Введение

Лондонский договор 1700 года (Verdrag van Londen,) или Второй договор о разделе, был второй попыткой Людовика XIV Франции и Вильгельма III Англии навязать дипломатическое решение проблем, приведших к войне за испанское наследство 1701–1714 годов. Обе державы разделили Испанскую империю без предварительных консультаций, а поскольку испанцы считали неразделенную империю неприемлемой, историки в целом полагают, что эти договоры были в значительной степени неисполнимы. Карл II стал последним правителем Габсбургской Испании, взойдя на престол в возрасте пяти лет в 1665 году. На протяжении большей части своей жизни он страдал от недугов, и, несмотря на два брака, к 1698 году стало очевидно, что он умрет бездетным, оставив вопрос о преемнике открытым. Хотя Испания больше не была ведущей европейской державой, империя оставалась значимым игроком на мировой арене, и поскольку ближайшими наследниками были представители австрийских Габсбургов и французских Бурбонов, приобретение империи любой из этих династий существенно изменило бы европейский баланс сил. В надежде избежать нового дорогостоящего конфликта, подобного Девятилетней войне, в 1698 году Вильгельм и Людовик заключили Гаагский договор (1698 год), или Первый договор о разделе, назначив Иосифа Фердинанда наследником испанского престола. Договор утратил силу после смерти Иосифа Фердинанда от оспы в феврале 1699 года, и Лондонский договор заменил его эрцгерцогом Карлом, младшим сыном императора Леопольда I. В конечном итоге договор не смог предотвратить начало войны в июле 1701 года.

Предыстория

В 1665 году Карл II стал последним правителем Габсбургской Испании, когда ему было всего пять лет. На протяжении большей части своей жизни он страдал от недугов, и, несмотря на два брака, к 1698 году стало очевидно, что он, вероятно, умрет бездетным. Хотя финансовая и военная мощь Испании ослабла в XVII веке, Испанская империя оставалась в основном нетронутой, владея территориями в Италии, Испанских Нидерландах, на Филиппинах и в Америке. Поскольку ближайшими наследниками были представители австрийских Габсбургов и французских Бурбонов, вопрос о престолонаследии имел огромное значение для европейского баланса сил и на протяжении многих лет вызывал ожесточенные споры. Например, в 1670 году, согласно Дуврскому тайному договору, Карл II Английский согласился поддержать притязания Людовика XIV Французского. Вильгельм III Английский рассматривал Договоры о разделе как способ укрепления отношений, установленных Рисвикским договором 1697 года с Людовиком XIV, с целью создания прочного мира. Навязывание решения столь важного вопроса Испании и Австрии казалось маловероятным, учитывая уровень взаимного недоверия между подписавшими сторонами, которые находились в состоянии почти непрерывной войны с 1670 года. Вильгельм вел переговоры по обоим договорам, не уведомляя ни Парламент, ни своих министров, что было обычной практикой во Франции, но не в Англии. Лорд Сомерс, входивший в вигский юнто, управлявший английским правительством от имени Вильгельма, в целом негативно относился к положениям Первого договора о разделе, о котором он узнал лишь незадолго до его подписания. Мало кто из министров Вильгельма в Англии или Голландской республике доверял Людовику, и это впечатление усилилось, когда в ноябре 1698 года маркиз д’Аркур был отправлен в Мадрид с целью заручиться поддержкой Испании для французского кандидата. Испанцы не желали допустить раздела своей империи без консультаций с ними, чтобы удовлетворить интересы иностранных держав. 14 ноября 1698 года Карл обнародовал свое завещание, в котором шестилетний Иосиф Фердинанд Баварский был объявлен наследником неделимой Испанской империи, тем самым проигнорировав территориальные корректировки, предусмотренные Первым договором о разделе. Когда Иосиф Фердинанд умер от оспы в феврале 1699 года, потребовалось найти другое решение.

Переговоры

Испанский двор был разделен на проавстрийскую и профранцузскую фракции, последняя возглавлялась кардиналом Портокарреро, архиепископом Толедо. На протяжении большей части правления Карла его правительством управляли проавстрийцы во главе с его матерью, Марией Аной Австрийской, а после её смерти в 1696 году – его второй женой, Марией Анной Нойбургской. Под их влиянием Испания присоединилась к антифранцузской коалиции во время Девятилетней войны, что оказалось катастрофическим решением. К 1696 году Франция контролировала большую часть Каталонии, а Испания была вынуждена объявить о банкротстве в 1692 году; хотя Марии Анне удалось удержать власть благодаря ложным слухам о своей беременности, Карл был вынужден изгнать её немецкую свиту. По разным причинам австрийцы были непопулярны среди большинства испанской знати, в то время как Карл также негодовал из-за их высокомерия и ясно дал понять Харкуру, что он не согласится на раздел империи. Многие испанские политики предпочитали французского кандидата, поскольку войны последних 50 лет показали, что Франция – лучший союзник, чем противник, а её географическое положение позволяло ей лучше защищать Испанию, чем Австрию. После смерти Иосифа Фердинанда главный советник Людовика по внешней политике, маркиз де Торси, быстро подготовил проект предложения с пересмотренными условиями, которые были одобрены Вильгельмом в принципе в июне 1699 года. Однако, когда предложенный договор был представлен императору Леопольду, он изначально отказался от требуемых территориальных уступок, и в результате голландцы задержали официальное одобрение. Это означало, что договор был официально подписан в Лондоне только 12 марта 1700 года, а затем в Гааге 24 марта.

Положения

Основным изменением по сравнению с Первым договором стала замена Иосифа Фердинанда на младшего сына Леопольда, эрцгерцога Карла, в качестве наследника испанского престола. Испания сохранила свою империю за пределами Европы и Испанские Нидерланды, однако Франция получила королевства Неаполь и Сицилия, испанскую провинцию Гипускоа и обменяла герцогство Лотарингия на герцогство Милан. Затем Франция должна была передать Неаполь и Сицилию Виктору Амадею II Сардинскому в обмен на графства Ницца и Савойя – трансальпийские территории Савойского государства, которые окончательно вошли в состав Франции после Второй итальянской войны за независимость в 1859 году. Хотя Леопольд согласился с принципом раздела Испанской империи в обмен на то, чтобы его сын стал королем, он возражал против передачи Франции испанских владений в Италии, особенно Милана, который он считал жизненно важным для безопасности южных границ Австрии. Кроме того, Лотарингия была имперской территорией, оккупированной Францией в 1670 году и возвращенной только в 1697 году, а ее недавно восстановленный наследственный герцог был племянником Леопольда. В результате, реализация условий договора была маловероятна, поскольку ни Леопольд, ни Виктор Амадей не согласились бы на необходимые территориальные обмены, а Испания не приняла бы даже сам принцип раздела.

Последствия

Когда испанцы узнали об условиях Лондонского договора в середине июня, Карл изменил своё завещание в пользу эрцгерцога Карла и вновь указал на неделимую монархию. В сентябре он вновь заболел, и к 28-му числу он уже не мог принимать пищу. Его смерть казалась неминуемой, и 2 октября Портокарреро убедил его изменить завещание в пользу Филиппа Анжуйского, младшего сына Людовика, Великого Дофина, и внука Людовика XIV. Он умер 1 ноября 1700 года, за пять дней до своего 39-го дня рождения. Когда Людовик получил официальное испанское предложение Филиппу 9 ноября, одним из вариантов было отклонить его и настаивать на том, чтобы эрцгерцог Карл принял трон, как это было предусмотрено Лондонским договором; это означало, что если Леопольд продолжал отказываться от территориальных уступок, то теоретически Людовик мог призвать Англию и Голландскую республику присоединиться к нему для обеспечения его исполнения. Однако, по-видимому, это никогда всерьёз не рассматривалось, поскольку, как заметил Вильгельм, не имело смысла «идти на войну из-за договора, который я заключил лишь для предотвращения войны». 16 ноября Филипп был провозглашён Филиппом V Испанским, а в июле 1701 года началась война за испанское наследство. Этот договор не только не предотвратил начало войны в 1701 году, но и показал, что монархи больше не могут просто навязывать свои решения национальным государствам. Когда парламент наконец узнал об условиях договора в марте 1700 года, его реакция была яростной, отчасти потому, что они были восприняты как наносящие ущерб английским коммерческим интересам, но также и потому, что они были одобрены без его ведома и согласия. После этого консервативное большинство попыталось объявить Сомерса в импичменте за его роль в переговорах, и хотя это не увенчалось успехом, процесс обострил отношения между двумя партиями и оказал глубокое влияние на британскую политику в течение следующих двух десятилетий.