Введение

Южная Италия (или Italia meridionale, ; ; ), также известная как Meridione (meriˈdjoːne) или Mezzogiorno (; ; ; ), является макрорегионом Италии, состоящим из её южных регионов. Сегодня термин "Mezzogiorno" относится к регионам, связанным с людьми, землями или культурой исторического и культурного региона, который когда-то находился под политическим управлением бывших Королевств Неаполя и Сицилии (официально именовавшихся единым образованием Regnum Siciliae citra Pharum и ultra Pharum, то есть «Королевство Сицилия по эту сторону пролива» и «по ту сторону пролива»), и который впоследствии имел общую организацию в составе крупнейшего доунитарного государства Италии – Королевства Обеих Сицилий. Остров Сардиния, который не входил ни в этот регион, ни в вышеупомянутое политическое образование и находился под властью Савойской династии, которая в конечном итоге аннексировала возглавляемое Бурбонами и южное итальянское королевство, тем не менее, часто включается в состав Меццоджиорно. Итальянский национальный институт статистики (ISTAT) использует термин «южная Италия» (Italia meridionale, или просто Sud «Юг») для обозначения одного из пяти статистических регионов в своих отчётах, исключая Сицилию и Сардинию, которые формируют отдельный статистический регион под названием «Островная Италия» (Italia insulare, или просто Isole «Острова»). Эти же деления лежат в основе первого уровня NUTS Европейского Союза для Италии и итальянских избирательных округов для Европейского парламента.

Этимология слова "Mezzogiorno"

В аналогичной манере, как и во Франции, итальянский термин «Mezzogiorno» отсылает к интенсивности и положению солнца в полдень на юге Итальянского полуострова. Термин стал широко использоваться после аннексии Бурбонского королевства Обеих Сицилий Савойским королевством Сардиния и последовавшего за этим объединения Италии в 1861 году.

Регионы

Считается, что Южная Италия включает административные регионы, соответствующие геополитическим границам исторического Королевства Обеих Сицилий, а именно Абруццо, Апулию, Базиликату, Калабрию, Кампанию, Молизе и Сицилию. Остров Сардиния, несмотря на то, что культурно, лингвистически и исторически он менее связан с указанными регионами, чем они между собой, часто причисляется к Меццоджорно.

География

Южная Италия образует нижнюю часть итальянского "сапога", включающую лодыжку (Кампания), носок (Калабрия), свод (Базиликата) и пятку (Апулия), Молизе (к северу от Апулии) и Абруццо (к северу от Молизе), а также Сицилию, отделённую от Калабрии узким проливом Мессинским. Залив Тарантский, названный в честь города Таранто, расположенного под углом между "пяткой" и самим "сапогом", отделяет "пятку" и носок. Это часть Ионического моря. Остров Сардиния, расположенный к западу от Апеннинского полуострова и непосредственно под французским островом Корсика, также часто включается в этот регион. На восточном побережье находится Адриатическое море, соединяющееся с остальной частью Средиземного моря через пролив Отрантский (названный в честь крупнейшего города на кончике "пятки"). На Адриатическом море, к югу от "шпоры" сапога, расположен полуостров Монте-Гаргано; на Тирренском море – Салернский залив, Неаполитанский залив, залив ПолиCastro и залив Гаэта, каждый из которых назван в честь крупного прибрежного города. Вдоль северного побережья Салернского залива и к югу от Соррентийского полуострова простирается Амальфитанское побережье. У самого конца полуострова находится остров Капри. Климат преимущественно средиземноморский (по классификации Кёппена – Csa), за исключением самых высоких районов (Dsa, Dsb) и полузасушливых восточных территорий в Апулии и Молизе, вдоль Ионического моря в Калабрии и южных районов Сицилии (BSw). Крупнейший город Южной Италии – Неаполь, название которого имеет древнегреческое происхождение и сохраняется на протяжении тысячелетий. Бари, Таранто, Реджо-Калабрия, Фоджа и Салерно – следующие по величине города в регионе. Регион геологически очень активен, за исключением Саленто в Апулии, и подвержен сильным землетрясениям: землетрясение в Ирпинии 1980 года унесло жизни 2914 человек, более 10 000 получили ранения и 300 000 остались без крова.

Доистория и древность

В VIII и VII веках до н.э. по разным причинам, включая демографический кризис (голод, перенаселенность и т. д.), поиск новых торговых путей и портов, а также изгнание из родных земель, греки начали заселять южную Италию. В этот же период греческие колонии были основаны в столь отдаленных местах, как восточное побережье Черного моря, Восточная Ливия и Массалия (Марсель). Они включали поселения на Сицилии и в южной части Апеннинского полуострова. Первые греческие поселенцы обнаружили, что Италия была населена тремя основными народами: аузонами, энотрианцами и япигами (последние подразделялись на три племени: даунийцев, пеукетов и мессапов). Отношения между греческими поселенцами и местным населением изначально были враждебными (особенно с племенами япигов). Однако со временем греческое влияние сформировало их культуру и образ жизни. Римляне называли область Сицилии и прибрежной южной Италии Магна Греция ("Великая Греция"), поскольку она была густо заселена греческими колониями на побережье; древние географы спорили о том, включала ли эта территория Сицилию или только Апулию и Калабрию, при этом Страбон был наиболее ярым сторонником более широкого определения. С этой колонизацией греческая культура была экспортирована в Италию, включая диалекты древнегреческого языка, религиозные обряды и традиции независимого полиса. Вскоре возникла самобытная эллинская цивилизация, которая впоследствии взаимодействовала с местными италийскими и латинскими цивилизациями. Наиболее важным культурным заимствованием стал халкидский/кумейский вариант греческого алфавита, который был принят этрусками; староиталийский алфавит впоследствии эволюционировал в латинский алфавит, ставший самым распространенным в мире. Многие из новых греческих городов стали богатыми и могущественными, такие как Неаполис (Νεάπολις, Неаполь, "Новый город"), Сиракузы (Συράκουσαι, Сиракузы), Акрагас (Ἀκράγας, Агридженто) и Сибарис (Σύβαρις, Сибари). Другие города в Великой Греции включали Тарент (Τάρας), Метапонт (Μεταπόντιον), Гераклею (Ἡράκλεια), Эпизефирийские Локры (Λοκροὶ Ἐπιζεφύριοι), Регий (Ῥήγιον), Кротон (Κρότων), Фурии (Θούριοι), Элею (Ἐλέα), Нолу (Νῶλα), Сиессу (Σύεσσα), Бари (Βάριον) и другие. Хотя многие греческие жители Великой Греции были полностью латинизированы в Средние века, отдельные очаги греческой культуры и языка сохранились и дошли до наших дней. Одним из примеров является народ греко в Калабрии (Бовезия) и Саленто (Греция Салентина), некоторые представители которого до сих пор сохраняют свой греческий язык (язык греко) и обычаи. Язык греко – последнее живое свидетельство греческих элементов, которые когда-то составляли Великую Грецию. После того, как Пирр Эпирский потерпел неудачу в попытке остановить распространение римской гегемонии в 282 г. до н.э., юг попал под римское господство и оставался в таком положении до варварских вторжений (восстание Спартака является заметным эпизодом приостановки имперского контроля). Он был возвращен под контроль Восточной Римской империи в 530-х годах после падения Рима на Западе в 476 году, и некоторая форма имперской власти сохранялась до 1070-х годов. Окончательное восточноримское правление было прекращено ломбардами в результате завоевания Зотто в последней четверти VI века.

Средние века

После готической войны (535–554 гг.) и до прихода норманнов судьба южной Италии была тесно связана с положением Восточной империи, хотя византийское господство в IX веке подверглось вызову со стороны ломбардов, которые присоединили область Козенца к своему герцогству Беневенто. В результате ломбардские и византийские территории испытали влияние восточного монашества, и большая часть южной Италии пережила постепенный процесс ориентализации в религиозной жизни (обряды, культы и литургия), сопровождавшийся распространением восточных церквей и монастырей, которые сохраняли и передавали греческую и эллинистическую традицию (католический монастырь в Стило является наиболее ярким примером этих византийских памятников). С тех пор и до норманнского завоевания в XI веке юг полуострова постоянно оказывался втянутым в войны между византийцами, ломбардами и династией Аглабидов. Последние основали два эмирата в южной Италии: Сицилийский эмират и, на 25 лет, Эмират Бари. Амальфи, независимая республика с VII века до 1075 года, а также в меньшей степени Гаета, Мольфетта и Трани, соперничали с другими итальянскими морскими республиками в экономическом процветании и морской мощи. С 999 по 1139 год норманны захватили все ломбардские и византийские владения в южной Италии, положив конец тысячелетнему римскому имперскому правлению в Италии и окончательно изгнав мусульман с Сицилии. Норманнское королевство Сицилия при Роджере II отличалось эффективным управлением, многонациональным составом и религиозной терпимостью. Норманны, евреи, мусульманские арабы, византийские греки, ломбарды и коренные сицилийцы жили в относительном согласии. Однако норманнское господство продлилось всего несколько десятилетий, прежде чем оно официально завершилось в 1198 году с правлением Констанции Сицилийской и было заменено властью швабской династии Гогенштауфенов благодаря браку Констанции с Генрихом VI, представителем этой семьи. На Сицилии король Фридрих II инициировал глубокую реформу законов, кульминацией которой стало принятие Конституций Мельфи (1231 год, также известных как Liber Augustalis) – сборника законов для своего королевства, который был выдающимся для своего времени и долгое время служил источником вдохновения. Он превратил Королевство Сицилия в централизованное государство и установил приоритет писаного права. Liber Augustalis с незначительными изменениями оставался основой сицилийского права до 1819 года. Его королевский двор в Палермо, примерно с 1220 года до его смерти, стал местом первого использования литературной формы итало-романского языка – сицилийского, оказавшего значительное влияние на формирование современного итальянского языка. В этот период он также построил Кастель-дель-Монте и в 1224 году основал Неаполитанский университет, ныне носящий его имя – Università Federico II. В 1266 году конфликт между домом Гогенштауфенов и папством привел к завоеванию Сицилии Карлом I, герцогом Анжуйским. Недовольство французским чиновничеством и налогообложением, в сочетании с подстрекательством к восстанию агентов Византийской империи и Арагонской короны, привели к восстанию Сицилийской вечерни и успешному вторжению короля Петера III Арагонского в 1282 году. Последовавшая Война Сицилийской вечерни продолжалась до Кальтабелоттского мира в 1302 году, разделившего старое Королевство Сицилия на две части. Остров Сицилия, называемый «Королевством Сицилии за Маяком» или Королевством Тринакрии, перешел к Фридриху III из Барселонской династии, который им правил. Полуостровные территории, в то же время называемые Королевством Сицилия, но современные исследователи именуют их Королевством Неаполь, перешли к Карлу II из Анжуйской династии, который также ими правил. Таким образом, мир стал формальным признанием шаткого статус-кво. Несмотря на то, что король Испании смог захватить обе короны, начиная с XVI века, администрации двух частей Королевства Сицилия оставались разделенными до 1816 года, когда они были вновь объединены в Королевство обеих Сицилий.

Ранняя современная история

В 1442 году Альфонсо V завоевал Королевство Неаполь и вновь объединил Сицилию и Неаполь как зависимые территории Короны Арагонской. После его смерти в 1458 году королевство было вновь разделено. Ферранте, незаконнорожденный сын Альфонсо, унаследовал Неаполь. Когда Ферранте умер в 1494 году, Карл VIII вторгся в Италию, используя анжуйскую претензию на трон Неаполя, которую его отец унаследовал после смерти племянника короля Рене в 1481 году, в качестве предлога, что положило начало Итальянским войнам. Карл VIII изгнал преемника Ферранте, Альфонсо II Неаполитанского, из Неаполя в 1495 году. Однако вскоре он был вынужден отступить благодаря поддержке Фердинанда II Арагонского его кузену, сыну Альфонсо II, Феррантино. Феррантино был восстановлен на престоле, но умер в 1496 году и был преемником его дяди, Фридриха IV. Французы, однако, не отказались от своих притязаний и в 1501 году согласились о разделе королевства с Фердинандом Арагонским, который отказался от своего кузена, короля Фридриха. Однако сделка вскоре сорвалась, и Короны Арагона и Франции возобновили войну за королевство, что в конечном итоге привело к победе арагонцев и позволило Фердинанду установить контроль над королевством к 1504 году. Королевство оставалось предметом споров между Францией и Испанией в течение следующих нескольких десятилетий. Французские усилия по установлению контроля над ним ослабевали с течением времени, а испанский контроль никогда не оказывался под реальной угрозой. Французы окончательно отказались от своих притязаний на королевство по Като-Камбрезийскому миру в 1559 году. Лондонским договором 1557 года было учреждено новое клиентское государство, так называемые Президи ("государство гарнизонов"), которое управлялось непосредственно Испанией в составе Королевства Неаполя. Управлением Королевства Неаполя и Сицилии, а также Миланского герцогства осуществлял Совет Италии. Остров Сардиния, который полностью перешел под иберийский суверенитет в 1409 году после падения последнего коренного государства, являлся неотъемлемой частью Арагонского совета и оставался таковым до первых лет XVIII века, когда Сардиния была уступлена Австрии и в конечном итоге передана Альпийскому дому Савойи в 1720 году. После войны за испанское наследство в начале XVIII века владение королевством вновь перешло из рук в руки. По условиям Утрехтского договора 1713 года Неаполь был передан Карлу VI, императору Священной Римской империи. Он также получил контроль над Сицилией в 1720 году, но австрийское правление было недолгим. И Неаполь, и Сицилия были завоеваны испанской армией во время войны за польское наследство в 1734 году, и Карл, герцог Пармский, младший сын короля Испании Филиппа V, был возведен на королевский престол Неаполя и Сицилии с 1735 года. Когда Карл унаследовал испанский престол от своего старшего сводного брата в 1759 году, он оставил Неаполь и Сицилию своему младшему сыну Фердинанду IV. Несмотря на то, что два королевства находились в личной унии под властью Бурбонов с 1735 года, они оставались конституционно разделенными.

Начало XIX века

Будучи членом дома Бурбонов, король Фердинанд IV был естественным противником Французской революции и Наполеона. В январе 1799 года Наполеон Бонапарт, от имени Французской Республики, захватил Неаполь и провозгласил Партенопейскую республику, зависимое от Франции государство, преемником королевства. Король Фердинанд бежал из Неаполя на Сицилию и оставался там до июня того же года. В 1806 году Бонапарт, к тому времени ставший французским императором, вновь сверг Фердинанда и назначил своего брата, Иосифа Бонапарта, королем Неаполя. В 1808 году Наполеон перевел Иосифа в Испанию и назначил его зятем, Иоахимом Мюратом, королем обеих Сицилий, хотя это означало контроль лишь над континентальной частью королевства. На протяжении всего этого периода наполеоновских вторжений король Фердинанд оставался на Сицилии, а Палермо служило его столицей. После поражения Наполеона король Фердинанд IV был восстановлен Венским конгрессом 1815 года как Фердинанд I Королевства обеих Сицилий. Он заключил конкордат с Папской областью, которая ранее предъявляла претензии на эти земли. На острове Сицилия произошло несколько восстаний против короля Фердинанда II, но окончательное падение королевства наступило лишь в 1860 году в результате экспедиции Тысячи, возглавляемой Гарибальди, символом итальянского объединения, при поддержке Савойского дома и их Королевства Сардиния, располагавшего мощной экономической, политической и культурной базой на севере Италии. Экспедиция привела к ряду сокрушительных поражений сицилийской армии от растущих сил Гарибальди. После захвата Палермо и Сицилии он высадился в Калабрии и двинулся к Неаполю, в то время как пиемонтцы также вторглись в королевство из Марке. Последними сражениями стали битва при Волтурно в 1860 году и осада Гаэты, где король Франциск II искал убежища, надеясь на французскую помощь, которая так и не пришла. Последними городами, оказавшими сопротивление экспедиции Гарибальди, были Мессина (капитулировавшая 13 марта 1861 года) и Чивителла-дель-Тронто (капитулировавшая 20 марта 1861 года). Королевство обеих Сицилий было распущено и присоединено к новому Королевству Италия, основанному в том же году.

Южная и Северная Италия в 1860 году

Во время итальянского объединения разрыв между бывшими северными государствами Италии и южными двумя Сицилиями был значительным: северная Италия располагала примерно 75 500 километрами дорог и 2 316 километрами железных дорог, а также широкой сетью каналов, соединенных с реками для грузовых перевозок; производство железа и стали составляло 17 000 тонн в год. В отличие от этого, в бывшем Бурбонском южном государстве насчитывалось 14 700 километров дорог, 184 километра железных дорог (в основном в районе Неаполя), каналов, соединенных с реками, не было, а производство железа и стали составляло 1 500 тонн в год. В 1860 году уровень неграмотности на Итальянском полуострове в среднем составлял 75%, при этом самый низкий показатель – 54% – был зафиксирован в северо-западном Королевстве Сардиния (также известном как «Пьемонт»), а самый высокий – на юге, где неграмотность в Королевстве двух Сицилий достигла 87%. В 1860 году тоннаж южного торгового флота составлял 260 000 тонн, а северного – 347 000 тонн, не считая венецианского флота, аннексированного в 1866 году и оцененного в 46 000 тонн. В 1860 году общий итальянский торговый флот был четвертым по величине в Европе – около 607 000 тонн. Южный торговый флот состоял в основном из парусных судов, используемых для рыболовства и прибрежных перевозок в Средиземном море, и имел очень мало пароходов, хотя один из первых пароходов был построен и оснащен в Неаполе в 1818 году. И торговый, и военный флот были недостаточны по сравнению с протяженной береговой линией южной Италии, как отмечал итальянский историк Раффаэле Де Чезаре: «великий пирс, обращенный на юг». В статье «Это не Италия! Управление и представление Юга» ясно показано, как северные элиты относились к югу. Пьемонтцы почувствовали необходимость вторгнуться в Королевство двух Сицилий и установить новую форму правления, основанную на северной модели, поскольку считали юг неразвитым и лишенным социального капитала. Эти взгляды на юг во многом объясняются письмами корреспондентов из южной Италии, которые отправляли предвзятые отчеты лидерам севера, в частности Камилло Бенсо, призывая к вторжению и реформированию юга. Хотя эти взгляды были снисходительными, они также сопровождались искренней уверенностью в том, что для создания единой Италии необходима помощь с севера. Рассматривая южную Италию как варварскую, это служило своего рода оправданием для вмешательства «цивилизованного пьемонтского Севера» (167). Однако существовало и другое мнение, отмеченное презрением к южной Италии. Согласно статье, «такие проявления отличия Юга угрожают ослепительному и злорадствующему чувству северного превосходства» (167). Эти точки зрения четко демонстрируют разрыв между северной и южной Италией в 1860-х годах. В попытке объяснить поразительную разницу между аннексированной территорией бывших двух Сицилий и экономической и политической мощью, сосредоточенной на севере, выдвигались расистские теории, предполагающие, что этот разрыв коренится в сосуществовании двух в основном несовместимых рас. Британский историк Денис Мак Смит описывает радикальную разницу между северной и недавно аннексированной южной Италией в 1860 году, отмечая, что эти две части находились на совершенно разных уровнях цивилизации, указывая на то, что Бурбоны в Королевстве двух Сицилий были убежденными сторонниками феодальной системы и опасались распространения идей, стремясь изолировать своих подданных от сельскохозяйственных и промышленных революций Северной Европы. Исследование Мак Смита подтверждается итальянским историком и политиком левого толка Антонио Грамши в его книге «Южный вопрос», в которой автор подчеркивает «абсолютно противоположные условия» северной и южной Италии во время итальянского объединения в 1861 году, когда юг и север вновь объединились после более чем тысячи лет разлуки. Грамши отмечает, что на севере Италии исторический период коммун дал особый импульс развитию истории, и что в северной Италии существовала экономическая организация, подобная той, что была в других европейских государствах, благоприятная для дальнейшего развития капитализма и промышленности, в то время как история южной Италии была иной, а отцовские администрации Бурбонов не создали ничего ценного; не было буржуазного класса, сельское хозяйство было примитивным и недостаточно для удовлетворения местного рынка, не было дорог, портов, и немногочисленные водные пути региона не использовались из-за его особых географических особенностей. Об условиях жизни народа Королевства двух Сицилий также рассказывает Раффаэле Де Чезаре, сообщая, что король Неаполя Фердинанд II не проявлял интереса к проведению полезных работ по улучшению запущенного состояния общественной гигиены, особенно в провинциях, где ощущалась нехватка канализационных систем и часто воды. Проблема разбойничества объясняется в книге «Герои и разбойники» южноитальянского историка и политика Франческо Саверио Нити, который указывает на то, что разбойничество было эндемичным для южной Италии, поскольку сами Бурбоны использовали его в качестве своего военного агента. В отличие от южной Италии, разбойничество было редкостью в других аннексированных государствах северной и центральной Италии, таких как Королевство Ломбардо-Венецианское, Герцогство Пармское, Герцогство Моденское, Великое Герцогство Тосканское и Папская область. По словам южноитальянского историка Джустино Фортунато и итальянских институциональных источников, проблемы южной Италии существовали задолго до итальянского объединения, и Джустино Фортунато подчеркивает, что Бурбоны были не единственными ответственными за проблемы Юга, которые имели древние и глубокие корни, уходящие в предыдущие века бедности и изоляции, вызванные иностранным господством и иностранными правительствами. В литературе период 1860 года был изображен сицилийским писателем Джузеппе Томази ди Лампедуза в его знаменитом романе «Леопард», действие которого происходит в Сицилии во время итальянского объединения. В знаменитой финальной сцене принц Салина, получив приглашение присоединиться к сенату объединенной Италии, говорит высокопоставленному пьемонтскому офицеру: «Сицилиец никогда не захочет меняться, потому что сицилиец чувствует себя совершенным». Этими и другими словами автор подчеркивает проблему, с которой столкнулись сицилийцы, вынужденные менять свой старый образ жизни, оставаясь на своем острове. Роман был адаптирован Лукино Висконти для его одноименного фильма 1963 года «Леопард».

После 1861 года

Экономика юга сильно пострадала после объединения Италии, и процесс индустриализации был прерван. Бедность и организованная преступность были давними проблемами южной Италии, которые усугубились после объединения. Кавур считал, что основная проблема – слабое управление, и полагал, что решение заключается в строгом применении пиемонтской правовой системы. Главным следствием стал всплеск разбойничьих нападений. Это привело к серьезным экономическим трудностям на юге, вызвав массовую эмиграцию и формирование всемирной итальянской диаспоры, особенно в Северную и Южную Америку, Австралию и другие части Европы. Многие жители юга также перебрались в промышленные города северной Италии, такие как Генуя, Милан и Турин. После Второй мировой войны в некоторых районах "Mezzogiorno" наблюдался относительный процесс индустриализации. На референдуме 1946 года регион проголосовал за сохранение монархии, наибольшая поддержка была в Кампании. Политически юг был противопоставлен северной Италии, которая победила на референдуме по установлению республики. Сегодня юг остается менее экономически развитым, чем северные и центральные регионы, пережившие в 1950-х и 1960-х годах "экономическое чудо" и ставшее высокоиндустриализированными.

Экономика

Начиная с объединения Италии в 1861–1870 годах, становится очевидным растущий экономический разрыв между северными провинциями и южной частью Италии. В первые десятилетия нового королевства отсутствие эффективной земельной реформы, высокие налоги и другие экономические меры, наложенные на юг, наряду с отменой протекционистских тарифов на сельскохозяйственные товары, введенных для стимулирования промышленности севера, сделали ситуацию почти невозможной для многих арендаторов, малых предприятий и землевладельцев. Особенно с 1892 по 1921 год многие предпочли эмигрировать, нежели пытаться выжить в нищете. Кроме того, всплеск бандитизма и мафии вызвал широко распространенное насилие, коррупцию и беззаконие. Премьер-министр Джованни Джолитти однажды признал, что существуют места, "где закон вообще не действует". После прихода к власти Бенито Муссолини "железный префект" Чезаре Мори попытался разгромить уже могущественные преступные организации, процветавшие на юге, с определенным успехом. Однако, когда обнаружились связи между мафией и фашистами, Мори был отстранен, а фашистская пропаганда объявила мафию побежденной. В экономическом плане фашистская политика была направлена на создание Итальянской империи, и южные итальянские порты были стратегически важны для всей торговли с колониями. Неаполь пережил демографическое и экономическое возрождение, главным образом благодаря интересу короля Виктора Эммануила III, родившегося там. Начиная с 1950-х годов, Cassa per il Mezzogiorno была создана как масштабный государственный генеральный план для индустриализации юга, который предполагал два подхода: земельные реформы, создавшие 120 000 новых мелких ферм, и "Стратегию полюсов роста", в соответствии с которой 60% всех государственных инвестиций направлялись на юг, тем самым стимулируя южную экономику за счет привлечения нового капитала, поддержки местных предприятий и создания рабочих мест. Однако цели в значительной степени не были достигнуты, и в результате юг стал все более субсидируемым и зависимым от государства, неспособным к самостоятельному частному росту. В настоящее время сохраняются значительные региональные различия. Проблемы по-прежнему включают в себя широко распространенную организованную преступность и очень высокий уровень безработицы. Из-за отсутствия прогресса в улучшении ситуации в южной Италии наблюдается рекордный отток населения. Наиболее острая проблема южной Италии – ее неспособность привлекать предприятия и, следовательно, создавать рабочие места. В период с 2007 по 2014 год 943 000 итальянцев были безработными, из которых 70% – жители юга. Уровень занятости на юге является самым низким по сравнению со странами Европейского Союза. В южной Италии туризм, дистрибуция, пищевая промышленность, производство деревянной мебели, оптовая торговля, продажа автомобилей, торговля минеральным сырьем и ремесленными изделиями – одни из ведущих секторов, способствующих прогнозируемому росту занятости. Экономика юга сильно зависит от туризма, привлекающего туристов своим богатым историческим наследием. В отчете, опубликованном в июле 2015 года итальянской организацией SVIMEZ, показано, что в последние семь лет в южной Италии наблюдается отрицательный рост ВВП, и что с 2000 года он рос вдвое медленнее, чем в Греции. В 2016 году ВВП и экономика южной Италии росли в два раза быстрее, чем северной Италии. Согласно данным Евростата, опубликованным в 2019 году, южная Италия является европейским регионом с самым низким уровнем занятости: в 2018 году в Апулии, Сицилии, Кампании и Калабрии работало менее 50% людей в возрасте от 20 до 64 лет. Это во многом связано с низким уровнем участия женщин в рабочей силе: занятость женщин составляет чуть более 30% по сравнению со средним показателем по стране и Европе – 53,1% и 67,4% соответственно. В южной Италии, которая включает восемь регионов сплоченности (Сицилия, Калабрия, Кампания, Молизе, Апулия, Абруццо и Базиликата), государственно-частное партнерство, известное как SMEI Italy, служит катализатором частных инвестиций и поддерживает экономический рост и создание рабочих мест. На сегодняшний день в этих восьми регионах было привлечено более 1 миллиарда евро, что позволило поддержать почти 5000 МСП и малых предприятий средней капитализации.