Введение

Палестинский боевик, основатель ФАТХ (1937–2002)

Сабри Халил аль-Банна (صبري خليل البنا; май 1937 – 16 августа 2002), известный под своим псевдонимом Абу Нидаль, был основателем ФАТХ: Революционного совета (فتح المجلس الثوري) – боевой палестинской группировки, более известной как Организация Абу Нидаля (АНО). В период наивысшей активности в 1970-х и 1980-х годах АНО считалась самой жестокой из палестинских группировок. Абу Нидаль («отец борьбы») создал АНО в октябре 1974 года после раскола с фракцией ФАТХ Ясира Арафата в составе Организации освобождения Палестины (ООП). Действуя как независимый исполнитель, Абу Нидаль, как полагают, приказал совершить нападения в 20 странах, в результате которых погибло более 300 человек и было ранено более 650. Операции группы включали нападения на аэропорты Рима и Вены 27 декабря 1985 года, когда злоумышленники открыли огонь по пассажирам одновременно в кассах авиакомпании El Al, убив 20 человек. Биограф Абу Нидаля Патрик Сил писал об этих расстрелах, что их «бессмысленная жестокость была характерна для операций Абу Нидаля». Абу Нидаль погиб в августе 2002 года в результате перестрелки в своей квартире в Багдаде. Палестинские источники полагают, что он был убит по приказу Саддама Хусейна, в то время как иракские официальные лица утверждали, что он покончил с собой во время допроса. «Он был патриотом, превратившимся в психопата», – написал Дэвид Хирст в газете The Guardian в связи с его смертью. «Он служил только себе, только извращенным личным побуждениям, которые толкали его на чудовищные преступления. Он был абсолютным наемником».

Семья, раннее образование

Сабри Халил аль-Банна родился в мае 1937 года в Яффе, на средиземноморском побережье тогдашнего Британского мандата Палестины. Его отец, Хадж Халил аль-Банна, владел 24 км² апельсиновых рощ, расположенных между Яффой и Маджалем, ныне Ашкелоном в Израиле. Семья жила в роскоши в трехэтажном каменном доме недалеко от пляжа, который впоследствии использовался в качестве израильского военного трибунала. Мухаммед Халил аль-Банна, брат Абу Нидала, рассказал Йосси Мелману:

Благосостояние Халила аль-Банны позволяло ему иметь несколько жен. По словам Сабри в интервью журналу Der Spiegel, его отец имел 13 жен, 17 сыновей и восемь дочерей. Мелман пишет, что мать Сабри была его восьмой женой. Она была одной из служанок семьи, 16-летней девушкой-алавитом. По словам Патрика Сила, семья неодобрительно отнеслась к этому браку, и в результате Сабри, 12-й ребенок Халила, по-видимому, не пользовался уважением со стороны своих старших братьев и сестер, хотя впоследствии отношения были налажены. В 1944 или 1945 году его отец отправил его в Collège des Frères de Jaffa, французскую миссионерскую школу, где он проучился один год.

1948 Палестинская война

29 ноября 1947 года Организация Объединенных Наций приняла решение о разделе Палестины на арабское и еврейское государства. Боевые действия начались немедленно, и срыв поставок цитрусовых нанес удар по доходам семьи. Мелман пишет, что семья аль-Банна поддерживала хорошие отношения с еврейской общиной. Непосредственно перед захватом Яффы израильскими войсками в апреле 1948 года семья бежала в свой дом недалеко от Мадждаля, но израильские войска догнали их и там, и семья была вынуждена бежать снова. В этот раз они направились в лагерь беженцев Бурейдж в секторе Газа, находившемся тогда под контролем Египта. Мелман пишет, что семья прожила девять месяцев в палатках, получая от БАПОР пособие в виде масла, риса и картофеля. Этот опыт оказал глубокое влияние на Абу Нидаля.

Переезд в Наблус и Саудовскую Аравию

Коммерческий опыт семьи аль-Банна и деньги, которые им удалось вывезти, позволили им снова начать дело, пишет Мелман. В 1960 году он отправился в Саудовскую Аравию, где открыл собственное дело в качестве маляра и электрика, а также работал разнорабочим в компании Aramco. Его брат рассказал Мелману, что Абу Нидал каждый год возвращался в Наблус из Саудовской Аравии, чтобы навестить мать. Во время одного из таких визитов в 1962 году он познакомился со своей будущей женой, чья семья также бежала из Яффы. В этом браке родились сын и две дочери.

Личность

По словам Сила, Абу Нидал часто был нездоров и обычно одевался в куртки на молнии и старые брюки, а в последние годы жизни каждый вечер пил виски. Он стал, как пишет Сил, "мастером маскировки и обмана, никому не доверяя, одиноким и стремящимся к самосохранению, [живущим] как крот, скрываясь от посторонних глаз". Знакомые говорили, что он был трудолюбив и обладал деловой хваткой. Салах Халаф (Абу Ияд), заместитель руководителя ФАТХ, убитый АНО в 1991 году, хорошо знал его в конце 1960-х годов, когда взял Абу Нидаля под свою опеку. Он рассказал Силу:

– Мне его рекомендовали как энергичного и воодушевленного человека, но при первой встрече он показался мне застенчивым. Лишь по мере знакомства я заметил другие его качества. Он был прекрасным собеседником, с острым умом и склонностью считать большинство людей шпионами и предателями. Мне это даже нравилось! Я обнаружил, что он очень амбициозен, возможно, даже больше, чем позволяли его способности, и очень вспыльчив. Иногда он приводил себя в такое состояние, что полностью терял способность здраво мыслить.

Импекс, Черный сентябрь

В Саудовской Аравии Абу Нидал помог основать небольшую группу молодых палестинцев, которые назвали себя Палестинской секретной организацией. Его активизм стоил ему работы и дома: компания Aramco уволила его, а саудовское правительство заключило в тюрьму и затем выслало. Он вернулся в Наблус с женой и семьей и присоединился к фракции ФАТХ ООП Ясира Арафата. Работая разнорабочим, он был предан палестинской политике, но не проявлял особой активности, пока Израиль не выиграл Шестидневную войну 1967 года, захватив Голанские высоты, Западный берег реки Иордан и сектор Газа. Мелман пишет, что «въезд танков израильских сил обороны в Наблус стал для него травматическим опытом. Завоевание побудило его к действию». Переехав в Амман, Иордания, он создал торговую компанию под названием Impex, которая служила прикрытием для ФАТХ, являясь местом встреч и каналом для финансирования. Это стало визитной карточкой карьеры Абу Нидала. Компании, контролируемые ANO, сделали его богатым человеком благодаря заключению законных деловых сделок, одновременно служа прикрытием для торговли оружием и наемнической деятельности. Когда ФАТХ попросил его выбрать псевдоним, он выбрал Абу Нидаль («отец борьбы») в честь своего сына Нидаля. В 1968 году Абу Ияд назначил его представителем ФАТХ в Хартуме, Судан, а затем, по настоянию Абу Нидала, на ту же должность в Багдаде в июле 1970 года. Он прибыл за два месяца до событий «Чёрного сентября», когда более десяти дней ожесточенных боев армия короля Хусейна вытеснила палестинских федаев из Иордании, что привело к гибели тысяч людей. Отсутствие Абу Нидала в Иордании в этот период, пишет Сил, когда стало ясно, что король Хусейн собирается действовать против палестинцев, вызвало подозрение в движении, что он заботится только о собственном спасении.

Первая операция

Вскоре после "Черного сентября" Абу Нидал начал обвинять ООП в трусости, транслируя эти обвинения по своей радиостанции "Голос Палестины" в Ираке, из-за согласия ООП на прекращение огня с Хусейном. В феврале 1973 года Абу Дауд был арестован в Иордании за покушение на жизнь короля Хусейна. Это привело к первой операции Абу Нидаля под названием "Аль Икаб" ("Наказание"). 5 сентября 1973 года пятеро вооруженных людей ворвались в посольство Саудовской Аравии в Париже, захватили 15 заложников и пригрозили взорвать здание, если Абу Дауд не будет освобожден. Через два дня боевики на самолете Syrian Airways перелетели в Кувейт, все еще удерживая пятерых заложников, а затем в Эр-Рияд, угрожая выбросить заложников из самолета. 8 сентября они сдались и освободили заложников. Абу Дауд был освобожден из тюрьмы через две недели; Сил пишет, что правительство Кувейта выплатило королю Хусейну 12 миллионов долларов за его освобождение. В день нападения в Алжире проходила 4-я конференция Движения неприсоединения, в которой принимали участие 56 глав государств. По словам Сила, операция против посольства Саудовской Аравии была заказана президентом Ирака Ахмедом Хасаном аль-Бакром в качестве отвлекающего маневра, поскольку он завидовал тому, что Алжир принимал конференцию. Сил пишет, что один из захватчиков заложников признался, что ему было приказано летать с заложниками до окончания конференции. Абу Ияд (заместитель Арафата) и Махмуд Аббас (впоследствии президент Палестинской автономии) прилетели в Ирак, чтобы убедить Абу Нидаля в том, что захват заложников вредит движению. Абу Ияд рассказал Силу, что иракский чиновник на встрече сказал: "Почему вы нападаете на Абу Нидаля? Операция была нашей! Мы попросили его ее провести". Аббас пришел в ярость и покинул встречу вместе с другими делегатами ООП. С этого момента, пишет Сил, ООП считала Абу Нидаля находящимся под контролем иракского правительства.

Выдворение из ФАТХ

Два месяца спустя, в ноябре 1973 года (сразу после войны Судного дня в октябре), организация АНО захватила рейс KLM 861, на этот раз под названием Арабской националистической молодежной организации. ФАТХ рассматривал возможность созыва мирной конференции в Женеве; захват самолета должен был послужить предупреждением о недопустимости этого. В ответ, в марте или июле 1974 года, Арафат исключил Абу Нидаля из ФАТХ. В октябре 1974 года Абу Нидаль сформировал АНО, назвав её ФАТХ: Революционный совет. Сил пишет, что Абу Нидаль вряд ли планировал убить Аббаса, и столь же маловероятно, что ФАТХ хотел убить Абу Нидаля. Его пригласили в Бейрут для обсуждения смертного приговора, и ему позволили уехать, но стало ясно, что он стал нежелательным лицом. В результате иракцы передали ему активы ФАТХ в Ираке, включая тренировочный лагерь, ферму, газету, радиостанцию, паспорта, стипендии для обучения за границей и китайское оружие стоимостью 15 миллионов долларов. Он также получал регулярную помощь Ирака, выделяемую ООП: около 150 000 долларов в месяц и единовременную выплату в размере 3–5 миллионов долларов.

Характер организации

Помимо ФАТХ: Революционного совета, АНО называла себя Палестинским национальным освободительным движением, «Чёрный июнь» (за действия против Сирии), «Чёрный сентябрь» (за действия против Иордании), Революционными арабскими бригадами, Революционной организацией социалистических мусульман, «Египетская революция», «Революционный Египет», Аль-Асифа («Буря», название, также используемое ФАТХ), Аль-Икаб («Наказание») и Арабской националистической молодежной организацией. Их отправляли в тренировочные лагеря в той стране, где в данный момент находилась АНО (Сирия, Ирак или Ливия), а затем объединяли в небольшие ячейки. Как пишут Асад Абухалил и Майкл Фишбах, после вступления им не разрешалось покидать организацию. Группа устанавливала полный контроль над членами. Одному из членов, беседовавшему с Патриком Силом, перед отправкой за границу сказали: «Если мы скажем: "Пей алкоголь" – пей. Если мы скажем: "Женись" – найди женщину и женись на ней. Если мы скажем: "Не заводи детей" – ты должен подчиниться. Если мы скажем: "Иди и убей короля Хусейна" – ты должен быть готов пожертвовать собой!» Сил пишет, что новобранцев просили написать автобиографии, включая имена и адреса родственников и друзей, а затем подписать документ о согласии на казнь в случае обнаружения связей с разведкой. В случае подозрений их просили переписать историю целиком, без каких-либо нестыковок. Газета АНО «Филастин ат-Таура» регулярно объявляла о казнях предателей. Чистки привели к тому, что в 1989 году Атеф Абу Бакр, глава политического управления АНО, перешёл в ФАТХ. Члены подвергались регулярным пыткам со стороны «Комитета революционного правосудия» до тех пор, пока не признавались в нелояльности. Сил сообщает, что в описаниях пыток упоминается, что человека вешали обнажённым, хлестали до потери сознания, приводили в чувство холодной водой, а затем втирали в раны соль или перец чили. Обнажённого заключённого заставляли пролезать в автомобильную шину, выставив ноги и ягодицы наружу, после чего его били, ранили, посыпали солью и обливали холодной водой. Могли обжарить яички члена в масле или расплавить пластик и капать его на кожу. Между допросами заключённых привязывали в крошечных камерах. Если камеры были переполнены, пишет Сил, их могли закопать в землю с трубкой во рту для подачи воздуха и воды; если Абу Нидаль хотел их смерти, в трубу вместо этого стреляли.

Управление разведки

Управление разведки было сформировано в 1985 году для контроля за проведением специальных операций. В его составе было четыре подкомитета: Комитет по специальным заданиям, Комитет внешней разведки, Комитет контрразведки и Комитет по делам Ливана. Возглавлял управление Абдул Рахман Иса, самый долго служивший член АНО — Сиэл пишет, что Иса был небритым и неопрятным, но при этом обаятельным и убедительным. Управление содержало за рубежом 30–40 сотрудников, которые следили за складами оружия АНО в разных странах. Оно занималось подготовкой кадров, оформлением паспортов и виз, а также контролем безопасности в аэропортах и портах. Членам управления запрещалось навещать друг друга дома, и никто, не входящий в его состав, не должен был знать, кто является его сотрудником. В 1987 году Абу Нидал понизил Ису в должности, посчитав, что тот слишком сблизился с другими членами АНО. Всегда стремясь наказать членов унижением, он настоял на том, чтобы Иса остался в Управлении разведки, где ему пришлось работать под началом своих бывших подчиненных, которым, по словам Сиэла, было приказано относиться к нему с презрением.

Комитет по специальным заданиям

Работой Комитета по специальным заданиям был выбор целей. Он начал свою деятельность как Военный комитет во главе с Наджи Абу аль-Фаварисом, который руководил нападением на Хайнца Ниттеля, главу Лиги дружбы Израиля и Австрии, убитого в 1981 году. В 1982 году комитет сменил название на Комитет по специальным заданиям, возглавляемый доктором Гассаном аль Али, родившимся на Западном берегу и получившим образование в Англии, где он получил степени бакалавра и магистра химии и женился на британке (позже развелся). Бывший член АНО сообщил Силу, что Али отдавал предпочтение "самым экстремальным и безрассудным операциям". ООП быстро отрицала свою ответственность за нападение. Ариэль Шарон, тогдашний министр обороны Израиля, ответил через три дня вторжением в Ливан, где находилась база ООП, реакция, которую, по мнению Сила, и намеревался спровоцировать Абу Нидал: израильское правительство готовилось к вторжению, а Абу Нидал предоставил предлог. В октябре 1985 года Der Spiegel обратил его внимание на то, что убийство Аргова, совершенное в то время, когда Израиль намеревался напасть на ООП в Ливане, заставило его, по мнению Ясира Арафата, казаться работающим на израильтян. Он ответил:

<blockquote>Меня не беспокоит то, что говорит обо мне Арафат. Не только он, но и целый ряд арабских и мировых политиков утверждают, что я агент сионистов или ЦРУ. Другие заявляют, что я наемник французской секретной службы и советского КГБ. Последние слухи утверждают, что я агент Хомейни. В определенный период говорили, что мы шпионы иракского режима. Теперь утверждают, что мы сирийские агенты. Многие психологи и социологи в Советском блоке пытались изучить этого человека, Абу Нидаля. Они хотели найти слабое место в его характере. Результат оказался нулевым. 27 декабря в 08:15 по Гринвичу четверо вооруженных нападавших открыли огонь по кассе El Al в международном аэропорту имени Леонардо да Винчи в Риме, убив 16 человек и ранив 99. Через несколько минут в международном аэропорту Вены трое мужчин бросили ручные гранаты в пассажиров, ожидающих регистрации на рейс в Тель-Авив, убив четверых и ранив 39. По словам Сила, нападавшим сообщили, что люди в штатском у стойки регистрации – израильские пилоты, возвращающиеся с тренировочных полетов. Австрия и Италия обе были вовлечены в попытки организовать мирные переговоры. Источники, близкие к Абу Нидалу, сообщили Силу, что оружие было поставлено ливийской разведкой. По словам Абу Ияда, заместителя Арафата, ущерб, нанесенный ООП, был огромен. Большинство людей на Западе и даже многие арабы не могли провести различие между АНО и ФАТХ, сказал он. "Когда происходят такие ужасные вещи, обычные люди начинают думать, что все палестинцы – преступники".

Бомбардировки США Ливии

15 апреля 1986 года США нанесли авиаудары с британских баз по Триполи и Бенгази, в результате чего погибло около 100 человек, в ответ на взрыв в берлинском ночном клубе, посещаемом американскими военнослужащими. Сообщалось, что среди погибших была Ханна Каддафи, приемная дочь ливийского лидера Муаммара Каддафи, двое его других детей получили ранения. Британский журналист Алек Коллетт, похищенный в Бейруте в марте, был повешен после авиаударов, предположительно, оперативниками АНО; его останки были обнаружены в долине Бекаа в ноябре 2009 года. 17 апреля 1986 года в деревне недалеко от Бейрута были найдены тела двух британских учителей, Ли Дуглас и Филипа Пэдфилда, и американца Питера Килберна; ответственность за их смерть взяла на себя арабская группировка "Клетки федаинов", связанная с Абу Нидалом. В тот же день был похищен британский журналист Джон Маккарти.

Дело Хиндауи

17 апреля 1986 года, в день обнаружения тел преподавателей и похищения Маккарти, Энн Мари Мерфи, беременная ирландская горничная, была задержана в аэропорту Хитроу с бомбой Semtex, спрятанной в двойном дне одной из ее сумок. Она собиралась сесть на рейс авиакомпании El Al из Нью-Йорка в Тель-Авив с пересадкой в Лондоне. Сумку для нее собрал ее иорданский жених Низар Хиндауи, который обещал присоединиться к ней в Израиле, где они должны были сыграть свадьбу. По сведениям Мелмана, Абу Нидал порекомендовал Хиндауи сирийской разведке. Сил пишет, что бомбу изготовил технический комитет Абу Нидала и передал ее военно-воздушной разведке Сирии. Она была отправлена в Лондон в дипломатической почте и передана Хиндауи. По словам Сила, широко распространено было мнение, что эта атака стала ответом на то, что Израиль два месяца назад вынудил совершить посадку самолет, следовавший из Сирии в Дамаск с сирийскими официальными лицами, который, как полагал Израиль, перевозил высокопоставленных палестинских деятелей.

Рейс 73 "Пан Ам"

5 сентября 1986 года четверо боевиков АНО захватили рейс 73 компании Pan Am в аэропорту Карачи, следовавший из Мумбаи в Нью-Йорк, удерживая 389 пассажиров и членов экипажа в течение 16 часов на борту самолета на перроне, после чего взорвали гранаты внутри салона. Нирья Бханот, старший бортпроводник рейса, смогла открыть аварийный выход, и большинство пассажиров эвакуировались; погибло 20 человек, включая Бханот, и 120 получили ранения. В марте 2004 года газета The Times сообщила, что за организацией захвата стояла Ливия.

Отношения с Каддафи

Летом 1986 года Абу Нидал начал переводить свою организацию из Сирии в Ливию. В этот период он неоднократно приписывал себе операции, к которым не имел отношения, включая взрыв в отеле Брайтон в 1984 году, пожар на стадионе «Брэдфорд-Сити» в 1985 году и убийство Зафера аль-Масри, мэра Наблуса (убит ФНОП, по словам Сила). Публикуя поздравительную записку в журнале АНО, он также дал понять, что причастен к катастрофе космического шаттла «Челленджер» в 1986 году, пишет Сил. Абу Нидал и ливийский лидер Муаммар Каддафи, как утверждается, стали близкими друзьями, каждый из которых, по мнению Мари Колвин и Сони Мурад, обладал «опасной комбинацией комплекса неполноценности и веры в свою великую судьбу». Эти отношения обеспечили Абу Нидалу спонсора, а Каддафи – наемника. Сил сообщает, что Ливия раскрыла в Абу Нидале самые худшие его качества. Он не позволял даже самым высокопоставленным членам АНО общаться друг с другом; обо всех встречах необходимо было докладывать ему. Все паспорта подлежали сдаче. Никому не разрешалось выезжать без его разрешения. Рядовым членам не разрешалось иметь телефоны; старшим членам разрешалось совершать только местные звонки. Его члены ничего не знали о его личной жизни, включая место его проживания. Если он хотел принять гостей, пишет Сил, он занимал дом другого члена организации. По словам Абу Бакра, в интервью газете Al Hayat в 2002 году, Абу Нидал заявил, что стоит за взрывом рейса Pan Am 103, произошедшим над Локерби, Шотландия, 21 декабря 1988 года; бывший глава службы безопасности Libyan Arab Airlines впоследствии был осужден. По словам Сила, Абу Нидал сказал о Локерби: «Мы имеем некоторое отношение к этому делу, но если кто-либо хоть раз упомянет об этом, я убью его собственными руками!» Сил пишет, что АНО, по всей видимости, не имела к этому никакого отношения; один из соратников Абу Нидала сказал ему: «Если американский солдат споткнется в каком-нибудь уголке земного шара, Абу Нидал немедленно заявит, что это его работа».

Банковская деятельность в BCCI

В конце 1980-х годов британская разведка узнала, что АНО имела счета в Банке кредита и торговли (BCCI) в Лондоне. BCCI был закрыт в июле 1991 года банковскими регуляторами в шести странах после появления доказательств масштабных махинаций. Сам Абу Нидал, по слухам, посещал Лондон под именем Шакар Фархан; менеджер филиала BCCI, передававший информацию о счетах АНО в MI5, якобы возил его по нескольким магазинам в Лондоне, не подозревая, кто он такой. Абу Нидал использовал компанию под названием SAS International Trading and Investments в Варшаве как прикрытие для сделок с оружием. Операции компании включали покупку средств для разгона демонстраций, формально для Сирии, а затем, после отказа британских властей в экспортной лицензии для Сирии, для африканского государства; на самом деле, половина партии была отправлена полиции Восточной Германии, а половина – Абу Нидалу.

Убийство Абу Ияд

14 января 1991 года в Тунисе, накануне ввода войск США в Кувейт, организация АНО убила Абу Ияда, руководителя разведки ООП, вместе с Абу аль-Холом, начальником службы безопасности ФАТХ, и Фахри Аль-Омари, другим помощником ФАТХ; все трое были застрелены в доме Абу аль-Хола. Убийца, Хамза Абу Зейд, признался, что его нанял агент АНО. Сообщается, что во время убийства Абу Ияда он выкрикнул: "Пусть теперь вам поможет Атеф Абу Бакр!", имея в виду высокопоставленного члена АНО, покинувшего организацию в 1989 году, и которого Абу Нидаль считал внедрённым Абу Иядом в АНО в качестве шпиона. Абу Ияд знал, что Абу Нидаль испытывает к нему ненависть, в том числе из-за того, что он не допустил Абу Нидала в ООП. Но, как рассказал Абу Ияд Силу, истинная причина ненависти заключалась в том, что он защищал Абу Нидала в начале его пути в движении. Учитывая его характер, Абу Нидаль не мог признать эту благодарность. Сил пишет, что это убийство следует рассматривать как окончательный расчет по старым счетам.

Смерть

После того, как ливийские разведчики были обвинены во взрыве в Локерби, Каддафи попытался дистанцироваться от терроризма. Абу Нидал был изгнан из Ливии в 1999 году, а в 2002 году вернулся в Ирак. Позже правительство Ирака заявило, что он въехал в страну, используя поддельный йеменский паспорт и вымышленное имя. 19 августа 2002 года палестинская газета al Ayyam сообщила, что Абу Нидал умер три дня назад от множественных огнестрельных ранений в своем доме в Багдаде, который, по словам газеты, принадлежал Мухаббарату, иракской секретной службе. По данным Jane’s, в 2002 году иракская разведка обнаружила в его доме секретные документы, касающиеся возможного нападения США на Ирак. Когда они провели обыск в доме, между людьми Абу Нидала и иракской разведкой вспыхнула перестрелка. В ходе этого Абу Нидал забежал в свою спальню и был убит; палестинские источники сообщили Jane’s, что в него было сделано несколько выстрелов. Jane’s предположили, что Саддам Хусейн приказал его убить, опасаясь, что Абу Нидал может выступить против него в случае американского вторжения. В 2008 году Роберт Фиск получил доступ к отчету, составленному в сентябре 2002 года для "разведывательного управления при президенте" Саддама Хусейна иракским "Специальным разведывательным подразделением М4". В отчете говорилось, что иракцы допрашивали Абу Нидала в его доме как подозреваемого в шпионаже в пользу Кувейта и Египта, а также косвенно – Соединенных Штатов, и что кувейтцы просили его найти связи между Ираком и "Аль-Каидой". Непосредственно перед тем, как его перевести в более охраняемое место, Абу Нидал попросил разрешения переодеться, зашел в спальню и застрелился, как указано в отчете. Он был похоронен 29 августа 2002 года на исламском кладбище Аль-Карах в Багдаде, в могиле, обозначенной номером M7.