Введение

Путешествие на маленькой лодке сэра Эрнеста Шеклтона и пяти товарищей

Путешествие на шлюпке «Джеймс Кейрд» из залива Слонов на Южных Шетландских островах через Южный океан к Южной Георгии было предпринято сэром Эрнестом Шеклтоном и пятью его спутниками с целью получения помощи для основной группы Имперской трансантарктической экспедиции 1914–1917 годов, оказавшейся в беде. Многие историки считают это плавание экипажа на 7-метровой (22,5 фута) шлюпке через «Ревущие пятидесятые» величайшим путешествием на маленьком судне, когда-либо совершённым. В октябре 1915 года паковый лёд в море Уэдделла потопил флагман экспедиции «Эндьюранс», оставив Шеклтона и 27 его товарищей дрейфующими на льдине. Они дрейфовали на север до апреля 1916 года, когда льдина, на которой они разбили лагерь, раскололась, и они на шлюпках добрались до острова Слонов. Шеклтон решил отправиться на одной из шлюпок с небольшой командой в Южную Георгию за помощью. Это было не самое близкое населённое место, но единственное, которое не требовало идти против господствующих западных ветров. Из трёх шлюпок «Джеймс Кейрд» была признана наиболее пригодной для этого опасного плавания (Шеклтон назвал её в честь сэра Джеймса Кея Кейрда, филантропа из Данди, чья поддержка помогла финансировать экспедицию). Перед отплытием судовой плотник Гарри Макниш укрепил и переоборудовал шлюпку, чтобы она выдержала штормы Южного океана, заделав импровизированную деревянную и брезентовую палубу фитилями, масляной краской и кровью тюленей. Преодолев ряд опасностей, включая угрозу опрокидывания, небольшая команда и шлюпка достигли южного побережья Южной Георгии после 17-дневного плавания. Шеклтон, Том Крин и Фрэнк Уорсли пересекли горный хребет острова и добрались до китобойной станции на северном берегу. Там они организовали спасение трёх человек, оставшихся на южной стороне острова, и всей группы с острова Слонов. В конечном итоге весь экипаж «Эндьюранс» благополучно вернулся домой, без единой потери. После Первой мировой войны, в 1919 году, «Джеймс Кейрд» был перевезён из Южной Георгии в Англию. С 1922 года он постоянно экспонируется в школе, где учился Шеклтон, — Далуич-колледже.

Предыстория

5 декабря 1914 года экспедиция Шеклтона на корабле "Endurance" отправилась из Южной Георгии в море Уэдделла, на первом этапе Имперской трансантарктической экспедиции. Их целью был залив Вахсел – самая южная исследованная точка моря Уэдделла, расположенная на 77° 49' ю. ш., где должна была высадиться береговая группа для подготовки к трансконтинентальному переходу Антарктиды. Не достигнув пункта назначения, корабль оказался зажатым во льдах, и к 14 февраля 1915 года застрял, несмотря на продолжительные попытки освободиться. В течение последующих восьми месяцев экипаж оставался на борту, пока корабль дрейфовал на север, пока 27 октября не был раздавлен давлением льда и окончательно затонул 21 ноября. Когда его команда из 27 человек разбила лагерь на медленно дрейфующей льдине, Шеклтон сосредоточился на поиске наилучшего способа спасти своих людей. Его первым планом было пройти пешком по льду до ближайшей земли и попытаться достичь района, посещаемого кораблями. Поход начался, но продвижение затруднялось характером ледяной поверхности, которую Шеклтон позже описал как "мягкую, сильно потрескавшуюся, с множеством разводов, пересекающих льдины под разными углами". После нескольких дней безуспешных попыток они отказались от похода; группа обустроила "Лагерь Терпения" на плоской льдине и стала ждать, пока дрейф не принесет их дальше на север, к открытой воде. Им удалось спасти три шлюпки, названные Шеклтоном в честь главных спонсоров экспедиции: Стенкомба Уиллса, Дадли Докера и Джеймса Кейрда. Группа ждала до 8 апреля 1916 года, когда, с началом распада льда, они наконец-то отплыли на шлюпках. В течение семи опасных дней они плыли и гребли через штормовое море и мимо опасных обломков льда, чтобы 15 апреля достичь временного убежища на острове Элефант.

Остров Слонов

Остров Слонов, расположенный на восточной окраине Южных Шетландских островов, был удален от всех пунктов, запланированных экспедицией, и лежал далеко за пределами обычных судоходных маршрутов. Никакой спасательный корабль не стал бы искать их там, и вероятность спасения из какого-либо другого источника была столь же ничтожна. Остров был суров и непригоден для жизни, его ландшафт лишен растительности, хотя там была пресная вода и относительно много тюленей и пингвинов, чтобы обеспечить пищу и топливо для немедленного выживания. Суровые антарктические зимы приближались стремительно; узкая галечная полоса, где они разбили лагерь, уже подвергалась почти непрерывным штормам и метелям, которые разрушили одну из палаток в их временном лагере и повалили другие. Давление и тяготы предыдущих месяцев начинали сказываться на людях, многие из которых были измотаны как физически, так и морально. В этих условиях Шеклтон решил попытаться добраться до помощи на одной из лодок. Ближайший порт – Стенли на Фолклендских островах – находился в пути, но был недоступен из-за господствующих западных ветров. Более разумным вариантом было направиться к острову Десепшн, расположенному в западной части цепи Южных Шетландских островов. Хотя остров был необитаем, записи Адмиралтейства указывали на наличие там запасов для потерпевших кораблекрушение моряков, и его время от времени посещали китобои. Однако, чтобы добраться до него, также предстояло бы плыть против господствующих ветров – хотя и в менее открытом море – и не было никакой уверенности, прибудет ли помощь и когда. После обсуждения с заместителем командира экспедиции Фрэнком Уайлдом и капитаном корабля Фрэнком Уорсли, Шеклтон решил попытаться добраться до китобойных станций Южной Георгии, расположенных к северо-востоку. Это означало более длительное путешествие на лодке через Южный океан в условиях надвигающейся зимы, но попутные ветры делали это возможным. Шеклтон полагал, что "группа на лодке могла бы совершить это путешествие и вернуться с подкреплением в течение месяца, при условии, что море будет свободно от льда и лодка выдержит сильные волны".

Приготовления

Южно-Грузинская лодочная группа могла ожидать встречу с ураганными ветрами и волнами – печально известными «кейп-хорновскими катками», высота которых от дна до гребня достигала… Именно поэтому Шеклтон выбрал самую тяжелую и прочную из трех лодок – 7-метровую (22,5 фута) «Джеймс Кейрд». Она была построена в Лондоне по заказу Ворсли как китобойная шлюпка, по традиционной конструкции с заостренными носом и кормой. Зная, что длительное плавание в открытом море под полной нагрузкой неизбежно, Шеклтон попросил корабельного плотника Гарри Макниша внести изменения в лодки в течение недель, проведенных экспедицией в лагере «Пэшенс». Используя материалы, полученные из разобранной четвертой лодки «Эндюранс» – небольшой моторной шлюпки, которую разобрали специально для этой цели до гибели корабля, – Макниш поднял борта «Джеймса Кейрда» и «Дадли Докера» на 20–25 см. Теперь, в примитивном лагере на острове Элефант, Макниша снова попросили сделать «Джеймса Кейрда» более мореходным. Используя импровизированные инструменты и материалы, Макниш соорудил временную палубу из дерева и брезента, герметизируя ее масляной краской, фитилями от ламп и тюленьей кровью. Прочность конструкции была увеличена за счет крепления мачты «Дадли Докера» вдоль киля «Джеймса Кейрда». Затем лодка была оснащена как кетч, с собственной мачтой и бизань-мачтой, сделанной из укороченной мачты «Стэнкомб Уиллс», и оснащена лужевыми парусами и стакселем. Вес лодки был увеличен примерно на тонну балласта, чтобы снизить риск опрокидывания в высоких волнах, с которыми, как знал Шеклтон, им предстоит столкнуться. Ворсли считал, что добавлено слишком много балласта (состоящего из камней и гальки, собранных на пляже), что сделало лодку чрезмерно тяжелой, придав ей неудобную «жесткую» качку и затруднив плавание против ветра. Однако он признал, что главной заботой Шеклтона было предотвращение опрокидывания лодки во время перехода через открытый океан. Лодка была загружена провизией, рассчитанной на месяц для шести человек: пакетами с пайком, предназначенными для трансконтинентального перехода, галетным печеньем, «Боврилом», сахаром и сухим молоком. Они также взяли два 68-литровых бочонка с водой (один из которых был поврежден при погрузке и пропускал морскую воду), две примусовые печки, керосин, масло, свечи, спальные мешки и немного запасной одежды. Первыми, кого Шеклтон выбрал в команду, были Ворсли и Том Криан, которые, по-видимому, «умоляли взять их». Криан был товарищем по экспедиции «Дискавери» (1901–1904) и также участвовал в экспедиции Скотта «Терра-Нова» (1910–1913), где проявил себя во время рокового полярного похода. Шеклтон был уверен, что Криан будет упорствовать до конца, и очень доверял навигаторским навыкам Ворсли, особенно его способности определять местоположение в сложных условиях. Ворсли позже писал: «Мы знали, что это будет самое трудное, что мы когда-либо делали, потому что наступила антарктическая зима, и мы собирались пересечь одно из самых опасных морей в мире». Для оставшихся мест Шеклтон попросил добровольцев и из многих отозвавшихся выбрал двух сильных моряков – Джона Винсента и Тимоти Маккарти. Последнее место он предложил плотнику Макнишу. «Ему было больше пятидесяти лет, – писал Шеклтон о Макнише (хотя ему на самом деле было 41), – но он хорошо разбирался в парусных лодках и был очень проворным». Винсент и Макниш уже доказали свою ценность во время трудного перехода на лодке от льда до острова Элефант. Оба они были людьми с непростым характером, и их выбор, возможно, отражал желание Шеклтона держать потенциальных бунтарей под личным контролем, а не оставлять их на острове, где личная неприязнь могла бы разгореться.

Путешествие на открытой лодке

Перед отплытием Шеклтон поручил Фрэнку Уайлду взять на себя командование сразу после отхода "Джеймса Кейрда", и в случае неудачи предпринять попытку доставить команду на остров Десепшен следующей весной. "Джеймс Кейрд" был спущен на воду с острова Элефант 24 апреля 1916 года. Ветер был умеренным юго-западным, что способствовало быстрому отходу, и лодка вскоре скрылась из виду. Шеклтон приказал Уорсли взять курс строго на север, а не прямо к Южной Георгии, чтобы избежать надвигающихся ледяных полей, которые начинали формироваться. К полуночи они оставили ближайшие льды позади, но морская зыбь усиливалась. На рассвете следующего дня они находились вдали от острова Элефант, плывя в тяжелом море при ветре 9 баллов. Шеклтон организовал на борту вахтенную службу: две трехчасовые вахты, с одним человеком у руля, другим – работающим с парусами, а третьим – откачивающим воду. Члены экипажа, не находящиеся на вахте, отдыхали в крошечном крытом пространстве в носовой части лодки. Шеклтон писал, что трудности при смене вахт "были бы забавными, если бы не причиняли нам столько боли и страданий". Их одежда была предназначена для антарктических походов, а не для плавания на открытой лодке. Она не была водонепроницаемой, и контакт с ледяной морской водой оставлял их кожу болезненно раздраженной. Успех зависел от навигации Уорсли, основанной на редких наблюдениях солнца, когда лодку бросало из стороны в сторону. Первое наблюдение было сделано через два дня и показало, что они находятся к северу от острова Элефант. Курс был изменен, чтобы идти прямо к Южной Георгии. Они миновали плавающие льды, но достигли опасных вод пролива Дрейка, где гигантские волны обходят земной шар, ничем не сдерживаемые. Движение лодки делало приготовление горячей пищи на примусе почти невозможным, но Крен, выполнявший обязанности кока, каким-то образом обеспечивал людей едой. Следующее наблюдение, 29 апреля, показало, что они прошли. После этого, по словам Уорсли, навигация превратилась в "веселую игру в угадайку", поскольку они столкнулись с самой плохой погодой. "Джеймс Кейрд" набирал воду в штормовом море и находился в опасности затопления, оставаясь на плаву благодаря непрерывной откачке воды. Температура резко упала, и новая опасность возникла в виде скоплений замерзших брызг, которые угрожали перевернуть лодку. По очереди им приходилось вылезать на качающуюся палубу с топором и отбивать лед с палубы и такелажа. В течение 48 часов они стояли на месте, удерживаемые морским якорем, пока ветер не стих настолько, чтобы они могли поднять паруса и продолжить путь. Несмотря на все трудности, третье наблюдение Уорсли, 4 мая, показало, что они находятся всего в от Южной Георгии. 5 мая вернулась самая плохая погода и привела их к катастрофе в самых больших волнах до сих пор. Шеклтон позже писал: "Мы чувствовали, как нашу лодку поднимает и бросает вперед, как пробку в разбивающейся волне". Экипаж отчаянно откачивал воду, чтобы остаться на плаву. Тем не менее, они все еще двигались к своей цели, и расчет Уорсли на следующий день, 6 мая, показал, что они теперь находятся в от западной оконечности Южной Георгии. Напряжение последних двух недель уже сказывалось на мужчинах. Шеклтон заметил, что Винсент потерял сознание и перестал быть активным членом экипажа, Маккарти был "слаб, но доволен", Макниш слабел, но все еще проявлял "стойкость и дух". 7 мая Уорсли сообщил Шеклтону, что не может быть уверен в их местоположении в пределах десяти миль. Чтобы избежать того, чтобы их сдуло мимо острова сильным юго-западным ветром, Шеклтон приказал немного изменить курс, чтобы "Джеймс Кейрд" достиг суши на необитаемом юго-западном побережье. Затем они попытаются обойти лодку к китобойным станциям на северной стороне острова. "В те дни нам было нелегко", - писал Шеклтон. "Самыми светлыми моментами были те, когда каждый из нас получал свою кружку горячего молока во время долгих, горьких ночных часов". Поздно в тот же день были замечены плавающие водоросли, а на следующее утро появились птицы, в том числе бакланы, которые, как известно, никогда не уходили далеко от суши. Вскоре после полудня 8 мая появилось первое наблюдение Южной Георгии. Когда они приблизились к высоким скалам береговой линии, сильное море сделало немедленную высадку невозможной. Более 24 часов они были вынуждены держаться на расстоянии, поскольку ветер сместился на северо-запад и быстро превратился в "один из самых страшных ураганов, которые мы когда-либо испытывали". В течение большей части этого времени они находились в опасности быть выброшенными на скалистый берег Южной Георгии или потерпеть крушение на столь же угрожающем острове Анненков, в пяти милях от берега. 10 мая, когда шторм немного утих, Шеклтон забеспокоился, что самые слабые члены его экипажа не переживут еще один день, и решил, что, несмотря на опасность, они должны попытаться высадиться. Они направились к бухте Кейв-Коув возле входа в залив Короля Хаакона и, наконец, после нескольких попыток, высадились там. Шеклтон позже описал это морское путешествие как "один из величайших подвигов"; историк Кэролайн Александер отмечает: "Вряд ли они могли знать – или заботиться – о том, что, по тщательно взвешенному мнению будущих экспертов, путешествие "Джеймса Кейрда" будет признано одним из величайших морских путешествий, когда-либо совершенных".

Южная Грузия

Когда команда восстановилась, Шеклтон понял, что лодка не способна совершить дальнейшее плавание до китобойных станций, и что Винсент и Макниш не в состоянии продолжать путь. Он решил переместить лодку в более безопасное место в заливе Короля Хаакона, откуда он, Уорсли и Крин намеревались пешком пересечь остров, направившись к станции в Стромнессе. 15 мая «Джеймс Кейрд» совершил переход к галечному пляжу у начала залива. Там лодку вытащили на берег и перевернули, чтобы использовать как укрытие. Это место было названо «Лагерь Пегготти» (по имени лодки Пегготти из романа Чарльза Диккенса «Дэвид Копперфильд»). Рано утром 18 мая Шеклтон, Уорсли и Крин начали первое подтвержденное сухопутное пересечение внутренних районов Южной Георгии. Поскольку у них не было карты, им пришлось прокладывать маршрут, ориентируясь на горные хребты и ледники. Они непрерывно шли в течение 36 часов, прежде чем достичь Стромнесса. По словам Уорсли, люди Шеклтона выглядели как «ужасное трио пугал», потемневшие от воздействия ветра, обморожений и накопившейся копоти от жира. Позже вечером, 19 мая, моторное судно (норвежский китобой «Самсон») было отправлено в залив Короля Хаакона, чтобы забрать Маккарти, Макниша и Винсента, а также «Джеймс Кейрд». Уорсли писал, что норвежские моряки в Стромнессе все «претендовали на честь помочь отбуксировать лодку к причалу», и этот жест он счел «действительно трогательным». Наступление южной зимы и неблагоприятные ледовые условия означали, что Шеклтону потребовалось более трех месяцев, чтобы организовать спасение людей на острове Элефант. Его первая попытка была предпринята на британском корабле «Южное небо». Затем правительство Уругвая предоставило ему корабль. Во время поисков на Фолклендских островах он нашел корабль «Эмма» для своей третьей попытки, но у корабля сломался двигатель. И, наконец, с помощью парового буксира «Йельчо» под командованием Луиса Пардо вся группа была доставлена в безопасное место и достигла Пунта-Аренас в Чили 3 сентября 1916 года.

Последствия

В 1919 году шхуна "Джеймс Кейрд" была возвращена в Англию.

Реплика

В 2013 году австралийский исследователь Тим Джарвис и еще пять человек успешно воссоздали путешествие Шеклтона через Южный океан на "Александре Шеклтон" – реплике шлюпки "Джеймс Кейрд". Строительство реплики "Джеймса Кейрда" началось в июне 2008 года и было завершено в 2010 году, официальный спуск на воду состоялся 18 марта 2012 года в Дорсете. Используя те же материалы, одежду, продовольствие и хронометр, Джарвис и команда на реплике "Джеймса Кейрда" проплыли от острова Элефант до Южной Георгии, повторив путь Шеклтона 1916 года.