Поместье Хекфилд-Плейс: История и Преображение

Введение

Сельское поместье площадью 438 акров, в центре которого находится усадьба Хекфилд-плейс – здание II категории наследия в георгианском стиле, расположенное в графстве Гэмпшир, Великобритания. Она была построена между 1763 и 1766 годами для Джейн Хоули (1744–1815) и расширена семьей Шоу Лефевр, проживавшей в поместье с 1786 по 1895 год. В XX веке поместье принадлежало семье полковника Гораса Уолпола, прежде чем было продано компании Racal Electronics plc. В 1981–1982 годах здание было переоборудовано в конференц- и учебный центр. К северу от усадьбы было пристроено дополнительное крыло, которое вошло в территорию огороженного сада. С 2000 по 2002 год Хекфилд-плейс использовался группой Thales в качестве корпоративного учебного центра. Здание подверглось масштабной реконструкции с 2009 по 2018 год, после чего открылось как роскошный загородный отель и в 2018 году получило награду «Отель года» от The Sunday Times.

Оригинальный дом и Джейн Хоули

Джейн Хоули (1744–1815), старшая дочь преподобного Джона Бейкера из Илтона, Сомерсет (1713–1757), начала строительство основного корпуса усадьбы Хекфилд-Плейс, состоящего из пяти заливов, после смерти своего мужа, Уильяма Хоули из Вест-Грин-Хауса, Мэтингли, примерно в августе 1763 года. Джейн осиротела (1757) и вышла замуж (еще будучи несовершеннолетней, в 1760 году), стала матерью (1761) и затем вдовой (1763) – все это произошло в течение шести лет, и ей едва исполнилось двадцать. Она взяла в долг средства, оставленные в трасте для её младенца Генри, и использовала часть денег на строительство нового дома и приобретение небольшого поместья. Выбор места для Хекфилд-Плейс, по всей видимости, был обусловлен близостью её дяди и опекуна, Уильяма Бейкера (1716–1800) и тёти Сары, с которой жила её младшая сестра Кэтрин, в доме под названием Гроув (в составе поместья Stratfield Saye Джорджа Питта), на Хекфилд-Хите. Местоположение также было высоким, живописным и благоприятным для здоровья, откуда открывались великолепные виды на северо-восток в сторону Виндзора. Имя архитектора дома неизвестно. Здание было кирпичным, трехэтажным (с каменной лестницей), с пятью заливов и пятью комнатами на первом этаже. Чтобы максимально использовать вид на небольшую долину, фасад сада был обращен на восток, а главный вход – на запад. Карты конца XVIII века указывают на наличие трех хозяйственных построек к северу и северо-западу, включая «двойной экипажный сарай и хорошую конюшню на десять лошадей». Объявления о сдаче Вест-Грина в аренду в июле 1766 года свидетельствуют о том, что к этому времени строительство Хекфилд-Плейс было завершено. В 1768 году Джейн вышла замуж во второй раз. Её супругом стал преподобный Маунтаг Руш (1731–1785), младший сын сэра Джона Руша из Стрейтли, бывшего шерифа Беркшира. У Джейн родилось еще девять детей (восемь из которых дожили до взрослого возраста). С 1774 года Руш был ректором соседского прихода Элветам. Преподобный Руш скончался в феврале 1785 года, что послужило причиной продажи Хекфилд-Плейс. Современные объявления о продаже подтверждают, что к этому времени поместье Хекфилд-Плейс занимало площадь около 120 акров.

Jane Hawley (1744–1815), the elder daughter of Revd John Baker of Ilton, Somerset (1713–1757), began the construction of the five bay core of Heckfield Place manor house after the death of her husband, William Hawley of West Green House, Mattingley around August 1763. Jane had been orphaned (1757) and married (still a minor, in 1760), became a mother (1761) and then a widow (1763) all in around six years, and she was still not yet twenty years old. She borrowed against the funds left in trust for her infant son Henry, and used some of the money to build herself a new house and amass a small estate. The choice of the site for Heckfield Place appears to have been influenced by the proximity of her uncle and guardian, William Baker (1716–1800) and aunt Sarah with whom lived Jane's younger sister Catherine, at a house called The Grove (part of the Stratfield Saye estate of George Pitt), on Heckfield Heath. The site was also high, pleasant, and healthy, and afforded magnificent views to the north east towards Windsor. The architect of the house is not known. It was brick built, three storey (with a stone staircase), of five bays, with five rooms on the ground floor. To make the most of the views down a small valley, the garden front faced east, and the main entrance was on the west front. Late 18th century maps suggest three outbuildings to the north and north west. These included 'a double coach house, and good stabling for ten horses.' Advertisements for the letting of West Green, in July 1766 suggest that Heckfield Place was completed by this date. In 1768 Jane married for a second time. Her husband was Revd. Mountague Rush (1731–1785), younger son of Sir John Rush of Streatley, a former High Sheriff of Berkshire. Jane had another nine (eight surviving) children. Rush was, from 1774, the rector of the neighbouring parish of Elvetham. Revd Rush died in February 1785, an event which triggered the sale of Heckfield Place. Contemporary sale notices confirm that the Heckfield Place estate, by this date, stretched to about 120 acres.

Лефевр Шоу

Джон Лефевр (1721/2 – 1790), представитель успешной семьи гугенотов, занимавшейся крашением текстиля, дистилляцией джина и банковским делом, обосновавшейся в районах Спиталфилдс и Стратфорд, Восточный Лондон, приобрел поместье Хекфилд-Плейс в феврале 1786 года. У него и его жены Хелены (урождённой Сельман, умершей в 1816 году) была единственная дочь, также Хелена, которая в 1789 году вышла замуж за Чарльза Шоу (1759–1823). Джон Лефевр скончался в начале следующего года. Шоу, выпускник Тринити-колледжа Кембриджского университета, происходил из Йоркшира, его отец, Джордж Шоу, был викарием Кирк-Смитона. В качестве условия брака (и наследства) Чарльз добавил к своей фамилии «Лефевр». Чарльз Шоу Лефевр стал членом парламента от Ньютауна (остров Уайт, 1796–1802) и от Ридинга (1802–1820), занимал должность рекордера Басингстока, а в 1790-х годах сформировал роту ополченцев в Северном Гэмпшире. После смерти вдовы Джона Лефевра в 1816 году Шоу Лефевры расширили дом Раш, пристроив идентичные крылья с севера и юга. Были возведены также помещения для слуг, огороженные сады, ледник, конюшни и каретные сараи, а также создан верхний пруд. Гроув (возможно, использовавшийся в качестве их дома во время строительных работ) был снесен к 1818 году. К 1790 году Шоу Лефевр также приобрел земли современной домашней фермы. Путем обмена землями с соседями (в частности, с Питтом и впоследствии с герцогами Веллингтона), покупки и проведения межевания, Шоу Лефевр и его сын значительно расширили поместье, особенно в южном направлении, до 2388 акров. У Шоу Лефевров было четверо сыновей (трое из которых выжили): Чарльз (впоследствии виконт Эверсли, 1794–1888), Джон (1797–1879, секретарь парламента) и Генри (1802–1880, банкир). Чарльз женился в 1817 году на Эмме Лауре Уитбред (1798–1857), младшей дочери видного политика-вига Самуэля Уитбреда II. У них было шестеро детей: три дочери, дожившие до взрослого возраста, и три сына, все из которых умерли. Чарльз Шоу Лефевр-старший сильно страдал от подагры и скончался в 1823 году. Его вдова Елена умерла во Франции в 1834 году. Младший Чарльз Шоу Лефевр унаследовал от отца и в 1830 году вошел в состав парламента в качестве члена (вигов) от Даунтона на острове Уайт. После парламентской реформы он стал членом парламента от Северного Гэмпшира, где был переизбран без оппозиции с 1832 года до своей отставки в 1857 году. Он проявлял особый интерес к сельскохозяйственным вопросам, особенно к острой проблеме цен на зерно, и возглавлял комиссию по сельскохозяйственному кризису в 1835–1836 годах. Чарльз и Эмма Шоу Лефевры провели два этапа работ по усовершенствованию усадебного дома: к 1840 году к восточному и западному фасадам были добавлены квадратные эркери, а снаружи вокруг восточного и южного фасадов была возведена формальная итальянская терраса с балюстрадой; к 1850-м годам весь юго-восточный угол дома был перестроен для создания великолепной библиотеки (в реализации которой, возможно, участвовал Эдвард Блор, чьи дневники содержат записи о посещениях Хекфилд-Плейс в декабре и январе 1846–1847 годов). Вероятно, в то же время в южный фасад были вставлены французские окна, обеспечивающие прямой доступ в сад из гостиной. В парадных комнатах были установлены колонны из сицилийского мрамора и камины, а в чугунных каминных вставках изображены разделенные гербы Шоу Лефевра и Уитбреда. В северной части террасы была добавлена оранжерея, расположенная перпендикулярно дому. На террасу с восточной стороны были встроены ступени, ведущие к пинетарному саду и кустарникам, заложенным в середине 1850-х годов. Под первым был вырыт второй пруд с водопадом, островом и лодочным домом. В мае 1839 года Шоу Лефевр был избран спикером Палаты общин при правительстве вигов лорда Мельбурна. После роспуска парламента в 1841 году он сохранил свой пост – первым спикером, сделавшим это после смены правящей партии. Сэр Роберт Пил (вместе с Шоу Лефевром, одним из основателей Английского сельскохозяйственного общества в 1838 году) заверил Шоу Лефевра, что «мой голос будет с большим удовольствием отдан за ваше переизбрание спикером». Таким образом, Шоу Лефевр смог «установить прочную традицию политического нейтралитета, которой должны были следовать его будущие преемники». Как директор Whitbread, Шоу Лефевр впервые использовал упряжных лошадей пивоварни фирмы в Сити для запряжки кареты спикера на торжественные открытия парламента, традиция, которая сохранялась до закрытия Whitbread помещений на улице Чисвелл в 1976 году. Он оставался на этом посту до тех пор, пока не почувствовал ухудшения слуха, и ушел в отставку в мае 1857 года. Шоу Лефевр является вторым по продолжительности пребывания в должности спикером в истории Палаты общин. Палмерстон считал Шоу Лефевра «лучшим, кто когда-либо занимал этот пост». Не имея наследника мужского пола, Шоу Лефевр добился пожизненного пэрства в качестве виконта Эверсли и пенсии в размере 4000 фунтов стерлингов в год. Как раз перед выходом на пенсию Шоу Лефевр овдовел; он пережил свою жену на тридцать лет. Две из их дочерей вышли замуж за представителей семьи Милдмей, Елена жила в соседнем поместье Догмерсфилд; их старшая дочь, Эмма Лаура, не вышла замуж и была хозяйкой Хекфилд-Плейс на пенсии своего отца. В эти десятилетия главным удовольствием лорда Эверсли были его сады и охота. Главным садовником лорда Эверсли с 1865 года был Уильям Уайлдсмит (1837–1890). Уайлдсмит стал одним из ведущих специалистов в своей области, возглавив современную разработку ковровых клумб (терраса в Хекфилд-Плейс была известна ими), перейдя от излишне вычурных цветочных узоров из однолетних растений к более свободным, выносливым, круглогодичным посадкам. Уайлдсмит входил в состав плодоовощных комитетов в Королевских садах Кью, писал статьи для современных журналов и внес главу о летних посадках в «Английский цветочный сад» Уильяма Робинсона. Он также завоевал Хекфилд-Плейс репутацию превосходной учебной базы для выдающихся садовников. В Хекфилд-Плейс Уайлдсмит расширил субтропические посадки вокруг нижнего пруда; пинетарный сад процветал на местной вересковой почве и включал ранние экземпляры секвойядендронов; пятнадцать человек ухаживали за кустарниками; теплицы всех видов позволяли выращивать несезонные культуры, например, клубнику к столу в феврале; огороженные сады были легендарны своими фруктами – особенно грушами (любимым фруктом лорда Эверсли) и виноградом. В виноградной комнате можно было хранить до 2000 гроздей, что позволяло предлагать десертный виноград к обеденному столу круглый год. Сад Хекфилд-Плейс был открыт для публики, и в 1882 году привлек 2000 посетителей за пять дней. Журнал «Horticulture and Cottage Gardener» в том же году описал его как «образцовый сад как по дизайну, так и по исполнению. Не превзойден никем и равный немногим». Лорд Эверсли купил себе новое ружье на свой девяностый день рождения, и леса были развиты для обеспечения отличной загонной охоты. Под руководством главного егеря мистера Мартина в один день в 1887 году пять стрелков добыли 580 фазанов, 4 рябчика, 16 зайцев и 24 кролика. Интерес Эверсли к сельскому хозяйству не ослабевал. Он был президентом Королевского сельскохозяйственного общества Англии в 1862 году (год после смерти принца Альберта, скончавшегося при исполнении обязанностей). В Хекфилд-Плейс была построена образцовая домашняя ферма, современная домашняя ферма, с современной молочной фермой для снабжения усадебного дома. Лорд Эверсли инвестировал в подпочвенный дренаж на фермах поместья и занимался разведением скота. Его экспонат на Смитфилдской выставке 1851 года, «улучшенная Хекфилдская свинья», был просто описан как «поразительный». Хекфилд-Плейс оставался центром для расширенной семьи Шоу Лефевра до смерти лорда Эверсли в возрасте 94 лет 28 декабря 1888 года. Его дочь оставалась в Хекфилд-Плейс еще несколько лет, но доверительные управляющие выставили поместье на продажу в 1895 году.

John Lefevre (1721/2 1790) of a successful Huguenot family of textile dyers, gin distillers and bankers established around Spitalfields and Stratford, East London, bought Heckfield Place in February 1786. He and his wife Helena (née Selman, d 1816) had an only daughter, also Helena, who in 1789 was married to Charles Shaw (1759–1823). John Lefevre died early the following year. Shaw, a graduate of Trinity College, Cambridge, was of Yorkshire origin, his father, George Shaw, having been the rector of Kirk Smeaton. As a condition of marriage (and inheritance) Charles added the name 'Lefevre' to his own. Charles Shaw Lefevre became MP for Newtown (Isle of Wight, 1796–1802) and for Reading (1802–1820), was the Recorder for Basingstoke, and in the 1790s, raised a company of militia in North Hampshire. After the death of John Lefevre's widow in 1816, the Shaw Lefevres enlarged the Rush house by the addition of identical wings to the north and south. Servants' quarters, walled gardens, an ice house, stables and coach houses were also built, and the upper lake created. The Grove (possibly used as their home while the works were on going) appears to have been demolished by 1818. By 1790, Shaw Lefevre had also acquired the present day Home Farm acreage. Through land exchanges with neighbours (particularly Pitt and afterwards, the Dukes of Wellington), by purchase and through enclosure, Shaw Lefevre and his son greatly enlarged the estate, particularly to the south, until it extended to 2,388 acres. The Shaw Lefevres had four (three surviving) sons: Charles (later Viscount Eversley 1794–1888), John (1797–1879, Clerk of the Parliaments) and Henry (1802–1880, banker). Charles married in 1817 Emma Laura Whitbread (1798–1857) youngest daughter of the leading Whig politician Samuel Whitbread II. They had six children, three daughters who survived to adulthood, and three sons, all of whom died. Charles Shaw Lefevre senior suffered badly with gout, and died in 1823. His widow, Helena, died in France in 1834. The younger Charles Shaw Lefevre inherited from his father and entered Parliament as the (Whig) Member for Downton, Isle of Wight, in 1830. After the Reform of Parliament, he became the MP for North Hampshire to which he was returned unopposed from 1832 until his retirement in 1857. He showed an interest mainly in agricultural affairs, particularly the heated topic of corn prices, and he chaired a Commission on Agricultural Depression 1835–36. Charles and Emma Shaw Lefevre undertook two further phases of work to the manor house: by 1840 square bay windows had been added to the east and west fronts, and outside, a formal Italianate balustraded terrace had been wrapped around the east and south fronts; by the 1850s, the whole of the south east corner of the house had been thrown out to create a fine library (a scheme that possibly involved Edward Blore, whose diaries record visits to Heckfield Place in December and January 1846–47). Probably at the same time, French windows were inserted into the south front, giving direct access to the garden from the drawing room. Sicilian marble columns and fireplaces were added in the public rooms, the cast iron firebacks displaying the quartered arms of Shaw Lefevre and Whitbread. At the north end of the terrace, a conservatory was added, perpendicular to the house. Inserted into the terrace on the east side were steps giving access to the Pinetum and shrubberies, begun in the mid 1850s. A second lake was excavated below the first, with a waterfall, island and boat house. In May 1839 Shaw Lefevre was elected Speaker of the House of Commons under the Whig government of Lord Melbourne. After the dissolution of Parliament in 1841, he retained the post – the first Speaker to do so after a change of governing party. Sir Robert Peel (with Shaw Lefevre, a co founder of the Agricultural Society of England in 1838) assured Shaw Lefevre that 'my own vote will be given with great satisfaction in favour of your Re election as Speaker.' This is how Shaw Lefevre was able to 'establish a powerful tradition of political neutrality for its future presiding officers to follow.' As a director of Whitbread, it was also Shaw Lefevre who first used the dray horses of the firm's City brewery to draw the Speaker's Coach to State Openings of Parliament, a tradition maintained until Whitbread closed the Chiswell Street premises in 1976. He retained the post until he felt that his hearing was deteriorating, and retired in May 1857. Shaw Lefevre is the second longest Speaker in the history of the Commons. Palmerston believed Shaw Lefevre to be 'the best who ever filled the chair.' Having no male heir, Shaw Lefevre negotiated a life peerage as Viscount Eversley and a pension of £4,000 per annum. Just as he was on the point of retirement, Shaw Lefevre was widowed; he survived his wife by thirty years. Two of their daughters married into the Mildmay family, Helena living at the nearby Dogmersfield estate; their eldest daughter, Emma Laura, did not marry and was chatelaine of Heckfield Place in her father's retirement. During these decades, Lord Eversley's chief pleasures were his gardens and his game. Lord Eversley's Head Gardener from 1865 was William Wildsmith (1837–1890). Wildsmith became one of the foremost men of his profession, leading the contemporary development of carpet bedding (for which the terrace at Heckfield Place was famous) from over fussy floral patterns of annuals into looser, hardy, year round planting. Wildsmith sat on fruit committees at Kew Gardens, wrote columns for contemporary journals and contributed a chapter on summer bedding to William Robinson's English Flower Garden. He also won for Heckfield Place a reputation as a top training ground for outstanding gardeners. At Heckfield Place, Wildsmith extended sub tropical planting around the lower lake; the pinetum flourished in the native heathland soil, and included early sequoiadendron specimens; fifteen men tended the shrubberies; glass frames of every description enabled the unseasonal forcing of produce, for example of strawberries for the table in February; the walled gardens were legendary for fruit – for pears (the favourite fruit of Lord Eversley) and for grapes in particular. The grape room could preserve up to 2,000 bunches, enabling dessert grapes to be offered on the dining table every day of the year. The Heckfield Place garden was opened to the public, and in 1882 drew 2,000 visitors in five days. The Journal of Horticulture and Cottage Gardener that year described it as 'a model garden both in design and execution. Surpassed by none and equalled by few.' Lord Eversley bought himself a new shotgun for his ninetieth birthday and the woods were developed to supply fine driven shooting. Under Head Keeper Mr Martin, on a single day in 1887, five guns between them bagged 580 pheasant, 4 partridge, 16 hares and 24 rabbits. Eversley's interest in agriculture was undiminished. He served as president of the Royal Agricultural Society of England in 1862 (the year after Prince Albert, who had died in office). A model home farm, today's Home Farm, was built at Heckfield Place, with a state of the art dairy to supply the manor house. Lord Eversley invested in subsoil draining on estate farms and enjoyed livestock breeding. His Smithfield Show entry of 1851, an 'improved Heckfield Pig' was described simply as 'astonishing'. Heckfield Place remained a focus for the wider Shaw Lefevre family until Lord Eversley died, aged 94, on 28 December 1888. His daughter remained at Heckfield Place for a few years, but the Trustees put the estate up for sale in 1895.

Семья Уолпол

Полковник Гораций Уолпол (1849–1919) приобрел поместье Хекфилд-Плейс по частному договору в июле 1895 года. Уолпол был правнуком в четвертом поколении премьер-министра, сэра Роберта Уолпола, но являлся незаконнорожденным сыном 4-го графа Орфорда от связи с леди Сьюзан Гамильтон. В связи с этим полковник Уолпол был лишен права наследовать титул, однако после смерти отца в декабре 1894 года он унаследовал значительное состояние и личное имущество, что позволило ему купить Хекфилд-Плейс. Полковник Уолпол провел улучшения в доме, включая установку электричества, перекладку дренажной системы и возведение кирпичной башни рядом с огороженным садом для распределения воды, откачиваемой из близлежащего источника, в дом, коттеджи и сады. У Уолпола и его жены Полин (урождённой Лэнгдейл, 1858–1944) было две дочери, Дороти и Мод. До начала войны в 1914 году жизнь в Хекфилд-Плейс продолжалась в прежнем русле, сезоны были отмечены открытыми садами, охотничьими днями, скачками и охотой на лис. Семья Уолполов исповедовала католичество, и в Хекфилд-Плейс находилась выдающаяся коллекция портретов эпохи Стюартов. Бывшая оранжерея лорда Эверсли была переоборудована в часовню, где священник из аббатства Дуай проводил мессу по воскресеньям, попеременно с соседним поместьем Брамшилл. После смерти Уолпола в 1919 году он завещал дом своей старшей дочери Дороти (1895–1977). В том же году она вышла замуж за майора Остина Скотта Мюррея (1881–1943); у них была одна дочь, Энн. Дороти Скотт Мюррей управляла Хекфилд-Плейс в трудные годы XX века. Она продала значительную часть поместья (в том числе в 1920 году около 1300 акров земли в районе Мэтингли) и множество семейных реликвий. Майор Скотт Мюррей умер в 1943 году, а два года спустя Дороти вышла замуж за полковника Колина Кейсера Дэви (1896–1971). В 1950-х и 1960-х годах Дороти Дэви продала картины, книги, рукописи, миниатюры и серебряные изделия, принадлежавшие семье Уолполов. Управление садами было упрощено, и о Дороти писали: «Если вы хотите найти хозяйку поместья зимой, она будет в кустах с серпом; летом – преследовать свою небольшую газонокосилку вдоль дорожек. Вы найдете ее без труда, потому что как только вы приблизитесь, собаки прибегут, лая и поднимая невообразимый шум». Дороти жила в Хекфилд-Плейс до своей смерти в 1977 году, после чего поместье перешло к семье ее дочери и было продано.

Colonel Horace Walpole (1849–1919) bought the Heckfield Place estate by private treaty in July 1895. Walpole was a four times great nephew of the Prime Minister, Sir Robert Walpole, but the illegitimate son of the 4th Earl of Orford as a result of his affair with Lady Susan Hamilton. As such, Col Walpole was barred from inheriting the title, but on his father's death, in December 1894, he inherited considerable wealth and personal effects, enabling him to buy Heckfield Place. Improvements were made by Col Walpole to the house, including the installation of electricity, redigging the drains, and the building of a brick tower near the walled gardens, to distribute water pumped from a nearby spring, to the house, cottages and gardens. Walpole and his wife Pauline (née Langdale, 1858–1944) had two daughters, Dorothy and Maude. Until the outbreak of war in 1914, life at Heckfield Place continued much as it had, the seasons punctuated by open gardens, shooting days, horse racing and fox hunting. The Walpoles were a Catholic family, and the contents of Heckfield Place included an extraordinary collection of Stuart portraits. Lord Eversley's erstwhile conservatory was converted to a chapel, with a priest from Douai Abbey leading mass on Sundays, alternately with neighbouring Bramshill House. When Walpole died in 1919 he left the house to his eldest daughter Dorothy (1895–1977). The same year she married Major Austin Scott Murray (1881–1943); they had one daughter, Anne. Dorothy Scott Murray steered Heckfield Place through the difficult years of the twentieth century. She sold a large proportion of the estate (including, in 1920 about 1300 acres around Mattingley) and many family artefacts. Major Scott Murray died in 1943 and two years later Dorothy married Colonel Colin Kayser Davy (1896–1971). In the 1950s and 1960s Dorothy Davy sold off Walpole family pictures, books, manuscripts, miniatures, and silver. The management of the gardens was simplified, it being written of Dorothy that 'If you want to find the lady of the manor in winter she will be in some bush with a billhook; in summer pursuing her little motor mower along the paths. You'll find her with no difficulty, for as soon as you get anywhere near the dogs will come rushing and bawling blue murder.' Dorothy lived at Heckfield Place until her death in 1977 after which the estate passed to her daughter's family and was sold.

Конференц-центр и центр обучения

Heckfield Place и 67 акров были приобретены Патриком Хангерфордом и Тоби Уордом в 1981 году и переоборудованы в учебный и конференц-центр, который в следующем году был приобретен компанией Racal Electronics. На протяжении 1980-х годов клиенты Racal, в особенности пользователи военной радиосвязи, проходили обучение в Heckfield Place, что приводило к появлению разнообразного международного контингента. В середине 1980-х годов Racal начала переход к сотовой связи, запустив Vodafone в январе 1985 года после продажи значительной части активов Racal компании Thales (ранее Thomson CSF). Heckfield Place фактически стал учебным центром для сотрудников Vodafone. Racal продала Vodafone в 1991 году, а в конце 2000 года сама Racal была приобретена Thales за 1,3 миллиарда фунтов стерлингов. До продажи нынешнему владельцу в 2002 году поместье функционировало как Коммерческий университет Thales.

Хекфилд Плейс, как он выглядит сегодня

С 2009 года усадьба подверглась масштабной реконструкции, после чего в сентябре 2018 года открылась как отель с ресторанами, спа-центром и кинозалом. 89 гектаров парковых земель, бывший участок поместья Гроув, и 73 гектара домашней фермы образуют единый земельный массив, окруженный собственным лесом и возможностью рыбалки на реке Уайтвотер. Под лозунгом «Приглашаем всех любознательных» на территории регулярно проводятся разнообразные мероприятия, включая мастер-классы, показы и лекции, объединенные программой «Ассамблея». Если Дом – это сердце Хекфилда, то сертифицированная органическая ферма – его душа. Ферма находится в процессе получения биодинамического статуса, который планируется завершить к концу 2020 года, и обеспечивает Дом всем необходимым: от цветов до чередующихся сельскохозяйственных культур и меда. В 2020 году Heckfield Place открыла собственную микро-молочную ферму, производящую сырое молоко, сливки, масло и йогурты для отеля. Молоко от 38 коров породы Гернси используется для производства сыра совместно с местным сыроделом Village Maid, а на ферме также содержатся 59 овец пород Саффолк, Хэмпшир и Саутдаун. Что касается свиней, то здесь также разводят 35 британских седловых свиней – наиболее близких по генотипу к оригинальной Хекфилдской породе, упоминавшейся в журнале Spectator в 1850 году и выведенной лордом Эверсли, – которые поставляют мясо для усадьбы и ресторанов Marle и Hearth (с открытым огнем). Они помогают контролировать рост травы и повышают плодородие почвы, что является важной частью биодинамического замкнутого цикла. На ферме также содержатся два стада по 400 кур породы Хайлайн свободного выгула, которые обеспечивают кухню яйцами, а 20 ульев расположены вокруг фруктового сада площадью 20 гектаров, где цветущие яблони, груши, сливы, терн, вишни, мушмула и другие деревья помогают пчелам создавать ароматный мед. Семь новых теплиц с разным температурным режимом используются для выращивания рассады для цветников и огородов, где культивируются салат, ягоды, капустные, кабачки и различные сорта томатов, а также круглый год выращиваются свежие цветы, такие как нарциссы, тюльпаны, ранункулюсы, розы, дельфиниумы, злаки, ягоды и съедобные цветы, окруженные живой изгородью из боярышника, шелковицы и ежевики. Все, что выращено на ферме, является основой для блюд, подаваемых от грядки к столу, и цветочных композиций, украшающих все поместье. Генеральным менеджером является Кевин Брук, а Скай Гингелл – директор по кулинарии.

From 2009 the manor house underwent extensive renovation prior to opening in September 2018 as a hotel with restaurants, a spa and screening room. The 220 acres of pleasure grounds, former site of The Grove, and the 180 acre Home Farm form a consolidated landholding, fringed by its own woodland, and by fishing on the River Whitewater. With a tagline of 'Calling all Curious Minds,’ a programme of varied events, including workshops, screenings and talks, known as The Assembly, is staged at the property. If the House is the heart of Heckfield, the certified organic farm is its soul. In the process of achieving biodynamic status at the end of 2020, the farm provides much for the House: from flowers to rotating arable crops and honey. In 2020 Heckfield Place opened its own micro dairy, which generates raw milks, cream, butter and yogurts for the House. The milk from its 38 Guernsey cows is creating cheese with local cheesemaker Village Maid and there are 59 Suffolk as well as Hampshire and Southdown sheep. In terms of pigs, there are also 35 British saddlebacks – the closest match to the original Heckfield pig mentioned in the Spectator in 1850 bred by Lord Eversley – which supply the manor house and restaurants (called Marle and open fired Hearth). They help control the grass and bring fertility to the soil, a vital part of the biodynamic closed circle. The farm also has two flocks of 400 free range Hyline chickens roaming the farm and providing eggs for the Kitchens, while 20 beehives buzz around the 500 strong orchard, where the blossoms of apple, pear, greengages, damsons, cherries, medlars and more help them create delicious honeycomb for the table. Seven new glasshouses each set to different temperatures propagate everything that goes into the cut garden, nurturing lettuces, soft fruits, brassicas, squash and a variety of species of tomatoes, as well as providing for year round fresh flowers including narcissi, tulips, ranunculi, roses, delphiniums, grasses, berries, and various edible blossoms surrounded by a living hedge of hawthorns, mulberries and blackberries. Everything grown on the farm forms the basis of the root to plate feasts served the table and the floral arrangements throughout the Estate. The General Manager is Kevin Brooke and Skye Gyngell is the Culinary Director.