Введение
Рамон "Монго" Сантамария Родригес (7 апреля 1917 года – 1 февраля 2003 года) – кубинский перкуссионист и руководитель оркестра, большую часть карьеры проведший в Соединенных Штатах. Прежде всего, он был конгистом, и Сантамария был ведущей фигурой в танцевальных увлечениях пачангой и бугалу 1960-х годов. Его самым большим хитом стала его версия композиции Герби Хэнкока "Watermelon Man", которая в 1998 году была включена в Зал славы "Грэмми". Начиная с 1970-х годов, он записывал преимущественно сальсу и латинский джаз, прежде чем завершить карьеру в конце 1990-х. Монго начал учиться игре на конгах как любитель, играя румбу на улицах Гаваны. Затем он освоил бонго под руководством Клементе "Чичо" Пикеро и гастролировал с различными успешными группами, такими как Lecuona Cuban Boys и Sonora Matancera. В 1950 году он переехал в Нью-Йорк, где стал конгуэро Тито Пуэнте, а в 1957 году присоединился к группе Кала Тжадера. После этого он создал свой собственный ансамбль чаранга, одновременно записывая одни из первых альбомов музыки румбы и сантерии. К концу десятилетия у него появился первый хит в стиле пачанга – "Para ti". Затем он стал пионером бугалу с "Watermelon Man", а позже подписал контракты со звукозаписывающими компаниями Columbia, Atlantic и Fania. Он сотрудничал с исполнителями сальсы и стал участником Fania All Stars, часто демонстрируя свои соло на конгах в противостоянии Рэю Барретто. В последние годы Сантамария записывал в основном латинский джаз для Concord Jazz и Chesky Records.
Ramón "Mongo" Santamaría Rodríguez (April 7, 1917 – February 1, 2003) was a Cuban percussionist and bandleader who spent most of his career in the United States. Primarily a conga drummer, Santamaría was a leading figure in the pachanga and boogaloo dance crazes of the 1960s. His biggest hit was his rendition of Herbie Hancock's "Watermelon Man", which was inducted into the Grammy Hall of Fame in 1998. From the 1970s, he recorded mainly salsa and Latin jazz, before retiring in the late 1990s. Mongo learned to play the congas as an amateur rumba musician in the streets of Havana. He then learned the bongos from Clemente "Chicho" Piquero and toured with various successful bands such as the Lecuona Cuban Boys and Sonora Matancera. In 1950, he moved to New York City, where he became Tito Puente's conguero and in 1957 he joined Cal Tjader's band. He then formed his own charanga, while at the same time recording some of the first rumba and Santería music albums. By the end of the decade, he had his first pachanga hit, "Para ti". He then became a pioneer of boogaloo with "Watermelon Man" and later signed record deals with Columbia, Atlantic and Fania. He collaborated with salsa artists and became a member of the Fania All Stars, often showcasing his conga solos against Ray Barretto. In his later years, Santamaría recorded mostly Latin jazz for Concord Jazz and Chesky Records.
Ремберо
Сантамария начал изучать румбу в детстве на улицах района Хесус-Мария в Гаване. Он вспоминал: "В районе, откуда я родом, звучала всякая музыка, в основном африканская. Мы не оставляли её как есть, мы меняли её по-своему. Музыка, которую мы создавали, была связана с религией и беседами. Барабан был нашим инструментом, и мы использовали его для всего" (1979: 19). Жерар отмечает: "Сантамария, как и другие барабанщики его поколения, учился музыке на улицах, наблюдая за разными барабанщиками. Когда он начал играть профессионально, он учился в процессе работы. Его подход был практичным, а не теоретическим" (2001: 29). Сантамария брал уроки игры на бонго и конга у Клементе "Чичо" Пикеро, который играл в группе Бенни Море. Он вспоминал: "Я ходил с Чичо и играл на тумбадоре, а также на [квинто]. Я играл всё, потому что многому научился у Чичо – ведь он умел играть всё" (2001: 137). Сантамария записал одни из первых фольклорных румб. Благодаря тому, что он записывался на крупных джазовых лейблах, его фольклорные записи постоянно были доступны публике. На альбомах Сантамарии обычно указывались имена музыкантов и их инструменты, и покупатели пластинок узнали других кубинских румберо, таких как Армандо Пераса, Франсиско Агуабелла, Джулито Колласо, Карлос Видал Боладо, Модесто Дуран и Пабло Мосо. 10-дюймовая пластинка 33 1/3 оборотов в минуту "Afro Cuban Drums" Сантамарии была записана в нью-йоркских студиях SMC 3 ноября 1952 года. Следующими записями Сантамарии с фольклорной румбой стали "Changó" (переизданная как "Drums and Chants"), записанная в Нью-Йорке (1954). За ней последовали "Yambú" (1958), "Mongo" (1959) и "Bembé" (1960). Сантамария не анализировал свой собственный стиль: "Когда я играю, я не знаю, как я это делаю или что я делаю – я просто играю" (2001: 29). Следующий пример – отрывок из исполнения квинто Сантамарией в его композиции "Mi guaguancó" (1959). В отрывке показаны вариации двух основных мотивов, обозначенных как A и B. Повторение Сантамарией фразы, которая обычно является вторичной (B), делает её здесь основной.
Барабанщик и лидер группы
Сантамария начал играть на бонго с Septeto Beloña в 1937 году. В 1940-х годах он работал в составе группы престижного ночного клуба Tropicana. Когда Чичо не смог отправиться в турне по Мексике в конце 1940-х, он порекомендовал Сантамарию на эту работу. Мексика открыла Сантамарии мир за пределами его родного острова. Вернувшись из Мексики в 1950 году, Сантамария переехал в Нью-Йорк, где стал конга-игроком в ансамбле Тито Пуэнте. В 1957 году Монго Сантамария присоединился к латино-джазовому комбо Кала Чадера. В 1959 году Сантамария записал "Afro Blue" – первый джазовый стандарт, построенный на типичном африканском кросс-ритме 3:2, или гемиоле. Песня начинается с того, что бас повторяет 6 перекрестных долей на каждый такт 12/8, или 6 перекрестных долей на 4 основных удара – соотношение 6:4 (две ячейки 3:2). Следующий пример демонстрирует оригинальную бас-линию остинато "Afro Blue". Ноты со штрихами указывают на основные доли (а не на басовые ноты), под которые обычно отбивают такт. В 1960 году Сантамария вместе с Вилли Бобо отправился в Гавану, Куба, для записи двух альбомов: "Mongo In Havana" и "Bembe y Nuestro Hombre En La Habana". После записи он вернулся в Нью-Йорк, чтобы создать оркестр чаранги La Sabrosa. В конце 1962 года Чик Кореа уволился, и Сантамарии потребовался пианист для предстоящих выступлений в выходные. Херби Хэнкок получил эту временную работу. Хэнкок вспоминает, что произошло в ночь, когда Сантамария открыл для себя "Watermelon Man" – единственную композицию Сантамарии, достигшую вершины поп-чартов: внезапный успех этой песни (записанной Монго Сантамарией 17 декабря 1962 года) определил его нишу, сочетающую афрокубинскую и афроамериканскую музыку. Сантамария продолжил записывать кубинские версии популярных песен в стилях R&B и Motown.
The sudden success of the song (which Mongo Santamaria recorded on December 17, 1962) propelled Santamaría into his niche of blending Afro Cuban and African American music. Santamaría went on to record Cuban flavored versions of popular music R&B and Motown songs.
Награды и почести
В следующем году Сантамария была принята в Международный зал славы латиноамериканской музыки и в Зал славы латиноамериканской музыки Billboard.
Смерть
1 февраля 2003 года Сантамария скончался в Майами, штат Флорида, в возрасте 85 лет после перенесенного инсульта. Он похоронен на кладбище и в мавзолее Вудлоун-парк (ныне кладбище и мавзолей Кабальеро Риверо Вудлоун-парк-Норт) в Майами, штат Флорида.