Релиз
Премьера фильма состоялась на Венецианском кинофестивале и затем он был показан на Нью-Йоркском кинофестивале, после чего 20 ноября 1998 года вышел в широкий прокат в США. Фильм стартовал на 493 экранах, собрав 1 588 013 долларов и заняв 10-е место по итогам первого уикенда. В конечном итоге сборы фильма в США составили 5 078 660 долларов.
Критический прием
Сайт-агрегатор рецензий Rotten Tomatoes в настоящее время оценивает фильм «Знаменитость» на 42% («гнилой» рейтинг) на основе 43 рецензий, а общий вывод гласит: «Забавно, но слишком сумбурно». На Metacritic фильм получил 41 балл. Джанет Маслин из The New York Times отметила: «Ли Саймон – одно из самых утомленных творений режиссера, лишенное той бодрящей дерзости, которая была в его недавних, более удачных фильмах, таких как «Деконструкция Гарри» и «Все говорят, что я люблю тебя». И даже с Брэнагом в роли его молодого альтер эго, Аллен не находит способа вдохнуть новую жизнь в предсказуемые переживания персонажа о продвижении по карьерной лестнице и погоне за красивыми женщинами. Хотя «Знаменитость» изобилует красивыми и известными лицами, в ней предостаточно возможностей затянуться между звездными появлениями, а некоторые эпизоды о Саймонах удивительно плоские». Роджер Эберт из Chicago Sun Times написал, что фильм «странно напоминает незаконченные идеи и неиспользованные вдохновения других фильмов Вуди Аллена; это своего рода ревю, в котором на экране появляется множество знаменитостей, они исполняют сценки, придуманные Вуди, и исчезают. Некоторые моменты очень смешные, другие вызывают лишь улыбку, а некоторые вообще не работают. Как и во всех фильмах Аллена, в нем достаточно ума и причудливости, чтобы не заскучать, но и особого восторга он не вызывает. У Брэнага есть все вокальные манеры и язык тела комической неуверенности, свойственные Аллену. Он так тщательно копирует Аллена, что возникает вопрос, почему Аллен сам не сыграл этого персонажа». Питер Траверс из Rolling Stone посчитал, что фильм «страдает от затишья и промахов, а также от неудачного кастинга, но эта остроумная пародия на мир славы вряд ли является признаком творческого выгорания. В 62 года этот режиссер все еще способен извлекать язвительный смех из самых темных уголков своей души. В «Знаменитости» он хлещет своим хлыстом над цирком грубого, катарсического веселья. Брэнаг, по своему выбору или по указанию режиссера, играет Ли как импрессиониста, копирующего Вуди, вплоть до нервных жестов и заикающегося шепота. Ли должен предстать перед нами несовершенным, но настоящим в мире фальшивых позёров. Вместо этого, игра Брэнага на вечеринке держит зрителей на расстоянии. Спасает ситуацию лишь непрерывный поток ярких эпизодических ролей актеров, которые раскрывают лучшие стороны колючих диалогов Аллена». Эдвард Гутманн из San Francisco Chronicle отметил: «Брэнаг заикается, кивает головой и демонстрирует весь спектр других известных тиков и манер Вуди, выдавая нервную клоунаду там, где хватило бы просто игры. Его трюк с имитацией принадлежит к той же категории, что и его переигрывание в «Франкенштейне Мэри Шелли». Ирония «Знаменитости» в том, что так много в нем сыграно, написано и снято превосходно. Несмотря на его одержимость одной темой, Аллен – прекрасный режиссер, чьи истории развиваются динамично, чьи диалоги искрятся, а актеры благодарны за возможность работать с его текстом». Тодд Маккарти из Variety назвал фильм «поверхностным пережевыванием в основном устаревших тем и мотивов Аллена» и добавил: «Зрелище Кеннета Брэнага и Джуди Дэвис, исполняющих преувеличенные имитации Вуди Аллена, создает невротический энергетический сбой. Брэнаг просто неловко выглядит, когда он размахивает руками, заикается и жестикулирует, словно напрямую копируя самого Аллена. Дэвис, со своей стороны, была блестяща в «Мужчинах и женах» и эффективно появлялась в других фильмах Аллена, но на этот раз она не только переигрывает невротическую позу, но и, по сути, не подходит на эту роль. Раздражающе манерное исполнение и утомительно знакомый подход к проблемам тревожных городских персонажей придают [фильму] ощущение поспешности и заплатки, которое иногда сглаживается яркими эпизодическими ролями и присутствием множества привлекательных людей на экране». Нил Норман из London Evening Standard отметил, что «многие сцены и, собственно, персонажи лишены достоверности, свойственной аналогичным кадрам в «Энни Холл», «Манхэттене» или даже «Воспоминаниях о звездной пыли». Телевизионные интервью Джуди Дэвис в ресторане Jean Georges, где она встречает нескольких состоятельных нью-йоркцев, включая Дональда Трампа (который планирует купить собор Святого Патрика и снести его), откровенно нелепы; репетиционная сцена в театре Зигфельда, где [Уинона Райдер] обучается искусству соблазнения женщины (о, ужас!), пропитана старомодным похотью. Появление модного дизайнера Айзека Мизрахи в роли прославленного нью-йоркского художника, жалующегося на открытии галереи Сержа Сорокко в Сохо, что слава его погубит, просто банально. Даже первый кадр, с киногруппой на улице, пытающейся поймать реакцию Мелани Гриффит, выходящей из лимузина, населен представлением опытного режиссера о том, какими должны быть молодые и модные кинематографисты (бритые налысо, естественно), а не о реальной действительности». Фильм проводил параллели с фильмом Федерико Феллини «Сладкая жизнь».