Введение

Христианский церковный синод, состоявшийся в Эльвире в римской провинции Hispania Baetica.

Эльвирский синод (Concilium Eliberritanum, лат.) был церковным синодом, состоявшимся в Эльвире в римской провинции Hispania Baetica, ныне Гранада в южной Испании. Точная дата его проведения не установлена, но предполагается, что он состоялся в первой четверти IV века, приблизительно в 305–306 годах. Он был одним из трех собраний, наряду с Арльским синодом (314) и Анкирским синодом, которые впервые приблизились к характеру вселенских соборов и подготовили почву для проведения первого Вселенского собора. В нем приняли участие девятнадцать епископов и двадцать шесть пресвитеров, преимущественно из Бетики. Также присутствовали диаконы и миряне. Зафиксировано 81 канон, хотя считается, что многие из них были добавлены позднее. Все они касаются порядка, дисциплины и поведения в христианской общине. 36-й канон, запрещающий использование изображений в церквях, стал предметом разногласий между католическими и протестантскими учеными после протестантской Реформации. Это один из ряда древних церковных соборов и синодов, предшествовавших Вселенским. Католическая энциклопедия 1913 года называет его «собором», подразумевая более широкий масштаб, чем у синода. Ватикан использует оба термина.

Место и цель

Место встречи, Элиберри, известное как Эльвира, находилось недалеко от современной Гранады. А. В. Дейл и Эдгар Хеннеке рассматривают это место как связанное с попытками восстановления порядка и дисциплины в церкви. Принятые каноны в значительной степени отражают внутреннюю жизнь и внешние связи испанской церкви IV века. Репутация этого собора способствовала добавлению к его канонам других, которые впоследствии стали ассоциироваться с Синодом Эльвиры. Виктор Де Клерк отмечает, что «за исключением Хосиуса Кордовского, мы практически ничего не знаем об этих людях, а также не знаем точно, когда и почему был созван собор, и что испанская церковь является одной из наименее изученных в доконстантиновский период».

Каноны

Морис Мейн полагает, что из переданного списка были провозглашены в Эльвире только первые двадцать один канон; остальные были добавлены в сборник. Об общественной среде христиан в Испании можно судить по канонам, запрещающим брак и иные связи с иудеями, язычниками и еретиками, закрывающим должности фламена и дуумвира для христиан, воспрещающим всякое общение с идолопоклонством, а также участие в языческих праздниках и публичных зрелищах. О состоянии нравов свидетельствуют каноны, осуждающие распространенные пороки. Каноны, касающиеся духовенства, показывают, что духовенство уже представляло собой особый класс со своими привилегиями, действовавший по более строгим моральным нормам и подвергавшийся более суровым наказаниям за проступки. Епископ приобрел контроль над таинствами, пресвитеры и диаконы действовали лишь по его указанию; епископат предстает как единое целое, епископы обязаны уважать дисциплинарные постановления друг друга. Каноны (доступные в интернете на английском и латинском языках) почти полностью посвящены поведению различных слоев христианской общины и не содержат теологического содержания как такового. Санкции включают в себя длительные отсрочки перед крещением, исключение из Евхаристии на месяцы или годы, или бессрочно, иногда с исключением для смертного часа, хотя это также конкретно исключается в некоторых случаях. Сроки покаяния за сексуальные преступления часто составляют 5 или 10 лет: «Канон 5. Если женщина избила своего слугу и причинила ему смерть в течение трех дней, она должна пройти семилетнее покаяние, если удар был нанесен умышленно, и пятилетнее – если случайное. Она не должна приступать к причастию во время покаяния, разве что заболеет. В таком случае ей разрешается причаститься». Все каноны, касающиеся иудеев, служили для поддержания разделения между двумя общинами. Канон 15 запрещал брак с язычниками, а канон 16 – брак христиан с иудеями. Канон 78 угрожает христианам, прелюбодействующим с иудеями, отлучением от церкви. Канон 49 запрещал иудеям благословлять христианские посевы, а канон 50 – христианам и иудеям есть вместе. Среди ранних канонов (которые, возможно, являются единственными подлинными), канон 1 запрещал давать святое причастие отпавшим христианам даже при приближении смерти, что является необычайно строгим применением новоацианских принципов, разделивших церковь после преодоления преследований середины III века: сравните строгость Киприана Карфагенского. Предмет этого ведущего канона является важным указанием на дату, следующую за недавними преследованиями. Среди поздних канонов особо примечателен канон 33, предписывающий безбрачие всем клирикам, состоящим в браке или нет, и всем, кто служит у алтаря (древнейший канон о безбрачии духовенства). Также к вопросу о безбрачии духовенства относится канон 27, требующий от епископов и других клириков воздерживаться от совместной жизни с женщинами, если они не являются родственницами. Считается, что этот канон осуждает практику синесактизма, или духовного брака, который становился все более популярным среди аскетов. В каноне 36 говорится: «Посчитано благом, чтобы в церквях не было изображений, дабы то, что почитается и которому поклоняются, не было нарисовано на стенах». Предположительно, он запрещает изображения в церквях (сравните с иконоборческой полемикой на Востоке); по словам Филиппа Шаффа, этот канон «часто цитировался протестантами как аргумент против поклонения изображениям как идолопоклонства; в то время как римско-католические писатели объясняют его либо как запрет изображений только божества, либо как меру предосторожности против языческого осквернения святынь». Канон 36 был первым официальным заявлением Церкви о искусстве и поэтому представляет особый интерес в истории раннехристианского и средневекового искусства, даже если он отражает церковную политику лишь в пределах юрисдикции синода Испании. Канон 38 разрешает мирянам крестить при определенных условиях, а канон 53 запрещает одному епископу восстанавливать в правах человека, отлученного от церкви другим. Другие положения, касающиеся изображений, запрещали христианским рабовладельцам разрешать своим языческим рабам хранить свои личные идолы, или «если это невозможно обеспечить, они должны по крайней мере избегать идолов и оставаться чистыми. Если этого не происходит, они отлучаются от церкви» (канон 41). Канон 60 гласит: «Если кто-то разрушит идола и будет за это наказан смертью, его нельзя включать в список мучеников, поскольку такое действие не санкционировано Писанием или апостолами». Канон 34 гласит: «На кладбище не следует зажигать свечи днем. Эта практика связана с язычеством и вредна для христиан. Тем, кто это делает, должно быть отказано в причастии». Другие каноны предписывали «строгий пост» каждую субботу (канон 26), запрещали крещение гонщиков колесниц или актеров (канон 62) и строго контролировали принятие бывших языческих жрецов в христианскую церковь и духовенство (каноны 2, 3, 4, 55). Несколько канонов касаются исключительно поведения женщин, например, канон 67: «Женщина, крещенная или находящаяся на стадии оглашения, не должна общаться с парикмахерами или мужчинами с длинными волосами». Канон 81 гласит: «Женщина не может писать другим мирянам без согласия мужа. Женщина не может получать дружеские письма, адресованные только ей, а не ей и ее мужу вместе». Однако бывшим проституткам, вступившим в брак, не следует задерживать крещение по этому поводу (канон 44).

Дата проведения Синода

Решение вопроса о датировке зависит от интерпретации канонов, а именно от того, следует ли считать, что они отражают недавнее преследование, или были составлены в период мира, то есть до или после преследования при Диоклетиане. Таким образом, первые исследователи, Луи Дюшен и Виктор Де Клерк, полагают, что датировка приходится между 300 и 303 годами, то есть до преследования при Диоклетиане; другие – между 303 и 314 годами, после преследования, но до Арльского собора (314); немногие – между Арльским собором и Никейским собором (325). Карл Йозеф фон Хефеле и Роберт Уильям Дейл придерживаются мнения ранних составителей канонов Джованни Доменико Манси и Жана Ардуэна, согласных с датировкой 305 или 306 годом, в то время как Хеннеке заключает, что "всё это указывает на мирное время, а не на период, непосредственно последовавший за преследованием; полное отсутствие положений относительно отпавших достаточно, чтобы отвергнуть современную теорию датировки".