Введение

Французский епископ и богослов (1627–1704)

Жак Бенинь Линьель Босюэ (босюэ; 27 сентября 1627 – 12 апреля 1704) был французским епископом и богословом. Он прославился своими проповедями, обращениями и литературными произведениями и считается одним из величайших ораторов всех времен и мастером французского слога. Родился в Дижоне, Босюэ получил образование в иезуитской школе, а затем поступил в Коллеж Наварры в Париже, где изучал философию и теологию. В 1652 году он был рукоположен в священники и получил степень доктора богословия. Следующие семь лет он провел в Меце, оттачивая свои ораторские и политические навыки, после чего вернулся в Париж и завоевал репутацию выдающегося проповедника. К началу 1660-х годов Босюэ регулярно проповедовал при дворе короля Людовика XIV в Версале. В 1670 году он был назначен наставником дофина, а год спустя избран в Академию Франции. В 1681 году он стал епископом Мео и занимал этот пост до самой смерти. Босюэ был убежденным сторонником политического абсолютизма и принципа божественного права королей. Позднее в жизни он участвовал в спорах о галликанизме и квитизме и поддержал отмену Нантского эдикта королем, что лишило прав протестантское меньшинство гугенотов. Босюэ умер в 1704 году в возрасте 76 лет. Наиболее известными произведениями Босюэ для англоязычных читателей являются три великие речи, произнесенные на похоронах королевы Генриетты Марии, вдовы Карла I Английского (1669), ее дочери Генриетты, герцогини Орлеанской (1670), и выдающегося военачальника Ле Гран Конде (1687). Его труд «Разговор об универсальной истории» (Discours sur l'histoire universelle, 1681) многие католики считают переосмыслением или новой версией «Города Божьего» Святого Августина Гиппонского.

Ранние годы

Боссюэ родился в Дижоне. Он происходил из семьи состоятельных бургундских юристов – как по отцовской, так и по материнской линии, его предки занимали юридические должности на протяжении как минимум столетия. Он был пятым сыном Бенеиня Боссюэ, судьи парламента (провинциального высшего суда) в Дижоне, и Маргариты Муше. Его родители решили, что их пятый сын посвятит себя церкви, и в возрасте восьми лет он был пострижен в монахи. Мальчика отправили учиться в Collège des Godrans, классическую школу, которой руководили иезуиты из Дижона. Когда его отца назначили в парламент в Меце, Боссюэ остался в Дижоне под опекой своего дяди Клода Боссюэ д’Айзера, известного ученого. В Collège des Godrans он приобрел репутацию трудолюбивого ученика: сокурсники прозвали его Bos suetus aratro, «вол, привыкший к плугу». Влияние отца в Меце позволило ему добиться для молодого Боссюэ канонии в соборе Меца, когда мальчику было всего тринадцать лет. В 1642 году Боссюэ поступил в Collège de Navarre в Париже, чтобы завершить классическое образование и начать изучение философии и теологии. Он стал тем самым богословом, чье обличение Антуана Арно в Сорбонне в 1649 году стало ключевым эпизодом в янсенистском споре. Однако на тот момент Корне и Арно все еще поддерживали хорошие отношения. В 1643 году Арно познакомил Боссюэ с отелем де Рамбуйе, крупным центром аристократической культуры и родиной прециозниц. Боссюэ уже проявлял признаки ораторского дара, который так хорошо служил ему на протяжении всей жизни. Однажды, во время спора об импровизированной проповеди в отеле де Рамбуйе, шестнадцатилетнего Боссюэ попросили произнести импровизированную проповедь в одиннадцать часов вечера. Винсент Воутур остроумно заметил: «Я никогда не слышал, чтобы кто-то проповедовал так рано или так поздно». После этого он начал читать свои первые проповеди. 9 ноября 1650 года он защитил свою вторую диссертацию (sorbonica). Затем, в подготовке к священству, он следующие два года провел в уединении под духовным руководством святого Винсента де Поля в Сен-Лазаре в Париже. В Париже конгрегации не проявляли снисхождения к чисто церковной логике или вкусу; если проповедник хотел привлечь их внимание, он должен был говорить с ними на языке, который они сочли бы разумным и воспитанным. Обладая строгими представлениями о достоинстве священника, Боссюэ отказывался прибегать к обычным приемам для возбуждения популярного интереса. Повествовательный элемент в проповедях Боссюэ с каждым годом становился все короче. Он никогда не рисовал сатирических картин, как его великий соперник Луи Бурдалу. Он не писал свои речи полностью и тем более не заучивал их наизусть: из двухсот, опубликованных в его трудах, лишь немногие являются черновиками. Дамы, такие как мадам де Севинье, оставили его, когда в 1669 году на парижском горизонте появился Бурдалу, хотя Фенелон и Лабрюйер, два гораздо более надежных критика, отказались следовать их примеру. Боссюэ обладал всеми качествами оратора: голосом, языком, гибкостью и силой. Ему никогда не приходилось прикладывать усилия, чтобы произвести впечатление; его гений одним ударом выявлял мысль, чувство и слово. То, что он сказал о Мартине Лютере, в полной мере относилось и к нему: он мог обрушить свой гнев на тезисы и тем самым объединить сухой свет аргументации с огнем и жаром страсти. Эти качества достигли своего пика в "Похоронных речах" (Oraisons funèbres). Боссюэ всегда был наиболее успешен, работая над масштабным полотном; кроме того, здесь не возникало никаких моральных сомнений, которые могли бы помешать ему уделять много времени и внимания художественной стороне своего произведения. "Орация", как следует из ее названия, занимала промежуточное положение между проповедью и тем, что сегодня можно было бы назвать биографическим очерком. По крайней мере, таким Боссюэ сделал ее; в этой области он стоял не просто первым, но единственным. Сохранилось 137 проповедей Боссюэ, произнесенных в период с 1659 по 1669 год, и, по оценкам, он произнес более ста проповедей, которые впоследствии были утеряны. Помимо государственных мероприятий, Боссюэ редко появлялся на парижской кафедре после 1669 года.

Учитель дофина, 16701681

В 1669 году Боссуэ был назначен епископом Кондома в Гасконии, не будучи обязанным там проживать. 21 сентября 1670 года он был посвящен в сан епископа, но в 1671 году отказался от кафедры, когда был избран в Французскую академию. 18 сентября 1670 года он был назначен наставником девятилетнего дофина, старшего сына Людовика XIV. Выбор был не самым удачным. Боссуэ старался быть снисходительным, но его гений совершенно не располагал к пониманию детской психологии, а дофин был вспыльчивым, неуклюжим и угрюмым мальчиком. Вероятно, никто не был счастливее наставника, когда подопечному исполнилось шестнадцать лет и он был женат на баварской принцессе. Тем не менее, девять лет, проведенные Боссуэ при дворе, не прошли даром. В обязанности Боссуэ как наставника входило составление всех необходимых учебных пособий, включая не только образцы каллиграфии, но и учебники по философии, истории и религии, предназначенные для будущего короля Франции. Среди книг, написанных Боссуэ в этот период, три стали классическими произведениями. Первым был «Трактат о познании Бога и самого себя» (1677), затем «Рассуждение об всеобщей истории» (1679, опубликовано в 1682 году) и, наконец, «Политика, извлеченная из Священного Писания» (1679, опубликовано в 1709 году). Эти три книги взаимосвязаны. «Трактат» представляет собой общий очерк природы Бога и природы человека. «Рассуждение» – это история взаимоотношений Бога с человечеством в прошлом. «Политика» – это кодекс прав и обязанностей, сформулированный в свете этих взаимоотношений. Боссуэ основывает свои выводы исключительно на Священном Писании, стремясь получить максимально возможное одобрение для институтов своей страны и освятить Францию Людовика XIV, доказав ее поразительное сходство с Израилем Соломона. Кроме того, обращение к Священному Писанию позволяло ему высказываться более смело, чем это допускали придворные правила, напоминая сыну Людовика XIV о том, что короли имеют не только права, но и обязанности. Великий дофин часто забывал об этих обязанностях, но его сын, Маленький дофин, будет помнить их. Наставник предвидел время, когда Франция расцветет в утопию, на троне которой будет восседать христианский философ. Именно это делало его столь стойким защитником власти во всех ее проявлениях: «король, Иисус Христос и Церковь, Бог в этих трех именах», – пишет он в одном из своих писем. Цель его книг – предоставить власти рациональное обоснование. Почитание Боссуэ власти ни в коем случае не умаляло его веры в разум, но заставляло его сомневаться в искренности тех, кто мыслил иначе, чем он. Вся цепочка аргументов казалась ему ясной и простой. Философия доказывает существование Бога и то, что Он формирует и управляет ходом человеческих дел. История показывает, что это управление в основном косвенно, осуществляется через определенные уважаемые институты, как гражданские, так и церковные, которые требуют безоговорочного послушания как от непосредственных представителей Бога. Таким образом, любое восстание, будь то гражданское или религиозное, является прямым вызовом Всевышнему. Оливер Кромвель становится моральным чудовищем, а отмена Нантского эдикта – величайшим достижением второго Константина. Франция его юности знала горечь раздоров и гражданской войны; Франция его зрелости, объединившаяся под властью абсолютного монарха, внезапно расцвела великолепием, сравнимым лишь с древним Римом. Почему же не приложить все усилия, чтобы остановить нововведения и сохранить это великолепие на все времена? Ответ мог бы дать сам «Рассуждение об всеобщей истории» Боссуэ, поскольку в нем подробно описывается падение многих империй, но этот труд был написан с определенной целью. Для Боссуэ установление христианства было единственным действительно важным событием во всей мировой истории. Он полностью игнорирует историю ислама и Азии; о Греции и Риме он упоминает лишь в той мере, в какой они являлись частью Praeparatio Evangelica. Тем не менее, его «Рассуждение» – это не просто теологический памфлет. В то время как Паскаль мог объяснять взлет и падение империй провидением, случайностью или песчинкой в венах английских лордов-протекторов, Боссуэ твердо придерживался принципа, что Бог действует через вторичные причины. Он желает, чтобы всякая великая перемена имела свои корни в предшествующих эпохах. Боссуэ, следовательно, предпринял героическую попытку разобраться в истоках и причинах, и таким образом его книга заслуживает места среди первых философско-исторических трудов.

Епископ Мё, 16811704

С окончанием периода формального образования дофина в 1681 году, Боссуэ был назначен королем епископом Мео 2 мая 1681 года, что было утверждено папой Иннокентием XI 17 ноября. Но прежде чем он смог вступить в управление епархией, он оказался вовлечен в острый конфликт между Людовиком XIV и папой Иннокентием XI. Он оказался в затруднительном положении: поддержка папы означала поддержку иезуитов, которых он ненавидел за их мнимую казуистику и показную набожность почти так же сильно, как и Паскаль; противостояние папе – значит играть на руку Людовику XIV, стремившемуся подчинить Церковь воле государства. Поэтому Боссуэ попытался придерживаться умеренной линии. В 1682 году перед Генеральной ассамблеей французского духовенства он произнес знаменитую проповедь о единстве Церкви, превратив ее в блестящий призыв к компромиссу. Когда Людовик XIV настоял на принятии антипапской декларации духовенством, Боссуэ получил разрешение составить ее и сделал максимально умеренной, а после того, как папа объявил ее недействительной, он приступил к работе над монументальным трудом «Defensio Cleri Gallicani», опубликованным лишь после его смерти. На протяжении всего этого спора, в отличие от придворных епископов, Боссуэ постоянно проживал в своей епархии и проявлял живой интерес к ее управлению.

Попытки бороться с протестантизмом

Галликанская буря несколько утихла, и он вернулся к проекту, который был ему очень дорог. С самого начала пребывания в Меце он был занят разработкой планов по объединению гугенотов с католической церковью. В 1668 году он обратил в веру Тюренна; в 1670 году опубликовал Exposition de la foi catholique ("Изложение католической веры"), настолько умеренное по тону, что противники обвинили его в обманчивом смягчении католических догм, чтобы угодить протестантскому вкусу. Наконец, в 1688 году вышла его великая работа Histoire des variations des Églises protestantes ("История изменений протестантских церквей"), возможно, самая блестящая из всех его трудов. Мало кто из писателей смог бы сделать спор об оправдании интересным или даже понятным. Его аргумент достаточно прост: без правил организованное общество не может существовать, а правила требуют авторизованного толкователя. Протестантские церкви отвергли этого толкователя, и Боссюэ без труда показал, что чем дольше они существовали, тем больше расходились во все более важных вопросах. В ответ на Histoire des variations протестантский пастор Пьер Жюрье опубликовал свои соображения, на что Боссюэ выпустил Avertissements aux protestants sur les lettres du ministre Jurieu contre l'Histoire des variations ("Предупреждения протестантам о письмах пастора Жюрье против Истории изменений", 1689–1691). В пятом из этих Предупреждений (1690) он отверг тезис о явном или неявном договоре между правителем и его подданными, поддерживаемый Жюрье, и сформулировал знаменитую фразу: "Осудить это состояние [= рабство] значило бы не только осудить закон народов, где рабство признается всеми законами, но и осудить Святого Духа, который через уста святого Павла повелевает рабам оставаться в своем состоянии и не обязывает их господ освобождать их". Фlaubert в своем "Словарике" отметил, что в XIX веке католическое богословие изменилось настолько, что стало выражать идеи о рабстве, диаметрально противоположные идеям Боссюэ. Протестанты на тот момент были повержены, но вскоре начали задаваться вопросом, не является ли изменчивость непременно таким уж злом. Между 1691 и 1701 годами Боссюэ переписывался с Лейбницем с целью воссоединения, но переговоры сорвались именно в этом пункте. Лейбниц полагал, что его соотечественники могут принять отдельные римские доктрины, но категорически отказывался гарантировать, что они обязательно поверят завтра в то, во что верят сегодня. "Мы предпочитаем, – сказал он, – церковь, вечно изменчивую и неустанно движущуюся вперед". Вскоре протестантские авторы начали собирать доказательства изменчивости самой Рима, и их поддержал Ришар Симон, священник Парижского оратория и отец библейской критики во Франции. Он обвинил святого Августина, любимого учителя Боссюэ, в искажении первоначального учения о благодати. Боссюэ взялся за "Защиту традиции", но Симон спокойно продолжил поднимать еще более серьезные вопросы. Под маской вежливой ироничной витиеватости, не обманувшей епископа Мо, он заявил о своем праве толковать Библию как любую другую книгу. Боссюэ неоднократно осуждал его; Симон сказал друзьям, что будет ждать, пока старик не умрет. Другой ораторианец оказался еще более опасным. Симон поставил под сомнение чудеса, применив к ним светские правила доказательств, но Малебранш вообще отменил чудеса. Он считал богохульством полагать, что Автор природы нарушит установленный Им же закон. Боссюэ мог делать пометки "новое, удивительное, ложное" на полях своей книги и призывать Фенелона атаковать их, но Малебранш вежливо отвечал на его угрозы, говоря, что быть опровергнутым таким пером – для него слишком большая честь. Эти постоянные неудачи испортили характер Боссюэ. В своих прежних спорах он проявлял великую великодушие, и гугенотские пасторы, которых он опровергал, находили в нем доброго покровителя при дворе. Его одобрение отмены Нантского эдикта не означало одобрения драгунских притеснений в его епархии Мо, но теперь его терпение иссякало. Диссертация отца Каффаро, малоизвестного итальянского монаха, послужила ему поводом для написания резких "Максимов о комедии" (1694), в которых он нанес удар по памяти Мольера, умершего более двадцати лет назад.

Спор с Фенелоном

Три года спустя он вел полемику с епископом Франсуа Фенелоном из-за любви к Богу. Фенелон, на 24 года младше его, был бывшим учеником, внезапно ставшим соперником; как и Боссуэ, Фенелон был епископом и королевским наставником. Предметом спора стали их различные реакции на взгляды Жанны Гюйон: ее идеи были схожи с квиетизмом Молиноса, осужденным папой Иннокентием XI в 1687 году. Когда мадам де Ментенон начала сомневаться в ортодоксальности взглядов мадам Гюйон, была назначена церковная комиссия из трех членов, включая Боссуэ, для подготовки отчета по этому вопросу. Комиссия опубликовала 34 статьи, известные как Статьи д’Исси, которые кратко осуждали идеи мадам Гюйон и содержали краткий трактат об ортодоксальном католическом понимании молитвы. Фенелон, привлеченный идеями мадам Гюйон, подписал эти статьи, а мадам Гюйон приняла решение комиссии. Боссуэ затем написал «Наставления о состояниях молитвы», в котором более подробно разъяснил Статьи д’Исси. Однако Фенелон отказался одобрить этот трактат и вместо этого составил собственное толкование смысла Статей д’Исси, назвав его «Explication des Maximes des Saints». Он утверждал, что целью человеческой жизни должна быть любовь к Богу как к совершенному объекту, при этом страх наказания и стремление к награде вечной жизни не должны иметь никакого отношения к этой чистой любви к Богу. Король Людовик XIV упрекнул Боссуэ за то, что тот не предупредил его о неортодоксальных взглядах наставника его внуков, и поручил Боссуэ и другим епископам ответить на «Maximes des Saints». Таким образом, Боссуэ и Фенелон провели 1697–1699 годы, ведя полемику друг с другом в памфлетах и письмах, пока инквизиция окончательно не осудила «Maximes des Saints» 12 марта 1699 года. Папа Иннокентий XII выбрал 23 конкретных отрывка для осуждения. Боссуэ одержал победу в споре, а Фенелон подчинился решению Рима по этому вопросу.

Смерть

До 70 лет Боссюэ сохранял хорошее здоровье, но в 1702 году у него образовались хронические камни в почках. Два года спустя он стал неизлечимо больным, и 12 апреля 1704 года скончался спокойно. Похоронную речь произнес Шарль де ла Рю, иезуит. Он был похоронен в соборе в Мо.

Проповедь

Боссуэ общепризнанно считается одним из самых влиятельных проповедников за всю историю. Он входит в число проповедников, вместе с Джоном Тиллотсоном и Луи Бурдалу, положивших начало переходу от барочного к неоклассическому стилю проповеди. Он проповедовал с простой, но выразительной речью, избегая помпезности и чрезмерностей, характерных для более ранних проповедей. В своих проповедях он делал акцент на этических, а не на догматических вопросах, часто приводя в пример жизнь святых или благочестивых современников. Он, например, проповедовал о святом Франциске Сальском, а также произносил похоронные речи по королеве Франции Генриетте Марии и Генриетте Анне Английской. Особенно значимыми оказались похоронные речи Боссуэ, которые были быстро переведены на многие языки, включая английский. Сила их воздействия была настолько велика, что даже Вольтер, обычно крайне неприязненно относившийся к духовенству, высоко оценил его ораторское искусство.

Политика, основанная на словах Священного Писания

Когда Боссюэ был выбран наставником дофина, старшего сына Людовика XIV, он написал несколько трудов для назидания своего воспитанника, одним из которых стала «Политика, выведенная из слов Священного Писания» – рассуждение о принципах королевского абсолютизма. Труд был опубликован посмертно в 1709 году. Работа состоит из нескольких книг, разделенных на статьи и положения, в которых изложены природа, свойства, обязанности и ресурсы королевской власти. Для обоснования своих положений Боссюэ обильно цитирует Библию и различные псалмы. На протяжении всего своего сочинения Боссюэ подчеркивает, что королевская власть исходит непосредственно от Бога и что личность короля священна. В третьей книге Боссюэ утверждает: «Бог устанавливает царей своими слугами и правит через них народом». Он также заявляет, что «князю должны повиноваться по принципу, как вопросу религии и совести». Подчеркивая абсолютную власть правителей, он настаивает на том, что цари должны использовать свою власть лишь на благо общества и что царь не стоит выше закона, «ибо, согрешив, он своим примером разрушает законы». В книгах шестой и седьмой Боссюэ описывает обязанности подданных по отношению к князю и особые обязанности королевской власти. Для Боссюэ князь был синонимом государства, поэтому, по его мнению, подданные обязаны князю теми же обязанностями, что и своей стране. Он также утверждает, что «лишь общественные враги проводят различие между интересами князя и интересами государства». Что касается обязанностей королевской власти, то ее первостепенной целью является сохранение государства. Боссюэ описывает три способа достижения этого: поддержание хорошего государственного устройства, разумное использование государственных ресурсов и защита государства от угроз и трудностей. В девятой и десятой книгах Боссюэ излагает различные ресурсы королевской власти (вооружение, богатство и совет) и способы их применения. Что касается вооружения, Боссюэ объясняет, что существуют справедливые и несправедливые основания для войны. К несправедливым причинам относятся честолюбивые завоевания, грабежи и зависть. Что касается богатства, он затем описывает виды расходов, которые несет царь, и различные источники богатства для королевства. Он подчеркивает, что истинное богатство королевства – это его люди, и говорит о важности улучшения положения народа и искоренения бедности.