Максенций: Римский император и строитель вечного города.

Введение

Римский император с 306 по 312 год, святой с тем же именем.

Марк Аврелий Валерий Максенций (ок. 283 – 28 октября 312) был римским императором с 306 года до своей смерти в 312 году. Несмотря на то, что он правил в Италии и Северной Африке и пользовался признанием Сената в Риме, его коллеги-императоры не признавали его законным правителем. Он был сыном бывшего императора Максимиана и зятем императора Галерия. Последняя часть его правления была омрачена гражданской войной, в ходе которой он заключил союз с Максимином против Лициния и Константина. Последний разгромил его в битве при Милвийском мосту в 312 году, где Максенций, с бегущей армией, предположительно погиб, утонув в реке Тибр. Максенций был последним императором, постоянно находившимся в Риме. Он пытался украсить, восстановить и улучшить древнюю столицу, проведя важные строительные работы, включая Храм Божественного Ромула (посвящённый его умершему сыну), базилику Максенция, которую завершил Константин, виллу и цирк Максенция.

Ранняя жизнь и семья

Максенций был сыном императора Максимиана и его сирийской жены Евтропии. Когда его отец стал императором в 285 году, его считали наследником, которому суждено было взойти на престол после отца. Однако, по-видимому, он не занимал никаких значимых военных или административных должностей во время правления Диоклетиана и своего отца. Точная дата его женитьбы на Валерии Максимилле, дочери Галерия, неизвестна. У него было два сына, Валерий Ромул (ок. 295 – 309) и еще один, имя которого неизвестно. В 305 году Диоклетиан и Максимиан отреклись от власти, и бывшие цезари Констанций и Галерий стали августами. Несмотря на то, что два сына императоров – Константин и Максенций – были доступны, их обошли при формировании новой тетрархии, и цезарями были назначены Валерий Север и Максимин Даза. В "Эпитоме" Лактанция говорится, что Галерий испытывал неприязнь к Максенцию и использовал свое влияние на Диоклетиана, чтобы тот не учитывал его при наследовании власти; возможно, Диоклетиан также считал, что Максенций не обладает достаточной квалификацией для выполнения военных обязанностей, связанных с императорским достоинством. Максенций удалился в поместье в нескольких милях от Рима. После смерти Констанция в 306 году его сын Константин был провозглашен императором 25 июля и впоследствии принят Галерием в тетрархию в качестве цезаря. Это создало прецедент для восхождения Максенция на престол позднее в том же году.

Присоединение

Когда в столицу дошли слухи, что императоры пытались подчинить римское население налогу на подушную повинность, как и любой другой город империи, и хотели распустить остатки преторианской гвардии, всё ещё находившиеся в Риме, вспыхнули беспорядки. Группа офицеров городских гарнизонов (Зосим называет их Марцеллианом, Марцеллом и Луцианом) обратилась к Максенцию с просьбой принять императорский пурпур, вероятно, полагая, что официальное признание, оказанное Константину, не будет отказано и Максентию, сыну императора. Максенций принял эту честь, пообещал пожертвования войскам города и был публично провозглашён императором 28 октября 306 года. Узурпация, очевидно, прошла в основном без кровопролития (Зосим упоминает лишь об одной жертве); префект Рима перешёл на сторону Максенция и сохранил свой пост. По-видимому, заговорщики обратились и к Максимиану, удалившемуся во дворец в Лукании, но он отказался возобновить власть в данный момент. Максенцию удалось добиться признания в качестве императора в центральной и южной Италии, на островах Корсика, Сардиния и Сицилия, а также в африканских провинциях. Северная Италия оставалась под контролем западного августа Валерия Севера, резиденция которого находилась в Медиолане (Милане). Максенций поначалу воздержался от использования титулов Августа или Цезаря и именовал себя *princeps invictus* ("непобедимый правитель"), в надежде получить признание своего правления от старшего императора Галерия. Однако последний отказал ему в этом. Помимо предполагаемой неприязни к Максенцию, Галерий, вероятно, хотел удержать других от подражания Константину и Максенцию и провозглашения себя императорами. Константин твердо контролировал армию и территории своего отца, и Галерий мог представить его восхождение на престол как часть регулярной преемственности в тетрархии, но с Максенцием всё было иначе: он был бы пятым императором, и в его распоряжении было немного войск. Галерий полагал, что подавить узурпацию не составит большого труда, и в начале 307 года август Север выступил на Рим с большой армией. Большинство солдат в этой армии годами сражались под командованием отца Максенция, Максимиана, и когда Север достиг Рима, большинство его войск перешли на сторону Максенция, получив щедрое денежное вознаграждение. Когда Максимиан наконец покинул своё уединение и вернулся в Рим, чтобы вновь занять императорский пост и поддержать своего сына, Север с остатками своей армии отступил в Равенну. Вскоре после этого он сдался Максимиану, который пообещал сохранить ему жизнь. После поражения Севера Максенций захватил северную Италию вплоть до Альп и Истрийского полуострова на востоке и принял титул Августа, который (по его мнению) стал вакантным после капитуляции Севера.

When rumours reached the capital that the emperors tried to subject the Roman population to the capitation tax, like every other city of the empire, and wanted to dissolve the remnants of the Praetorian Guard which were still stationed at Rome, riots broke out. A group of officers of the city's garrisons (Zosimus calls them Marcellianus, Marcellus and Lucianus) turned to Maxentius to accept the imperial purple, probably judging that the official recognition which was granted to Constantine would not be withheld from Maxentius, son of an emperor as well. Maxentius accepted the honour, promised donations to the city's troops, and was publicly acclaimed emperor on 28 October 306. The usurpation obviously went largely without bloodshed (Zosimus names only one victim); the prefect of Rome went over to Maxentius and retained his office. Apparently the conspirators turned to Maximian as well, who had retired to a palace in Lucania, but he declined to resume power for the time being. Maxentius managed to be recognized as emperor in central and southern Italy, the islands of Corsica and Sardinia and Sicily, and the African provinces. Northern Italy remained under the control of the western Augustus Valerius Severus, who resided in Mediolanum (Milan). Maxentius refrained from using the titles Augustus or Caesar at first and styled himself princeps invictus ("undefeated prince"), in the hope of obtaining recognition of his reign by the senior emperor Galerius. However, the latter refused to do so. Apart from his alleged antipathy towards Maxentius, Galerius probably wanted to deter others from following the examples of Constantine and Maxentius and declaring themselves emperors. Constantine firmly controlled his father's army and territories, and Galerius could pretend that his accession was part of the regular succession in the tetrarchy, but neither was the case with Maxentius: he would be the fifth emperor, and he had only few troops at his command. Galerius reckoned that it would be not too difficult to quell the usurpation, and early in 307, the Augustus Severus marched on Rome with a large army. The majority of this army consisted of soldiers who had fought under Maxentius' father Maximian for years, and as Severus reached Rome, the majority of his army went over to Maxentius and received a large amount of money. When Maximian himself finally left his retreat and returned to Rome to assume the imperial office once again and support his son, Severus with the rest of his army retreated to Ravenna. Shortly after, he surrendered to Maximian, who promised that his life would be spared. After the defeat of Severus, Maxentius took possession of northern Italy up to the Alps and the Istrian peninsula to the east, and assumed the title of Augustus, which (in his eyes) had become vacant with the surrender of Severus.

Раннее царствование

Совместное правление Максенция и Максимиана в Риме подверглось дальнейшей проверке, когда летом 307 года Галерий выступил в Италию с еще более крупной армией. Ведя переговоры с захватчиком, Максенций смог повторить то, что он сделал с Севером, обещая крупные суммы денег и авторитет Максимиана, многие солдаты Галерия перешли к нему. Галерий был вынужден отступить, грабя Италию по пути. Во время вторжения Север был казнен Максенцием, вероятно, в Трес-Таберне близ Рима (обстоятельства его смерти точно не установлены). После неудачной кампании Галерия правление Максенция над Италией и Африкой было окончательно закреплено. Начиная с 307 года, он пытался установить дружеские контакты с Константином, и летом того же года Максимиан отправился в Галлию, где Константин женился на его дочери Фаусте и, в свою очередь, был провозглашен старшим Августом. Константин старался не разрывать отношения с Галерием и не поддерживал открыто Максенция во время вторжения. В 308 году, вероятно, в апреле, Максимиан попытался свергнуть сына на собрании солдат в Риме, но, к его удивлению, присутствующие войска остались верны ему, и ему пришлось бежать к Константину. Осенью того же года на конференции в Карнунте Максенцию вновь отказали в признании законным императором, а Лициний был назначен Августом с задачей вернуть утраченные владения. В конце 308 года Домиций Александр был провозглашен императором в Карфагене, и африканские провинции отделились от власти Максенция. Это создало опасную ситуацию для Максенция, поскольку Африка была жизненно важна для снабжения Рима продовольствием. Старший сын Максенция, Валерий Ромул, умер в 309 году, в возрасте около четырнадцати лет, был обожествлен и похоронен в мавзолее на вилле Максенция на Аппиевой дороге. Рядом Максенций также построил цирк Максенция. После смерти Максимиана в 309 или 310 году отношения с Константином быстро ухудшились, и Максенций заключил союз с Максимином, чтобы противостоять союзу между Константином и Лицинием. Он якобы пытался обеспечить себе провинцию Ретию к северу от Альп, тем самым разделив владения Константина и Лициния (сообщает Зосим), но этот план не был реализован, так как Константин действовал первым. В 310 году Максенций потерял Истрию, отвоеванную Лицинием, который не смог продолжить кампанию. К середине 310 года Галерий настолько ослаб здоровьем, что не мог участвовать в имперской политике, и вскоре после 30 апреля 311 года он умер. Смерть Галерия дестабилизировала остатки тетрархической системы. Получив известие, Максимин мобилизовал войска против Лициния и захватил Малую Азию, прежде чем встретиться с Лицинием на Босфоре для обсуждения условий мира. В то же время Максенций укрепил северную Италию от возможных вторжений и отправил небольшую армию в Африку под командованием преторианского префекта Руфия Волусиана, который разгромил и казнил узурпатора Домиция Александра в 310 или 311 году. Максенций воспользовался возможностью, чтобы захватить богатства своих сторонников и доставить в Рим большие запасы зерна. Он также укрепил свою поддержку среди христиан Италии, разрешив им избрать нового епископа Рима, Евсевия. Максенций был далек от безопасности, его прежняя поддержка переросла в открытый протест; к 312 году он был человеком, которого едва терпели. Без доходов империи Максенций был вынужден возобновить налогообложение в Италии для поддержки своей армии и строительных проектов в Риме. Избрание епископа также мало помогло, поскольку преследования Диоклетиана разделили итальянскую церковь на враждующие фракции из-за вопроса об отступничестве (см. Донатизм). Христиане в Италии ясно видели, что Константин более сочувствует их положению, чем Максенций. Летом 311 года Максенций мобилизовал войска против Константина, в то время как Лициний был занят делами на Востоке. Он объявил войну Константину, поклявшись отомстить за "убийство" своего отца. Чтобы не допустить формирования Максенцием враждебного союза с Лицинием, Константин зимой 311–312 годов заключил собственный союз, предложив ему в брак свою сестру Констанцию. Максимин Даза расценил соглашение Константина с Лицинием как оскорбление своей власти. В ответ он отправил послов в Рим, предложив Максенцию политическое признание в обмен на военную поддержку. Два союза – Максимин и Максенций, Константин и Лициний – выстроились друг против друга. Императоры готовились к войне.

The joint rule of Maxentius and Maximian in Rome was tested further when Galerius marched to Italy in the summer of 307 with an even larger army. While negotiating with the invader, Maxentius could repeat what he did to Severus, by the promise of large sums of money and the authority of Maximian, many soldiers of Galerius defected to him. Galerius was forced to withdraw, plundering Italy on his way. Some time during the invasion, Severus was put to death by Maxentius, probably at Tres Tabernae near Rome (the exact circumstances of his death are not certain). After the failed campaign of Galerius, Maxentius' reign over Italy and Africa was firmly established. Beginning in 307, he tried to arrange friendly contacts with Constantine and in the summer of that year, Maximian travelled to Gaul, where Constantine married his daughter Fausta and was in turn appointed Augustus by the senior emperor. Constantine tried to avoid breaking with Galerius and did not openly support Maxentius during the invasion. In 308, probably April, Maximian tried to depose his son in an assembly of soldiers in Rome; surprisingly to him, the present troops remained faithful to his son and he had to flee to Constantine. In the conference of Carnuntum, in the autumn of that same year, Maxentius was once again denied recognition as legitimate emperor, and Licinius was appointed Augustus with the task of regaining the lost domains. Late in 308, Domitius Alexander was acclaimed emperor in Carthage, and the African provinces seceded from Maxentian rule. This produced a dangerous situation for Maxentius, as Africa was critical to Rome's food supply. Maxentius' eldest son Valerius Romulus died in 309, at the age of about fourteen, was deified and buried in a mausoleum in the Villa of Maxentius at the Via Appia. Nearby, Maxentius also constructed the Circus of Maxentius. After the death of Maximian in 309 or 310, relations with Constantine rapidly deteriorated and Maxentius allied with Maximinus to counter an alliance between Constantine and Licinius. He allegedly tried to secure the province of Raetia north of the Alps, thereby dividing the realms of Constantine and Licinius (reported by Zosimus); the plan was not carried out, as Constantine acted first. In 310, Maxentius lost Istria to Licinius, who could not continue the campaign. By the middle of 310 Galerius had become too ill to involve himself in imperial politics and he died soon after April 30, 311. Galerius' death destabilized what remained of the Tetrarchic system. On hearing the news, Maximinus mobilized against Licinius and seized Asia Minor before meeting Licinius on the Bosphorus to arrange terms for peace. In the meantime, Maxentius fortified northern Italy against potential invasions and sent a small army to Africa under the command of his praetorian prefect Rufius Volusianus which defeated and executed the usurper Domitius Alexander in 310 or 311. Maxentius used the opportunity to seize the wealth of his supporters, and to bring large amounts of grain to Rome. He also strengthened his support among the Christians of Italy by allowing them to elect a new Bishop of Rome, Eusebius. Maxentius was far from secure, his early support dissolving into open protest; by 312, he was a man barely tolerated. Without the revenues of the empire, Maxentius was forced to resume taxation in Italy to support his army and his building projects in Rome. The election of a bishop did not aid much, either, as Diocletian's persecution had split the Italian church into competing factions over the issue of apostasy (see Donatism). The Christians of Italy could easily see that Constantine was more sympathetic to their plight than Maxentius. In the summer of 311, Maxentius mobilized against Constantine while Licinius was occupied with affairs in the East. He declared war on Constantine, vowing to avenge his father's "murder". Constantine, to prevent Maxentius from forming a hostile alliance with Licinius, forged his own alliance with the man over the winter of 311–12 by offering to him his sister Constantia in marriage. Maximinus Daza considered Constantine's arrangement with Licinius an affront to his authority. In response, he sent ambassadors to Rome, offering political recognition to Maxentius in exchange for military support. Two alliances, Maximinus and Maxentius, Constantine and Licinius, lined up against one another. The emperors prepared for war.

Верона

Максенций ожидал нападения на восточном фланге от Лициния и разместил армию в Вероне. У Константина было меньше сил, чем у противника: с войсками, выведенными из Африки, с преторианской и императорской конной гвардией, и с войсками, взятыми у Севера, Максенций располагал армией численностью около 100 000 солдат для борьбы с противниками на севере. Многие из них он использовал для гарнизона укреплённых городов по всему региону, оставив основную часть войск в Вероне. Константин мог противопоставить этому войско в двадцать пять – сорок тысяч человек. Вывод основной части войск с рейнских рубежей был невозможен без негативных последствий. Вопреки советам своих советников и генералов, вопреки общественному мнению, Константин предвидел действия Максенция и нанёс первый удар. Константин перешёл Альпы с четвертью своей армии, силами, насчитывающими менее сорока тысяч человек. При приближении к западу от важного города Аугуста Тауринорум (Турин, Италия) Константин столкнулся с крупным войском тяжело вооружённой конницы Максенция, известной в древних источниках как клибанарии или катафракты. В последовавшем сражении Константин расставил свои войска в линию, позволив коннице Максенция проникнуть в центр. Когда его войска охватили вражескую кавалерию, конница Константина атаковала катафрактов Максенция с флангов, поражая их железными булавами. Многие кавалерийцы Максенция были сбиты с коней, а большинство остальных были выведены из строя ударами. Затем Константин приказал пехоте атаковать уцелевшую пехоту Максенция, уничтожая бегущих. Победа, как утверждает панегирист, описывающий эти события, далась легко. Турин отказался предоставить убежище отступающим войскам Максенция и вместо этого открыл свои ворота Константину. Другие города северной Итальянской равнины, признав быстрые и решительные победы Константина, направили ему посольства с поздравлениями. Он двинулся в Милан, где его встретили с распростёртыми объятиями и ликованием. Он оставался там до середины лета 312 года, прежде чем продолжить путь.

Maxentius expected an attack along his eastern flank from Licinius and stationed an army in Verona. Constantine had smaller forces than his opponent: with his forces withdrawn from Africa, with the praetorian and Imperial Horse Guard, and with the troops he had taken from Severus, Maxentius had an army equal to approximately 100,000 soldiers to use against his opponents in the north. Many of these he used to garrison fortified towns across the region, keeping most stationed with him in Verona. Against this, Constantine could only bring a force of between twenty five and forty thousand men. The bulk of his troops simply could not be withdrawn from the Rhine frontiers without negative consequences. It was against the recommendations of his advisers and generals, against popular expectation, that Constantine anticipated Maxentius, and struck first. Constantine crossed the Alps with a quarter of his army, a force equivalent to something less than forty thousand men. At the approach to the west of the important city of Augusta Taurinorum (Turin, Italy), Constantine encountered a large force of heavily armed Maxentian cavalry, labeled clibanarii or cataphracti in the ancient sources. In the ensuing battle Constantine spread his forces into a line, allowing Maxentius' cavalry to ride into the middle of his forces. As his forces broadly encircled the enemy cavalry, Constantine's own cavalry charged at the sides of the Maxentian cataphracts, beating them with iron tipped clubs. Many Maxentian cavalrymen were dismounted, while most others were variously incapacitated by the blows. Constantine then commanded his foot soldiers to advance against the surviving Maxentian infantry, cutting them down as they fled. Victory, the panegyrist who speaks of the events declares, came easily. Turin refused to give refuge to the retreating forces of Maxentius. It opened its gates to Constantine instead. Other cities of the north Italian plain, recognizing Constantine's quick and clement victories, sent him embassies of congratulation for his victory. He moved on to Milan, where he was met with open gates and jubilant rejoicing. He resided there until the middle of the summer of 312 before moving on.

Мост Милвиана

Ожидалось, что Максенций применит ту же стратегию, что и в сражениях против Севера и Галерия ранее, – остаться в хорошо укреплённом Риме и переждать осаду, которая обошлась бы его противнику гораздо дороже. Однако по не вполне ясным причинам он отказался от этого плана и вызвал Константина на битву у Мильвийского моста 28 октября 312 года. Древние источники обычно объясняют это суеверием или (в проконстантианских источниках) божественным провидением. Максенций, разумеется, советовался с гадателями перед битвой, как было принято, и можно предположить, что они предсказали благоприятные знамения, особенно учитывая, что день битвы совпадал с его *dies imperii* – днём восшествия на престол (28 октября 306 года). Что ещё могло побудить его к этому, остаётся предметом спекуляций. Армии Максенция и Константина сошлись к северу от города, вдали от стен, за рекой Тибр, на Фламиниевой дороге. Христианская традиция, особенно в изложении Лактанция и Евсевия Кесарийского, утверждает, что Константин сражался под знаменем лабарума, которое было явлено ему во сне. О самом сражении известно немного: войска Константина разгромили армию Максенция, которая отступила к Тибру, и в возникшей суматохе, когда бегущие солдаты пытались переправиться через реку, Максенций упал в воду и утонул. Его тело было найдено на следующий день, выставлено на всеобщее обозрение в городе, а затем отправлено в Африку как доказательство его гибели. Вся семья Максенция, включая его двух осиротевших детей, также была казнена.

Открытие имперских знаков

В декабре 2006 года итальянские археологи объявили, что раскопки под святилищем у Палатинского холма обнаружили несколько предметов в деревянных ящиках, которые они идентифицировали как императорские регалии, предположительно принадлежащие Максенцию. В этих ящиках, обернутых льном и, по всей видимости, шелком, находились три полных копья, четыре дротика, предмет, по-видимому, являющийся основанием для штандарта, и три стеклянные и хальцедоновые сферы. Самой важной находкой был скипетр в виде цветка, держащего голубовато-зеленый глобус, который, как считается, принадлежал самому императору благодаря его изысканной работе и датируется периодом его правления. Это единственные известные императорские инсигнии, обнаруженные на сегодняшний день, о которых ранее было известно только по изображениям на монетах и в рельефных скульптурах. Археолог Клементина Панелла, сделавшая открытие, заявила: «Эти артефакты, безусловно, принадлежали императору, особенно скипетр, который очень искусно выполнен. Это не то, что вы позволили бы кому-то другому». Панелла отмечает, что инсигнии, вероятно, были спрятаны сторонниками Максенция в попытке сохранить память об императоре после его поражения в битве при Мильвийском мосту от Константина. Предметы были отреставрированы и выставлены на временную экспозицию в Museo Nazionale Romano в Палаццо Массимо алле Терме.

В культуре

Битва при Мильвийском мосту, фреска 1520-х годов работы Джулио Романо в Апостольском дворце Ватикана. Максенций — главный антагонист фильма 1961 года «Константин и крест». Роль персонажа исполнил Массимо Серато. Максенций появляется в 5-м эпизоде документального сериала «Древний Рим: Возвышение и падение империи». В фильме 2014 года «Катерина Александрийская» Максенция сыграл Жюльен Виалон.