Кароль Армитаж: Американский хореограф и танцовщица

Введение

Американский танцор и хореограф (род. 1954)

Кароль Армитаж (род. 3 марта 1954) – американская танцовщица и хореограф, в настоящее время проживающая в Нью-Йорке. Она является художественным руководителем Armitage Gone! Dance, современной танцевальной компании, которая несколько раз в год выступает в Нью-Йорке и также гастролирует по всему миру. В 1980-х годах её прозвали "панк-балериной". Она была номинирована на премию "Тони" за хореографию бродвейского мюзикла "Волосы".

Ранняя жизнь и карьера

Родилась в Мэдисоне, штат Висконсин. Армитаж росла, разделяя время между двумя местами: Готика, Колорадо. В 1980-х годах она создала пять балетов для Балета Национальной оперы Парижа, что привело к заказам в США и Европе, которые она выполняла на протяжении 1990-х годов. Армитаж была назначена художественным руководителем и хореографом балетной труппы MaggioDanza (1995–1998) при Оперном театре во Флоренции, Италия, где она ставила хореографию, курировала и представляла классический репертуар, произведения современных мастеров и современные работы. В 1999 году она стала хореографом-резидентом Балета де Лотарингия в Нанси, Франция, где проработала до 2002 года, создав более 20 постановок для компании, которая гастролировала по всей Европе. В 2004 году она была художественным директором Международного фестиваля современного танца Венецианской биеннале, пригласив компании со всего мира продемонстрировать новаторские танцевальные постановки по всему городу, в том числе в Арсенале, где каждые два года проходит Биеннале искусств.

Армитаж ушел!

Вернувшись в Нью-Йорк после 15 лет, проведенных за границей, Армитаж основала свою нынешнюю компанию, Armitage Gone! Dance, в 2004 году, чтобы создать среду для танцоров-единомышленников, исследующих новые возможности и сущность танца. [3] Управляется компанией через Фонд Армитаж – некоммерческий фонд 501(c), базирующийся в Нью-Йорке. Armitage Gone! Dance располагается в Mana Contemporary, который находится на территории огромного бывшего табачного склада.

Панк

Армитаж вступает в длинный ряд художников, обращающихся к прошлому одновременно с попытками его деконструировать. Её ранние работы соединяли эстетику Мерса Каннингема с бурлящим, радостным, вдохновлённым панком ликованием разрушения старого ради прихода нового. Эта работа бросала вызов не только формальным представлениям о танце, но и её образы и содержание предвосхищали подъем тем, связанных с сексуальностью и гендером, которые стали столь важными в дискурсе конца 20-го и начала 21-го веков. Она изменила образ балерины, представив её как независимую мыслительницу с эротическим влечением, а не как недостижимый романтический идеал. В 1980 году она без всякой нарочитости вывела на сцену мужчину в юбке, не как переодевание, а как данность. В 1982 году, после создания трёх новых работ для Парижской оперы по приглашению Розеллы Хайтауэр и Рудольфа Нуреева, Армитаж была вдохновлена переосмыслить свои корни как классической балерины. Она объединила поэтическую утончённость Баланчина и его блестящую музыкальность с использованием Каннингемом сценического пространства как арены действия. Её провокационное сочетание враждующих лагерей балета и современного танца, заряженное энергией хард-рока и табуированностью сексуального содержания, нанесло танцу необходимый удар, используя скорость, ломаные линии, движения с потерей равновесия, абстракции и симметрию, уравновешенную асимметрией и мощным акцентом.

Картина

В 1984 году Армитаж познакомилась с художником Дэвидом Салле на ужине после спектакля, в котором присутствовала хореограф Ивонн Райнер. Эта встреча положила начало второму этапу в эстетическом развитии Армитаж, когда Армитаж и Салле начали сотрудничество, которое продолжается и по сей день. Работа Салле, сочетающая изобразительность с чрезвычайно разнообразным живописным языком, привнесла на сцену ослепительно оригинальные декорации и костюмы. Ранние совместные работы Армитаж и Салле создавались в духе свободного и энергичного исследования стиля, эпох, плюрализма и сопоставлений, принимая смешение различных выразительных средств в мозаике образов. Границы между балетом и модерном, высоким и низким, серьезным и банальным стирались благодаря коллажу, сопоставлению и юмору. Армитаж и ее танцоры выступали под звучание речи, классической и популярной музыки, джаза, музыки разных народов мира и тишины. Исследуя американскую идентичность с точки зрения культуры, использующей все для продвижения товаров, сценическое творчество Армитаж и Салле создавало созерцательную вселенную, залитую цветом. Хотя Армитаж считала влияние потребительской культуры на формирование личности тревожным, ее сотрудничество с Салле было основано не на духе социальной критики, а на стремлении художника к форме, к новому, к экспериментам. Джефф Кунс присоединился к Салле в разработке дизайна нескольких постановок Армитаж. Первое совместное произведение в 1988 году – "Gogo Ballerina", для которого Кунс и Салле совместно разработали костюмы, а Кунс создал декорации. Армитаж тесно сотрудничала с Кунсом, обсуждая темы и содержание новой работы, вдохновляя его на создание масштабных интерактивных декораций. Ее танцоры использовали их физически: появляясь из черной шоколадной коробки в форме сердца, танцуя на подсвеченных платформах гого с красными плексигласовыми медведями, сердцами и цветами, и разбивая огромный роскошный торт. Декорации Кунса были уничтожены в начале 2000-х годов, когда расходы на их хранение стали непомерно высокими. Салле и Кунс вновь работали вместе в 1989 году над постановками "Неуважение", "За бортом" (1991) и "Хищники/Торговцы душами" (1996), где оба отвечали за декорации и костюмы.

In 1984 Armitage met painter, David Salle, at a post performance dinner that included the choreographer, Yvonne Rainer. The meeting led to the second period in Armitage's aesthetic development as Armitage and Salle began a collaboration that continues to this day. Salle's work, combining figuration with an extremely varied pictorial language, brought dazzlingly original sets and costumes to the stage. The early Armitage/Salle collaborations were made in a free spirited exploration of style, eras, pluralities and comparatives, embracing the contamination of languages in a mosaic of pattern. The divisions between ballet and modern, high and low, serious and banal disappeared through collage, juxtaposition and humor. Armitage and her dancers performed to spoken text, classical and popular music, jazz, world music and silence. Exploring American identity from the perspective of a culture using everything to sell products, Armitage and Salle's stage work created a contemplative universe awash in color. Though Armitage found consumer culture's influence on the creation of self disturbing, her collaboration with Salle was done, not in the spirit of the social critique, but in the spirit of the artist struggling for form, for the new, for the experimental. Jeff Koons joined Salle in designing several Armitage productions. The first collaboration in 1988 resulted in Gogo Ballerina for which Koons and Salle shared the costume design while Koons created sets. Armitage worked closely with Koons discussing themes and content for the new work, inspiring the creation of large, interactive sets for the piece. Her dancers used them physically: emerging from a black, heart shaped chocolate box, dancing on illuminated gogo boxes with red plexiglas bears, hearts, and flowers and breaking apart a large, extravagant cake. The Koons sets were destroyed in the early 2000s when the expense of storage became prohibitive. Salle and Koons worked together again in 1989 on Contempt, Overboard (1991) and The Predators’ Ball/Hucksters of the Soul (1996) where both contributed set and costumes.

Поэзия

В 1995 году Армитаж была приглашена возглавить Балет Флоренции, Италия (известный как MaggioDanza). Влияние итальянской истории, политики и эстетики, ощущаемое на улицах, где жили Данте и Макиавелли, привело к третьему, поэтическому этапу в творческом мышлении Армитаж. Она начала работать, используя минимум выразительных средств, чтобы исследовать философские вопросы о поиске смысла. Ее идеи продолжали развиваться во время жизни в Неаполе, где она работала в театре Сан-Карло, и в Венеции, где руководила Венецианской международной биеннале современного танца. Ее долгое сотрудничество с дизайнером моды Питером Спелиопулосом началось в 2000 году со спектакля «Птицы», созданного для Греческого национального балета в Афинах. Он разработал более 30 постановок Армитаж для оперы и танца для ведущих европейских театров, в том числе во Франции, когда Армитаж занимала должность хореографа-резидента в Балете де Лотарингия (1999–2004). Их сотрудничество играет значительную роль в третьем периоде творчества Армитаж. Вернувшись в Нью-Йорк в 2004 году, Армитаж возродила труппу Armitage Gone! Dance в период интенсивного творческого подъема. В дополнение к работе с художниками визуального искусства, Армитаж начала постоянное сотрудничество с учеными, опираясь на концептуальные идеи, связанные со временем, пространством и геометрией. В этой новой фазе Армитаж создавала движения, кажущиеся спонтанными и личными, несмотря на их безупречное мастерство исполнения. Здесь танец, свет, музыка и сценография объединяются в гармоничное целое. Такие концепции, как «кубизм в движении», применяются к групповым композициям, создавая множество точек зрения, позволяющих увидеть движение с разных перспектив, под разными углами и на разных уровнях, где плоскости перетекают одна в другую. Сами движения основаны на каллиграфии и фрактальной геометрии (геометрии природы: облака, горы, береговая линия), создавая извилистый, криволинейный язык движения, отличный от евклидовой геометрии, традиционной для танца. В ее работах танцоры преследуют общую цель, но не танцуют синхронно. Ее пространственное решение одновременно сложно и цельно, создавая яркую, демократичную индивидуальность. Экстремальный лиризм контрастирует с резкими, энергичными акцентами.

In 1995 Armitage was invited to direct the Ballet of Florence, Italy (known as MaggioDanza). The influence of Italian history, politics and aesthetics, living on the streets of Dante and Machiavelli, led to a third, poetic, period in Armitage's artistic thinking. She began to work with a minimum of ingredients to engage in philosophical questions about the search for meaning. Her ideas continued to develop while living in Naples working for the Teatro di San Carlo and in Venice where she directed the Venice International Biennale of Contemporary Dance. Her long collaboration with fashion designer Peter Speliopoulos began in 2000 with The Birds, created for the Greek National Ballet in Athens. He designed over 30 Armitage productions in opera and dance for important theaters in Europe including productions in France when Armitage served as resident choreographer for the Ballet de Lorraine (1999–2004). Their collaboration forms a significant role in the third period of Armitage's work. Upon her return to New York in 2004, Armitage relaunched Armitage Gone! Dance in a period of intense creativity. To complement her work with visual artists, Armitage began an ongoing collaboration with scientists, drawing upon conceptual ideas around time, space and geometry. In this new phase, Armitage created movement that looks spontaneous and personal, despite it is rigorous craftsmanship. Here dance, light, music, and design are unified into a balanced whole. Concepts such as “cubism in motion” are applied to group patterns creating several vantage points so that movement is seen from multiple perspectives, angles and levels with planes bleeding into each other. The steps themselves are based on calligraphy and fractal geometry (the geometry of nature: clouds, mountains, seashores) creating a sinuous, curvilinear vocabulary unlike the Euclidean geometry of the dance tradition. In her work, the dancers share a common purpose but do not dance in unison. Her spatial design is both elaborate and cohesive, producing a funky, democratic individuality. Extreme lyricism is punctuated by raw, violent accents.

Музыка

Армитаж создавала хореографию в тишине, использовала текст как партитуру, работала с панком, роком, рэпом, электронной танцевальной музыкой и заказывала новые музыкальные произведения. Она ищет музыку с большим количеством пространства и тишины, чтобы зрители воспринимали танец как основной способ коммуникации. Армитаж также работала с классической музыкой, например, с произведениями Белы Бартока («Время – это эхо топора в лесу»), Дьёрдя Лигети («Эссе Лигети») и, в последнее время, с сыном Дьёрдя, Лукасом Лигети. В интервью с Лукасом Лигети для журнала BOMB Magazine Армитаж рассказала о сложностях хореографии «Итуту». «Итуту» – это танцевальная постановка, написанная на музыку как самого Лигети, так и группы Burkina Electric из Буркина-Фасо. Лигети работает с электроникой и популярной музыкой Буркинабе в сотрудничестве с танцорами-музыкантами этой группы. «Итуту» стала возможностью «наделить эти разрозненные, противоречивые музыкальные миры театральным смыслом, исследуя поливизуальный танец и измененные состояния сознания». [7]

Танцевальные комиссии

Армитаж ставил танцы для множества компаний, включая Парижскую оперу, Американский балетный театр, Тасманскую танцевальную компанию, Экстемпорари Дэнс Компани (Extemporary Dance Company) в Англии, проект танца «Белый дуб», Немецкую оперу в Берлине, Баварскую государственную оперу в Мюнхене, Балет Монте-Карло, Лионский оперный балет, Национальный балет Кубы, Греческий национальный балет, Вашингтонский балет, Американский танцевальный театр «Алвин Эйли», Канзас-Сити балет, Бернский балет, Вашингтонский балет, Балетто Театро ди Торино, Rambert Dance Company, Introdans в Голландии и Бостонский балет.

Танцы и наука

В 2010 году Армитаж создал первую часть "Трех теорий", вдохновленную популярной научно-популярной книгой Брайана Грина "Элегантная Вселенная". Премьера состоялась на Всемирном научном фестивале (физика черных дыр и теория струн. [4] Армитаж заявил: "Физика заставляет меня мечтать. Я стараюсь мыслить нестандартно и расширять границы своего сознания. Я люблю науку. Наука всегда подвергает сомнению авторитеты. Этот конфликт между теориями показался мне настолько драматичным и фундаментальным." [5]

Танцевальная компания Armitage GONE! представила полную версию "Трех теорий" в 2010 году в Центре исполнительских искусств Краннерт в Шампейн-Урбане. Это произведение, рожденное из желания Армитаж воплотить основополагающие принципы физики, продемонстрировало освежающе виртуозную современную балетную хореографию. В марте 2015 года Армитаж сотрудничал с биологом из Стэнфордского университета Полом Эрлихом и 30 танцорами для создания "О природе вещей" – работы о климатических изменениях, представленной в зале Мильштейна Океанской жизни Американского музея естественной истории в Нью-Йорке. Это был первый случай, когда музей принимал сезон выступлений.

Танцы и оркестры

Армитаж поставил два балета для Нью-Йоркского филармонического оркестра, представленных в зале Эйвери Фишера в Линкольн-центре. Оба произведения дирижировал музыкальный руководитель Алан Гилберт. Первый, "Хитрая лисичка" Яначека, состоялся в 2011 году. Второй, "A Dancers Dream" (2013) с участием прима-балерин Нью-Йоркского балета Сары Мирнс и Амара Рамасара, а также танцоров Armitage Gone! Dance, был поставлен на музыку Игоря Стравинского. В 2016 году Армитаж и Armitage Gone! Dance получили заказ от Лондонской филармонии на создание балета "Agon" на музыку Стравинского под управлением Эса-Пекки Салонена в рамках сезона "Мифы и ритуалы".

Операльный режиссер

Армитаж руководила операми из репертуара барокко и современной музыки во многих престижных театрах Европы. Среди них – театр Сан-Карло в Неаполе, театр дю Шатель в Париже, Лирическая опера в Афинах и Музиктеатр в Амстердаме. Ее последняя постановка оперы «Орфей и Эвридика» для театра Сан-Карло в Неаполе в 2015 году была снята для телеканала RAI и выпущена на DVD. В 2007 году Армитаж поставила и сама разработала хореографию для постановки «Зефирино. Голос кастрата» Антони Рот Костанцо в Принстоне. Армитаж поставила оперу «Ариадна» для камерной оперы Готэм в Нью-Йорке, а также оперы для оперы Саратога, включая «Дидо и Эней» (2015) и «Ведьмы Венеции» Филиппа Гласса (2016).

Выставка танцев искусства (2015)

В 2015 году Mana Contemporary представила выставку Making Art Dance, демонстрирующую 35 лет сотрудничества Армитаж с художниками и дизайнерами моды в галерее площадью 25 000 квадратных футов. Костюмы, декорации, задники и рисунки, созданные с 1978 по 2015 год, были прикреплены к стенам, развешаны на манекенах и под потолком. Кристиан Марклей, будучи студентом Массачусетского колледжа искусств, создал декорации, костюмы и плакаты для первой работы Армитаж «Ne» в 1978 году. Ее последующие работы в стиле панк были оформлены режиссером Чарльзом Атласом. Художник Дэвид Салл стал ее основным соавтором в 1984 году. Салл создавал фильмы, костюмы, задники, скульптуры, декорации и реквизит для различных постановок нью-йоркских танцевальных компаний Армитаж, а также для европейских балетных и оперных спектаклей. Кэрролл Данэм создал задник для «Les Stances a Sophie» в 1988 году. Джефф Кунс работал с Армитаж с 1987 по 1996 год над постановками в США и за рубежом, создавая декорации и костюмы в сотрудничестве с Дэвидом Саллом. Филип Тааффе сотрудничал над созданием «Шехерзады» в 1995 году и «Itutu» в 2008 году. Брайс Марден создал задники для итальянской постановки «Орфео и Эвридики» в 2004 году в театре Сан-Карло в Неаполе. Для спектакля «Ariadne Unhinged» в 2008 году Вера Латтер создала декорации, а Дональд Бэйхлер – реквизит. Карен Килимник создала живописные панно по мотивам «Il Designi Di Pulcinella» Доменико Тиеполо для спектакля «Made in Naples» в 2009 году. В число соавторов Армитаж входят композиторы, архитекторы, дизайнеры моды, художники по свету и ученые. Режиссер Джеймс Айвори, как и Жан-Поль Готье и Кристина Лакруа, создавал декорации и костюмы для Армитаж во Флоренции, Италия. Питер Спелиопулос, креативный директор Donna Karan, активно сотрудничал в создании костюмов для постановок Армитаж с середины 1990-х годов и продолжает это делать по сей день. Уменьшенная версия выставки была представлена в Национальном музее танца в Саратога-Спрингс, штат Нью-Йорк, с 2015 по 2016 год. Несколько костюмов Армитаж находятся на постоянной экспозиции.

Награды и почести

В 2004 году Армитаж получил грант Фонда современного искусства для художников. Весной 2009 года Армитаж был удостоен самой престижной французской награды – командорского знака ордена Искусств и литературы.