Ирония судьбы, или С лёгким паром!

Введение

1976 советский телевизионный фильм

"Ирония судьбы, или С лёгким паром!" (Ирония судьбы, или С лёгким паром!, буквально: Ирония судьбы, или С лёгким паром!) – советская романтическая комедия 1976 года, снятая режиссёром Эльдаром Рязановым в главных ролях с Андреем Мягковым, Барбарой Брыльской, Юрием Яковлевым и Любовью Добржанской. Сценарий написали Эмиль Брагинский и Рязанов, вдохновлённый пьесой режиссёра 1971 года "Однажды в новогоднюю ночь". Фильм, снятый на студии "Мосфильм", сочетает в себе элементы комедии положений и трогательной любовной истории с нотками грусти. Он стал одним из самых успешных советских телевизионных проектов и остаётся любимой новогодней классикой в России и странах бывшего Советского Союза, которую ежегодно смотрят миллионы зрителей.

Сюжет

Ключевой сюжет – унылая однородность общественной архитектуры эпохи Брежнева. Эта обстановка объясняется в юмористическом анимационном прологе (режиссёр и аниматор – карикатурист Виталий Песков), в котором архитекторов игнорируют политики и бюрократия. В результате идентичные, функциональные, но безликие многоэтажные дома появились в каждом городе, посёлке и пригороде Советского Союза. В соответствии с ежегодной традицией, группа друзей собирается в бане (традиционная общественная баня) в Москве, чтобы отпраздновать Новый год. Все друзья сильно пьянеют, поднимая тосты за предстоящую свадьбу главного героя, Жени Лукашина (Андрей Мягков) и Гали (Ольги Науменко). После бани один из друзей, Павлик (Александр Ширвиндт), должен успеть на рейс в Ленинград, и вся компания собирается отвезти его в аэропорт. К моменту прибытия в аэропорт Женя и Павлик уже без сознания. Остальные друзья не могут вспомнить, кто из них должен был лететь. Они по ошибке сажают Женю на самолёт вместо Павлика. Женя проводит весь полёт, спя на плече своего раздражённого соседа (Эльдар Рязанов в коротком комедийном эпизоде). Сосед помогает Жене выйти из самолёта в Ленинграде. Женя просыпается в ленинградском аэропорту, полагая, что всё ещё в Москве. Он случайно садится в такси и, будучи ещё пьяным, называет водителю свой адрес. Оказывается, в Ленинграде есть точно такой же адрес, принадлежащий дому, идентичному дому Жени в Москве. Он поднимается в лифте в "свою" квартиру, и, к удивлению, ключ подходит к замку (как было упомянуто во вступительной речи, "строились стандартные квартиры со стандартными замками"). Внутри даже мебель почти такая же, как в квартире Жени, но он слишком пьян, чтобы заметить какие-либо различия. Тем временем жительница квартиры, Надя Шевелёва (Барбара Брыльска), возвращается домой и застаёт Женю спящим на своей кровати. Хуже того, неожиданно появляется жених Нади, Ипполит (Юрий Яковлев). Ипполит приходит в ярость, отказывается верить объяснениям Жени и Нади и уходит. Женя собирается уехать в Москву, но обстоятельства вынуждают его возвращаться снова и снова. Надя хочет как можно скорее избавиться от Жени, но рейсов в Москву нет до следующего утра. Кроме того, Женя неоднократно пытается дозвониться до Москвы и объяснить Гале, что произошло. В конце концов, ему удаётся связаться с Галей, но она в ярости и бросает трубку. Ипполит тоже звонит в квартиру Нади и слышит, как Женя отвечает. Хотя Женя старается быть на связи, чтобы принять возможные звонки от Гали, Ипполит тоже отказывается признавать правду. Надя идёт на вокзал и покупает Жене билет на поезд в Москву, но он рвёт его и отказывается уезжать. Всё больше и больше становится ясно, что Женя и Надя – единственные, кто понимает, что произошло этой ночью. Таким образом, Женя и Надя вынуждены встретить Новый год вместе. Сначала они продолжают враждебно относиться друг к другу, но постепенно их поведение смягчается, и они влюбляются. Утром пьяный Ипполит врывается в квартиру и поражает Женю и Надю своим неадекватным поведением (он принимает душ прямо в зимнем пальто и шляпе) и одновременно логичными и близкими к истине рассуждениями о произошедшем в новогоднюю ночь. Ипполит, "залитый слезами", окончательно покидает Надю. Они оба считают, что всё произошедшее было иллюзией, и принимают трудное решение расстаться. С тяжёлым сердцем Женя возвращается в Москву. Тем временем Надя передумывает и, решив, что могла упустить свой шанс на счастье, летит в Москву на поиски Жени. Она без труда его находит, так как их адреса одинаковы, а её ключ подходит к его замку.

The key subplot is the drab uniformity of Brezhnev era public architecture. This setting is explained in a humorous animated prologue (directed and animated by cartoonist Vitaly Peskov) in which architects are overruled by politicians and red tape. As a result, the identical, functional but unimaginative multistory apartment buildings found their way into every city, town, and suburb across the Soviet Union. Following their annual tradition, a group of friends meet at a banya (a traditional public "sauna" bathhouse) in Moscow to celebrate New Year's Eve. The friends all get very drunk toasting the upcoming marriage of the central male character, Zhenya Lukashin (Andrey Myagkov) to Galya (Olga Naumenko). After the bath, one of the friends, Pavlik (Aleksandr Shirvindt), has to catch a flight to Leningrad and the entire group is going to take him to the airport. By the time the group makes it to the airport, Zhenya and Pavlik are passed out. The remaining friends cannot remember which person from their group is supposed to travel. They mistakenly get Zhenya onto the plane instead of Pavlik. Zhenya spends the entire flight sleeping on the shoulder of his annoyed seatmate (Eldar Ryazanov in a brief comedic cameo appearance). The seatmate helps Zhenya get off the plane in Leningrad. Zhenya wakes up in the Leningrad airport, believing he is still in Moscow. He stumbles into a taxi and, still quite drunk, gives the driver his address. It turns out that in Leningrad there is an identical address that belongs to an apartment buildings of a design identical to Zhenya's building in Moscow. He takes the elevator to "his" apartment and, surprisingly, the key fits in the door (as alluded to in the introductory narration, " building standard apartments with standard locks"). Inside, even the furniture is nearly identical to that of Zhenya's apartment, but Zhenya is too drunk to notice any minor differences. Meanwhile, the apartment's resident, Nadya Shevelyova (Barbara Brylska), comes home and finds Zhenya asleep on her bed. To make matters worse, Nadya's fiancé, Ippolit (Yuri Yakovlev), shows up without an advance notice. Ippolit becomes furious, refuses to believe Zhenya and Nadya's explanations, and storms out. Zhenya is about to leave to get back to Moscow but circumstances make him return repeatedly. Nadya wants to get rid of Zhenya as soon as possible, but there are no flights to Moscow until the next morning. Additionally, Zhenya tries repeatedly to call Moscow and explain to Galya what has happened. Eventually, he does contact Galya, but she is furious and hangs up on his call. Ippolit also calls Nadya's apartment and hears Zhenya answer. Although Zhenya is trying to be available to receive potential calls from Galya, Ippolit also refuses to accept the truth of the situation. Nadya goes to the railway station and buys a train ticket to Moscow for Zhenya, but he abruptly rips it up and refuses to leave. It seems more and more clear that Zhenya and Nadya are the only two people who understand the night's circumstances. Thus, Zhenya and Nadya are compelled to spend New Year's Eve together. At first, they continue to treat each other with animosity, but gradually their behavior softens, and the two fall in love. In the morning, a drunken Ippolit barges into the apartment and amazes Zhenya and Nadia with his erratic behavior (he takes a shower right in his winter coat and hat) and at the same time logical and close to the truth arguments about what happened on this New Year's Eve. Ippolit, wet "with tears", leaves Nadia for good. The duo feel that everything that has happened to them was a delusion, and they make the difficult decision to part. With a heavy heart, Zhenya returns to Moscow. Meanwhile, Nadya reconsiders everything and, deciding that she might have let her chance at happiness slip away, takes a plane to Moscow to find Zhenya. She has no difficulty finding him as their addresses are the same, and her key matches his lock.

Саундтрек

После прочтения сценария композитор Микаэль Таривердиев был озадачен его жанровым разнообразием. В итоге он определил его для себя как рождественскую сказку, а для музыкального сопровождения выбрал восемь романсов "о любви, о счастье, о ревности, о доброте, о стремлении быть понятым", которые поначалу звучали как резкий контрапункт происходящему на экране, но затем "звук и изображение слились воедино". Саундтрек к фильму "Ирония судьбы, или С лёгким паром!" был частично выпущен на LP Микаэля Таривердиева в 1976 году компанией Melodiya. Полный саундтрек вышел в 2009 году на Bomba Music (Россия) и в 2016 году на Earth (Великобритания). Мужской вокал в основном исполняет Сергей Никитин, женский – Алла Пугачева. Изначально Анна Герман готовилась к исполнению песен для фильма, но запись не состоялась – средства на приглашение зарубежной певицы не были предусмотрены в сметe.

Прием

Два последовательных эпизода "Иронии судьбы, или С лёгким паром!" первоначально транслировались на советском центральном телеканале "Первая программа" 1 января 1976 года в 18:00. Фильм имел оглушительный успех у зрителей: автор Федор Раззаков вспоминал, что "практически вся страна смотрела эту передачу"; число зрителей оценивалось примерно в 100 миллионов. В ответ на народные требования, фильм был впервые повторно показан 7 февраля. К 1978 году, после нескольких последующих трансляций картины, общее количество зрителей всех показов, включая первый, оценивалось в 250 миллионов, что обеспечило продажу 7 миллионов билетов. Читатели журнала "Советский экран", официального издания Государственного комитета по кинематографии, назвали "Иронию судьбы, или С лёгким паром!" лучшим фильмом 1976 года, а Андрея Мягкова – лучшим актером года. В 1977 году Рязанов, Брагинский, оператор Владимир Нахабцев, композитор Михаил Таривердиев и актеры Барбара Брыльская и Мягков были удостоены Государственной премии СССР за вклад в создание фильма. Однако одновременно критики обвинили режиссера в создании эскапистского фильма, позволявшего советской аудитории отворачиваться от "неприглядных сторон" действительности их страны. В 1977 году в журнале "Советский экран" Рязанов ответил, что "утешить, ободрить зрителя – не такой уж и грех". Он отверг утверждения о том, что его картины создавались для угождения властям, заявив, что их оптимизм был "спонтанным", а не "навязанным". В своей книге "Неполадки в русском доме" Сергей Кара-Мурза опубликовал критическую статью, в которой упрекал Рязанова в "антисоветском" характере его героев, а также в формировании и культивировании им образов "внутренних эмигрантов". По его мнению, герои фильма – "типичные представители интеллигенции тех лет с социальными чертами, близкими к этой среде", которым, однако, было уже далеко за тридцать, но у них не было семьи и детей, при этом у них были энергичные матери [что почти невероятно для послевоенного поколения], заботившиеся об их комфорте и материальном благополучии. Тонкие признаки "вымышленного элитаризма, аристократизма" героев фильма были подхвачены и усвоены значительной частью интеллигенции, которая впоследствии "с энтузиазмом приняла перестройку и аплодировала Сахарову". В 2019 году архидьякон Владимир Василик проанализировал несколько тем фильма – сиротство и отцовскую лишенность советской интеллигенции эпохи Хрущева-Брежнева, любовь и предательство, пьянство, метель как образ Судьбы и метафору адского веселья в новогоднюю ночь, и описал фильм как "памятник эпохе позднего социализма со всем его величием и трагедией", который одновременно "несет в себе отражение угасающей на земле любви людей, познавших отречение от Бога". Тоска по Богу передается прежде всего "в песнях и стихах, которые служат хором в древней трагедии".

The two consecutive episodes of The Irony of Fate were originally broadcast by the Soviet central television channel, Programme One, on 1 January 1976, at 18:00. The film was a resounding success with audiences: author Fedor Razzakov recalled that "virtually the entire country watched the show"; the number of viewers was estimated to have been about 100 million. In response to popular demand, the feature had a first re run on 7 February. By 1978, after several further broadcasts of the picture, the accumulated number of viewers for all of the showings including the first was estimated at 250 million. which sold 7 million tickets. The readers of Sovetskii Ekran, the official publication of the State Committee for Cinematography, voted The Irony of Fate as the best film of 1976, and chose Andrey Myagkov as the best actor of the year. In 1977, Ryazanov, Braginsky, cinematographer Vladimir Nakhabtsev, composer Mikael Tariverdiev and actors Barbara Brylska and Myagkov were all awarded the USSR State Prize in recognition of their participation in making the film. Simultaneously, however, critics accused the director of creating an escapist film which allowed the Soviet audience to turn away from the "unattractive features" of their country's reality. In a 1977 issue of Sovetskii Ekran, Ryazanov responded that "to reassure, to encourage the viewer – it is not such a sin." He rejected the claims his pictures were meant to please state authorities, stating their optimistic nature was "spontaneous" rather than "forced". In his book "Nepoladki v russkom dome"(Неполадки в русском доме) Sergey Kara Murza posted a critical article in which he reproached Ryazanov for the "anti Sovietism" nature of his heroes, as well as for the formation and cultivation of images of "internal emigrants" by him. In his opinion, the heroes of the film are "typical intelligents of those years with social traits close to this circle," who, however, are well over thirty but they do not have a family and children, while having energetic mothers [almost implausible for a post war generation] who care about their comfort and material well being. The subtle signs of the "far fetched elitism, aristocracy" of the film's characters were picked up and assimilated by a very significant part of the intelligentsia, who eventually "enthusiastically accepted Perestroika and applauded Sakharov". In 2019, archdeacon Vladimir Vasilik analyzed several themes of the film orphanhood and fatherlessness of the Soviet intelligentsia of the Khrushchev Brezhnev era, love and betrayal, drunkenness, blizzard as an image of Fate and a metaphor of infernal fun for the New Year, and described the film as "a monument to the era of late socialism with all its greatness and tragedy," which at the same time "carries the reflection of the love fading on earth from people who have experienced God abandonment." Longing for God is transmitted primarily "in songs and poems that serve as a chorus in ancient tragedy."

Наследие

Фильм широко признан классикой российской популярной культуры и традиционно показывается в России и почти во всех бывших советских республиках в канун Нового года (Эндрю Хортон и Майкл Брашинский сравнили его статус со статусом фильма Фрэнка Капры "Это прекрасная жизнь" 1946 года в США как неотъемлемой части праздника). Саундтрек к фильму также был высоко оценен и входит в число самых известных и узнаваемых музыкальных произведений той эпохи в постсоветских странах. Эта традиция была прервана в Украине в 2015 году, когда правообладатель телеканала СТБ решил не транслировать фильм после того, как актрисе Валентине Талызиной был запрещен въезд в Украину за "заявления, противоречащие интересам национальной безопасности". В 2006 году новогодний музыкальный фильм "Первый пост", показанный на Первом канале, включил в себя мини-продолжение "Иронии судьбы". Ипполит и Надя встречаются спустя 30 лет. В ходе трогательного разговора выясняется, что Женя и Надя быстро расстались, а Ипполит так и не женился. На вопрос Нади "Почему?" он отвечает: "Я ждал тебя. И продолжаю ждать". Надя не знает, что ответить, и шепчет: "Не грусти". Ипполит остается один. Глеб Колондо (Vatnikstan) отметил: "Это показалось лучше, чем фильм Бекмамбетова два года спустя".

Продолжение

Сиквел "Ирония судьбы. Продолжение" вышел в декабре 2007 года, став кассовым хитом и собрав в прокате более 55 миллионов долларов при производственном бюджете в 5 миллионов долларов. В фильме снялись Константин Хабенский и Елизавета Боярская в ролях повзрослевших детей Лукашина и Шевелевой, которые оказались в той же ситуации, что и их родители. Андрей Мягков, несмотря на участие в съемках, впоследствии выразил сожаление и неудовлетворение конечным результатом.

Ремейки

В 2015 году вышел индийский ремейк фильма «Я люблю Нью-Йорк» с участием Сунни Деола и Канганы Ранаут. Фильм получил негативные отзывы критиков и провалился в прокате. В 2022 году был выпущен американский ремейк под названием «О предопределении». Режиссером выступил Мэриус Вейсберг, а главные роли исполнили Эмма Робертс и Томас Манн.