Национальная разведывательная служба Южной Кореи: История и эволюция

Введение

Разведка Южной Кореи

Национальная разведывательная служба (НРС; хангыль=국가정보원, 국정원) является главным разведывательным органом Южной Кореи. Агентство было официально создано в 1961 году как Корейское центральное разведывательное управление (КЦРУ; хангыль=중앙정보부) во время правления Верховного военного совета по национальному восстановлению генерала Пак Чон Хи, который сменил Вторую Республику Корея. Первоначальными обязанностями КЦРУ были надзор и координация международной и внутренней разведывательной деятельности, а также уголовных расследований всеми правительственными разведывательными агентствами, включая военные. Широкие полномочия агентства позволяли ему активно вмешиваться в политику. Агенты проходят годы обучения и проверок, прежде чем официально принимаются на службу и получают свои первые задания. В 1981 году агентство получило название Агентство по планированию национальной безопасности (АПНБ; хангыль=국가안전기획부, 안기부) в рамках серии реформ, предпринятых Пятой Республикой Корея при президенте Чон Ду Хване. Помимо попыток получения информации о Северной Корее и подавления южнокорейских активистов, АПНБ, как и его предшественник, активно участвовало в деятельности, выходящей за рамки его компетенции, включая внутреннюю политику и продвижение летних Олимпийских игр 1988 года. За время своего существования АПНБ было причастно к многочисленным случаям нарушения прав человека, таким как пытки, а также фальсификации выборов. В 1999 году агентство получило свое нынешнее название. В более демократичной и существующей Шестой Республике Корея наблюдается значительное сокращение роли НРС в ответ на общественную критику прошлых злоупотреблений.

Корейская Центральная разведывательная служба

Истоки агентства можно проследить до Корейского контрразведывательного корпуса (KCIC), сформированного во время Корейской войны. КЦИА была основана 13 июня 1961 года Ким Чон Пилем, который привлек большую часть из первоначальных 3000 членов организации из КЦИК. Ким, выпускник Корейской военной академии и племянник Пак Чун Хи по браку, также считается организатором государственного переворота 1961 года, который привел к власти Парка до его избрания президентом Кореи. Правительство президента Пак широко использовало разведывательную службу для подавления и срыва антиправительственных, просеверокорейских или других прокоммунистических движений, включая массовые студенческие протесты в университетских кампусах и деятельность корейцев, проживающих за рубежом. КЦИА приобрела репутацию вмешательства во внутреннюю политику и международные дела, выходящие за рамки ее юрисдикции. Первоначальный устав КЦИА, Закон о защите военных секретов, был разработан для координации деятельности в области контрразведки и национальной безопасности, однако большая часть ее деятельности и бюджета была направлена на цели, не связанные с первоначальным уставом. КЦИА контролировала всю страну, имея более сорока тысяч штатных сотрудников и миллион осведомителей. Рабочие, участвовавшие в забастовках, протестующие или подписавшие даже простые петиции, сталкивались с длительными тюремными сроками и пытками, а за всем обществом велось постоянное наблюдение. В 1968 году агенты КЦИА похитили 17 корейцев, проживавших в Западной Германии. Их перевезли обратно в Сеул, где их пытали и обвинили в нарушении Закона о национальной безопасности, обвинив в просеверной деятельности. Похищение вызвало широкий международный резонанс и чуть не привело к разрыву дипломатических отношений между Западной Германией и Южной Кореей. Это стало предвестником широко освещенного похищения диссидента Ким Дэ Чжуна – будущего президента Кореи и первого лауреата Нобелевской премии мира в 2000 году – в 1973 году у побережья японского курортного города. Практически неограниченная и абсолютно неконтролируемая власть КЦИА арестовывать и задерживать любого человека по любому обвинению создала атмосферу крайнего страха и репрессий. Частые задержания и пытки студентов, диссидентов, оппозиционеров, коммунистов, журналистов или любого, кто критиковал правительство, были характерны для президентства Парка и последующих администраций. В отступлении от первоначального устава, КЦИА, как мощная политическая машина, стала доминировать в политической жизни страны, принимая все более причудливые формы, такие как участие в разработке южнокорейской конституции и сбор средств для правящей партии. Помимо своей предполагаемой роли в сфере разведки и тайной полиции, санкционированной ее первоначальным уставом, КЦИА фактически, через сеть агентов внутри страны и за рубежом, стала де-факто генеральным прокурором и генеральным инспектором правительства Южной Кореи. Внутри страны КЦИА выступала в качестве филантропического органа правительства, поддерживая искусство, продвигая туризм и распространяя национальную культуру. Известно, что КЦИА собирала средства путем вымогательства и манипулирования фондовым рынком, которые затем использовались для подкупа компаний, частных лиц и даже иностранных правительств, как это произошло во время скандала Koreagate в Соединенных Штатах в 1976 году. Расследования конгрессмена США Дональда М. Фрейзера выявили, что КЦИА переправляла взятки и услуги через корейского бизнесмена Тонгсун Парка в попытке завоевать расположение и влияние в Вашингтоне, округ Колумбия; в этом деле были замешаны около 115 членов Конгресса.

The agency’s origins can be traced back to the Korean Counterintelligence Corps (KCIC), formed during the Korean War. The KCIA was founded on 13 June 1961 by Kim Jong pil, who drew much of the organization's initial 3,000 strong membership from the KCIC. Kim, a Korean Military Academy graduate and nephew of Park Chung Hee by marriage, is also credited with masterminding the 1961 coup d’État that installed Park before he was elected president of Korea. President Park’s government extensively used the intelligence service to suppress and disrupt anti government or pro–North Korean or other pro communist movements, including the widespread student protests on university campuses and the activities of overseas Koreans. The KCIA developed a reputation for interfering in domestic politics and international affairs beyond its jurisdiction. The KCIA’s original charter, the Act Concerning Protection of Military Secrets, was designed to oversee the coordination of activities related to counterespionage and national security, but a majority of its activities and budget were devoted to things unrelated to its original charter. The KCIA controlled the whole country, with more than forty thousand regular employees and one million correspondents. Striking workers, protesters or signatories of simple petitions faced long prison sentences and torture, with the whole company under constant surveillance. In 1968, KCIA agents kidnapped 17 Koreans living in West Germany. They were transported back to Seoul, where they were tortured and brought up on charges of having violated the National Security Law by engaging in pro Northern activities. The victims became a cause célèbre as the kidnapping created a firestorm of international criticism that almost brought the West German government to break off diplomatic relations with South Korea. It further served as a harbinger when the much publicised kidnapping of a dissident, Kim Dae jung—who would later become the president of Korea and the country’s first Nobel Peace Prize recipient, in 2000—took place in 1973 off the coast of a Japanese resort town. The KCIA's virtually unlimited and completely unchecked power to arrest and detain any person on any charge created a climate of extreme fear and repression. The frequent detention and torture of students, dissidents, opposition figures, communists, reporters, or anyone perceived to be critical of the government was symptomatic of the Park presidency and the subsequent administration. In another departure from its original charter, the KCIA's assumptive role as political machine extraordinaire and domination of the country's political life began to take on even more bizarre forms such as exercising a free hand in drafting the South Korean constitution and acting as a political fundraiser for the incumbent party. In addition to its presumptive intelligence and secret police role, which was ostensibly authorized by its original charter, it also became, by default, through a network of agents at home and abroad, the de facto attorney general and inspector general of the South Korean government. Domestically, the KCIA made itself the philanthropical arm of the government by being an avid supporter of the arts, promoter of tourism, and purveyor of national culture. The KCIA is known to have raised funds through extortion and stock market manipulation, which were in turn used to bribe and cajole companies, individuals and even foreign governments, as happened during the Koreagate scandal in the United States in 1976. Investigations by United States Congressman Donald M. Fraser found the KCIA to have funneled bribes and favors through Korean businessman Tongsun Park in an attempt to gain favor and influence in Washington, D. C.; some 115 Members of Congress were implicated in the affair.

Агентство планирования национальной безопасности

В 1979 году директор агентства Ким Чжэ Кю убил президента Пак Чжун Хи во время ужина. Впоследствии КЦРУ подверглась чистке, Ким и еще пятеро были казнены, и на время лишилась значительной части своей власти.

Современная история

В 1994 году АНСП провела значительный пересмотр своего устава, который фактически ограничил ее деятельность, после соглашения между правящей и оппозиционными партиями Кореи. В результате в Национальном собрании был создан "Информационный комитет" для создания основы для отстранения агентства от политической деятельности и обеспечения политической нейтральности. АНСП также начала разрабатывать процедуры и механизмы для противодействия международной преступности и терроризму. В 1995 году АНСП переехала в новую штаб-квартиру в Наэгок-дон, южный Сеул, с прежнего места расположения на горе Намсан, в Имун-дон, где она находилась на протяжении последних 34 лет. Большинство деталей, касающихся организационной структуры агентства, остаются засекреченными правительством Сеула. Расследование, проведенное журналом Sisa Journal в 1998 году, касалось структуры агентства (на тот момент АНСП), и показало, что в нем работало около 60 000 сотрудников в 39 штаб-квартирах и региональных подразделениях, с годовыми расходами в размере примерно 700–800 миллиардов южнокорейских вон. В ходе президентских выборов, состоявшихся в декабре 2012 года, НИС совершила серьезное преступление, тайно оказывая помощь предвыборной кампании Пак Кын Хе, согласно отчету о расследовании корейской полиции. Корейские прокуроры возобновили расследование этого инцидента, который может привести к аннулированию результатов прошлогодних президентских выборов. Бывший глава НИС Вон Сей Хун ожидает суда по множественным обвинениям, включая мошенничество на президентских выборах. В 2015 году, в результате утечки данных Hacking Team стало известно, что НИС приобрела шпионское ПО у Hacking Team. Агент, связанный с взломом, был найден мертвым, предположительно покончив с собой. В своей записке он утверждал, что агентство не осуществляло слежку за гражданскими лицами и не отслеживало политические реакции, связанные с президентскими выборами 2012 года.

Национальная разведывательная служба

В 1999 году она была официально переименована в Национальную разведывательную службу. Согласно официальным публикациям, НИС делится на три управления: международные дела, внутренние дела и дела Северной Кореи. Ее нынешняя официально заявленная миссия возлагает на НИС ответственность за: сбор, координацию и распространение информации о стратегии и безопасности страны; хранение документов, материалов и средств, связанных с национальной секретной информацией; расследование преступлений, затрагивающих национальную безопасность, таких как Закон о защите военной тайны и Закон о национальной безопасности; расследование преступлений, связанных с миссиями сотрудников НИС; планирование и координацию работы с информацией и секретными данными. Избрание Ро Му Хёна президентом Южной Кореи в 2003 году привело к более согласованным усилиям по реформированию агентства. Ро назначил Ко Ёнг Ку, бывшего адвоката по правам человека, на должность директора, выразив желание найти "кого-то, кто наведет порядок в агентстве". Антикоммунистическое бюро агентства планировалось ликвидировать, и многие внутренние разведывательные и следящие операции были либо прекращены, либо переданы национальным полицейским силам. В декабре 2008 года официальный медиа-орган Северной Кореи, Корейское центральное информационное агентство, заявил, что гражданин Северной Кореи, обученный НИС, был задержан в рамках заговора по убийству Ким Чен Ира, северокорейского лидера. И НИС, и правительство Южной Кореи отрицали свою причастность. В 2011 году НИС официально признала, что прослушивала аккаунты Gmail южнокорейских граждан в Конституционном суде Южной Кореи. Бюджет НИС на 2012 год потенциально мог быть сокращен из-за продемонстрированной неэффективности. В 2016 году расследование прокуратуры выявило доказательства того, что НИС фактически координировала деятельность консервативных групп со времен администрации бывшего президента Ли Мён Бака (2008–2013). Доказательства показали, что НИС была вовлечена не только в политическую рекламу, которую консервативные группы размещали в газетах, но и в их планы по проведению одиночных пикетов и распространению листовок: "Агент по фамилии Пак, работавший в команде психологической войны НИС, поддерживал и контролировал правые консервативные и молодежные организации". 13 декабря 2020 года в Закон о национальной безопасности были внесены поправки. Этот закон, принятый в 1948 году, был разработан для защиты страны от северокорейских угроз. В нем говорилось, что граждане Южной Кореи не могут восхвалять, сочувствовать, переписываться или помогать северокорейцам. Однако утверждается, что этот закон позволял НИС нарушать некоторые важные права человека, такие как принуждение к признаниям, а также проводить "антикоммунистические" расследования. Закон позволял властям заключать кого-либо в тюрьму на срок до семи лет за простое владение книгой, связанной с северокорейскими идеологиями. Закон также распространялся на наказание "антиправительственных организаций", позволяя НИС наказывать гражданских лиц, которые выступали против правительства или придерживались иных идеалов, нарушая их право на свободу слова. Из-за постоянной угрозы со стороны Северной Кореи существует опасение, что изменение этого закона еще больше усугубит ситуацию. Несмотря на эту поправку, сохраняются серьезные опасения, что НИС продолжит нарушать права человека. Несмотря на то, что поправка запрещает НИС проводить уголовные расследования, она все же позволяет собирать информацию о лицах, нарушающих Закон о национальной безопасности. В июне 2018 года трое бывших директоров НИС (Ли Бён Ки, Ли Бён Хо и Нам Чжэ Чжун), работавших в администрации Пак Кын Хе, были признаны виновными во взяточничестве, связанном со скандалом Пак Кын Хе в 2016 году. Они незаконно перевели деньги из бюджета НИС в президентский офис Пак без какого-либо одобрения или надзора Национального собрания. Эти незаконно полученные деньги Пак и ее соратники использовали для личных нужд и для выплаты взяток. 14 декабря 2020 года Национальное собрание приняло законопроект, передавший полномочия по расследованию деятельности Северной Кореи в Южной Корее Национальному полицейскому агентству Кореи. 2 февраля 2024 года Национальная разведывательная служба Южной Кореи (НИС) и Командование контрразведки обороны (DCC) расследуют, нарушили ли инженеры из Индонезии, направленные в KAI, Закон о безопасности оборонных технологий, предположительно попытавшись передать технические данные истребителя KF-21 за пределы страны после их сохранения на несанкционированной USB-флешке.

In 1999, it was officially renamed the National Intelligence Service. According to its official publications, the NIS is divided into three directorates: International affairs, Domestic affairs, and North Korean affairs. Its current officially stated mission assigns the NIS responsibility for the:
Collection, coordination, and distribution of information on the nation's strategy and security. Maintenance of documents, materials, and facilities related to the nation's classified information. Investigation of crimes affecting national security, such as the Military Secrecy Protection Law and the National Security Law. Investigation of crimes related to the missions of NIS staff. Planning and coordination of information and classified. The election of Roh Moo hyun to the South Korean presidency in 2003 brought more concerted efforts to reform the agency. Roh appointed Ko Young koo, a former human rights lawyer, to the position of director, expressing a desire to find "someone who will set the agency straight". The anti communist bureau of the agency was slated to be eliminated, and many domestic intelligence and surveillance activities were either abandoned or transferred to national police forces. In December 2008, it was alleged by the official media arm of North Korea, the Korean Central News Agency, that a NIS trained North Korean citizen had been apprehended as part of a plot to assassinate Kim Jong il, the North Korean leader. Both the NIS and the South Korean government denied any involvement. The NIS officially admitted in 2011 that it wiretapped Gmail accounts of South Korean citizens in the South Korean Constitutional Court. The 2012 budget for the NIS could potentially get cut as it had shown its inefficiencies. In 2016, a prosecutors' investigation turned up evidence that the NIS has been effectively orchestrating the activities of conservative groups since the administration of former president Lee Myung bak (2008–2013). The evidence shows that the NIS has been involved not only in political advertisements that conservative groups have run in newspapers but also in their plans to hold one person protests and to hand out pamphlets: "An agent surnamed Park who was on the NIS's psychological warfare team supported and supervised right wing conservative organizations and right wing youth organizations." On 13 December 2020, the National Security Law was amended. This law, adopted in 1948, was designed to protect the country from North Korean threats. It stated that South Korean citizens could not praise, sympathise, correspond or aid North Koreans. However, this law has been said to have allowed the NIS to violate some important human rights, such as the forcing of confessions, as well as conducting "anti communist" investigations. This law allowed authorities to imprison someone for up to seven years for simply possessing a book relating to North Korean ideologies. The law also extended to punishing "anti governmental organizations", allowing the NIS to punish civilians who spoke out against or had differing ideals to the government, breaching their right to the freedom of speech. Due to the continuous threat from North Korea, there are concerns that amending this law would further exacerbate this issue. Despite this amendment, there are still major concerns that the NIS will continue to breach human rights. Even though the amendment forbids the NIS from conducting criminal investigations, it still allows the collection of information on anyone violating the National Security Law. In June 2018, three former NIS directors (Lee Byung kee, Lee Byung ho, and Nam Jae joon) who served in the Park administration were found guilty of bribery, related to the 2016 Park Geun hye scandals. They illegally transferred money from the NIS budget to Park's presidential office without any approval or oversight from the National Assembly. This illegally obtained money was used by Park and her associates for private use and to pay bribes. On 14 December 2020, the National Assembly passed a bill that transferred investigation authority of the NIS into North Korean activities in South Korea to the Korean National Police Agency. On 2 February 2024, the South Korean National Intelligence Service (NIS) and the Defense Counterintelligence Command (DCC) are investigating whether Indonesian engineers dispatched to KAI violated the Defense Technology Security Act for allegedly attempting to leak KF 21 jet fighter technical data outside after storing it on an unauthorized USB drive.

Правительство Ким Дэ Чжун

В 2000 году 500 миллионов долларов (100 миллионов долларов государственных средств и 400 миллионов долларов от Hyundai) были направлены на организацию межкорейского саммита. Общественность восприняла это как взятку и попытку "купить" саммит, что в 2003 году привело к общественному скандалу. Появились слухи, что именно эта крупная сумма денег стала причиной присуждения Киму премии "Глобальная премия мира" за 2002 год за его "Политику солнечного света" в том же году. В конечном итоге скандал привел к аресту бывшего директора Национальной разведывательной службы Лима Донг Вона по обвинению в "нарушении законодательства о валютных операциях". В мае 2006 года действующий директор Национальной разведывательной службы Пак Чже Вон также был приговорен к трем годам лишения свободы за участие в скандале, но был освобожден в феврале 2007 года и помилован в декабре того же года. Национальная разведывательная служба заявила, что Ким Дэ Чжун не был осведомлен о проводившихся незаконных операциях.

Правительство Пак Кын Хе

В 2012 году стало известно, что президентские выборы Пак Кын Хе были сфальсифицированы сотрудниками Национальной разведывательной службы (NIS) с целью обеспечить приход к власти консервативного кандидата. Агентов обвинили в манипулировании общественным мнением вокруг выборов, в том числе с использованием социальных сетей, по указанию NIS. Это привело к тому, что в 2015 году бывший глава спецслужб Вон Сей Хун был приговорен к трем годам тюремного заключения по этому делу. Позже, 31 марта 2017 года, а затем 17 апреля того же года, Пак Кын Хе была обвинена в злоупотреблении властью, взяточничестве, принуждении и разглашении государственных секретов. Аналогичные манипуляции были выявлены в 2011 году и ранее в 2012 году, когда осуществлялось наблюдение за другими оппозиционными политиками. После политического скандала и коррупции, разразившихся в Южной Корее в 2016 году вокруг президентской деятельности Пак Кын Хе, в ноябре 2017 года были арестованы два бывших руководителя NIS. Нам Чжэ Чжун и Ли Бён Ки были арестованы по обвинению в растрате и взяточничестве, незаконно выделив 4 миллиарда вон (3,6 миллиона долларов) Пак и ее администрации. Эти средства поступали непосредственно из бюджета NIS без контроля со стороны Национального собрания, однако конфиденциальность финансирования не обязывает NIS раскрывать все свои расходы.

Правительство Ли Мён-бака

Как и предшественница Пак Кын Хе, администрация Ли Мён Бака находилась под подозрением в причастности к скандалу с манипулированием общественным мнением 2012 года, связанному с Национальной разведывательной службой. 15 марта 2018 года Ли также признался в получении 106 миллионов вон (100 000 долларов США), изначально выделенных НРС. Ли отрицал большинство других обвинений в коррупции, но отказался сообщить, на что были потрачены эти 106 миллионов вон, при этом многие предполагали, что они были использованы для деятельности, связанной с Северной Кореей.

Кибербезопасность

Национальная разведывательная служба Кореи отвечает за надзор за национальной политикой кибербезопасности и защиту от киберугроз, включая распределенные атаки типа «отказ в обслуживании» (DDoS). Служба также расследует любые кибервторжения и проводит анализ информации о киберугрозах. Ответственность Национальной разведывательной службы за защиту сетей от киберугроз возросла после кибератак 2009 и 2011 годов. Национальная разведывательная служба Южной Кореи внедрила схему проверки безопасности с целью повышения безопасности национальной информационно-коммуникационной сети. Эта схема представляет собой систему, которая проверяет безопасность «систем информационной безопасности, сетевых устройств и других ИТ-продуктов», используемых в государственных и общественных учреждениях. В 2005 году Национальная разведывательная служба также учредила Корейскую программу валидации криптографических модулей, которая направлена на проверку безопасности и обеспечение «соответствия криптографических модулей для защиты конфиденциальной информации» как в государственных, так и в общественных учреждениях.

Разведка по Северной Корее

Одна из основных задач Национальной разведывательной службы — сбор информации о Северной Корее. Главная цель этой деятельности — предоставить правительству информацию для разработки межкорейских стратегий, которые одновременно защищают Южную Корею и способствуют будущему воссоединению. Согласно сайту NIS, одним из ключевых видов разведывательных данных, которые собирает NIS, являются признаки возможных северокорейских провокаций и потенциальных угроз безопасности. Осуществляя наблюдение за этими областями, они разрабатывают меры по противодействию таким рискам. NIS также отслеживает политические, военные, дипломатические, экономические и социальные изменения в Северной Корее, чтобы оценить их влияние на межкорейские отношения и, следовательно, помочь правительству сформировать контекст для разработки эффективной политики. В конечном итоге, NIS заявляет о своей поддержке «создания единой Кореи под руководством Республики Корея». Защищая Юг от северокорейской агрессии, NIS также утверждает, что одна из его основных целей — одновременно поддерживать международные отношения для «содействия созданию единой Кореи на основе либеральной демократии». Бывший заместитель директора бюро по Северной Корее в NIS, Ра Чжон Иль, защищал организацию, заявив, что «в случае с NIS она особенно стеснена тем фактом, что ее основная цель — страна, которая является самой закрытой и непроницаемой для внешнего мира». В интервью изданию The Diplomat он утверждал, что NIS находится в невыгодном положении из-за большей открытости правительства, что, в свою очередь, привело к чрезмерной гласности их деятельности. Он предположил, что в некоторых случаях это может позволить Северной Корее намеренно действовать обманным путем, чтобы публично дискредитировать одну из своих ключевых целей в Южной Корее.

Общие ссылки

Джон Ларкин, "Наведение порядка: теневое разведывательное агентство Южной Кореи реформируется, но сохранит ли оно способность выявлять северокорейских шпионов?" – Time Asia, 9 июня 2003. Рабочая статья JPRI № 20 – Корейский скандал или американский скандал?, Институт исследований политики Японии.
Дольф Александр Нойхаус, "Южная Корея", в: Разведсообщества и культуры в Азии и на Ближнем Востоке: всеобъемлющий справочник, 315–336. Под редакцией Боба де Граффа, Lynne Rienner Publishers, Incorporated, 2020.