Введение
Лидия Эмили Флорентин Янсен (24 декабря 1843 года [12 декабря 1843 года по старому стилю] – 11 августа 1886 года [30 июля 1886 года по старому стилю]), известная под псевдонимом Лидия Койдула, была эстонской поэтессой. Её прозвище означает «Лидия рассвета» на эстонском языке и было дано ей писателем Карлом Робертом Якобсоном. Её также часто называют Койдулаулик – «Певицей рассвета». В Эстонии, как и в остальной Европе, в середине XIX века писательство не считалось достойным занятием для уважающей себя молодой женщины. Поэзия Койдулы и её работа в газете, издаваемой её отцом-народником Иоганном Волдемаром Яннсеном (1819–1890), оставались анонимными. Несмотря на это, она стала выдающейся литературной фигурой, основателем эстонского театра и была тесно связана с Карлом Робертом Якобсоном (1841–1882), влиятельным радикалом, и Фридрихом Рейнхольдом Кройцвальдом (1803–1882), автором эстонского национального эпоса «Калевипоэг» («Сын Калева»). Со временем она приобрела статус национальной поэтессы Эстонии.
Lydia Emilie Florentine Jannsen (24 December 1843 [O. S. 12 December 1843] – 11 August 1886 [O. S. 30 July 1886]), known by her pen name Lydia Koidula, was an Estonian poet. Her sobriquet means 'Lydia of the Dawn' in Estonian. It was given to her by the writer Carl Robert Jakobson. She is also frequently referred to as Koidulaulik – 'Singer of the Dawn'. In Estonia, like elsewhere in Europe, writing was not considered a suitable career for a respectable young lady in the mid 19th century. Koidula's poetry and her newspaper work for her populist father, Johann Voldemar Jannsen (1819–1890) remained anonymous. In spite of this, she was a major literary figure, the founder of Estonian theatre, and closely allied to Carl Robert Jakobson (1841–1882), the influential radical and Friedrich Reinhold Kreutzwald (1803–1882), writer of the Estonian national epic, Kalevipoeg (The Son of Kalev). Over time, she has achieved the status of the national poet of Estonia.
Биография
Лидия Яннсен родилась в Вендре (Феннерн), Эстония. В 1850 году семья переехала в соседний уездный город Пярну (Pernau), где в 1857 году её отец основал первую местную газету на эстонском языке и где Лидия посещала немецкую гимназию. В 1864 году Яннсены переехали в университетский город Тарту (Дорпат). Любое проявление национализма, включая публикации на родных языках, было деликатным вопросом в Российской империи, однако правление царя Александра II (1855–1881) было относительно либеральным, и Яннсену удалось убедить имперскую цензуру разрешить ему издавать первую эстонскую газету с общенациональным распространением в 1864 году. И местная газета в Пярну, и общенациональная газета назывались Postimees (Курьер). Лидия писала статьи для отца в обеих газетах, помимо публикации собственных работ. В 1873 году она вышла замуж за армейского врача Эдуарда Микельсона и переехала в Кронштадт (русская военно-морская база на острове близ Санкт-Петербурга). В 1876–1878 годах Микельсоны посетили Бреслау, Страсбург и Вену. Коидула прожила в Кронштадте 13 лет и, хотя в течение этого времени она проводила каждое лето в Эстонии, по сообщениям, никогда не переставала испытывать мучительную тоску по родине. Лидия Койдула была матерью троих детей. Она умерла от рака молочной железы 11 августа 1886 года. Её последним стихотворением было Enne surma — Eestimaale! (Перед смертью — Эстонии!).
Работы
Самая важная работа Койдулы, Emajõe ööbik (Соловей реки Эмайоги), была опубликована в 1867 году. Балтийские немцы сохраняли гегемонию в регионе с XIII века, на протяжении всего немецкого, польского, шведского и русского правления, и поэтому немецкий язык был языком обучения и интеллигенции в Эстонии XIX века. Как и её отец (и все другие эстонские писатели того времени), Койдула много переводила сентиментальной немецкой прозы, поэзии и драмы, и на неё особенно повлияло движение Бидермайер. Бидермейер, стиль, который доминировал в «буржуазном» искусстве в континентальной Европе с 1815 по 1848 год, развился в результате подавления революционных идей после поражения Наполеона. Он был простым, непритязательным и характеризовался пасторальным романтизмом; его тематикой были дом, семья, религия и сцены сельской жизни. Темы ранних «Vainulilled» (Луговые цветы; 1866) Койдулы, безусловно, были прото-Бидермейером, но её деликатное, мелодичное обращение с ними ни в коем случае не было деревенским или неизысканным, как это продемонстрировано в необузданных патриотических излияниях «Emajõe Ööbik». Койдула отреагировала на историческое порабощение эстонского народа как на личное оскорбление; она говорила о рабстве и иге подчинения, как будто из личного опыта. К моменту Национального пробуждения в 1860-х годах Эстонией более 600 лет управляли иностранные державы – датские, немецкие, шведские, польские и русские. В этом контексте она осознавала свою роль в судьбе нации. Однажды она написала финскому корреспонденту: «Грех, великий грех – быть малым в великие времена, когда человек может действительно творить историю». Эстонская литературная традиция, начатая Кройцвальдом, продолжилась с Койдулой, но в то время как «Бард Виру» пытался подражать регевёрсовым народным традициям древнего эстонского языка, Койдула писала (в основном) в современных западноевропейских метрах, которые к середине XIX века стали доминирующей формой. Это сделало поэзию Койдулы гораздо более доступной для широкого читателя. Но главное значение Койдулы заключалось не столько в её предпочтительной форме стихотворения, сколько в её мощном использовании эстонского языка. Эстонский язык был, в 1860-х годах, в Балтийской провинции Имперской России, где доминировала Германия, языком угнетенного коренного крестьянства. Он все ещё был предметом орфографических споров, все ещё использовался в основном для преобладающего покровительственного образовательного или религиозного текстов, практических советов фермерам или дешевого и развлекательного популярного повествования. Койдула успешно использовала народный язык для выражения эмоций, которые варьировались от ласкового стихотворения о семейном коте в «Meie kass» (Наш кот) и деликатной любовной поэзии «Head ööd» (Доброй ночи) до мощного крика души и призыва к угнетённой нации «Mu isamaa nad olid matnud» (Моя страна, они похоронили тебя). С Лидией Койдулой колониальное представление о том, что эстонский язык – это неразвитый инструмент общения, впервые было убедительно опровергнуто.
Драма
Коидула также считается «основательницей эстонского театра» благодаря своей драматической деятельности в Обществе Ванэмуайне (эстонский: Vanemuise Selts), обществе, основанном Яннсенами в Тарту в 1865 году для продвижения эстонской культуры. Лидия была первой, кто написал оригинальные пьесы на эстонском языке и обратился к практическим вопросам режиссуры и постановки. Несмотря на некоторые эстонские интермедии в немецком театре в Таллине в начале XIX века, театр не воспринимался как значимое средство выражения, и немногие писатели считали драму чем-то существенным, хотя Кройцвальд перевел две стихотворные трагедии. В конце 1860-х годов эстонцы и финны начали развивать представления на своих родных языках, и Коидула, следуя этой тенденции, написала и поставила комедию «Saaremaa Onupoeg» (Двоюродный брат с Сааремаа) в 1870 году для Общества Ванэмуайне. Она была основана на фарсе Теодора Кёрнера (1791–1813) «Der Vetter aus Bremen» (Двоюродный брат из Бремена), адаптированном к эстонским реалиям. Характеры были схематичными, а сюжет – простым, но пьеса пользовалась популярностью, и Коидула написала и поставила «Maret ja Miina» (также известную как «Kosjakased»; «Берёзы для сватовства», 1870) и собственное произведение – первую полностью эстонскую пьесу «Säärane mulk» (Ну и деревенщина!). На отношение Коидулы к театру повлиял философ, драматург и критик Готтхольд Эфраим Лессинг (1729–1781), автор работы «Erziehung des Menschengeschlechts» («Воспитание человеческого рода», 1780). Ее пьесы носили дидактический характер и служили средством народного просвещения. Театральные ресурсы Коидулы были скромными и необработанными – неквалифицированные, любительские актеры и женские роли, исполняемые мужчинами, – но современников впечатляла галерея правдоподобных персонажей и понимание современных проблем. На первом Эстонском празднике песни в 1869 году, важном объединяющем событии для эстонских родов, на музыку были положены два стихотворения на слова Лидии Коидулы: «Sind Surmani» (До самой смерти) и «Mu isamaa on minu arm» (Моя страна – моя любовь), которые стали неофициальным гимном во время советской оккупации, когда гимн Эстонской Республики между 1921 и 1940 годами – «Mu isamaa, mu õnn ja rõõm» (Моя страна, моя гордость и радость) – был запрещен. Песня Коидулы всегда завершала каждый праздник, с разрешения или без него. Эта традиция сохраняется и по сей день.
Мемориальный музей Лидии Койдулы
Музей является филиалом музея Пярну и знакомит с жизнью и творчеством поэтессы Лидии Койдулы и её отца Иоганна Волдемара Яннсена (автора текста эстонского гимна), ключевых фигур эстонского национального пробуждения в XIX веке. Музей Койдулы расположен в школьном здании Pärnu Ülejõe. Здание было построено в 1850 году и отличается уникальным интерьером. До 1863 года в нём жил Иоганн Волдемар Яннсен, а также находилась редакция газеты "Перно Постмейз", в настоящее время здание охраняется как исторический памятник. Старшая дочь Яннсена, поэтесса Лидия Койдула, выросла в этом доме. Главная задача музея – сохранять память о Койдуле и Яннсене и представлять их жизнь и творчество в контексте периода национального пробуждения в Эстонии посредством постоянной экспозиции. В центре города Пярну, рядом с историческим зданием отеля "Виктория" на углу улиц Кунинга и Лыуна, установлен памятник Лидии Койдуле. Памятник датируется 1929 годом и является последней работой эстонского скульптора Амандуса Адамсона. Кроме того, её изображение было на банкноте в 100 крон до введения евро.