Большинство сербов отождествляли эту идею с Великой Сербией или рассматривали её как средство объединения всех сербов в единое государство. Для многих хорватов и словенцев югославизм защищал их от австрийских и венгерских посягательств на сохранение их национальной идентичности и политической автономии.

The idea of South Slavic political unity predates the creation of Yugoslavia by nearly a century. The concept was first developed in Habsburg Croatia by a group of Croat intellectuals who formed the Illyrian movement in the 19th century and developed through many forms and proposals. They argued Croatian history is a part of a wider history of the South Slavs, and that Croats, Serbs, and potentially Slovenes and Bulgarians were parts of a single "Illyrian" nation, choosing the name as a neutral term. The movement began as a cultural one, promoting Croatian national identity and integration of all Croatian provinces within the Austrian Empire, usually in reference to the Habsburg kingdoms of Croatia, Slavonia, and Dalmatia, and a part or all of Ottoman Bosnia and Herzegovina. A wider aim was to gather all South Slavs or Jugo Slaveni for short, in a commonwealth within or outside the Empire. The movement's two directions became known as Croatianism and Yugoslavism respectively, meant to counter Germanisation and Magyarisation. Fearing the Drang nach Osten (drive to the east), the Illyrians believed Germanisation and Magyarisation could only be resisted through unity with other Slavs, especially the Serbs. They advocated for the unification of Croatia, Slavonia, and Dalmatia as the Triune Kingdom, which was expanded to include other South Slavs in Austria or Austria Hungary after the Compromise of 1867 before joining other South Slavic polities in a federation or confederation. The proposed consolidation of variously defined Croatian or South Slavic lands led to proposals for trialism in Austria Hungary, accommodating a South Slavic polity with a rank equal to the Kingdom of Hungary. After the neighbouring Kingdom of Serbia achieved independence through the 1878 Treaty of Berlin, the Yugoslav idea became irrelevant in that country. Before the 1912 First Balkan War, Serbia was mono ethnic and Serbian nationalists sought to include those they considered to be Serbs into the state. It portrayed the work of bishops Josip Juraj Strossmayer and Franjo Rački as a scheme to establish a Greater Croatia. A group of Royal Serbian Army officers known as the Black Hand exerted pressure to expand Serbia; they carried out a May 1903 coup that brought the Karađorđević dynasty to power and then organised nationalist actions in the "unredeemed Serbian provinces", specified as Bosnia, Herzegovina, Montenegro, an Old Serbia – meaning Kosovo – Macedonia, Central Croatia, Slavonia, Syrmia, Vojvodina, and Dalmatia. This echoed Garašanin's 1844 Načertanije, a treatise that anticipated the dissolution of the Ottoman Empire, and which called for the establishment of Greater Serbia to pre empt Russian or Austrian expansion into the Balkans by unifying all Serbs into a single state. In the first two decades of the 20th century, Croat, Serb, and Slovene national programmes adopted Yugoslavism in different, conflicting, or mutually exclusive forms. Yugoslavism became a pivotal idea for the establishment of a South Slavic political union. Most Serbs equated the idea with Greater Serbia or a vehicle to bring all Serbs into a single state. For many Croats and Slovenes, Yugoslavism protected them against Austrian and Hungarian challenges to the preservation of their own national identities and political autonomy.

Флорентийская встреча

В октябре 1914 года премьер-министр Сербии Никола Пашич узнал, что правительство Соединенного Королевства рассматривает возможность расширения альянса против Центральных держав, в состав которых в то время входили Германская империя и Австро-Венгрия. Великобритания намеревалась убедить Венгрию выйти из состава Австро-Венгрии и склонить Королевство Италия к отказу от нейтралитета, чтобы обе страны могли присоединиться к альянсу Великобритании, Франции и России, известному как Антанта. Пашич выяснил, что Великобритания рассматривает возможность гарантировать Венгрии доступ к Адриатическому морю через порт Риека и сухопутный доступ к Риеке по территории Хорватии, а также решить Адриатический вопрос в интересах Италии. Пашич полагал, что эти события, в сочетании с возможным союзом Великобритании и Румынии, представляют угрозу для Сербии и ставят под вопрос сербскую цель – получить выход к Адриатическому морю. В ответ Пашич поручил боснийским сербам, членам Боснийского сейма Австро-Венгрии, Никола Стояновичу и Душану Васильевичу, связаться с хорватскими политиками и юристами в эмиграции – Анте Трумбичем и Юлием Газзари, чтобы противодействовать провенгерским предложениям Великобритании и создать славянскую альтернативу. Пашич предложил создать орган, который будет сотрудничать с правительством Сербии в деле объединения южных славян в государство, которое должно было возникнуть в результате расширения Сербии. Политика расширения должна была определяться и полностью контролироваться Сербией, а предлагаемый орган должен был осуществлять пропагандистскую деятельность от ее имени. Четыре человека встретились во Флоренции, Италия, 22 ноября 1914 года. В январе 1915 года Франко Супило, бывший влиятельный деятель Хорватско-сербской коалиции, правящей политической партии в Австро-Венгерском королевстве Хорватия и Славония, встретился с британским министром иностранных дел сэром Эдвардом Греем и премьер-министром Х. Х. Асквитом, передав им манифест зарождающегося Югославского комитета и обсудив преимущества объединения южных славян. Манифест был написан совместно Супило и британским политическим деятелем и историком Робертом Сетоном Уотсоном.

In October 1914, Serbian Prime Minister Nikola Pašić learnt the Government of the United Kingdom was considering expanding the alliance against the Central Powers, which at that time consisted of the German Empire and Austria Hungary. The UK intended to persuade Hungary to secede from Austria Hungary and to persuade the Kingdom of Italy to abandon its neutrality so both countries could join the alliance of the UK, France, and Russia that was known as the Entente Powers. Pašić discovered the UK was considering guaranteeing Hungarian access to the Adriatic Sea through the Port of Rijeka and overland access to Rijeka over Croatian soil, and resolving the Adriatic Question satisfactorily for Italy. Pašić thought these developments, coupled with a potential UK–Romanian alliance, would threated Serbia and jeopardise the Serbian objective of gaining access to the Adriatic. In response, Pašić directed Bosnian Serb members of the Austro Hungarian Diet of Bosnia lt=Nikola Stojanović and Dušan Vasiljević to contact the émigré Croatian politicians and lawyers Ante Trumbić and Julije Gazzari to resist the pro Hungarian British proposals and to create a Slavic alternative. Pašić proposed the establishment of a body that would cooperate with the Government of Serbia on the unification of South Slavs in a state that would be created through the expansion of Serbia. The policy of expansion was to be set and controlled entirely by Serbia, and the proposed body would carry out propaganda activities on its behalf. The four men met in Florence, Italy, on 22 November 1914. In January 1915, Frano Supilo, who was once a leading figure in the Croat Serb Coalition, the ruling political party of the Austro Hungarian realm of Croatia Slavonia, met with British foreign secretary Sir Edward Grey and Prime Minister H. H. Asquith, providing them with the manifesto of the nascent Yugoslav Committee and discussing benefits of South Slavic unification. The manifesto was co written by Supilo and British political activist and historian Robert Seton Watson.

Нишская декларация

Сербское руководство рассматривало Первую мировую войну как возможность для территориальной экспансии за пределы областей, населенных сербами на Балканах. Комитет, которому было поручено определить военные цели страны, разработал программу создания единого южнославянского государства путем присоединения Хорватии, Славонии, Словенских земель, Воеводины, Боснии и Герцеговины и Далмации. Пашич считал, что этот процесс должен быть реализован путем присоединения новых территорий к Сербии. 7 декабря Сербия объявила о своих военных целях в Нишской декларации. В декларации призывалось к южных славян бороться за освобождение и объединение "неосвобожденных братьев", "трех племен одного народа" – сербов, хорватов и словенцев. Эта формулировка была принята вместо прямой цели территориальной экспансии, чтобы привлечь поддержку южных славян, проживавших в Австро-Венгрии. Сербское правительство стремилось заручиться поддержкой соотечественников, опасаясь недостаточной материальной помощи со стороны стран Антанты, поскольку стало очевидно, что война будет затяжной. Сербия взяла на себя центральную роль в формировании будущего южнославянского государства при поддержке ведущих держав Антанты. Супило первоначально полагал, что Нишская декларация означает полную поддержку Сербией его идей относительно метода объединения. Однако министр иностранных дел России Сергей Сазонов убедил его в обратном, сообщив Супило, что Россия поддерживает создание Великой Сербии. В результате Супило и Трумбич перестали доверять Пашичу, считая его сторонником сербской гегемонии. Несмотря на это недоверие, Супило и Трумбич хотели сотрудничать с Пашичем для достижения цели южнославянского объединения. Пашич предложил им совместно работать над созданием сербохорватского государства, предоставив хорватам определенные уступки, от которых они отказались. Трумбич был убежден, что сербское руководство рассматривало объединение как средство завоевания соседних территорий в интересах Сербии. Супило и Трумбич нашли еще одну причину не доверять Пашичу, когда он направил посланников для преодоления возражений Сазонова против включения в предлагаемый южнославянский союз римско-католических южных славян. Посланники представили меморандум, в котором утверждалось, что хорваты населяют лишь север Центральной Хорватии, и что к Сербии следует присоединить регионы Славония, Крбава, Лика, Бачка и Банат, а также ранее заявленные Далмацию, Боснию и Герцеговину. Супило и Трумбич убедились, что из-за экспансионистской политики правительства Сербии предлагаемое объединение будет воспринято в хорватских землях Австро-Венгрии как сербское завоевание, а не как освобождение. Они решили действовать осторожно, заручиться политической поддержкой за рубежом и воздержаться от создания Югославского комитета до вступления Италии в войну.

The Serbian leadership considered World War I to be an opportunity for territorial expansion beyond the Serb inhabited areas of the Balkans. A committee that was tasked with determining the country's war aims produced a program to establish a single South Slavic state through the addition of Croatia Slavonia, the Slovene Lands, Vojvodina, Bosnia and Herzegovina, and Dalmatia. Pašić thought the process should be implemented through the addition of new territories to Serbia. On 7 December, Serbia announced its war aims in the Niš Declaration. The declaration called on South Slavs to struggle to liberate and unify "unliberated brothers", "three tribes of one people" – referring to Serbs, Croats, and Slovenes. This formulation was adopted instead of an explicit goal of territorial expansion as a way to attract support from South Slavs living in Austria Hungary. The Serbian government wanted to appeal to fellow South Slavs because it feared little material support would be delivered from its Entente Powers allies because it became clear the war would not be short. Serbia assumed a central role in the state building of the future South Slavic polity with support from major Entente Powers. Supilo initially assumed the Niš Declaration meant Serbia was fully supportive of his ideas on the method of unification. He was convinced otherwise by Russian foreign minister Sergey Sazonov, who informed Supilo Russia only supported the creation of Greater Serbia. As a result, Supilo and Trumbić did not trust Pašić, and considered him a proponent of Serbian hegemony. Despite the mistrust, Supilo and Trumbić wanted to work with Pašić to further the aim of South Slavic unification. Pašić offered to work with them towards the establishment of a Serbo Croat state in which Croats would be given some concessions, an offer they declined. Trumbić was convinced the Serbian leadership thought of unification as a means to conquer neighbouring territories for Serbian gain. Trumbić and Supilo found another reason to distrust Pašić when Pašić dispatched envoys to address Sazonov's opposition to the addition of Roman Catholic South Slavs to the proposed South Slavic union. The envoys wrote a memorandum claiming Croats only inhabit the north of Central Croatia, and that the regions of Slavonia, Krbava, Lika, Bačka, and Banat should be added to Serbia, as well as the previously claimed Dalmatia, and Bosnia and Herzegovina. Trumbić and Supilo became convinced because of the Government of Serbia's expansionist policy, the proposed unification would be perceived within Croatian inhabited areas of Austria Hungary as a Serbian conquest rather than as a liberation. They decided to proceed with caution, gather political support abroad, and to refrain from the establishment of a Yugoslav Committee until Italy's entry into the war became certain.

Лондонский договор

В конечном итоге державы Антанты заключили союз с Италией, предложив ей обширные территории Австро-Венгрии, населенные южными славянами, преимущественно хорватами и словенцами, вдоль восточного побережья Адриатического моря. Это предложение было оформлено Лондонским договором 1915 года, что заставило Трумбича и Супило пересмотреть свою критику сербской политики. Они рассматривали потенциальный военный успех Сербии против Австро-Венгрии как единственную реалистичную гарантию против итальянской экспансии на земли, населенные словенцами и хорватами. Супило был убежден, что в случае реализации Лондонского договора Хорватия будет разделена между Италией, Сербией и Венгрией. Этот вопрос тесно переплетался с одновременными усилиями по заключению союза с Болгарией или, по крайней мере, обеспечению ее нейтралитета в обмен на территориальные приобретения за счет Сербии. Сербии в качестве компенсации были обещаны территории, находившиеся в то время под властью Австро-Венгрии: Босния и Герцеговина, а также выход к Адриатическому морю в Далмации. Несмотря на обещанную компенсацию, Пашич не был готов согласиться на все территориальные требования Болгарии, особенно до того, как Сербия обеспечит себе новые территории. Супило получил поддержку Великобритании в проведении плебисцитов в Боснии и Герцеговине и Далмации, чтобы жители этих территорий сами определяли свою судьбу, а не чтобы Великобритания предоставляла Сербии гарантии территориальной экспансии на запад. Важно отметить, что Сербия получила поддержку России в отклонении предложенного обмена территориями.

Учреждение

Югославский комитет был официально основан в отеле «Мэдисон» в Париже 30 апреля 1915 года, спустя несколько дней после подписания Лондонского соглашения, обеспечившего вступление Италии в Первую мировую войну. Комитет определил Лондон своей резиденцией. Комитет представлял собой невыборную, временную группу антигабсбургских политиков и активистов, бежавших из Австро-Венгрии после начала Первой мировой войны. Деятельность комитета в значительной степени финансировалась членами хорватской диаспоры, включая брата Газзари и хорватского чилийского промышленника Ремиджио. Часть расходов покрывалась правительством Сербии. Трумбич стал президентом Югославского комитета, а Супило – его вице-президентом. В состав комитета также входили члены хорватского Сабора – скульптор Иван Мештрович, Хинко Хинкович, Йован Банянин и Франко Поточняк; член совета Истрии Динко Тринайстич; члены совета Боснии Стоянович и Васильевич; член Имперского совета; писатель; литературный историк Павел Попович; этнолог Нико Жупанич; юрист Богумил Вошняк; Мице Мичич и Газзари. Позже в состав вошли также Милан Сршкич, Михайло Пупин, Луйо Бакотич, Иван Де Джулли, Нико Гршкович, Йосип Едловский и Йосип Мандич. Известными сторонниками, не являвшимися членами комитета, были и Йосип Маронихич, который был президентом Североамериканского хорватского братского союза и занимался сбором средств для Югославского комитета. Центральным офисом комитета в Лондоне руководили Хинкович и Едловский. По некоторым сведениям, Едловский использовал титул секретаря комитета, хотя, по всей видимости, это была административная должность, не дававшая особых полномочий. Члены Югославского комитета считали, что хорватский вопрос может быть решен только путем ликвидации Австро-Венгрии и объединения Хорватии с Сербией. Трумбич и Супило выступали за политическое объединение южных славян в едином национальном государстве посредством реализации югославских идей. Они полагали, что южные славяне – это один народ, имеющий право на национальную родину в соответствии с принципом самоопределения, и выступали за объединение на основе равенства. Они выступали за создание федеративного государства, в состав которого вошли бы Словенские земли, Хорватия (включающая довоенную Хорватию, Славонию и Далмацию), Босния и Герцеговина, Сербия, расширенная за счет Воеводины, и Черногория – в качестве пяти составных элементов. Хорватские члены Югославского комитета, за исключением Хинковича, считали, что федеративные единицы обеспечат сохранение исторических, правовых и культурных традиций отдельных частей нового государства. Супило предложил назвать новую страну Югославией, чтобы избежать навязывания названия Сербии территориям за пределами довоенных границ Сербии. Он также предложил предоставить Хорватии определенную защиту от будущего сербского доминирования и предположил, что Загреб может быть наиболее подходящим городом для столицы новой страны. Югославский комитет считал, что объединение должно быть результатом соглашения между ним и правительством Сербии. Югославский комитет получил поддержку в Великобритании, особенно со стороны Сетона Уотсона, журналиста и историка Уикхема Стива и археолога Артура Эванса. Державы Антанты первоначально не рассматривали распад Австро-Венгрии как военную цель и не поддерживали деятельность комитета, которая могла подорвать территориальную целостность Австро-Венгрии. Югославский комитет стремился к признанию со стороны держав Антанты в качестве законного представителя южных славян, проживающих в Австро-Венгрии, но Пашич последовательно препятствовал любому формальному признанию. Еще одним пунктом разногласий между Супило и Трумбичем, с одной стороны, и Пашичем, с другой, было требование сербского посла в Великобритании к Югославскому комитету исключить любое упоминание о Далмации как части Хорватии с незапамятных времен, поскольку это могло поставить под угрозу сербские территориальные претензии. Супило и Трумбич были удивлены, но согласились, полагая, что в противном случае Хорватия останется беззащитной перед итальянскими территориальными претензиями.

The Yugoslav Committee was formally founded in the Hôtel Madison, Paris, on 30 April 1915, a few days after signing of the London Agreement ensuring Italy's entry into the World War I. The committee designated London as its seat. The committee was an unelected, ad hoc group of anti Habsburg politicians and activists who had fled Austria Hungary when World War I broke out. The committee's work was largely funded by members of the Croatian diaspora, including Gazzari's brother and the Croatian Chilean industrialist Remigio. A portion of the costs were covered by the Government of Serbia. Trumbić became the Yugoslav Committee president and Supilo its vice president. The committee also included Croatian Sabor members sculptor Ivan Meštrović, Hinko Hinković, Jovan Banjanin, and Franko Potočnjak; Diet of Istria member Dinko Trinajstić; Diet of Bosnia members Stojanović and Vasiljević; Imperial Council member sl; writer hr; literary historian Pavle Popović; ethnologist Niko Županič; jurist Bogumil Vošnjak; Miće Mičić; and Gazzari. Later, the membership also included Milan Srškić, hr, Mihajlo Pupin, Lujo Bakotić, Ivan De Giulli, Niko Gršković, Josip Jedlowski, and Josip Mandić. Prominent non member supporters included hr and Josip Marohnić, the latter being the president of the North American Croatian Fraternal Union, which collected money for the Yugoslav Committee. The committee's central London office was led by Hinković and Jedlowski. According to some sources, Jedlowski used the title of secretary of the committee, although it appears the position was an administrative one that conferred no special authority. Members of the Yugoslav Committee believed the Croatian question could only be resolved through the abolition of Austria Hungary and Croatia's unification with Serbia. Trumbić and Supilo were proponents of a political unification of South Slavs within a single nation state through the realisation of Yugoslavist ideas. They believed the South Slavs were one people who were entitled to a national homeland through the principle of self determination and advocated for unification based on equality. He advocated for the establishment of a federal state within which Slovene Lands, Croatia – consisting of pre war Croatia Slavonia and Dalmatia – Bosnia and Herzegovina, Serbia expanded to include Vojvodina, and Montenegro would become the five constituent elements. Croat members of the Yugoslav Committee, except Hinković, thought the federal units would ensure preservation of the historical, legal, and cultural traditions of the individual parts of the new state. Supilo proposed the new country would be named Yugoslavia to avoid imposing the name of Serbia onto areas of the new country outside of the pre war Serbian boundaries. He also suggested Croatia should be given some protection against future Serbian dominance and that Zagreb might be the city most suited to becoming the new country's capital. The Yugoslav Committee believed unification should be the result of an agreement between itself and the Government of Serbia. The Yugoslav Committee attracted support in the UK, especially that of Seton Watson, journalist and historian Wickham Steed, and archaeologist Arthur Evans. The Entente Powers did not initially consider a breakup of Austria Hungary as a war aim and did not support the work of the committee, whose activities could undermine the territorial integrity of Austria Hungary. The Yugoslav Committee worked to be recognised by the Entente Powers as the legal representative of South Slavs living in Austria Hungary but Pašić consistently prevented any formal recognition. A further point of friction between Supilo and Trumbić on one side and Pašić on the other was the Serbian ambassador's demand to the UK to ask the Yugoslav Committee to omit any mention of Dalmatia as a part of Croatia since time immemorial because it might jeopardise Serbian territorial claims. Supilo and Trumbić were surprised but they complied, believing Croatia would be otherwise left defenceless against Italian territorial claims.

Отставка Супило

Супило считал, что Югославский комитет должен противостоять попыткам Италии и Венгрии посягнуть на земли, населенные южными славянами, и экспансионистским замыслам Пашича. Хотя большинство членов комитета соглашались с Супило, они не хотели открыто конфликтовать с Сербией, пока южнославянские земли не будут в безопасности от итальянской и венгерской угрозы. После военного поражения Сербии в Сербской кампании 1915 года Супило, Газзари и Тринайстич пришли к выводу, что сербские члены Югославского комитета полагали, что предлагаемое объединение должно в первую очередь охватывать этнических сербов в централизованном государстве. Они не видели необходимости в федеративной системе, поскольку считали различия между сербами, хорватами и словенцами искусственным результатом австрийского правления. Супило выразил протест, сообщив Югославскому комитету, что направил Грэю меморандум с предложением учредить независимое хорватское государство, если Сербия не согласится относиться к хорватам и словенцам наравне с сербами. Его основная претензия заключалась в том, что державы Антанты рассматривали Хорватию и другие австро-венгерские территории как компенсацию Сербии за потерю Македонии и уступки в Банате, а не как равных партнеров по отношению к населению этих областей. Сербские и словенские члены комитета обвинили Супило и его сторонников в сепаратизме и предпочтении хорватских интересов словенским. Трумбич считал, что объединение должно быть достигнуто любой ценой, при условии уничтожения Австро-Венгрии. В марте 1916 года Трумбич отклонил идею Супило о создании Хорватского комитета, опасаясь, что это приведет к конфликту с сербским правительством и ослабит позиции хорватов в отношении Италии. В начале мая 1916 года Пашич объявил о признании Сербией итальянского господства в Адриатическом море, что побудило Газзари, Тринайстича и Местровича запросить созыв заседания комитета. На заседании Васильевич и Стоянович вновь подвергли критике Супило за его оппозицию политике сербского правительства. Супило покинул Югославский комитет 5 июня 1916 года. Считая, что выбранный поэтапный подход ошибочен и что проблемы необходимо решать немедленно и открыто, Супило отказался от интегрального югославизма и безуспешно призвал хорватских членов Югославского комитета уйти в отставку и присоединиться к нему в стремлении к независимой Хорватии, поскольку Сербия отдавала приоритет объединению этнических сербов. Он надеялся получить поддержку Италии, поскольку Италия была недовольна перспективой объединения южных славян вблизи своих границ и тем самым оказать давление на Пашича и сербов, чтобы те уступили его требованиям. Отношения между Югославским комитетом и Сербией не улучшились после ухода Супило. Новым предметом разногласий стало наименование южнославянских добровольческих формирований, созданных в Одессе. Они состояли из военнопленных, захваченных в Австро-Венгрии, которые теперь хотели сражаться против нее на стороне славянской независимости. В то время как Югославский комитет хотел, чтобы формирование называлось Югославским, Пашичу удалось договориться через сербскую дипломатическую миссию в России о том, чтобы подразделение было названо Первой сербской добровольческой дивизией, которой командовали офицеры Королевской сербской армии, направленные в Россию для выполнения этой задачи. Хотя комитет надеялся, что формирование поможет укрепить общую югославскую идентичность, офицеры, по указанию Пашича, активно подавляли югославизм. В результате 12 735 из 33 000 добровольцев покинули формирование в знак протеста против его выраженной сербской идентичности, а набор добровольцев значительно замедлился.

Supilo thought the Yugoslav Committee had to confront Italian and Hungarian attempts to encroach on lands inhabited by South Slavs and the Greater Serbian expansionist designs pursued by Pašić. While most of the committee agreed with Supilo, they did not want to openly confront Serbia until the South Slavic lands were safe from Italian and Hungarian threats. Following the Serbian military defeat in the 1915 Serbian campaign, Supilo, Gazzari, and Trinajstić concluded the Serb members of the Yugoslav Committee believed the proposed unification should primarily encompass ethnic Serbs in a centralised state. They saw no need for a federal system because they deemed differences between Serbs, Croats, and Slovenes to be the artificial result of Austrian rule. Supilo protested by informing the Yugoslav Committee he had sent a memo to Grey proposing an independent Croatian state should be established unless Serbia agreed to treat Croats and Slovenes as equal to Serbs. His principal complaint was that the Entente Powers thought of Croatia and other Austro Hungarian territories as compensation to Serbia for the loss of Macedonia and concessions in Banat instead of treating the populations of these areas as equal partners. Serb and Slovene members of the committee accused Supilo and his allies of separatism and favouring Croatian interests over Slovene ones. Trumbić believed unification should be pursued at all costs providing Austria Hungary was destroyed. In March 1916, Trumbić dismissed Supilo's idea of establishing a Croatian Committee, fearing it would lead to conflict with the Serbian government and weaken the Croatians' position against Italy. In early May 1916, Pašić declared Serbian recognition of Italian dominance in the Adriatic, causing Gazzari, Trinajstić, and Meštrović to ask for a meeting of the committee. In the meeting, Vasiljević and Stojanović again attacked Supilo for his opposition to the policy of the Serbian government. Supilo left the Yugoslav Committee on 5 June 1916. Believing the piecemeal approach being taken was wrong, and that problems must be immediately dealt with in the open, Supilo abandoned integral Yugoslavism and unsuccessfully urged Croat members of the Yugoslav Committee to resign and join him in pursuit of an independent Croatia because Serbia had prioritised uniting ethnic Serbs. He hoped to obtain Italian support for the idea because Italy was displeased with the prospect of the unification of South Slavs close to its borders, and thereby pressure Pašić and the Serbs into giving into his demands. Relations between the Yugoslav Committee and Serbia did not improve after Supilo's departure. A new contentious issue was the designation of the South Slavic volunteer units established in Odesa. These consisted of prisoners of war who had been captured from Austria Hungary and now wanted to fight against them on the side of Slavic independence. While the Yugoslav Committee wanted the force to be called Yugoslav, Pašić successfully arranged through Serbian diplomatic mission in Russia to have the unit named the First Serbian Volunteer Division, which was commanded by officers of the Royal Serbian Army who were sent to Russia for the task. While the committee hoped the force would help promote a common Yugoslav identity, Yugoslavism was actively suppressed by the officers on instructions given by Pašić. As a result, 12,735 of 33,000 volunteers left the force in protest at its specifically Serbian identification, and recruitment of volunteers significantly slowed.

Декларация Корфу

Сербская позиция ослабла после потери российской поддержки после Февральской революции и отказа президента Соединенных Штатов Вудро Вильсона соблюдать секретные соглашения, обещавшие территориальные приобретения. В то же время державы Антанты продолжали искать способы заключить сепаратный мир с Австро-Венгрией и изолировать Германскую империю в войне. Южнославянские депутаты в Австро-Венгерском императорском совете в Вене представили Майскую декларацию, предлагающую введение триализма в Австро-Венгрии, что позволило бы южным славянам объединиться в единое политическое образование в рамках монархии. Франция и Великобритания, по-видимому, поддерживали усилия нового австро-венгерского императора Карла по реструктуризации империи и достижению мира. Это создало проблему для сербского правительства, которое после военного поражения было вынуждено эмигрировать на греческий остров Корфу, и увеличило риск триалистического решения для габсбургских южных славян в случае заключения сепаратного мирного договора, что помешало бы реализации экспансионистских сербских военных целей. Пашич считал необходимым достичь соглашения с Югославским комитетом, чтобы укрепить сербские позиции в отношениях с державами Антанты и противодействовать итальянским интересам на Балканах. Трумбич и Пашич встретились на Корфу. На конференции Югославский комитет представляли Трумбич, Хинкович, Вошняк, Васильевич, Тринайстич и Поточняк. Трумбич не был проинформирован о повестке дня конференции, поэтому члены комитета оказались неподготовленными и вынуждены были вести переговоры с Пашичем индивидуально. Трумбич в первую очередь добивался гарантий того, что Хорватия не останется в составе Австро-Венгрии и что Италия не оккупирует Далмацию. Он также выступал против полной централизации предлагаемого союзного государства. Встреча завершилась принятием Корфуской декларации – манифеста, в котором различные группы заявили об общей цели объединения южных славян в конституционную, демократическую и парламентскую монархию во главе с правящей династией Караджорджевичей. Югославия, предпочтительное название объединенной страны, предложенное Югославским комитетом, была отклонена, а большинство конституционных вопросов были отложены на более поздний срок, поскольку Трумбич считал, что необходимо какое-то соглашение для сдерживания угрозы итальянской экспансии.

The Serbian position was weakened following the loss of Russian support after the February Revolution and President of the United States Woodrow Wilson's refusal to honour secret agreements that had promised territorial rewards. At the same time, the Entente Powers were still looking for ways to achieve a separate peace with Austria Hungary and isolate the German Empire in the war. South Slavic deputies on the Austro Hungarian Imperial Council in Vienna presented the May Declaration, proposing the introduction of trialism in Austria Hungary, allowing the South Slavs to unite in a single polity within the monarchy. France and the UK appeared to support the efforts of new Austro Hungarian emperor Charles to restructure the empire and seek peace. This presented a problem for the Serbian government, which was exiled on the Greek island of Corfu since their military defeat and increased the risk of a trialist solution for the Habsburg South Slavs if the separate peace treaty materialised, preventing the fulfilment of expansionist Serbian war objectives. Pašić felt he had to come to an agreement with the Yugoslav Committee to strengthen the Serbian position with the Entente Powers while countering Italian interests in the Balkans. Trumbić and Pašić met on Corfu. At the conference, the Yugoslav Committee was represented by Trumbić, Hinković, Vošnjak, Vasiljević, Trinajstić, and Potočnjak. Trumbić received no information on the conference agenda so the committee members were unprepared and had to individually negotiate with Pašić. Trumbić prioritised assurances Croatia would not be left within Austria Hungary and that no Italy would not occupy Dalmatia. He also opposed complete centralisation of the proposed union state. The meeting resulted in the Corfu Declaration, a manifesto in which the disparate groups declared the common objective of the unification of South Slavs in a constitutional, democratic, and parliamentary monarchy that would be headed by the Serbian ruling Karađorđević dynasty. Yugoslavia, the Yugoslav Committee's preferred name for the unified country, was rejected and the bulk of the constitutional matters were left to be decided later because Trumbić felt some agreement was necessary to curb threats of Italian expansion.

Конфликт Пашича и Трумбича

Отношения между Пашичем и Трумбичем ухудшились в течение 1918 года из-за открытых разногласий по нескольким ключевым требованиям, выдвинутым Трумбичем, включая признание сербов, хорватов и словенцев, проживающих в Австро-Венгрии, как союзных народов; признание Югославского комитета в качестве представителя этих народов; и признание Сербско-хорватско-словенского добровольческого корпуса (ранее известного как Первая сербская добровольческая дивизия) как союзного формирования, укомплектованного сербами, хорватами и словенцами, проживающими в Австро-Венгрии. После отказа Пашича поддержать эти позиции, Югославский комитет уполномочил Трумбича обходить Пашича и напрямую представлять свои требования державам Антанты. Сербское правительство отрицало легитимность Югославского комитета, заявляя, что только оно представляет всех южных славян, включая проживающих в Австро-Венгрии. Пашич обратился к державам Антанты с просьбой издать декларацию, признающую право Сербии на освобождение и объединение территорий с Сербией, но это не принесло успеха. Пашич утверждал, что Югославия будет поглощена Сербией, а не наоборот, что Сербия ведет войну прежде всего для освобождения сербов, и что именно Пашич создал Югославский комитет. Он опроверг утверждение Трумбича о том, что только треть населения будущего объединения проживает в Сербии, и о том, что Корфуская декларация предусматривала двух равноправных партнеров, заявив, что декларация предназначалась исключительно для внешнего потребления и утратила свою силу. Французское и британское правительства отклонили два сербских запроса о предоставлении полномочий на аннексию южнославянских земель Австро-Венгрии, а британский министр иностранных дел Артур Бальфур подтвердил Корфускую декларацию как соглашение между партнерами, потребовав от Пашича привести свои взгляды в соответствие с позицией Югославского комитета. В соответствии с пожеланиями Сербии, державы Антанты отказались от признания Югославского комитета как союзного органа, уведомив комитет о необходимости достижения соглашения с Пашичем. Потенциальное сохранение Австро-Венгрии также стало причиной разногласий между Трумбичем и Пашичем. Державы Антанты продолжали стремиться к сепаратному миру с Австро-Венгрией до начала 1918 года, несмотря на Корфускую декларацию. В январе 1918 года премьер-министр Великобритании Дэвид Ллойд Джордж подтвердил свою поддержку сохранения Австро-Венгрии. В своей речи о Четырнадцати пунктах Уилсон согласился с этим, выступая за автономию народов Австро-Венгрии. В октябре Ллойд Джордж обсудил с Пашичем возможность сохранения реформированной Австро-Венгрии, заявив, что Сербия может аннексировать любые территории, оккупированные Королевской сербской армией до заключения перемирия. Взамен Трумбич попросил Уилсона отправить американские войска в Хорватию и Славонию для подавления беспорядков, связанных с возникшими "зелеными кадрами", подавления большевизма и недопущения на эту территорию итальянских или сербских войск. Ему не удалось добиться этого.

Relations between Pašić and Trumbić deteriorated throughout 1918 because they openly disagreed on several key demands made by Trumbić, including the recognition of the Serbs, Croats, and Slovenes living in Austria Hungary as allied peoples; the recognition of the Yugoslav Committee as the representative of those peoples; and the recognition of the Serbs, Croats, and Slovenes Volunteer Corps (formerly called the First Serbian Volunteer Division) as an allied force drawn from Serbs, Croats, and Slovenes living in Austria Hungary. After Pašić refused to support these positions, the Yugoslav Committee authorised Trumbić to bypass Pašić and directly present the Entente Powers with their demands. The Serbian government denied the Yugoslav Committee had any legitimacy, saying it alone represented all South Slavs, including those living in Austria Hungary. Pašić requested the Entente Powers to issue a declaration recognising Serbia had the right to liberate and unify territories with Serbia but this was unsuccessful. Pašić stated Yugoslavia would be absorbed by Serbia and not the other way around, that Serbia was primarily waging war to liberate Serbs, and that Pašić had created the Yugoslav Committee. He refuted Trumbić's claim only one third of population of the future union lived in Serbia and that the Corfu Declaration called for two partners, stating the declaration was only for foreign consumption and was no longer valid. The French and British governments declined two Serbian requests for the authority to annex South Slavic Austro Hungarian lands, and the British foreign secretary Arthur Balfour upheld the Corfu Declaration as an agreement of partners, demanding Pašić align his views with those of the Yugoslav Committee. In line with Serbia's wishes, the Entente Powers decided against recognition of the Yugoslav Committee as an allied body, informing the committee it would have to come to an agreement with Pašić. The potential preservation of Austria Hungary also caused friction between Trumbić and Pašić. The Entente Powers continued to pursue a separate peace with Austria Hungary until early 1918, regardless of the Corfu Declaration. In January 1918, the Prime Minister of the United Kingdom David Lloyd George confirmed his support for the survival of Austria Hungary. In his Fourteen Points speech, Wilson agreed, advocating for the autonomy of the peoples of Austria Hungary. In October, Lloyd George discussed the potential preservation of a reformed Austria Hungary with Pašić, saying Serbia could annex any areas occupied by the Royal Serbian Army before an armistice. In return, Trumbić asked Wilson to deploy US troops to Croatia Slavonia to quell the disorder associated with the Green Cadres that had arisen, suppress Bolshevism, and not to allow Italian or Serbian troops into the territory. He was not successful.

Женевская декларация

В процессе распада Австро-Венгрии, после военного поражения монархии в 1918 году, в южнославянских землях бывшей империи было провозглашено Государство словенцев, хорватов и сербов. Новым государством управлял Национальный совет, где доминировала коалиция хорватских сербов, который уполномочил Югославский комитет представлять Совет в международных отношениях. В конце октября 1918 года хорватский Сабор объявил о разрыве связей с Австро-Венгрией и избрал президента Национального совета, словенского политика Антона Корошеца, на новую должность президента Государства словенцев, хорватов и сербов. Трумбич и Пашич вновь встретились в ноябре в Женеве, где к ним присоединились Корошец и представители сербских оппозиционных партий для обсуждения объединения. На конференции Пашич оказался в изоляции и в конечном итоге был вынужден признать Национальный совет равноправным партнером сербскому правительству. Трумбичу удалось добиться согласия других участников конференции на создание общего правительства, в котором Национальный совет и правительство Сербии должны были назначить равное количество министров для управления общим конфедеративным государством. Пашич согласился после получения сообщения от президента Франции Раймона Пуанкаре, в котором тот выразил желание, чтобы Пашич достиг соглашения с представителями Национального совета. Взамен Национальный совет и Югославский комитет согласились на скорейшее объединение и подписали Женевскую декларацию. Однако через неделю, по настоянию Пашича, сербское правительство отказалось от декларации, заявив, что она ограничивает суверенитет Сербии ее довоенными границами. Вице-президент Национального совета, хорватский сербский политик Светозар Прибичевич, поддержал отказ от Женевского соглашения и убедил Национальный совет выступить против позиции, согласованной Трумбичем. Прибичевич убедил членов Совета приступить к объединению, согласившись, что детали новых договоренностей будут определены позднее.

In the process of the dissolution of Austria Hungary, following the monarchy's military defeat in 1918, the State of Slovenes, Croats and Serbs was proclaimed in the South Slavic inhabited lands of the former empire. The new state was governed by the Croat Serb Coalition dominated National Council, which authorised the Yugoslav Committee to speak on behalf of the Council in international relations. In late October 1918, the Croatian Sabor declared the end of ties with Austria Hungary and elected the president of the National Council, Slovene politician Anton Korošec, to the new position of President of the State of Slovenes, Croats and Serbs. Trumbić and Pašić met again in November in Geneva, where they were joined by Korošec and representatives of Serbian opposition parties, to discuss unification. At the conference, Pašić was isolated and ultimately compelled to recognise the National Council as an equal partner to the Serbian government. Trumbić obtained agreement from the other conference participants on the establishment of a common government, in which the National Council and the Government of Serbia would appoint an equal number of ministers to govern a common confederal state. Pašić consented after receiving a message from the President of France Raymond Poincaré stating he wished Pašić to come to an agreement with the representatives of the National Council. In return, the National Council and the Yugoslav Committee agreed to a speedy unification, and signed the Geneva Declaration. A week later, prompted by Pašić, the Serbian government renounced the declaration, saying it limited Serbian sovereignty to its pre war borders. The Vice President of the National Council Croatian Serb politician Svetozar Pribičević supported the repudiation of the Geneva Agreement and swayed the National Council against the position negotiated by Trumbić. Pribičević persuaded the Council members to proceed with unification and accept the details of the new arrangements would be decided afterwards.

Последствия

Национальный совет столкнулся с гражданскими беспорядками и, по их мнению, с заговором с целью государственного переворота, и обратился за помощью к сербской армии для подавления насилия. Одновременно совет надеялся, что сербская поддержка остановит наступление итальянской армии с запада, где она захватила Риеку и приближалась к Любляне. Не имея законных оснований остановить итальянское наступление, поскольку державы Антанты его санкционировали, и не располагая достаточными вооруженными силами для этого, Национальный совет опасался, что присутствие Италии на восточном побережье Адриатического моря станет постоянным. Национальный совет направил делегацию к князю-регенту Александру с целью организации срочного объединения с Сербией в федерацию. Делегация проигнорировала полученные инструкции, обращаясь к князю-регенту, и не добилась конкретных условий соглашения об объединении. Князь-регент принял предложение от имени Петра I Сербского, и было образовано Королевство сербов, хорватов и словенцев, впоследствии переименованное в Югославию, без достижения согласия относительно характера нового политического союза. Мате Дринкович, член делегации, сообщил Трамбичу в письме о провозглашении объединения, приняв эти условия и заявив, что любое другое соглашение было бы невозможно получить. В начале 1919 года Трамбич назначил Тринайстича своим преемником на посту главы Югославского комитета. Новоназначенный премьер-министр Королевства сербов, хорватов и словенцев Стоян Протич поручил Югославскому комитету самораспуститься. 12 февраля Тринайштич созвал собрание, в котором принял участие Трамбич; большинство членов комитета решили не распускать организацию, несмотря на указания Протича. Югославский комитет прекратил свое существование в марте 1919 года. Чешский историк Милада Паулова написала книгу, посвященную изучению взаимоотношений между Югославским комитетом и сербским правительством, перевод которой был опубликован в 1925 году. По мнению Пауловой, комитету приходилось бороться за равноправное положение, в то время как действия Пашича определялись сербским национализмом. Работа Пауловой оказала влияние на югославскую историографию, особенно словенскую и хорватскую, и способствовала дискуссиям в межвоенный период об уровне приверженности югославизму со стороны Югославского комитета и правительства Пашича. В коммунистической Югославии деятельность Югославского комитета была переосмыслена в конце 1950-х годов, и результаты выявили первые послевоенные разногласия между хорватской и сербской историографией. На конгрессе союза историков в Любляне в 1961 году Франьо Туджман утверждал, что сербское правительство стремилось к гегемонии, и критиковал своего коллегу-историка Йована Марьяновича, который придерживался противоположной точки зрения. В 1965 году Югославская академия наук и искусств в Загребе опубликовала книгу, подчеркивающую вклад Югославского комитета в создание Югославии.

The National Council was confronted by civil unrest and, they believed, a coup d'état plot, and requested help from the Serbian Army to quell the violence. At the same time, the council hoped Serbian support would halt the Italian Army's advance from the west, where it had seized Rijeka and was approaching Ljubljana. Having no legal means to stop the Italian advance because the Entente Powers hand authorised it, nor having sufficient armed forces to stop it, the National Council feared the Italian presence on the eastern shores of the Adriatic would become permanent. The National Council dispatched a delegation to Prince Regent Alexander to arrange an urgent unification with Serbia in a federation. The delegation ignored the instructions it had been given when it addressed the Prince Regent, omitting to secure specific terms for the unification agreement. The Prince Regent accepted the offer on behalf of Peter I of Serbia and the Kingdom of Serbs, Croats and Slovenes, which was subsequently renamed Yugoslavia, was established with no agreement on the nature of the new political union. Mate Drinković, a member of the delegation, informed Trumbić in a letter unification had been proclaimed, accepting these terms and saying any other agreement would had been impossible to obtain. In early 1919, Trumbić appointed Trinajstić as his replacement at the head of the Yugoslav Committee. The newly appointed Prime Minister of the Kingdom of Serbs, Croats and Slovenes Stojan Protić instructed the Yugoslav Committee to dissolve. On 12 February, Trinajstić convened a meeting, with Trumbić attending; the majority of the committee members decided not to dissolve the body despite Protić's instructions. The Yugoslav Committee ceased to exist in March 1919. Czech historian Milada Paulová wrote a book examining the relationship between the Yugoslav Committee and the Serbian government, and its translation was published in 1925. According to Paulová, the committee had to fight for an equal position while Pašić's actions were guided by Serbian nationalism. Paulová's work had an impact on Yugoslav historiography, especially Slovene and Croatian, and contributed to the interwar period debate on the levels of Yugoslavism espoused by the Yugoslav Committee and the Pašić government. In Communist Yugoslavia, the work of the Yugoslav Committee was re examined from late 1950s, and the results exhibited the first post war disagreements between Croatian and Serbian historiographies. At the 1961 congress of the union of historians in Ljubljana, Franjo Tuđman argued the Serbian government had aspired to hegemony and criticised fellow historian Jovan Marjanović, who had claimed otherwise. In 1965, the Zagreb based Yugoslav Academy of Sciences and Arts published a book emphasising the Yugoslav Committee's contribution to the creation of Yugoslavia.