Британская школа в Афинах: исследования и археология Греции

Введение

Исследовательский центр в Греции

Британская школа в Афинах (BSA) (Βρετανική Σχολή Αθηνών) — институт передовых исследований, один из восьми британских международных исследовательских институтов, поддерживаемых Британской академией, который способствует изучению Греции во всех ее аспектах. В соответствии с законодательством Великобритании это зарегистрированный образовательный благотворительный фонд, что соответствует статусу некоммерческой организации по американскому и греческому законодательству. Он также является одним из 19 иностранных археологических институтов, определенных греческим законом № 3028/2002 «О защите древностей и культурного наследия в целом», принятым греческим парламентом в 2002 году. В соответствии с этим законом 17 аккредитованных иностранных институтов могут проводить систематические раскопки в Греции с разрешения правительства. Школа была основана в 1886 году как четвертое подобное учреждение в Греции (ранее существовали французский, немецкий и американский институты). На протяжении большей части своей истории она была сосредоточена на поддержке, руководстве и содействии британским исследованиям в области классической филологии и археологии, но в последние годы расширила свою сферу деятельности на все области греческих исследований. Она внесла значительный вклад в области эпиграфики и истории современной Греции. Согласно греческому законодательству, это «иностранная археологическая школа» в очень специфическом смысле. Помимо доверия к древностям в Греции, она выступает в качестве агента для использования британских ресурсов в интересах Греции. Только BSA может поручать проекты британским учреждениям, и она может делать это только с разрешения министра культуры. Лаборатория финансируется отдельно от основной школы. У нее есть свой директор, в настоящее время (2019 год) Евангелия Кириаци, собственные научные сотрудники, она ведет собственные курсы, предоставляет собственные гранты и публикует собственные работы. Однако она подчиняется Комитету по археологии основной школы. Лаборатория Фитча была основана в период растущего интереса к установлению происхождения керамики, обнаруженной в ходе раскопок. Археологический метод устанавливал последовательность слоев на участке, что позволяло датировать найденные в них предметы относительно; однако этот метод имел свои ограничения. Например, если керамика в одном регионе была похожа на керамику в другом, как следует интерпретировать это сходство? Переносили ли захватчики керамику с одного места на другое? Были ли подобные горшки предметами торговли? Служила ли керамика одного региона образцом для изготовления керамики в другом? Ответы на эти вопросы давали ведущие археологи, но без метода установления происхождения эти суждения часто были весьма спорными. Например, между некоторыми образцами минойской и микенской керамики наблюдается поразительное сходство. Артур Эванс, Дункан Маккензи и их сторонники предполагали, что микенская керамика является разновидностью минойской керамики. Напротив, Карл Блеген и его сторонники утверждали, что микенская керамика имеет материковое греческое происхождение и была импортирована на Крит. Учитывая наличие определенной керамики на участке, как определить, минойская она или микенская, и как это установить? К 1960-м годам археологи обратились к химическим и физическим наукам за ответами. Наука геология предоставила им петрологию — изучение состава горных пород глины, из которой изготавливались горшки. Микроскопическое исследование тонкого среза керамического материала позволяет выявить минералы, содержащиеся в зернах глины. Затем минеральный состав горшков сравнивается с минеральным составом горных пород, из которых были получены известные залежи глины. Если бы между микенской и минойской керамикой существовали какие-либо минеральные различия, петрология могла бы их обнаружить. К тому времени также стали доступны новые методы химического анализа неорганических материалов, которые обычно классифицируются как «активационный анализ». Общий метод использует два естественных явления: тенденцию к образованию стабильных атомов с заданной энергетической структурой (число и конфигурация электронов и нейтронов и т. д.) и способность атома преобразовывать падающую на него радиационную энергию. Входящая энергия каким-то образом «активирует» или сверхзаряжает атом, создавая нестабильную конфигурацию, которая затем распадается, высвобождая дополнительную энергию в виде излучения с характеристическими длинами волн атома. Устройство для считывания длин волн и интенсивности излучения на этих длинах волн затем определяет присутствующий элемент и его концентрацию. Из трех основных типов активации масс-спектрометр бомбардирует образец потоком электронов или электрическим током, пока он не достигнет температур, достаточных для диссоциации атомов в плазму или облако сверхзаряженных ионов, в котором электроны приобрели энергию для перехода на нестабильные орбиты. При возвращении электронов на свои исходные орбиты они теряют энергию в виде видимого света. Дифракция света создает спектр, который можно считывать электронным способом или фиксировать на пленке. Полосы света идентифицируют элементы. Спектрометры используются в археологии все реже, поскольку они разрушают образец; фактически, Закон 3028 запрещает деструктивные испытания артефактов. Во втором типе, нейтронно-активационном анализе (NAA), поток нейтронов, генерируемый в ускорителе частиц, направляется на образец, заставляя некоторые из его атомов захватывать дополнительные нейтроны, генерируя нестабильные изотопы, которые немедленно распадаются, высвобождая гамма-излучение. Как и при бомбардировке электронами, излучение имеет длины волн, характерные для элемента. Гамма-фотоны дифрагируют для считывания спектра; кроме того, можно рассчитать период полураспада распадающегося изотопа, который также является характеристическим и служит идентификатором. Этот метод популярен при элементарном анализе керамики, поскольку он не разрушает образец. Однако, поскольку он требует более крупных объектов, таких как ускоритель частиц, отсутствующих в большинстве лабораторий, образцы должны отправляться на внешний анализ. Третий метод — рентгеновская флуоресценция, разновидность флуоресценции, анализирует элементный состав твердых тел, не диссоциируя атомы из твердого состояния. Обычно он используется для анализа твердых тел в области искусства и археологии, таких как керамика, металлические предметы, картины и т. д. В этом типе образец бомбардируется рентгеновскими лучами или гамма-лучами. Электроны возбуждаются на месте, не разрушая твердую матрицу. Переходя с внутренних орбит на внешние, они возвращаются на внутренние, отдавая индуцированную энергию в виде рентгеновских лучей с характеристическими длинами волн элемента. Они дифрагируют и считываются. В 1960 году Синклер Худ, директор Британской школы, в процессе попытки определить, является ли определенная керамика минойской или микенской, обратился в новую лабораторию археологии и истории искусства в Оксфордском университете, которая уже использовала активационный анализ. Директор и помощник директора лаборатории сочли вопрос настолько важным, что немедленно вылетели в Грецию, чтобы получить разрешение от правительства на получение и эксперименты с образцами из 20 фиванских горшков. Горшки были проанализированы, но анализ не дал однозначных ответов. Оксфорд и Британская школа продолжали сотрудничать в анализе горшков, пока в конце 1960-х годов М. Дж. Эйткен из Оксфордской лаборатории не предложил Британской школе создать собственную лабораторию. Предложение держалось в секрете до тех пор, пока Британская школа не получила разрешение от греческого Министерства культуры при содействии Спиридона Маринатоса, генерального инспектора археологической службы. Получив разрешение, управляющий комитет Британской школы открыто обратился за финансированием к Британской академии. Они согласились покрыть расходы после создания и оснащения. Оксфордская лаборатория предложила предоставить первоначальное оборудование и обучение. Оставалась разница в необходимом финансировании для запуска лаборатории. Фитчи, которые помогли построить стратиграфический музей в Кноссе, выступили вперед. Лаборатория начала свою работу в 1974 году. С 1974 года лаборатория непрерывно функционирует…

The British School at Athens (BSA) (Βρετανική Σχολή Αθηνών) is an institute for advanced research, one of the eight British International Research Institutes supported by the British Academy, that promotes the study of Greece in all its aspects. Under UK law it is a registered educational charity, which translates to a non profit organisation in American and Greek law. It also is one of the 19 Foreign Archaeological Institutes defined by Hellenic Law No. 3028/2002, "On the Protection of Antiquities and Cultural Heritage in General," passed by the Greek Parliament in 2002. Under that law the 17 accredited foreign institutes may perform systematic excavation in Greece with the permission of the government. The School was founded in 1886 as the fourth such institution in Greece (the earlier being the French, German, and American). For most of its existence, it focused on supporting, directing and facilitating British based research in Classical Studies and Archaeology, but in recent years, it has broadened that focus to all areas of Greek Studies. It has made notable contributions in the fields of epigraphy and the history of Modern Greece. It is defined by Hellenic law to be a "foreign archaeological school" with a very specific meaning. In addition to being trusted with antiquities in Greece, it serves as an agent for the Hellenic utilisation of British resources in Greece. Only the BSA can assign projects to British institutions, and it may only do so with permission of the Minister of Culture. The laboratory is funded separately from the rest of the school. It has its own director, currently (2019) Evangelia Kiriatzi, its own research scientists, teaches its own courses, offers its own grants, and issues its own publications. It is, however, governed by the main school's Committee for Archaeology. Fitch Laboratory was founded during a period of growing interest in establishing the provenience of pottery discovered during excavation. The method of archaeology established a sequence of layers at a site, which gave relative dates to the objects found in them; however, the method had limitations. Suppose that pottery in one region was similar to pottery at another, how was this similarity to be interpreted? Did invaders carry the pottery from one site to another? Were the similar pots trade exports? Did the pottery of one region serve as a model for the manufacture of pottery in another? Answers to these questions were provided by the judgements of the lead excavators, but with no method of establishing provenience, these judgements were often highly controversial. For example, there are striking similarities between some Minoan and some Mycenaean pottery. Arthur Evans, Duncan Mackenzie and their supporters were proposing that Mycenaean pottery was a type of Minoan pottery. To the contrary, Carl Blegen and his supporters were affirming a mainland Greek origin for and importation to Crete of Mycenaean pottery. Given some of this pottery at a site, which was it, Minoan or Mycenaean, and how could one establish which? By the 1960s archaeologists were turning to the chemical and physical sciences for answers. The science of geology provided them with petrology, the study of the rock composition of the clay from which the pots were made. Microscopic examination of a thin section of pot material reveals the minerals present in the grains of clay. The mineral composition of pots is then compared to the mineral composition of the rock from which various known clay beds had come. If there were any mineralic distinctions between Mycenaean and Minoan pottery, petrology would discover them. By that time also new methods of chemical analysis of inorganic material were available, which are generally classified as "activation analysis." The general method exploits two natural phenomena: the tendency to form stable atoms with a given energy structure (number and configuration of electrons and neutrons, etc. ), and the action of an atom to transduce radiational energy falling on it. The input energy "activates" or superenergizes the atom in some way, creating an unstable configuration, which then decays, releasing the extra energy in radiation of wavelengths characteristic of the atom. A device to read the wavelengths and radiational intensities at those wavelengths then identifies the element and concentration present. Of the three general types of activation, the mass spectrometer bombards the sample with a stream of electrons, or electrical current, until it reaches temperatures high enough to dissociate the atoms into a plasma, or cloud of superenergized ions, in which the electrons have acquired the energy to expand into unstable orbits. As the electrons fall back they lose energy as visible light. Diffraction of the light produces a spectrum that can be read electronically or captured on film. The bands of light identify the elements. Specrometers are used less frequently in archaeology as they destroy the sample; in fact, Law 3028 forbids destructive tests of artifacts. In a second type, Neutron activation analysis (NAA), a stream of neutrons generated in a particle accelerator is directed onto the sample, forcing some of its atoms to acquire additional neutrons, generating unstable isotopes, which decay immediately, releasing gamma radiation. As in electron bombardment, the radiation emitted is of wavelengths characteristic of the element. The gamma photons are diffracted for a spectrum read out; in addition, the half life of the decaying isotope can be calculated, which also is characteristic and serves as an identifier. This is a popular method in ceramic elemental analysis because it is non destructive of the sample. As it requires larger facilities, such as a particle accelerator, not present at most laboratories, the samples must be sent out. The third method, X ray fluorescence. a type of fluorescence, analyzes the elemental composition of solids without dissociating the atoms from the solid state. It is generally employed on the solids of art and archaeology, such as ceramics, metallic objects, paintings, and so on. In this type the sample is bombarded with x rays or gamma rays. The electrons are energized in place without breaking up the solid matrix. Moving from the inner orbits to the outer, they fall back to the inner, giving up the induced energy as x rays of wavelengths characteristic of the element. These are diffracted and read. In 1960, Sinclair Hood, director of the British School, in the process of attempting to determine whether some pottery was Minoan or Mycenaean, contacted the new laboratory for Archaeology and the History of Art at the University of Oxford, which was already using activation analysis. The director and assistant director of the laboratory considered the question so important that they flew immediately to Greece to obtain permission from the government to acquire and experiment on samples from 20 Theban pots. The pots were analyzed, but the analysis produced no definitive answers. Oxford and the British School continued to work together analyzing pots until in the late 1960s M. J. Aitken of the Oxford laboratory proposed that the British School initiate its own laboratory. The proposal was kept secret until the British School could obtain permission from the Hellenic Ministry of Culture with the assistance of Spyridon Marinatos, Inspector General of the Archaeological Service. Permission obtained, the managing committee of the British School openly sought funding from the British Academy. They agreed to underwrite expenses once it was established and equipped The Oxford laboratory offered to provide initial equipment and training. There remained a gap in the funding required to start the laboratory. The Fitches, who had helped build the stratigraphic museum at Knossos, stepped forward. The laboratory became operational in 1974. Since 1974 the laboratory has been continually in use either for educational purposes or for conducting research. There has been no lack of funding from many private sources. The laboratory specializes in petrology and analysis of inorganic materials, especially ceramics, by x ray fluorescence. For the petrology it has two research polarising microscopes supported by a digital photography system. The analysis is performed by a Wavelength Dispersive X ray Fluorescence (WD XRF) unit, which diffracts the sample emitted x rays into a spectrum of different wavelengths. The laboratory's course on ceramic petrology is standard. All samples are archived on the second floor. The archive contains about 3000 rock samples from various geological formations covering a range of clay beds, and 10,000 archaeological samples. The laboratory also collects animal bones and seeds for reference. Recognizing that research can best be performed by a pool of facilities at different laboratories, the Fitch Laboratory is part of a formal network of laboratories.

Археологические полевые работы

За свою долгую историю БСА участвовала в множестве археологических проектов, включая обследования в Лаконии, Беотии, Мефане (Арголиде), а также на островах Итака (Ионические острова), Кея, Мелос, Кифера (Киклады), Хиос (Северо-Эгейские острова) и Крит (обследования Ayiopharango, Ayios Vasilios, Knossos, Praisos) и раскопки в Неа Никомедия, Ситагрой, Сервии и Ассиросе (Греческая Македония), Лефканди (Эвбоя), Эмборио и Като Фана (Хиос), Перахора (Коринтия), Микенах (Арголида), Спарте (Лакония), Филакопи (Мелос), Керосе (Киклады), а также на Крите в Кноссе, Карфи, Прайсосе, Дебле, пещере Трапеза, Аципадес-Коракиас, Психро, Миртосе, Петсофасе и Палекастро.

Женщины в BSA

Евгения Селлерс Стронг была первой женщиной, поступившей в BSA в 1890 году, спустя четыре года после основания школы. Агнес Конвей была принята в Британскую школу в Афинах под руководством директора Алана Уэйса на учебную сессию 1913–1914 годов вместе со своей подругой Эвелин Рэдфорд, с которой она вместе училась в Ньюхэмском колледже Кембриджского университета. Описание их поездки по Балканам, совершенной во время сессии, было опубликовано в 1917 году под названием «Поездка по Балканам: по классическим местам с фотоаппаратом». Агнес Конвей вышла замуж за архитектора и археолога Джорджа Хорсфилда в 1932 году. Из общего числа 24 директоров BSA три были женщинами. Ребекка Свитман вступила в должность в сентябре 2022 года.