Введение
Голландский живописец Виллем ван Миерис (3 июня 1662 – 26 января 1747) – живописец XVIII века из Северных Нидерландов.
Willem van Mieris (3 June 166226 January 1747) was an 18th century painter from the Northern Netherlands.
Биография
Виллем ван Миэрис был живописцем, скульптором и гравером, работавшим в Лейдене. Он родился в Лейдене и учился у своего отца Франса ван Миериса Старшего (1635–1682), который был успешным жанровым художником. У Виллема была достаточно успешная карьера, поддерживаемая несколькими покровителями, заказывавшими и коллекционировавшими его работы. Его творческое наследие состоит в основном из жанровых сцен и портретов, с некоторыми пейзажами, а также скульптурами. Стиль Ван Миериса относили к стилю фийншильдеров (художников "тонкой манеры"), а его жанровые работы, особенно в поздний период творчества, изображали сцены из жизни высшего общества. Он стремился поддержать репутацию своего отца как лейденского фийншильдера. Лейденские художники создавали небольшие по размеру, преимущественно жанровые картины или портреты с высокой степенью детализации, что стало популярным благодаря мастеру Франса Геррита Ду (1613–1675). Превосходные навыки Франса как живописца передались его сыну, и его влияние прослеживается в технике, тематике и стиле. Он завершил работы, оставленные отцом незавершенными. Такой семейный бэкграунд в искусстве, хорошие отношения с состоятельными коллекционерами и меценатами, а также ученичество у успешных мастеров XVII века, по-видимому, облегчали выбор профессии в таких семьях, как Ван Миерисы. Виллем, Ян и Франс II, все прямые потомки знаменитого живописца XVII века Франса I ван Миериса, были предназначены для престижных должностей в городе, что обеспечивало стабильный доход от заказов состоятельных граждан. Художники, такие как Виллем ван Миэрис, использовали не только собственные фигуры, но и те, что присутствовали на картинах мастеров предыдущих поколений. Это было обусловлено необходимостью угодить немногим покровителям и коллекционерам, которые высоко ценили работы таких художников, как Жерар Ду, представитель первого поколения фийншильдеров. Виллем ван Миэрис явно ссылается на Ду в двух различных картинах, сюжет которых почти напрямую заимствован у выдающегося мастера. В этом отношении Ван Миерис проявил достаточно осмотрительности, тщательно выбирая элементы для заимствования из работ других художников, чтобы не быть обвиненным в плагиате, что уже было проблемой в то время. Фактически, уже были установлены определенные правила относительно того, как ссылаться на картины предыдущих мастеров, не создавая при этом простых копий их работ, которые, очевидно, презирались как признак неспособности художника создавать собственные произведения. Одной из основных характеристик художественного стиля Виллема ван Миериса является идеализация женской наготы. Представление Ван Миериса о красоте в жанровых картинах глубоко укоренено в его изучении классической скульптуры. В период с 1669 по 1702 год Виллем ван Миэрис создал по меньшей мере тринадцать рисунков на пергаменте, выполненных по мотивам скульптур ван Боссута, которые, как полагают, были созданы как самостоятельные произведения искусства, а не как подготовительные эскизы для его исторических картин. На картине Ван Миериса «Флора», которая в настоящее время находится в Библиотеке и музее Моргана в Нью-Йорке, предполагается, что моделью послужила Агнета. На этой картине ван Миэрис изобразил свою жену в образе Флоры, древнеримской богини цветов, плодородия и весны. Включение пионов помогает подчеркнуть женскую красоту и плодородие, что уместно, учитывая, что картина была написана всего за год до свадьбы Виллема и Агеты. Похожее лицо, предположительно срисованное с Агеты, появляется во многих ранних работах ван Миериса, включая «Аллегорию высокомерия» (1684), «Старик, соблазняющий молодую женщину» (1683), «Артемида с луком» (1686) и «Женщина с птичьей клеткой (Лесбия)» (1687). В своем особняке в Лейдене он выделил три отдельные комнаты исключительно для экспозиции своей огромной коллекции картин, а в других комнатах находились дополнительные произведения искусства. Отношений между двумя покровителями не установлено, за исключением архивного документа XVIII века, свидетельствующего о намерении Ван Вассенер купить «Лавку бакалейщика» Ду. Аллард де ла Корт, унаследовавший большую часть коллекции своего отца, описывает усилия Ван Вассенер по приобретению картины за значительную цену. Это показывает, насколько Ван Вассенер ценил «Лавку бакалейщика» Ду, и возможно, что Ван Миерис создал свою собственную версию, тесно основанную на картине Ду, чтобы угодить своему покровителю. Еще одна достойная упоминания коллекция принадлежала сэру Мэтью Декеру (1669–1749). Этот голландец эмигрировал в Лондон в 1702 году, где сделал состояние как банкир и директор Ост-Индской компании. Он был умелым покупателем произведений искусства и приобретал картины в Нидерландах для отправки в Англию. К концу жизни он собрал хорошую коллекцию, включавшую картины Ду и Виллема ван Миериса.
Зрачки
Иероним ван дер Мий, родившийся в 1687 году в Лейдене, был одним из учеников Виллема ван Миериса. Ван дер Мий писал преимущественно портреты, переняв стиль ван Миериса. Его портреты высоко ценились за поразительное сходство с изображёнными, среди которых часто были лица высокого статуса, такие как профессора или регенты богадельни. Виллем ван Миерис также занимался обучением своего сына Франса живописи: когда старый художник был вынужден прекратить активную работу из-за прогрессирующей слепоты, он передал свою мастерскую сыну, и они постоянно работали вместе. Однако Франс ван Миерис-младший не достиг успеха, сопоставимого с отцом и дедом: до нас дошло лишь небольшое количество его работ, и он так и не завоевал популярность среди коллекционеров. Некоторые его картины были даже отклонены заказчиками, как, например, случилось с немецким принцем Мекленбург-Шверинским, который отказался принять картину Франса «Диана, купающаяся» (выполненную в тесном сотрудничестве с Виллемом) из-за её низкого качества. После этих неудовлетворительных результатов Франс ван Миерис-младший вскоре оставил живопись, посвятив себя коллекционированию древностей: он был высокоуважаемым экспертом в области нумизматики, о которой написал несколько известных трактатов.
Картины
На картине Виллема ван Миериса из 1708 года Вирсавия изображена обнаженной, сидящей перед царем Давидом. В октябре 1707 года, когда ван Миэрис работал над Бат-Шевой, десять работ скульптора ван Боссуита были проданы из коллекции покровительницы ван Миериса Петронеллы Оортманс де ла Корт, что привлекло внимание к скульптурам ван Боссуита и оказало влияние на работу ван Миериса. При сравнении Бат-Шевы ван Миериса с двумя его рисунками, созданными после скульптур ван Боссута, а именно «Венера и Купидон» и «Диана и Каллисто», становится очевидным влияние скульптур ван Боссуита на образ Бат-Шевы. На рисунке ван Миериса «Венера и Купидон» профиль лица Венеры сильно напоминает профиль лица Бат-Шевы. На рисунке художника «Диана и Каллисто» положение тела Дианы также схоже с положением тела Вирсавии. Следовательно, считается, что изящная поза и жест Бат-Шевы, характерные для идеализированной женской обнаженности ван Миериса, напрямую заимствованы из скульптур ван Боссута. На картине Виллема ван Миериса «Играющий на лютне» 1711 года женщина, изображенная на картине, поразительно похожа на Вирсавию, что является примером повторного использования образов художником. На картине Виллема ван Миериса «Гранида и Дайфило» 1697 года он изображает сцену из пасторальной пьесы П. К. Хуфта «Гранида» – распространенный выбор сюжета в голландской живописи XVII века. На этой картине ван Миэрис «сочетает детализацию, свойственную Лейденской школе, с более интернациональным классицизмом конца XVII века». Головной убор Граниды, соломенная шляпа пастушки, а также тигровая шкура Дайфило, предположительно, отсылают к театру. Картина некогда входила в коллекцию Винклера в Лейпциге в 1768 году, но последний раз была зафиксирована на лондонских торгах в 1900 году. Картина ван Миериса «Ле Те» во многом вдохновлена идеей Жерара де Лаирсе изобразить чайную церемонию в его книге «Groot Schilderboek» (1707), где он переводит законы международного классицизма в практические правила для художников, применимые в их мастерских. «Ле Те» изображает сцену, в которой молодая женщина предлагает подруге чашку чая, а подруга отказывается, так как должна уйти. Хотя ван Миэрис в целом следовал правилам жанровой живописи, изложенным Де Лаирсом, он не разделял убеждение Де Лаирса о том, что жанровая живопись должна быть максимально приближена к исторической живописи. Дополнительное различие между Де Лаирсом и ван Миерисом заключается в том, что ван Миэрис устраняет любые признаки психологического напряжения и конфликта между персонажами, а также ощущение повествования и течения времени.
Де рарекьек
Когда-то входивший в ценную коллекцию Алларда де ла Корта, "Де Рарекиек" был заказан де ла Кортом за 1000 гульденов. Картина предложила иной, более современный взгляд на распространенную в то время тему шарлатана или торговца, демонстрирующего свой товар, заменив торговца человеком, показывающим диковинное представление. Ван Миэрис назвал картину "'t Fraai Curieus" ("прекрасная диковинка"), используя выражение, которое в XVIII веке часто применялось к странствующим менестрелям. Эта работа стала одной из немногих, в которых Ван Миэрис стремился обновить свой репертуар кухонных сцен и интерьеров лавок.
Иосиф и жена Потифара
Эта картина иллюстрирует историю, написанную Юстом ван ден Вонделем об Иемпсаре, жене покровителя Иосифа, Потифара, пытавшейся искусить благочестивого Иосифа. Сцена изображает, как Иосиф отвергает её и покидает её. Фигуры изящны, но лишены драматизма, а классическая композиция, по-видимому, подчеркивает неспособность Ван Миериса передать драматичность этой истории. Тем не менее, современники высоко оценили эту работу.
Мышь Смерти
Эта картина была начата другим художником, Питером ван Сингеландтом, но закончена Виллемом ван Миерисом после его смерти. Характерной чертой работ Ван Миериса является то, что женщина одета весьма модно, что создает резкий контраст между элегантной дамой в классическом интерьере и ее кормлением кошки – занятием, более подходящим для служанки. Картина несет в себе любовный подтекст: женщина демонстрирует, что рядом с ней вор легко сам становится жертвой. Если мужчина попытается украсть поцелуй, он потеряет свое сердце.
Кёкен встретился с Висбором
Эта сцена в лавке позволяет Ван Миерису продемонстрировать своё мастерство в подражании реальности в широком спектре объектов. Ван Миерис тщательно прорабатывает детали различных материалов, создавая чрезвычайно жизненное изображение, однако при взгляде издалека кажется, что они не очень гармонируют друг с другом. Женская фигура выглядит несколько скованной и кукольной, а фон вторит этому своей механистичностью, не оставляя простора для фантазии. Эта картина была хорошо воспринята современниками и считалась естественной и изящной.
Скульптуры
Не всем известно, что Виллем ван Миэрис работал не только как живописец, но и с другими материалами. Фактически, он также был дизайнером и скульптором, создававшим скульптуры методом литья. Его карьера скульптора, однако, была недолгой: он работал всего несколько лет в начале XVIII века. Тем не менее, его скульптурные работы превосходят по качеству даже его живопись. До нас дошли лишь четыре вазы, заказанные его меценатом Питером де ла Корт ван дер Вуртом для сада его лейденской усадьбы. Семья Де ла Корт проявляла большой интерес к садоводству (они первыми завезли ананас в Европу) и искусству, что объясняет особое внимание к оформлению сада. Одиннадцать подготовительных рисунков для этих четырех ваз, выполненных Виллемом ван Миерисом, упоминаются в инвентаре коллекции сына Питера де ла Корта, Алларда, а также через двадцать лет – в каталоге аукциона его вдовы, Катерины де ла Корт Бэкер. Вильмейн Фок удалось идентифицировать шесть из этих рисунков и отметить, что четыре вазы, украшающие сады Виндзорского замка в Англии, подписаны "W. van Mieris inv[enit] et fecit" с указанием года создания римскими цифрами. После сравнения рисунков с самими вазами не осталось сомнений, что они были заказаны Питером де ла Кортом и позднее приобретены британской королевской семьей в 1825 году. Четыре вазы изображают времена года, а их форма классически вдохновлена вазой Медичи, вазой Боргезе, а также вазами Версальского дворца. Разделение на времена года достаточно традиционно и восходит к античной литературе. Виллем ван Миэрис, вероятно, читал перевод «Иконологии» Чезаре Рипы и изобразил весну со жертвоприношением Флоре и Приапу, лето – с купанием Дианы и жертвоприношением Церере, осень – с шествием в честь Бахуса, а зиму – с Венерой, заказывающей оружие для Энея и греющейся у огня после ухода Цереры и Бахуса. Виллем ван Миэрис всегда тщательно готовился к созданию своих картин, чтобы найти правильную композицию и изучить отдельные элементы. Два его весенних рисунка можно считать наиболее проработанными и, возможно, лучшими работами во всем его графическом наследии. В качестве источника вдохновения для ваз он использовал как собственные работы, так и произведения других художников – голландских и итальянских, которые Де ла Корт специально привез ему для этого проекта. Вероятно, он обращался к работам Рембрандта и фламандца Франсиса ван Босута. Рисунки и сами вазы не полностью совпадают: композиция иногда отличается, особенно отсутствием фигур или деталей (часто из-за недостатка места или потому, что общая картина или сюжет выглядели лучше без них). Виллем ван Миэрис был дизайнером и создателем рельефов. Он сотрудничал со своим другом Филипом ван дер Мижем, который отвечал за литье, а его сын Иероним ван дер Миж впоследствии учился у ван Миериса. Ножки и крышки ваз изготовил Джованни Баттиста Лураго под контролем ван Миериса. Аллард де ла Корт также заказал ван Миерису фонтан, вновь в сотрудничестве с Филипом ван дер Мижем. Скульптура не сохранилась, но сохранившиеся квитанции содержат подробное описание работы: Геркулес, задушивающий голову змеи и поднимающий ее. Вода била из пасти змеи. Однако фонтан до наших дней не дошел, поэтому вазы – единственные скульптурные работы Виллема ван Миериса, которые мы можем видеть сегодня.
Критика и признательность
Виллему ван Миерису удалось добиться значительной популярности в Нидерландах: его картины украшали коллекции многих видных представителей голландской новой аристократии, а также иностранных вельмож, таких как герцог Мекленбург-Шверинский. Однако его репутация не пользовалась столь же высоким признанием у более поздних искусствоведов. Дезалье д’Аргенвилль, признавая талант Ван Миериса как художника, в своем «Абреге» отмечает, что он так и не смог достичь уровня своего отца, Франса ван Миериса Старшего, чья слава продолжала жить в Европе во время создания Виллемом его основных работ. Это мнение отразилось и на зарубежном рынке, о чем свидетельствует следующий эпизод: Питер де ла Кур ван дер Вуорт (1664–1739) в 1700 году путешествовал по Франции с намерением продать картину Виллема ван Миериса. Он замаскировал подпись художника, чтобы скрыть тот факт, что работа принадлежит не Франсу ван Миерису, а его сыну Виллему, поскольку узнай покупатель об авторстве сына, стоимость картины резко упала бы. Гораздо более резким было мнение Теофиля Торе, ведущего критика голландского искусства XIX века. В своем труде «Musées de la Hollande», каталоге важнейших произведений искусства, представленных в Нидерландах, французский знаток открыто выражал презрение к Виллему ван Миерису, характеризуя его картины как «суровые, холодные, ничтожные и невыносимо банальные». Впрочем, от Торе и не следовало ожидать иной оценки живописца, подобного Ван Миерису: голландский художник воплощал новую классицизирующую тенденцию в голландском искусстве XVIII века, которую Торе считал гибелью и разрушением Золотого века. Фактически, французский критик идеализировал голландскую живопись XVII века как наиболее полное выражение свободы и независимости, когда-либо достигнутое европейским искусством, а Рембрандт и Вермеер были для него иконами популярного, реалистичного и правдивого подхода к живописи. В то же время, лейденские фийншильдеры и художники, работавшие в итальянском стиле, рассматривались как предатели этого выдающегося художественного направления, остававшиеся в плену устаревших и аристократических канонов классической красоты.