"Не повышать налоги": политическая история одной фразы.

Введение

Политический лозунг

"Читайте по губам: никаких новых налогов" – фраза, произнесенная кандидатом в президенты США Джорджем Бушем-старшим на Национальном съезде Республиканской партии в 1988 году, когда он принял выдвижение 18 августа. Написанная спичрайтером Пегги Нунан, эта фраза стала самым ярким отрывком из его выступления. Обещание не увеличивать налоговое бремя для американцев было последовательной частью предвыборной платформы Буша в 1988 году, и его заметное включение в речь прочно закрепило его в общественном сознании. Впоследствии эта фраза нанесла ущерб политической репутации Буша. Хотя он и выступал против введения новых налогов в качестве президента, Конгресс, контролируемый демократами, предложил увеличить существующие налоги с целью сокращения дефицита государственного бюджета. Буш вел переговоры с Конгрессом о бюджете, соответствующем его обещанию, но не смог достичь соглашения с Сенатом и Палатой представителей, находившимися под контролем оппозиционных демократов. Буш согласился на компромисс, который предусматривал увеличение ряда существующих налогов в рамках бюджетного соглашения 1990 года. В ходе президентской кампании 1992 года Пэт Бьюкенен неоднократно приводил это обещание в качестве примера невыполненного обещания, критикуя Буша на республиканских праймериз. На всеобщих выборах кандидат от демократов Билл Клинтон, позиционировавший себя как умеренный политик, также цитировал эту фразу и подверг сомнению честность Буша. Буш проиграл переизбрание Клинтону, и многие сочли его неспособность сдержать обещание "никаких новых налогов" главной причиной его поражения.

Вице-президент Буш и налоги

В ответ на признание Уолтера Мондейла в дебатах на президентских выборах в США в 1984 году о том, что в случае его избрания налоги, вероятно, будут повышены, Буш также намекнул, что повышение налогов может потребоваться в течение следующих четырех лет. Рейган заявил, что не планирует повышать налоги на своем втором сроке, а Буш быстро заверил, что его неправильно поняли. Эти заявления Буша заставили некоторых консерваторов усомниться в его приверженности снижению налогов. Когда в 1986 году началась борьба за преемника Рейгана, стало очевидно, что налоги станут центральным вопросом. Гровер Норквист, глава организации "Американцы за налоговую реформу", разработал обязательство не повышать налоги и призывал кандидатов от Республиканской партии подписать его. Значительное число кандидатов в Конгресс подписали его, а также основные соперники Буша – Джек Кемп и Пит Дюпонт. Буш поначалу отказывался подписывать обязательство, но в 1987 году все же согласился. В ходе предвыборной кампании команда Буша присоединилась к другим кандидатам в использовании налоговой темы для критики Боба Доула, который не занимал четкой позиции по этому вопросу. Включение этой фразы вызвало споры, поскольку некоторые советники Буша сочли формулировку слишком резкой. Наиболее ярым критиком был экономический советник Ричард Дарман, который вычеркнул эту фразу из первоначального варианта, назвав ее «глупой и опасной». Дарман был одним из архитекторов повышения налогов Рейганом в 1982 году и рассчитывал играть важную роль в политике администрации Буша. Он считал, что подобное абсолютное обязательство свяжет руки администрации. Однако, по совету других, особенно Роджера Эйлса, эта фраза осталась в речи. Считалось, что обязательство необходимо для сохранения поддержки консерваторов в кампании, которая стремилась позиционировать себя как центристскую. Также надеялись, что это придаст кандидату, страдающему от имиджа слабого и нерешительного, больше убедительности. В то время Буш значительно отставал от Майкла Дукакиса в опросах общественного мнения, и Дарман позже утверждал, что кампания была больше озабочена победой, чем управлением. Другой опрос, проведенный Gallup для Newsweek, показал, что после съезда Буш лидирует с результатом 51% против 42%. Однако вместо этого началась рецессия. К 1990 году растущий дефицит бюджета, вызванный увеличением обязательных расходов и замедлением экономики, начал значительно увеличивать государственный долг. Закон о сбалансированном бюджете Грэма – Рудмана – Холлингса требовал сокращения дефицита, иначе были бы введены непопулярные для обеих партий автоматические сокращения расходов. Сокращение дефицита было сложной задачей. Любые существенные сокращения расходов должны были затронуть либо государственные программы, такие как Medicare или Social Security, либо оборону. Другие известные республиканцы также высказались за повышение налогов, в том числе Джеральд Форд, Пол О’Нилл и Ламар Александр. Ключевым моментом стало упоминание о возможности «увеличения налоговых поступлений», которое теперь подлежало обсуждению. После публикации этого заявления последовала бурная реакция. На следующий день на первой полосе газеты New York Post появилась надпись: «Почитайте по губам: я солгал». Первоначально некоторые утверждали, что «увеличение налоговых поступлений» не обязательно означает повышение налогов. Например, речь могла идти о том, что правительство может работать над увеличением налогооблагаемой базы. Однако вскоре Буш подтвердил, что повышение налогов рассматривается. В частности, были повышены различные налоги. Закон увеличил максимальную ставку индивидуального подоходного налога с 28% до 31%, а также повысил ставку альтернативного минимального налога для физических лиц с 21% до 24%. Также были увеличены другие налоги, включая налоги на заработную плату и акцизы, и ограничены вычеты для лиц с высоким доходом. Однако был расширен доступ к налоговому кредиту на заработанный доход для семей с низким доходом, а ставка налога на прирост капитала была ограничена 28%. Это могло стать ударом для республиканцев в целом, которые потеряли позиции как в Палате представителей, так и в Сенате на промежуточных выборах 1990 года. Эти выборы состоялись 6 ноября 1990 года. Однако события войны в Персидском заливе отодвинули этот вопрос на второй план и повысили популярность Буша. К февралю 1991 года его рейтинг одобрения достиг рекордного уровня – 89%.

Responding to Walter Mondale's admission in the 1984 United States presidential election debate that if he were elected taxes would likely be raised, Bush also implied that tax increases might be necessary in the next four years. Reagan asserted that he had no plans to raise taxes in his second term, and Bush quickly argued that he had been misunderstood. Bush's statements led some conservatives to begin doubting Bush's dedication to tax cuts. As the competition to succeed Reagan began in 1986, it was clear that taxes would be a central issue. Grover Norquist, head of Americans for Tax Reform, had created a no new taxes pledge and was encouraging Republican candidates to sign it. A large number of congressional candidates signed, as did Bush's primary rivals Jack Kemp and Pete du Pont. Bush at first refused to sign the pledge, but in 1987 eventually acquiesced. The Bush campaign would later join other candidates in using the tax issue to attack Bob Dole, who had not been clear on the subject. Including the line caused some controversy, as some Bush advisers felt the language was too strong. The most prominent critic was economic adviser Richard Darman, who crossed the phrase out on an initial draft calling it "stupid and dangerous." Darman was one of the architects of Reagan's 1982 tax increase, and expected to have a major policy role in the Bush White House. He felt that such an absolute pledge would handcuff the administration. Upon the advice of others however, especially Roger Ailes, the line remained in the speech. It was felt the pledge was needed to keep conservative support in a campaign that was trying to position itself as centrist. It was also hoped it would add an element of toughness to a candidate who was suffering from a perception of being weak and vacillating. At the time Bush was significantly behind Michael Dukakis in the polls, and Darman later argued that the campaign was far more concerned with winning than governing. Another Gallup poll taken for Newsweek showed Bush with a 51% to 42% lead coming out of the convention. Instead, a recession began. By 1990, rising budget deficits, fueled by a growth in mandatory spending and a declining economy, began to greatly increase the federal deficit. The Gramm–Rudman–Hollings Balanced Budget Act mandated that the deficit be reduced, or else mandatory cuts unpalatable to both Republicans and Democrats would be made. Reducing this deficit was a difficult task. New cuts of any substance would have to come either from government programs, such as Medicare or Social Security, or from defense. Other prominent Republicans had also come out in favor of a tax increase, including Gerald Ford, Paul O'Neill, and Lamar Alexander. The key element was the reference to "tax revenue increases" now being up for negotiation. An immediate furor followed the release. The headline of the New York Post the next day read "Read my Lips: I Lied." Initially some argued that "tax revenue increases" did not necessarily mean tax increases. For example, he could mean that the government could work to increase taxable income. However, Bush soon confirmed that tax increases were on the table. Among other provisions, this raised multiple taxes. The law increased the maximum individual income tax rate from 28 percent to 31 percent, and raised the individual alternative minimum tax rate from 21 percent to 24 percent. It also increased other taxes, including payroll and excise taxes, and limited itemized deductions for high income individuals. However, it increased access to the earned income tax credit for low income families, and limited the capital gains rate to 28 percent. This may have been a blow to Republicans generally, who lost ground in both the House and Senate in the 1990 midterm elections. These elections were held on November 6, 1990. However, the events of the Gulf War pushed the issue out of the news, and Bush's popularity up. By February 1991, his approval rating rose to its highest level—89%.

Выборы 1992 года

Перевернутый аргумент использовался демократами, стремящимися к выдвижению своей кандидатуры, но впервые его регулярно использовал Пэт Бьюкенен во время своей борьбы за выдвижение против Буша. Бьюкенен заявил, что изменение позиции Буша было одной из главных причин его оппозиции Бушу. В день вступления в гонку он сказал, что это "потому что мы, республиканцы, больше не можем винить во всем либералов. Не какой-то либеральный демократ говорил: "Читайте по губам: никаких новых налогов", а затем нарушил свое слово, заключив тайное соглашение о бюджете с расточителями на Капитолийском холме". Впоследствии Бьюкенен активно использовал цитату 1988 года в своей кампании в Нью-Гэмпшире, постоянно повторяя ее в телевизионной и радиорекламе. Бьюкенен неожиданно получил 40% голосов в Нью-Гэмпшире, что стало серьезным ударом по президенту. Первой реакцией Буша было утверждение, что повышение налогов было необходимо из-за состояния экономики. Опросы показали, что большинство американцев согласны с тем, что некоторые повышения налогов необходимы, но главной проблемой была потеря доверия и уважения к Бушу. Когда предвыборная кампания переместилась в Джорджию, и Бьюкенен оставался серьезным соперником, Буш изменил стратегию и начал извиняться за повышение налогов. Он заявил: "Я сделал это, и я сожалею об этом, и я сожалею об этом", и сказал американскому народу, что если бы он мог вернуться назад, он бы не повышал налоги. В дебатах 19 октября он неоднократно заявлял, что повышение налогов было ошибкой, и ему "следовало настоять на более выгодной сделке". Эти извинения также оказались неэффективными, и нарушенное обещание преследовало Буша на протяжении всей кампании 1992 года. В конце кампании его оппонент Билл Клинтон эффективно использовал нарушенное обещание. В октябре 1992 года в телевизионной рекламе, разработанной стратегом кампании Джеймсом Карвиллом, Буш повторял эту фразу, чтобы проиллюстрировать его нарушенное предвыборное обещание. Она общепризнанно считалась одной из самых эффективных рекламных роликов Клинтона. Изменение позиции по налогам сыграло центральную роль в снижении общественного мнения о характере Буша. Несмотря на множество скандалов, связанных с Клинтоном во время выборов, опросы показали, что общественность считала Клинтона и Буша одинаково честными. Даже после выборов Клинтон опасался подобной расплаты от избирателей за повышение налогов. В начале своего первого срока Билл Клинтон столкнулся с неожиданно большим дефицитом бюджета. Он ответил повышением налогов, вопреки советам помощников, которые настаивали на том, что он нарушает свое предвыборное обещание о снижении налогов для среднего класса. Росс Перо воспользовался разочарованием в Буше и существующим положением дел, вступив в гонку 1992 года как независимый кандидат, затем покинув ее и снова вернувшись. Хотя влияние его кандидатуры обсуждается, данные экзит-поллов показали, что Перо в основном отбирал голоса у Буша и Клинтона в равной степени.

The reversal was used by the Democrats seeking their party's nomination, but it was first regularly used by Pat Buchanan during his primary election battle against Bush. Buchanan stated that Bush's reversal was one of his main reasons for opposing Bush. On the day he entered the race, he said it was "because we Republicans, can no longer say it is all the liberals' fault. It was not some liberal Democrat who said 'Read my lips: no new taxes,' then broke his word to cut a seedy backroom budget deal with the big spenders on Capitol Hill." Buchanan subsequently made extensive use of the 1988 quotation in his New Hampshire campaign, repeating it constantly in both television and radio commercials. Buchanan won a surprising 40% of the vote in New Hampshire, a major rebuff to the President. The early response by Bush was that raising taxes had been essential due to the condition of the economy. Polling showed that most Americans agreed some tax increases were necessary, but that the greater obstacle was the loss of trust and respect for Bush. When the primary campaign moved to Georgia, and Buchanan remained a threat, Bush changed strategies and began apologizing for raising taxes. He stated that "I did it, and I regret it and I regret it" and told the American people that if he could go back he would not raise taxes again. In the October 19 debate, he repeatedly stated that raising taxes was a mistake and he "should have held out for a better deal." These apologies also proved ineffective, and the broken pledge dogged Bush for the entirety of the 1992 campaign. Bush's eventual opponent Bill Clinton used the broken pledge to great effect late in the campaign. In October 1992 a television commercial, designed by campaign strategist James Carville, had Bush repeating the phrase to illustrate Bush's broken campaign promise. It was generally regarded as one of the most effective of all of Clinton's campaign ads. The tax reversal played a central role in reducing the public's opinion of Bush's character. Despite the variety of scandals that affected Clinton during the election, polls showed the public viewed Clinton and Bush as similar in integrity. Even after the election, Clinton feared similar retribution from voters for raising taxes. Early in his first term, Bill Clinton was confronted by a larger than expected deficit. He responded with a tax increase, against the advice of aides, who insisted that he was breaking his campaign promise of a middle class tax cut. Ross Perot capitalized upon disenchantment with Bush and the status quo entering the 1992 race as an Independent candidate, leaving and subsequently re entering. While the effects of his candidacy have been speculated, exit polls showed Perot essentially drew votes from Bush and Clinton evenly.

Поздние взгляды

Невыполненное обещание Буша стало одним из нескольких важных факторов, приведших к его поражению. Консервативный ведущий ток-шоу Раш Лимбо в своей книге «Смотри, я же тебе говорил» считает, что Буш легко выиграл бы переизбрание, если бы не повысил налоги. Республиканский политолог Ричард Виртлин назвал его обещание «шестью самыми разрушительными словами в истории президентской политики». Эд Роллинс назвал это «вероятно, самым серьезным нарушением политических обязательств, которые когда-либо давались». Другие с этой точкой зрения не согласны. Ричард Дарман не считает, что отказ от обещания сыграл центральную роль в поражении Буша; скорее, он утверждает, что это просто стало точкой концентрации недовольства экономической ситуацией, на которую Буш имел мало влияния. Консервативные республиканцы в целом полагают, что Буш должен был сдержать свое обещание, несмотря на давление со стороны Конгресса. Хотя отказ от обещания сыграл важную роль в победе Билла Клинтона в 1992 году, он также повлиял на победу республиканцев в Конгрессе в 1994 году. Ньют Гингрич, будучи членом переговорной комиссии Конгресса, отказался поддержать компромисс Буша по налоговому вопросу. Затем он возглавил более ста членов Палаты представителей от Республиканской партии, проголосовавших против первого предложенного президентом бюджета. Это сделало Гингрича героем для консервативных республиканцев и позволило ему занять лидирующую позицию в «Республиканской революции» 1994 года. Буш был избран и отработал два срока. На переизбрании Буша в 2004 году вопросы налогообложения обычно отошли на второй план по сравнению с вопросами внешней политики, хотя налоги были снижены в течение его первого срока, и многие демократы хотели отменить налоговые льготы, введенные Бушем. Позже эту фразу использовал Брайан Ленихан-младший, министр финансов Ирландии в 2009 году, обещая не повышать налоги в бюджетном проекте на декабрь 2009 года. В преддверии всеобщих выборов в Великобритании в 2019 году премьер-министр Борис Джонсон также сослался на обещание Буша, заявив: «Читайте по губам: мы не будем повышать налоги», — конкретно назвав подоходный налог, налог на добавленную стоимость и взносы на национальное страхование (НС) в качестве налогов, которые повышать не будут. Как и Буш, он отказался от своего обещания в 2021 году, предложив увеличить взносы на НС на 1,25% для финансирования здравоохранения и социальной помощи.

Bush's broken promise was one of several important factors leading to Bush's defeat. Conservative talk show host Rush Limbaugh in his book See I Told You So, believes Bush would have easily won re election had he not increased taxes. Republican pollster Richard Wirthlin called his promise "the six most destructive words in the history of presidential politics." Ed Rollins has called it "probably the most serious violation of any political pledge anybody has ever made." Others disagree with this view. Richard Darman does not believe that the reversal played a central role in Bush's defeat; rather he argues that it simply became a focal point for discontent with an economic situation that Bush had little control over. Conservative Republicans generally feel that Bush should have stood by his pledge no matter the pressure exerted by Congress. While the reversal played an important role in Bill Clinton's 1992 victory, it also played a role in the 1994 Republican congressional victory. Newt Gingrich, while a member of the congressional negotiating committee, refused to endorse Bush's compromise on the tax issue. He then led over one hundred Republican House members in voting against the president's first budget proposal. This made Gingrich a hero to conservative Republicans, and propelled him into the leadership role he would play in the "Republican Revolution" of 1994. Bush would go on to be elected and serve two terms. In Bush's 2004 reelection, taxes were typically seen as taking a back burner to foreign policy issues, though they had been lowered during his first term and many Democrats wanted to reverse the Bush tax cuts. The phrase was subsequently used by Brian Lenihan, Jr., Irish Minister for Finance in 2009, promising not to raise taxes in the December 2009 budget. Ahead of the 2019 United Kingdom general election, Prime Minister Boris Johnson also evoked Bush's promise by saying "read my lips: we will not be raising taxes"—specifically naming income tax, value added tax, and National Insurance (NI) contributions as taxes that would not be raised—and, like Bush, reversed on his pledge in 2021 by proposing a 1.25% increase in NI to subsidise health and social care.